Текст книги "Во благо рода 2 (СИ)"

Автор книги: Андрей Коткин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Часть 1
Глава 10

На этот раз задвигать субботний урок Заклинаний я не стал. Просто не отважился. Не таким уж и оторванным от жизни оказался наш преподаватель. Опять же, это за один замеченный пропуск его урока Владимир Антонович мне просто отработку по украшению фойе учебного корпуса назначил. Мелочи жизни. А вот за повторный прогул да на протяжении очень короткого периода запросто ведь может и зуб заточить. Сочтет за явное демонстративное неуважение к его персоне. А Заклинания в нашей гимназии, несмотря на имеющиеся у разных параллелей дополнительные специализации, все же самый основной предмет. Ближе к концу четвертого нашего класса именно Зеленин во многом будет решать, кому из самых успевающих учеников преподавать забесплатно заклинание второго уровня на их выбор, пусть и из предложенного списка, кого просто на «отвяжись» обучить какой-нибудь практически бесполезной, хоть и формально второуровневой ерунде, а кого и вовсе прокатить, выдав вместо свидетельства об успешном окончании младшей школы Вятской магической гимназии простую справку о том, что имярек такой-то прослушал ее курс. Ага, «прослушал». Даже из смысла этого слова понятно, что все учение данного балбеса со справкой просто просвистело мимо его ушей. Ну, и, понятное дело, получившие подобную справку о дальнейшем обучении в средней школе на базе нашей гимназии могут даже не мечтать.

Хех, не поехал я на этот раз в субботу домой, но так все даже еще лучше получилось. А о моей договоренности с артефакторшей-семиклассницей по части привязки ауры Макара Перепелицы к артефакторному механизму дверного замка не забыли? Потребовались и время и определенные усилия, как с моей стороны, так и со стороны Скворцова, на то, чтобы убедить нашего в пух и прах проигравшегося в этом месяце картежника дополнительно раскошелиться. Но убедили. Перепелица, как истинный хомяк, определенную, не такую уж и малую сумму за душой всегда имел. Потому я не только описанный выше тортик наметил за его счет к покупке, но еще и красиво изукрашенную жестянку с довольно дорогим сортом чая: молочный улун, согласно прилагающегося к данной покупке описания, его к нам за тысячи верст доставляли, прямиком из империи Золотого Дракона. Ну, мое углубление знакомства с уже практически полноценным бытовым артефактором, да еще и за деньги Макара, этого широкого жеста уж точно стоило.…Кстати, созерцая жестянку с розовощекой скуластой красавицей в окружении гирлянд цветов на крышке, мне вдруг пришла в голову почти философская мысль: у них же, в этой, вроде как абсолютно закрытой империи, сейчас полнейший бардак и нестроение, законный император отсутствует, война провинций, где все воюют против всех…. И при этом чаем их купцы по-прежнему торгуют. И через всю Сибирь, с ее аристократами-разбойниками и всякими прочими змеями-горынычами, караваны с чаем тоже как-то, пусть с грехом пополам, но все-таки проходят. Отсюда вывод: человеческое стремление к личной выгоде сильнее любых аристократов, чудовищ и войн, а значит, и в империи Золотого Дракона рано или поздно, но все точно наладится.

До остановки нашего пригородного поезда в родной Бугульче ранним воскресным утром я доехал как обычно. Ну, если не считать, конечно, того факта, что с Мартыновым в этот раз пересечься не получилось. Очевидно, он или остался на эти выходные в стенах гимназии, или, что более вероятно, рванул в родные пенаты еще вчера. Когда как-то пересекались с ним в гимназии, Святослав сдержанно, без всяких подробностей, но все же похвастался, что они, с братьями, затевают какое-то новое, очень перспективное предприятие.

На припорошенную белым снежком насыпь с высокой вагонной подножки я спрыгнул тоже вполне привычно. И сразу же влился в скудный поток вышедших на данном полустанке, как и я, пассажиров. Ну, зима же уже начинается, а на нашем поезде до Вятска и обратно, в основном, всякие дачники, да продавцы собственного урожая катаются. Не сезон.

– Александр, за тобой не угнаться! Подожди минутку! – Донесся мне в спину знакомый голос.

Обернулся.

– О, как! Чего это ты здесь такой нарядный? – Не смог удержаться от подколки. И таки да, отец в длинном, ниже колен, темно-сером кашемировом пальто, бобровой шапке и модельных кожаных ботинках выглядел очень представительно.

– Так я же, кажется, говорил тебе, что в столицу собираюсь? Вернулся вот. И это, Александр, познакомься, мой хороший товарищ, приват-доцент Росского археологического общества, Буривой Осетрович Непейвода, – отец малость посторонился, выдвигая перед собой на первый план какого-то тоже достаточно хорошо одетого, но очень уж скособоченного невысокого господина с тросточкой.

– Здравствуйте, Буривой Осетрович, – поздоровался я, невольно испытывая желание оказать ему физическую поддержку, очень уж болезненная гримаса застыла на лице отцова приятеля, да и на трость он опирался отнюдь не только для того, чтобы придать себе чуточку лишнего аристократизма.

– У моего друга будет к тебе, сын, очень серьезное предложение, – торжественно возвышенным тоном, как что-то очень важное, поведал мне мой родитель и тут же дополнил, провожая немного подозрительным взглядом проходящего мимо нас очередного, несколько задержавшегося с высадкой пассажира, – но, думаю, этот разговор точно потерпит до дома.

До дома шли долго, приват-доцент, с его тростью и просто таки бросающейся в глаза хромотой, оказался очень неважным ходоком. Я уж даже начал оглядываться вокруг, не едет ли кто-нибудь из поселковых в нашем направлении? Ни попутных телег, ни, уж тем более, более комфортабельных бричек на улицах не оказалось, так что дошли, пусть и с несколькими остановками, но все же своими ногами. И таки да, от предложенного мной обезболивающего заклинания отцов приятель наотрез отказался. Сказал, что с его состоянием ноги данное заклинание все равно окажется бесполезным.

Разговаривать на серьезные темы прямо с улицы тоже не стали. Мать, как оказалось, неплохо знавшая прибывшего с нами археолога, заохала, захлопотала, собирая на стол. Не сказать, чтобы были представлены блюда высокой ресторанной моды, но жаренная на свиных шкварках картошечка, с солеными огурчиками и ломтями копченого окорока тоже пошли на ура. Ну, и запотевший графинчик с водочкой у бабули в запасе отыскался. Я водки не пил, вместо нее налил себе стакан свежего молока. М-м-м! Если о чем-то и мечтал среди недели, на казенных, пусть и достаточно сытных гимназических харчах, так это о нем.

После обеда оговоренный серьезный разговор тоже состоялся не сразу. Предварительно отец счел нужным, отозвав меня в пустую комнату, хотя бы вкратце ознакомить с создавшейся у его приятеля ситуацией.

– Понимаешь, Александр, – сказал мне он, – Буривой, пожалуй, один из лучших практических специалистов-археологов, проживающих на настоящий момент в нашей империи. И вот в прошлогоднем полевом выходе с ним и приключилась беда. Просто ума не приложу, как уж он эту самую ловушку с печатью мага смерти не досмотрел, еще раз повторяю, специалист он очень и очень серьезный. В результате получил себе в ступню разряд некроэнергии. Считай, то же проклятие, только не на основе темной магии, а на основе некромантии. Даже смотреть страшно, во что превратилась его нога. И, самое главное, зона этого поражения со временем потихоньку расширяется, грозя рано или поздно свести его в могилу, а обычные целители могут только чуть-чуть затормозить этот процесс.

– Ты его к бабушке привез? – Дошло до меня. – Теоретически, средний дух жизни, да с экстрактом живосила, вполне может быть, что и поможет. Магия жизни – прямой антагонист некромантии. Но только я-то тут при чем?

– При всем. Ты – глава рода. – Сказал мой отец и замолк, уставившись, словно испытывая, догадался ли я о других, дополнительных причинах этого приезда?

Хм, может, и догадался, но озвучивать не стал. Слишком уж невероятной выглядела моя догадка, да и знания всех обстоятельств дела мне явно недоставало.

– В том неудачном полевом выходе экспедиции Буривоя, извини за тавтологию, улыбнулась удача, – продолжил мой родитель спустя минутку паузы, так и не дождавшись моего ответа. – Такая удача, что вообще не каждому археологу хотя бы раз в жизни выпадает. Они откопали сокровищницу какого-то древнего хана. Собственно, именно там, раскапывая то крыло дворца, приятель на эту ловушку и нарвался. Но целую стопку золотых скрижалей они отыскали. И на них, среди прочих описаний уже известных ритуалов и рецептов создания сильнодействующих алхимических препаратов, описания создания нескольких заклинаний третьего и четвертого уровня, не известных современным магам.

– Вроде, нам в гимназии говорят, что все заклинания, начиная уже со второго уровня, для успешного их усвоения нуждаются в обязательном живом наставнике, – высказал я внезапно пришедшую вдруг в голову мысль.

– В этом случае правильнее будет сказать, что наставник очень желателен и значительно сокращает время изучения заклинания, но в случае достаточно продвинутого мага соответствующей специализации, изучение заклинания возможно даже и без наставника, – откликнулся на мой вопрос отец и тут же немедленно продолжил: – так вот, Милорад Стоянович, глава простого, нетитульного дворянского рода Зодовец, организовавшего эту экспедицию, получив данные скрижали, оказался настолько воодушевлен достигнутыми результатами, что немедленно предложил их в обмен на баронский титул клану князей Добропольских, которые в свою очередь являются кланом личных целителей нашей императорской семьи.

– И как, получил он желаемое? – Закономерно заинтересовался я, отлично понимая, что баронов без своей личной закрытой родовой территории в нашей империи быть не может в принципе. Закон такой. Титул только вместе со скрытой родовой территорией. Мы не Европа, где безземельные вторые-третьи сыновья с отцовскими титулами просто кишмя кишат.

– Там среди найденного было заклинание Призрачных Ядовитых Пчел – четвертый уровень, управляемая атака по площади, заклинание, находящееся на стыке магии жизни и боевой магии. Во всяком случае, высокоуровневые целители, вроде как, смогли его воспроизвести. – И снова испытующий взгляд в мою сторону.

– Очень ценное заклинание, – не стал я отмалчиваться на этот раз, – у целителей же, в отличие от тех же друидов, известная слабость по части отсутствия в их арсенале хоть сколько-то сильных атакующих заклинаний, пригодных хотя бы для их личной защиты. Выходит, обеспечили баронский титул?

– Пока, вроде, Добропольские только выделили Зодовцам в пользование небольшую часть собственной территории. Так сказать, создали из их рода зависимых баронов. На Западе таких еще баронами-вассалами называют. Титул есть, но в бархатные книги высшей знати он заносится не на отдельную страницу, а на страницу их сюзерена и может быть по его решению в любой момент удален.

С Зодовцами понятно, но какое отношение они имеют к нам? – Все же задал я вполне напрашивающийся вопрос.

– Самое прямое, ты дальше слушай. Буривой, получивший магическое поражение во время исполнения заключенного им договора с родом Зодовец, по тому же самому договору должен был получить от нанимателей самое полное финансовое обеспечение исцеления травм, полученных им в результате исполнения данного договора.

– Не заплатили?

– Как мы с ребятами когда-то шутили, название рода Зодовец от слова «зад» происходит. Просто ужас, до чего неблагодарные и жадные господа. Очевидно, до сих пор надеются, что Буривой сам собой отойдет в мир иной. Тогда и лишних денег за исцеление платить не придется, и тайна найденных его экспедицией заклинаний окажется надежно похоронена.

– А что, он тоже эти заклинания выучил что ли? Он же, вроде как, не целитель ни разу. – Вдруг дошло до меня. Хех, тут уж незадачливому археологу с нанимателей не денег на целителей вытрясать, а впору начинать активно прятаться от них, чтобы какого-нибудь наемного убийцу не послали. Родовые ж секреты во всей их красе. Причем, теперь даже уже не баронского, а княжеского уровня. Как я и сказал, проблема с атакующими заклинаниями – она практически для всех нынешних целителей характерна, очень ценное знание!

– Выучить не выучил, а копии записей со скрижалей он сделал. И вот такой ценный кадр, Сашка, желает вступить в наш клан в качестве его младшей ветви и, в случае успеха с исцелением его ноги, пообещал поделиться с нами всем наработанным им за время его деятельности археологическим архивом, а это не только упомянутое мной заклинание, но и еще много чего вкусного. Считай, по знаниям мы сможем достигнуть сразу уровня какого-нибудь среднего аристократического рода. Ну, если не считать, конечно, что знания эти все вразнобой окажутся, а потому для обычных родовых магов, не съевших ягоду глаза дракона, не очень-то и применимы.

– У нас не клан, а род, – чисто автоматически поправил я. – И до сих пор не могу понять, зачем ему вообще понадобилось вступать к нам.…Ну, кроме того, что бабуля в этом случае, быть может, попытается его ногу вылечить с чуть большей ответственностью.

– Если к роду присоединяется другой род, по чисто формальным условиям клан образуется автоматически. А нужно это ему в первую очередь по той причине, что глава образовавшегося клана вправе по своему произволу менять фамилии членов своих младших родов. Хочет, на свою собственную, а может и на любую другую. Когда-то, таким образом, старые рода, находящиеся на грани выживания ввиду уменьшения их численности, спасались от полного вымирания. Ну, а в нашем случае это древнее правило, вкупе с отъездом в глухую провинцию, позволит семье Буривоя просто скрыться от возможных убийц.

Разговор с самим археологом состоялся в той же самой комнате десятью минутами позднее. В принципе, отец уже все со мной оговорил, так что просьба о принятии его семьи в клан Огневых в качестве младшей семьи в большой мере являлась чистой формальностью. А вот озвученные главным археологом идеи пригласить в нашу пока еще только намечающуюся дружину минимум с полдюжины его бывших работников из числа многолетних постоянных участников и охранников экспедиции этой самой формальностью уж точно не являлись. Впрочем, до совсем уж четких планов данное дело пока еще не дошло, так озвученные наметки.

– Ты просто не представляешь, мой друг, Буривой, какие теперь перед нашим кланом возможности открываются, – с восторгом выдохнул мой родитель после того, как я вслух объявил свое авторитетное согласие на присоединение к нам нового семейства и поинтересовался, какую фамилию желают теперь носить наши новые родичи.

– Пусть будут… Семеновы, – выбрал новое наименование для своего рода наш новоявленный родич. – У меня деда по отцу Семеном звали. Очень многому меня научил в свое время.

…А по поводу открывающихся возможностей отец нашему новому соклановцу тоже рассказал… после того, как Буривой принес мне клятву верности. Точнее, не просто клятву, мы целый магический ритуал по этому поводу провели, благо, что, несмотря на его надежность, он был совсем несложным и был отлично мне известен. И очень похоже, что хотя бы в общих чертах об имеющемся в распоряжении нашего рода пространственном домене отец своему приятелю уже поведал. Во всяком случае, слишком уж большого удивления на лице археолога при рассказе о древнем убежище в горах Алтая я не увидел. Чисто практические вопросы по этой теме задавал. Ну, и наметили туда экспедицию на следующее лето, конечно же. Как признался нам мой родитель, далеко не со всех текстов на стенах он там снял копии, так что кое-какие шансы отыскать там еще одну диковину под стать золотым скрижалям у нас еще оставались. И да, в этот раз я тоже собирался поехать вместе с ними на Алтай. А про переданный мне Мартыновым ритуал изучения чужих языков вы забыли? Пусть Буривой и ориентировался в ассирийской письменности куда лучше моего отца, но, согласитесь, знание мертвого языка на уровне его носителя все же окажется гораздо-гораздо надежней. Правда, подозреваю, для преодоления гнета прошедших веков мне придется заморачиваться с составлением еще одного жертвенного ритуала. Впрочем, это уже чисто технические вопросы. Их я буду решать в свое время.

Воскресенье пролетело, я уехал обратно в свою гимназию. Буривой остался: бабушка, проведя самые настоящие переговоры с вызванными ей духами жизни, почти полностью уверила его, что отмирающая до самой кости нога – это еще не приговор. Но таки да, процедура излечения обещала выйти очень даже не дешевой. Слава богам, что большую часть наработанного бабулей экстракта живосила я в этот раз продать еще не успел. Надеюсь, трех фунтов с изрядным довеском на излечение приват-доцента археологии все же окажется достаточным.

Хех, и еще к вопросу о финансах. Все же наш новый соклановец оказался не таким уж и нищим человеком. Во всяком случае, денег на то, чтобы купить свой дом, по соседству от нас, ему вполне хватило. Практически тут же еще и свою семью письмом в наш поселок выписал. Впрочем, с семьей у него все окончательно разрешилось только после Нового года. И будем надеяться, что новоявленные бароны-вассалы Зодовец на своего запропавшего куда-то бывшего работника все же махнут рукой. Очень-очень на это будем надеяться.

Часть 1
Глава 11

Хех, знали бы вы, как мне не хотелось снова возвращаться в гимназию, когда дома такие грандиозные дела намечаются!…Но вернуться, тем ни менее пришлось. Будет совсем уж не замечательно выглядеть, если глава даже не рода, а целого клана, пусть даже пока и без своей, клановой территории, не будет иметь хотя бы начального школьного образования. Ну, и, разумеется, моего присутствия в Бугульче не так, чтобы особенно уж требовалось, а вот в Вятске это же самое мое присутствие, как раз строго наоборот, требовалось безусловно. Помимо, само собой обучения в гимназии, мне же еще, как официальному главе клана, нужно было подать в палату актов гражданского состояния подписанный нами, с Буривоем, договор о вхождении его семейства в наш новоявленный клан. Ну, и разрешение на новую фамилию для его семейства, Семеновы, тоже официально зафиксировать.

В указанную палату я отправился, не откладывая дело в долгий ящик, сразу в понедельник, после уроков. И, не считая легкого изумления тамошнего делопроизводителя, что таким важным делом занимается, в сущности, еще ребенок, хоть и достаточно крупный для своего возраста, эта моя эскапада прошла легко и непринужденно. Первый шаг на пути в аристократы был мною сделан. Дальше, разумеется, еще немало шагов предстоит, как то создание нашей дружины, определение с тем, в какой именно отрасли магии, техники или простого хозяйства будет специализироваться наш клан, продажа нафиг не нужного нам пространственного домена в глубине Сибири, становление финансовой независимости, приобретение и регистрация своей собственной изолированной территории…много еще всего.

А потом снова начались обычные учебные будни. Даже возвращение денежного долга со стороны Васьки Перевощикова и, соответственно, возвращение ему его пространственного хранилища прошло достаточно обыденно.

– Огнев, я тебе деньги на возврат долга принес! – Объявил Василий, проникший вместе со своим приятелем, Перепелицей, к нам, в комнату.

– Давай сюда, считать будем, – объявил я, не выражая ровным счетом никаких эмоций.

– Только Саня, это… а у тебя не найдется еще этого твоего экстракта? Я бы купил, если цену ломить сильно не будешь.

А вот эта часть просьбы отпрыска купчины первой гильдии прозвучала для меня неожиданно. Даже немножко расстроился, что в связи с предстоящим расходом моей бабулей этого ценного ресурса на лечение ноги Буривоя, умудрившегося заполучить в своей последней археологической экспедиции в нее самое настоящее некромантическое проклятие, мне нечего предложить на этот запрос.…Нет, скорее всего, весь запас экстракта она не истратит, все же там даже чуть больше трех с половиной фунтов еще оставалось, но пока это лечение не проведено, определить хотя бы приблизительно, каким будет остаток, не представляется возможным. Впрочем, данный ценный алхимический ингредиент вполне себе может храниться годами, а такого уж острого недостатка в деньгах в нашем не по аристократически скромном и бережливом клане пока точно не наблюдается.

– Нет, больше экстракта нет, разве что пара унций еще на всякий случай осталась на кармане, – ответил. И услышал искреннее сожаление в голосе собеседника:

– Двух унций мало. Отцу, чтобы выгодно было везти к грекам, этого твоего экстракта минимум с десяток фунтов нужно.…А впрочем, ладно, давай, куплю и это. Сколько ты там за унцию запрашивал? Шестьдесят рублей?

– Семьдесят, причем, золотом. И я не торгуюсь. Как я уже тебе говорил, цена стандартная, за которую экстракт садового живосила принимают в любой алхимической лавке.

С очень недовольной гримасой Перевощиков отсыпал из еще одного кожаного мешочка и отсчитал мне двадцать восемь золотых кругляшей.

Коробочку с остатками экстракта передал, как и залоговый артефакт. От передачи редкого артефакта ничего не шелохнулось в душе. В принципе, все, что было возможно, я из этой ситуации выжал, из-за имевшейся на артефакте магической защиты пользоваться этой поделкой персидских кудесников у меня все равно бы не вышло.

– Васька хвастался, что с греков его отец за твой экстракт получит аж по сто пятьдесят рублей золотом за каждую унцию, – уведомил меня вечером возвратившийся в комнату Перепелица. Может, просто к слову пришлось, а может, испортить настроение захотел. – От твоей цены больше, чем вдвое накрутит.

– За морем телушка – полушка, да рубль перевоз, – нисколько не расстроился я сообщенным мне сведениям.

В принципе, ничего удивительного в такой существенной разнице в ценах не было: у греков, в основном порталы с обитателями инферно распространены, более-менее сильных источников с магией жизни, почитай, нет совсем. Впрочем, информация о ценах на экстракт садового живосила за рубежами нашей империи была тоже по-своему интересной. У бабули же это, надеюсь, далеко не последний урожай. В саму Всеблагую Просвещеннейшую Ромейскую империю (вроде именно так она нынче, если со всеми регалиями, называется) я со своими считанными фунтами экстракта конечно же не поеду, для этого все же совсем другие объему нужны, но надо будет в следующий раз поинтересоваться, где эти самые греческие торговцы в нашем царстве-государстве обитают? Если не слишком хлопотно и накладно будет до их торгового представительства добираться, можно будет и с ними торговлю наладить. Впрочем, все же, это все так, даже не планы, а едва обозначившиеся, призрачные наметки на будущее, на ближайшие два месяца моя основная задача – учиться. Ну, и успешно сдать зимние экзамены, конечно же.

Хех, с учебой получилось по одному древнему общеизвестному принципу: «хотелось, как лучше, а получилось, как всегда». Точнее, и получилось тоже, именно «лучше». В том числе и с учебой, но впрочем, обо всем по порядку.

Примерно неделя прошла с закрытия передо мной Васькиного долга. Я в очередной раз возвратился после окончания учебных занятий к себе в комнату, и, пока мои соседи по комнате отсутствуют по каким-то своим, несомненно, важным и неотложным делам, принялся за выполнение заданного нам домашнего задания.

Тук-тук-тук, – послышался вежливый стук в дверь. Однако, это уж точно не Перепелица. Во-первых, он стучит совсем не так интеллигентно, а во-вторых, стучать ему нынче совсем без надобности: мелкая артефакторша-семиклассница все же настроила на его ауру замок на двери комнаты. Пришлось подниматься из-за стола и идти открывать. В случае прихода посторонних простое открытие двери при помощи телекинеза могло быть воспринято, как элементарная невежливость.

– Поварницына, тебе чего? – Вопросил я удивленно, обнаружив на пороге своей комнаты одноклассницу, с которой с начала года не перекинулся и парой слов.

– Не воображай себе, Огнев, – ответила эта грубиянка, – я всего лишь дежурю в нашей общаге сегодня. – Быстро спускайся вниз. Там к тебе пришли.

– Кто? – Опешил я, перебирая про себя, кто ко мне мог так внезапно заявиться? Родители…? Так, вроде, всего пару дней назад виделись. Ничего такого у них даже близко не намечалось. Аленка? Ее, скорее всего, просто бы пропустили мимо вахты. Тот же Мельников, например, несмотря на то, что сменил петлички на своем гимназическом мундире с зеленого цвета на синий, пару раз точно заглядывал к нам в общагу.…Правда, не ко мне, но как прецедент….

– Благородный. Хоть в цивильном одет, а грудь колесом. Красавец, – девица аж глаза от нахлынувших на нее эмоций закатила, когда рассказывала.

Делать нечего, накинул на плечи шинель, все же не май месяц на дворе, в вестибюле возле уличной входной двери довольно холодно, поспешил вниз, следом за одноклассницей.

– Привет, Александр, ты меня, возможно, не помнишь, – встретил мое появление плечистый и статный парень, поднимаясь с занимаемой им скамейки для ожидания.

– Отчего же не помню? Здравствуйте, Василий… простите, не знаю, как вас по батюшке величать, – поздоровался я с Василием Муравьевым, прошлогодним выпускником нашей гимназии. Хех, выходит, зря я считал, что в ночной тьме он, выглядывая через окно карцера, не сумел рассмотреть моего лица.…И все же, что ему от меня в этот раз понадобилось?

С выяснением причины визита тоже не затянулось.

– Узнал? Тем лучше. Имени, Василий, для обращения ко мне вполне достаточно, и на «ты», если можно. А пришел я к тебе по очень важному поводу. Все дело в той твоей помощи, когда я после порки в карцере оказался, – схода принялся информировать меня Муравьев. – Дело в том, что я решил после окончания гимназии поступать во Владимирское Воздухолетное училище. С детства, понимаешь, мечтал стать, как мой отец, пилотом боевого дирижабля.

– Красивая мечта, – кивнул я, давая понять собеседнику, что внимательно его слушаю.

– Сама учеба на воздухолетчика с Нового года начинается, но приемная комиссия работает уже с первого ноября. Там отбор очень строгий, помимо обычных экзаменов еще целую кучу всевозможных ритуалов проводят. Не только знание профильных заклинаний проверяют, но и проводят проверку на лояльность империи, и нет ли у соискателя каких-нибудь серьезных проклятий или других скрытых пороков…. – На этих словах молодой маг ненадолго замолчал, словно собираясь с духом.

Я молча ждал продолжения. И дождался.

– Проклятий не нашли, но, совершенно неожиданно для меня, на мне вдруг оказался незакрытый долг жизни…. Александр, я специально еще один очень непростой ритуал заказал, и передо мной всплыло именно твое лицо.…И еще ты прости, что я в свое время к тебе сразу не подошел, не поблагодарил.

– Долг жизни? С чего это вдруг? – Не удержавшись, заспорил я, не обратив внимание на просьбу о прощении. – Я же всего лишь передал тебе тогда средство для заживления поверхностных ран. Для жизни они были не опасны.

– Значит, без тех твоих шариков случилось бы какое-нибудь осложнение, ты пойми, там очень сложные ритуалы проводятся, ошибка по этому вопросу исключена. А с незакрытым долгом жизни дорога в училище для меня закрыта. Сам понимаешь, преданность элитного воина, находящегося на стратегическом направлении может принадлежать только императору и больше никому.

– Ну, допустим, – вынужден был согласиться я, – от меня-то ты сейчас что хочешь? Я ж тебе просто так, от всей души помогал. Если это поможет, то готов объявить, что данный долг по отношению ко мне полностью исчерпан.

– Не поможет, – помотал головой мой собеседник. – Я перед тем, как отправиться к тебе, получил от целого магистра ритуалистики очень подробную консультацию. Чтобы мироздание решило, что долг жизни закрыт, я должен оказать тебе минимум какую-то очень важную, желанную для тебя услугу. – И дополнил: – речь идет не про деньги, и простых совместных посиделок в кабаке для компенсации долга жизни тоже будет явно недостаточно.

Хех, вот так задача! Чего же я так страстно хочу, чтобы это самое желание оказалось эквивалентным аж целому долгу жизни? Впрочем, одна мечта, касающаяся именно воздухолетного училища, у меня все-таки имеется. Точнее, даже не у самого меня, но, желание воплотить самую заветную мечту своей матери для примерного сына, возможно, тоже что-то да значит. Или нет… кто ж его, это мироздание знает. Честно, без всяких экивоков обрисовал ситуацию перед Муравьевым.

– Клянусь, если б я знал заклинание Полета, то хотя бы попытался тебя ему обучить, – со всем возможным чистосердечием уверил меня мой собеседник. – Но это ж чистый четвертый уровень! Меня отец даже в качестве возможного средства спасения при аварии учил только заклинанию Планирования. В смысле, Полету падающего листа, как это заклинание назвал его Сиракузский изобретатель, архимаг Архимед.

– А в чем суть этого самого Падающего Листа, – заинтересовался я сказанным.

– Заклинание из раздела магии воздуха, нижняя планка третьего уровня, – четко, словно на экзамене, принялся излагать потенциальный воздухолетчик. – При сотворении этого заклинания под телом мага начинается последовательное сотворение воздушных плоскостей. В результате данного воздействия, упавший с большой высоты не падает вертикально вниз со все возрастающим ускорением, а словно скатывается с огромной, невидимой горки. Также в результате трения об уплотнившийся воздух, скорость скатывания оказывается намного ниже, чем при обычном падении. Еще одной немаловажной особенностью данного заклинания является то, что дальность смещения под воздействием данного заклинания и конечная скорость, достигнутая телом, очень сильно зависят от силы конкретного мага, от количества вкладываемой им в это заклинание маны и умения этим магом использовать сопутствующие его движению природные воздушные потоки. Иными словами, заклинание Планирования в исполнении мастера стихийной магии по конечной своей сути может мало чем отличаться от более высокорангового Полета. Из дополнительных условий следует отметить особую важность для кастующего это заклинание принять в воздухе строго горизонтальную позу, кардинально снижающую степень давления его веса на поддерживающие его плоскости.

Хех, даже похвалить этого зубрилу за четкость изложения им выученного материала захотелось. Но не похвалил, другие мысли вдруг возникли в голове.

– А если одновременно с Планированием еще и какой-нибудь Поток Ветра на себя скастовать? – Немедленно принялся я фантазировать с целью возможного достижения желаемого мной результата.

– Не получится. И Планирование, и Поток Ветра – оба заклинания, для своего поддержания требующие непрерывного контроля сознанием. Пусть даже Поток Ветра – заклинание уровня начинающего ученика, расщепить свое внимание на два независимых потока ни у тебя, ни у меня точно не получится. Это смогут разве что какие-нибудь менталисты, начиная с уровня мастера этого направления.