Текст книги "Системный Друид. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Андрей Протоиерей (Ткачев)

Соавторы: Оливер Ло
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Серебристые прожилки на левом запястье пульсировали слабо. Иваре тоже приходилось переваривать увиденное. Девочка-дух затихла на периферии моей души, и я не пытался вытягивать её на разговор. Ей досталось на порядок сильнее. Осознать факт того, что сородичи столетиями служат аккумуляторами в каменных ловушках – серьезное испытание, требующее длительного покоя. Пространства, где мана течёт ровным потоком без людского вмешательства и бесконечной суеты. В застроенном портовом узле с его кривыми улочками таких условий просто не существовало.

Откинув голову на оконную раму, я попытался структурировать планы.

Текущая локация дала мне превосходную базу. Я прошел отличную практику у алхимического стола Талика, получил опыт официального взаимодействия с Гильдией, разобрался в особенностях вихревых лей-линий. Встреча с Луной и странная компания Ран отлично встряхнули устоявшийся рабочий ритм. Но список текущих дел подошел к концу.

Чувство недосказанности или брошенной на полпути работы больше не возникало. Наоборот, тесные стены арендованной комнатушки начали неприятно давить на плечи. Ирма отправляла меня за пределы Серебряных Ключей с совершенно чётким напутствием: смотреть мир и перенимать знания, которых не встретишь в одной лесной зоне.

Пока я исследовал только прибрежную полосу. Дальше за хребтом простирался огромный материк, разграниченный феодальными границами, раздираемый конфликтами фракций. Территория, о которой я собрал лишь поверхностные слухи из трактирных бесед.

Я спрыгнул с подоконника и вытащил из-под кровати свою походную котомку. Моток верёвки отправился на дно, следом улеглись проверенные склянки с заживляющими мазями. Нож из кабаньего клыка привычно встал в поясные ножны. Забросив лук за спину, я перепроверил посадку пространственного кольца на пальце.

Пришло время сдвинуться с места. Засиживаться на обустроенной базе – самый надежный способ обрасти бесполезными привычками и потерять ту самую остроту восприятия, ради которой я изначально вышел на тропу. Поправив лямки, я обвел комнату прощальным взглядом и толкнул дверь в коридор. Очередной отрезок пути пройден. Посмотрим, куда заведут меня следующие шаги в этом мире.

Глава 18
Линии пересечения

Решение уйти созрело давно, но дошел я до, собственно, самих действий именно сегодня. Суетливые улицы портового города изрядно давили на нервы. Они напрочь пропахли тухлой рыбой и дешевым кислым вином, выдавливая меня за свои каменные пределы столь же неумолимо, как вода выталкивает наружу кусок древесины. Окраины местного леса я исследовал достаточно подробно. Необходимые навыки обкатал на практике, а задерживаться на одном месте и обрастать ненужным барахлом в мои планы, как я уже говорил, не входило.

Поправив походную сумку, я переступил порог лавки менялы. Луна поджидала меня у выщербленной ограды на противоположной стороне улицы. Девушка оперлась спиной о стену, запахнув плотную куртку с академическим гербом. Ее лук был плотно стянут специальным чехлом для защиты тетивы от морской сырости.

Мы заговорили практически синхронно.

– Я ухожу, – коротко обозначил я свои намерения.

– Мы улетаем, – выпалила она.

Уголок её губ дрогнул в едва заметной усмешке из-за возникшей заминки. Девушка оттолкнулась от серой кладки и шагнула ближе к тротуару.

– Мастер получил прямое распоряжение от Академии. Программа обмена не ограничивается здешним побережьем, нас собираются гонять по двум гильдейским школам далеко на севере. Транспортный дирижабль Гильдии уже стоит на швартовах за грузовым портом. Мы планировали подняться на борт ещё на рассвете, однако встречный порывистый ветер удержал судно на привязи. Сейчас циклон дает нам небольшое окно. Сбор на судно будет через пару часов, так что тянуть больше нельзя, такие вот дела.

Она выдавала эти данные с показной деловитостью. Привычный способ скрыть за сухим отчетом нежелание участвовать в затяжных эмоциональных прощаниях. Да и видно было, что Луне немного неловко от того, что приходится говорить это так неожиданно.

– Значит, у нас сегодня, в целом, схожие планы, – я подтянул ремень на груди. – Составишь компанию до тракта?

Луна молча кивнула.

Ноги сами понесли нас в сторону восточных ворот, минуя раскисшие торговые ряды. Ни портовые кварталы, ни душные трактиры не подходили для финальной точки в этом отрезке пути. За границей проложенной людьми брусчатки начинался мягкий дерн с переплетенными толстыми корнями, где дышалось на порядок свободнее.

Лесная территория встретила нас мерным гулом раскачивающихся крон. Воздух здесь пропитался ароматом подогретой на солнце смолы, и я с удовольствием втянул его полной грудью. Ивара на самом дне души ощутимо взбодрилась, выскользнув из своего энергетического кокона. Городской спертый эфир давил на духа даже сильнее, чем на мою психику.

Сперва наша беседа развивалась очень неспешно. Мы перекатывались от темы к теме, выдерживая длинные комфортные для нас обоих паузы. Девушка охотно рассказывала о предстоящих перелетах и массивных воздушных судах, чьи корпуса мастера накачивали элементом Воздуха до самого предела. Затронула она и новых наставников, запутанные методики которых придется разбирать по косточкам для отчета перед мастером Виттоли. В интонациях спутницы напрочь отсутствовала былая неуверенность ученицы с Внешнего двора. Теперь рядом вышагивала сформировавшаяся магесса, в том числе создавшая саму себя нынешнюю, благодаря собственным усилиям. Она четко знала цену каждому собственному заклинанию и могла играючи переломить хребет зарвавшемуся противнику. Будь то опасное порождение Подземелья или разбойник.

– А твои планы какие? – Луна перемахнула через рухнувшую сосну без помощи рук. – Такой увесистый мешок припасов вряд ли понадобится ради перехода в соседний город.

– Возьму направление вглубь материка, – ответил я, наблюдая за ее покрасневшими скулами. – Поищу участки, где магия древнее, а Гильдейские отряды авантюристов еще не успели повесить свои флажки у каждой пещеры. Мне не требуется точная карта для навигации. Переберусь от одной природной зоны к другой. Заодно проверю законы выживания в местах без людских поселений.

Она не стала донимать меня напрасными расспросами о причинах. После совместного проливания крови в Подземельях и работы вместе над заданиями мы прекрасно читали друг друга по едва уловимым реакциям. Мой путь пролегал за горизонт и не требовал лишних оправданий. Да и она понимала, что я друид, а значит, моя жизнь так или иначе будет связана с природой.

Я сунул руку во внутренний карман куртки. Пальцы сразу же наткнулись на плотный прохладный кругляш с полустертым древним узором.

– Мир всегда оказывается на порядок теснее, чем ты думаешь в уютной хижине, – я вытащил монету на свет и небрежно крутанул её между фалангами. Металл словил тусклый зимний луч. – Подумать только, мы преодолели океан по разным маршрутам и снова столкнулись друг с другом на неизведанном континенте. Магические аномалии обладают отменным чувством юмора по части притяжения знакомых лиц. Эту вещь я всегда ношу с собой. Наплевательское отношение к чужим подаркам никогда не входило в список моих недостатков. И пока она со мной, я точно буду помнить о тебе, – улыбнулся я девушке.

Монета скользнула обратно под отворот куртки.

Луна не сбавляла шага. Профиль девушки на фоне стволов казался вырубленным из светлого камня подземных ярусов, взгляд при этом оставался упрямо прикован к уходящей вдаль тропе. В таком темпе мы преодолели шагов тридцать и вышли на окруженную раскидистыми елями опушку.

Здесь спутница внезапно затормозила. Сделав по инерции дополнительный шаг, я развернулся в ее сторону.

Всю невозмутимость на лице девушки словно ветром сдуло. Она преодолела остаток расстояния одним решительным выпадом. Ладони девушки легли прямо на воротник моей куртки. Оторвавшись пятками от земли, Луна потянулась ко мне, заставляя чуть наклониться.

Движение вышло порывистым. Так поступают люди, долго прикидывавшие риски и в итоге решившие действовать на чистом слепом адреналине, пока разум не позволил передумать. Она, скорее всего, метила в скомканный торопливый поцелуй, чтобы немедленно разорвать контакт и нацепить обратно маску железного самоконтроля.

Такой вариант меня совершенно не устраивал.

Я перехватил инициативу за доли секунды. Правая рука сомкнулась на ее талии, прижимая девушку ко мне и отрезая тем самым пути к отступлению. Пальцы левой руки надежно зарылись в темный узел волос на затылке. Мимолетное нервное касание я превратил в полноценный поцелуй, где юношеским колебаниям не оставили шансов на иной исход.

Кожаный плащ возмущенно заскрипел под тяжестью объятий. Воздух покинул ее легкие, вырвавшись сдавленным полустоном. Изначально скованные неуверенностью пальцы Луны быстро сдались. Она скользнула ладонями по моим плечам и крепко стиснула шею, отвечая с неожиданным первобытным жаром. Та страсть, которую я порой в ней замечал, наконец-то пробилась наружу.

Лесной ветер перестал иметь хоть какое-то значение. От кожи девушки тянуло свежестью пополам с горьковатой оружейной смазкой. Сердце заколотилось в ребра, разгоняя по организму ядреную смесь адреналина и дикого инстинкта обладания.

Глубоко в энергоканалах плотным сиянием откликнулась подкожная сеть. Ивара на дне моей души встрепенулась. Ощутив накативший шквал незнакомых человеческих эмоций, древесный дух проявил лишь жгучее любопытство. Он впитывал чужую страсть с жадностью выжженной пустыни, ведь древнему симбионту подобные выбросы концентрированного эмоционального шквала были абсолютно в новинку.

Воздуха окончательно перестало хватать.

Мы отстранились друг от друга, но с большим трудом. Я оставил ладони на её боках, чувствуя сбивчивое дыхание девушки через слои одежды. Румянец залил шею и подбородок Луны, уверенно пробиваясь сквозь природную бледность. Серо-зеленые глаза потемнели, в них ясно читались последствия нашего спонтанного действия.

Девушка нехотя шагнула назад. Освободившись из хватки, она попыталась выровнять осанку и накинуть на себя прежний независимый статус, однако припухшие губы и сбитый пульс откровенно саботировали маскировку.

Она все же не отвела от меня взгляда, когда я посмотрел на нее.

– Могу лишь надеяться, – в голосе девушки проскользнула глубокая хрипотца, – что теперь ты точно запомнишь меня не только по маленькому куску металла в кармане.

– Твой аргумент оказался весьма убедительным, – я усмехнулся краешком рта. – В этом плане можешь нисколько не сомневаться.

Мы обошлись без пустых разговоров. Развернувшись, наша пара зашагала обратно в сторону портовых крыш.

Обратный путь протекал в уютном молчании, подводящей жирную черту под длинным отрезком нашей истории.

На ближайшей развилке, когда в лицо ударил солоноватый ветер с залива, мы без лишних церемоний разошлись каждый в свою сторону.

* * *

Воздушное судно нависало над портовой площадью раздутой серой массой. Дирижабль удерживался у каменного причала внатяг, и толстые пеньковые швартовы надсадно трещали на чугунных тумбах при каждом резком порыве. Из контуров двигателей периодически выбивало едкий дым, который смешивался с постоянной сыростью и запахом гниющих на берегу водорослей. Грузчики в это время торопливо катили по доскам сходней сундуки, загоняя их внутрь пассажирской гондолы.

Студенты Академии жались кучкой у деревянной вышки, пытаясь укрыться от сквозняка. Преподаватели сверяли списки и периодически срывались на крик из-за неразберихи с багажом. Программа обмена с северными магическими школами имела жесткие сроки, которые ответственным лицам очень не хотелось срывать. Встречный ветер и без того продержал экспедицию на привязи лишние сутки. Капитан судна совершенно открыто подгонял команду, грозясь отдать концы через считаные минуты.

Я наблюдал за предстартовой суетой, привалившись плечом к кирпичной стене ближайшего склада.

Вскоре Луна отделилась от своих однокурсников. Походная одежда сидела на ней, стоит признать, как всегда, безупречно. Девушка опустила дорожную сумку на брусчатку и безошибочно нашла меня взглядом.

Я двинулся навстречу, игнорируя снующих мимо матросов. Растягивать прощания мы оба не умели. Вчерашний день среди деревьев, ее отчаянная хватка и полное растворение в моменте уже расставили все точки. Сейчас любые длинные обещания прозвучали бы натянуто. Они бы только разрушили то, что произошло.

– Попутного ветра, – я аккуратно коснулся её локтя.

Под слоем ткани отлично угадывалась плотность наработанных на полигонах и в лесных рейдах мышц.

– Чистых троп, Вик.

Луна перехватила мою руку и крепко сжала пальцы. Уголок её губ едва заметно дернулся.

– Только постарайся не лезть в пасть кому-нибудь еще более смертоносному, чем тот грифон. Хорошо?

– Думаю, шестиранговая лисица была куда опаснее, – подмигнул я ей и мы вместе тихо рассмеялись.

Пронзительный свисток надсмотрщика разорвал гвалт толпы.

Девушка разжала ладонь. Она подхватила свой багаж, развернулась и зашагала по наклонным доскам. Ступив на палубу гондолы, Луна ни разу не оглянулась назад, хотя хотелось, я уверен.

Сброшенные с тумб швартовы рухнули на причальный камень. Магические механизмы внутри судна отозвались нарастающим гулом. Пространство вокруг баллона завибрировало от выброса спрессованной маны, выталкивающей многотонную конструкцию в небо. Дирижабль с усилием оторвался от поверхности, разворачивая затупленный нос. Мощный попутный поток сразу ударил в борта. Массивные рулевые лопасти пришли в движение, помогая кораблю ровно лечь на нужный курс.

Запрокинув голову, я молча отслеживал этот грузный взлет. Отброшенная судном громадная тень переползла через крыши и скользнула по мутной глади залива. Дирижабль стремительно уменьшался. Очень скоро он превратился в смазанное пятно на фоне слоистых облаков, чтобы в следующее мгновение окончательно стереться из видимости.

Студящий порыв с моря забрался за воротник моей куртки. Стоять неподвижно и ловить морской ветеор было совершенно бессмысленным занятием. Под кожей левого запястья заворочалась пульсирующая тяжесть, и серебристый орнамент татуировки начал распространять приятное тепло. Симбионт плавно возвращал фокус моего внимания от пустого небосвода к земной тверди. Ивара внутри требовала движения и, разумеется, новых приключений.

Я глубоко вдохнул солоноватый воздух. Очередной затянувшийся жизненный этап остался позади. Развернувшись, я пошел прочь от портовой линии. Впереди простирались нехоженые земли материка с дремучими чащами. Там пролегали неизведанные маршруты, которые мне только предстояло распутать и подчинить себе.

Но для начала следовало дойти до комнатушки над лавкой менялы и забрать оставленные вещи.

* * *

Сборы много времени не отняли, и я покинул городские пределы в полдень. Хозяин лавки забрал плату за последние сутки и молча уткнулся в свой начищенный до блеска медный подсвечник. Местные давно привыкли к постоянной текучке самых разных личностей, так что моим отбытием никто особо не заинтересовался.

Потертая походная котомка болталась за спиной исключительно ради баланса да из старой егерской привычки. Подаренное Таликом пространственное кольцо надежно скрывало весь скарб. Больше не требовалось надрывать спину, перетаскивая запасы провизии, прочные веревки, одежду или хрупкие алхимические колбы. Все необходимое спокойно дожидалось своего часа в изолированной эфирной пустоте. Тяжелый нож лежал в ножнах на бедре, а на левом запястье дремал свернутый побег живой лозы, готовый в любой момент развернуться в магический лук.

Оживленный тракт уводил меня все дальше на запад. Шумное портовое предместье сменилось широкими полями и пологими холмами, а изрытая телегами дорога упрямо виляла по местности. Спустя пару десятков километров от этой главной артерии, если верить карте, поползут ответвления к рудникам, одиноким фермам, затерянным в низинах деревенькам или глухим охотничьим заимкам. Я намеренно не выбирал конкретного маршрута. Отсутствие привязанности к плану дарило отменное чувство свободы. В моей прошлой таежной службе все шаги утверждались в конторе и жестко упирались в кордоны заказника. В этом мире любые ограничения существовали только у меня в голове, и это… не могло не радовать!

Шагать было легко. Тело быстро вошло в нужный ритм, освобождая сознание для обдумывания деталей. Обочины постепенно затягивались колючим кустарником, перемешанным с плотным еловым подростом.

Ран возникла на дороге совершенно беззвучно. Усиленные Чувства никак не зафиксировали ее приближение. Мана-зверь шестого ранга обладал великолепным контролем собственной энергетики, позволявшим подавлять фоновые возмущения, правда, только когда хотела, а чаще всего она просто пренебрегала подобным. Ветки рослого орешника справа небрежно разошлись, выпуская кицунэ на грязную обочину.

Девушка осталась в тех же покупных городских штанах и простой холщовой рубахе. Рыжие волосы растрепались, подол слегка отсырел, однако держалась она с вызывающей безмятежностью. Багажа у нее предсказуемо не наблюдалось. Хищники перемещаются налегке, опираясь исключительно на клыки и врожденные магические способности.

Я притормозил и оперся о ближайший ствол.

– Думал, ты основательно пустила корни в местных чащах, – хмыкнул я в ее сторону. – Почти неделю тебя не было видно. Решил, городская суета тебе окончательно приелась, и ты рванула выслеживать крупную дичь.

Кицунэ брезгливо смахнула с рукава налипшую сосновую иголку. Янтарная радужка сузилась.

– Выжидала очищения воздуха, – она дернула носом в направлении скрывшегося за горизонтом порта. – Та девушка забрала свои деревяшки и отбыла на летающем корыте, как я понимаю? Раздражающий мыльный дух окончательно выветрился, так что территория вновь свободна.

Оценив ее прямолинейную логику, я едва сдержал улыбку. Природные законы раздела сфер влияния продолжали работать даже через межвидовые барьеры. Луна сносила компанию рыжей хищницы исключительно на голом девичьем упрямстве. Стоило только гильдейскому транспорту покинуть причал, как лисица объявилась на тракте. Всем своим довольным видом Ран подчеркивала свое полное право на дальнейшее совместное передвижение.

– Впереди никаких кондитерских лавок, сахарных леденцов и удобных матрасов, – я выразительно скосил взгляд на ее пустые ладони. – Запасной обуви у тебя тоже не предвидится. Ночевки предстоят на холодном дерне, а провиант придется добывать самостоятельно. Ограниченные порции из моей сумки не рассчитаны на плотные аппетиты лесного зверя.

Ран одарила меня откровенно презрительным прищуром.

– Твои предки едва научились обтесывать кости, когда мои уже обустроили свою первую нору и владели этими землями, – лисица в два грациозных прыжка обогнула широкую лужу. Но было забавно смотреть за тем, как она бахвалится. – Мясо я найду без подсказок. Будешь покладистым – так и быть, угощу задней ногой какого-нибудь зазевавшегося травоядного.

Сделав несколько торопливых шагов, спутница обернулась. Она не собиралась спрашивать разрешений или дожидаться официальных приглашений. Для неё ситуация являлась уже свершившимся фактом, который никто не смел оспорить. Окружающие людские земли пестрели диковинной архитектурой, шумными механизмами и отличной едой. Ран, судя по ее виду и поведению, хотела исследовать их дальше. Терять из виду человека со знакомым природным запахом маны кицунэ категорически отказывалась. Впрочем, ее можно было понять – где она найдет себе еще спутника, готового мириться с ее таким непростым характером.

Мы двинулись вперед бок о бок. Суровый Предел остался по ту сторону бурного океана, а маленький портовый город по эту, и оба позади. Луна улетела прочь, скрывшись высоко за плотной облачностью. Девушка отправилась на север штурмовать сложные магические дисциплины.

Серебристая маскировочная сетка татуировки под кожей моего запястья разогрелась. Ивара моментально проснулась от ощущения нового путешествия. Древесный дух продолжал с нескрываемым любопытством впитывать меняющийся ландшафт. Ей хотелось ощутить новый тип почвы, отследить структуру местной древесины и поймать запахи встречных растений.

Глубоко в энергоканалах дожидался своего часа закупоренный эфирный пакет. Мрачное наследие изувеченного древа из Подземелья продолжало фонить отголосками чужого горя. Вскрывать этот тяжелый фрагмент памяти на бегу было безрассудно. Изучение запертых механизмов прошлой цивилизации потребует длительной остановки и максимальной концентрации.

Сейчас же передо мной петляла грязная лента тракта. Сбоку маячил своенравный зверь в человеческой оболочке. Жизнь в этом мире набирала обороты, не давая мне ни единого повода заскучать.