Текст книги "Возмездие (СИ)"

Автор книги: Андрей Двок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Слава Предкам, хотя бы Мабон Кедрик цел и невредим. Вон он, о чём-то тихо переговаривается с Кисилом. Но мои оруженосцы… они сейчас в руках лекарей. Лео Горан лишился левого глаза, а Джозо Крук получил палицей по шлему и сейчас находится в беспамятстве.

Что, если Джозо не придёт в себя или его разум повредится? Что, если у Лео пойдёт заражение? Глаз – это не рука или нога, тут пораженные части тела не отрубишь. Какими будут последствия этих ранений? Как я посмотрю в глаза их родителей, если всё пойдёт по наихудшему сценарию⁈

Дайте Предки, чтобы они хотя бы выжили, а я уж постараюсь, чтобы дальше в их жизни всё было хорошо. И доход им достойный обеспечу, и должность подыщу подходящую. Если и не на воинской стезе, так на гражданской. Не важно, смогут ли они дальше исполнять обязанности моих оруженосцев, пусть только в живых останутся.

Я шагнул к висящему на стене зеркалу, явно купленному на моей мануфактуре, и окинул себя взглядом. Красавец! Из-за пропущенных ударов котта изорвана в тряпки, а на броне появились новые многочисленные отметины от провороненных атак.

Сам же я с ног до головы залит кровью и какими-то мерзкими ошмётками плоти. Икона стиля для тилинкитов, мля! Тщательно оттерев от крови лезвие «бастарда» о настенный гобелен, я вложил его в ножны.

Сделав глубокий вдох и протяжно выдохнув, я досчитал про себя до десяти и двинулся к входу в тронный зал. За моей спиной тут же пристроились Кисил тер Мезен со своим оруженосцем и Мабон Кедрик с парой гвардейцев.

Войдя в зал, я быстро осмотрелся. Сам зал оцепили мои гвардейцы, а на ведущей на второй этаж лестнице, с частыми площадками между лестничных пролётов, заняли позиции воины четвертой пехотной роты.

Прямо напротив меня, в другом конце тронного зала, находилось возвышение, где размещались два трона: больший размером – для короля, меньший – для его королевы. За этим возвышением виднелась небольшая дверь, которая тоже уже была взята под охрану моими гвардейцами.

На королевском троне восседал Дориан II, справа от трона стояла королева-мать Конрадайн. К ней жались сыновья Дориана – принцы Экор и Отто, подростки одиннадцати и девяти кругов жизни.

Слева от королевского трона стоял граф Филип тер Вранск, старый недруг баронства Аристи и сподвижник Дориана. Он уступает в преданности проигравшему войну королю только графу Жерару тер Хетск.

Но Жерар уже пал от моей руки, наконец настала очередь и Филипа. Заодно и гнев немного притушу. Я уверенно зашагал к тронному возвышению. В тишине тронного зала мои шаги и шаги моих сопровождающих звучали глухо и зловеще.

Остановившись перед тронным возвышением, я обвёл тяжёлым взглядом семью Немантидов и вранского графа. Экор и Отто смотрели на меня со страхом и непониманием, а Дориан – с откровенным ужасом.

Лишь Конрадайн держала себя в руках, хоть и было видно, что делает это она из последних сил. Надо отдать должное и графу Филипу тер Вранск, он тоже сумел сохранить лицо.

– Ну что же, пришла пора принять последствия за свои действия, – я просверлил взглядом Дориана. – Но в начале я закончу с Его Сиятельством.

Далее я обратился к вранскому графу:

– Я немного утомился сегодня, поэтому не буду растекаться мыслью по древу. Для вас, Ваше Сиятельство, я предоставляю следующий выбор. Первый вариант: вы пишите письмо своей супруге, чтобы она не оказывала сопротивления нашей армии и мирно передала власть новому графу тер Вранск.

– Вы же примите мой вызов на поединок до смерти. Здесь и сейчас, – продолжил я. – Если побеждаю я, то обещаю сохранить жизни членам вашей семьи и даже выделю некоторые средства на их существование. Если победите меня в поединке – вам тоже сохранят жизнь и отпустят вместе с семьёй.

– Второй вариант: вы будете немедленно арестованы и после взятия и разграбления Вранска казнены вместе со всей семьёй, как пособник клятвопреступника, – я кивнул в сторону обливающегося потом Дориана. – В этом случае обещаю, что казнены вы будете последним. Перед этим на ваших глазах будут казнены все ваши родственники.

– Ваш выбор⁈ – рявкнул я, заставив вздрогнуть присутствующих.

– Я… кха… я выбираю поединок, – севшим голосом выдавил из себя Филип.

Я удовлетворённо кивнул, граф по крайней мере не трус. Шансов у него нет, и он это понимает. Филипу тер Вранск пятьдесят восемь кругов жизни, он старше меня на семь кругов.

О разнице в физической готовности я вообще молчу. Однако, перед смертью он старается сохранить жизни своей семье. Это можно и нужно уважать. По крайней мере, по моему глубокому убеждению.

– Хорошо, сейчас вам принесут принадлежности для письма, – я обернулся и подал знак командиру своих гвардейцев.

Мабон понятливо кивнул и вышел из тронного зала. В полном молчании мы дождались, когда принесут писчие принадлежности и стул с небольшим столиком. Пока Филип тер Вранск писал письмо супруге, в тронный зал вошли все старшие командиры нашей армии во главе с Круно.

Среди них не было только Беона, но мы так и обговаривали. Ему пока ещё рано появляться здесь, пока с противником не закрыты все гештальты. Вот расставлю все точки над «Ё» и можно будет вводить сына во дворец. Как говорится, во всём блеске и великолепии.

Неожиданно моё внимание привлекло зарево пожара, которое окрасило своими бликами многочисленные окна тронного зала.

– Что это? – обратился я к Круно.

– Мы почти добили войско противника на дворцовой площади, как к ним подошло подкрепление. Это часть тех войск, что располагались у Золотых и Медных ворот города. Мы окружили их и сейчас добиваем, но неожиданно возник пожар в одном из прилежащих к площади домов. Он быстро охватил всё здание и перекинулся на соседние, – ответил сын.

– Дай команду, чтобы организовали тушение, – отдал я распоряжение и обернулся к Филипу.

Вранский граф уже закончил письмо, скрутил его и аккуратно запечатал фамильным перстнем-печаткой. Встав из-за столика, он посмотрел на меня затравленным взглядом:

– Надеюсь, вы сдержите своё слово.

– Не сомневайтесь, Ваше Сиятельство. Я всегда выполняю свои обещания, – заверил я графа.

– Я могу выбрать оружие? – спросил граф.

– Да, выбирайте, – мне было уже всё равно, я убью его любым оружием.

– Тогда меч и щит, – решил Филип тер Вранск, а я только согласно кивнул и, освобождая ему дорогу, отошёл в сторону и указал на центр зала.

Присутствующие воины и аристократы подались в стороны, освобождая место в центре тронного зала. Граф вошёл на импровизированное место поединка, перекинул висящий за спиной щит на левую руку, а правой потянул меч из ножен.

Одним движением сорвав обрывки котты, я снял свой щит и передал его Кисилу. Не хочу, чтобы что-то мне мешало. Да и лишний вес мне не нужен. Всё-таки, к этому моменту я и физически, и морально устал.

Но справлюсь я в любом случае. Без шансов для вранского графа. Я бросил взгляд на тронное возвышение. Дориан продолжал изображать статую, а Конрадайн прижала к себе внуков и закрыла им глаза ладонями.

Конрадайн мне нравится, но она такая одна среди Немантидов. Жаль, что остальные члены королевской семьи оказались такими мразями. Хотя, вру! Жена Дориана, Изольда, была настоящей умницей и хорошей королевой.

Но где та Изольда? Дориан её отравил, чтобы она не мешала пить и пользовать шлюх. Убил верную жену и мать своих детей! Что должно быть в голове у этого подонка? Я такого никогда не пойму.

Пройдя среди расступившихся аристократов на импровизированную дуэльную площадку, я снял с себя пояс с оружием. Вынув «Мясника», я не глядя отдал кому-то из присутствующих пояс с висящими на нём пустыми ножнами от «бастарда» и клевцом.

Перехватив свой полуторник обеими руками, я принял низкую срединную стойку (так называемый «глупец») и внимательно окинул взглядом соперника. Граф был облачен в красивый ламинарный доспех с кольчужными вставками, норманнский шлем с наносником и бармицей.

Вооружён Филип был прямым одноручным мечом и круглым деревянным щитом, по краям окантованным металлической лентой с полусферическим железным умбоном в центре.

Граф принял классическую стойку, прикрывшись щитом и выставив из-за него остриё своего меча. Филип всем видом дал понять, что будет вести бой от защиты. Что же, наверное, при сложившемся раскладе я и сам бы выбрал такую тактику.

Что касается меня, то решение на бой я принял почти не раздумывая. Быстро сократив дистанцию между нами, я одновременно перетёк в закрытую срединную стойку «плуг» и нанёс поперечный удар по ногам.

Граф успел сделать отскок, но я и не надеялся поразить его первым ударом. Быстро перейдя в высокую стойку, я продолжил наступать, не давая сопернику разорвать дистанцию.

Собрав все силы, я, на максимальной для себя в этом состоянии скорости, обрушил на вранского графа настоящий град ударов. Бил как можно чаще и как можно сильнее.

Косые, поперечные удары по телу, удары по голове сыпались на Филипа с такой скоростью, что он мог только подставлять щит. Ни о каких контратаках и речи не шло.

Думаю, не прошло и минуты, как щит графа дал трещину, а затем и вовсе развалился. Филип тер Вранск только успел сбросить с руки обломки щита, как тут же пришлось отбивать мой очередной удар.

Я обрушил на противника свой полуторник косым ударом слева – сверху, а граф вскинул свой меч, блокируя мою атаку. И он успел! Но мой удар был настолько силён, что выбил меч из рук Филипа и ударил его по правому плечу.

«Бастард» смял пластины ламинарного доспеха и, похоже, нанёс противнику серьёзную рану. По крайней мере, граф болезненно вскрикнул, а его правая рука безвольно повисла вдоль тела.

Подняв над головой меч, я приготовился к продолжению атаки, но граф не сделал попытки поднять оружие. Он гордо выпрямился и твёрдо посмотрел мне в глаза. Что же, ты – мой враг, но враг, оказавшийся достойным уважения.

– Твои Предки могут гордиться своим потомком. Иди к ним и не волнуйся за своих родичей. Моё слово крепко́ и я сделаю всё, что обещал, – я говорил громко, и моя речь рублеными фразами разносилась по притихшему залу.

Филип тер Вранск приподнял подбородок ещё выше и прикрыл глаза. С широким замахом, добавляя в удар силы доворотом тела, я нанёс мощный поперечный удар.

«Мясник» прошёл точно под подбородком старого врага моего баронства. Лишь на миг притормозив, клинок перерубил бармицу, мышцы шеи и позвоночник Филипа. Его голова с глухим стуком упала на каменные плиты пола, а через секунду рухнуло обезглавленное тело.

Глава 23

Глава 23. Волин. Смутан – леден, 559 круг Н. Э.

«Мясник» прошёл точно под подбородком старого врага моего баронства. Лишь на миг притормозив, клинок перерубил бармицу, мышцы шеи и позвоночник Филипа. Его голова с глухим стуком упала на каменные плиты пола, а через секунду рухнуло обезглавленное тело.

Отсалютовав мечом сражённому мной противнику, я нашёл взглядом сводного брата и попросил:

– Кисил, брат мой, прошу тебя, как будущего графа тер Вранск, проследить, чтобы графа похоронили со всеми почестями. Он ушёл достойно и заслужил наше уважение.

Присутствующие в тронном зале воины и аристократы одобрительно загудели. Позволив Мабону надеть на меня оружейный пояс, я резким взмахом меча очистил клинок от крови, вложил его в ножны и направился к тронному возвышению.

Надо же! Сумел меня удивить Филип перед уходом к Предкам. Ведь раньше он проявлял себя совсем по-другому. По крайней мере, когда ещё был жив его отец, а он был всего лишь виконтом.

Несдержанный, порывистый и истеричный. Куда всё делось? Наверное, после смерти отца свалившаяся на него ответственность за восточную половину королевства его изменила.

Тем временем я подошёл к тронному возвышению. Восседавший на троне Дориан по-прежнему молчал и изображал из себя окаменевшую от ужаса статую, а вот королева-мать задвинула за спину детей и шагнула мне навстречу.

– Барон, – голос Конрадайн дрогнул. – Вы нас убьёте?

Я удивлённо вздёрнул вверх брови. Стоящая передо мной высокая, но хрупкая, женщина старательно пыталась скрыть терзающий её страх. Но, по крайней мере, по сравнению с сыном Конрадайн держалась отлично.

Помню её ещё принцессой Рении. Тогда она оставила у меня самое благоприятное впечатление о себе. Да и потом была хорошей королевой и матерью. Жаль, что после смерти мужа упустила воспитание сына и внуков, разбаловала их.

А после смерти невестки Дориан вообще ограничил её во влиянии на власть и семью. Что тут скажешь? Однако, не мне что-то указывать Конрадайн. К сожалению, я в своей жизни ошибок понаделал не меньше.

Я внимательно посмотрел на Конрадайн: а ведь она боится не за себя, а за своих внуков и сына. Но я не собираюсь никого убивать! Эх, герои Джорджа Мартина из «Песнь Льда и Пламени» надо мной бы искренне посмеялись за такую мягкость.

– Ваше Величество, – я почтительно поклонился. – Даю вам своё слово, что с нашей стороны ни вашей жизни, ни жизням членов вашей семьи ничего больше не грозит… Если только нас не спровоцируют.

– Я прослежу, чтобы никто не наделал глупостей, – лицо стоящей напротив меня женщины немного расслабилось, но до конца напряжение не ушло. – Но… что с нами будет?

– Сразу скажу, что королевская казна останется в Варнии, – я ожидал, что королева-мать будет спорить и постарается выгадать для себя хоть что-нибудь, но она лишь согласно кивнула.

– Вас и других ваших родственников, кроме сына и внуков, мы отправим на вашу родину в Люцер. Думаю, в Рении своей принцессе обеспечат достойные условия жизни, – продолжил я. – Что касается вашего сына и внуков, то они будут отправлены в Эсфальд, к родителям его покойной жены.

Наверняка за убийство дочери они Дориана казнят. Желаемое будет сделано чужими руками, а мне не придётся нарушать принятые на Этерре правила о запрете убийства монархов.

– Нет!!! – воскликнул вскочивший с трона Дориан.

– Сидеть! – рявкнул я, а стоящие позади трона гвардейцы шагнули вперед и, схватив Дориана за руки, усадили его обратно на трон. – Прибереги своё красноречие для объяснений перед родителями отравленной тобой жены.

– Нет! Пожалуйста… нет! – задёргался, как насаженный на крючок червяк, Дориан, но гвардейцы крепко держали его за плечи, вдавливая в сидушку трона.

– Ваша Милость! Но в Эсфальде сына казнят… – прошептала разом побелевшая Конрадайн.

– Пришло время отвечать за свои поступки. За достойные поступки должно последовать вознаграждение, за подлые – возмездие, – жёстко ответил я. – За попытку убийства моей семьи лично я не стану забирать его жизнь, хотя могу и имею на это право. За отравление своей жены, матери своих детей, он будет отвечать перед её родителями. Это всё, что я готов сделать.

По щекам королевы-матери покатились слёзы, а через мгновение она рухнула на колени:

– Прошу вас! Не отдавайте в Эсфальд внуков!

– Мама! А как же я⁈ – ещё раз дёрнулся в железном захвате моих гвардейцев Дориан.

На лицах удерживающих Дориана гвардейцев отразилось презрение, а Конрадайн даже не стала сыну отвечать. Видно, что она поняла одно: по Дориану я решения не изменю. И сейчас она готова отдать всё, лишь бы спасти хотя бы внуков.

– Встаньте, Ваше Величество, – я шагнул к Конрадайн, в отчаянном порыве простирающей ко мне руки и с трудом поднял её с колен. – не гоже королеве вставать на колени.

– Для женщины, пытающейся спасти своих детей и внуков, это ничего не значит, – тихо ответила королева-мать и я молча с ней согласился.

Неприятная ситуация, но что же мне делать? Пойти ей на встречу? Я уважаю Конрадайн. Однако, мне выгоднее отправить Экора и Отто к бабушке и дедушке в Эсфальд. Пусть там с ними сами разбираются.

С детьми Дориана могут быть разные варианты. С наибольшей вероятностью их оставят в живых и тут возникает развилка вероятностей. Либо в благодарность за выдачу им Дориана с детьми, отношения между Варнией и Эсфальдом потеплеют, вплоть до союзнических, либо Эсфальд попытается посадить одного из этих детей на трон Варнии.

Что же, это тоже хороший для нас вариант. Получим казус белли в отношении Эсфальда, на законном основании объявим им войну и разгромим ко всем чертям. Затем посадим на трон соседнего королевства свою марионетку либо, ещё лучше, прирастём очередной территорией, возрождая Империю Тахтар.

На мой взгляд, это грандиозная цель. Те деятели, которые её смогут осуществить, станут воистину великими. Надеюсь, что мои сыновья, как минимум, начнут её выполнять, а мои внуки закончат.

Не станет Эсфальд строить против нас козни – мы начнём с Рении. Они уже дали нам законный повод к войне и могут дать ещё один. После возвращения на родину Конрадайн у них будет законный претендент на престол Варнии.

Захотят вернуть ей трон – мы приведём на их земли свою армию. Мы уже били своих заносчивых западных соседей, мнящих себя наследниками Империи Тахтар. Разобьём и ещё раз.

Но наш западный сосед не обязательно будет для нас первой целью. Такой целью для нас может стать и Помория, если их монарх не согласится с передачей Мезена во владение сына моего сводного брата Кисила. В любом случае, агнец на заклание во имя возрождения Империи Тахтар будет найден. Но, что-то я отвлёкся.

– Экор и Отто ни в чём не виноваты. Уверен, что им ничего не грозит в Эсфальде, – ответил я Конрадайн. – Но вы можете сами связаться с монаршей четой Эсфальда по поводу внуков. Лишь Предки могут знать их планы и чаяния. Они могут быть не заинтересованы в детях Дориана и отдадут их вам.

– Такой вариант развития ситуации вполне возможен. Единственно, не советую вам лично посещать Эсфальд, лучше написать письмо, – решил я предостеречь королеву-мать. – Если вас посчитают сообщницей убийцы их дочери Изольды, то могут отправить на плаху.

Отвесив неглубокий поклон Конрадайн, я подозвал командира своей гвардии:

– Майор Кедрик, проследите за размещением и организацией… мм-м… охраны Её Величества и членов её семьи.

Когда гвардейцы вывели из тронного зала Немантидов, я встал справа от королевского трона и обратился к присутствующим:

– Лорды, соратники, это Победа!

Переждав радостный рёв, предложил:

– Думаю, настала пора пригласить Его Величество Беона I.

* * *

После того, как родоначальник новой королевской династии вошёл во дворец, он, как мы заранее обговаривали, толкнул духоподъёмную речь, принял от присутствующих заверения в преданности и тут же назначил совещание «в узком кругу».

И это правильно! Сейчас, вот, сижу с сыновьями в рабочем кабинете короля, жду Кисила, Бедрича и Сандара. Для начала надо с ними ближайшие планы обговорить, чтобы потом единым фронтом продавливать их выполнение.

У выхода из кабинета опёрся спиной о косяк двери Мабон, а за дверью застыла четвёрка гвардейцев. Сам кабинет вообще не похож на «рабочий», надо будет всё переделывать.

Мы, в нашем баронстве, давно привыкли к другому. Если уж не покои, а рабочий кабинет, так там и акцент должен быть сделан на эффективности и функциональности, а не на этом вот всём.

В таком «кабинете» удобнее не работать, а бухать и фавориток пользовать. Наверное, Дориан этим и занимался, но это уже пусть Беона беспокоит. Сам всё под себя «настроит».

– Батя, вот скажи, тебе обязательно было самому в сече участвовать? – голос среднего сына нарушил тишину кабинета, а младший лишь согласно закивал.

– Ты же сам всегда учил, что дело военачальника – руководить вверенным подразделением, а не вытаращив глаза лезть в рубку, – продолжил корить меня Беон. – Чего ты вперёд полез?

– Вот-вот, – поддержал его Круно. – А если бы с тобой что-то случилось?

Грубовато конечно, но я понимаю, почему они так себя ведут, и не обижаюсь. Просто, они боятся за меня так же, как я боюсь за них. Поэтому я не стал корячить из себя сурового главу семьи и домашнего тирана, а потянулся за кубком с «Бресси».

После боя привычно хотелось выпить и очень хотелось женщину. Но предстоит серьёзный разговор, поэтому мы позволили себе сервировать стол лишь лёгким вином.

Что же касается других позывов, то я слишком уважаю свою жену, чтобы «вильнуть налево». Перетерплю, как-нибудь. Дождусь нашей встречи, тогда и оторвусь. Тем более, что Бранка, несмотря на прожитые вместе круги жизни, по-прежнему остаётся для меня желанной женщиной.

Может, уже стареть стал и гормоны на меня так не давят, как в молодости. Может, просто стал мудрее. А может и всё вместе. Но мысли о «походе налево» стали чётко восприниматься мной как предательство перед любимым человеком.

– В целом, вы правы, – наконец ответил я сыновьям. – Но, в сложившейся на тот момент на поле боя ситуации, необходимо было как можно быстрее прорвать строй врага и завладеть дворцом.

– И могу вас уверить, что нет никого, кто лучше меня смог бы провернуть такой фортель. У меня самые крепкие доспехи. А ещё, ваш старик – самый сильный и умелый, – я сделал глуповатое лицо, пытаясь разрядить обстановку.

– Что⁈ Ты давай, не увиливай от ответа… не строй тут из себя… – не давая сбить себя с толку, загомонили сыновья.

– Ладно-ладно, – поднял я перед собой ладони в примиряющем жесте. – Всё я понимаю. То, что сделал я, смогли бы сделать и другие, просто медленнее. Потерь у нас, вероятно, было бы больше, но справились бы. Всё! Сделали выводы и идём дальше.

– А ещё я хочу вопрос задать, пока чужих нет, – Беон рассеянно провёл ладонью по столешнице. – Почему ты сам не стал забирать престол Варнии? Ведь это со всех сторон было бы логично. Разве нет?

Я слегка опешил от неожиданного вопроса, а брови Круно буквально полезли на лоб. Беон тем не менее продолжил:

– Отец, твои принципы владения землями Аристи – это пример управления и хозяйствования для любого правителя Этерры. Для всех было бы лучше, если бы ты принял власть над Варнией и стал родоначальником новой королевской династии.

Я немного посидел в тишине, барабаня пальцами по столешнице и думая, что ответить внимательно за мной наблюдающим сыновьям. Решил отвечать честно, как есть.

– Дети, вы – молодые мужчины и вряд ли поймёте меня сейчас… Нет-нет, не из-за того, что вы глупые, – остановил я вспыхнувшее возмущение сыновей. – Просто в молодости мужчина рвётся вверх, старается занять как можно более высокое положение в обществе. Старается доказать себе и окружающим свою значимость.

– По крайней мере, это касается аристократов. И это нормально. Я сам пережил этот период в своей жизни. Но с возрастом приоритеты могут измениться. Не у всех, но у некоторых. У меня приоритеты сменились, – продолжил я объяснения.

– Я хотел бы сейчас спокойной и обеспеченной жизни. Не сидеть до полуночи на совещаниях, а провести вечер у камина с женой. Играть с внуками, а не вести армию на ристалище. Хм-м, – я протяжно выдохнул и отпил из кубка ароматного красного вина.

– У всех разный характер и разные чаяния. У одних приоритеты с возрастом не меняются и они до старости цепляются за власть. Но мне это не надо, – продолжил я объяснения. – Себе я всё доказал и сейчас хочу насладиться семейной жизнью. Таков мой приоритет.

– Разве я не могу себе этого позволить, вырастив таких наследников? – я весело подмигнул смутившимся сыновьям. – И честно хочу вам сказать, что наиболее комфортно я чувствовал себя владельцем манора.

– Если не брать в расчёт изменения в семье, это был лучший период в моей жизни, – я мягко улыбнулся Беону и Круно. – Став бароном, я перестал получать удовольствие от своего статуса. Не моё это! И зачем тогда мне лезть ещё выше? Это принесёт в мою жизнь лишь лишние хлопоты и дискомфорт.

В этот момент в дверь тихо постучали. Мабон на секунду выглянул в коридор, а затем доложил Беону:

– Ваше Величество, на совещание прибыли бароны Бедрич тер Кронос, Кисил тер Мезен и баронет Сандар Киран.

– Пусть войдут, – громко разрешил сын.

Поза и выражение лица Беона мгновенно изменились. Секунда – и на стуле сидит не молодой мужчина, а Правитель. Я незаметно показал ему большой палец. Молодец, сын! Такое достигается воспитанием и тренировкой.

Среди своих сыновей именно Беона я растил своим наследником, отдав Петару на откуп флот, а Круно – армию. И я считаю, что все три сына успешно движутся по выбранной стезе.

– Ваше Величество! – в кабинет вошли и склонились в поклоне Кисил, Бедрич и Сандар.

– Присаживайтесь, – указал на пустующие стулья Беон.

– Разрешите, Ваше Величество? – спросил я сына, когда вошедшие в кабинет заняли свои места и, после одобрительного кивка молодого короля, разлили себе вино.

– Его Величество Беон, первый этого имени, родоначальник новой варнийской королевской династии Ларош, принял решение о ряде назначений в королевстве. Барон Кисил тер Мезен становится графом Кисил тер Вранск. Барон Бедрич тер Кронос становится графом Бедрич тер Хетск, – названные аристократы встали и глубоко поклонились Беону I.

Дождавшись, когда Бедрич и Кисил снова займут свои стулья, продолжил:

– Баронет Петар Аристи становится адмиралом королевского флота и принимает баронство Аристи. Баронет Круно Ларош – маршалом королевства, а я – советником Его Величества.

– Сын графа Бедрича тер Хетск, Арност, становится кроносским бароном. Сын графа Кисила тер Вранск, Евсей, – мезенским бароном, – продолжил я от имени короля «раздавать подарки».

– А если король Помории будет против? – откровенно волнуясь спросил Кисил.

– Тогда мы придём в Поморию, и она сменит короля. С чего-то ведь надо начинать возрождение Империи? – спокойно ответил я.

Стараясь не обращать внимание на взволнованное лицо названного брата, я продолжил:

– Кравосским бароном станет владелец манора Бла́то баронства Кронос, брат моей супруги – Марко Райс. Остальные дворяне останутся на своих должностях, даже учитывая то, что многие из них в недавнем времени были нашими противниками. Нужен «пряник», чтобы не давать лишних поводов для бунта.

– А освободившиеся владения? – азартно спросил Кисил. – Война обезглавила многие маноры и даже баронства Медов, Глоц и Флорин остались без своих владетелей.

– А это следующий вопрос, который мы должны обсудить, – холодно улыбнулся Беон.

«Молодец, сын. Так их, чтобы свои булки не расслабляли», – про себя ухмыльнулся я.

* * *

Вернувшись в свои покои после очередного королевского совета, я медузой расплылся в кресле перед камином и устало уставился на весело потрескивающий огонь.

Камин на удивление хорошо обогревает мои покои. На улице снег и стылый ветер, а я уютно устроился в тёплой спальне и в ус не дую. Если бы меня ещё не трогали!

Кто бы знал, как же всё меня задолбало! Хочу в Оряхово. И чтобы все обо мне забыли. Будто почувствовав моё настроение, в покои вошла жена и молча скользнула мне на колени.

Я молча притянул её к себе и, блаженно зажмурившись, зарылся носом в волосы Бранки. Машинально отметил, что в медных прядях стало больше серебряных нитей.

Предки! Жена очень переживает из-за этого и не верит, что седина не делает её менее желанной для меня. Мне реально плевать, но попробуй, объясни это женщине.

– Устал? – тихо спросила Бранка.

– Я в порядке, – неубедительно изобразил я «бодряка». – Но… надоело всё. Уже два чертога прошло, как мы взяли Волин, а дела всё не отпускают. Кажется, что их, наоборот, становится всё больше.

– Ты сделал очень много.

– Не один я, – поцеловал я жену в макушку. – Но спасибо, что всегда поддерживаешь меня.

И да, за прошедшие два чертога сделано очень много. Одно наше посольство увезло Дориана с сыновьями в Эсфальд. Королевская чета Эсфальда, одновременно являющиеся дедушкой и бабушкой сыновьям Дориана, отнеслась к такому нашему шагу с благодарностью.

Дориан перекочевал в подвалы дворцовой тюрьмы, где был помещён в одиночную камеру, куда монарх Эсфальда определил его на пожизненное заключение. И, как мне доложили, условия содержания там чудовищные. Что же, иногда смерть – это не самое страшное наказание.

А вот сыновей своей покойной дочери королевская чета наших юго-западных соседей приняли с искренней радостью и благодарностью. Надеюсь, они смогут перевоспитать этих младых засранцев. Но им будет непросто. К сожалению, папаша Дориан успел слишком сильно на них повлиять. И не в лучшую сторону, как вы понимаете.

Второе Посольство убыло в Рению. Они увезли туда Конрадайн и остатки рода Немантидов. Главная задача этого посольства – выбить как можно более крупные репарации за тот ущерб, что нанёс экспедиционный корпус Рении нашему королевству.

Переговоры вышли сложными и пока не закончены. Но, чтобы король Рении Северин II быстрее принял «правильное» решение, я дал указание своему старшему сыну немного подтолкнуть его к этому.

Петар немедленно убыл в земли тилинкитов, где договорился с их вождями об объединённом набеге на побережье Рении. Олори и лори почти всех племён дали согласие на общий набег и балогуны*, под прикрытием нашего флота, повели свои дружины к материку.

* – Олори – глава племени тилинкитов, лори – старейшина племени тилинкитов, балогун – военный вождь племени тилинкитов.

Огромное количество забитых воинами байдар подошло к материку. Высадка была произведена на протяжении всей береговой линии Рении и побережье нашего западного соседа запылало.

Конечно, тилинкиты сейчас уже не тот Ужас Севера, которым они были раньше, пока я их не «залил» дешёвым алкоголем и наркотиками. Однако, ренийцам хватило и такого противника.

Вышедшие из портов Рении военные корабли загнал обратно наш флот, а на су́ше тилинкиты справились самостоятельно. Думаю, Северин II вскоре примет наши требования о размере репараций.

Ну а если нет, у его границы уже стоит наша Западная армия под командованием графа Бедрича тер Хетск. После захвата Волина и возведения на престол Беона I, Армия Коалиции справедливости была разделена на две части: Западную армию, куда вошли дружины хетских баронств, и Восточную армию, куда, соответственно, вошли дружины вранских баронств.

Западная армия под командованием Бедрича была отправлена на территорию Хетского графства, а затем – на границу с Ренией. С её помощью новоиспечённый граф должен был подчинить выделенные ему владения, а затем обозначить угрозу Рении. Бедрич справился, теперь ждём, как поведёт себя Северин II.

Восточная армия под командованием графа Кисила тер Вранск была отправлена на территорию Вранского графства с похожими целями. Кисил без боя овладел Вранском (очень помогло письмо покойного графа Филипа тер Вранск), а затем и остальными вверенными ему во владение территориями.

Затем Кисил подвёл армию к границе Помории, где дождался решения короля Помории о передаче баронства Мезен его сыну Евсею. Как и уговаривались с Филипом, его семью не тронули.

Выделили им достаточно крупную сумму денег и отправили на постоянное проживание в Мезен, под присмотр старшего сына Кисила. Сколько пришлось за это время сделать в королевском домене и в столице Варнии, в частности, даже рассказывать не хочется. Одним словом – БЮРОКРАТИЯ!