Текст книги "Во благо рода 2 (СИ)"

Автор книги: Андрей Коткин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Часть 2
Глава 1

– Огнев, Александр! Привет, сто лет не виделись! – Поприветствовал мое появление на перроне Святослав Мартынов.

Да, уж, в самом деле, давненько мы с ним не встречались. А просто наша прошлогодняя эпопея с совместным повторяющимся ритуалом увеличения физических характеристик как-то почти незаметно для нас подошла к концу. Кабанчики мы с ним стали на диво, но вот переходить из этого состояния в какую-нибудь слоновью ипостась никому из нас отчего-то не захотелось. А еще, в нашей губернии какой-то толстосум еще в самом начале апреля заказал изменение погоды. Воздействие, вроде как, должно было быть кратковременным, а вот, гляди ж ты, теплая, чуть ли не летняя погода установилась минимум на месяц раньше обычного и так до сих пор к климатической норме обратно и не возвратилась.

Спросите, а какая-такая взаимосвязь между хорошей погодой и отсутствием встреч конкретно со Святославом Мартыновым? Собственно, если не вдаваться в частности, как таковой, связи действительно никакой, но вот пользоваться поездом я в последние полтора месяца перестал. Как когда-то в первом классе, до нашей Бугульчи исключительно своими ногами бегал. Все боялся, что снова холода настанут, потому старался, так сказать, «насытиться» теплой погодой впрок. Хех, уже, считай, июнь на носу, экзамены за третий класс сдал, а холодов так и не приключилось. Загадка природы, однако.

Против обыкновения, в этот раз ехал я не в субботу, или, того не лучше, не в воскресенье. Последний экзамен, по Ритуальной магии, у нас прошел в среду. Большинство одноклассников не то, чтобы совсем уж не в ладах с этим направлением, все же профильный предмет, но и особой уверенности в своих знаниях не испытывали, потому и на «ритуальное заклание» вперед себя меня пропустили легко. И я, еще с прошлого года начавший ощущать каким-то внутренним чувством глубинные смыслы и посылы этих довольно мутных процессов, сдал экзамен на «отлично» – без труда и в самые сжатые сроки. Потому и на утренний поезд вполне себе успел, хотя, чтобы не опоздать, мне и пришлось малость пробежаться.

Так вот, поезд…. Даже не подозревал, что в вагоне может быть так пусто. Всего несколько человек пассажиров разбрелись по разным углам вагона, даже без всякого применения магии звука позволяя нам со Святославом болтать в свое удовольствие и без малейшей боязни быть подслушанными. Точнее, если уж совсем честно, болтал, преимущественно, один Мартынов. Хвастался. А помните, обременение, навязанное роду моего одноклассника, Петра Безухова, по итогам проигранного ими сражения? Вот уж действительно, все в точном соответствии с известнейшим физическим законом: чтобы где-то что-то прибыло, где-то непременно должно убыть. Убыло, как раз у Безуховых и родов с ними связанных. Аленка вон, уже неоднократно жаловалась, что их род, специализирующийся исключительно на изготовлении некоторых узлов магомобилей, вынужден сильно сокращать производство. А просто заказы со стороны Безуховых сократились – у них почти все свободные средства в этом году уходили на создание зоопарка. Срок для его открытия имперский чиновник назначил жесткий, и заканчивался этот срок уже ближайшей осенью.

А теперь задумайтесь, откуда в тот зоопарк Безуховы животных закупали? Нет, что-то везли и издалека. Например, того же слонопотама. Но большей частью все же с пополнением экспонатов именно Мартыновы постарались. Они же и практически всех монстров для этого зоопарка в нашем Заповедном лесу отловили. Причем, далеко-далеко не забесплатно. Прямо мой приятель мне, конечно же, не сказал, но по намекам, кажется, они уже всерьез начали задумываться о приобретении своей собственной магически закрытой территории. Ну, или хотя бы, поскольку уже готовую территорию с привязанным к ней титулом вряд ли кто-то затеет продавать даже за золото, то хотя бы малый магический источник, чтобы уже потом, на его подпитке, заказывать хотя бы какое обособление окружающей территории и впоследствии подавать заявку на титул в императорскую канцелярию.

Угу, про возможное приобретение источника под создание своей собственной лакуны я тоже от Мартынова услыхал. Даже чуть заметный укол зависти испытал. Чуть заметный – потому что у нашего свежесозданного клана своя готовая изолированная территория уже была. Да еще какая! Подозреваю, далеко не у каждого великокняжеского рода есть за душой что-то по площади хотя бы в половину от нашего. Если она еще располагалась бы не где-то, на Алтае, а по эту сторону Камня, иначе именуемого Рифейскими, а еще Уральскими горами….

Собственно, во многом потому я и на этот вот самый поезд и торопился. У нас уже все готово было, чтобы ехать для углубленного исследования этого нашего домена, на Алтай. Именно, во мне, в моей учебе в гимназии, вся задержка выходила, потому я и старался по окончании последнего экзамена, хоть на пару часов, но прибыть домой побыстрее.

Доехали до нашего полустанка, после чего я попрощался со Святославом. И даже прошел сотню-другую шагов в свою сторону Бугульчи, после чего с размаха хлопнул себя по лбу: заболтал меня старшеклассник! А ведь я ж собирался ему при встрече сообщить ему про новый разведанный мной в нашем кружке ритуал усиления. На этот раз магического. Точнее, очистка магических каналов, проводимая при помощи данного ритуала два раза в год, в дни летнего и зимнего солнцестояния, не давала реальной прибавки сил, а позволяла с гораздо большей эффективностью пользоваться уже имеющимися, но вы ж понимаете, что с практической точки зрения это одно и то же.

Оглянулся. Нет, уже не видать. Бежать вдогонку и терять на это время, тоже не вариант, дома моего возвращения из гимназии куча людей дожидается. Ну, значит, не судьба пока. Отложим торги по обмену информацией о данном ритуале на что-нибудь другое, не менее полезное для меня, куда-нибудь на осень. Все равно с этой поездкой на Алтай мне будет пока не до магических экспериментов.

– Ты пришел! – От пышущего энтузиазмом родителя, казалось, можно было прикуривать.

Еле-еле удержался от реплики, касающейся собственно этого моего возвращения в Бугульчу. Казалось бы, лишний крюк, и гораздо логичнее не мне сюда ехать, а всем членам нашей экспедиции с самого раннего утра отправиться в Вятск. Дата то моего последнего экзамена отнюдь не вчера была назначена. Однако нет, и отец, и Буривой в один голос принялись рассказывать мне о каких-то важных приметах и незыблемых традициях: все отправляющиеся в экспедицию, для ее успешного завершения, должны выходить из одной, начальной точки, одновременно. Бред, конечно, и пустое суеверие, но… это для меня суеверие, а для людей из года в год испытывающих удачу в полевых экспедициях по разным далеко не безопасным местам, эти надуманные на ровном месте действия и внешние признаки имели очень-очень важное значение.

Поскольку к нашему выходу все уже было готово, с окончанием сборов разобрались быстро. Я только-только что и успел перекусить с дороги. Ну, и еще малость пообщался перед долгой разлукой с бабушкой, мамой и, конечно же, сестренкой. Плюс еще и с Никитой немного поигрался. Мой маленький братик как-то почти незаметно для меня уже совсем «очеловечился»: из периодически вопящего тряпичного свертка получился уже вполне себе бегающий на своих двоих парнишка. Даже, если внимательно вслушиваться в его тарабарщину, уже как бы и поговорить с ним иногда получалось. Ну… почти.

Перед дальней дорогой все присели на минутку – еще один обязательный ритуал.

Добираться до Вятского вокзала решили на грузовике. Не то, чтобы прихватили с собой много припасов и оборудования, просто один из соседей с недавнего времени решил заниматься грузовыми перевозками. Потому, чтобы не тратить силы и время с пригородным поездом, лишней погрузкой в него и разгрузкой, отец этого соседа с грузовиком просто нанял. Ну, и еще размер кузова как раз для наших одиннадцати человек с объемными баулами оказался как раз в аккурат. Я с отцом, Буривой и восемь вызванных им для экспедиции помощников, постоянных участников его прошлых изысканий расселись вдоль бортов на деревянных скамейках, а поклажу, соответственно, сложили горкой перед собой, в центре кузова. И таки вы правильно поняли, этих восьмерых помощников мы в наш клан тоже приняли, правда, в отличие от того же Буривоя не в качестве полноценных клановичей, когда принимаются и все члены семьи тоже, а всего лишь служивыми дружинниками – сами в клане, а члены их семей как бы сами по себе. Для того чтобы и семья тоже в клан оказалась принята, дружинник должен в процессе службы отметиться чем-то важным. Впрочем, не все из них вообще семейными оказались, меньшинство. Археологи же. Далеко не каждая женщина потерпит возле себя мужа по полгода в году не бывающего дома.

До Вятска доехали с ветерком. В буквальном смысле: потоки ветра сорвали с головы одного из наших помощников кепку и унесли куда-то в придорожные кусты.

– На удачу! – Сопроводил данную потерю Буривой, категорически запретив останавливаться. Чувствую, к концу экспедиции я сам стану записным знатоком всех этих неписанных правил и примет.

Поезд, следующий до Владимира, прибыл четко по расписанию. В него мы и загрузились. Я с отцом уже почти привычно в купе второго класса. Буривой, с его архаровцами, а также многочисленные баулы разместились в вагоне третьего класса. Не то, чтобы мы снобы какие, в частности я бы без проблем и в третьем классе прокатился, даже веселее, однако – субординация. Если не хотим в дальнейшем возможных эксцессов с неподчинением, ставить себя на одну ступень с подчиненными не стоит. Кстати, именно Буривой на этот момент обратил мое внимание особо. Хех, тяжела она, доля главы клана, придется нам в четырехместном купе мыкаться. Не дай боги, снова попадется в попутчики какой-нибудь табор.

Табор в попутчики не попался. До самого Владимира никого к нам в купе не подселяли, да и вообще вагон, в котором мы ехали, был полупустым.

Эта полоса удачи продолжилась и дальше. Кажется, не зря кто-то кепкой пожертвовал. Пересадка в столице получилась идеальной. Наш поезд на второй путь прибыл, а через узенькую полоску перрона, на третьем пути уже дожидался под парами поезд до Оменска. Благо, билеты, приобретенные в Вятске, с обозначенным конечной станцией назначения Оменском, позволяли аж в течение недели выбирать любой вагон второго класса (для прочих наших спутников, соответственно, – третьего класса) в поезде, следующем в нужном направлении. Ну, если, конечно, там оставались еще свободные места, конечно.

Едва успели загрузиться, уже тронулись. Правда, тут уже без попутчиков все же не обошлось. В купе, до которого нас сопроводил проводник, к нашему появлению там уже обживались двое мужчин. Средних лет, в мундирах, сильно напоминавших офицерские, только без погон и прочих шевронов, означавших принадлежность к конкретному полку, своей выправкой они в точности напоминали отставных военных. А еще у них было оружие!

…Точнее, не так. Оружие среди вещей было и у нас, с отцом: мой заслуженный пистолет и два очень сильно отличающихся между собой ружья. Но не на виду, а, как и еще многие наши тяжелые и габаритные вещи, запечатанные в пространственных свитках. А у данных господ два армейских ружья, наподобие тех, что когда-то достались мне в качестве трофеев, в полном сборе, оказались прислонены к стенке вагона рядом с окном. Словно бойница в форте, из которой бойцы уже вот-вот готовились начать стрельбу.

Однако родитель мой на такое попрание имперского закона, казалось, не обратил ровным счетом никакого внимания. И, что было еще более странным, на выставленное напоказ оружие не обратил внимания проводник.

– Я Владимир Олексович Болдырев, а это мой товарищ, Луис Себастьян Эспиноза, – нимало не чинясь, первым представился один из наших попутчиков, высокий, атлетически сложенный брюнет с завивающимися колечками щегольскими усиками на лице. И после нашего ответного представления продолжил: – я заметил, молодой человек, ваше удивление нашим столь вольным обращением с оружием.

– Д-да, – кивнул я, – выглядит так, словно вы собираетесь отражать атаку на поезд со стороны каких-нибудь разбойников.

– Так в дикие места мы и едем. Там и разбойников, и всяких прочих тварей на нашем пути может встретиться вполне предостаточно. И лучше оказаться к этому моменту, что называется, во всеоружии, а не корить после себя за беспечность… если, конечно, вообще получится себя за что-нибудь корить. Еще и заварушка в конечной точке нашего пути между тамошними аристократами намечается….

– Заварушка? – Моментально ухватился мой многоопытный родитель за последние прозвучавшие слова. – Кто с кем? И, простите, эти сведения точные?

– Все на одного. Как нам сообщил наш нынешний наниматель, некто маркиз Черевинский, некромант и высший жрец какого-то древнего, зловредного тамошнего божка уже в печенках сидит у всех своих соседей.

– Маркиз⁉ – Не удержался я от восклицания, слишком уж велик был титул. В частности, тот же, очень даже уважаемый граф именовался всего лишь сиятельством, а маркиз вполне себе мог претендовать на «светлость». В точности, как почти самовластный имперский удельный князь или даже полностью независимый западный герцог.

– Самозваный он маркиз, как и большинство сибирских аристократов, что кичатся титулом выше баронского, – скривившись, словно зажевал что-то кислое, вступил в разговор Эспиноза. – Общеизвестно, что император владельцев доменов, расположенных в Сибири, наделяет исключительно титулом баронов приграничья. А Черевинский, если бы еще побольше наглости набрался, мог бы хоть и герцогом себя объявить, или даже князем.

– А вы, простите?.. – Хех, не изучил бы за последнее своего родителя, точно бы поверил, что он из каких-нибудь купеческих приказчиков, до того до приторности вежливо все эти расспросы прозвучали.

– Капитан роты диких лебедей и, соответственно, мой лейтенант, – как что-то само собой разумеющееся покивал головой наш собеседник. Мой отряд нанят до конца лета как раз для разборок с этим типчиком.

Все же пока мы с отцом свое оружие расчехлять не стали. Во-первых, мы ж пока по коренным, абсолютно безопасным землям империи проезжали, а во-вторых, как там старики латины говорили? Quod licet Iovi, non licet bovi. – Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку. Уж не знаю, в каком смысле в этом противопоставлении они быка упомянули, но у наемников, заключивших официальный контракт, в отношении обращения с оружием, в отличие от обычных имперских подданных имелись изрядные преференции.

– Рифейск. Последний губернский центр, входящий в Росскую империю, так сказать, официально, дальше уже будут только Дикие Земли, считающиеся Росской землей лишь номинально, – торжественно объявил мне отец, когда наш поезд начал свой забег среди разнообразных городских сооружений. И добавил: – конечно, всякие там Оменск и Иртыш тоже под властью нашего императора находятся, как и многие другие остроги, стоящие вдоль железнодорожных путей, тянущихся вдоль всей Сибири, но губерниями земли вокруг них уже не являются, а многие тамошние бароны и графы и вовсе подчиняются нашему императору лишь на словах, формально.

…Немаленький, надо сказать, город, Рифейск. Во всяком случае, наш Вятск, даром, что тоже является губернским центром, по своим размерам даже близко с этим «мегаполисом» не вытягивает. До здания вокзала через плотную городскую застройку мы минут сорок, если не все пятьдесят, ехали, пока не остановились, а ведь, обычно, вокзалы у нас стараются размещать где-нибудь ближе к центру города.

– В Рифейске сильна власть кланов, специализирующихся на камне, воде и металле, плюс, Демидовы тут очень серьезно техномагией занимаются, – продолжил свою лекцию мой отец. Он вообще в эту поездку старался передать мне как можно больше своих знаний.

…Вот только с уроками магии на этом отрезке пути у нас с ним вышла некоторая заминка. Я ж уже не мелкий первоклашка, общеизвестными заклинаниями первого уровня тут не отделаться, а, начиная со второго уровня заклинаний обучение на глазах посторонних уже не принято. Не бог весь, конечно, какие секреты, но все же информация, так сказать, не для всех. Во всяком случае, определенных денег она точно стоит. И, надо сказать, от этой заминки я буквально впал в некоторое, довольно сильное уныние. Три дня уже, что называется, коту под хвост. А ведь в ближайших планах было изучение так недостающего мне атакующего заклинания. Молния. Второй уровень из магии света. Хоть отец, в основном, и специализируется, как и мать, на магии воздуха, да еще магии звука, но вот такой нежданчик для возможных неприятелей смог освоить.

Стоянка в «последнем имперском городе» продлилась долго. Мы и с нашей командой, размещенной в одном из зеленых вагонов ближе к хвосту поезда успели пообщаться, и пообедали в здешней «едальне». Ага, именно так это заведение и называлось: крупными буквами надпись над входом. И, на удивление, даже понравилось. Вкусно, сытно и… пожалуй, третья составляющая, дороговизна, все же присутствовала. Ну, так для пассажиров проходящих поездов, стандартная шутка «базар большой, походи, поищи, где дешевле» еще дополнялась маленьким продолжением: «если, конечно успеешь, пока твой поезд еще на путях стоит». Угу, в отличие от Вятска, где тут, что из объектов общепита мне неведомо. А поезд, хоть и длительная у него стоянка, все же лишней минутки нас дожидаться не станет.

Но таки сыты-пьяны (последнее – не я, разумеется, а наши попутчики) мы вернулись к себе по вагонам, а вскоре уже и гудок нашего паровоза послышался.

«И где тут эти самые Змеи Горынычи?», – недоумевал я на следующий день, созерцая проносящиеся мимо окон бесконечные елки да березы. И таки человеческие поселения тут, как и по ту сторону границы, тоже встречались. Те же самые избы. Скукота. Тем большая скукота, что свои ружья мы, с отцом, все же расчехлили и снарядили. Ну, так граница между коренными имперскими землями и смертельно опасным фронтиром, с ее оставшимися по ту сторону действующими законами и уложениями, же уже пройдена. Дикие земли. «Здесь водятся чудовища»! Где они? Зря что ли мы в пару к нашему второму драгунскому ружью (первое отец оставил в прошлом году в домене) еще дополнительный метатель для особо крупных артетефактов – носителей высокоуровневых заклинаний покупали. Между прочим, отнюдь не дешевая вещь, особенно тот единственный артефакт с Пространственным Разрывом – заклинанием третьего уровня, что в него заряжен. Змея Горыныча, конечно, не прибьет, но чего-нибудь поменьше, типа той же виверны или земляного элементаля – будьте уверены. Ну, и с большинством элитных порождений некромантии (ага, речь все про того же маркиза-некроманта, который, по словам наших спутников, не раз и не два уже организовывал нападения на проходящие мимо его владений поезда) этот дорогостоящий артефакт тоже должен был справиться.…Правда, всего с одним. Так что все же хорошо, что ничего из этой страсти нам до самого Оменска так и не встретилось.

В Оменске мы и со своими попутчиками попрощались. Они недружной толпой (а довольно большой у наемников отряд оказался, человек под семьдесят общим счетом) утопали в сторону городской резиденции нанявшего их клана, а мы, с нашей командой, наняв на площади возле вокзала пару телег для облегчения пути до здешнего рынка с лошадьми и прочей тягловой скотиной, отправились в противоположном направлении.

Хех, первая в моей жизни археологическая экспедиция началась.

Часть 2
Глава 2

– Ну, как тебе, Александр, эта скромная норка? – Поинтересовался у меня Буривой, когда мы с ним остановились возле немаленького такого холма взрыхленной земли, неведомо каким образом оказавшейся здесь, посреди глухой таежной чащобы, в которую мы, с моим клановичем забрели в поисках дичи на ужин.

–??? – Невольно принялся искать среди комьев вывороченной земли ту самую рекомую норку. Не нашел, с недоумением поднял взгляд на археолога.

– Норка-норка, а это вокруг отвалы, как у крота, – подтвердил мне мой спутник, улыбаясь в отросшую за последние месяцы бороду. – Индрик. Слыхал о таком чуде? Огромный, как целое стадо слонопотамов, с рогами, с когтями на передних лапах размером с ятаган, да еще и магией земли неплохо владеет.

– Он же еще и хищный к тому же? – Вопросил я с некоторой долей испуга. А просто вспомнил читанные мной записи о данном практически неуничтожимом монстре за пределами обычных рангов.

– Хищник. Только ночной. Если мы тут жечь костры и баловаться стихийной магией не станем, он до заката солнышка из своей норы на поверхность точно не вылезет, – успокоил меня мой многознающий спутник. – А к тому времени мы уже далече от этой дырки в земле окажемся.

И таки зверя на ужин мы себе добыли. Олень.…Ну, по крайней мере, так его назвал Буривой. А то, что у данного представителя копытных на голове росло не два, а четыре рога, да и вместо обычной шерсти тело по большей его части покрыто костяными наростами – так это мелкие незначительные подробности.

– Тут чуть ли не каждая бегающая по тайге скотина наособицу. Магия жизни здешних лесов, в сочетании с магией преобразований, дают порой очень странные эффекты. – Пояснил мне мой сопровождающий. – Потому местные жители обычно их и называют чисто по внешнему подобию. Есть рога и копыта – значит олень, хрюкает и колючками стреляется – свинобраз, а с клыками и когтями – волк или тигра, в зависимости от размеров и окраски. Только для совсем уж неубиваемых и странных страхолюдин, типа тех же индриков и змеев горынычей отдельные названия придуманы.

Хм, немного спорное, конечно, решение с наименованием зверушек, но на вкусовые качества добытой дичи в нашем случае этот факт не повлиял. Лопали запеченное на углях мясо, только за ушами пищало. И все равно еще и на утро уже готового, запеченного продукта осталось в достатке. Добытый нами «олень» оказался зверюгой немаленькой.

– Пожалуй, мы уже довольно далеко от людей ушли, – высказал свое мнение мой отец на следующий день. – Как считаешь, Буревой, уже пора отрывать нам хвост, или еще погодим?

– Считаю, что пора. Вести эту кодлу за собой дальше может оказаться чреватым. Не факт, что мы из засады сможем их всех перебить, кто-то да сумеет уйти. Ни к чему давать господам разбойничкам даже примерное представление, куда мы на самом деле держим путь.

И таки да, хвост от самого Оменска за нами действительно увязался. Специально несколько раз проверили, оставляя в укромных местах наблюдателя: банда примерно в три десятка рыл топала строго по нашим следам, поотстав от нас часов на шесть или семь неспешного пути. Почему наблюдатель, а не какой-то из двух моих духов? Так оставил я тыквы с ними у себя, в Бугульче. Сибирь же, исконная территория, где очень многие подобных духов используют, соответственно и меры противодействия выработаны, вплоть до полного даже их уничтожения. А лишаться столь полезного для себя полуразумного инструмента я никак не хотел.

– Все же не верю я, что это те наемники надумали озорничать, – уже в который раз высказал я свое мнение по данному поводу.

Впрочем, как и все прочие, я мог высказывать лишь догадки. Чтобы не насторожить преследователей, наши наблюдатели близко к преследующему нас отряду не подходили. Отмечали только, что те идут по-прежнему и бежали с этой вестью вслед за нами.

– Не имеет значения, кто послал за нами этих парней, – тоже не в первый уже раз начал объяснять мне прописные истины отец, – живыми нас оставлять в их планах точно не значится. Сопроводят до места предполагаемых раскопок и атакуют. Видать срисовали меня при моем возвращении в прошлом году. Если я нынче снова возвращаюсь на то же самое место, да еще с дополнительной командой, то точно отыскал в этих ебенях что-то весьма интересное.

Подходящее место для засады на наших преследователей мы отыскали уже почти в сумерках. Звериная тропка, по которой мы с трудом преодолевали раскинувшееся перед нами лесное бездорожье, внезапно вывела нас к берегу неширокой, каменистой речки. Причем, гладкие, плоские голыши устилали не только ее дно, но и довольно широкой полосой лежали вдоль берега. Саженей тридцать, если не все сорок. – В аккурат до зарослей раскидистого кустарника, зеленевшего у самого подножия высоченных таежных исполинов.

– Вот в этом самом кустарнике мы и заляжем, – принял решение Буривой, как самый опытный из нас в данных вопросах. – Галька скроет наши следы, маскирующий артефакт ауры и внесет помехи в работу следящих артефактов, а поутру еще и тень от кедров будет смотреть именно в эту сторону. Ударим им в спину, когда они подойдут к самому берегу. Сначала из ружей, а потом, при их дальнейшем приближении причешем магией. Три практически полноценных мага на два десятка целей – страшная сила.

Не знаю, хотел ли этими, последними словами он польстить мне, как главе своего новоявленного клана, но признаюсь, зачисление меня, наряду с отцом и самим Буривоем в «полноценные маги» словно бальзамом разлилось по моей душе.

Для предстоящей ночевки мы отошли чуть назад, в сторону леса. Не то, чтобы так уж принципиально, но возле воды гнуса всегда больше, чем даже просто в тайге, и даже Буривоевы весьма навороченные артефакты для защиты от этой кровососущей мелочи с данной проблемой не всегда справлялись.

О том, что в результате этого отходного маневра враги, преследующие нас, внезапно столкнутся с нами нос к носу, беспокоились не слишком. Как-то же они выдерживали свой шестичасовой интервал до этого. Наверняка или куда-то нам в вещи подсадили свой маячок или, что гораздо опаснее, в их составе присутствовал полноценный маг пространства, способный отслеживать нас на таком, довольно большом расстоянии.…Впрочем, в последний вариант верилось не слишком: расстояние в шесть часов пешего пути – это ж в нормальном, численном выражении больше дюжины верст выходит. Маги такой силы обычно попусту по лесам в призрачной надежде на барыш с подозрительных путников все же не шастают. Сто к одному, что это не маг, а всего лишь настроенная друг на друга пара артефактов.

Как мы и рассчитывали, ночь прошла спокойно. Ну… почти. Ближе к утру какая-то крупная кошка (или все же, как тут заведено, стоит называть ее «тигра»?) попыталась было подкрадываться к нашим лошадям (их мы купили на базаре в Оменске в качестве вьючных всего четыре штуки, сами пошли пешком), но ретировалась при первых наших шевелениях, так и не решившись на нападение.

И вот он, момент истины, точнее самое-самое его начало. Сбившись в плотную кучку, чтобы не выпадать из-под действия артефакта, двинулись по речной гальке в сторону намеченного с вечера небольшого прогала в кустарниковых зарослях. Там хоть и тесновато от растущих там и сям стволов, но улечься можно. Тень от деревьев и в самом деле делала в этот час отдельные детали кустарника темными и весьма слабо различимыми. Просто темное, слабо шелестящее пятно. И таки об артефакте, с недавних пор это очень интересующая меня тема. Как я разобрался на основе своих расспросов, в своей основе он использует вовсе даже не Отвод Глаз. Подозреваю, такого мощного артефакта, чтобы рассеивал внимание сразу с целой группы, вообще еще не придумано, Отвод Глаз – строго персональная опция. Тот артефакт, что отыскался в запасе у Буривоя, всего лишь способен при активации устраивать слабый шторм окружающего магического фона, отчего среди вороха помех различать отдельные сигнатуры, если они не обладают повышенной мощностью, становится достаточно проблематично. Визуально при этом данный артефакт никого ни от кого не скрывает, исключительно защита от магического сканирования.

В качестве дополнительной перестраховки, Азамат, один из рядовых бойцов-археологов, привлеченных в экспедицию нашим профессором, погнал имевшихся в нашем расположении лошадей через реку, на тот берег. Между прочим, если все же согласиться, что наши спутники по купе совсем ни при чем, самая большая вероятность, что маячок нам подкинули как раз не в какие-то вещи, а продали вместе с одной из лошадей. Надеюсь, по поведению достигнувших речного берега преследователей еще и этот вопрос определим. Если они сразу через реку, вслед за лошадьми, вознамерятся сигануть – точно маячок там, если ж, выйдя к реке, просто заметаются по сторонам, потеряв среди создаваемых артефактом помех наши сигнатуры, под подозрением наемники (ну, или маг соответствующей специализации, но про невысокую вероятность его присутствия среди преследователей я уже говорил). И да, не то, чтобы на данный момент этот вопрос был хоть сколько-то важным, но… надо ж хоть какими-то мыслями постараться себя успокоить перед предстоящей схваткой.

Хех, предположение с маячком, спрятанным среди лошадиной сбруи, оказалось в итоге намного более правдоподобным. А просто высыпавшие на речной берег человеческие фигуры мчались к урезу воды чуть ли не бегом, практически не глядя по сторонам.…Но остановились. Словно на невидимую стенку налетели. Непроизвольно припомнились обзорные лекции в прошлом году по особенностям видов магии, не изучаемых в стенах нашей гимназии. Еще и сразу разговоры в поезде об одном конкретном «маркизе», доставшем всех своих соседей, припомнились. Конструктам, управляющим низшей нежитью, очень противопоказан непосредственный контакт с текущей водой. Вот такой магический выкрутас: в какие-нибудь озера или болота кадавры могут входить беспрепятственно, а пересечение даже неширокой реки – только с большим риском и исключительно с приложением дополнительных стабилизирующих усилий со стороны управляющего некроманта.

Команда отца:

– Огонь! – Прозвучала тихо и невыразительно. Занятый тревожными размышлениями о возможной природе наших противников я даже не сразу понял, о чем он.

В себя пришел от хлопков отдельных выстрелов. Хоть современное оружие и не является пороховым, и не грохочет так уж оглушительно, все равно вылет из ствола разогнанного магией до высоких скоростей боеприпаса отнюдь не является бесшумным.

Я не стрелял. Слишком дорогостоящим был заряд в моем метателе. Его мы приобрели в единственном числе исключительно на случай встречи с каким-нибудь особо прочным и не убиваемым монстром. Впрочем, принять участие в этом бою я все же планировал. А магия! Просто, как маг я ж еще не слишком опытный, из атакующих заклинаний полноценно у меня один лишь только файербол изучен, а раскаленная псевдоматерия, если только ты не магистр боевой магии, в нашем мире далеко не летит, начинает истаивать и рассеиваться прямо в полете. Потому приходилось ждать, когда наши враги к нам приблизятся.