Текст книги "Солдаты космической войны. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Андрей Демидов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 37 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

– Так значит, я тебе нравлюсь, – только и нашёлся, что сказать Дыбаль, – мне показалось что, мы влюблены.

– Александр, – Шиела произнесла имя так нежно и вкрадчиво, что вокруг Дыбаля словно полетела тончайшая, благоухающая розами и фиалками шёлковая ткань, – давай не будем торопить события. Я тебе постепенно расскажу о привычках, законах и нравах, об отношениях между девочками и мальчиками, если так можно выразиться, а тем временем ты немного придёшь в себя.

– Значит, я тебе не безразличен, – Дыбаль выпустил из рук пальцы Шиелы и стался стоять с поднятыми ладонями, как бы прося её вернуться.

Шиела очень медленно моргнула в ответ.

Дыбаль мысленно проклинал тесный и мрачный бункер, вентиляцию, уносящую в космос аромат её тела и волос, комбинезоны, мешающие ощутить, как на базе Зием, упругую, трепетную плоть.

– Прости меня, что я веду себя как дешёвый мачо-дальнобойщик или пьяный моряк. Я просто теряюсь, не знаю как лучше, у меня голова кружится от счастья. Просто я люблю тебя, Шиела... – с этими словами он нежно обнял девушку и запел тихо:

Когда пройдёт твоя любовь,

Что мне останется на свете?

Что за реальность, что за новь

Войдёт в меня? Легко ответить.

Легко предвидеть – я умру.

Меня не станет, только остов,

Живой покойник. Я не вру.

Не перед кем и слишком поздно.

Я доживу свой век во тьме,

Биологической машиной,

В холодной гулкой пустоте,

И тишине необозримой.

Когда пройдёт твоя любовь...

Он вдруг крепко прижал её к себе и поцеловал в губы. Шиела не сопротивлялась. Потом он поцеловал её ещё раз, после чего потеряли над собой контроль и стали судорожно раздеваться, несмотря на холод и сырость.

– Я слышу, как два наших сердца стучат в такт, – сказал он тихо.

– Три сердца, – не удержалась от уточнения Шиела, – у меня два сердца и у тебя одно.

Насколько могли, они выключили, закрыли, занавесили светильники, контрольные лампы приборов, системы визуального контроля, отключили коммуникаторы и, похоже, смогли, наконец, остаться наедине.

Он дотронулся до её груди, провёл ладонью по спине, животу:

– Ты моя любовь!

Она тихо вскрикнула от неожиданно приятных ощущений и хмельной волны, заполнившей тело:

– Тише, тише!

Последовавшая затем в их исполнении феерия объятий, ласк, взаимно удовлетворяющего безумства, могла бы составить сюжет отдельного полнометражного фильма. Он осталась бы в памяти зрителей навсегда, как пример высокого искусства любви, пособие по нежности и страсти.

О любви всего столько написано, что нового ничего написать уже нельзя очень давно, но писатели и поэты упорно продолжают это делать, потому что упоминание любви уже скорее стало молитвой и заклинанием, напоминанием того, что любовь всё-таки где-то есть в этом страшном и чёрном мире, а писатели и поэты стали её священнослужителями. И люди всё ещё ждут её яркого света, ярких красок жизни и тепла.

Глава 10

РЕЙДЕР «КРОВУР»

Дискрет-шифрограмма 00А

Уровень секретности А

Командиру особой группы

Управления Стратегической разведки

3-й Галактической директории,

капитан-командору

ягду Одуну Холник Цкуголю

Ягд командор!

В нападении на базу флота Стигмарконт 12 агга 4725 года в 15-40 по абсолютному времени, принимал участие боевой корабль противника неизвестной нам конструкции. Имели место следующие обстоятельства;

– атаковавший базу корабль, скорее всего – новейший рейдер Империи Свертц под условным обозначением "Кровур",

– "Кровур" использовал как маску устаревший рейдер типа "Цвохгумь", находясь в его радиотени,

– перед атакой базы, "Кровур" незамеченным прошёл через наружное кольцо фортов обороны и был обнаружен только внутри главного периметра обороны в 103 Тохах от Стигмарконта. Причины того, что ему удалось остаться незамеченным, анализируются, но известно, что системы слежения базы за пространством работали исправно,

– во время боя противник совершал резкие маневры поперёк, вперёд и назад по курсу, демонстрировал набор скорости и торможение с ускорениями, исключающими нахождение на нём живых существ. Это говорит о том, что это либо первый полностью автономный роботизированный корабль дальнего радиуса действия, имеющий искусственный разум, либо он управляется дистанционно.

– несколько попаданий зарядами наших батарей и кораблей видимых повреждений ему не нанесли,

– огневая мощь "Кровура" равнялась мощности обороны базы флота и прикомандированных кораблей,

– после боя "Кровур" телепортировался в направлении системы Голубого Шлейфа, предположительно в шар-сектор Н66В01, однако искажения полей с помощью микровзрывов, могут дать отклонения в 0,5 – 1,5 шар-сектора.

Запись атаки на Стигмарконт прилагаю.

Для усиления Вашего защитного поля направляю эмиттер-бот 756 типа "Купол" из состава сил базы, под командованием лейтенанта Стикта Мактика. Дополнительный экспериментальный поляризованный слой защитнлго поля "Купола", усилит поле Вашего рейдера в 2,7 – 3,3 раза, увеличит живучесть при столкновении с "Кровуром". Усовершенствованная установка ноль-скачка, позволяет эмиттер-боту совершать телепортацию самостоятельно, без помощи Вашего генератора.

Натоот!

12 агга 4725 года

от начала Натоотвааля.

Комендант Базы Флота Стигмарконт,

лейтенант-командор ягд Мехес Дрост,

командир лок-сканерной вахты

капитан Тейнот Март.

Капитан-командор был один в боевой рубке и читал это сообщение на планшете, стоя перед экраном, отображающем ситуацию перед рейдером. С центра экрана за края медленно ползли навигационные буи фарватера базы Стигмарконт, пирсы и причалы, ангары, бункеры, возвращающиеся после боя корабли и батареи планетарной обороны. Бесформенные обломки, заброшенные взрывами за линию рейда, вращались, помеченные светящимися метками безопасности, беспилотные мусорщики резали их и заводили в контейнеры. Капитан-командор перечитал дискрет-шифрограмму коменданта, держа прозрачный планшет на вытянутой руке, словно из-за дальнозоркости глаз. Челюсти капитан-командора были сжаты, глаза сужены, ноги расставлены на ширину плеч:

– Кровур" в одиночку атакует нашу базу и не боится повреждений, он уверен, что не будет повреждён. Ему кто-то подсказал, что ягдвальдер-24 из 80-й эскадры ушёл, оставив для ремонта несчастный "Шлокрист", и серьёзного сопротивления не будет. Как только наш "Тетвутхурц", самый мощный на базе корабль, встал к причалу и дезактивировал системы огня, тут же последовала атака, словно кто-то дал "Кровуру" сигнал. Такое ощущение, что эффективные атаки "Кровура" дополняются утечкой разведывательной информации с нашей стороны. Кто это делает?

– Это вы мне? – в рубку вошёл Александр Дыбаль и поднял руку, – Натоот!

– Натоот! – ягд Цкуголь тоже приподнял руку, словно отмахнулся от мухи, – зачем ты хотел меня видеть? Была команда находиться на постах. Нарушать дисциплину и приказы есть твоё понимание службы?

– Ваше желание наказать нас с Уайтгаузом за дела на Стигмарконте несправедливо. Мы не виноваты, – Дыбаль обречённо вздохнул.

Он решил, что командору уже известно о происшествии на причале у передвижного буфета. На этом причале грузилась в транспорты дивизия коммандос "Белый череп". Шиела тогда отправилась к главному врачу базы, получить материалы микробиологических проб и препаратов, для борьбы с возможными штаммами вирусов, если они вдруг разовьются в полёте.

Оставшись без её присмотра, Дыбаль и Уайтгауз основательно нагрузились "Зарёй", несмотря на хвастовство Уайтгауза, что силы воли хватает, чтобы уменьшать количество алкоголя. Подкрепив это утверждение бутылкой "Мертау" и обнаружив, что у них больше нет кредиток, а в долг не продают, они пришли в невменяемое состояние. Сначала они требовали доставить им фрукты, затем залезли на буфет и стали его раскачивать, пока не опрокинулись стеллажи с полуфабрикатами, гриль и мойка. Буфет прекратил работу и уехал. Уайтгауз с Дыбалем были схвачены толпой пострадавших из-за прекращения продажи пива. Какой-то капрал из Виннипега особенно настаивал, чтобы Уайтгауза и Дыбаля закатать в бетон. Потом этот капрал с Уайтгаузом ругались и толкались, придумывая ужасные оскорбления, а потом началась пьяная драка. В драке приняли участие несколько десятков коммандос и техников с транспортов. Из-за неуклюжести скафандров, потасовка напоминала американский футбол и шоу цирковых медведей. Ощущение цирка усиливалось тем, что гравитация была слабой, и прыжки выглядели высокими и комичными. Потом в драку ввязались несколько пилотов с рейдера "Хальдесмемур" на стороне друзей. Чуть позже к драке присоединился комендантский патруль. Патрульные дрались по схеме все против всех. Сражение закончилось с прибытием комендантского взвода в сопровождении роботов. Сержант, командовавший взводом, приказал открыть огонь из штралеров поверх голов и забросать причал гранатами с клеящим веществом и дымом. Это помогло Уайтгаузу и Дыбалю сбежать. Но в отличие от туманной улочки Ливерпуля или Манчестера, где футбольные фанаты выясняли около пабов, чья команда лучше, чьи кулаки крепче, а потом разбегались при появлении полиции, остаться неизвестными на Стигмарконте было не просто. На скафандрах имеются символы, личные номера, а местонахождение любого воина фиксирует подкожный радиомаяк и навигационная система скафандра.

– Кто тебе сказал про наказание? – спросил ягд командор, закрывая планшет.

– Ягд Слепех. Он всегда найдёт для землян доброе слово.

– Правильно – наказать вас всех не мешает, вплоть до списания с корабля. Я думаю об этом, и советую не мозолить мне глаза, и вернуться в штурманскую.

– А как же борьба с "Кровуром"? – спросил Дыбаль, – есть идея.

– Нужно провести маневрирование среди обломков и выйдем за рейд, – сказал сам себе ягд Цкуголь и сделал запрос о готовности к движению вне лоции базы. Система управления сообщила, что она находятся в исправности и готовности. Ягд Цкуголь вдавил пластину с оттиском ладони в панель управления, и рейдер, вздрогнув, двинулся к месту, где между линий навигационных огней, похожих на следы трассирующих пуль, чернел открытый космос, утыканный медными, золотыми и серебреными гвоздиками звёзд.

Некоторое время ягд Цкуголь смотрел на приближающиеся габаритные огни форта Илховерт-44, прикрывающего вход в порт базы. На части экрана, отображающей заднюю полусферу, на фоне горящего Стигмарконта, поблёскивал металлическими трубками генератора защитного поля, эмиттер-бот, следующий за рейдером. Когда форт Илховерт-44 занял собой половину экрана, стало видно, что его жилые, складские и боевые модули, горели, окутанные дымом и мерцанием остаточной аннигиляции. Разноцветные языки пламени были похожи на выливающийся из мартеновской печи металл, утекающий по нитям гравитации в разные стороны. У пробитых причальных плоскостей форта пожарные боты высаживали роботов, выгружали ёмкости для пожаротушения, запасные части и материалы. На одном из модулей, рядом с антеннами, сидели, свесив в пустоту ноги, несколько вооружённых слесарными инструментами командос, и махали "Тетвутхурцу". Здесь "Кровур" выходил из боя и форту сильно досталось.

– Ты ещё здесь? – ягд Цкуголь с планшета дал команду огням рейдера ободряюще мигнуть защитникам форта.

– Я, Шиела и Уайтгауз сели в кабину погрузчика и поехали сдавать золото и уран, а потом за минами. Не успели мы доехать до него, как началась атака. Мы спрятались в бункере. Склады взорвались, девушка не виновата, – Дыбаль потёр виски и поискал поблизости воду, чтобы залить позывы к рвоте и кислый вкус во рту.

– Какая девушка? В чём не она не виновата?

– Шиела. Простите, я не то рассказываю.

– В какой части не то? Я тобой торпедный аппарат заряжу и в космос выстрелю.

– Мы переждали нападение, получили мины, доставили и всё, – Дыбаль задержал дыхание, чтобы сбить тошноту.

Ягд Цкуголь положил планшет на стол, поднял над ним трёхмерное изображение навигационной обстановки, увеличив почти до половины помещения, и стал рассматривать метки предполагаемого пути отхода "Кровур". Лицо его подсвечивалось снизу и из-за вертикальных теней походило на маску злодея. Возникла пауза. Командир несколько раз принимался проговаривать возможные объяснения разрывов гравитационного следа вражеского рейдера при выходе из боя, причины его сверхскоростных манёвров и неуязвимости.

Настроение у Дыбаля было не радостным. Он понимал, что может лишиться кредиток, свободы передвижения, отставки с отправкой на Землю, или на далекую базу-колонию. В то, что их выбросят в космос, Дыбаль не верил – не для того с ними возились, спасали, обучали. Желание ягд Слепеха – другое дело. Дыбаль решил о драке больше не говорить.

Пауза длилась долго. В рубку несколько раз заходил ягд Гаредда. Он с капитан-командором о чём-то шептался, водя пальцем по изображению звёздного пространства и строкам командных меню. Наконец командор снова заметил Дыбаля, откинувшись на спинку кресла, сказал:

– Вот ты и твои товарищи...

– Уайтгауз? – уточнил Дыбаль.

– Не только. Вы многое знаете, умеете, владеете штралерами, разбираетесь в устройстве и способах управления кораблём, выполняете перемещения в пространстве, двигаетесь по пересеченной местности планет и астероидов лучшие роботов, восстанавливаете компьютерные программы, ремонтируете ионные и мегразиновые двигатели, подлежащие утилизации. У вас другое сознание – сознание животных, незаслуженно получивших способность мыслить.

– Они первые начали, – насупился Дыбаль, – посему они отказались дать нам пиво в кредит?

– Александр Григорьевич, скажи, если "Кровур" оказался бы в атмосфере Земли и угрожал ей, а у вас была в руках техника Натоотвааля, как бы вы действовали?

– Атаковали бы, пока имели силы, – не колеблясь, ответил Дыбаль.

– А если его нельзя уничтожить. Не позволяет технология?

– Если он сильнее, тогда... – Дыбаль никогда не видел командора таким мрачным, – на Земле существует три компонента победы – сила, злость и хитрость. Если мы слабее, то хитрость может решить исход борьбы в нашу пользу. Даже если враг нас превосходит, всё равно его можно одолеть. Никто не может быть сильным во всех местах одновременно и постоянно. Нужно найти окошко слабости и ударить туда. Главное – не сдаваться, верить и не утрачивать злость.

– Окошко слабости, злость, – с сомнением покачал головой ягд Цкуголь, – не понимаю, причём тут злость, это ведь удел кулачных бойцов. Эмоции? Во время борьбы надо иметь холодную голову. Когда я изучал земную историю, то обратил внимание, что успехов и громкой славы добивались военноначальники и правители, которым в ходе войны удавалось добиться побед за счёт обмана, подлости. Мифический герой Одиссей, построил скульптуру коня и посадил туда воинов. Когда враги втащили коня внутри своих укреплений, думая, что это дар богов, воины из лошади атаковали их ночью и уничтожили. Одиссей был подлецом и обманщиком, а стал героем землян.

– И что? У евреев во время ежегодных дней покаяния снимаются все ранее обещания и клятвы. Так что в новом году можно обещать всё, что угодно, всё равно можно не выполнять. В результате евреи стали самыми богатыми. Жаль, что я не еврей. Не на войне сейчас бы рисковал шею сломать, а на берегу тёплого моря сидел бы в офисе, – Дыбаль перестал массировать виски, – так что Одиссей – это нормально, плюс к тому, пример для подражания. Он достиг победы, сохранив жизнь своих людей. А то, что обманул греков из Трои, то так им и надо. Vae victis – горе побеждённым! Я удивлюсь три раза; когда вы удивляетесь подлости, когда вы знаете древнегреческую поэзию и когда рассуждаете категориями добра и зла. Всё на войне, находится вне категории добра и зла. Одна команда, ни хорошая, ни плохая, дерётся с другой компанией, ни хорошей, ни плохой, за цели, которые можно было бы решить и без убийства.

– Это как?

– Нарисовать в пространстве линию или плоскость. Слева ваше пространство, справа наше пространство. Вселенная бесконечная, что в ней кому может не хватить? – Дыбаль сделал движение, словно рубил шашкой.

– Как можно оставить во вселенной врага? С помощью технологий он может переместиться в любую точку и создать угрозу.

– А зачем ему? Вы ведь всё поделили? Одна часть бесконечности никогда не будет более бесконечна, чем другая бесконечность. Может быть у вас имеются Гитлеры и Чингисханы и война способ жизни? Космические супер-воры, которым лучше воровать при выполнении военных заказов, и обходить всякие торговые ограничения в военное время. Их нужно на космическом Нюрнбергском суде, пытать, раздавив гениталии и заставить признаться, что они детей ели, а потом повесить. Хотя воры всё равно отвертятся, скажут, что их насильно заставили богатеть, и богатство есть защитная мера. Награбленное нужно разделить поровну, – Дыбаль засмеялся – разговор начинал его веселить.

Его радовала не столько тема, вызывающая у ягда растерянность, сколько то, что драка с коммандос отходит на второй план.

– Космический социализм. Социализм – это справедливость.

– Ладно, – командор странно посмотрел на Дыбаля, словно тот попал в точку, – давай, оставим разговор про добро и зло, и вернёмся к злости. Эмоции – помеха в борьбе. Они мешают мыслить.

– Не соглашусь. Составляющими злости являются упорство и воля к победе, несмотря ни на что. Чтобы победить более сильного врага, нужно ненавидеть и смеяться над ним. Вы называете противника сверами, или пафосно – Империей Свертц, а мы называем их сверчками. Ставим в один ряд с пауками и гнидами. Этим мы становимся сильнее морально. У нас другая психология? Сознание животных, получивших способность мыслить? Зато сверчки нас боятся, а Натоотвааль нуждается в "холодной звёздной плазме" – солдатах с Земли, – Дыбаль замолчал, увидев, как на экран планшета выползает текст дискрет-шифрограммы, – что-то срочное, судя по маркировке.

Ягд Цкуголь взглянул на экран:

– Разведывательный зонд заметил нечто подозрительное в шар-секторе Н66В01, подсектор 22. Там астероид движется с отклонением от первоначальной траектории из-за непонятного гравитационного воздействия. Ступай на своё место, мы будем прыгать в этот сектор, и тебе стоит перенести это убойное для человеческого организма путешествие в ванне бустрогера. Я подумаю над тем, что ты говорил.

– Слушаюсь, – Дыбаль козырнул двумя пальцами и вышел через круглый дверной проём.

Капитан-командор наклонился к микрофону в планшете и сказал:

– Берсерк, готовь корабль к ноль-скачку. Координаты получишь на панели управления в разделе Перемещения. После готовности систем доложи.

Ягд Цкуголь переключился на связь с Кроззехом;

– Кмех, отправь сообщение на эмиттер-бот, чтобы он телепортировался за нами, с отклонением от параметров конечной точки на один Тох и с вектором, обратным по направлению нашего движения. Образуем "ножницы" – классический приём при выходе из телепортации, когда можно друг друга прикрыть огнём на встречных курсах. Кажется мне, что "Кровур" слишком хорошо осведомлён о происходящем на нашей стороне. Нужно быть начеку.

– Есть! – отозвался Кроззех.

Через несколько минут Берсерк доложил о готовности кораблей и ягд Цкуголь начал набирать на панели управления координаты конечной точки. Он ввёл в командную строку персональный код, положил руку на углубление панели, дублирующую его ладонь и надавил. На информационных панелях рейдера и эмиттер-бота зажглась надпись, предупреждающая о времени, остающемся до перемещения. Персональные бустрогерные капсулы стали заполняться компенсационным веществом. Когда из стены выдвинулась и заполнилась бурым веществом капсула ягда Цкуголя, а на экране начался отсчёт, в рубку вернулся Дыбаль, радостный и взъерошенный:

– Ягд командор, я придумал!

– Через пять пятнадцать секунд произойдёт скачёк, а ты не на посту. А если после выхода сразу в бой? Немедленно ныряй в капсулу! – командор задохнулся от возмущения.

Дыбаль бросился ко второй капсуле. Она уже выдвигалась из стены.

– Я думал это очередная тренировка, – Дыбаль влез в капсулу и приладил дыхательную маску.

– Не слышно зуммера? Этот визг не перепутать. Это крик смерти. Бардак – вот твоё имя, рядовой. Размажет тебя когда-нибудь тонким слоем по обшивке. Берсерк, готовность?

– Есть готовность кораблей, – отозвался навигатор, – экипажи и системы готовы.

– Первый помощник? – ягд Цкуголь полностью погрузился в бустрогер.

– Готовность есть, – подтвердил ягд Слепех, – код введён.

Прозрачная крышка над Дыбалем щёлкнула, как затвор винтовки, жидкость вытолкнула из-под неё остатки воздуха.

– Ноль! – рявкнул ягд Цкуголь, и картинка на экране сменилась мгновенно, только был краткий миг отсутствие всего.

Половину экрана теперь занимал серо-синий железный астероид, усеянный кратерами, скалами и разломами. В бесконечном отдалении за ним, мерцали созвездия галактики Голубого Шлейфа. За ней начинались области Империи Свертц, защищённые минными полями, фортами, базами, искусственными метеоритными потоками, беспилотными аппаратами и группировками кораблей.

Эмиттер-бот "Купол-756", переместившийся вслед за рейдером, подходил к астероиду с другой стороны, встречным курсом. Он был отчетливо виден, похожий на большого ежа, из-за обилия игл – стоек шаровых эмиттеров и глаз чёрных иллюминаторов боевой рубки. Задача эмиттер-бота состояла в усилении защитного поля рейдера и бот старался побыстрее занять своё место. Вокруг него двигались крохотные беспилотные спутники наблюдения.

– Говорит командир "Купола", лейтенант Мактик. Мои системы в норме, жду указаний.

– Хорошо, лейтенант, пристраивайтесь с правого борта на дистанции четырех Кер и следуйте за мной. Степень готовности А-1. У нас тут могут быть разные неожиданности, измерительные приборы регистрируют аномалии гравитационных полей, – ответил ягд Цкуголь, вылезая из капсулы и роняя на пол, похожие на ртуть шарики бустрогера.

Экран на бегущей строке показал рабочие местами экипажа рейдера. Ягд Слепех, ягд Гаредда и Кроззех таращили глаза в мониторы, ожидая команд, Дик Айдем и фон Конрад поправляли одежду, Маклифф пытался достать из капсулы свои вещи, Уайтгауз дремал, а Шиела накручивала на пальчик локон волос. Место Дыбаля было естественно пусто – он находился рядом с капитан-командором.

– Чёрт меня побери, если я ещё раз здесь чего-нибудь выпью спиртное. Эти аттракционы с перемещением, похожи на лобовую автоаварию с грузовиком.

– Ты ещё здесь? – не отрываясь от просмотра отчёта о работе систем, сказал командор.

– Ягд командор, одно слово и ухожу. Фон Конрад прав, когда утверждает, что недостаточно уничтожить "Кровур". Он представляет для Натоотвааля страшную угрозу. Его нужно захватить. Нужно подставить ему наживку, чтобы он потерял осторожность, как троянцы три тысячи лет назад. Нужно попасть внутрь "Кровура", перебить команду, а корабль захватить, изучить и использовать. План содержит всего три действия. Нужно только придумать способ, как попасть на "Кровур".

– Маршал ягд Ящемгарт не сообразил, как бороться с "Кровур", а рядовой Александр Дыбаль сообразил, – с этими словами капитан-командор включил систему камуфляжа и беспилотные спутники зафиксировал на том месте, где только что был рейдер, размытый силуэт и тень, огибающую неровности астероида.

Эмиттер-бот тоже перешёл в невидимый режим и лок-сканнеры рейдера напряжённо работали, чтобы воссоздать его условное изображение для удобства координации.

– Нужна военная хитрость с Троянским конём! – Дыбаль завершил свою мысль и уставился на экран, потому, что эмиттер-бот начал совершать странный манёвр, отворачивая в сторону от курса на сближение, – у лейтенанта пьянка? Занимается фигурным катанием. Тоже мне, кадровый офицер. У меня и то лучше на тренажёрах получалось.

– Говорит командир-756, говорит Мактик, – в углу обзорного экрана возникло юное лицо лейтенанта и его восторженные глаза, – мои сканеры засекли приближающийся объект. Он от вас закрыт астероидом и появится через минуту и десять сотых. Контуры и масса объекта определению не поддаются. Ответ на запрос "свой-чужой" не попросту абракадабра. Если я прекращу сближение с Вами, и начну отходить, отвлекая объект на себя, у Вас будет время атаковать или уходить. Внимание! Только что по моему боту начали работать системы подавления радиосигнала, и мы распознаём на себе метки систем наведения. Мы рады принять бой вместе с таким прославленным командиром как Вы, ягд Цкуголь! Связь ухудшается, перехожу на лазерную морзянку... – слова Мактика утонули в треске.

– Нельсон, – покачал головой Дыбаль.

– Этой импровизации мне только не хватало! Как я буду воевать, если распоследний лейтенант не выполняет приказ? Нужно создать единое защитное поле. А если это "Кровур"? Может и продержались бы до подхода помощи, – ягд Цкуголь решил было включить защитное поле, но раздумал, опасаясь, что это вызовет завихрения пыли на астероиде и демаскирует рейдер, выдаст местонахождения врагу по ту сторону небесного тела.

– Боевая тревога? – флегматично спросил Кроззек, появившись на экране.

– Боевая тревога. Передайте в эфир открытым текстом наши координаты и просьбу кораблям находящимся поблизости идти на помощь. В отсеках стоять по местам! Инициировать излучатели, ракеты, мины! – капитан-командор ударил ладонью по клавише постановки защитного поля.

С астероида взметнулись косы пыли и закрутились в пространстве, похожие на гигантские водоросли. "Тетвутхурц", повинуясь алгоритму подготовки к бою, стал закрывать двери и люки, прятать в ниши не нужное в бою оборудование, отключать второстепенные осеки и агрегаты, активизировать оружейные системы. Кресла командора и штурмана начали закрываться колпаками персональной защиты и под них начал нагнетаться гель. Все члены экипажа были снова пристёгнуты к креслам, информационные потоки сосредотачивались на внутренних панелях стёкол гермошлемов, управление кораблём, вооружением и системами жизнеобеспечения, переводилось на подлокотники кресел, нарукавные панели и планшеты. Каждое место экипажа превращалось в маленький автономный космический корабль, имеющий возможность, при разгерметизации "Тетвутхурца", сохранять жизнь и работоспособность длительное время.

– После боя, если уцелеем, пойдёшь под трибунал вместе с Уайтгаузом за драку, – сказал командор перед тем, как гель скрыл его.

В этот момент Дыбаль увидел глаза командира – немигающие, жестокие, цвета стали.

– Всё было не так, как Вам рассказали, – прокричал Дыбаль, но женский голос не дал ему продолжить, начав перечислять системы и их готовность.

На панелях гермошлемов появились схемы, диаграммы, символы и всё это напоминало абстрактный мультфильм про жизнь разноцветных механических и электронных зверушек, вступающих между собой в отношения из-за желания быть исправными, заправленными энергией и материалами, и нравится компьютеру корабля.

Эмиттер-бот начал отдаляться от астероида, описывая пологую кривую.

Было видно, как на эмиттер-боте включили защитное поле и космическая пыль сгорала на нём, обозначая мерцанием его шарообразный контур.

Неожиданно эмиттер-бот отскочил в сторону, как теннисный мяч, отбитый огромной невидимой теннисной ракеткой. По тому месту, где он только что был, прошла ослепительная струя антиматерии. Это страшное упражнение на реакцию систем эмиттер-бота и скорострельность излучателей противника повторились несколько раз. От разрушения атомов водорода образовался лёгкий мерцающий туман.

Лейтенант Мактик вышел на связь, простучав плазменными разрядами аварийного передатчика комбинацию точек, тире. Система связи мгновенно перевела их в текстовое и речевое сообщение:

– Неизвестный корабль открыл по нам огонь. Системы управления, вооружения и связи работают под посторонним энергетическим воздействием и с перегрузкой. Корабль врага появится перед вами через несколько секунд.

– Должен ли я запустить ретрансляторный зонд для улучшения связи с "Куполом", как это положено по инструкции в таких случаях? – спросил ягд Гаредда.

– Ни в коем случае, зонды связи и беспилотники нас демаскируют. Стрелок, не спите, инициирование излучателя на полную мощность и полный залп по команде, – было слышно, как у ягда Цкуголя скрипнули зубы, – полная готовность!

– Есть! – отозвался из башни боевого излучателя фон Конрад, символически поплевал на палец правой руки, притёр его к клавише управления огнём.

"Купол-756" продолжал уклоняться от выстрелов. Они терзали защитное поле, рикошетируя, разбрызгивая протуберанцы антиматерии. Бот отбрасывало, как орех из щипцов для колки. Попадания под прямым углом к защитному полю отсутствовали, а энергия выстрелов была незначительной и соответствовала миноносцу, беспилотному истребителю или тральщику. Ягд Цкуголь даже начал жалеть, что тратит энергию защитного поля в максимальном режиме.

Мактик передал новое сообщение:

– Системы упреждающего маневрирования выведены из строя посторонним воздействием. Перехожу на ручное управление. Другое оборудование тоже постепенно выходит из строя. Интенсивность защитного поля падает. Пока имею восемьдесят процентов. Пробития поля и брони нет, но от поля отрываются большие энергетические сгустки, что сокращает возможное время пребывания под обстрелом. Сила огня противника нарастает. Мы долго не продержимся. Местоположение противника угадывается по источнику аннигиляции и работе систем радиоэлектронной борьбы. Возможно это крейсер.

– Держитесь, мы вызвали помощь и сами, как только увидим бок врага, всадим туда полный залп. Мы вас прикроем, – ответил капитан-командор, и в этот момент несколько попаданий накрыли эмиттер-бот клубком огня.

Связь прервалась.

"Купол" закрутился волчком, как новогодний фейерверк, и начал отстреливать конденсационные и компенсаторные ракеты, гася перегрев броневой обшивки, а реагент, компенсирующий воздействие антивещества вскипел, не справившись с количеством антиматерии. Информационная панель отобразила сигнал, полученный от автоматической системы позиционирования бота:

– "Купол-756", серийный номер 7570920, относительные координаты – подсектор 22 шар-сектора Н66В01 системы Голубого Шлейфа. Статус – потеря управления.

– Ягд командор, если бы не крошечный размер эмиттер-бота и не его манёвры, он был бы уже уничтожен. Счёт идёт на секунды. Как только вражеский интеллект поймёт алгоритм манёвров, он выстрелит на упреждение, в точку, куда потом прыгнет "Купол". Попадание под прямым углом взорвёт бот, – глухо заговорил Берсерк, – нужно что-то предпринять, нужно помочь хотя бы магнитной или пылевой завесой!

– Занимайся своим делом, навигатор. У вас перекос тяги двигателей и автоматика ждёт, когда ты изволишь дать команду на устранение неполадок, – жестко сказал ягд Цкуголь.

– Но Мактик погибнет! – страдальчески зазвучал голос Шиелы, – может быть он уже погиб!