Текст книги "Возмездие (СИ)"

Автор книги: Андрей Двок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

– Может, не ехать? Подарки послать, да и все! – громыхнул басом Сток Вернер.

– Я не могу не ехать. Это будет прямым оскорблением короля, – не согласился я со своим другом. – Такое монархи не прощают.

Да, Сток не гений политики и интриг, но я его не за эти качества возвысил. Зато он верный друг и знатный вояка. Агро тоже, как и его брат Мабон, давно «вырос из детских штанишек».

Служба пажами и оруженосцами осталась давно позади, в юности. Агро сейчас – сорок шесть, а Мабону – сорок один. Но оба «брата-акробата» прошли вместе со мной и Крым, и рым, и медные трубы. И ничего их не испортило. Кедрики остались верными и порядочными людьми. Все в отца!

Естественно, и я никогда не обделял их вниманием. Агро сейчас владелец отеческого манора Дубровник и командир дворянского (конного) ополчения баронства, а Мабон – майор, командир моей гвардии.

Кстати, давно прошедший ту же, что и братья Кедрики, «школу пажей-оруженосцев», Буеслав Вячко, которому сейчас тридцать шесть, является командиром первого взвода моих кирасир.

Должность вполне соответствует его характеру. Наши противники, кому не повезло встретиться на поле боя с Буеславом, быстро это начинают понимать. Конечно, если успевают это сделать до того, как их душа отправляется к Предкам.

Мои сыновья также прошли все положенные ступени становления молодого дворянина. Все трое побывали пажами и оруженосцами у наставников, выбранных мной среди своих вассалов.

Может быть то, что я не попросил своего сюзерена стать наставником для своих сыновей, вызвало охлаждение со стороны хетского князя? Вполне возможно. Но я не мог позволить надолго оторвать своих наследников от родного феода.

Петара я отдавал в обучение к Стоку Вернеру. Пусть Сток и выходец из простолюдинов, но другой кандидатуры для старшего сына не было. Петара я сразу «посадил» на манор Оряхово, а там мне неоткуда было взять природного аристократа.

Допускать же в «сердце» моего баронства постороннего дворянина – неприемлемо. Пришлось назначать наставником Стока. Но это неплохо, он и опекуном у Петара был и сам давно оряховский.

Благородным манерам учить старшенького пришлось силами семьи. Старались, как могли. Но, если честно, по сравнению с другими детьми «алмаз» вышел самым «грубо обработанным».

Круно я отдавал на воспитание к Агро Кедрику, а Беону пришлось назначить наставником баронета Джура Харшада, владельца соседнего с нашими баронскими землями*, манора Брезна.

* – Баронские земли (выражение от автора) – Земли, не передаваемые во временное владение вассалам. У монархов это называется коронными землями или королевским доменом.

Мечтал отдать Беона на воспитание к Элдору Тессену, но мой друг и первый помощник не пережил эпидемию, лютовавшую на Этерре в 540 круге Н. Э. По той же причине ушел к Предкам Доналл Кедрик, а сыновья Доналла, когда подошел срок отдавать в пажи Беона, были еще слишком молоды.

Беона я сразу планировал «натаскивать» на управление феодом, как своего первого наследника, значит его наставник должен был подолгу находиться в наших баронских землях.

Поэтому пришлось выбирать наиболее достойного аристократа из своих соседей. Баронет Джур Харшад показался мне подходящим кандидатом, что в последствии и подтвердилось.

Принимая решение на поездку в столицу королевства, я посмотрел на хмурого Беона и сидящую с идеально прямой спиной Бранку. Лицо и осанка жены буквально излучает спокойствие, достоинство и показную надменность.

«Ледяная баронесса», как называют ее в Аристи. Им невдомёк, что это лишь маска. Очень тонкая и хрупкая маска, под которой прячется добрая, нежная и ранимая женщина.

– Я поеду в Волин вместе с женой. Дети со своими семьями останутся в баронстве, – объявил я, вызвав одобрительные взгляды членов Совета.

Ведь, действительно, я не собираюсь делать что-то необычное, противоречащее принятым в благородном сословии нормам. Я и в земных книгах читал, что монархи старались в одном месте мероприятия вместе с наследником не проводить.

Я, конечно, не монарх, но свою семью ценю выше любой монаршей династии. Тем более, что на Этерре не только король, но и любой владетельный аристократ придерживается подобных правил. Только подставься и «добрые» соседи быстро в горло вцепятся!

– Беон, возьми на контроль подготовку к этой поездке, – кивнул я сыну и он привычно пододвинул к себе блокнот. – Мы с баронессой пойдем на двух стругах. Они должны быть крупными, с полностью укомплектованными экипажами и абордажными командами.

– Флагманом выберите чердачный струг поновее. Мы с леди Бранкой разместимся на нем. Там же должна занять место группа гвардейцев. Ммм… пожалуй, десятка хватит. В эту группу, как и в абордажные команды, отберите лучших, – продолжил я и Беон понятливо склонил голову.

– А ещё, для обеспечения своего быта и досуга, её милость возьмет с собой фрейлину и служанку, – я посмотрел на жену и дождался утвердительного кивка. – Под них освободите и подготовьте каюту шкипера. Придется ему в этом походе претерпеть тяготы и лишения вместе с командой. Во второй каюте расположимся мы с баронессой.

– Да, для моих пажей и оруженосцев тоже надо предусмотреть место на флагманском струге, – вспомнил я про свой «детский сад». – Беон, посоветуйся со шкипером и начальником абордажной команды флагмана. Может быть, стоит часть абордажной команды перевести с флагмана на второй струг? А то, чувствую, набьётся нас на корабле, как муксуна в бочке.

Про мой «детский сад». В настоящий момент у меня два пажа и два оруженосца, сыновья владельцев юго-восточных маноров моего баронства. Старший среди пареньков – Лео Горан, ему восемнадцать.

Второй оруженосец – Джозо Крук, шестнадцати кругов жизни. Моим пажам: Вито Онагосту – тринадцать, Данко Мормагону – одиннадцать. По меркам Земли, пацаны – пацанами.

Здесь же оруженосцам зачастую приходится звенеть мечами плечом к плечу со мной. Правда, я стараюсь максимально минимизировать такие ситуации, когда подвергаю своих подопечных смертельной опасности.

* * *

Позади осталась столица моего баронства, где я отдал подробные распоряжения на тот случай, если в Волине со мной что-то случится. Даже завещание оставил, где закреплял первую позицию в наследовании за Беоном.

Скрылись из глаз прибрежные поселения моего феода по реке Варне. Миновали окрестности бурно развивающегося Шамбле. Одного из трех городов Аристи, а может и четырех, так как Оряхово уже вполне тянет на небольшой город.

Шамбле – крупнейший речной порт баронства, имеющий действующие корабельные верфи. Через город проходит Восточный торговый тракт, поэтому я развил Шамбле как логистический центр своего феода, который соединяет в себе функции оптово-распределительного и транзитно-перевалочного узла.

Уже несколько часов, как мы прошли Вранск, сделав там короткую остановку лишь для того, чтобы нанести визит графу Филипу тер Вранск. Он уже давно занял место умершего от старости отца, Бранимира тер Вранск.

Хоть и не хотелось посещать замок местного графа, но в подобном случае визит вежливости – это обязательное мероприятие. Приём нам оказали неожиданно холодный. И Филип, и его жена Хильда, чуть ли не рычали на нас с Бранкой, с трудом удерживая себя в дозволенных этикетом рамках.

Конечно, на моём веку у баронства Аристи никогда не было дружеских отношений с Вранским графством, но сейчас-то в чём причина? Уже несколько кругов жизни между нами нет неразрешённых вопросов.

Нигде наши интересы не пересекаются. Успехи в экономике? Да, граф Бранимир никогда не был хорошим управленцем в сфере экономики, а у его сына все обстоит еще хуже. Филип – тот ещё дятел, но при чем здесь я?

Аристийские товары нигде не создают конкуренцию вранским товарам просто потому, что Вранское графство ничего, кроме продовольствия, на внешний рынок не поставляет.

Но на этой «делянке» всем места хватает. Султанат Махаратш и Царство Лаомин закупает продовольствие в огромных количествах. Купят всё, сколько ни предложи.

Так, что, просто зависть? Банальная зависть к более успешному соседу? Или есть еще какая-то причина, о которой мы не догадываемся? Ладно, пока никакой угрозы себе, моей семье и моим владениям я не вижу.

И для этого графа будет лучше, если так будет и впредь. Пока все конфликты, что возникали между нами, заканчивались в мою пользу. Надеюсь, Филипу хватит ума делать правильные выводы из уроков нашей общей истории. Хотя… кого и когда история чему-то учила?

В каюте сидеть скучно и мы с женой поднялись на шканцы*, единственную надстройку, сделанную на корме нашего чердачного струга. Это место одновременно является крышей двух, разделенных тонкой стенкой, кают и открытым мостиком для шкипера и кормщика.

* – Шка́нцы – помост либо палуба в кормовой части парусного корабля, на один уровень – выше шкафута, где обычно находились рулевой (кормщик), шки́пер, а в его отсутствие – вахтенные офицеры и где устанавливали компасы. Позднее «шканцами» называли часть верхней палубы военного корабля от грот-мачты до бизань-мачты.

На парусном судне очень мало места. На любом. Всегда. И у нас палуба буквально забита людьми: абордажники, наша с женой свита, гвардейцы, сидящие сейчас на веслах матросы.

На условно безопасных участках реки я дал команду подменять гребцов абордажниками, гвардейцами, за исключением их командира – Мабона Кедрика, и даже своими оруженосцами. Им этот опыт будет полезен.

Моим пажам, в силу малого возраста, пока ещё рановато на банку садиться. Это оруженосцы вполне сформировавшиеся, крепкие парни, а пажи, по большому счёту, ещё дети. Их телам еще надо подрасти и окрепнуть.

Но мы с Бранкой постарались хоть в какой-то степени оградить себя от толпы. Встали рядышком, опершись о фальшборт и рассматривая медленно проплывающий мимо нас берег Варны.

Место неплохое. Пусть шканцы по площади и невелики, но здесь, кроме нас двоих, находится только шкипер и крепко держащий румпель кормщик. Если негромко беседовать, то нас и слышно не будет.

А́ propos, как говорят нанайские рыбаки, румпели как часть рулевого устройства остались у меня только на стругах. Выполняя моё техническое задание, аристийские корабелы разработали рулевое устройство со штурвалом.

К сожалению, пришлось поделиться секретом с борейскими мастерами. Не бесплатно, конечно. Заработал я на этом изобретении здорово, но, если бы был выбор, то никому этот секрет бы не выдавал. Кто будет лишать себя стратегического преимущества по доброй воле?

Однако, пришлось. На моих верфях в Шамбле и Аристи, где строят суда классов «река» и «река-море», мы делаем только струги. Пусть и большие, с хорошими мореходными качествами.

Я имею ввиду самые крупные из производимых моими мастерами судов. Естественно, кроме стругов строится множество разнообразной мелочи, вроде шлюпов и т.п.

Когги, суда чисто «морского» класса, по-прежнему приходится покупать у корабелов Бореи. Пока, у себя в баронстве, на коггах мы только ремонт можем производить. Но эта проблема скоро должна быть решена.

В Аристи начато создание новой корабельной верфи, которая будет предназначена для строительства исключительно морских судов. Сначала коггов, а затем, быть может, и что-то неведомое для Этерры из опыта земного кораблестроения.

Но это всё – пока лишь мои мечты. К сожалению, я очень отдаленно представляю, как надо строить те же каравеллы, клиперы и фрегаты. Очень-очень отдаленно. Эх, а хочется… М-да…

В Борее мы не только когги закупаем, но и экипажами их частично укомплектовываем. Людской ресурс в моем баронстве по-прежнему остается наиглавнейшим дефицитом. Кстати, воинов тоже приходится «на стороне» искать.

Профессиональные риски, панимаш. Работа у них такая, что далеко не все до старости доживают. Убыль среди личного состава по естественным причинам. А у военных «естественные причины» подразумевают, в том числе, тяжелые ранения и смерть в бою.

Оно конечно «бабы ещё нарожают», как говорил какой-то альтернативно одаренный земной персонаж (такого называть человеком мне не хочется), но процесс этот небыстрый.

Пока дитя вырастет. Пока, в ходе тренировок, в достаточной степени разовьется и окрепнет его тело. Пока новобранца найдут, рекрутируют, обучат тяжелому и опасному ремеслу, – пройдет много времени.

В среднем, готовый боец получается к двадцати кругам жизни. И это надо учитывать, что далеко не все парни выбирают воинскую стезю. Для этого необходим определенный склад характера.

Всевозможных ремесленников и даже толковых рыбаков и крестьян я стараюсь переманить в Аристи откуда только могу. Набираю и воинов. В основном, тех, что помоложе. Если надо – с семьями. В баронстве каждому работа найдется.

В абордажные команды сманиваю вояк из Помории, Бореи, Рении и Сильваны. В армейские подразделения заманиваю бойцов из Расении и Эсфальда. Конечно, все новички проходят довольно длительное и тяжелое обучение.

Но это – как водится. По-другому никак. Зато, в процессе обучения и дальнейшей службы, сознание бойцов перестраивается, и они сами себя начинают считать истинными аристийцами.

Без какой-либо дополнительной «накачки» с моей стороны, и на самом деле это чрезвычайно важно. Военное сословие – мощнейшая опора моей власти и рычаг, благодаря которому я «держу в узде» своих подданных: как дворян, так и простолюдинов.

Именно «военное сословие», так как армия у меня пусть и небольшая, но профессиональная. А ополчение, хоть дворянское, хоть обычное, собирается очень редко, по строго определенным причинам. Этакая мобилизация.

Если не растекаться мыслью по древу и грубо эти причины обобщить, то ополчение «поднимается в ружье» в случае, когда баронству начинает грозить жо… афедрон. Во всех остальных случаях вполне справляются профессионалы.

Но поговорить с женой я хочу не об этом. Есть тема, которую я уже неоднократно поднимал между нами. И мне кажется, что сейчас наступил подходящий момент, чтобы принять окончательное решение.

Я обнял Бранку за талию и поплотнее прижал к себе, а то ветерок сегодня довольно прохладный. В раздумьях, с чего лучше начать, покосился на жену и заметил, как порозовели ее щечки. Ух! Какая же она у меня хорошенькая!

– Милая, хочу возвратиться к нашему старому разговору…

– Ты о чем? – с вопросом посмотрела на меня супруга.

– О шансе вернуться в свою юность, пройдя через Портал на другую планету, – напомнил я наши неоднократные беседы на эту тему.

– Конечно, в ближайший день весеннего равноденствия этого делать не стоит, – продолжил я. – Слишком мало времени до него осталось и ещё не все дела завершены. Но мы можем сделать это с тобой двадцать второго руена, в ближайший день осеннего равноденствия.

– Ты говорил, что это опасно, – напомнила мне Бранка. – Стоит ли нам торопиться?

– К сожалению, ты права, это действительно опасно, – я невольно помрачнел. – В Порталы Рошо и Гуйлиня нас не пустят, оба Смотрителя это ясно дали понять. Но, как я и говорил, мы можем пройти через Портал, расположенный в Линейских болотах.

– Он ведь поврежден.

– Да, это так. Только не ясно, насколько у него серьёзные повреждения. Может быть, он сработает нештатно, – пришлось согласиться мне.

– Но представь, что у нас получится? Мы с тобой станем моложе на двадцать пять – тридцать пять кругов жизни. Разве риск того не стоит? – постарался я убедить дорогую мне женщину.

– А как же наши дети? И внуки? – жена отвела от меня заблестевшие от слез глаза. – Как они будут без нас? Ты за них совсем не переживаешь?

– Солнышко моё, они давно выросли! Здоровые лбы, у которых уже давно свои дети есть, – я изо всех сил старался продемонстрировать уверенность, которую на самом деле в этот момент не испытывал.

– У наших детей есть всё для успешной жизни: земли, богатство, военная сила, лучшее на Этерре образование. Большего я дать им просто не в силах, – продолжил я убеждать жену.

– Думаешь, они ценят тебя только как своего барона? – Бранка снова подняла на меня взгляд своих прекрасных глаз. – Дети очень любят тебя как отца, а внуки обожают своего деда. Моё сердце не обманешь.

– Пф-ф-ф-ф… – опустив плечи и перестав бодриться, я тяжело и протяжно выдохнул. – Путь по Линейским болотам очень тяжел, а топи смертельно опасны. Я могу еще подождать, биофаги долго будут сохранять мне здоровье. Но… любимая, у тебя их нет.

Досада исказила моё и так не особо красивое лицо. Сколько раз я пытался поделиться биофагами со своими близкими, особенно в период эпидемии! Но все мои попытки провалились. Абсолютно и полностью!

– Если ты будешь оттягивать момент перехода, то может получиться так, что просто не хватит сил пересечь Линейские болота, – закончил я, попытавшись объясниться максимально понятно.

– Это ты так намекаешь, что я уже старуха? – в глазах Бранки заплясали бесенята.

– Что⁈ Нет! Что ты! Я вообще не это имел в виду! – я искренне испугался, что невольно обидел свою женщину.

Ведь мне не надо лицемерить перед самим собой, чтобы признаться, что за все прожитое вместе время жена не потеряла для меня и доли привлекательности. Чёрт знает, как у меня мозги устроены, но так было с моим отношением и к первой жене Анне, и к Иве.

Чем я дольше узнавал своих жен, тем дороже они мне становились. И, что самое удивительное, оставались так же желанны, как и в юном возрасте. Вроде бы, это не должно так работать. Или должно?

– Ой, умора! Видел бы ты своё лицо, – прыснула в кулак Бранка и я понял, что супруга просто надо мной смеялась.

– Ах, вот как! Миледи, я должен вам сказать кое-что… конфиденциально. Извольте пройти в каюту, – я посторонился, пропуская мимо себя гордо вздернувшую вверх носик и еле сдерживающую смех жену.

* * *

– … я приму решение, когда мы вернемся домой из Волина, – тихо сказала Бранка, когда мы расслабленно лежали в постели нашей каюты, после того как я «сказал кое-что… конфиденциально». – Конечно, какая женщина откажется от возможности помолодеть? Но и детей с внуками оставлять не хочется. Подождешь ещё немного?

– Конечно, – я ласково притянул жену к себе. – Куда я денусь.

– Эй… убери руки, чудище ненасытное… отстань… за дверью столько людей… пусти…

– Молчи, женщина… Я тиран и самодур, мне положено…

– Ой, стыдно-то как…

Глава 4

Глава 4. Волин. Тревен, 559 круг Н. Э.

Баронет Кедрик закончил проверку охранения и вернулся в лагерь. До Волина, конечной точки их похода, остался один дневной переход и сегодня Его Милость приказал повернуть к берегу и разбить лагерь пораньше.

Мабон прекрасно понимал, зачем барон это сделал. Тяжело подниматься вверх по реке, особенно когда не везет с попутным ветром. Это не под парусом прохлаждаться. И за время их похода по Варне экипажи весьма устали.

Перед приходом в столицу милорд решил дать всем отдохнуть и привести свой внешний вид в порядок. Сейчас все, кто не был задействован в охранении лагеря и корабельных вахтах, этим и занимались.

Ведь аристийцы не могут плохо выглядеть. Уже многие круги жизни все королевство старается подражать аристийцам во всем: стилю в одежде, развлечениях, в использовании многочисленных новинок в быту и даже в этикете.

«Ничего, караульным и вахтенным тоже время на отдых дам. Это уже моя забота», – подумал Кедрик. Барон полностью доверял Мабону и ожидаемо поставил его старшим над всеми воинами в этом походе. А как иначе?

Доверие сюзерена, плюс Мабону Кедрику уже сорок один и он к своему возрасту смог занять должность командира баронской гвардии. За долгие круги жизни верной службы Мабон стал одним из ближников барона Сержио тер Аристи. Так кому ещё доверять общее руководство бойцами?

Баронет окинул взглядом расположение лагеря. Пристали к левому, более низкому берегу Варны. В отличие от противоположного, обрывистого берега, здесь уклон к срезу воды пологий.

Без труда получилось выбрать место, достаточно ровное и свободное от зарослей. Палатки и костры разместились компактно и удобно. Вон, у центрального костра расположилась жена сюзерена со своей небольшой свитой.

«Ледяная баронесса», – прошептал про себя Мабон, лишь на секунду задержав взгляд на миледи. Долго таращиться на Бранку Аристи уже давно никто себе не позволяет, даже ближники милорда. Себе дороже.

В подобных случаях даже милорду вмешиваться не требуется, баронесса сама способна привести в чувство любого наглеца. У костра рядом с миледи разместились ее фрейлина Корделия Гесс, Хильда, ее нынешняя служанка, и лекарь Лазар.

Лазара, сына бывших ренийских беженцев Алмы и Вука, взяли в поход как лучшего действующего лекаря. Видно, что милорд чего-то сильно опасается и это заставляет Мабона быть все время настороже.

Преклонный возраст не пощадил Вука и он оставил этот мир. Алма тоже сильно сдала, поэтому прекратила активную деятельность и передала оряховскую лечебницу и школу лекарей своей дочери Даре.

Корделия и Лазар пытались развлечь баронессу разговором, но все внимание Бранки было направлено на своего мужа, которому, как обычно, не сиделось на месте. Она просто не отрывала от него глаз.

Сержио тер Аристи приказал достать тренировочное оружие, собрал свободных бойцов, разбил их на пары, определил среди них очередность и в настоящий момент гонял их по берегу.

«Предки меня забери! Как же так⁈» – стиснул зубы Мабон, глядя, как легко двигается барон. – «Мне уже сорок один, милорд – на десять кругов жизни старше, но возраст совсем на нем не сказывается!»

Никакой черной зависти к своему сюзерену и учителю Кедрик не ощущал, лишь безмерное уважение и благодарность. Но как же обидно понимать, что, несмотря на все усилия, приблизиться к милорду по уровню подготовки не получается.

И уже не получится. Мабон прекрасно понимал, что свой пик он уже прошел. Возраст не обмануть… обычному человеку. А вот, барон Сержио тер Аристи, видимо, очень необычный человек.

Командир гвардии продолжил наблюдать за тренировкой барона, а посмотреть было на что. В принципе, как и всегда. Милорд был вооружен тренировочным мечом и кинжалом, а бойцы, отобранные для спарринга – тренировочными копьями и мечами, вперемешку.

Эти пары вроде бы слаженно и умело атаковали барона, но не могли по нему попасть хотя бы раз. Создавалось впечатление, что милорд наперед предугадывает все действия оппонентов.

Уклонение от укола копьем, молниеносное перемещение, уход от рубящего удара мечом, жесткий удар по копейщику, не менее мощный отбив меча второго соперника и стремительный укол. Пара секунд и первая двойка корчится на земле.

Следующая по очереди пара… Движения барона не теряют в стремительности. Точность и гибкость в обходах и уводах, мощь и скорость в отбивах и ударах.

Мабон почувствовал, что развернувшийся перед ним смертоносный танец его буквально завораживает. А ведь видит он это уже не в первый раз. В принципе, сколько знает Сержио, столько и видит.

Так же хорошо командир гвардии помнил, как сам, будучи в роли пажа, а затем и оруженосца, «страдал» на тренировках, которые лично проводил милорд. Не меньше, а то и больше, в своё время «выпил у него крови» баронет Дайре тер Нейде.

Это мастер меча из Вестерии, который сначала был нанят милордом, как его личный учитель фехтования на полуторном мече. А потом барон решил вопрос, чтобы баронет Нейде обучал и некоторых других воинов.

В том числе были кирасиры и ряд аристийских дворян, в состав которых входил и молодой Мабон Кедрик. Ох и ругался этот Дайре! Все у него индюшарами побывали, пока сражаться не научились. Невзирая на происхождение.

А на берегу в очередной раз все пришло к обычному итогу. Барон, совершенно невредимый, стоит на ногах, а его стонущие соперники валяются на траве. И ведь это не новички, а опытные бойцы, которых отобрали для этого похода специально.

А, нет! Вру! Есть отличия от привычной всем картины. Командир гвардии не сразу обратил внимание, что его сюзерен тяжело дышит, с трудом восстанавливая дыхание. Вон и промок весь.

Раньше, после любой тренировки, барон возвращался в нормальное состояние чуть ли не моментально. Да при такой погоде он бы даже не вспотел! Эх, все-таки обычный человек, только очень сильный и выносливый. Никакого чуда.

– Эй! Лео, Джозо! Вы что столбами встали, бездельники⁈ На завтра у вас все готово⁈ – резкий окрик барона к своим оруженосцам моментально привел в себя Мабона, выдернув из раздумий. – Завтра перед отплытием проверю у вас вооружение и экипировку. И про Вито с Данко не забудьте, за молодёжь тоже с вас спрошу.

«Та-ак, это и мне намек. Надо всех бойцов проверить», – Мабон прекрасно знал своего сюзерена, поэтому у него даже мысли не возникло, чтобы ослабить контроль за подчиненными.

* * *

Конрадайн прильнула к слуховому отверстию, внимательно вслушиваясь в разговор своего единственного сына – короля Варнии Дориана II и хетского графа. И королеве-матери категорически не нравилось то, что она слышала.

Что сын, что ее покойный муж, почему-то считали, что она не знает о сети тайных ходов, пронизывающих стены дворца. Но Конрадайн о них знала, просто не афишировала свое знание.

Дворец просто изобиловал скрытыми от глаз ходами и помещениями. Сеть секретных проходов выводила к рабочим кабинетам и спальным покоям дворца. Существовал подземный ход, который вёл из дворца в подвал одного из городских домов.

А еще в некоторых помещениях были построены скрытые комнаты для охраны. В том же тронном зале, во время приёмов, за подданными короля и его гостями через узкие бойницы следили арбалетчики.

Не сказать, что королева была любительницей подслушивать. Ей было свойственно обычное женское любопытство, не более того. На счастье Варнии, Конрадайн была хорошей королевой.

Но после того, как она передала власть своему сыну, ей пришлось заниматься этим некрасивым делом, чтобы держать руку на пульсе того, что происходит в королевстве. Всё дело в том, что Дориан не оправдал возлагаемых на него ожиданий.

До уровня своего покойного отца, Экора IV, он не дотянулся и сейчас всем было предельно ясно, что и не дотянется. Ни решительности отца, ни мудрости матери в нем не оказалось.

У Дориана не хватало ума, чтобы прислушиваться к советам матери или хотя бы подобрать себе хороших помощников. Капризный и распущенный молодой король вообще не желал слушать ничьих советов.

К сожалению, оба его сына, Экор и Отто, очень похожи на своего отца. А, учитывая их возраст, одиннадцать и девять кругов жизни соответственно, они вообще несносны для окружающих.

При таком раскладе будущее династии Немантидов еще больше пугало королеву-мать. И не только ее, но и многих варнийских аристократов. Особенно жаль этих мелких принцев.

И ведь в начале, когда за их воспитанием следила мать, королева Изольда, они росли нормальными детьми. Да и сама невестка радовала начинающую стареть Конрадайн.

В жены для сына выбрали принцессу королевства Эсфальд, юго-западного соседа Варнии. Во всех смыслах, это оказалось удачным решением. После свадьбы отношения между соседними государствами значительно укрепились, а сама принцесса оказалась прекрасной девушкой – умной, воспитанной и хорошо образованной.

Правда, нельзя сказать, что Изольда была красавицей, но точно не дурнушкой. Она стала прекрасной женой, а затем и хорошей королевой. Затем родила мужу двух здоровых сыновей, что вызвало восторг у всех подданных.

А затем случилась страшная трагедия – Изольда умерла при странных обстоятельствах. Неожиданная и скоротечная болезнь, а затем смерть. И смерть эта по своим симптомам была очень похожа на смерть от отравления.

Поведение Дориана лишь подтверждало подозрения. Молодой король никак не походил на убитого горем мужа. Это было видно всем, включая эсфальдских дипломатов.

Дориан II не выдержал приличествующего по времени траура и ударился во все тяжкие: алкоголь, фаворитки, охота и полное устранение от государственных дел. Родители Изольды, правители Эсфальда, были в ярости.

Никакие сказки о внезапной болезни их не смогли обмануть. Сказать, что добрососедские отношения между двумя государствами были разрушены, значит ничего не сказать.

От войны обе страны спасло только то, что мощь варнийской армии очевидно превышала силу армии Эсфальда и они не решились напасть. В результате Варния на юго-западе вместо союзника имеет враждебно настроенное к себе государство.

– Жерар, сегодня ко мне прибыл гонец от вранского графа, – негромко сказал Дориан II своему товарищу и ближайшему вассалу, графу Жерару тер Хетск. – Аристийский варвар на двух стругах совершает последний переход до моей столицы. Сержио тер Аристи уже скоро прибудет в Волин.

– Это точно? – уточнил хетский граф.

– Лазутчики Филипа тер Вранск сопровождали корабли северного наглеца всё время пути, с момента выхода стругов из Вранска, – пояснил король. – А гонца ко мне послали, когда Сержио остановился на последнюю ночевку за дневной переход до Волина.

– Он всю семью с собой взял, как ты и приказывал в приглашении? И… большой отряд он с собой взял? – Жерар безуспешно постарался скрыть волнение в голосе.

– Какая разница⁈ – резко ответил Дориан II. – Не важно, сколько он смог впихнуть воинов на два струга! Этого всё равно недостаточно, чтобы создать хоть какую-то угрозу для меня в моей же столице.

Было очевидно, что королю не понравилось «тыкание» своего вассала, пусть он и был его товарищем. Но характер у Дориана был такой, что угадать момент, когда с ним можно было обращаться как с товарищем, а не как с сюзереном, было попросту невозможно.

Понял это и Жерар. Тут же, сменив стиль общения, он склонил голову и добавил в голос раболепства:

– Да, Ваше Величество, я понял. В любом случае, все мои воины в вашем полном распоряжении, как и я, ваш верный слуга. Мы готовы выполнить любой ваш приказ.

– Хорошо, – все ещё недовольно ответил Дориан II, но было видно, что тон Жерара его успокоил и король снова вернулся к благодушному настрою.

– Так как насчет семьи, Ваше Величество? – робко спросил хетский граф. – Он всех с собой взял?

– С полной уверенностью разведчики Филипа могут утверждать, что жена Сержио его сопровождает, – ответил король. – Остальных членов семьи они не видели. Но это не значит, что их нет. Оба струга битком набиты людьми. Может, они на корабле сидят?

– Хорошо бы все прибыли, – сказал Жерар, подливая вина в стоящие на столе кубки. – Разом ото всех и избавимся.

– Да ладно, – безмятежно махнул рукой Дориан II. – Нам главное это чудовище убить. Даже если отравим только одного Сержио, уже сможем своего добиться. Без этого хитровыделанного варвара мы победим с намного меньшими потерями.

– А затем вырежем всю эту семейку, чтобы не позорили имя варнийских аристократов, – рьяно поддержал своего сюзерена Жерар тер Хетск. – Живут – будто презренные купцы, а не представители благородного сословия. Только позорят нас перед соседями!