Текст книги "Трон галактики будет моим! Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Андрей Скоробогатов

Соавторы: Дмитрий Богуцкий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Надо сказать, на второй раз я уже не чувствовал такой усталости, как после первой попытки. Сефирот клонился к закату, и я решил – была-не была. Силы ещё есть, а расстояние не оказывает такого влияния на трату «маны». Вес у спутника небольшой, и я понял, что на начальном уровне владения Гиперброском мне хватает. В крайнем случае я потеряю пару десятков тысяч имперок. Сумма немаленькая, но и не такая гигантская, как могла бы быть.

Пару минут я смотрел в трёхмерную карту системы, выведенную из проектора в коммутаторе.

Затем сосредоточился. Представил Сефирот, Хтонь на первой орбите, мы, Гербера, на второй… Дальше орбита Орхидеи, Гиацинта… Я пересёк орбиту гигантов, вышел к поясу Койпера… Вот. «Булыжник номер девять», первый из трансплутоновых, из малых планет. Нет, маловато… Я шёл дальше и дальше, пока не нащупал булыжник номер пятнадцать. Всё, достаточно. Вот там-то и будет висеть наш спутник.

Потому что именно оттуда идёт путь через необитаемые красные карлики в сторону систем, в которых властвует Орда.

Энергия прошла через меня, аппарат ушёл в кокон, этот кокон острым пробивным отверстием прошил систему звезды Сефирот… Чтобы вынырнуть где-то там. На задворках системы.

Сознание всё-таки на миг отрубилось. Внутренний экран моргнул. Я очнулся на песке под потемневшим небом от того, что Потёмкин осторожно кусал меня на палец. Дескать, очнись, хозяин, наш вкусный спутник снова куда-то пропал!

Меня в городе уже потеряли. Я же первым делом полез к Семёнычу.

– Ну-ка, Семёныч, собери данные со всех антенн на всех судах. Найди сигнал телеметрии со спутника вот с таким идентификатором?

Ну и он нашёл.

Жив был спутник! Жив!

Как же я радовался!

Рано радовался, Саша. Рано. Потому что уже через каких-то два дня именно с этого спутника и поступил первый тревожный сигнал.

«Обнаружена работы двигателей кораблей в подпространстве. Двигатели кораблей Орды младших классов: совпадение 75 %»

Это происходит. Происходит снова.

Разумеется, я ждал, что это снова произойдёт. Было бы странно, если бы это было не так – после Хтони и особенно после разговора с Ордой.

А потом, спустя какой-то час с небольшим, пришло подтверждение по квантовой, то есть уже мгновенной связи. Сообщение от Сиплого, нового бригадного генерала Мастеров Никто было коротким и лаконичным.

– База на тринадцатом атакована! Два Трупоеда. Выжившие на двух кораблях отбывают в Ковыль. Если будет желание – разберись с ними. Хотя, что несу, конечно разберёшься. Удачи, Александр.

Глава 8
Орда явила себя на следующий день

Итак, два «Трупоеда-Затейника», это примерно нашего третьего класса размерности, то есть корвет. Вроде бы – куда они супротив «Геркулеса» и «Песца»?

Но загвоздка в том, что они ощутимо пошустрее наших крейсеров. Особенно тех «наших» лёгких крейсеров, а по сути – тоже корветов, которые были в распоряжении меня и Сирот Войны. А «Геркулес» ещё только покоится на стапелях.

Что ж, я потрубил в боевой рог. Отправил сообщение всем заинтересованным – вернее, всем тем, кто изъявлял раньше заинтересованность в том, чтобы мне помочь.

Просить помочь – не стыдно. Тем более, в таком деле. Стыдно надеяться и стопроцентно полагаться на чужую помощь. Я понимал, что в случае чего – буду стоять один, до конца.

Первым – явно не вчитываясь в описание – отозвался Святослав, сын Эдмунда. По видеосвязи ещё вышел, нарцисс эдакий.

– Какие-то проблемы, командир?.

– Ну, ты же сам видел, какие проблемы. В количестве двух штук длиной двести метров, наверняка с полным вооружением для налёта.

– Это, выходит, «Канюк-Клоун»? «Сорокопут-Надсмешник»?

Я покачал головой.

– Нет. Я же написал, «Трупоеды-Затейники».

– А, эти… Всего-то? – фыркнул Святослав, сын Эдмунда. – Не смешите мои тапочки.

– Я смотрю, ты слабо в этом разбираешься. Ты в курсе, что эти судна специализируются по налёту на планеты для карательных операций? В курсе, что такие судна могут на себе нести?

Святослав, сын Эдмунда, кивнул. Я продолжил.

– Про орбитальные дробовики в курсе? Про мегаваттные ионные пушки ближнего радиуса?

– В курсе.

– Про слизневые бомбы, которые покрывают с орбиты целые мегаполисы ядовитой аэрозолью?

– И про астероидные рельсоганы револьверного типа тоже, – кивнул Святослав сын Эдмунда. – «Сироты войны» уже встречались с этой дрянью.

– Ну так ты в деле? – уже несколько раздражённо спросил я.

– Конечно. План есть?

– Будет. Объявляйте срочный сбор. Я направлю к вам в укрепление две роты солтынгеров-ополченцев, подберите у Княжьего Порта.

Да, были и такие. Галлахад позаботился, собрал местное ворьё – тех самых, что тогда на нас с Иолантой огрызались. Самое то, с «Сиротами войны» найдут общий язык.

Сам же он прилетел на расхристанном ржавом челноке с личным десятком проверенных бойцов, самых ответственных людей спустя пару часов. Не спрашивая.

И у меня уже было для него место.

Василий Гаврилович ответил, как и ожидалось, сухо и по делу:

– Спасибо, Саша. Ухожу на совещание совета оптиматов, уже объявили сбор планетарного флота.

Флот у них есть. Целых два крейсера и десяток катеров. Только вот одно дело – пиратские флота, тут Гиацинт, действительно, уже имел некоторый успешный опыт. Но совсем другое дело – Орда. Хватит ли вооружения и экипажа, чтобы противостоять двум «Трупоедам-Затейникам»?

Ничего, и этим поможем.

Удостоил своим вниманием и князь Орхидеи. Короткое голосовое сообщение.

– Благодарим за заботу и напоминание, Александр. Половина нашего флота находится на совместных манёврах с князем Ковыля в пограничной системе звезды-карлика Филиппово. Однако уверен, что, учитывая численность врага – мы справимся и текущим составом флота. Удачи вам.

Я фыркнул, прослушав сообщение. Значит, не помогут. Значит, сами.

Как же, справятся они. С «Сиротами Войны» не справились, а тут – да, конечно, справятся. Наверняка уже по бункерам сидят. Я уже навёл справки и знал, какова комплектация экипажа у князя. Если они отправили два из четырёх тяжёлых крейсеров на «манёвры», а ещё и тройку-четвёрку судов поменьше, – это означало, что они вытащили весь экипаж со своих судов. В лучшем случае они поднимут один «тяж» и эскадрильи истребителей.

В общем, им тоже следовало помочь.

Я же поднял «Солнышко» и отбыл на «Принца Евгения». «Песецъ» на это вполне ожидаемо обиделся, заявив в своей манере:

– Что, зассал на мне лететь? Силёнок не хватит мной управлять, да? Всё тянет на корабли поменьше?

– Э, следи за выражениями! Ты сейчас доиронизируешься, Песецъ. Отправлю тылы охранять.

– Напугал, – хмыкнул Песецъ и заметно умерил свою гопническую ироничность.

– Ты просил хорошего капитана – будет тебе хороший капитан. Второй.

Вторым пилотом к нему я отправил Галлахада. Самое то, в дополнение к Легавому.

А корабль «Инженер Кобылкин» только-только отбыл в экспедицию по найму инженеров в систему Помпады – полетели Андрон вместе с Гоги и Петром Скорым.

Вызывать его обратно у меня намерения не было. Справимся и так – всё-таки, на этот раз численный перевес был.

Итак, план в голове уже сложился. На селекторном совещании с командирами кораблей я обрисовал ситуацию. И мы, синхронно стартовав – кто с Лифта, кто с низкой опорной – отправились на отлётные отбиты.

По сути, наугад.

По большому счёту, мы не знали, где их искать. Если бы это было приграничье – то все орбиты были бы под контролем орбитальных автоматов, которые сканировали бы следы двигателей Орды. Каждый такой автомат-детектор с мощным многодиапазонным радиотелескопом – а лучше с двумя или четырьмя – даже Великим Княжествам вышел бы в копеечку. Поэтому тем, у кого флот побольше, куда проще держать эскадрильи патрульных истребителей и пускать их по разным орбитам.

В общем, ясно было, что это не наш случай.

Да, последний раз их видели на «Булыжнике номер тринадцать». Но предположить, что они ограничатся разгромом заброшенных или полузаброшенных баз на трансплутоновых объектах – было бы просто глупым. Было очевидным, что они попрутся на планеты.

А обитаемых планет было три.

Поэтому у нас не было другого варианта, кроме как разделиться. Вернее, перейти в режим раздельного оперативного патрулирования – в целом, не самая лучшая тактика, но вполне оптимальная, учитывая численный перевес.

«Клото» отправилась патрулировать Сефирот-6 и Сефирот-7, газовые гиганты.

«Песецъ» отправился на Орхидею. Ещё я не спрашивал разрешения князя – я не мог полагаться на командирские навыки капитанов посудины, ни разу не участвовавших в крупных сражения. Как-никак, сам временно считаю их легитимной властью в системе, сам оммаж давал.

«Лахезис» и яхта Иоланты вместе со «Сверчком» Ганса Рейкина и флотилиями орбитальных челноков под командованием Крестовского охраняли Герберу. По правде сказать, от яхты толку было мало, хотя квадробластеры мы туда всё-таки заблаговременно воткнули. Зато вот от дивизий боевых горничных…

А я полетел обратно на Гиацинт.

Что поделать – целых три обитаемых планеты, и одна ценнее другой. На одной было моё родовое гнездо и космодром, который я выбрал базой своего флота. На второй – самое большое население в системе, почти миллиард человек. На третьей – заводы, в том числе верфь, на котором строился будущий флагман моего флота.

И на которой была Даша.

Нет-нет, дело вовсе не в ней! Ещё бы я корчил из себя рыцаря, помчавшегося на защиту прекрасной девы.

И – нет, разумеется, я не пытался повторить сценарий недавних флотских манёвров. Нет, в этом была моя чёткая стратегия.

Да, я знал, что у Гиацинта есть собственный флот – крейсера «Финвал» и «Княжна Василиса». Да и «Атропос» всё ещё была на Гиацинте и как раз завершала свой ремонт.

Да, я прекрасно помнил, что двигатели Орды медленнее. Что сто лет назад, что сейчас Орда летает на подобии первого поколения двигателей Гейзенберга. Так было всегда, просто потому что они дешевле, проще и грубее. «Проклятым хрящевым отродьям», как любит выражаться Макс, не надо добывать половину периодической таблицы, строить центрифужные фабрики, десяток гравитаторных усилителей с наноячейками для автотрофных микрокультур и держать соответствующий штат специалистов.

И это только двигатель – ещё делать такие же топливные сборки. Наверняка они пробовали делать и более новые, и переставлять пробовали из угнанных кораблей – но выходило дороже и сложнее.

И если человечество обладало роскошью держать топлива на два-три прыжка, потому что топливные базы были натыканы по системам достаточно часто – то Орда так не могла. Они летели издалека. Их корабли были обычно либо тяжелее, либо медленнее. А то, что они собирали на захваченных планетах хоть и было грозным оружием – но в плане скорости уступало даже самым древним человеческим посудинам.

Всё бы хорошо – но часто на этом преимущество человечества перед Ордой и заканчивается.

Так или иначе – я выбрал Гиацинт в том числе и потому, что надеялся, что прилечу туда быстрее Орды. И потому, что Гиацинт – первая из внутренних, обитаемых планет системы на пути Орды, если они изберут классический маршрут, по дуге, от трансплутоновых, вдоль плоскости системы.

Ну, и потому, что путь до Герберы – если уж они после решат полететь к нам – будет ближе, чем от Орхидеи, такое уж на тот момент было взаимное расположение планет.

Мы летели тихо и спокойно. Я, Октавия, Макс, трое курсантов моей школы офицеров из пустынгеров, десяток матросов, четыре серва Ильи – и гиацинтовая сотня, занявшая всю нулевую палубу.

Это был боевой полёт, не как тогда – на Орхидею, с шиком и помпой. Никаких деликатесов – сухие пайки гиацинтовой сотни, плюс консервы из единственной на планете нормальный консервной фабрики в Княжьем порту, недавно выкупили весь полугодовой запас и заказали поставки ещё, с Орхидеи.

Я ел, как и все, без изысков, концентраты, жилистую ветчину из кисубака и куропаточный паштет – в походе следует подавать пример. И, надо сказать, гиацинтовские оказались сильно вкуснее наших, хотя, казалось бы, откуда на Гиацинте взяться нормальным консервам.

– Надо строить свою консервную фабрику. Октавия, запиши в задачи, как прилетим.

– Предлагаю на базе Немилино, господин рыцарь, – сказала Октавия. – Там как раз намечается агрокластер.

Итого – трое с лишним суток пути в подпространстве на полной тяге Гейзенбергов, лишь одно всплытие для передыха, на четыре часа, чтобы устроить перекличку с другими судами.

Связали с Гиацинтом, сообщили Василию Гавриловичу.

– Ждём, – всё так же сухо ответил он.

На борту же у нас было спокойно, почти без скандалов и потасовок. Хотя в начале третьих суток всё-таки пустынгеры что-то не поделили с гиацинтовскими. Едва за бластеры не схватились – Максу пришлось их растаскивать.

Что ж, две горячие головы пришлось остудить – первое использование карцера на «Принце Евгении», в самом трюме, у двигательного блока. Электронный мозг оказался доволен:

– Наконец-то!

– Чему ты радуешься? Что у нас минус два члена экипажа на сутки?

– Да я просто не был уверен, что в этом помещении всё функционирует, как нужно, – принялся он оправдываться. – Тыщу лет не использовали.

Ладно, пущай порадуется электрическая мозговина. Видимо, в системе его реакций для него что-то вроде успешного почёсывания пятки, до которой никак не мог дотянуться.

Итак, мы всплыли как раз рядом с только-только вернувшимся с верфи, свежеотреставрированной «Атропосом». Как и положено мирно прибывающим флотам – неподалёку от точки Лагранжа вдоль орбиты Гиацинта. Парным строем, на расстоянии в тысячу километров.

Телескоп, сканеры и поступившая метрика показали – на орбите чужих флотов не было. Пара десятков отбывающих судёнышек, пара десятков – прибывающих.

И боевые корабли. Один крейсер – «Корней Кучин», два десятка орбитальных челноков, пять сторожевых истребителей на разных орбитах.

Второго крейсера я не заметил. Видимо – происходило всё то, что я и предполагал. Некомплект экипажа, нехватка ресурсов и энергочасов.

Захотелось позвонить Даше, но я сдержался.

Через десять минут у меня на связи был совет верховный оптиматов Гиацинта.

– Рады приветствовать графа Герберского, Александра Иванова на нашей орбите, – сухо, но вполне доброжелательно отозвался один из оптиматов – ещё более сухой и строгий, чем дедушка Даши.

– Я смотрю, что вы уже подняли весь свой флот, – не сильно тактично прокомментировал я.

– Да, чем богаты, что называется… или вы иронизируете, я не пойму? – нахмурился дедок. – У Гиацинта уже полвека как тяжелые времена, Александр Игнатьевич. Вы должны знать. Мы выпускаем не больше десяти суден первого и второго класса за год, почти все заводы переквалифицированы на гражданскую продукцию – челноки и глайдеры. Когда-то у нас был десяток корветов и эсминцев, но они либо погибли в сражениях в двух крупных системах, либо…

– И у нас нехватка экипажа! – влез в разговор ещё один верховный оптимат, чуть помоложе присутствующих.

– Два катера отправили на разгон бандитов на Сефироте-шесть… – пояснил кто-то ещё. – Два нападения за месяц!

– Да-да. Если мы не разгоним бандитов – завтра они будут на наших шахтах у спутников.

Я начинал закипать. Они считают бандитов более серьёзной угрозой, чем Орда! Благо, тут подоспели товарищи и с противоположным мнением:

– Я полагаю, что против Орды надо задействовать как можно больше судов.

– А я решительно не понимаю, на кой чёрт господин Иванов тащился через полсистемы к нам? Мы, конечно, благодарны, но как будто бы мы не справимся сами! Как будто бы мы дети малые, что нас надо охранять и лелеять. История Гиацинта знает немало славных побед, и…

– Тише, коллеги! – прикрикнул на начинавших бурно дискутировать оптиматов Василий Гаврилович. – Саша, расскажи свою стратегию. Уверен, ты лучше понимаешь, как действовать против них.

А стратегия моя была простая – встать в удачные позиции и ждать.

Серп Гефеста, бурого от железняка спутника, вставал над горизонтом белого, в полосах опоясывающих планету ледяных вихрей, Гиацинта.

После короткого брифа с капитанами и развода флота на дежурные орбиты, я позволил себе короткий четырёхчасовой сон, затем пил кофе и смотрел на полоску ярких точек вдоль экватора. Выглядело красиво, надо сказать. Крупные купольники и поселения помельче опоясывали экватор, формируя обитаемый пояс, соединённый маглев-трассами. Десяток лифтов, через каждые пять тысяч километров. Только вот половина была в консервации.

По сути, Гефест, как и Луна на матушке-Земле из Пантеоне, не вполне спутник – здоровенная дура, почти с Хтонь по диаметру. Только сила тяжести меньше раза в два, что и позволяло собирать крупные суда прямо на лифте. Они с Гиацинтом «парная планетарная система».

И где-то там была Даша.

– Позвоните ей, господин рыцарь, – поняла мой молчаливый взгляд Октавия. И добавила тактично: – Думаю, вам полезно будет из первых уст узнать, как там продвигаются дела по достройке «Геркулеса».

Ну, я и позвонил. Как раз обеденный перерыв на верфи. Она очевидно была рада меня увидеть – я понял это по глазам.

– Привет, Саша! Прилетел, значит.

– Привет, Даша. Прилетел, ага.

– Только не говори, что из-за меня.

И непонятно – то ли действительно спрашивает, то ли шутит. Я промолчал, ухмыльнулся. Потом решил отшутиться:

– Первая причина – это… потому что тут строится мой линкор.

– Так.

– А вторая… Потому что у Гиацинта не сильно могучий флот. Надо бы укрепить.

– Логично, – кивнула Дарья. – Третья?

– Третья причина – это путь. Ближайшая траектория от булыжника в центр системы идёт через Гиацинт.

Даша скрестила руки на груди.

– А четвёртая – это то, что так сказали Творцы через Кукушку. Эх, Саша, иногда мне кажется, что тебе не… двадцать семь лет, а двадцать два.

И тут я действительно и ясно почувствовал – права она. Правильно меня укоряет. Неразумно было мне тащиться сюда самому, лучше бы уж к Орхидее полетел, либо остался бы сторожить Королёв. Можно было отправить сюда два крейсера Сирот Войны, в конце концов, но самому-то… Самому зачем?

Да, чёрт возьми, Саша. Ты сам себя обманул. Главная причина, почему я попёрся сюда c двумя крейсерами – была она.

– Дарья Фёдоровна, доложите о готовности ходовой у «Геркулеса» и орудий противоорбитальной обороны, – явно поменявшись в лице, спросил я.

– Маршевые и маневровые в готовности девяносто процентов, – также поменявшись в лице, кивнула она. – Орудия. Три батареи из шести на передней стороне, две на обратной Две батареи на обратной на оперативном дежурстве. Некомплект штата на всех батареях. Не критичный.

– Челноки?..

– Челноки-истребители готовы к вылету по первой команде… командир.

Я удовлетворённо кивнул. Она же продолжала стоять по стойке смирно, и я всё-таки сказал:

– Вольно. Даша, я пришёл сюда – потому что я так решил. Потому что посчитал это правильным.

– Это хорошо, – кивнула она. – Просто потому что… потому что если ты действительно из-за меня, если ты сделал это не исходя из стратегии, а… по каким-то другим причинам – то у нас большие проблемы. А нам они не нужны – ты сам так говорил когда-то. И я с этим согласна.

Я никак не прокомментировал вышесказанное.

– Береги себя, Даша. И не геройствуй. Я буду прикрывать сверху.

– А я буду тут. Снизу. И ты береги.

И я ждал – ждал ещё целые сутки.

Совещание офицеров. Квантовая связь с Герберой, с Орхидеей, с Гиацинтом. К вечеру на связь вышла «Клото», вышедшая на орбиту «Сефирот-6».

– Мы тут встретили истребитель с «Орхидеи». «Зодчий», слышал о таком? – спросил меня Ярослав, сын Роберто. – Пилот сказал, что тебя знает. Его на барже сюда выкинули, а сами уплыли, ходу на один обратный бросок. Пока на борт приняли, чай пьём.

– Чисто?

– Чисто, – подтвердил «Сирота Войны». – Все автономные шахты на спутниках – тоже целые. Никаких признаков, что они здесь были. Если бы всплывали – точно бы запустили пару болванок, ведь так?

– Возможно. Ну и пейте.

Значит, ко мне идут. Значит, правильно я выбрал тактику!

Я думал не смыкать глаз, ждать появления. Рано или поздно – Орда должна была явить себя. Или здесь, или там, на Орхидее. Было бы странно, если бы они испугались любого из местных флотов.

Даже моего. Даже объединённого с флотами планет.

И я угадал – Орда явила себя на следующий день.

Глава 9
С шашкой наголо

Разумеется, всё произошло, когда я после двадцати с лишним часов бодрствования и патрулирования на маршруте от Гиацинта до Гефеста наконец-то прилёт поспать. Ну, я даже поспал, наверное, часа полтора. И даже немного выспался, не пришлось прибегать к разного рода медикаментозным манипуляциям с Октавией.

Мне забарабанили в дверь, одновременно квантовый терминал в моей каюте взорвался звонком.

– Господин рыцарь!!!

Я тут же вскочил с кровати.

– Где? Полусфера?

– Никакая полусфера! Не у нас, господин рыцарь! – это раздалось из-за двери, от Октавии.

Ясно. Значит, другая планета. Значит, где-то далеко. Уже через двадцать секунд я вышел на связь.

В рубке «Песца» царило боевое оживление.

– Маневровые слева малая тяга, – командовал Галлахад.

– Есть малая тяга, – отозвался «Песецъ».

– Активную защиту по левому борту через десять секунд, – это уже Легавый.

– Нахрена? Ну, есть.

– Рельсоганы приготовить… Адмирал, два корабля, третий класс, вроде «Трупоеды и есть». Быстрые. Вышли впереди от нас. Отстрелили торпеды с ядерными! Идём на перехват.

– Корабли Орхидеи?

– «Корней Кучин» спешит, – отозвался «Песецъ». – Он на прямом коннекте. «Царевна Василиса» в противофазе, и я бы не надеялся, там всё плохо с вооружением.

Они учли ошибки после учений. Строгое капитанское управление, «Песецъ» не позволяет себе вольностей, слушается, как верный пёс, хоть, может, в глубине и продолжает считать капитана не сильно умным и способным.

Как бы я хотел быть там! Если бы я мог совершить гипербросок!..

– Астероидные пулемёты! – послышалось где-то на заднем фоне.

– Цели получены, нейтрализую. Уклонение.

– Вижу десантные капсулы…

Десантные? Интересно, на что надеются хрящезадые? То, что «Песецъ» без проблем собьёт абордажные капсулы – у меня не было сомнений.

Но, оказалось, нет. Одну не сбил. Слишком близко они вынырнули. Одна-таки присосалась.

– Фиксирую попытку разрезания корпуса и проникновения на борт, – сказал кто-то из наблюдающих. – Справа, уровень минус первого, служебная палуба.

– Сколько? – спросил Галлахад.

– Одна малая десантная. Предположительно до двадцати тварей.

– Попытка сбить квадробластерами?

– Мёртвая зона. Получилось дать только частичные повреждения!

– Первая противоабордажная выдвигается, – это, я услышал, Правофланговый.

– Блокирую отсеки минус первого по правому. Готовьтесь к разгерметизации!

– На позициях.

– Новая оценка – до пяти тварей.

– Принято. К разгерметизации готовы…

Пять тварей – звучало неприятно, но не так уж и жутко. На борту Правофланговый и солтынгерское ополчение, а эти ребята опыт умеют и шутить не будут…

Уже в какой раз я убеждался, что интеллектуальный уровень у капитанов Орды гуляет от уровня гениальной суперстратегической нейросети – до уровня питекантропа.

Впрочем, также и у человеческих командиров бывает, увы.

Перевес в огневой мощи был на нашей стороне. Но всё равно. Орда была там – а я здесь. Почему, почему мною ещё не освоен гипербросок достаточной мощни⁈ Как же хотелось перебросить пару кораблей туда. Я же должен был! Должен оказаться в центре битвы.

Нет, сказал я себе. Стоп, Саша, успокойся. Ты теперь не только капитан, ты теперь адмирал боевого флота. Поэтому ты ещё и стратег. И политик. Тебе не нужно с шашкой наголо мчаться в первых рядах в рукопашную.

Точнее – может, иногда и нужно вперёд, но не всегда. Без делегирования и веры в способности твоих подчинённых ничего не добиться. На передовой справятся и без тебя.

И всё же – что-то мне в этом всём не нравилось.

Галлахад старался. И Легавый – тоже. И Правофланговый. Но их задача была в другом – управлять системами корабля, вооружением и экипажами.

А тактику всё-таки определял я. И я мог это сделать удалённо.

За это время я уже успел переместиться в командный пункт – там была и Октавия, и пара моих офицеров.

– Песецъ, – попросил я. – Отключи звук из капитанской и выведи карту сражения.

Чем отстреливаться и как перенаправлять нагрузку на щитах, как оперативно прикрывать уязвимости – экипаж и так знает. Даже как отразить возможный абордаж – справятся без меня.

Мне же сейчас было достаточно прямой связи с мозгом корабля.

Ну, он и вывел.

Сперва я не понял, что происходит. Почему они такие тупые, и почему идут по такой странной траектории. И ещё и ускоряются…

А потом как понял.

Два корабля Орды шли вовсе не на обхват и отрезание корабля. И не на атаку на какие-либо планетарные силы. Они тупо неслись вперёд к поверхности Орхидеи – прямо в сторону экватора, к континентам…

– Песецъ! – скомандовал я. – Это камикадзе!

– Ками… чего? Понял. Нашёл в старых хрониках. Вот же ж идиотины яйцеголовые. Предлагаю сбить из курса кинетикой.

– Осуществляйте. Главное – не позвольте им попасть в планету!

– Сейчас бы догнать их.

Капсулы, впрочем, проблем особых не вызывали. Абордажную группу на борту «Песца» в итоге отбили. А оставшиеся десантные капсулы меж тем плавно сошли с курса сближения и пошли в сторону. Они целились не в «Песца», а в спешащего на помощь «Корнея Кучина». Как будто бы их мои корабли не интересовали. А интересовал княжий флот.

Интересно, почему это?

А вот сами корабли… Они по манёвру «Песца» поняли, что мы разгадали их план.

И поэтому тут же перестали отстреливаться, изменили вектор атаки. Прирастили скорость, разделились и пошли двумя расходящимися прямыми, явно целя в два места на поверхности.

Ракеты, которыми отстреливались «Трупоеды», были сбиты. Одна всё-таки – на подлёте, рванула всего в парке километров от Песца. Мощная, зараза, килотонн двести, не меньше. «Песецъ» тряхнуло, но он и не такое повидал, не обращал внимания, благо, щиты работали нормально. Лишь слегка покрутил маневровые и отчаянно спешил наперерез одному из «Трупоедов».

– «Песецъ», уточни траекторию движения в проекции на материки планеты с поправкой на ускорение.

– Готово.

Я развернул голопроекцию поверхностью планеты к себе.

Два больших эллипса с зонами поражения на планете. Один – на Большом Курортном Материке. Как раз где мы совсем недавно были. Второй – в районе Цветка.

В регионе падения проживало триста миллионов человек. Даже если долетит, даже если рванёт по минимуму, у поверхности – на мегатонн восемьдесят-сто…

Таймер отсчёта столкновения с планетой не просто бежал – он ещё всё время корректировался.

22:30… 22:29… 22:20… 22:18…

– Правый! – скомандовал я. – Перестраивайся, бери правого! «Кучин» пусть держит второй. Октавия! Сгенерируй от моего имени, развей мысль и оттранслируй через все каналы Сообщение для Орхидеи. Срочная эвакуация всего южного побережья четырёх континентов! Угроза цунами!

Тут – как лотерея. Или цунами. Или ковровая ядерная бомбардировка, если мы опоздаем.

«Корней Кучин» не был под моим командованием. Но «Песецъ» ему скажет, и тот послушается. А если не послушается – что ж, я хотя бы попытался.

– Мне не хватает тяги маршевых, – сообщил «Песецъ». – Я догоню через двенадцать минут, если вдарю в полтора выше. Но тогда пожгу сопла. И через двенадцать минут там будет вдвое ниже низкой опорной, и сам уже рискую не вырулить. Сам упаду. Я на такое не подписывался. Точнее – я-то мог пасть смертью храбрых. Но вот блокировка…

Чёртов инстинкт самосохранения корабля! Не, а я мог бы сейчас попросить Октавию влезть удалённо в черепушку «Песца»… Но терять корабль? С призрачной надеждой спасти чуть больше жизней?

Октавия вопросительно посмотрел на меня.

А что, если какое-то число жизней уже всё равно не спасти? И вдруг «Песцу» предстоит потом спасти ещё под моим командованием десятки других планет?

Опять – чёртова «дилемма вагонетки»…

Счётчик продолжал: 17:10… 17:05… 16:58

– Шанс сбить кинетикой? – запросил я.

– Меньше пяти процентов. При текущей скорости.

– Набирай максимальную скорость, на излёте атака из всех рельсотронов и квадробластеров. На десять километров ниже опорной рыскай на восток, ныряй на Гейзенбергах в сторону Лагранжа. И ещё…

– Что?

– Отстрели по две красные на обе цели. С прицелом и корректировкой по дну кораблей.

И он отстрелил. И он продолжал лететь вперёд. Параллельно досыпая из снаперского рельсогана кинетическими болванками.

– Старик могуч, – усмехнулся «Принц Евгений». – Могёт.

То ли с завистью сказал, то ли просто – с уважением.

Я следил.

Пятнадцать минут до поверхности. «Корнея Кучина» всё-таки задели кинетические болванки. Разгерметизаций, повреждение двигателей, прочее веселье. И, конечно, сход с дистанции. Но отстрелял он уже почти полный боекомплект. И что-то, возможно, и долетит.

А если не долетит – второй с орбиты уже не сбить. Значит, одна надежда на противоорбитальную оборону самой Орхидеи. Которая, в силу ветхости, оставляла желать лучшего.

Двенадцать минут до поверхности. Кинетика вся летит мимо.

Ядерные боеголовки Орды, отправленные на поверхность, уже перехватывались низкоорбитальными и атмосферными челноками, насколько они умели.

Все, кроме одной перехватили. Одна бахнула на окраине мегаполиса Джанибеково, в воздухе. На высоте меньше пяти километров.

Вот и всё. Ждали цунами от падения, а вышло вот это. Вот тебе и жертвы – десятки, а то и сотни тысяч.

Одна из двух ракет «Песца» была сбита. А вторая продолжала гнаться за «Трупоедом», который продолжал наращивать скорость.

Десять минут. Граница опорной орбиты пройдена.

Семь минут.

Расстояние от Песца до правого из Трупоедов, который летел в центр гигаполиса Цветок – пять километров. Смешное по меркам космоса. «Трупоеды» теперь уже точно не смогут сманеврировать. Наши болванки теперь точно смогут достичь цели.

– Торможение! Отстрел кинетики, удар бластерами, – сообщил Песецъ. – Ухожу в через двадцать… девятнадцать…

И вот за эти двадцать секунд, что оставались до выхода в подпространство, произошло множество событий. «Песецъ» продолжал передавать данные лидаров, оптического слежения и масс-детекторов, и я увидел результаты моих – или наших – решений.

Сначала кинетика изрешетила двигатели правого «Трупоеда», летящего в самый густонаселённый район планеты. А квадробластеры добили его. Он отстрелялся из кормового астероидного пулемёта, но все булыжники ушло в молоко – при таком ускорении, да ещё так близко от поверхности кинетика сильно проигрывает в скорости. Его уже закрутило и завращало, корпус покрылся тонкой пеленой плазмы. Он потерял аэродинамичность и принялся тормозиться об атмосферу. И перед тем, как «Песецъ» прекратил передавать данные – я увидел, как красная ракета с тактическим ядерным зарядом взрывается прямо под «килем» у «Трупоеда», запуская детонацию внутри и превращая в облако горящих обломков.