Текст книги "Возмездие (СИ)"

Автор книги: Андрей Двок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

– Да. Мы и так в состоянии одолеть аристийскую дружину. Численность нашей объединённой армии гораздо больше, – продолжил король. – Думаю, нас готовы поддержать все. Может быть, кроме барона Бедрича тер Кронос. Он женат на сводной сестре Сержио и неплохо наживается на поставках в Аристи. Непонятно, как он поведет себя в случае предстоящего конфликта.

– Да плевать на него, – поддакнул Жерар тер Хетск. – Если он не верен вам, Ваше Величество, то зачем Варнии такой граф?

Король удовлетворённо кивнул, а Конрадайн болезненно поморщилась и, стараясь передвигаться как можно тише, поторопилась покинуть тайный проход к рабочему кабинету короля.

Надо попробовать отговорить сына от этого идиотского плана. Другого времени уже не будет. Королева-мать давно узнала о планах сына избавиться от своего сильнейшего вассала. Она понимала всю глупость этой затеи, но так и не смогла придумать, как помешать этому.

Конрадайн незаметно покинула тайный ход и поспешила к сыну. Королевские гвардейцы не посмели остановить королеву-мать, когда она вошла в приемную, и лишь «вытянулись в струнку» по обе стороны двери в рабочий кабинет Дориана II.

(Конрадайн)

Конрадайн подошла к двери и, красиво изогнув бровь, с ожиданием посмотрела на одного из гвардейцев. Лицо воина пару мгновений отражало сомнение, но затем он решился и отворил перед ней дверь кабинета.

– Мама? – Дориан поставил кубок на стол и в удивлении уставился на Конрадайн.

– Ваше Величество! – хетский граф вскочил с кресла и склонился в глубоком поклоне.

– Сын… Граф… – еле заметно кивнув, ответила королева-мать, уверенно подошла к столу и села в кресло, которое только что занимал Жерар тер Хетск.

– Дориан, мне надо с тобой поговорить. Удели мне, пожалуйста немного времени, – попросила Конрадайн.

– Это срочно? – недовольно скривился Дориан.

– Да. Я не займу у тебя много времени, – добавила бывшая королева, увидев такую привычную гримасу на лице сына.

«Куда делся мой маленький милый Дориан? – с горечью подумала Конрадайн. – За что мне это всё?»

– Ээээ… – замялся король, подбирая слова, глазами указав матери на графа.

– Это приватный разговор, – пояснила королева-мать.

– Хорошо. Жерар, оставь нас, – монарх кивком указал графу на дверь.

– Надеюсь, ты не задержишь меня надолго, мама, – Дориан не стал скрывать недовольства. – Сегодня мне еще предстоит решить важное государственное дело.

– Знаю я твое дело, Дориан. Именно из-за него я к тебе и пришла, – глядя на недоверчиво ухмыльнувшегося сына, ответила Конрадайн, и тут же продолжила. – Покушаться на жизнь барона Сержио тер Аристи и жизни членов его семьи – это большая ошибка.

– Шшто-о? – еле слышно просипел разом побледневший Дориан. – Измена? Кто тебе донёс?

– Да какая измена! Выпив, вы слишком громко разговариваете, вот и всё, – покривила душой королева-мать.

– Не надо со мной шутить, мама, – угрожающе прорычал Дориан, страх у него быстро сменился злостью. – Где ты это услышала⁈

– Сам догадайся, где мог проболтаться. Пусть это будет тебе уроком! – продолжила изворачиваться Конрадайн. Не признаваться же ей, что она подслушивала.

– Отказываясь отвечать, ты теряешь моё доверие. Не заставляй меня думать, что ты мой враг, – зло сузил глаза Дориан.

– Враг⁈ – искренне возмутилась Конрадайн, но затем заставила себя успокоиться. – Когда умер твой отец, я добровольно передала тебе власть. Меня никто не заставлял и не торопил. Это было моё добровольное решение. Разве нет?

– После этого, я ничем и никогда тебе не мешала, стараясь лишь помочь, – продолжила королева-мать, глядя, что сын молча её слушает. – Зачем мне становиться врагом родному сыну? Какой в этом смысл?

– Услышать это от тебя было… больно, – Конрадайн действительно очень задели слова сына, и она достала платок, чтобы справиться с выступившими на глазах слезами обиды.

Королева-мать всегда поддерживала своего сына, даже несмотря на то, что он вытворял и продолжает вытворять. И в благодарность за все старания услышать в ответ такие слова?

– Пф-ф. Ладно, извини. Так о чём ты хотела поговорить? – король выдохнул и расслабленно развалился в своём кресле.

Кстати, кресла аристийского производства. Мягкие, комфортные аристийские кресла повсеместно вытесняли пафосные, но неудобные стулья. Да, что там кресла! Сейчас, куда ни ткни пальцем, везде наткнёшься на товар из северного баронства.

– Сынок, не нужно ссориться с бароном Аристи. Он ведь не давал для этого повода, – Конрадайн умоляюще прижала руки к груди. – Он очень опасен, словно огромный матёрый волк. И волчат своих вырастил такими же. Дориан, я боюсь повздорить с семьёй Аристи.

– Вот именно, мама! Вот именно! Я об этом и говорю, – воодушевился Дориан. – Зачем мне такой опасный вассал? А вдруг, он захочет больше власти, что тогда?

– Но ведь он верно тебе служит. Выполняет все твои распоряжения, – возразила королева-мать. – Скольких наших врагов за эти круги жизни он усмирил силой своей дружины. Даже Студёное море очистил от тилинкитов.

– Это пока он верно служит. А если решит, что ему сюзерен больше не нужен? Что, если он не захочет больше терпеть над собой ничьей власти? А ведь он бывший простолюдин, – монарх брезгливо скривил губы.

– В Варнии столько старых благородных семейств, которые ведут свою родословную ещё от имперских аристократов, а богатейшее баронство королевства получило недавнее быдло! – продолжил король. – Шрам! Разве дадут такое прозвище благородному человеку? Быдло и есть быдло!

Чтобы не злить сына, Конрадайн благоразумно не стала напоминать о том, что, когда Беон тер Аристи принял Сержио в свою семью, баронство было беднейшим в Варнии.

Но посчитала нужным сказать другое:

– Сынок! Говорят, что родители Сержио – это беглые дворяне из Лимерии.

– Пф-ф! Да хоть бы и так, – фыркнул Дориан. – Слишком много богатств он в свои руки захапал. Ни Хетское, ни Вранское графство столько дохода не приносят, сколько приносит Аристи. Даже с коронных земель мы получаем меньше. Жирно ему будет!

– Он ведь честно платит в нашу казну все налоги, – ещё раз попыталась переубедить своего сына Конрадайн. – Даже учитывая то, что мы каждый круг жизни их существенно увеличиваем.

– Плевать! Сейчас платит он, потом будут платить другие. Только поставлю на его место менее «зубастого» и еще раз размер налога увеличу. Ха-ха-ха-ха! – неприятно рассмеялся Дориан.

– Ясно… Но как ты собираешься решить с ним вопрос? – немного помолчав спросила Конрадайн. – Пойми, ты мой сын, я боюсь за тебя. И я боюсь за своих внуков.

– Не переживай, воевать, скорее всего, вообще не придётся, – самодовольно ухмыльнулся Дориан. – Мне привезли из Лаомина одну замечательную микстуру. Совершенно без вкуса и запаха.

– Несколько капель в вино и через сутки человек отправляется к Предкам, – перешёл на шёпот молодой король. – Представляешь? Сутки никаких недомоганий, никаких симптомов. Потом – раз и все! И никто нас ни в чем обвинить не сможет.

– Что ни сделают эти узкоглазые, так просто шедевр! Вот где мастера! Не то, что наше сиволапое мужичьё! – презрительно скривился монарх.

Потом махнул рукой и, покопавшись в столе, поставил перед королевой-матерью чистый кубок. – Будешь вино, мам? Последним караваном с Юго-западного торгового тракта привезли, из самого Валенса. Не то, что наша варнийская бурда!

«Предки, спасите Варнию!» – мысленно взмолилась Конрадайн. – «И это – мой сын!»

Глава 5

Глава 5. Волин, р. Варна. Тревен, 559 круг Н. Э.

Король Варнии, королева-мать и хетский граф снова, в который уже раз за многодневную череду праздничных мероприятий в честь дня рождения Конрадайн, собрались в рабочем кабинете Его Величества.

Граф Жерар тер Хетск лично наполнил красивые стаканчики из цветного стекла своему королю, королеве-матери, а затем и себе. Конрадайн он налил очень легкой вишнёвой настойки, а себе и сюзерену – «аристийской крепкой».

Не той, что наливают простому люду в харчевнях, а той, которую аристийские мастера купажа и дистиллеры делают специально для высшей знати. К сожалению, доверенным лицам короля до сих пор не получилось выведать тайну изготовления этих напитков.

Зато граф знает наверняка, что вот этот самый напиток десять кругов жизни выдерживали в дубовой бочке из-под «Бресси», самого дорогого варнийского вина. Вкус этого напитка мужчины уважают куда больше, чем сладкие и слабенькие женские настойки.

– Прекрасные настойки делают в Аристи, – позволил себе нарушить установившееся в кабинете молчание Жерар тер Хетск.

– Да и стаканчики изготовили в том же самом баронстве, – усмехнулась Конрадайн. – Такую красоту только у нас и в Лаомине могут делать. Надо отдать должное Сержио тер Аристи, он производит столько невиданных товаров! Барон – настоящий гений!

– Скоро всё это будет нашим, – недовольно покосился на мать Дориан II. – Недолго этому выскочке осталось раздражать своим существованием благородные семьи Варнии.

Конрадайн с трудом сдержала вздох разочарования. Ей очень не нравилось то, что затеял её сын. Но ничего поделать с этим она не могла. Пробовала уже его переубедить, но всё без толку.

– Ваше Величество, – сделал «щенячьи глаза» Жерар тер Хетск. – Будет мне позволено узнать, вышло ли сделать задуманное?

– С кем, как не с тобой, я могу этим поделиться, друг мой? – окинул своего собеседника покровительственным взором Дориан II.

Граф не пожелал замечать снисходительного к себе отношения и на слова своего короля прямо залучился довольством. Королева-мать напротив, поднесла стаканчик к губам, чтобы скрыть недовольное выражение лица.

– Хо-хо! Всё получилось просто отлично, – хохотнул король. – Эти низкородные выскочки, Сержио и Бранка, даже ничего не заметили, когда выпили разбавленное в алкоголе зелье.

– И что, до сих пор так и не почувствовали? – с нездоровым интересом переспросил граф.

– Ну так, мы их напоили в самый последний день празднования, – объяснил Дориан. – Смерть придет к ним завтра, на пути домой. По крайней мере, так меня травник уверил, а врать ему не с руки. Не то…

– Эх, Ваше Величество, мне просто покоя не будет, пока до нас не дойдёт благая весть о смерти четы Аристи, – вздохнул граф.

– Так для чего, ты думаешь, я послал вместе с ушедшими домой аристийцами Гуго Бофремона*? Да еще на «Форели», моём самом быстром струге? – спросил король.

* – Представитель семьи вассалов королевского рода Немантидов, славящихся своей преданностью. Внук умершего от старости королевского чиновника Элизио Бофремона. Родственник покойного капитана королевской дружины Алфонса Бофремона.

– Так с посольством в Поморию же, – растерянно ответил Жерар. – Весь Двор об этом знает…

– Хех, вот пусть все так и думают, – хохотнул Дориан. – У Гуго совсем другая задача.

– Когда Сержио с женой сдохнут, Бофремон отправит сообщение об этом мне во дворец вместе с «Форелью», а сам с несколькими подручными напросятся к аристийцам на борт, – пояснил король. – Затем, по прибытию в Аристи, Гуго займется оставшейся семьей Сержио.

– Ваше Величество, вы гений! – изобразил восхищение Жерар перед довольно улыбнувшимся королём.

* * *

– Любимая, как тебе прошедшие празднества? – поинтересовался я у жены. – Понравилось?

Мы стояли на юте «Камауэто», флагмана нашего маленького отряда, состоящего из двух самых крупных чердачных стругов аристийского флота. За нами в кильватере шел «Волк» и королевский струг «Форель».

Навязанного королём попутчика я обещал сопроводить до устья Варны, якобы для его безопасности. Уж не знаю, какова истинная причина этой просьбы Дориана II. Лично я не вижу для них никакой угрозы.

Варна – внутренняя водная артерия королевства, лишь в шестидесяти километрах от устья являющаяся речной границей с Поморией. Какие могут быть угрозы, принимая во внимание то, что струг везет варнийского дипломата в эту самую Поморию? Особенно, если учитывать, что отношения между нашими королевствами весьма тёплые.

– Знаешь, милый, я так и не смогла за всё время расслабиться хоть на мгновенье и отдохнуть по-людски, – честно ответила Бранка. – Всё время ждала какой-то подлости от нашего «любимого» монарха.

(Бранка)

Любимая повернулась ко мне лицом и прижалась щекой к груди, ловко обняв меня под плащом и прильнув всем телом, будто пытаясь спрятаться от неведомых врагов. В ответ я только крепче обнял Бранку, с наслаждением утопая в цветочном запахе её волос.

Такие речи опасно вести в любом окружении, но жена говорила очень тихо. Так, чтобы только я мог ее слышать. При этом на юте кроме нас находятся лишь шкипер и кормщик, да и то, в стороне от того места, где мы стоим.

И маленькая свита супруги, и наша охрана, и мои оруженосцы с пажами остались на шкафу́те*. Нам очень хотелось побыть вдвоем, но на вёсельно-парусном судне это возможно сделать только в каюте. Однако погода была на загляденье и засиживаться в запертом помещении не хотелось.

* – Шкафут – средняя часть от бака до юта. В данном случае – это авторская, упрощённая интерпретация. На самом деле, определение этой части корабля немного шире.

– Честно говоря, я ждал того же, – признался я. – Слава Предкам, что всё обошлось и мы зря беспокоились. Даже не верится!

Бранка отстранилась, посмотрела мне в глаза и с наигранным недовольством сказала:

– Только зря ты меня этим противным противоядием поил. Да еще перед каждым приёмом пищи. Ух!

Бранка чувствительно ткнула меня в бок локтем, но затем ещё крепче меня обняла и добавила:

– И то, что ты вместе со мной пил эту гадость, тебя не извиняет.

– Прости…

Мы так и стояли обнявшись, полностью и без остатка растворившись друг в друге. Я крепко прижимал к себе любимую женщину, понимая, что на этом этапе моей жизни Бранка – самый дорогой для меня человек на свете.

Я уже хотел сказать, что привык верить своей интуиции и сейчас поражён тем, что мои плохие предчувствия не оправдались, как Бранка вдруг резко побледнела и стала заваливаться назад, протянув ко мне руку в попытке найти опору.

Я немедленно подхватил жену на руки:

– Солнышко, что с тобой⁈ Лазара ко мне! Быстро, сукины дети!!!

– Не знаю, Сержио, в глазах темнеет… Ах, как режет! – Бранка схватилась за живот, а её лицо исказила болезненная гримаса.

Где чёртов лекарь⁈ Я хотел ещё раз позвать Лазара, но тело вдруг пронзила нестерпимая боль. Будто в кишечник воткнули раскаленный лом и начали его там ворочать. Отравил, мразь! Всё-таки, отравил!

Жестокий приступ боли бросил меня на колени, но я удержал любимую на руках. Превозмогая адскую резь, я наклонился к лицу супруги и прошептал ей:

– Держись, милая, Лазар уже рядом. Всё будет хорошо.

Весь ют заполнился суетой и топотом многих людей. Я огляделся: нас окружили встревоженные Мабон, Лео, Джозо, Вито, Данко, Корделия, Хильда… Где Лазар? Где шарится этот чёртов лекарь, когда он так нужен⁈

Вот он!!! Оттолкнув моих «пионеров», сквозь окружившую нас толпу ворвался Лазар и тут же рухнул рядом со мной на колени. А у меня вдруг резко потемнело в глазах. Из моих рук кто-то аккуратно принял Бранку.

В принципе, всё понятно. Не знаю, как я перенесу отравление, но всяко лучше, чем моя девочка. Главное, мне сейчас надо успеть правильно настроить лекаря.

– Лазар! – я совсем перестал что-либо видеть, но ещё успел схватить за грудки испуганного лекаря. – В первую очередь оказываешь помощь баронессе. Это приказ!

– Скорее всего, нас отравили. Ты знаешь, как действовать в подобном случае, – продолжил я. – И, не дайте Предки, ты попытаешься сначала заняться мной! Твой первый и главный пациент – баронесса.

– Перед всеми тебя предупреждаю: если ты нарушишь мой приказ, я не просто тебя убью. Ты будешь молить меня о смерти, как о милости, – заканчивал я уже еле слышно, неимоверными усилиями удерживая себя в сознании.

Затем на остатках сил я притянул Лазара к себе поближе и только ему на ухо прошептал:

– Спаси её, а обо мне не беспокойся. Со мной всё будет хорошо. Действуй!

– Вы все свидетели, какой приказ отдал мне господин, – ещё услышал я дрожащий от страха и обиды голос Лазара. – Вы, двое, несите баронессу в каюту. Надо срочно сделать промывание…

«Молодец, всё правильно понял», – успел подумать я, но на этом моменте мои силы иссякли, и я потерял сознание…

* * *

Скрип уключин, вой ветра и удары волн о борт судна. Это первое, что я услышал, медленно и мучительно возвращаясь в сознание из небытия. Привычное ощущение знакомой койки. Значит, я в своей каюте.

Надо же, потерял сознание, как в бесчисленных книжках о попаданцах. Там такое бывает через страницу, а то и прямо на каждой: главный герой сознание теряет. Буквально, как субтильная барышня.

Если равняться на подобные особенности, то, откровенно скажем, с меня попаданец не очень получился. За всю свою жизнь я терял сознание считанные разы. На пальцах одной руки можно пересчитать. Как говорится, не вписываюсь в образ.

Захотелось ухмыльнуться, но вдруг резко вернулась память, сметая весь благодушный настрой. Я вспомнил всё, что произошло перед тем, как потерял сознание и, охваченный страхом за жену, рывком принял сидячее положение.

Боль прострелила весь организм, голова закружилась, а в глазах снова потемнело. Собравшись с силами, чтобы не потерять сознание, я ухватился руками за края своей лежанки и быстро осмотрелся.

На соседней койке под открытым иллюминатором лежала Бранка, а рядом на табуретах сидели мой оруженосец Лео и фрейлина жены Корделия, которые тут же подхватились, увидев, что я пришел в себя. Оруженосец что-то начал мне говорить, а фрейлина метнулась к выходу из каюты.

– Стоять! – скомандовал я Корделии.

Мой голос оказался слабым и каким-то каркающим, будто у ворона. Но, слава Предкам, фрейлина послушалась. Они с Лео молча замерли посреди каюты, ожидая моих дальнейших слов.

Для меня же главным было немедленно узнать о состоянии жены и не допустить распространения информации о том, что я пришел в себя. Сначала надо узнать обстановку. Жизнь сделала меня перестраховщиком и очень недоверчивым человеком. Наверное, это не самые красивые человеческие черты, но уж какие есть.

– Что с баронессой? – громким шепотом спросил я.

Пришлось задавать вопросы, так как подняться с койки, чтобы подойти к Бранке, не выходило. Сил хватило лишь на то, чтобы сесть. Слабость была такая, что руки жалко дрожали, стараясь удержать тело в сидячем положении.

– Жива! – бросилась передо мной на колени Корделия. – Жива ваша жена, милорд.

Слёзы крупными бисеринками покатились по щекам баронеты. И я понимаю искренность этой девушки. Когда непонятная болезнь забрала жизни её родителей, Корделии было всего десять кругов жизни.

В этот тяжёлый для любого ребёнка момент, Бранка взяла девочку под своё покровительство и всегда относилась к ней, почти как к дочери. Я же только поддержал супругу в этом поступке. А как по-другому?

Покойный отец Корделии, лейтенант Фракар Гесс, был заместителем Элдора Тессена, капитана моей дружины и моего друга. В 553 круге Н. Э. родители девочки умерли и из живых родственников у неё остался только двоюродный брат отца, владелец манора Своге – баронет Фило Гесс.

Бранка посчитала, что для ребенка будет лучше, если она сама присмотрит за девочкой. И считаю, что это со всех сторон правильно. Как раз в этом круге жизни жена начала подыскивать для Корделии достойную партию.

Мы из-за этого решения не обеднеем, а девушке будущее обеспечим. Да и мои вассалы будут видеть, что, в случае чего, их близкие не останутся без поддержки. Это тоже немаловажно.

– Лео, запри дверь и никого пока сюда не впускай, – скомандовал я своему оруженосцу. – А ты, Корделия, рассказывай.

– Милорд, ваш лекарь Лазар утверждает, что вас с миледи отравили… – начала рассказывать девушка, а я в это время собрался с силами, поднялся с койки и, шаркая ногами, поплелся к жене.

Бранка еле слышно дышала и была такой бледной, будто потеряла много крови. Я присел на лежанку жены и с трепетом прикоснулся к её запястью. Кожа холодная, но на лбу почему-то выступили бисеринки пота.

Сначала моё сердце оцепенело от приступа жалости, а затем в груди обжигающим костром вспыхнуло бешенство. Мою девочку попытались убить! С трудом поборол желание немедленно схватить меч и… что?

Я достал платок и убрал с лица любимой выступившую влагу. Всё это время я внимательно слушал, что мне рассказывала Корделия. Иногда рассказ фрейлины чем-то дополнял Лео.

Из их повествования у меня сложилась следующая картина. Когда нас с женой настигли последствия отравления, Лазар сразу занялся лечением, а отряд встал у берега на стоянку.

С удовлетворением я убедился, что Лазар не ослушался моего приказа и вначале спасал Бранку. Пока лекарь делал своё дело, к нему настойчиво пытался прорваться королевский посланник, но Мабон жестко пресёк все эти попытки.

И пресекал до того момента, пока Лазар не закончит своё лекарское колдунство. О том, что шансов на наше с женой выздоровление почти нет, лекарь сказал при Гуго Бофремоне. Том самом королевском посланнике.

После этого баронет Бофремон отправил свою «Форель» в Волин, объяснив это тем, что обязан немедленно сообщить об ужасной трагедии Его Величеству. Сам же, с тремя ближайшими своими помощниками, напросился к нам на борт.

Королевский посланник пояснил Мабону, что приказ о выполнении назначенной ему миссии в Помории никто не отменял. Если он не получит приказ об отмене задания, то наймёт подходящий корабль в Аристи у моей семьи. Либо, в случае если мои сыновья по какой-либо причине откажут, у какого-нибудь купца.

Затем, поредевший отряд снова отправился в путь, а мне с Бранкой обеспечили постоянный присмотр и уход. С того дня в каюте постоянно находилось два человека.

У постели жены сменяли друг друга Корделия Гесс и Хильда, а у моей – пажи и оруженосцы. Из состава гвардейцев перед входом в каюту выставили усиленный пост. Часто заходил для осмотра лекарь.

– Понял вас. Бофремон со своими сопровождающими на нашем борту или на «Волке»? – спросил я у наших «сиделок».

– У нас, на «Камауэто», – поспешил ответить Лео.

– Слушай внимательно, – повернулся я к своему оруженосцу. – Найди баронета Кедрика и приведи его ко мне. Только сделай это тихо и аккуратно. Чтобы, не дайте Предки, никто, кроме него, не узнал, что я пришёл в себя.

Лео выскользнул за дверь и сразу прикрыл её за собой. Я лишь услышал, как он говорит гвардейцам, чтобы в каюту никого не пропускали. Долго ждать не пришлось. Вскоре дверь открылась и в каюту, сопровождаемый Лео, шагнул мой командир гвардии.

– Господин! – воскликнул Мабон, но я резко оборвал его, приложив палец к губам.

– Тш-ш-ш, тише дружище.

– Господин, – уже шёпотом продолжил Кедрик. – Вы живы! Живы! Мы… Мы уже думали…

– Знаю, друг мой, знаю, – я кивком предложил Мабону присесть на один из табуретов. – Послушай, что тебе надо сделать.

– Сейчас выйдешь из каюты и аккуратно, не привлекая внимания наших «пассажиров», отдашь распоряжение своим гвардейцам об аресте Бофремона и его сопровождающих. Справишься? – я испытующе посмотрел на Кедрика.

– Всё сделаем в лучшем виде, – посерьезнел командир гвардейцев.

– Сам я сейчас не в состоянии участвовать в подобном…

– Милорд! – искренне возмутился Мабон. – Вам и невместно самому этим заниматься!

– Это война? – несколько секунд спустя спросил он.

– Война, – услышав мой ответ, у Корделии и Лео вытянулись лица, а Мабон лишь нахмурился. – Нас с баронессой отравил наш же сюзерен, король Дориан.

– И за что? Я столько сделал для его сраного королевства и для него лично! Это его благодарность⁈ – еле сдерживая себя от гнева прорычал я. – Я терпел его непомерную жадность и неблагодарность. Я, быть может, со временем простил бы его покушение на меня, но покушение на жизнь моей жены не прощу!

– Короля ждет возмездие. Дориан II станет последним Немантидом на троне. Этот род больше никогда не будет править Варнией, – переполняющая меня злость помогла подняться с кровати, а напротив меня вскочил и вытянулся в струнку Мабон.

– Иди и скрути Бофремона с его помощниками, – указал я Кедрику на дверь. – Необходимо их допросить. Дориан не просто так их послал вместе с нами. Ведь этот гадёныш наверняка знал, когда отрава начнёт действовать.

– Слушаюсь, – Мабон стукнул кулаком по груди и с решительным видом вышел из каюты.

* * *

– Впереди по курсу Аристи! – громкий крик наблюдателя был прекрасно слышен даже из закрытой каюты.

Во время плаванья на марсе коггов у меня всегда находятся наблюдатели-сигнальщики. При необходимости их размещают и на реях крупных стругов. Вот как сейчас.

Скоро мы прибудем домой и это хорошая новость. Но самое главное, моя девочка жива! Жена до сих пор не пришла в сознание, но ее состояние стало гораздо лучше. Это видно невооруженным глазом.

Лазар говорит, что кризис миновал и теперь есть все шансы на благополучный исход. Для меня это САМОЕ ГЛАВНОЕ. Конечно, это не спасет Дориана и его поганую семейку, но умереть можно по-разному.

Барону справиться с королём нереально, но это если речь идёт об обычном бароне. Я – не обычный. И я обязательно придумаю план, как одержать верх над королём Варнии.

Вспомнил, какие были лица у людей, когда я, опираясь на плечо своего оруженосца, вышел из каюты и улыбнулся. Ха! Эта искренняя радость, что я увидел в их глазах. Это приятно, чёрт возьми!

В отношении Гуго Бофремона и его сопровождающих я оказался прав, они оказались замазаны в грязных делишках короля по самые уши. Гуго и его подельники уже неоднократно выполняли особые поручения Дориана.

Имею ввиду те поручения, которые не станет выполнять уважающий себя аристократ. В этот раз было то же самое. Конечно, ни о какой Помории речь изначально не шла.

Но истинную цель своей поездки арестованные рассказали, правда не сразу. Разбив лагерь на берегу, я потратил целый день, чтобы провести допрос четверых придворных Дориана II, но все же их разговорил.

Из четверых до конца запирался только один, и это оказался не Гуго. Трое остальных поведали мне, что получили задачу дождаться моей смерти от яда, а затем организовать убийство остальных членов моей семьи.

Этих троих даже сильно калечить не пришлось. Так, поприжигали кожу немного, пару ушей отрезали да несколько пальцев сломали. В награду за честные ответы на мои вопросы я пообещал их не убивать как скот, а дать шанс на поединок.

С мечом в руках. Против меня. Когда я хоть немного восстановлю силы. Естественно, они понимают, что смерть их ждёт при любом исходе схватки. Но или сдохнуть сейчас, либо еще немного пожить, пока я выздоравливаю?

Их выбор был очевиден. А чтобы в их головах совсем не возникало дурных вопросов, на их глазах был казнен их товарищ. Тот, который до конца выдержал допрос. И казнь эта была страшна.

То, как долго и страшно умирал этот преступник, напугало не только арестованных волинских дворян, но, кажется, и моих людей. Похоже, мне одному было плевать на его мучения.

Решил убить меня и мою семью? Мою жену? Детей? Внуков? Будь готов умереть страшной смертью, сука! Долгой и мучительной смертью! И ты готовься, Дориан! Трясись от страха в своём дворце и жди меня, мразь. Я приду…

Глава 6

Глава 6. Аристи. Цветань, 559 круг Н. Э.

По понятным причинам, наше прибытие в столицу баронства вышло далеко не праздничным. В море, на подходе к городу, нас встретил «Тюлень» – самый быстроходный струг моего флота.

Приятно, что дозорные у нас «тащат службу» как положено. Да и вся цепочка наблюдения и оповещения: увидели – доложили – приняли решение – вышли на встречу. Всё сделали в очень короткий срок.

Я быстро набросал записку для Беона, оставленного старшим «на хозяйстве», вручил её шкиперу «Тюленя» и отдал ему команду с максимальной скоростью доставить её моему сыну.

В письме я кратко рассказал о произошедшем с нами несчастье и попросил не организовывать пышную встречу. Напротив, я дал указание подогнать к пристани дормез для жены, которая до сих пор не пришла в сознание, и убрать с места швартовки «Камауэто» посторонних.

Не хотелось, чтобы кто-то увидел Бранку в таком виде. Особо предупредил, чтобы не брали с собой внуков. На тот момент я так и не решил, что говорить малышам о состоянии бабушки. Как объяснить внукам, что всесильный в их глазах «дедун» допустил вот это вот всё⁈

А вот сейчас, в сопровождении пажей, оруженосцев и пары гвардейцев, иду в дальнюю часть дворцового сада, где приготовлена площадка для поединков. Ну как, поединков? Я иду казнить Гуго Бофремона и двух его подельников.

Я ещё не полностью восстановился после болезни. Слабость до конца не прошла, выносливость сильно просела, но терпеть больше нет сил, да и обещания, данные арестованным дворянам, надо выполнять.

А ещё я никак не могу затушить в себе пожар ярости. Чтобы я ни делал, гнев не проходит и буквально сжигает меня изнутри. Видимо, пока возмездие не настигнет Дориана, я спокойно жить не смогу.

Я не робот, чересчур много потерь для меня. Даже если не брать жизнь на Земле, где я сам наделал достаточно ошибок. На Этерре я потерял Беату, Иву, приёмных родителей и Герендила*, множество боевых товарищей.

* – Герендил Аристи – старший сын барона Беона тер Аристи, сводный брат главного героя в приёмной семье.

Слишком много близких мне людей ушли к Предкам, а сейчас Бранку, мою любимую женщину и мать моих детей, почти убили. И до сих пор нет твёрдой уверенности, что она поправится.

Почти рассудок от бешенства теряю, когда вижу её в теперешнем состоянии. Ничего, сейчас попробую хоть немного погасить гнев, казнив своих врагов. Вот как раз мы и на месте…

Ухоженные дорожки, мастерски подрезанные кусты и деревья, среди этой красоты небольшая удобная полянка. Людей собралось не очень много: мои ближники, дети с супругами и гвардейцы, оцепившие место казни и охраняющие преступников. Внуков, естественно, я на такие мероприятия брать запрещаю, хотя в городах на казни ходят все, от мала до велика, как в цирк или театр.

Я передал плащ, берет и жилетку Джозо* и Данко*, оставшись в свободных, удобных брюках и рубашке. Принял «Мясника» у Лео*, а Вито* приказал передать похожий полуторник Гуго Бофремону. Его я убью первым.

* – Джозо и Данко – пажи главного героя, Лео и Вито – его оруженосцы.

Спрашивать, каким оружием предпочли бы сражаться эти трое неудавшихся душегубов, я даже не подумал. Только вспомню, что они собирались убить моих детей и внуков, как глаза будто кровавая пелена накрывает.

На поляну шагнул баронет Агро Кедрик, мой командующий конным дворянским ополчением, а также бывший паж и оруженосец. Я из него в своём баронстве этакого предводителя уездного дворянства сделал. В других феодах ничего подобного нет.

– Поединки на смерть между бароном Сержио тер Аристи и дворянами, посланными королём Варнии с целью убийства семьи барона, – объявил Агро, а между присутствующих пронёсся угрожающий ропот. – Бои будут проходить поочерёдно, один на один.