Текст книги "VALENT.TXT"

Автор книги: Андрей Валентинов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

– Прощайте, господин Гамбетта! – крикнул им вслед Кустопсиди. – Мне, право, жаль, что все так кончилось.

Фред вел журналиста прямо по тропинке. Вскоре впереди показался колодец. Гамбетта обернулся.

– Сволочь,– сказал он Фреду. – Мясник. Весь в прадедушку!

– Не трогайте герцога Жозефа,– спокойно ответил Фухе. – О покойниках плохо не говорят. У вас есть где пересидеть несколько дней?

– Что? Что вы сказали? – пробормотал опешивший и явно не ожидавший этого Гамбетта.

– Я не ясно выразился? – удивился Фред, разрезая навахой веревки на руках журналиста.

– Вот это да! – попытался улыбнуться Гамбетта. – Вот это герцог! Так вы меня отпускаете?

– А вы что, до сих пор не поняли? Несколько дней никуда не высовывайтесь, а то мне, как вы понимаете, не жить.

– А если вас арестуют за похищение?

– Пусть,– усмехнулся Фухе. – Посижу на баланде. Думаю, они до меня не доберутся. Но потом мне может понадобиться ваша помощь.

– Да-да,– заторопился журналист,– я дам вам телефон,– и он назвал номер,– там будут знать, где я. А теперь постойте!

И Андре Гамбетта испустил душераздирающий крик.

– Так будет натуральнее,– пояснил он. – Давайте сюда ваш нож!

Отобрав у Фреда наваху, он полоснул себя по руке и обильно оросил кровью оружие и самого Фреда.

– Просто великолепно! – заявил он. – А теперь надевайте мою шляпу.

– Зачем? – крайне удивился Фред.

– У них так принято – носить шляпу жертвы. Это их убедит окончательно.

– Ну, бывайте, мсье журналист,– произнес Фухе,– извиняюсь, что так вышло. И статьи ваши пропали...

– Что вы, господин Фуше, у меня надежно спрятана еще пара экземпляров,– усмехнулся Гамбетта. – Я человек запасливый. А вы не забудьте номер телефона: вдруг я вам еще пригожусь.

Появление Фреда в шляпе журналиста действительно произвело на Кустопсиди и чернорубашечников наилучшее впечатление.

– О-о-о, господин Фухе! – уважительно произнес горбун. – Я вижу, вам знакомы наши обычаи! Но вам нужно почистить пиджак. Прошу в машину!

И Кустопсиди предупредительно распахнул перед Фредом дверцу своего ландо.

15. ПОЧТИ СЕМЕЙНАЯ СЦЕНА

Вечером этого же дня Фухе, как и обещал, подкатил к особняку герцогов Отрантских и дернул за шнурок звонка.

– Привет, Флю! – сказал он, когда дверь отворилась. – Вот и я. Родители еще не вернулись?

Почтенная чета Моруа еще не вернулась из Ниццы, и особняк оставался в полном распоряжении двух молодых людей.

На следующее утро Фред и Флорентина пили кофе на гигантской кухне, обложенной старинной голландской плиткой. Фред дымил "Синей птицей" и просматривал газеты. Увидев заголовок "Новое о похищении Андре Гамбетты", он вчитался.

– Какой ужас! – заявила Флю, заглядывая в газету через плечо Фреда. Бедняга Гамбетта! Они его убили!

– Подкинутая ко входу в дом мсье Гамбетты его окровавленная шляпа,читал Фухе,– оставляет мало надежд увидеть отважного журналиста живым... группа крови... эксперты...

– Какой кошмар! – еще раз констатировала впечатлительная Флю.

Фред читал далее:

– "Разоблачительные статьи... неизвестные злодеи..." Ну, это опустим. Ага, вот: "В последний час"!

Фухе прочитал и чуть не выронил газету.

– Что тут? – удивилась Флю и также прочла: "Нашему корреспонденту стало известно, что сегодня ночью неизвестный позвонил в полицию и сообщил, что похитил и убил Андре Гамбетту некто Фердинанд Фуше, потомок известного интригана времен Первой Империи Жозефа Фуше, герцога Отрантского. Стало известно также, что Фердинанд Фуше недавно прибыл в Париж из великой, хотя и нейтральной державы. Объявлен розыск похитителя и убийцы."

"Ну все,– похолодел Фухе. – Теперь мне крышка!"

Он не ожидал такого быстрого поворота событий. Быть арестованным во Франции, имея постановление о высылке – не лучшая участь для эмигранта!

– Что с тобой, Фред? – испугалаоь Флю. – Причем здесь ты? Ты знал этого Фердинанда? Боже, а я живу в доме, принадлежавшем этим герцогам!

Фухе несколько иронично посмотрел на Флю:

– Я действительно знал Фердинанда. Дело в том, бедная моя Флю, что настоящая моя фамилия Фуше. Я и есть Фердинанд Фуше, последний герцог Отрантский!

Флорентина побледнела и в ужасе схватилась за горло. Но семейная сцена так и не состоялась: за дверью послышались чьи-то шаги.

"Неужели полиция? – успел подумать Фред. – Быстро успели, однако!"

Дверь открылась, и на пороге вырос Аксель Конг. Пораженная всеми этими сюрпризами Флю без сил опустилась на стул.

– Доброе утро! – поздоровался Конг насколько умел вежливо. Извините, мадмуазель, что пришлось отпирать входную дверь отмычкой, но дело, увы, не терпит отлагательств. Нам надо сматываться, Фред!

– Привет, Аксель! – сказал Фред. – Ты из-за этого? – и он указал на газету.

– Чушь! – мотнул головой Конг. – Успокойтесь, мадмуазель, ваш кавалер не убивал этого писаку.

– Кто вы, мсье? – выдавила из себя Флю.

– Я? Младший лейтенант Конг, приятель этого юного оболтуса. Собирайся, Фред!

– Аксель,– заявил юный оболтус,– мне надо бы минут на десять зайти в кабинет герцога Жозефа.

– Совсем спятил? – поразился Конг, вытаскивая Фреда из комнаты. – О ревуар, мадмуазель! – прокричал он ничего не понимающей Флю и потащил Фухе по лестнице к выходу.

– Что за спешка, Аксель! – решился возмутиться Фред уже в машине. – В конце концов я... Что случилось-то?

– Два часа назад Горгулов убил Поля Думера. Горгулова взяли, и на первом же допросе он назвал Габриэля. Не исключено, что назовет и тебя. Надо сматывать удочки!

– Убил Думера! – только и ахнул Фухе. – Президента Франции! Вот дела-то! А что же французы? Ты им разве не сообщил?

– Конечно, сообщил,– пожал плечами Конг, ведя машину на полной скорости куда-то за Сент-Антуанское предместье. – Сообщил, но сам видишь, чем все кончилось.

– А кто меня заложил? – решил спросить Фухе. – Кустопсиди, конечно?

– Конечно, он.

– А ля Рок знал?

– Ну, ты требуешь от меня невозможного! Откуда мне знать? Может, Кустопсиди и сам проявил инициативу... Нам-то от этого не легче!

– И то верно,– согласился Фред.

Авто подкатило к старому, потемневшему от времени двухэтажному дому. Конг затормозил.

– Вылезай,– сказал он Фреду. – Приехали на Страшный Суд.

– А судьи-то кто? – поинтересовался Фухе, но ответа не получил. Конг открыл своим ключом дверь, они поднялись по темной лестнице на второй этаж. Дверь прямо перед ними растворилась, и знакомый Фреду голос произнес:

– Прилетели, хе-хе, голубки? Ну, просим, хе-хе, просим пожаловать!

16. НОВЫЙ ГРАЖДАНИН

Фухе тут же узнал их попутчика – липового авиатора капитана Кальдера.

– Смелее, смелее, господин, хе-хе, Фуше, то есть теперь, хе-хе, Фухе, проходите! – продолжал он. – Расскажите о своих, хе-хе, парижских шалостях!

– Алекс здесь? – вместо приветствия спросил Фухе.

– Здесь, здесь, спит, хе-хе, отсыпается в соседней комнате, хе-хе, устал больно.

– Его бы надо скорее переправить к нам,– сказал Конг. – Его не должны здесь сцапать.

– Не спешите, хе-хе, лейтенант,– охладил его энтузиазм Кальдер. Ведь господин Габриэль, как и господин, э-э-э... Фухе, лишен вида на жительство в нашей великой, хотя и, хе-хе, нейтральной державе.

– А что же теперь будет? – спросил вконец растерявшийся Фухе.

– Будет очень просто,– ответил вместо Кальдера Конг. – Если Франция обратится к нам с требованием о выдаче тебя и Габриэля, мы сообщим, что означенные лица высланы из нашей державы, и ответственность за них несет страна их пребывания, то есть сама Франция.

– Точно, хе-хе, точно,– согласился Кальдер.

– Куда же мы денемся? – мрачно спросил Фухе.

– А вы не спешите, хе-хе, не спешите, молодой человек,наставительно произнес Кальдер. – Посидите, хе-хе, чайку попейте. А заодно лейтенант вам расскажет, как все это, хе-хе, произошло.

Все уселись за стол и стали пить прекрасный китайский чай, составляющий, очевидно, слабость капитана.

– Наша контрразведка еще год назад стала заниматься, Добрым Другом,начал Конг. – Поэтому меня внедрили и вывели на него. Вами с Алексом мне приказал заняться именно Добрый Друг. Очевидно, его заинтересовал твой титул и то, что Алекс – русский эмигрант. Кроме того, оба вы не имели нашего гражданства. Добрый Друг, как ты сам, Фред, понимаешь, тесно связан с ля Роком, и полковник попросил подобрать ему исполнителей для террористических актов. Остальное тебе, вроде, ясно.

– Остальное мне действительно ясно,– согласился Фухе. – Но отчего Думера все-таки убили?

– Все страсти, молодой человек, хе-хе, страсти,– ответствовал Кальдер. – Сами по себе должны, хе-хе, знать!

– Мы, конечно, тут же предупредили французов,– пожал плечами Конг,но кто же его знал...

– Да, хе-хе, старичок решил обмануть всех, в том числе, хе-хе, собственную охрану, и съездить к, хе-хе, метресске...

– Съездил,– буркнул Конг. – Доездился! Ну, а поскольку Алекса я увез, пришлось Горгулову самому идти на дело.

– Ну что же, спасибо за информацию,– поблагодарил Фухе. – А что теперь мне делать? Идти сдаваться в ближайший полицейский участок?

– Зачем, хе-хе, спешить? – удивился Кальдер. – Скажите, господин Фухе, что бы вы предпочли – получить некоторую сумму, так сказать, наличными и укатить, хе-хе, куда-нибудь в Парагвай или вернуться домой, в нашу, хе-хе, великую державу?

– Конечно, домой,– заявил Фухе. – Какие тут могут быть сомнения?

– Чудесно, хе-хе, чудесно,– закивал головой капитан,– только с одним условием – вы должны стать, хе-хе, последним, так сказать, отпрыском рода герцогов Отрантских. Фердинанд Фуше должен хе-хе, сгинуть навеки.

– Это как? – не понял Фред.

– А так,– вмешался Конг. – Давай сюда вид на жительство!

Фухе покорно протянул документ Конгу, и бумажка мгновенно исчезла в кармане лейтенанта.

– Вот так,– заявил Конг,– был Фуше, да весь вышел. Остался Фухе, гражданин нашей великой, хотя и нейтральной державы. Годится?

– Годится,– вздохнув, согласился Фред и добавил. – Моя бедная маман! Ей так нравилось быть герцогиней! Да,– спохватился он,– а как же Алекс?

– Он тоже, хе-хе, капитулировал,– сообщил Кальдер.

– Нет теперь Александра Гаврюшина,– добавил Конг,– а есть наш законный соотечественник Габриэль Алекс, правда, пока без документов. Да, Фред, раз ты уже становишься нашим соотечественником, не желаешь ли принять участие в одном патриотическом деле?

– Опять похищение? – безнадежным голосом спросил Фухе, которому все это уже изрядно надоело.

– Какой вы, однако, хе-хе, догадливый! – восхитился Кальдер. – Пророк прямо, хе-хе!

– У меня интуиция,– буркнул Фред и добавил,– ладно, чего, уж там. Поеду.

– С богом, хе-хе, с богом,– благословил их неунывающий капитан. – А вы, господин Фухе, оставьте мне номер телефона вашего, хе-хе, великомученика Гамбетты. Приятно, знаете, с умным человеком словечком-другим, хе-хе, переброситься!

Через несколько часов машина – все то же неизменное такси – мчала по Парижу. Уже начинало темнеть, и бульвары были заполнены продавцами вечерних газет, попеременно выкрикивавших:

– Горгулов – убийца президента Думера! Разыскивается его сообщник племянник русского царя Гаврюшин! Продолжаются поиски трупа Андре Гамбетты! Фердинанд Фуше, по слухам, арестован в Марселе!

Постепенно машина покинула Большой Париж и углубилась в вечерний сумрак пригородных лесов.

17. КОНЕЦ ГОРБУНА

– Знакомые места? – спросил Конг, видя, как Фухе вглядывается в мелькающий за окном пейзаж.

– Вроде,– задумчиво проговорил Фред. – Ну конечно! Мы едем на объект номер два!

– А, это у них так называется! На этой вилле полковник де ля Рок кое-что прячет.

– Так мы будем похищать не кого-то, а что-то,– понял Фухе.

– Именно что-то,– согласился Конг. – А точнее – архив "Огненных крестов", а прежде всего документы об их связях с нашей великой, хотя и нейтральной державой. Усек?

– Усек,– кивнул Фред. – А почему нас только двое?

– А тебе что, полк вызвать? – удивился Конг. – Хватит и нас двоих. Будем действовать так...

Такси Конга остановилось, и приятели, стараясь ступать как можно бесшумнее, двинулись к хорошо знакомой Фреду вилле, возле которой стоял красный автомобиль – спортивное ландо Демиса Кустопсиди.

Фред подкрался к двери, а Конг спокойно подошел к ландо и нажал клаксон. Гудок взвыл, а Конг продолжал посылать гудки до тех пор, пока дверь не отворилась и на пороге не появился чернорубашечник с автоматом наперевес.

– Какого черта!... – начал он, но договорить ему не пришлось. Фред, стоявший наготове, оглушил его ударом рукоятки своего браунинга. Подхватив упавшее тело, Фухе оттащил его в сторону и завладел автоматом, а в это время Конг уже ворвался в дом.

Второй охранник почуял неладное и выскочил навстречу пришельцам с автоматом наготове. Увидев, как разворачиваются события, он пустил очередь прямо в Фухе и бросился вверх по лестнице. Фред успел рухнуть на пол, и пули прошли над его головой. Тем временем чернорубашечник скрылся за дверью, и приятели услышали скрежет засова. В ту же секунду Конг выхватил гранату и бросил ее под дверь, а сам нырнул за угол. Взрывом дверь разворотило на части, и Фухе дал очередь по открывшемуся проему. Впрочем, последнее было излишним: граната успокоила охранника на весьма продолжительный срок. Путь был свободен.

Фухе и Конг быстро осмотрели несколько комнат второго этажа. Наконец их взорам предстал большой кабинет, в одну из стен которого был вмурован массивный сейф. На письменном столе лежал большой красный портфель. Фухе узнал его – этот портфель он уже видел в руках Кустопсиди.

– Это здесь,– заявил Конг. – Времени нет, придется пошуметь.

Конг вложил в замок сейфа динамитный патрон, и через несколько секунд здание сотряс мощный взрыв. Когда дым рассеялся, стало видно, что дело сделано – дверца сейфа бессильно распахнулась.

Пока Конг лихорадочно набивал нужными бумагами портфель Кустопсиди, Фред с автоматом обшаривал дом в поисках исчезнувшего секретаря, но Кустопсиди словно в воду канул. Об этом Фухе доложил Конгу, вернувшись ни с чем.

– И черт с этим горбуном! – решил Аксель.

Внезапно оба они услышали раздающиеся откуда-то снизу стук и приглушенные крики. Фред и Аксель переглянулись.

– Я схожу,– сказал Фухе, хватая автомат.

– Сиди,– распорядился Конг. – Сам схожу, а ты положи в портфель вот те пачки писем и утрамбуй все получше.

Фред вложил в портфель письма, походя убедившись, что все они от Доброго Друга и написаны на тот же адрес по улице Гош-Матье, затем с трудом закрыл плотно набитый портфель и удовлетворенно вздохнул:

– Вроде, все...

– Вы так думаете, герцог? – услышал он внезапно за своей спиной. Фред тут же обернулся – из-за откинутой портьеры на него смотрел Кустопсиди. В правой руке горбуна дрожал револьвер.

– Руки вверх, ваша светлость! – прошипел секретарь полковника. Выше, выше! Выходит, я в вас немного ошибся. Вы оказались умнее, чем я думал. Впрочем, это вас не спасет.

Пока горбун упивался своим красноречием, Фред лихорадочно искал выход.

– Ну, а сейчас... – продолжал проклятый грек, но Фред, вовсе не желая знать этого, вдруг повернул лицо в сторону двери и крикнул:

– Стреляй, Аксель!

На какое-то мгновение горбун отвел взгляд от Фреда. Ему понадобилось очень немного времени, чтобы убедиться в том, что никакого Акселя в дверях нет, но не успел он вновь перевести взгляд на своего противника, как Фред прыгнул прямо на него. Выбитый из рук горбуна револьвер покатился по полу, и враги сцепились врукопашную. Кустопсиди был очень силен, и Фреду пришлось туго. Горбун прижал его к столу и стал душить. Рука Фухе заерзала от боли по столу и вдруг нащупала что-то тяжелое. Разбираться было некогда, и Фухе что есть силы ударил врага этим предметом по виску. И в ту же секунду мертвая хватка на горле Фреда ослабла. Фухе с силой расцепил руки горбуна, отбросил тело в сторону и, чуть пошатываясь, встал сам. Кустопсиди лежал неподвижно, и по его разом остекленевшим глазам Фред понял, что проклятый грек мертв.

18. ОСАДА

Не успел Фред немного отдышаться, как по коридору затопали чьи-то башмаки. В комнату вбежал Конг, за которым, к крайнему удивлению Фухе, следовали братья Риччи – Блэджино и Сипилло.

– Нас заперли в подвале! – с порога закричал Блэджино.

– Как там сыро! – поддержал брата Сипилло, и тут оба увидели труп Кустопсиди.

– Готов? – спросил Конг, подходя к трупу. – Чем это ты его?

Фред огляделся и быстро нашел тот тяжелый предмет, который сослужил ему такую службу.

– Смотри-ка, Аксель! – удивленно воскрикнул он. – Это же пресс-папье!

– Новый способ убийства,– усмехнулся Конг. – Войдешь в историю, канцелярист!

Тем временем братья Риччи, перебивая друг друга, повествовали о печальных днях своего заточения, об угрозах мерзкого Кустопсиди и, наконец, о том, как услышав стрельбу и взрывы, они сообразили, что пришло избавление.

– Какое счастье! – ликовал Блэджино. – Мы на свободе, а этот горбун мертв! О мамма мия! О святая мадонна!

– Вот что, ребята,– распорядился Конг,– берите машину и дуйте отсюда к ближаишей границе!

– О, грацио, синьор Кинг! – воскликнул Сипилло, и, радостно распрощавшись с Акселем и Фредом, братья протопали к выходу.

– Пойдем и мы,– сказал Конг, беря портфель.

Когда они вышли из зловещего дома, братья Риччи уже уселись в машину и, рванув с места, помчались в сторону Парижа.

– Аксель! Они взяли наше такси! – сказал Фред.

– Какая разница? – пожал плечами Конг. Они уже усаживались в красное ландо, когда услышали несколько длинных автоматных очередей.

– Черт! – крикнул Конг. – Быстро же они!

Машина, в которой ехали братья Риччи, беспомощно сползла на обочину, а кто-то невидимый расстреливал ее из кустов.

– Лучше бы они остались в подвале,– вздохнул Фред.

– Кустопсиди успел позвонить, пока мы били охрану,– сообразил Конг. – Ну, теперь держись!

Фред с Акселем отступили в дом и вооружились автоматами охраны. Тем временем чернорубашечники осмотрели трупы братьев Риччи и, убедившись, что жертвой пали вовсе не те, кто ожидался, не спеша двинулись к дому, стараясь избегать открытых пространств.

– Подойдут к тому высокому дубу – бей! – распорядился Конг.

Первые очереди скосили одного из нападавших. Остальные залегли и начали отползать.

– Стереги, а я сейчас позвоню,– распорядился Конг.

За время его отсутствия бандиты дважды поднимались в атаку, но Фухе каждый раз прижимал их к земле.

– Я сообщил Кальдеру,– сказал Конг, вернувшись.

– Гляди! – Фухе ткнул пальцем в наползавшую темноту. – Они обходят дом!

– Вижу. Худо дело. Сделаем так...

С обеих сторон огонь стих. Чернорубашечники, обойдя дом, долго не решались войти внутрь. Наконец, двое влезли через окно первого этажа. Они осмотрелись, но вокруг было пусто.

– Эй, идите сюда! – крикнул один из бандитов.

Еще трое вошли через открытую парадную дверь. Не найдя в холле никого, все пятеро сошлись вместе и стали совещаться. Приняв какое-то решение, они двинулись на второй этаж. В ту же минуту двери, ведущие в подвал, открылись, и автоматные очереди уложили на месте троих чернорубашечников. Оставшиеся бросились к выходу, но ловко брошенная Конгом граната довершила дело. Дом снова был очищен.

– Разбирай оружие! – приказал Конг, и приятели пополнили свой арсенал за счет оружия покойников. Но обороняться им больше не пришлось: вдали послышался вой полицейской сирены.

– В лес! – крикнул Конг Фреду. – Через окно! Быстро!

Захватив портфель, они выпрыгнули из окна и в несколько прыжков достигли опушки. Забившись в какие-то кусты, они получили возможность отдышаться.

– Полиция накроет их архив,– шепнул Конг. – Теперь ля Року придется туго. А наши бумажки помогут отправить за решетку и Доброго Друга.

И Аксель погладил туго набитый портфель. Затем он встал и, велев Фреду ждать, куда-то ненадолго отлучился.

– Готово! – сообщил он, вновь появляясь и тяжело переводя дух.

– Где ты был? – спросил ничего не понимающий Фухе.

– Потом, потом,– торопил его Конг. – Ходу, Фред! Придется идти в Париж пешком, но делать нечего.

Фухе и Конг настолько выдохлись, что остановились на ночь в первой же деревенской гостинице. Утром они приехали в Париж рейсовым автобусом, и первое же, что они услышали, были крики газетчиков:

– Сенсация! Сенсация! Фердинанд Фуше и Александр Гаврюшин убиты в схватке с французскими мафиози!

19. СОКРОВИЩЕ ГЕРЦОГОВ

И снова Фред ехал к уже хорошо знакомом ему особняку своего великого предка, но на этот раз за рулем был не Конг, а обыквовенный парижанин. Дорога от конспиративной квартиры Кальдера была долгой, и Фухе успел внимательно ознакомиться с утренним выпуском газет. Взяв наиболее серьезную – "Матэн", Фред с интересом прочел:

"Еще к вопросу о гибели Фердинанда Фуше и Александра Гаврюшина. Вчера полиция, основываясь на найденных при трупах документах сумела установить личность убитых..."

– Вот куда ходил Конг,– сообразил Фухе. – Он подбросил наши с Алексом документы беднягам Риччи...

"Сегодня же,– читал он далее,– последние сомнения отпали. Чудом спасшийся из грязных рук террористов отважный герой парижской прессы Андре Гамбетта с уверенностью опознал в убитых претендента на русский престол Гаврюшина и палача-садиста Фуше."

Гамбетта оказался прав – проинструктированный Кальдером, он действительно оказался полезным Фреду – в качестве его могильщика.

Фред позвонил в знакомую дверь. На его удивление в дверном проеме показался толстый лакей в ливрее.

– Я бы хотел видеть мадмуаэель Моруа,– заявил Фухе.

– Мадмуазель в трауре,– ответил лакей. – Разве вы не знаете, что ее жених, герцог Отрантский Фердинанд Фуше вчера трагически погиб?

– Ай да Флю! – подумал Фред. – Уже и в женихи записала!

– Я не захватил свои визитные карточки,– сообщил он лакею. Передайте мадмуазель Моруа, что Фред Фухе пришел выразить ей свое сочувствие.

Фред сумел привести Флорентину в чувство сравнительно быстро – минут за десять, но для этого понадобилось не менее половины содержимого домашней аптечки. Когда чудом воскресший Фред немного успокоил свою знакомую, он был вынужден огорчить ее вторично – сообщить о своем отъезде.

– Но, прежде чем попрощаться,– сказал он,– я хотел бы сделать тебе небольшой подарок.

– Зачем? Какой подарок? – отмахнулась сквозь слезы Флю, но Фред настаивал на своем.

– Ты, конечно, помнишь, что я очень интересовался кабинетом герцога Жозефа? Как ты увидишь, я это делал не зря. Пойдем!

Фред и заплаканная Флю проследовали в бывший кабинет министра полиции. Усадив девушку в кресло, Фухе достал из захваченного с собой саквояжа нужный инструмент и уверенно взялся за одну из досок дубовой обшивки.

– Более всего меня волновало,– сообщил он,– не трогали ли за этот век обшивку. К счастью, она все та же.

Изложив это малопонятное пока для Флю соображение, он не без некоторого труда отделил доску от стены. К удивлению Флю, за доской оказался не камень, а медная дверца сейфа.

– Ага! – обрадовался Фухе. – Порядок! Теперь займемся замком.

Он извлек из кармана старинный ключ с узорной бородкой и долго копался в замке. Механика не подвела, и ключ в конце концов провернулся нужное количество раз. Но, прежде чем открыть дверцу, Фред произнес небольшую речь:

– Флю! – сказал он. – Сначала об истории моего подарка. Предание об этом тайнике хранилось в нашей семье вместе с ключом. Мой предок, герцог Жозеф, убегая из Парижа, не смог захватить с собой все ценности и кое-что оставил в этом тайнике. Вот почему я так интересовался особняком, этим кабинетом и сохранностью деревянных панелей.

– А что там? – сгорая от вполне понятного любопытства, спросила Флю.

– Сейчас покажу,– пообещал Фухе, открывая дверцу. Из сейфа он торжественно извлек две шкатулки – побольше и поменьше.

– Сначала это,– сказал Фред, открывая большую шкатулку. К удивлению мадмуазель Моруа в ней оказались какие-то письма и документы. Фред бегло просмотрел их.

– Так и есть,– усмехнулся он. – Мой предок был действительно сущим аспидом. Здесь компрометирующий материал на всю верхушку первой Империи и заодно на верхушку эмиграции. Вот, полюбуйся – письма Наполеона, это, похоже, подпись ииператрицы Жозефины, а это какой-то вексель Талейрана. С помощью этих бумаг он держал их всех в руках до последней минуты, но захватить с собой не успел или не решился. Сейчас компрометировать уже некого, но на аукционе за эти бумаги дадут не один десяток тысяч франков. Ну, а здесь...

И Фухе открыл меньшую шкатулку. Тускло блеснуло старинной работы золото, впервые за сотню лет отразили дневной свет драгоценные камни...

– Да,– кивнул головой Фред,– это кое-что из украшений моей прапрабабушки. Ну вот, Флю,– подвел он итог,– это и есть мой подарок тебе.

– Но Фред,– только и вздохнула Флю,– ведь это все принадлежит тебе! Твоеиу роду! Ты же герцог Отрантский!

– Я был им,– сурово возразил Фухе. – До вчерашнего дня. Последний герцог Отрантский погиб в схватке с бандитами, чем без сомнения поддержал честь этого угасшего рода. Сегодня утром в парижской мэрии я получил свидетельство о смерти Фердинанда Фуше, герцога Отрантского, человека без подданства,– и Фухе хлопнул себя по карману, где, очевидно, лежало это свидетельство. – Ну, а Фред Фухе, гражданин великой, хотя и нейтральной державы, на все это прав, увы, не имеет.

И последний герцог Отрантский поклонился Флорентине Моруа самым изысканным придворным поклоном.

20. НАЧАЛО КАРЬЕРЫ

– Ну-с, молодой человек,– говорил, обращаясь к Фухе, Кальдер,– так сказать, получите, хе-хе, и распишитесь. Вот, прошу паспорт, хе-хе, совсем как настоящий, а это, хе-хе, свидетельство об окончании колледжа.

– Но я ведь не оканчивал колледж! – крайне удивился Фред, рассматривая свои новые документы.

– Как это вы не оканчивали, если, хе-хе, бумага имеется? – удивился в свою очередь Кальдер. – Окончили и, хе-хе, даже с отличием!

Разговор этот происходил в служебном кабинете Кальдера в родном городе Фреда Фухе в самом центре великой, хотя и нейтральной державы. Кроме хозяина кабинета и Фреда, тут находились Конг и Алекс, также только что получивший свой новый паспорт и свидетельство об окончании колледжа документ, который он и не мечтал когда-либо получить.

– Ну, вот и все, хе-хе, и в расчете,– закончил Кальдер. – Чем я могу еще вам, так сказать, поспособствовать, молодой человек? Письмецо, хе-хе, мэтру Моруа черкнуть, чтобы со свадьбой не тянул?

– Не стоит, спасибо,– махнул рукой Фред. – Я это уж сам. А вы, господин Кальдер, я вижу, уже майор? Поздравляю!

– Спасибо, хе-хе, признателен и весьма! – поклонился польщенный Кальдер. – А этому орлу,– он кивнул на Конга,– я выхлопотал чин лейтенанта на год раньше срока. Лишняя десятка, хе-хе, карман не ломит!

– Господин майор,– обратился к Кальдеру Конг,– надо бы и этих орлов и к делу пристроить, а то тюрягой кончат!

– Спасибо, Аксель,– отозвался Габриэль. – Меня уже пристроил папашка на свой заводик снабженцем. По свечному делу.

– Ну, а вы, господин Фухе? – осведомился Кальдер. – Какие у вас, так сказать, хе-хе, наклонности?

– Никаких! – честно признался бывший герцог.

– То есть как – никаких? – удивился Конг. – Да твой удар пресс-папье по виску этого горбуна изучают во всех полицейских школах! И тебе там место. Вспомни, кем был твой прапрадед!

– Моя маман хотела отправить меня в Кэмбридж,– вздохнул Фред.

– Ерунда! – отмахнулся Конг. – Знаний ни там, ни тут ты не наберешься, а полицейские погоны еще никому не мешали.

– А что, хе-хе,– подытожил Кальдер,– решайтесь, молодой человек! Комиссар Фухе это будет звучать вполне, хе-хе, мило, даже очень! Пишите-ка, хе-хе, заявленьице!

На улице к безмятежно расположившимся на лавочке Фреду и Алексу незаметно подобрался их старый недруг – участковый Дюмон.

– Ага! – в своей обычной манере заскрипел он. – Опять, вот это самое, бездельничаете!

Фухе только покосился на него. Алекс тоже смолчал.

– А вот я на вас, это самое, рапорт! – зловеще пообещал участковый, но тут же сменил тон:

– Знаю, знаю, вот это, геройство проявили, за что и гражданства, вот это, удостоились. Но смотрите у меня, вот это самое, чтоб сегодня же прописались!

– Но господин Дюмон... – начал было Алекс.

– Вопросы задаю я! – отрубил участковый. – Чтоб сегодня же, это самое, а то я вас, стрикулистов!

А через три года инспектор поголовной полиции лейтенант Фред Фухе сидел в своем кабинете и с интересом читал свежий номер "Полицай тудэй" с рассказом о провале путча "Огненных крестов" во Франции и об аресте де ля Рока. В дверь кабинета робко постучали.

– Входите! – милостиво распорядился Фред.

В кабинет бочком, низко кланяясь, зашел старшина Дюмон.

– А-а-а, это ты, старый взяточник! – гаркнул Фухе. – Ты что это, по пять тысяч стал ежемесячно брать? Не по чину берешь!

– Но господин лейтенант,– еще раз кланяясь, осмелился спросить Дюмон,– откуда, это самое, вы...

– Вопросы задаю я! – прервал его Фухе. – И вообще – как стоишь, скотина?!!

Андрей ВАЛЕНТИНОВ

БОЛЬШАЯ ВСТРЯСКА

1. ПЕРЕВОРОТ

Комиссар Фухе из всех дней недели больше всего любил субботу, точнее субботний вечер – блаженное время, когда некуда спешить, не нужно думать о завтрашнем раннем подъеме, о встрече с осточертевшим начальством. Впереди воскресенье, пиво с Габриэлем Алексом, легкий кутеж в баре "Крот" и много-много хорошего, что обещает завтрашний выходной. Комиссар чувствовал себя почти на верху блаженства. "Почти что" было связано с тем, что Габриэль Алекс, проводивший субботы, как правило, у комиссара, на этот раз не пришел. Вообще с беднягой после женитьбы стали твориться самые неожиданные вещи, начиная от легкой мании преследования и кончая привычкой зажевывать чаем каждый глоток водки. Поэтому Фухе решив, что его друга задержала законная мегера, без особого огорчения продолжил свое знакомство с новой партией продукции местного пивзавода.

После пятой бутылки комиссар обратил внимание на некоторую странность в телевизионной программе. Вместо концерта рок-группы "Сам Шит Форевер" по экрану уже второй раз подряд крутили старый голливудский боевик "Ковбой с винчестером".

– Перепились они там, что ли? – удивился комиссар и переключил канал, но везде было то же самое.

– Эк его! – озлился Фухе и выключил ящик.

Сначала Алекс, теперь эти телеглупости! Огорчение немного смыла очередная бутылка баварского, но не желая встречаться с новыми поводами для расстройства, комиссар быстренько допил десяток оставшихся бутылок и улегся спать, предварительно подмостив под подушку свое боевое пресс-папье.

Спал он крепко. Сны, редко посещавшие комиссара, и на этот раз обошли его стороной. Зато пробуждение оказалось страшнее самого мерзкого кошмара.

Первое, что почувствовал Фухе сквозь сон, был холод. Что-то холодное прислонилось к его лбу. Что это может быть, комиссар понял даже во сне и мгновенно раскрыл глаза. Увы, он не ошибся – здоровенная лапища, держала револьвер на уровне глаз Фердинанда. Дуло, прижатое ко лбу, приятно холодило мгновенно вспотевший череп.