Текст книги "Лабиринты космоса: Одиночка (СИ)"

Автор книги: Андрей Вербицкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

– Какая опухоль? – удивлённо поинтересовался.

Дедок пожевал, верхнюю губу, подбирая слова и пояснил:

– Я так думаю, что Потрошители тебя выкинули именно из-за опухоли головного мозга. Бракованный ты оказался, – старик рассмеялся собственной шутке.

– И сколько мне осталось? – меня потихоньку охватывала паника.

– Сказал же… Пара лет.

– Вылечиться или удалить возможно?

– Не в нашем посёлке. В город надо ехать или попасть в медцентр аэроплатформы. А лучше на орбитальную торговую станцию. Сразу скажу – удовольствие не из дешевых. Точно не знаю сколько, тут у нашего медтехника спросить надо, но полагаю, лечение обойдется тысяч в пятьдесят рандов.

Названные цифры ни о чём не говорили. Сколько это – пятьдесят тысяч? Стоимость коробки спичек или космического корабля?

«Надо поскорей прояснить вопрос и уже после что-то планировать. Хотя новоявленный хозяин, как пить дать, будет забирать всё заработанное. Видно жаден старик до денег», – лихорадочно размышлял над информацией, и тут голову посетила новая мысль. – «Он, случаем, не соврал про опухоль? Чтобы усерднее трудился?»

– Про опухоль, правда? – спросил напрямик, не сдержав любопытства.

– Не веришь? Вернёмся, Миру сам спросишь. Будешь старательно деваху ублажать, так она тебе бесплатно повторную диагностику организует, – Дорбин снова от души заржал, видя непонимание.

Веселый попался «спаситель». Чтоб его…

Отсмеявшись, тот продолжил:

– С ней договорился, что вместо платы за лингватор… Кстати, где он? Давай сюда. Он тебе уже не нужен, а я постараюсь перепродать, – старик спрятал в карман куртки переданный прибор и продолжил. – Вместо платы сдал тебя в аренду на целый месяц.

Я прям почувствовал, как моё лицо опять вытянулось от удивления. Вот чего-чего, а такой добавки к услышанному сегодня никак не ожидал.

– Да ты, парень не переживай. Говорят баба она горячая, – дедок развеселился ещё сильнее, аж слезы на глазах от смеха выступили, – не каждый, к слову, выживает после придумок поселкового медтехника, но тебя обещалась подлатать, если откусит чего в порыве страсти.

Когда старик перестал веселиться, я мрачно поинтересовался:

– Скажи…те, – стоило большого труда пересилить себя, но пришлось, не буду пока нарываться, – хозяин, чтобы отлучиться по нужде также должен испрашивать разрешения?

– Не должен. По двору гуляй, сколько пожелаешь. В свободное время естественно.

– Тогда следующий вопрос. Туалетной бумаги не заметил. Как быть?

– Что за туалетная бумага такая?

Я попытался разъяснить, как мог. Честно говоря, не думал, что объяснять банальнейшие вещи окажется столь трудно и одновременно неловко.

– Вы точно дикари, – изумился дедок, переварив разъяснения. – Гигиенический гель не придумали до сих пор! В общем, когда зайдешь в кабину туалета с правой стороны на полке увидишь тюбик. Гель расщепляет человеческие отходы и дезинфицирует. Много не выдавливай. И надеюсь показывать, как пользоваться нет необходимости?

Я энергично замотал головой. Не хватало ещё!

– Дальнейшие вопросы есть? – и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Вот и славно. Тогда пошли на кухню. Покажу, как готовить из наших продуктов вкусную и полезную пищу.

Тяжко вздохнув, пошёл следом. Деваться некуда, чтобы избавиться от рабской метки и придумать, как выпутаться из данной дурацкой ситуации нужно научиться жить по местным правилам и законам. И почему бы не начать с кухни?

Глава девятнадцатая

Глава девятнадцатая.

Тяжесть волокуши с припасами давила на плечи и тянула спину. В прошлой своей жизни волокуша являлась небольшой грузовой платформой для помощи работникам в производственных цехах. Этакая тележка с небольшими двигателями под днищем, использующими магнитное поле планеты для перемещения небольших грузов, по-простому с антигравами. Антигравы давным-давно сдохли и демонтированы. На заднем дворе у Дорбина валяются в куче разобранного и ненужного хлама. Так что знаю, как подобные агрегаты выглядят. На рынке, когда ходил туда со стариком, видел подобные выставленные на продажу и запчасти к ним. Покупка и установка новых слишком дорогостоящее удовольствие по меркам Острова. Старик скорее удавится, чем приобретет рабочую грузовую тележку или антигравы к старой. Примерно представляю ход его мыслей: зачем тратиться на пустое приобретение, когда можно запрячь робота типа «тараканус» и не париться. Или в данном случае одного неудачника, ставшего рабом.

Не думал, что придется когда-нибудь подрабатывать гужевым транспортом. Ещё эта жижа под ногами радости не прибавляла. Будь она неладна. И потянуло же старика идти сюда, в такую даль…

На мгновение остановился, дернул ногой, сбрасывая с обуви налипший ком грязи. Нечто, с натяжкой называемое водой, проникло внутрь местами прохудившихся ботинок и теперь неприятно чавкало внутри. Годы не пощадили обувь, теперь она не щадит меня. Такая же потасканная на вид, как мой нежданный хозяин. Вон он – идёт чуть впереди. Должен заметить довольно бодро для своего возраста. Чую, поход за всяческим хламом закончится нескоро. Мы дальше и дальше от Острова, а места тут опасные. По себе знаю.

Настроение паршивое. Оно у меня в последнее время всегда такое. Мало того, что записали в рабы, так ещё опухоль откуда-то взялась. Крутится в мыслях некоторое подозрение на сей счёт. Только оно одновременно нерадостное и дарит некую надежду на улучшение в будущем. Полагаю, что повреждение головы и отсутствие связи с Аидой тесно связаны между собой. По крайней мере так думаю и надеюсь. Умирать из-за действительной опухоли желания нет никакого.

«Ох, Аида. Как тебя сейчас не хватает, кто бы знал», – с горечью подумалось в который раз.

Оказавшись без возможностей, что предоставлял симб чувствую себя неуютно, мягко выражаясь. Особенно в свете ситуации в которой нахожусь. Да и сторонний совет, как выпутаться из сложившихся обстоятельств не помешал бы.

Зато удалось выяснить, куда делся мой комбинезон. Этот старый прохиндей загнал его барыге по имени Стрин Бага всего за триста пятьдесят два ранда. По местным меркам довольно солидная сумма. Сказать Дорбину, сколько на самом деле может стоить такой лётный комбинезон?

Походив по рынку вместе со стариком, внимательно изучил уровень цен за подобные вещи на Борхосе. Комбинезон точно дороже трехсот рандов продать получилось бы. Минимум тысяч за двадцать. Даже в посёлке, где живут по факту бедняки и отбросы здешнего общества, меньше, чем за девять-десять тысяч отдавать подобное сокровище попросту глупо. Это так – навскидку. Как представлю физиономию старого жадюги от услышанной суммы, так рот словно сам раскрывается, готовый озвучить кругленькую сумму. Вот потеха будет. Его же от жадности сердечный приступ схватит.

Кстати, а если дедок помрёт, то как тогда быть? Не убьёт ли меня вживленный чип в итоге? Как он там говорил – то ли помру от боли, то ли поймают словно беглого раба с неясным для меня итогом? Вот гадство. Надо поскорее уточнить. Причем так, чтобы старик не подумал, что представляю для него угрозу. И придумать, как избавиться от постыдного рабства. Ведь задание никто не отменял. Выполнение поставленной задачи по сути является билетом, минимум из этой дыры.

Следовательно, что мне следует сделать в первую очередь? Правдами и неправдами вернуть собственные вещи – раз. Избавиться от чипа – два. Реанимировать Аиду – три. Убраться подальше от Острова и болот – четыре. Выяснить что сталось с «Мантикорой» – пять. Вдруг корабль не нашли и удастся до него добраться? С оборудованием, если оно уцелело, найти искомую базу станет не в пример легче.

Эх, губу раскатал. Однако с чего-то начинать необходимо? Начнем с пункта «раз» и заодно немного повеселимся, а то как-то грустно тупо топтать жижу под ногами. Ощущаю себя словно механоид, что разбежались по округе по заданию вредного старикашки.

– Хозяин! – окликнул Дорбина.

– Чего тебе, раб? – чуть погодя, обойдя очередную дурно пахнущую коричневую лужу, отозвался старик.

– Пара вопросов есть. Позволите? – немного заискивающим голосом спросил. Старик любит, когда с ним разговариваю подобным тоном. Становится слегка добрее. Неприятно конечно унижаться, тем не менее, если хочу выбраться приходится наступать на горло собственному «я». Потом, когда наступит подходящее время, поквитаюсь за испытанные унижения и боль. В душе я не злой, поэтому мстить буду по-доброму.

– Давай. Только живо. Место здесь непростое. Территория банды Мокрого. Так что смотри малец по сторонам. Как бы не нарваться, – предупредил старик.

Невольно закрутил головой, выискивая потенциальную угрозу. Вот не было печали. Бандиты ещё какие-то. Старый прохиндей перед выходом ничего о таковых не говорил. Хмуро проинструктировал кратко на краю болота, как идти и на что смотреть, чтобы не провалиться в замаскированную растениями и местным мхом грязевую яму и на этом инструктаж закончил. Спрашивать о чем-то далее тогда не решился. Когда Дорбин в паскудном настроении (а он в таком настроении регулярно), можно на нажатие кнопочки нарваться. Прецеденты бывали. Последний не далее, как вчера. У него не заржавеет. Садист он что ли?

– Там на рынке, когда вы продали мои вещи…

– Твои вещи не продавал, я реализовал принадлежащее мне по закону имущество. У раба нет собственности. Он сам является вещью. Запомни это навсегда! – вызверился Дорбин и потянулся рукой к браслету на левом запястье.

– Хорошо-хорошо. Всё уяснил, – невольно вздрогнув, поторопился успокоить дедка. Вот чего сейчас не хотелось бы, так это корчиться от болей в болотной слякоти. Ходи потом мокрый, грязный и без настроения, которое и так почти всегда на нуле.

– Добро, если так. Не хочу слышать подобных речей в будущем.

В ответ промолчал. Что тут сказать? Однако, как-то продолжить начатый разговор следует. В голове начал формироваться, пусть зыбкий, но план дальнейших действий.

– Так, чего ты там хотел узнать? – не выдержал Дорбин.

Я мысленно хмыкнул. Старик не подвел. Насколько он хмурый и вспыльчивый, настолько же любопытный и жадный.

– Хотел просто узнать, почему лётный комбинезон отдали почти даром? – спросил и затаил дыхание.

Предчувствие не подвело. Старик едва не споткнулся на ровном месте, остановился и резко повернулся ко мне:

– Что ты мелешь, раб! Триста пятьдесят два ранда – это даром⁈ На такие деньги можно месяц жить, чтоб ты понимал. Месяц! А то и два при экономии!

– Оно-то понятно, только комбинезон специализированный. Если исходить из стоимости того хлама, виденного на рынке у того торговца… Как его там?

– Стрин Бага, – хмурясь подсказал Дорбин.

– Ага. У того самого, – кивнул головой, – то мой… Ой, простите – ваш комбинезон. Будет стоить по прикидкам тысяч десять не меньше. Но скорее всего существенно дороже. В разы, если предложить его заинтересованным лицам, где-нибудь на платформе.

– Не может комбинезон, какой бы он ни был, иметь цену хорошего воздухолёта, – произнес старик, но стало видно по резко застывшему взгляду и задумчивому лицу – посеять небольшое сомнение удалось практически сразу.

Решил немного помочь Дорбину пробудить грудную жабу. Он сам придумает, как вернуть мои вещи. Выкупим, отберём или украдём – неважно. Главное, чтоб желаемое оказалось у меня. С ним жизнь упростится в разы. Даже без Аиды. Конечно реанимация симба в приоритете, но тут ничего поделать пока не способен. Придется ждать и надеяться. Вдруг чудо случится?

– Что в нем такого, раз ты уверен, будто твой комбинезон настолько дорог? – продолжив движение спросил Дорбин.

Постановка вопроса таким образом вызвало немалое удивление. Неужели старик сказал «твой»? Оговорился? Или неожиданный прогресс? Срочно и как-то ненавязчиво следует выяснить и, если не оговорился навести мост к иным взаимоотношениям. Более щадящим и выгодным в ближайшем будущем.

– Понимаете, мастер Дорбин… – вместо положенного «хозяин», – кинул пробный шар. – Чтобы вы не думали обо мне. Я не какой-нибудь варвар, а представитель более высокоразвитой цивилизации в техническом отношении. Соответственно изделия, которые производятся нами обязательно заинтересуют профильных инженеров, ученых, и особенно военных. – Сказал и сам задумался: «Немного ли информации за раз собираюсь выложить? Струхнёт дедок и побежит на поклон к барра, за получением „плюшек“. Или вообще продаст другому от греха подальше».

– Продолжай, – потребовал старик.

– Это не просто комбинезон. Это по сути боевой скафандр, способный выдержать гораздо большие нагрузки, чем вы можете ожидать. Способный интегрировать множество боевых систем, даже таких, которые изначально не предназначены для подобных сопряжений. Комбинезон сам подстраивается под поставленные задачи. Конечно, когда знаешь, как это делать. И проще будет, если в настройки внесён определённый человек.

– И ты конечно этот «определённый человек»?

– Естественно, – кивнул Дорбину, решив раз начал разговор, то довести его до конца необходимо. Пан или пропал, так сказать. А когда этим заняться? Время поджимает и почему бы не сыграть на жадности старика. Надо лишь предложить ему нечто такое, что перевесит весь потенциальный доход от владения мной в качестве раба.

– Будь комбез на мне, – продолжил, подбирая слова, – все эти ваши механоиды, оружие что имеется у них и у вас, не понадобятся. Никакие банды и местная агрессивная фауна стали бы нестрашны.

– Так в нём имеется встроенное оружие, которое никто не заметил? – догадался Дорбин. – Думаешь я идиот и доверю тебе ношение столь опасного, прежде всего для меня, оборудования?

– Сколько вы зарабатываете в месяц, бродя по этим зловонным болотам? Двести, триста, четыреста рандов? Иногда больше, но редко?

Дорбин на ходу тяжко вздохнул. Видать попал с сумой в яблочко.

– Ведь вы, мастер уже немолод. Средств, нужно куда побольше, на возвращение прежней формы тела и здоровья. Несложно догадаться, что на Острове медицина полный отстой. Если вообще присутствует в необходимом качестве.

– Сильно много говоришь, раб, – попытался грозно сказать старик, но по резко похмурневшему лицу стало ясно, что и тут угадал.

Некоторое время шли молча. Я размеренно, постоянно глядя и под ноги, и по сторонам, шагал чуть позади, в ожидании, когда Дорбин переварит услышанное и настроится на продолжение разговора.

– Предположим… Просто предположим, что заблуждался, и ты впрямь из далекого космоса и это мы для тебя дикари. Как здесь оказался? – резко затормозив спросил старик.

Невольно и я застыл столбом, быстро перебирая варианты, что и как ответить. О базе древних конечно ему не должен говорить, иначе чую быть беде. По крайней мере не сегодня Дорбин должен о ней узнать. Если вообще должен. Но какую-то затравку, чтобы глаза загорелись, и он решил, что игра стоит свеч высказать требуется. Или останусь рабом надолго, как бы не до конца дней своих.

– Барра заметили и сбили корабль на низкой орбите. С несколькими крейсерами сложно справиться. Пришлось катапультироваться, – без подробностей ответил.

– Ты сражался с барра⁈ В своем уме⁈ Этих чокнутых фанатиков все боятся, – возбудился не на шутку старик. – А на орбиту зачем сунулся?

– Оценить обстановку и оборону Борхоса перед вероятным освобождением от оккупантов, – проговорил, стараясь не ляпнуть сверх необходимого. Опять начал врать. Хотя почему лгу? Если на местной резервной базе действительно обнаружится столько производственных комплексов, как считает Ом, то вывезти тайком данное добро очень проблематично. Значит без боестолкновений с барра не обойтись. Как подобное в голову раньше не пришло? Это же очевидно. Следовательно, Борхос действительно может быть освобожден по итогу операции.

– Какого Борхоса? – вклинился в размышления голос Дорбина.

– Эта планета – Сора Два, один из миров бывшей республики Ахар. Печально, что ты уже начал забывать, как называлось государство, в котором вы родились, – не удержался от шпильки в адрес старика.

– На кнопочку нажать?

– Та нажимай, – ляпнул и тут же пожалел.

Старик прикоснулся к браслету.

«Твою ж дивизию пополам», – мысль молнией пронеслась, стоило пытке завершиться. На дрожащих ногах утвердился прямо. Меня покачивало и слегка мутило. Вот кто за язык тянул. Теперь мокрый, грязный и в бешенстве. В таком состоянии запросто наговорю на дополнительный «урок». Вот же паскудство.

«Спокойствие. Сохраняем спокойствие», – превозмогая гнев, выдохнул.

Хмуро глянул на Дорбина. Старику было весело. Даже закашлялся от хриплого смеха. Ну ничего-ничего. Даст создатель, посмеюсь над тобой от души после.

Постаравшись взять себя в руки и выглядеть словно ничего не произошло, продолжил:

– Борхос бывшая колония Империи Тайлон.

– Не знаю никакого Тайлона, но название Борхос смутно припоминаю. Так нашу планету называют инопланетники всякие, – закончив улыбаться признал Дорбин.

– Тайлон – это Родина. Планета, где появилась в процессе эволюции наша с тобой раса. Раса людей. Оттуда человечество начало свой путь к звездам, – немного зло процедил сквозь зубы.

Дорбин моментально посерьёзнел. Он внимательно, как-то по-иному посмотрел на меня и задумчиво произнес:

– Знаешь, парень. Не пойму почему, но вот тут тебе верю. Продолжай.

– Мне нужен комбинезон и свобода. Я помогу вам добиться того, чего так жаждете – денег. Для чего они вам, догадаться не так сложно. Опираясь на них улучшите собственное положение на Острове, поправите здоровье. Или вообще смените место жительства на более благоприятное.

– Зришь в корень, малец. Однако в настоящий момент ты просто никто. И таковым останешься покуда мне не надоест. Или ты предложишь нечто такое, что в корне поменяет отношение и точку зрения на твоё рабство. Барра я ненавижу, как и большинство на планете. Они чужаки. Однако если по факту, то при фанатиках жизнь простого люда на болотах не ухудшилась. Что жрецы, что аристократы Ахара – всем было и есть плевать на копошащихся внизу. А вот если сюда заявится твой Тайлон, то тут такое начнется… Подозреваю, что можем все издохнуть в горниле сражений за планету. Деньги мертвецам без надобности. Так зачем тебе помогать?

– Во-первых: Никто не говорит о боях за планету. Существуют и другие способы добиться свободы от барра. Например, создать такие условия, что жрецы сами вынуждено уйдут из данного сектора космоса. Вернётся ли сюда власть республики Ахар или Борхос станет частью Империи, тут не нам с вами решать. Могу только сказать, что при власти Тайлона вот этого всего, – я повёл широко рукой, имея в виду беспредел, который творится на планете, – точно не будет. Во-вторых: пришлют другого. Лучше будет для всех, когда всё сделаю я.

– Это ещё почему? – старик снова заинтересованно спросил.

– Потому что имею в Империи большое влияние, – и ведь сейчас не соврал практически. Ксулта же осколок государства Тайлон по сути, я на ней единственный признанный юридически тайлонец. Имею влияние? Ограниченное, однако тоже факт.

– Почему должен тебе верить? – потребовал Дорбин. – Жизнь меня если чему и научила, то никому не верить и ни на кого не надеяться.

– Возможно перед вами не самый лучший человек в мире, но я человек чести. Свои обещания стараюсь выполнять всегда. Я попытаюсь сделать так, чтобы вы получили то, о чём мечтаете. Вы мне – я вам. Честная сделка.

– Мне твои «постараюсь» не надобны. Миллион, – вдруг заявил старик.

– Что миллион, – не понял поначалу, а когда дошло, едва воздухом не подавился так вздохнул. – Побойся Бога, Дорбин! Где тебе миллион возьму? – даже на «ты» перешел от такой наглости.

– Это ты побойся Бога. Хочешь свободу? Разве она не стоит таких денег? Стоит ещё как стоит. Вот и «постарайся» старатель. Уж за миллион сам себе здоровье и положение обеспечу, – и Дорбин хмыкнул.

«Вот же проныра!» – с тоской подумалось.

– Сто тысяч. Помогу заработать сто тысяч, если поможешь кое-что сделать и освободишь, – начал с ним торговаться. Дорбин такое обожает. За каждый чих скидку требует. Насмотрелся недавно.

– Девятьсот тысяч!

– Пятьдесят! – не остался в долгу.

– Хорошо восемьсот. Так – стоп. Каких пятьдесят⁈– вскричал Дорбин. – Кто так торгуется, понижая ставку, когда должен повышать!

Я не выдержал и громко засмеялся. Нервозность последнего времени вылилась в истеричный смех. Старик некоторое время смотрел непонимающе, потом не выдержал и засмеялся вслед. Так вдвоём ржали несколько минут, никак не могли остановиться. Смех согнул нас в поясе и не давал разогнуться. Давно подобного веселья не испытывал. Реши кто сейчас напасть, то смогли бы взять тепленькими, никто даже не заметил врагов.

Хорошо, что их обнаружили механоиды Дорбина.

Браслет старика заверещал бешенным зуммером, предупреждая об опасности.

Почти мгновенно оба перестали смеяться и разогнулись. Я напоследок пару раз хохотнул и затих, оглядываясь. Старик подавно перестал хохотать, будто выключили смех. Он настороженно всматривался вдаль, откуда один из его роботов разведчиков подал сигнал опасности.

– Что там? – поинтересовался, не выдержав неизвестности.

– Похоже не повезло. Сюда идут вооруженные люди. Много. Кроме банды Мокрого особо некому. Ну или его конкуренты отправились прощупать реакцию Мокрого. Кто хуже сложно сказать.

– Оружие дашь?

Немного поколебавшись Дорбин достал из рюкзака короткий ствол, смахивающий на укороченный дробовик.

– Шокер. Дистанция тридцать шагов. Двадцать пять зарядов. Так что экономь.

– Шокер? Серьёзно? – возмутился такой несправедливости.

– Большего не получишь. Раз сюда послали в одиночку, то справишься с бандитами и с таким оружием.

«Вот же чёрт!», – что оставалось, только протянуть руку к предложенному оружию и поскорее его изучить, пока имеется некоторое время до первого контакта.