Текст книги "Родословная. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Андрей Протоиерей (Ткачев)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

– Ни за что не поверю, что никто из моих братьев или сестёр не сталкивался с аристократами и их надменным поведением. Их бы это точно взбесило.

– Ну, наверняка сталкивались, – кивнул Салем. – Только вот из всех первородных, созданных Никлаусом, ты единственный, кто в первую очередь хватается за меч. Остальные предпочитают действовать более тонко. Тем более, сам Никлаус долго наставлял вас, что не стоит слишком светиться и демонстрировать свои возможности окружающим. Так что не сказать бы, чтобы современные аристократы что-то знали о подобных тебе.

– Да уж, действительно, мало они об этом знают, – невесело покачал я головой, вспоминая о том, как Крис крутился в среде аристократов, которые с радостью его принимали.

И ведь наверняка мой брат не слишком парился и заморачивался насчет того, чтобы менять свою внешность. Пусть он и не был специалистом во внушении мыслей, но так или иначе, все мы обладаем этой способностью. А уж слегка подправить воспоминания с помощью внушения – не такая уж большая сложность. Особенно, если ты отрабатывал этот приём веками, из года в год.

В некоторых случаях узкая специализация может быть весьма полезной и удобной – особенно для решения задач такого рода.

– Ну, с этим разберёмся позже. Ты снова решила задержаться у нас? – спросил я Бьянку, которая отошла от меня и направилась к холодильнику.

Там она стала выбирать себе блюдо по вкусу. Конечно, можно было попросить поваров приготовить что-то свежее, но, как и я, она предпочитала просто взять то, что есть, и насладиться перекусом, не отвлекая людей от их работы. Тем более, заказанное блюдо пришлось бы ждать, а здесь можно сразу выбрать что-то готовое, перекусить и идти дальше по делам.

– Дела ковена, – неопределённо ответила Бьянка, возвращаясь к нам с парочкой бутербродов и налив себе в бокал вишнёвый сок, будто это было вино.

У моей подруги хватало всяких странностей, так что я уже давно перестал обращать на подобное внимание. Тем более, сам я тоже не был слишком привередлив к посуде – мог спокойно есть не той вилкой, которая полагается. Хотя с этикетом высшего света я был прекрасно знаком и, при необходимости, мог без труда отыграть роль возвышенного аристократа. Но в своём личном доме я не собирался заморачиваться с такими вещами и предпочитал есть так, как удобно мне.

– Что, загружают тебя работой? – весело улыбнулся я, попивая чай.

При этом я наблюдал за Бьянкой, которая, несмотря на то, что была ведьмой, ела с грацией истинной аристократки. Смотреть на это было настоящим удовольствием. Этому, безусловно, тоже можно было научиться и моя подруга, похоже, потратила много времени, чтобы это вошло в привычку.

– Разумеется, после того как ты, по сути, уничтожил местный ковен, обрубилось много различных связей. Теперь мой ковен перехватывает их на себя. Да и некоторым зарвавшимся персонам нужно настучать по рукам за то, что они берут то, что им не принадлежит. Так что работы хватает.

– Может, нужна какая-то помощь? – участливо спросил я. – Могу Салема тебе отдать, пусть разомнётся, а то совсем жирком заплывёт.

– Эй! Это не жир, это я просто расту! – резко возмутился кот, но тут же вернулся к поеданию своих блюд. Перед ним на столе всё ещё оставалось множество закусок, до которых он не добрался.

– Спасибо за предложение, Демиан, – тепло улыбнулась мне Бьянка. – Но пока что справляюсь сама. Если возникнут проблемы – разумеется, обращусь. Тем более, я найду, чем отплатить тебе за помощь.

– Вот и хорошо. Не забывай – мы друзья, и я совсем не против помочь тебе.

– Спасибо, Демиан. Я это, действительно, ценю, – с улыбкой сказала Бьянка. – Но пока что нет ничего такого серьёзного, с чем я не справилась бы сама. Но твоё предложение я запомню, не переживай.

– Ну, вот и хорошо, – довольно улыбнулся я.

Глава 13

Немного подумав, куда отправиться дальше, я решил просто сесть на мотоцикл и покататься. Всё же иногда такие прогулки необходимы – чтобы проветрить голову и, в целом, обдумать происходящее. Как-никак, за очень короткое время моя жизнь довольно сильно изменилась. Я, по сути, проснулся сразу после сражения с отцом – события, которое в тот момент стало решающим в моей жизни. Ведь от исхода этого боя зависело, получим ли мы свободу или нет, и если нет, то какими будут последствия.

Свободу мы получили, но я был тяжело ранен. В итоге я провёл пять веков в целебном сне, который обеспечила мне Бьянка.

Теперь же, как-то незаметно, под моим руководством оказалось несколько десятков человек, которые уже не были совсем людьми. Да и, получается, я обзавёлся семьёй? Всё-таки Анну я называл своей сестрой не просто так. Она была частью моей родословной – продолжением той линии крови, которую я создал, чтобы сохранить за собой это поместье.

И то, что мои птенцы разрослись до полноценного рода, было их собственной заслугой. Всё это происходило без моего участия. Поэтому я не собирался отказываться от своей крови – наоборот, собирался и дальше поддерживать Анну и её младших родственников. Тем более, девушка была весьма полезной особой – с этим сложно спорить.

Без неё мне пришлось бы искать иные способы увеличения числа бойцов в моём роде. А иначе мы просто не смогли бы закрыть все потребности, которые перед нами стояли. А это уже могло бы обернуться довольно серьёзной проблемой, с которой пришлось бы справляться. И далеко не факт, что найденное решение было бы удобным.

Правда, когда я спустился в гараж, то, помимо моего мотоцикла, заметил ещё парочку новых. А рядом с ними крутились двое бойцов рода, которые, похоже, настраивали технику под себя.

– Вот это что-то новенькое, – весело улыбнулся я, наблюдая за их действиями.

– Господин! – тут же подскочили оба парня и поклонились.

– И что вы тут делаете?

– Госпожа Елена распорядилась, чтобы у сопровождения тоже были средства для более быстрого передвижения по городу, – ответил один из них. – Вот и закупили пару мотоциклов, сопоставимых по скорости с вашей моделью.

– Вот оно как, – хмыкнул я, не убирая улыбки.

Всё же, пусть я и часто игнорировал меры предосторожности, которые должны быть характерны для главы рода, но, похоже, Елена в некоторых вопросах думала за меня. Как-никак, если я срывался с поместья на мотоцикле, то машина сопровождения не всегда успевала за мной. Тем более, я мог направиться в район, где на машине ездить неудобно.

А вот если меня будут сопровождать бойцы на мотоциклах, схожих по характеристикам с моим, они вполне смогут обеспечить мою защиту – и это сложно отрицать. Да и в целом, если смотреть с другой стороны, нам, действительно, не помешают более мобильные средства передвижения. Сейчас мы в основном заняты Разломами, и глобальных конфликтов с другими родами у нас нет, но кто знает, как всё обернётся в будущем?

Возможно, в дальнейшем нам потребуется именно мобильность, чтобы обеспечить себе преимущество. Поэтому в какой-то мере я был даже не против того, чтобы Елена решала подобные вопросы без моего участия. Тем более, сейчас у неё был доступ и к опыту отделившихся веток рода Анны. У них тоже были свои наработки на разные ситуации, как и определённый опыт ведения родовых войн.

Так что, если уж такое решение было принято, я совершенно не против.

– Ладно, бойцы, занимайтесь техникой, а я поехал.

– Но, господин… – попытался возразить один из них.

Второй, однако, его остановил, видимо, прекрасно понимая, что спорить со мной – ровно никакого смысла. Всё же, если понадобится, я их всё равно остановлю, и ничего они сделать не смогут. Как-никак, против внушения первородного не сработает ни одна защита сознания вампира, тем более, если я именно тот первородный, который их создал.

Поэтому я выскользнул из гаража на своём личном мотоцикле – в гордом одиночестве. Ворота территории вскоре открылись, и я оказался на улице. Тут же прибавив газу, я рванул вперёд.

Раньше для таких целей я часто просто бегал. Тот же конь не мог дать мне нужной скорости, чтобы отрешиться от мыслей и вернуться к размышлениям о темах, к которым обычно не прикасался. А вот езда на мотоцикле позволяла развить внушительную скорость. И было в этом что-то особенное – в управлении такой машиной. Что-то необъяснимое, что не выделишь из общего ряда ощущений, но которое всё равно притягивало.

По сути, мне просто нравилось ездить на мотоцикле – и на этом всё. Копаться в себе глубже я не собирался. Поэтому я просто позволил себе ехать вперёд, не задумываясь особо, куда заведёт та или иная дорога. Всё равно, даже если я и заблужусь, встроенный в навигационную систему мотоцикла навигатор приведёт меня домой или в любую точку, которую я укажу.

С учётом современных достижений техники беспокоиться о том, что я потеряюсь, не приходилось.

В этот раз поездка не закончилась ничем необычным. А то в прошлые разы всё либо сводилось к тому, что я оказывался в зоне прорыва монстров из Разлома, либо на меня нападали. В этот раз, видимо, все были слишком заняты, чтобы охотиться на бедного, скромного первородного – и потому я смог себе позволить просто нормально отдохнуть и отрешиться от всех мыслей.

Да уж, такое случается довольно редко. И, стоит признать, в некоторой степени я даже был разочарован тем, что ничего не произошло. Видимо, к различного рода неприятностям быстро привыкаешь, и когда ничего не происходит – это вызывает сильное недоумение. Будто бы чего-то не хватает.

* * *

Как бы мне ни хотелось больше свободы, следующий день начался с необходимости организовать подготовку к новому аукциону. Недавний показал, что-то, что я могу добыть в Разломе, уходит за очень неплохую цену. А это позволяло мне не только обеспечить род ресурсами, но и развивать его в дальнейшем.

Просто по той причине, что, в отличие от других родов, я не мог позволить себе нанимать специалистов со стороны. Ещё бы не хватало, чтобы нанятые люди умирали в процессе обращения. Всё же этот вопрос был довольно индивидуальным и сложным, как ни крути. Обращать всех подряд я не собирался – это могло привести к неконтролируемым последствиям, с которыми сталкиваться мне совсем не хотелось.

Тем более я прекрасно помнил встречи с так называемыми истинными вампирами, которые существовали в мире до появления нас, первородных. Никлаус очень старательно избавлялся от этих монстров, которые совсем не походили на людей и по большей части были мистическими хищниками – без капли нормального человеческого разума.

Нет, конечно, многие из них были весьма разумны – в том, как добраться до добычи и скрыть свои следы. Поэтому охота на них зачастую превращалась в весьма необычный квест, решать который приходилось, в том числе и мне.

Помнится, именно тогда мы с Крисом работали вместе особенно плотно. Он был следопытом куда более искусным, чем я. Пусть со временем эта разница и перестала быть столь существенной. Всё же, если ты, действительно, хочешь чему-то научиться, ты получаешь соответствующий опыт и становишься сильнее, лучше самого себя в прошлом.

Поэтому, если я хотел обеспечить свой род всем необходимым – в том числе, возможно, нанять сторонних наставников, чтобы они подтянули моих бойцов по направлениям, в которых никто из нас не был силён, – нужно было продолжать исследовать этот многоуровневый Разлом. Тем более что третий его уровень был достаточно велик, чтобы заниматься им ещё долго.

Вот только что-то мне подсказывало, что выше третьего уровня мы здесь уже ничего не найдём. Всё же обнаружить здесь четвёртый уровень было бы уже слишком большим везением. Пока что я слышал только о Разломах с двумя или тремя уровнями.

А вот за четырёхуровневый Разлом меня могли бы уже и потеснить, особенно учитывая, что я представляю собой всего лишь мелкий, пусть и активно развивающийся, род – по крайней мере, на фоне старых домов.

Другое дело, что всё происходило по правилам Гильдии Стражей, и никто из желающих занять моё место в разработке Разлома не мог претендовать на большее. Просто по той причине, что тогда им пришлось бы противостоять либо мне, либо самой Гильдии Стражей, которая самоуправство, мягко говоря, не любит.

Так что пока можно было надеяться на то, что Разлом останется за моим родом. А значит – нужно извлечь из него максимум прибыли, пока что-то резко не изменилось.

Всё же мне думается, что если начать показывать слишком большую добычу, могут найтись и обходные лазейки в правилах Гильдии Стражей. А это уже сулит дополнительные конфликты.

Впрочем, даже в таком случае я мог бы заработать – просто отняв у противников те финансы, на которые они рассчитывали в попытке обойти меня. Как-никак, война родов – это не только большие затраты, но и большие выгоды в случае победы. А от таких перспектив я, разумеется, отказываться не собирался.

В целом, зачистка Разлома шла своим чередом. Мы уже столкнулись с большинством монстров этого уровня и успели разработать тактику боя с ними. Теперь даже костяные гончие, какими бы крупными и опытными они ни были, не представляли для моих отрядов серьёзной проблемы. Тем более, гончие, как правило, действовали небольшими группами, что позволяло моим бойцам организованно и слаженно работать против них.

Да, это, конечно, приводило к различного рода травмам и порче снаряжения, но невосполнимых потерь мы не несли. Все бойцы после рейдов возвращались домой, чтобы отдохнуть и полностью восстановиться. Тем более что именно на восстановление я не скупился.

Да и Тея постоянно экспериментировала с так называемым концентратом крови – и как раз раненые бойцы были для неё отличным материалом, чтобы протестировать, насколько эффективно срабатывает та или иная вариация её средства. Как-никак, даже провальные образцы концентрата были лучше обычной крови, что, разумеется, благоприятно сказывалось на скорости восстановления моих бойцов и их готовности к новым рейдам.

Конечно, часть добычи приходилось передавать Гильдии Стражей. Совсем возвращаться из рейда без трофеев было бы слишком нагло – это сразу вызвало бы массу неудобных вопросов, на которые мне, разумеется, совершенно не хотелось отвечать. Поэтому всё, что, на мой взгляд, не представляло особой ценности, передавалось в распоряжение Гильдии для реализации.

В результате у сотрудников Гильдии к нам не возникало неудобных вопросов, а то, что большую часть настоящей добычи мы уносили и отправляли на реализацию Ланцову – оставалось вопросом сторонним, явно не входившим в сферу интересов и обязанностей гильдейцев. Да и усердствовать в этих вопросах они, похоже, не спешили, что устраивало все стороны.

Вот что значит – правильно обходить углы. Все довольны.

Я же сам предпочитал исследовать более дальние уголки этого уровня Разлома. Как показала практика столкновений с местными монстрами, чем дальше мы отходили от, скажем так, основных районов – от тех мест, где находился переход с предыдущего уровня – тем более разнообразными становились противники.

В ближней зоне обитало, по сути, мёртвое воинство одной фракции. Лишь однажды мне удалось столкнуться с мёртвым рыцарем, на доспехах которого была изображена зелёная лоза – и на него тут же напали местные, явно считая его врагом. Это только подогрело мой интерес.

Мне хотелось найти следы именно этой враждебной фракции, чтобы посмотреть, на что способны их бойцы. Вдруг они смогут предоставить мне новый боевой опыт или какую-то уникальную добычу, которую мы из этого Разлома ещё не доставали?

Так или иначе, во время рейдов я часто отделялся от основной группы и исследовал окрестности самостоятельно. Как правило, это заканчивалось очередным столкновением с рыцарем, которого я, в конце концов, уничтожал. Все они действовали по схожей манере – явно проходили одну и ту же школу боевого обучения, принципы которой каким-то образом сохранялись даже после их смерти.

После нескольких таких встреч движения этих рыцарей стали для меня довольно предсказуемыми. Подловить их в нужный момент уже не составляло большого труда, главное – самому не подставиться и не получить мощный удар от ожившего воина, который всё же обладал куда большей силой, чем обычный человек. Да и выносливость у них была куда выше: мёртвые не устают, так что затягивать бой с ними было бессмысленно.

После того как я изучил их стиль сражения, самым интересным моментом для меня стало – адаптировать его под себя и выработать стратегию, при которой эти рыцари больше не представляли бы для меня угрозы.

И именно поэтому мне так хотелось найти в этом Разломе что-то новое, что-то необычное. И, как оказалось, мои желания вскоре были удовлетворены.

Всё началось с того, что я проводил обычные поиски в дальних уголках этого уровня Разлома и забирался всё дальше – к окраинам разрушенного города. До ближайшей стены, в которой зиял крупный пролом, было уже недалеко.

Возможно, именно это место когда-то стало одной из точек прорыва вражеских войск – тех самых, что шли за принцем-узурпатором, которого так боялась та представительница местной аристократии, дожившая до наших дней. Та самая, что пыталась поглотить нас, чтобы вечно пребывать в иллюзии своего прошлого.

В любом случае, я рассчитывал – если не в этот раз, то в следующий – взобраться на ту стену и осмотреться уже с высоты. Но в какой-то момент всё пошло не по плану.

Стоит отметить, что на улицах города и без того хватало различных скелетов, которые курсировали по улицам, будто до сих пор несут службу в патруле, назначенном им перед смертью. Время от времени попадались рыцари – куда более опасные противники. Ну и, конечно, чем дальше я пробирался к внешней части города, тем чаще мне встречались гончие разных размеров. В их случае размер напрямую отражал боевую мощь.

Надо сказать, что не так уж часто на моём пути встречались настолько крупные гончие, как та, с которой я сражался при первой встрече. Поэтому со временем и они перестали представлять для меня серьёзную угрозу.

И вот, оказавшись в новом районе, который ещё никто из нас не посещал, я столкнулся с неожиданным: здесь не было ровным счётом никого. За всё время пребывания в Разломе я привык к постоянному преследованию – к тому, что за каждым поворотом будет монстр, за углом рыцарь или целая стая. Поэтому полное отсутствие противников вызывало не облегчение, а недоумение.

Одно дело, когда есть постоянная угроза от уже знакомого врага. Совсем другое – когда эта угроза внезапно исчезает, будто бы нарушая шаблон поведения всего Разлома. И это, стоит признать, ломало всю привычную картину происходящего.

Разумеется, такая необычность не могла не привлечь моего внимания, и я отправился на поиски того, кто стал причиной этого затишья. Не может быть, чтобы целая область Разлома осталась вовсе без монстров – значит, с ними что-то произошло. С учётом того, что я уже видел сражения между местными существами, было очевидно: здесь действовал кто-то чужой. Кто-то, кого местные твари воспринимают как врага – а значит, есть шанс найти нечто по-настоящему интересное.

И я вскоре нашёл.

Следы битвы не оставляли сомнений: десятки разорванных гончих, рыцари, разорванные будто руками на неравные части, и целая куча искрошенных костей, некогда принадлежавших скелетам. Всё указывало на одностороннюю бойню – быструю, беспощадную.

И вот я увидел его. На возвышении из тел мёртвых гончих, словно на троне, сидел очередной рыцарь, вот только облик его был совершенно новым для меня.

Глава 14

Стоит начать с того, что, в отличие от всех рыцарей, которых я встречал до этого, этот был одет в чёрно-золотую броню. Без потускневших граней, без изъянов – доспех, словно только что выкованный, но из чего-то, что мне было не известно.

За его спиной развевался плащ, сотканный, казалось, из клубящихся теней. Он никогда не был неподвижен: постоянно шевелился, извивался, а его края истлевали в воздухе, чтобы спустя миг вновь собраться в единую, чёткую ткань. Это выглядело… неестественно. Будто плащ жил своей собственной жизнью.

Шлем рыцаря не скрывал полностью головы. Вместо забрала – гладкая маска, без глаз, без рта, без намёка на выражение. Но стоило мне выйти на возвышенность, как я ощутил – он смотрит. Не с интересом, не с враждебностью. С оценкой. Тихой, хладной, как будто одним взглядом решал достойный ли я его противник.

Он не встал. Даже не пошевелился. Но всё в его позе, в его присутствии намекало: стоит мне пересечь невидимую черту – и он сорвётся с места. Без предупреждений. Без слов. Просто покажет, как именно уничтожил всех тех, кто лежал окончательно мёртвым вокруг него.

Только спустя мгновение я заметил на наруче его доспехов тонкий рисунок зелёной лозы. Вот тебе и подтверждение – он не из местных. Представитель совершенно другой фракции.

В теории, он мог бы быть союзником. Но это Разлом. И в Разломе все монстры нападают на людей. Всегда. Это нельзя изменить.

Я знал, что избежать боя не удастся. И, если быть честным… я и не хотел. Сколько раз в последнее время у меня был шанс сразиться с противником, по-настоящему достойным? Этот рыцарь таким и был. Даже если в нём не текла кровь – что немного разочаровывало.

Я сотворил в руке лук и тут же выпустил серию стрел, одну за другой. Если он не собирается вставать – значит, я заставлю его это сделать.

Но, как оказалось, он и не собирался быть легкой мишенью.

Каждая стрела, едва подлетев, была отбита с идеальной точностью. Его меч – тонкий, изящный, почти воздушный клинок, больше похожий на рапиру, появился в его руке без единого лишнего движения. Он даже не поднялся с «трона» из мёртвых. Просто отбивал стрелы… будто бы лениво, машинально.

А вот это уже… гораздо интереснее.

Это уже определённо попахивало вызовом.

Я развоплотил лук и вызвал в ладони привычный меч – тот самый, с которым провёл столько боёв, что он давно стал продолжением моей руки. Это оружие знало меня, а я – его. Именно с ним я собирался сразить эту тварь, кем бы она ни была.

Пусть внешне он напоминал человека – обманчивый образ. Это был монстр Разлома. Существо, которое давным-давно перестало быть человеком. Он был пленником времени, мёртвым воином, застрявшим в миге своей гибели, продолжавшим вести бой, который, возможно, закончился уже столетия назад.

Как-никак, этот Разлом был осколком иного мира – и кто знает, сколько прошло с тех пор, как этот город пал. Его улицы наводнены безумной нежитью, воюющей день за днём в бесконечной карусели хаоса и забвения.

Я сорвался с места, как только меч полностью проявился в моей руке, и рванул вперёд – прямо на него. Чёрно-золотая фигура с безликой маской не шелохнулась. Лишь когда я нанёс первый удар, он поднял свой изящный клинок – и отразил атаку в одно движение. Лениво. Почти небрежно.

Но я видел: он сдвинулся.

Не смог сохранить надменную позу. Встал. Вынужден был покинуть своё костяное возвышение, свой символ власти на этом поле боя. Значит, я всё-таки смог заставить его двигаться. Заставить отвечать.

Я ускорился и исчез из его поля зрения, чтобы оказаться сбоку, нанося два резких удара крест-накрест. Простая, но эффективная комбинация, по сути, проверка.

На этот раз рыцарь не стал блокировать. Он отступил вбок, грациозно, почти скользя по земле, словно танцор в мрачном балете. Он всё ещё не говорил ни слова, но я уже знал: он признал меня. Не как равного – ещё нет. Но как противника, с которым придётся, действительно, сражаться.

Мы вновь оказались на расстоянии. Я стоял у подножия его «трона» из мёртвых, а он – напротив, держа рапиру опущенной к земле.

И теперь… теперь он смотрел на меня как на достойного соперника.

Далее сражение пошло уже более интенсивно – всё из-за того, что мы успели обменяться первыми ударами и оба поняли: наш противник не так-то прост. Впервые на этом уровне разлома я столкнулся с монстром, который двигался настолько быстро и при этом наносил технически сложные удары. Дело было даже не в силе – её ему, конечно, было не занимать, а в том, как он атаковал.

В отличие от большинства, этот рыцарь сохранил навыки фехтования – те, что присущи лишь тем, кто долго и упорно изучал это ремесло. А обилие мёртвых тел вокруг него лишь подтверждало: он способен справляться с множеством противников одновременно, и делает это без особого напряжения.

Теперь я относился к этому сражению со всей серьёзностью.

На этой площадке, усыпанной разрушенными костями и останками гончих, мы двигались так быстро, что со стороны каждое столкновение выглядело бы как вспышка – короткий момент схватки, когда мечи пересекались, чтобы затем вновь сорваться в вихре новых манёвров.

Я ускользал от его атак, он – от моих. Ни один из нас не стремился подставиться. Наш бой всё больше напоминал догонялки, в которых каждый старался вынудить другого поверить в обманный манёвр и тут же воспользоваться ошибкой.

Мы оба выжидали. Оба искали момент для удара. Возможность, которая откроется всего на миг.

Это противостояние затягивалось.

Всё из-за того, что мастерство моего противника было на, действительно, высоком уровне. Добраться до него всего за пару ударов было просто невозможно – он был слишком серьёзным противником, чтобы рассчитывать на быструю победу. И пусть в его руках была, казалось бы, лёгкая рапира против моего меча, каждый раз при столкновении сила его ударов оказывалась такой, что мне приходилось изрядно напрягаться, чтобы не дать ему развить успех.

На некоторое время ситуация оказалась патовой – мы не могли нанести друг другу сколько-нибудь значительный урон.

Это только разжигало во мне еще больший азарт.

Как-никак, такие противники мне попадались редко. Я, возможно, даже в какой-то мере наслаждался этим вызовом – возможностью испытать себя. И тем не менее забываться не стоило. После первых серьёзных обменов ударами я начал чаще использовать свои способности. Всё же я владею не только мечом, но и телекинезом, который позволяет значительно разнообразить рисунок боя.

Пусть рыцарь пока не продемонстрировал ничего, кроме выдающихся воинских умений, мне уже приходилось использовать свои козыри. Увы, без них я не мог добиться никаких ощутимых изменений в текущем противостоянии.

Да, стоит признать, этот противник был слишком серьёзен, чтобы позволить себе сражаться расслабленно и просто получать удовольствие от боя.

Нет. Здесь необходимо было побеждать. И как можно быстрее.

Очередное столкновение с рыцарем – и его рапира, встретившись с моим мечом, высекла целый сноп искр, которые весёлыми звёздочками осыпались на землю, прямо на кости убитых им ранее монстров.

Но в этот раз я пошёл дальше.

Свободной рукой я сделал резкое движение в сторону его туловища, и тут же его слегка отбросило назад. На самом деле сила телекинетического удара была достаточной, чтобы отшвырнуть его на пару метров, но в момент соприкосновения моего воздействия с его доспехами произошло нечто странное – плащ рыцаря, состоящий из клубящихся теней, вспыхнул и, похоже, поглотил часть силы моего удара слегка укоротившись на время по длине.

Вот, значит, как… Это уже становилось куда интереснее.

Нечасто встречаются противники, способные игнорировать магическое воздействие. Придётся пересмотреть план боя. Тот факт, что телекинез не может повлиять на него в полной мере, был неприятным сюрпризом, но не критичным. Я бывал в разных ситуациях, и подобные сражения были мне не в новинку.

А сам рыцарь… даже несмотря на свою безликую маску, казалось, усмехался над моими попытками. После моей телекинетической атаки он лишь усилил напор, стал атаковать агрессивнее, вывереннее. Будто пытался выбить меня из равновесия и не дать восстановить уже набранный темп.

Он стремился лишить меня шанса на успех. Вынудить ошибиться. А затем, вероятно, продолжить свою собственную войну, истребляя местное немёртвое воинство, которое, судя по всему, принадлежало к враждебной ему фракции.

В какой-то момент рапира рыцаря внезапно вспыхнула золотистым светом, и я едва успел уклониться от его выпада – буквально в последнюю секунду. И это, можно сказать, спасло мне жизнь. Вместе с этим стремительным, колющим движением с его клинка сорвалась волна золотистой энергии, которая пронеслась мимо меня и с грохотом врезалась в каменное покрытие площади.

После этого удара на земле осталась глубокая рытвина. Так что долго размышлять, что произошло бы при попадании, не требовалось – и так было ясно.

Значит, он способен использовать и магические атаки. Пусть они и срываются не напрямую из его рук, а через оружие – но теперь и это нужно было учитывать. К счастью, эта способность сопровождалась ярко выраженными спецэффектами, и её можно было заметить заранее и успеть среагировать.

Я азартно усмехнулся и усилил натиск, продолжая наносить один удар за другим этому необычному противнику. Он значительно отличался от всех тех рыцарей, которых я встречал здесь прежде. Более того, с каждой секундой он словно лишь наращивал темп, вынуждая меня отвечать всё активнее.

Спустя ещё несколько мгновений на его доспехах уже можно было заметить пару зарубок, оставленных моим мечом. Существенного урона я пока нанести не смог, но даже это означало, что его защита – не абсолютна.

Сам же я пока мог похвастаться тем, что ни один из его ударов меня не достиг. Хотя попыток он предпринимал немало, что вызывало у меня определённое уважение… и одновременно – тревогу.

Я прекрасно понимал: мёртвые не устают. А значит, такой высокий темп боя мой противник может выдерживать сколь угодно долго. Я же, несмотря на свои способности, оставался живым – и без подкрепления кровью рано или поздно начну выдыхаться. И тогда ситуация может резко измениться.

Явно не в мою пользу.

Поэтому я продолжил изучать, как действует мой противник, и спустя несколько мгновений наконец-то заметил определённую схему в его движениях. Всё-таки многие школы фехтования, даже если они происходят из иного мира, строятся на определённых последовательностях. Да, чем искуснее мечник, тем большее разнообразие атак он может продемонстрировать, использовать различные связки, менять ритм. Но, тем не менее, наступают моменты, когда он действует по давно заученной схеме – ему просто удобнее отводить меч именно так, атаковать под привычным углом.

А если бой затягивается, противник неизбежно начинает повторяться. И в эти моменты его можно подловить.

Так и произошло. Когда рапира вновь озарилась золотым светом – предвестником магического удара – я легко разорвал дистанцию. В следующий миг я снова рванул вперёд, но уже заходя сбоку моего противника. Он повёл клинок в мою сторону, намереваясь провести стремительный выпад, но с помощью телекинеза я ускорился куда сильнее, чем раньше показывал. Я оказался практически вплотную к нему, перехватил его руку с оружием и резко подбил её вверх.