Текст книги "Я - Товарищ Сталин 17 (СИ)"

Автор книги: Андрей Цуцаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 15

Конец августа 1938 года.

Ещё до рассвета над широкой дельтой Ганга повисла тяжёлая тишина. Небо только начало светлеть, когда в деревнях и пригородах вокруг Калькутты первые группы мужчин вышли из домов. Они несли то, что доставили тайными путями: немецкие карабины, револьверы, гранаты – как настоящие, так и самодельные из консервных банок, набитые порохом и гвоздями.

В маленькой деревне на восточном берегу реки Амит двадцатидвухлетний рыбак первым поднял оружие. Он собрал одиннадцать соседей. Они шли вдоль узкой тропы между рисовыми полями, ступая босиком по влажной земле. У первого же полицейского поста, где стояли двое индийских констеблей на британской службе, Амит поднял карабин. Выстрел разорвал утреннюю тишину. Пуля вошла констеблю в бедро. Тот закричал, упал на колени, кровь потекла по штанине. Второй констебль выхватил револьвер, но трое нападавших уже набросились на него с ножами. Удары пришлись в руки, в бок, в горло. Тело дёрнулось несколько раз и замерло.

Слух разлетелся мгновенно. К семи утра толпы в пригородах Калькутты выросли до нескольких сотен. Люди бежали из домов с чем попало – с палками, с топорами, с теми немногими винтовками, что удалось получить. В квартале, где тесно стояли глинобитные лачуги, группа из сорока человек атаковала небольшой британский патруль из шести солдат. Британцы открыли огонь первыми. Две пули попали в грудь молодому парню по имени Рахим – он рухнул навзничь, хватая ртом воздух, пока кровь заливала рубашку. Его брат ответил выстрелом и попал одному солдату в плечо. Тот закричал, выронил винтовку. Остальные солдаты залегли за стеной и начали отстреливаться.

Повстанцы обошли их с фланга через задние дворы. Один из них, пожилой крестьянин с седеющей бородой, бросил самодельную гранату. Взрыв прогремел глухо, разметав осколки. Двое британцев получили ранения в ноги и лицо. Крики раненых смешались с рёвом атакующих. Повстанцы ворвались во двор. Близкий бой превратился в сплошную свалку. Штык пронзил одного бенгальца насквозь. Другого ударили прикладом по голове – кость хрустнула. Британский сержант успел выстрелить ещё дважды, убив одного и тяжело ранив второго, прежде чем его самого сбили с ног и добили несколькими ударами.

К восьми часам центр Калькутты уже кипел. На большом рынке толпа разнесла первые европейские лавки. Стекло сыпалось на мостовую с резким звоном. Люди хватали ткани, рис, керосин. Хозяина одной из лавок – полного англичанина лет пятидесяти – вытащили на улицу. Он пытался защищаться, размахивая руками, но его повалили и забили ногами. Кровь потекла по камням. Рядом подожгли склад с товарами – пламя поднялось высоко в небо, чёрный дым повалил густыми клубами.

В другом районе, ближе к порту, группа повстанцев численностью около восьмидесяти человек попыталась захватить полицейский участок. Первый залп из окон участка уложил сразу шестерых. Один юноша получил пулю в живот, упал и катался по земле, прижимая руки к ране. Его крики разносились далеко по округе. Остальные залегли и открыли ответный огонь. Пули дырявили стены, выбивали щепки из дверных косяков. Повстанцы подтащили телегу и подожгли её, толкая к воротам участка. Когда огонь перекинулся на здание, защитники начали отступать через задний выход.

Там их уже ждали. Несколько человек были застрелены в спину. Один британский офицер, раненный в руку, пытался уйти вдоль канала. Его догнали. Он повернулся, выстрелил в упор, убив одного нападавшего, но следующий удар ножом пришёлся точно в шею. Кровь брызнула сильной струёй. Офицер упал на колени, потом лицом в грязь.

В Пенджабе всё началось чуть позже, но с ещё большей силой. В Лахоре у Золотого храма и на оживлённых базарах сикхи, мусульмане и индусы в этот день выступили вместе. Здесь оружия было больше – карабины, несколько пулемётных лент, ящики патронов. В семь тридцать утра крупный отряд в сто двадцать человек атаковал британские казармы на северной окраине. Они подкрались по узким улочкам, где дома стояли почти вплотную. Часовые заметили их слишком поздно. Первый залп повстанцев убил двоих солдат на месте. Один упал с простреленной головой, второй – с разорванной грудью.

В казармах подняли тревогу. Британцы и лояльные индийские солдаты заняли позиции у окон и на крыше. Ответный огонь был плотным. Пули летели сплошным потоком. Один сикх с длинным мечом и пистолетом в руке бежал впереди всех. Пуля попала ему в бедро, но он продолжил идти, хромая. Вторая пуля ударила в грудь. Он сделал ещё несколько шагов и рухнул. Его товарищи перешагивали через тело и продолжали атаку.

На главном базаре Лахора толпа собралась ещё быстрее. Купцы пытались закрыть лавки, но люди уже ломились внутрь. Европейский магазин с тканями и посудой разграбили за минуты. Хозяина, пожилого британца, вытащили за воротник. Он кричал, просил пощады. Несколько рук схватили его, подняли и повесили на деревянной балке у входа. Тело раскачивалось, ноги дёргались ещё минуту. Толпа ревела. Рядом подожгли несколько повозок – огонь перекинулся на соседние дома.

В маленьком переулке неподалёку семья британского миссионера оказалась в ловушке. Отец семейства вышел на порог с револьвером. Первый выстрел ранил одного из нападавших в руку. Но следующая пуля, выпущенная из толпы, попала ему в плечо. Он упал. Жену и дочь пятнадцати лет втащили обратно в дом. Крики длились недолго. Когда толпа двинулась дальше, внутри остались только тела.

Британцы были готовы. Ещё за несколько дней до этого командование перебросило в Калькутту и Лахор дополнительные батальоны пехоты, отряды гуркхов и пулемётные расчёты.

В Калькутте к девяти утра на улицы вышли колонны солдат в хаки. Бронемашины с пулемётами двигались впереди. Первый крупный бой вспыхнул у большого рынка. Повстанцы успели построить баррикады из телег, мешков с рисом и бочек. Они открыли огонь, как только увидели британцев. Пули цокали по броне, ранили двоих солдат в первых рядах. Один упал, схватившись за простреленную руку. Командир британского отряда отдал короткий приказ.

Тридцать винтовок ударили залпом. Баррикада разлетелась. Двое бенгальцев упали сразу – один с простреленной головой, второй с несколькими ранами в груди. Толпа за баррикадой заколебалась. Женщина с маленьким ребёнком на руках пыталась уйти в боковой переулок. Пуля настигла её. Она сделала ещё шаг и рухнула, закрывая сына своим телом. Мальчик заплакал, но рядом уже бежали другие люди, крича от страха.

Британцы пошли в наступление. Они очищали квартал за кварталом. В одном дворе восемь повстанцев заняли оборону в двухэтажном доме. Они стреляли из окон почти полчаса. Пули выбивали куски штукатурки. Британский сержант подполз ближе и бросил гранату. Взрыв разнёс окно и часть стены. Трое защитников погибли на месте. Ещё трое выбежали наружу в дыму, один из них был ранен в бок. Их добили короткими очередями.

В другом месте небольшой отряд повстанцев пытался удержать мост через канал. Они лежали за мешками и стреляли по приближающимся солдатам. Один британский офицер получил ранение в ногу и упал в воду. Его вытащили товарищи. Повстанцев обошли с двух сторон. Когда те попытались отступить, пулемётная очередь прошлась по ним. Несколько тел упали в канал. Вода вокруг них окрасилась красным.

К полудню сопротивление в Калькутте начало слабеть. Многие повстанцы, увидев количество войск, бросали оружие и пытались скрыться. Но британские патрули ловили их в переулках. Одного раненого в ногу мужчину прижали к стене. Он поднял руки, но солдат выстрелил ему в грудь с близкого расстояния. Другого, с карабином в руках, повалили на землю и били прикладами, пока он не перестал двигаться.

Мирные жители, которые утром кричали лозунги, теперь прятались по домам. Двери и ставни закрывались. Внутри матери зажимали рты детям, чтобы те не плакали. Один мальчик – тот самый, которого мать прикрыла собой у рынка, – сидел у стены разрушенного дома и молча смотрел на её тело. Рядом валялась его сломанная деревянная игрушка.

В Пенджабе бои были тяжелее. На главной площади Лахора повстанцы несколько раз пытались прорваться к зданию администрации. Они шли волнами под прикрытием огня. Самодельные бомбы взрывались, раня солдат. Один взрыв разнёс окно и убил двух британцев на месте. Но пулемёты, установленные на крышах и в окнах, работали без остановки. Очереди косили ряды атакующих. Тела лежали на площади десятками – в неестественных позах, с простреленными конечностями, головами, животами. Кровь текла по камням, собираясь в тёмные лужи между булыжниками.

Высокий сикх, потерявший почти всех своих людей, бросился в последнюю атаку с пистолетом. Он выстрелил дважды, ранив британского офицера в руку. Следующая пулемётная очередь разорвала ему грудь. Он упал на колени, потом медленно завалился на бок. Рядом с ним лежал четырнадцатилетний мальчик, который нёс патроны для старших. Пуля попала ему точно в висок. Маленькое тело казалось особенно беззащитным среди взрослых трупов.

Британские солдаты продвигались вперёд, используя штыки и приклады. Они обыскивали каждый подозрительный дом. В одном нашли тайник с оружием и сразу троих мужчин. Всех троих расстреляли на месте. Жёны убитых кричали, пытаясь закрыть тела руками, но солдаты оттащили их в сторону. К трём часам дня основные очаги в Лахоре были взяты. Оставшихся повстанцев собирали в колонны под конвоем. Тех, кто пытался бежать, стреляли без предупреждения. Один такой случай произошёл у канала: мужчина средних лет, хромая, бросился в воду. Пули догнали его. Тело медленно погрузилось, оставляя за собой красный след на поверхности воды.

К вечеру, когда солнце опустилось низко и окрасило небо в густые красные и фиолетовые тона, в обоих регионах наступила тяжёлая тишина. Улицы Калькутты и Лахора были покрыты обломками, гильзами, телами. Несколько кварталов продолжали гореть, но пожарные команды под охраной солдат уже работали. Британские офицеры ходили между убитыми, отдавая приказы. Потери повстанцев исчислялись сотнями только в этих двух провинциях. Среди британцев и лояльных частей были десятки убитых и раненых.

Выжившие прятались где могли: в подвалах, на крышах, в дальних деревнях. Женщины тихо оплакивали мужей и сыновей. В Калькутте британский генерал в штабе принимал последние доклады. «Восстание подавлено. Уроки будут учтены». Солдаты устало чистили оружие, перевязывали раны, курили, глядя в пустоту. В Лахоре на площади уже начали грузить тела на повозки. Их везли к окраинам, где рыли длинные общие могилы.

Один день. Один день, когда надежда вспыхнула ярко и быстро угасла под плотным огнём. Люди, поверившие в обещания скорой победы, остались лежать на улицах Бенгалии и Пенджаба. Вечерний ветер нёс над ними только запах дыма и крови.

* * *

Конец августа 1938 года. Мумбаи.

Первые выстрелы раздались около половины пятого в районе портовых складов. Группа из тридцати вооружённых мужчин вышла из тени между ящиками и грузовыми контейнерами. Они шли в полном молчании, пока не подошли к британскому блокпосту у главных ворот доков. Двое индийских полицейских, стоявших на посту, заметили их слишком поздно. Повстанцы открыли огонь из немецких карабинов и британских винтовок Ли-Энфилд. Пули ударили точно. Оба полицейских упали на землю. Один попытался дотянуться до сигнального рожка, но вторая очередь прервала движение.

Сразу после этого повстанцы разделились. Часть отряда перерезала телефонные линии, другая заняла позиции за штабелями ящиков. Когда через несколько минут появился патруль из четырёх британских солдат, их встретили плотным огнём. Солдаты успели ответить всего несколькими выстрелами, прежде чем отступить назад по узкой дороге. Повстанцы не преследовали их далеко – они знали план. Их задача на этом этапе заключалась в захвате ключевых точек и удержании позиций до подхода основных сил.

К шести часам утра сигналы о начале событий разошлись по заранее установленным каналам. В Дхарави, в мусульманских кварталах недалеко от Кроуфорд-маркета и в рабочих районах вокруг порта мужчины начали выходить из домов. Оружие, которое прятали в течение недель, теперь извлекали из тайников. Немецкие винтовки, английские пулемёты Брен, гранаты с надёжными запалами – всё это передавали из рук в руки. Группы формировались по двадцать-тридцать человек. Каждая имела назначенную цель: один отряд шёл к почтовому отделению, другой – к полицейскому участку в южной части, третий оставался в резерве для прикрытия.

Абдул Хаким проснулся от первых далёких звуков выстрелов. Он лежал несколько секунд, прислушиваясь, потом медленно встал. Аиша уже была на ногах. Она собрала детей в самой дальней комнате дома, подальше от окон, выходящих на улицу. Фатима помогала матери расстилать циновки на полу. Мариям сидела тихо, обнимая маленького Юсуфа. Абдул Хаким подошёл к входной двери, выглянул во двор и закрыл тяжёлые деревянные ворота на засов. Затем он вернулся внутрь и закрыл все ставни.

– Сегодня никто не выходит из дома, – сказал он спокойно. – Еды и воды хватит. Будем ждать.

Аиша кивнула и продолжила готовить. Она сварила большой котёл риса с далем заранее, нарезала фрукты, которые Абдул принёс несколько дней назад. Дети ели молча. Юсуф иногда тянулся к манго, но Аиша давала ему маленькие кусочки. Абдул Хаким сел у стены главной комнаты, спиной к закрытому окну. Он слышал, как звуки боя постепенно приближались и становились громче. Время от времени раздавались взрывы гранат. Он не двигался с места. Его решение было твёрдым: семья важнее всего. Он не собирался искать Салима или присоединяться к тем, кто сейчас действовал на улицах.

Рамеш не остался в своей хижине. Ещё затемно он поднялся по шаткой деревянной лестнице на плоскую крышу соседнего двухэтажного дома. Крыша была окружена низким парапетом из кирпича. Он лёг за ним и достал старый бинокль. Отсюда открывался хороший обзор на несколько кварталов в сторону порта и центральных улиц. Рамеш устроился удобно и начал наблюдать.

В порту события развивались быстро. Повстанцы захватили два склада с припасами. Они подкатили телеги ближе к зданиям и забросали окна гранатами. Взрывы разрушили часть стен и подняли клубы пыли. Из одного склада выбежали британские солдаты. Их сразу накрыли пулемётные очереди с крыши соседнего здания. Двое упали на месте. Остальные залегли за ящиками и начали отстреливаться. Повстанцы действовали слаженно: пока одна группа вела огонь, вторая обходила позицию противника по боковому проходу. Они появились с фланга и открыли огонь с короткой дистанции. Британский патруль потерял троих и отступил.

К семи часам утра в районе Форт-роуд собралась большая группа – около ста пятидесяти человек. Они заняли здание почты. Стрелки поднялись на верхние этажи и установили два пулемёта у окон, выходящих на главную улицу. Третий пулемёт поставили на крыше. Когда к почте подъехали два британских грузовика с солдатами и одна бронемашина, повстанцы открыли огонь одновременно из всех стволов. Гранаты полетели под колёса первого грузовика. Взрыв перевернул машину. Солдаты, которые успели выскочить, попали под перекрёстный огонь. Британцы ответили из пулемёта бронемашины. Пули ударяли по кирпичной кладке почты, отбивая куски. Один повстанец упал с крыши вниз. Другой получил ранение в руку. Группа удерживала здание больше часа.

Британцы были готовы к такому развитию. Командование заранее перебросило дополнительные роты пехоты. Мобильные отряды на грузовиках могли быстро перемещаться между районами. К восьми часам утра на улицы вышли колонны солдат. Бронемашины ехали впереди, поддерживая пехоту.

Рамеш с крыши видел, как британцы начали систематическую зачистку. У большого рынка повстанцы подготовили несколько линий обороны. Они поставили телеги поперёк улиц, укрепили их мешками с песком и рисом. Стрелки заняли крыши домов и окна. Когда британский отряд попытался пройти по главной дороге, его встретили сразу три пулемёта и несколько гранат. Солдаты залегли. Несколько человек получили ранения. Командир вызвал подкрепление. Через короткое время подошли миномёты. Первые мины упали на баррикады. Один взрыв разнёс часть телеги и убил двоих повстанцев. Другой взрыв повредил угол дома, где сидели стрелки.

Повстанцы не отступали сразу. Небольшой отряд в десять человек прошёл через узкие переулки и ударил британцам во фланг. Они забросали гранатами одно из пулемётных гнёзд. Расчёт был уничтожен. На некоторое время наступление британцев замедлилось. Но основные силы перегруппировались. Они обошли рынок с двух сторон и начали давить огнём. К одиннадцати часам рынок был окружён. Британские пулемёты работали длинными очередями. Повстанцы начали отходить группами, унося с собой раненых. Те, кто остался прикрывать отход, вели огонь до последнего. Несколько человек погибли на позициях.

В это время Абдул Хаким и его семья оставались внутри дома. Ставни пропускали только узкие полоски света. Дети сидели тихо. Фатима иногда шёпотом рассказывала Мариям историю, чтобы отвлечь. Юсуф спал на руках у матери. Аиша время от времени подходила к Абдулу и клала руку ему на плечо. Они почти не разговаривали. Абдул Хаким слушал звуки боя и думал о том, что происходит за стенами. Он знал многих из тех, кто сейчас сражался. Но он продолжал сидеть на месте. Выходить наружу означало оставить семью без защиты.

Рамеш продолжал наблюдать с крыши. Он видел, как бои переместились ближе к Дхарави. Британцы продвигались широким фронтом. В одном узком переулке повстанцы устроили засаду. Они дождались, пока колонна солдат войдёт в проход, и открыли огонь с обеих сторон и сверху. Гранаты полетели вниз. Британцы потеряли пятерых за короткое время.

Ответ последовал сразу. Солдаты вызвали поддержку и начали обстреливать весь квартал. Пулемётные очереди били по стенам домов. Несколько хижин загорелись. Жители выбегали на улицу. Некоторые попадали под огонь. Рамеш видел, как молодой мужчина с винтовкой пытался перебежать открытое пространство. Очередь настигла его. Он упал и больше не поднялся.

К полудню сопротивление в центральных районах заметно ослабло. Британские отряды зачищали улицу за улицей. Они входили в дома и проверяли всех мужчин. Тех, кто пытался сопротивляться, расстреливали на месте. В одном дворе нашли шестерых с оружием. Их поставили к стене и открыли огонь. В другом месте группа из двенадцати повстанцев пыталась удержать небольшой мост через канал. Британцы обошли их и открыли огонь с тыла. Несколько тел упали в воду.

Рамеш отмечал про себя, насколько организованно действовали британцы. Они не бросались вперёд без подготовки. Сначала вели разведку, потом подавляли огнём, затем занимали территорию. К двум часам дня основные очаги в порту и центре были под контролем. Солдаты собирали пленных и раненых. Тех, кто продолжал держать оружие, добивали. Улицы покрылись следами боя: гильзами, обломками дерева, разбитыми ящиками.

Абдул Хаким в эти часы дал детям по кусочку папайи. Он сам выпил воды и съел немного риса. Аиша спросила тихим голосом, что будет дальше. Абдул ответил, что они переждут этот день, а потом посмотрят. Он не позволял себе думать о том, что могло происходить с Салимом или другими.

Во второй половине дня британцы усилили давление на окраины. Они использовали бронемашины для прикрытия. Повстанцы, у которых ещё оставались силы, пытались отходить в сторону трущоб. Некоторые группы сумели уйти, другие были настигнуты. К четырём часам дня крупные боевые действия закончились. Мумбаи перешёл под полный контроль британских войск. Солдаты патрулировали улицы, устанавливали новые посты.

Когда солнце начало опускаться, над городом повисла тяжёлая тишина. Британские офицеры осматривали места боёв и отдавали распоряжения. Потери среди повстанцев были большими. Британцы тоже потеряли людей, но их командование считало операцию успешной.

Ночью начались облавы. Отряды солдат и полиции шли на задержания по спискам, которые у них имелись. Они подходили к домам подозреваемых, стучали в двери. Если не открывали сразу, то вышибали их. Мужчин выводили на улицу, связывали руки и уводили. В квартале, где жил Салим, окружили сразу несколько домов. Из них вывели больше десяти человек. В Дхарави облавы шли особенно тщательно. Солдаты с фонарями проверяли каждую хижину. Крики и плач раздавались в темноте. Тех, кто пытался скрыться через задние дворы, ловили и возвращали назад.

Рамеш спустился с крыши только после полуночи. Он вернулся в свою хижину, лёг на циновку и закрыл глаза. Перед ним всё ещё стояли картины увиденного за день. Он понимал, что попытка восстания закончилась поражением.

Абдул Хаким и его семья провели всю ночь внутри дома. Они слышали, как отряды проходили по соседним улицам, но их двор солдаты обошли стороной. Абдул держал Аишу за руку. Дети спали. Он думал о том, как дальше жить в этом городе. День принёс много крови. Но главное, что его семья осталась в безопасности.

Город постепенно затих. Только патрули продолжали ходить по улицам. В некоторых домах до утра горел свет – люди собирали вещи и готовились к возможным новым обыскам. Восстание провалилось, и теперь надо было думать, как это отразится на жизни людей. Ответов не было. Оставалось только ждать.