Текст книги "Первый рассвет (СИ)"
Автор книги: Андрей Панченко
Соавторы: Анатолий Пак
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)
– Объяснял.
Игорь подождал еще немного и выключил рацию. Патронов стало больше, но все равно было мало. Сергей сидел в гараже за двумя засовами. Марсель с семьей ждал в подвале на другом конце города, и последнее, что о нем знали, было оборванное на полуслове сообщение.
Семен размотал проволоку, раскрыл ворота и выглянул на улицу. Посмотрел в одну сторону, в другую.
– Чисто.
Игорь вывел машину со двора. Семен закрыл за ними ворота, сам не понимая зачем, и сел на свое место, придерживая автомат.
– К Марселю, – сказал Игорь.
– К Марселю, – согласился Семен.
Глава 12
Чужие люди
Глава 12. Чужие люди
Промзона кончилась забором автобазы, и дорога вывела их на Кольцевую. Здесь было просторнее, по сторонам тянулись пятиэтажки с магазинами на первых этажах. Над крышами висела та же серая муть, что и утром, без солнца и без теней. Светофор на перекрестке не горел, и Игорь окончательно понял, что электричество в городе полностью отключено.
Игорь ехал осторожно, объезжая брошенные машины и трупы людей на проезжей части. Почти все его внимание было занято дорогой, поэтому происходящее на остановке он заметил только после слов Семена.
– Справа, – сказал Семен. – На остановке.
Старый бетонный остановочный павильон стоял на тротуаре перед пятиэтажкой. Массивный, высокий, покрытый мозаикой, с опорами в виде буквы А и плоской железобетонной крышей. Впритык к нему стояла шаурмичная с решеткой на окне.
На крыше остановки были люди. Мужчина в камуфляжной куртке стоял у края и держал обеими руками неизвестно где взятую штыковую лопату. За ним, у самой стенки шаурмичной, сидела женщина и прижимала к себе двоих детей: мальчишку лет двенадцати и совсем маленькую девочку в розовой шапке.
А внизу ходили две твари.
Одна топталась под павильоном, подпрыгивала и цеплялась за край крыши. Мужчина бил ее по рукам лопатой, и она каждый раз срывалась. Вторая уже лезла на ларек. Ухватилась за решетку на окне, подтянулась, еще чуть-чуть – и она окажется на крыше шаурмичной, а оттуда до людей оставался один шаг.
Как семья туда попала, было нетрудно догадаться. Рядом с павильоном лежала на боку рекламная тумба с погнутой рамой. По асфальту рассыпалось стекло. Видимо, залезли с тумбы, а под последним из них она рухнула. Спускаться теперь было не по чему, да и некуда.
Мужчина стоял на крыше и затравленно озирался. Видимо, понимал, что везде он не успеет. А рукопашная схватка с тварью, пусть и с лопатой в руках, обречена на провал с самого начала. Увидев машину, мужчина посмотрел на нее с затаенной надеждой. Но на помощь звать не стал, видимо, понимая, что в том, что сейчас происходит, каждый за себя и помощи он не дождется.
Игорь подумал о Марселе. О том, что зарекался спасать посторонних, что каждая остановка – это риск, потеря времени и патронов. Подумал… и повернул к автобусной остановке.
– Та, на ларьке, сейчас уже наверху будет, – сказал Семен.
– Вижу. Бей по ней первой.
Он на скорости подогнал «Паджеро» почти вплотную к остановке, стороной Семена. Тот уже опустил стекло до конца и высунул стволы, готовясь стрелять. Тварь на ларьке как раз закинула колено на козырек. Первый выстрел ударил ее в бок. Она дернулась, но не отпустила решетку. После второго сорвалась и рухнула спиной на тротуар.
Нижняя развернулась на звук. Секунду смотрела на машину, наклонив голову, потом побежала, огибая капот, к водительской стороне. Игорь вытащил обрез и просунул короткие стволы между прутьями решетки на двери.
Тварь выскочила из-за переднего крыла. Игорь тут же выстрелил ей в грудь. Она пошатнулась, ударилась боком о капот, но устояла и потянулась к решетке. Он приподнял стволы и снова выстрелил. Картечь ударила в голову. Тварь рухнула под дверь, оставив царапину на многострадальном «Паджеро».
Игорь втянул обрез в салон и переломил его. Стреляные гильзы пришлось вытаскивать пальцами. Пока доставал из патронташа свежие патроны, посмотрел направо.
Та, что упала с ларька, уже перевернулась на живот и поднималась, цепляясь за решетку на окне. Семен торопливо вставил патроны, защелкнул ружье и снова высунул стволы. Выстрел ударил тварь в бок, отбросив от ларька. Она упала на четвереньки, мотнула головой и поползла к машине. Семен дождался, когда она поднимет лицо, и выстрелил еще раз.
Тварь ткнулась в тротуар и затихла.
– Твоя как? – спросил он, убирая ружье.
Игорь зарядил обрез и посмотрел вниз через решетку. Из-под двери виднелась неподвижная рука.
– Лежит.
Он осторожно приоткрыл дверь и выглянул. Тварь не шевелилась. Игорь выбрался из машины с обрезом в руке и повернулся к павильону.
Мужчина на крыше все еще стоял на краю с лопатой в руках, будто не верил, что все закончилось.
– Машину подгоню вплотную, – крикнул ему Игорь. – Слезайте на крышу. Сначала жена, потом детей подашь. Быстро, сейчас еще набегут.
Он сдал назад и поставил «Паджеро» правым бортом под самый край остановки. Женщина первой перебралась на крышу машины. Железо под ней прогнулось с жестяным звуком, она пошатнулась, но удержалась. Мужчина подал ей девочку, она передала ее вниз Семену. Тот принял ребенка, прижал к себе и поставил на асфальт за машиной. Мальчишка слез сам, спрыгнув на крышу, потом на капот, как по лестнице. Мужчина спустился последним.
– Глеб, – сказал он, будто это было сейчас важно. – Спасибо. Вы…
– Потом. Куда вам?
– Машина наша на стоянке. – Он показал через дорогу, где за сетчатым забором платной стоянки стояли ряды машин. Ворота были открыты, будка охраны пустая. – Вон, серый «Ларгус». Ключи у меня. Мы к ней и шли.
– Садитесь, довезу.
Заднее сиденье было завалено. Игорь не глядя перекидывал вещи в багажник: рюкзак с завернутым в тряпку пистолетом для Марселя, мягкий чехол с разобранным МР-27, сумку из «Хантера». Женщина села с девочкой на коленях, рядом втиснулись мальчишка и Глеб. Через дорогу ехали полминуты.
«Ларгус» завелся со второго раза. Жена Глеба, Надя, пересаживала детей, Гошу и маленькую Соню, а Глеб подошел к Игорю и заговорил торопливо, глотая слова.
Оказалось, утром по улице проехала пожарная машина. Через громкоговоритель объявляли, что в пожарной части на Мехколонне организован пункт помощи. Они дождались, пока на улице станет тише, и пошли к машине. Но у остановки из-за брошенного автобуса выскочили твари. Пришлось лезть на тумбу, а с нее на крышу остановки. Просидели там почти час.
– Мехколонна? Знаю, это недалеко отсюда, – сказал Игорь.
– Да, кварталов пять. Там башня их видна, кирпичная. – Глеб замялся. – Там еще в аптеке старики остались. Вон, на углу, круглосуточная. Дед утром в окошко кричал, что выйти не могут. Мы бы их взяли, да сами видите. Без вас бы точно пропали.
Игорь посмотрел на угол. Аптека занимала первый этаж соседнего дома. Крыльцо на пять ступенек, перила, пандус. Окна и дверь закрыты серыми рольставнями.
В бардачке лежал листок, который он составлял еще прошлой осенью, после курсов тактической медицины. Антибиотики, обезболивающие посильнее, кое-что для сердца и от давления. То, что без рецепта ему не продали, и он тогда махнул рукой: потом мол достанем. Теперь, видимо, это «потом» и наступило.
Семен посмотрел на него поверх очков.
– Ну что, глянем? – сказал он. – По-быстрому?
– Глянем, – согласился Игорь и повернулся к Глебу. – Подъезжай к крыльцу, разверни машину к дороге и не глуши. Двери закрой. Если что, сигналь.
У аптеки Игорь постучал костяшками по железу. В рольставне на двери было прорезано окошко ночной продажи с откидной заслонкой. Заслонка поднялась почти сразу, и в проеме показалось лицо: старик, худой, небритый, в очках с толстыми стеклами.
– Вы кто? – спросил он и сам себе ответил: – Люди. Живые. Господи.
Звали его Аркадий Львович. Ночью у жены подскочило давление, скорая не приехала, и они спустились сюда из своего подъезда, в круглосуточную аптеку. Провизор Люда усадила Тамару Павловну на стул и дала таблетку. А около четырех закричали на улице, и Люда опустила ставни. Утром она ушла через черный ход к дочери, закрыла дверь снаружи на ключ, чтобы никто не залез, и обещала вернуться. Не вернулась. Ставни электрические, света нет.
– Там ручка есть, аварийная, – сказал старик. – Я крутил. Сердце прихватило, пришлось сесть.
– Где ворот? – спросил Семен, оттесняя Игоря от окошка.
– Слева от двери, коробка такая на стене.
– Хорошо. Крутите, сколько сможете. Я снизу помогу.
Старик исчез. За железом что-то заскрипело, и нижний край ставни дрогнул и пошел вверх. Медленно, с визгом, на ладонь, на две. Потом встал. Семен подсунул под край монтировку, которую принес из машины, и навалился правой рукой. Ставня пошла еще немного, и вскоре Семен смог пролезть в щель.
– Аркадий Львович, отдыхайте, – донеслось изнутри. – Дальше я сам.
Ворот заскрипел чаще. Игорь стоял на нижней ступеньке спиной к двери и смотрел на улицу. Визг железа разносился, наверное, на весь квартал.
Из-за угла дома, со стороны двора, вышла тварь. Остановилась у мусорных баков и повернула голову к аптеке.
– Сеня, побыстрее!
– Стараюсь!
Тварь пошла. Не бегом, а шагом, укрываясь за припаркованными машинами. Игорь поднял ружье. Она увидела это и присела за белую «Ниву». Над капотом осталась видна только макушка. Так она и сидела, пока ставня ползла вверх.
Когда проем открылся почти на метр, Игорь нагнулся и шагнул внутрь.
В аптеке пахло лекарствами и валерьянкой. На стуле у витрины сидела пожилая полная женщина в домашнем халате, губы у нее были синеватые. Таблетки ей давали ночью и утром, но легче, судя по всему, стало ненамного. Она посмотрела на Игоря и сказала:
– Я не дойду, молодой человек. Вы уж меня простите.
Ступеньки она бы не одолела, это Игорь понял сразу. Пандус перегораживала поставленная кем-то вплотную «Калина». Он огляделся. За прилавком стояло офисное кресло на колесах.
– Дойдете. Доедете.
Пока Семен держал проем, Игорь прошел за прилавок. Стеклянный шкаф с рецептурными лекарствами был заперт. Ключей не было. Он открыл его отверткой, отжав замок, и стал смотреть по списку. Обезболивающего и противошоковых препаратов на полке оказалось немного: аптека была маленькая. Игорь забрал их все. Набрал антибиотиков, сунул в пакет бинты, жгуты, несколько упаковок шприцов. Заметив портативный дефибриллятор, Игорь взял и его. Все заняло не больше десяти минут.
Тамару Павловну усадили в офисное кресло, и Игорь выкатил его на крыльцо. Глеб сам выскочил из «Ларгуса», его никто не звал. Вдвоем с Игорем они взяли кресло за подлокотники и снесли старуху по ступенькам. Она крепко держалась и молчала. Ружье висело у Игоря на ремне и било по бедру. Семен стоял у крыльца, держа на прицеле «Ниву». Тварь за ней так и не поднялась.
Старуху усадили на переднее сиденье «Ларгуса»: посадить ее туда было легче, чем в высокий «Паджеро». Сзади разместились Надя с девочкой на коленях, Гоша и Аркадий Львович. Тесно, но все поместились.
– Мы за вами, – сказал Глеб.
– Хорошо, только не отставай.
Когда отъезжали, Семен по-прежнему держал «Ниву» на прицеле. Тварь переместилась так, чтобы машина и дальше укрывала ее от людей с оружием.
Дальше ехали вместе. Глеб на «Ларгусе» держался за «Паджеро» так близко, что Игорю иногда казалось, что вот-вот и он въедет ему в задний бампер. Вскоре над крышами показалась краснокирпичная учебная башня пожарной части с пустыми окнами. Но быстро добраться до нее не получилось.
Когда до пожарной части оставался всего квартал, они услышали крики.
Дом на углу ремонтировали. Фасад со стороны улицы затянули зеленой строительной сеткой, леса уже частью разобрали, у тротуара стояли штабеля досок. Сбоку, в торце, темнел проезд во двор. Поперек проезда, кормой во двор, стояла белая «Газель» с надписью «Грузоперевозки» и номером телефона. Двор за ней было видно плохо, но кричали оттуда.
Игорь свернул в боковую улицу и остановился за припаркованной «Газелью». Между машиной и стеной дома оставался просвет, через который был виден двор. Там к дому примыкала одноэтажная кирпичная пристройка с плоской крышей и железной дверью с надписью «Разгрузка». Видимо, это был склад магазина, занимавшего первый этаж. Над крышей пристройки, на уровне третьего этажа, находился узкий технический балкон с решетчатым ограждением. На нем стояла девушка в оранжевом комбинезоне и белой каске.
Заметив «Паджеро», она замахала рукой. Игорь посмотрел на нее. До пожарной части оставался всего квартал. Не надо было везти ее через весь город или брать с собой к Марселю. Вытащить из двора, довезти до ворот и оставить с остальными.
– Что, еще одну? – спросил Семен, проследив за его взглядом.
– До пожарных рукой подать. Не бросать же ее здесь.
Семен посмотрел на девушку, потом опустил стекло и взял ружье поудобнее.
– Давай глянем, что там. Только с ходу не лезем.
Внизу, у двери пристройки, стояли трое мужчин. Один держал монтировку. Второй, помоложе, топтался у «Газели». Третий, в черной куртке, с ружьем в руках, задрал голову к балкону.
– … последний раз говорю! Сумку кидай!
– Да нельзя мне вниз! – Голос у девушки сорвался. – Я вам говорила, там она, в подъезде! Сами слышите!
Из дома и правда доносились удары, глухие, тяжелые, по железу.
Игорь опустил стекло с пассажирской стороны и махнул Глебу, чтобы тот подъехал вплотную.
– Башню видишь? Езжай туда. Два квартала прямо и направо. Скажешь, что мы следом. Нас не жди.
Глеб посмотрел на арку, на «Газель», на ружье в руках Игоря.
– А вы?
– Езжай, говорю. У тебя полная машина.
«Ларгус» ушел. Игорь смотрел ему вслед, пока тот не свернул.
– Чего они хотят-то от нее? – спросил Семен.
– Пойдем узнаем.
Они вышли из машины. Семен оставил ружье в салоне, снял со спины автомат, разложил приклад и, перекинув ремень через голову, взял его на изготовку, передернув затвор. Игорь вооружился «Бенелли». Вид у обоих был довольно колоритный.
К проезду подошли со стороны тротуара, держась ближе к стене. Парень у «Газели» заметил их первым и что-то крикнул.
Мужик с ружьем обернулся. Двустволку с потертым прикладом он держал поперек живота, но, увидев их, довернул стволы к проезду. Теперь они смотрели чуть в сторону от Игоря с Семеном, однако достаточно было шевельнуть руками, и ружье было бы направлено уже точно на них.
– Проходите, мужики. Тут без вас разберутся.
– Чего к девушке прицепились? – спросил Игорь, останавливаясь. – И ружье опусти.
– А то что?
Мужик подался подбородком вперед. Стволы остались на месте.
– Она там на ключах сидит, как собака на сене. От склада, от всего дома ключи у нее. Вон магазин, жрачка, вода. Все под замком. Нам семьи кормить надо, а она залезла и никому ничего не дает.
– Вам только ключи нужны? – спросил Семен.
– Ключи. И сумку пусть скинет.
– Сумку-то зачем?
Мужик раздраженно оглянулся на балкон.
– Да натаскала из магазина, теперь вцепилась. Пусть кидает со всем, что там есть.
– Там веревки мои! – крикнула девушка. – Без них я отсюда не слезу!
Она на секунду скрылась за краем балкона и тут же появилась снова.
– Да нельзя вам туда! Я сколько раз говорить буду? Она с ночи в доме! Загнала меня сюда, я еле дверь закрыть успела. Сидела тихо, думала, уйдет. А вы орете, меня кричать заставляете! Теперь она от двери вообще не отходит!
Игорь посмотрел на подъезд рядом с пристройкой. Железную дверь с кодовым замком покорежили монтировкой, возле щели блестел ободранный металл.
Из дома донесся глухой удар. Девушка вздрогнула и обернулась. Несколько секунд стояла неподвижно, прислушиваясь. Удар повторился, сильнее, с треском.
Теперь Игорь понял: били наверху, за ее спиной. Тварь добралась до третьего этажа и ломилась в дверь, за которой девушка пыталась укрыться. А эти стояли внизу и торговались с ней за сумку.
Он снова перевел взгляд на мужика. Тот даже головы не поднял.
– Ружье опусти, – повторил Игорь. – Под стволом разговаривать не буду.
Мужик покрепче обхватил цевье.
– Вот и не разговаривай. Иди своей дорогой.
Девушка на балконе отступила чуть назад к двери, подняла моток веревки и взялась за перила, намереваясь перелезть, видимо, решив, что раз пришли люди с оружием и идет спор на повышенных тонах, внизу сейчас будет не до нее. Заметив это, мужик с ружьем сразу же вскинул его вверх.
– А ну стоять! Куда пошла, сука!
– Стой! – только и успел крикнуть Игорь.
Ружье грохнуло. Дробь или картечь хлестнула по ограждению балкона, пробив его в нескольких местах. Зацепило девушку или нет, видно не было. В момент выстрела она присела, закрыв голову руками. Выстрелив, мужик начал разворачивать еще дымящийся ствол в сторону Игоря с Семеном.
Игорь выстрелил первым.
Мужик сложился пополам и упал. Ружье звякнуло об асфальт. Лежа на земле, он завозился, прижимая руки к животу, и тонко, протяжно закричал. Пальцы на животе стали красными от крови.
– Стоять всем! – закричал Семен, наведя автомат на парня у «Газели». Тот поднял руки.
Мужик с монтировкой бросил ее и тоже поднял руки.
– Забирайте его и валите, – сказал Игорь. Голос был как чужой и звучал будто со стороны. – Ружье не трогать.
Они не спорили. Вдвоем подхватили раненого под мышки, тот кричал и ругался, сапоги волочились по асфальту. Затолкали его в кабину. Парень прыгнул за руль, «Газель» дернулась, задела бортом стену дома и выкатилась на улицу. Мотор взревел и ушел вдаль. Проезд опустел.
Игорь стоял и смотрел на кровь на асфальте. Ружье мужика лежало у его ног. Он отпихнул его носком ботинка к стене пристройки. Подбирать не стал: руки были заняты, а время дорого.
Удары в доме стали чаще. А с улицы, со стороны сквера, донесся еще один звук, знакомый: шлепанье босых ног по асфальту.
– Сеня, машину во двор, под пристройку, – сказал Игорь. – Я держу проезд.
Семен повесил автомат за спину и побежал к «Паджеро». Игорь шагнул во двор и поднял голову.
– Эй! Слышишь меня? Живая?
Девушка выпрямилась. Каска сбилась набок. На вид она была цела.
– Слышу.
– Можешь спуститься на пристройку? С веревкой?
Она посмотрела вниз, на плоскую крышу под балконом, потом на дверь у себя за спиной. Там снова ударило, и дверь отозвалась железным гулом.
– Могу. Мне минута нужна.
– Давай.
Она сняла с плеча моток веревки, обвела ее вокруг стойки ограждения, затянула, подергала проверяя. Игорь повернулся к проезду. «Паджеро» въехал во двор, Семен развернул его и стал сдавать задом к пристройке.
Первая тварь появилась в проезде, пока машина еще двигалась. Выскочила с улицы, на мгновение остановилась, будто осматриваясь, и побежала на Игоря. Он выстрелил. Тварь оступилась, но устояла. Он выстрелил еще раз, и она наконец упала. За ней в проеме показалась вторая. Игорь выстрелил три или четыре раза и остановил ее буквально в паре метров от себя. Упав, та по инерции проехала на животе еще метр и оказалась прямо под ногами у Игоря. В это время первая ужеподнималась на четвереньки, но встать так и не могла.
Затвор встал в заднее положение. Пусто.
Он выдернул из кобуры обрез, сделал пару шагов вперед, взводя курки. Выстрелил. Тварь, которая пыталась подняться, легла и больше не двигалась. Осматриваясь по сторонам, Игорь стал быстро перезаряжаться. Затолкав семь патронов в «Бенелли», восьмой он дослал прямо в патронник. Последним дозарядил обрез. Все заняло не больше тридцати секунд.
– Игорь! – крикнул Семен сзади. – Она спускается!
Он кивнул, но оборачиваться не стал, продолжая следить за выездом из двора.
За спиной щелкнул карабин. Послышался короткий скрежет подошв по стене.
– Под веревкой не стойте! – предупредила девушка.
Игорь все же бросил взгляд через плечо. Девушка уже спускалась с балкона на веревке, отталкиваясь ногами от стены. Правой рукой она понемногу отпускала веревку и плавно опускалась все ниже. Под ней раскачивался большой красный мешок, привязанный коротким шнуром к ее страховочному поясу.
Коснувшись крыши пристройки, она сразу встала на обе ноги, опустила мешок и ослабила веревку. Над головой затрещало. Дверь в техническое помещение наконец подалась, и на балкон вышла белая фигура. Голая и длинная.
– Над тобой! – крикнул Игорь.
– Вижу.
Девушка выщелкнула веревку, подхватила мешок и отошла от стены. Тварь перегнулась через перила. Потянулась к веревке, зацепила ее пальцами и дернула. Свободный конец взлетел над крышей.
Девушка с красным мешком в руках уже была у края.
– Кидай! – крикнул Семен.
Красный мешок с глухим стуком упал на крышу «Паджеро». Еще одна сумка осталась наверху, возле твари. Девушка посмотрела на нее, коротко выругалась и присела у края пристройки.
До крыши машины было не меньше полутора метров. Она развернулась лицом к стене, легла животом на край и опустила ноги. Повисла на руках, нащупала носком крышу «Паджеро» и через секунду оказалась на ней, тут же подхватила мешок и передала его Семену.
– Держи. Тяжелый.
Пока он опускал мешок на асфальт, она легко спрыгнула на землю. Отступила от машины и глянула наверх.
– Все. Поехали.
Тварь на балконе перевалилась через перила. Повисла на руках, примериваясь к крыше пристройки, собираясь прыгать.
– В машину!
Семен забросил мешок в салон и прыгнул за руль. Девушка нырнула на заднее сиденье. Игорь, пятясь от проезда, добежал до пассажирской двери. Когда «Паджеро» выехал из двора, в зеркале было видно, как белая фигура приземлилась на крышу пристройки и выпрямилась во весь рост.
Минуту в машине никто не говорил. Девушка сидела, сжавшись, на заднем сиденье, обхватив руками мешок. Каску она сняла. Под каской оказались коротко стриженные русые волосы, влажные на висках, и круглое лицо, бледное, со ссадиной на скуле. Лет двадцать пять, может, чуть больше. Заметив, что Игорь рассматривает ее в зеркало заднего вида, она улыбнулась и представилась:
– Ира Еремеева. Спасибо вам.
– Игорь, – кивнул тот. – Это Семен. Ты как там оказалась-то?
– Мы этот дом третью неделю делаем. Ну то есть фасад делаем. – Она перевела дыхание. – Я здесь недалеко живу, в общежитии. Когда ночью началось, побежала сюда: на третьем этаже у нас кладовка, ключи у меня, снаряжение там, вода. Думала, отсижусь, а днем веревкой во двор и к своим. А тут эти приехали.
Игорь слушал, не оборачиваясь. Сидел, зажав ружье между коленями, и смотрел вперед, на дорогу. Перед глазами снова стоял мужик, которого его выстрел согнул пополам. Тот прижимал ладони к животу, а между пальцами текла кровь. Вряд ли выживет. Тут, наверное, и хирург не поможет. Да и где его сейчас взять?
Ира расстегнула ворот комбинезона и посмотрела на свое колено. Ткань была разодрана, на ноге ссадина.
– Комбинезон новый, – сказала она, ни к кому особенно не обращаясь. – Под расписку выдавали. Теперь платить за него придется.
Семен хмыкнул и коротко улыбнулся в зеркало.
А Игоря вдруг взяла злость. Он только что, возможно, убил человека, а она – про какой-то комбинезон. Вот же курица! Он открыл было рот, чтоб высказать все, что он об этом думает, но понял, что сейчас наговорит такого, о чем потом пожалеет, и закрыл его. Девушка была ни в чем не виновата. Это он знал. Вмешаться он решил сам. Он отвернулся к окну и молчал до самой пожарной части.
Возле пожарной части скопилось довольно много машин, но все стояли не ближе пятидесяти метров от наглухо запертых ворот. Рядом со старой побитой «девяткой» лежали сваленные в кучу бледные голые тела. К ним по асфальту тянулись следы волочения. По другую сторону проезда в ряд лежали тела людей, накрытые брезентом. Сколько было тех и других, разобрать было невозможно.
«Ларгус» Глеба стоял возле широкого проезда, который, видимо, специально оставили свободным. В машине уже никого не было.
Семен подогнал «Паджеро» к воротам, но выйти им не дали. С крыши кто-то закричал, требуя немедленно убрать машину и встать рядом с остальными.
Ни Игорь, ни Семен спорить не стали. Семен отогнал машину к припаркованным, развернув ее к выезду.
Калитку им открыл мужчина с карабином «Сайга». Увидев автомат у Семена, он заметно оживился.
– Заходите, мужики.
В большом дворе, перед закрытыми боксами, стояла пожарная машина на базе «Урала» со снегоуборочным отвалом спереди. Окна кабины прикрывали самодельные решетки, приваренные к кузову. Видно было, что машина уже побывала в переделках: двери с водительской стороны изрядно помяты, лобового стекла нет.
Рядом, в тени машины, сидели несколько человек в форме МЧС и гражданские. Вооружены были кто чем. У большинства имелись охотничьи ружья, у остальных под рукой лежали пожарные багры и топоры.
Неподалеку Игорь заметил Глеба и Аркадия Львовича. Вместе с двумя сотрудниками МЧС они куда то несли Тамару Павловну на мягких тканевых носилках.
Куда ни посмотри, везде сидели люди. В основном женщины и дети. Мужчин вооружали чем могли и занимали посильной работой. Вот только выбор оружия был невелик: все те же багры, лопаты, топоры, ломы и кувалды из запасов пожарной части.
Мимо Игоря в сторону ворот прошла группа мужчин, одетых кто во что горазд. Они несли мешки с землей на самодельных носилках из двух жердей и натянутой между ними ткани. Шли неровно, подстраиваясь друг друга, то и дело перехватывали жерди поудобнее.
У ворот дежурили двое мужчин с ружьями, еще один сидел возле крыльца. Чуть дальше разговаривали два полицейских, вооруженные автоматами.
Навстречу вышел пожарный лет пятидесяти, в синей робе, с перевязанной кистью.
– Тарасов, начальник караула. Это вы людей привезли? – Он показал на носилки.
– Нет, мы их просто сопроводили, – ответил Игорь. – По пути было. Они раньше нас доехали.
– Ну, хоть так помогли. А то сейчас, сами знаете, такая дичь происходит… До сих пор понять не могу: то ли сплю, то ли крыша поехала. Каждый сам за себя. Кто-то говорит, инопланетяне напали, кто-то на американцев гонит. А я так скажу: херня это все. Ну не могли американцы такое придумать. Наши, наверное, что-то нахимичили. Эксперимент, блядь, из-под контроля вышел.
Тарасов осекся, тяжело выдохнул.
– Вторые сутки такое творится, а никто толком ничего понять не может. Связи нет, электричество пропало, по рации до центра не достучаться. Полиция сама ничего не знает. Два экипажа с лучшими ребятами отправил, чтобы хоть что-то выяснили. Ни один на связь так и не вышел. Жуть какая-то. Ну да ладно… – Он посмотрел на их оружие. – Хорошо, что добрались. У нас тут людей с оружием по пальцам пересчитать. Оставайтесь, место найдем. Соседние магазины обнесли, еда есть, воды хоть залейся. С боеприпасами пока, правда, беда, но тяжелая техника здорово выручает.
– Извини, старшой, но мы дальше едем. У меня друг с семьей в доме своем застрял, пока связь была, спрятался, вроде. Надо забрать.
Тарасов помолчал, энтузиазм его сразу улетучился.
– Ясно, – уже без улыбки произнес он.
Стоявший рядом мужчина с двустволкой отвернулся к воротам.
В это время один из полицейских подошел ближе. Молодой, небритый, с засохшей кровью на воротнике.
– Автомат откуда?
– Подобрали, – чуть напрягаясь, ответил Игорь.
Полицейский перевел взгляд на пистолет в наплечной кобуре.
– И пистолеты тоже? Где подобрали?
– У ваших мертвых возле заправки, – отрезал Игорь. – Один в машине остался, второй рядом лежит. Или надо было оружие там бросить, а самим с голой жопой ходить?
– Я просто спросил.
– А я просто ответил. Короче, стволы не отдадим. Что хотите делайте, только с трупов снять сможете, но это еще посмотрим, – мрачно заявил Игорь, поудобнее перехватывая ружье.
Полицейский посмотрел на него, на Семена. Тот молча стоял рядом, опустив ствол автомата под ноги.
– Ладно, – помедлив, сказал полицейский. – Понятно.
Он отошел к напарнику. Больше про оружие никто не спрашивал.
Ира тем временем подошла к женщине в зеленой медицинской куртке. Та сидела у входа за столом и записывала прибывших в тетрадь.
– Скажите, Стас Мельников к вам не приходил? Высокий такой, рыжий. И Тимур Хайруллин. Мы вместе работаем.
Женщина просмотрела несколько страниц.
– Не записаны. Ты во дворе посмотри, мы еще не всех переписали.
Ира обошла двор, заглянула в открытые двери и вернулась к столу.
– Нет их.
Женщина пожала плечами.
– В школе на Горького тоже люди собираются. Может, туда ушли. А что родных не спрашиваешь? Мать, отец, может, здесь?
– Нет, – грустно произнесла Ира, – они в другом городе, я же сюда в командировку по работе приехала.
Она отошла в сторону и молча уселась на свой красный мешок, который так и таскала с собой. Взгляд у нее стал потерянный. Некоторое время она смотрела в землю, потом закрыла лицо ладонями. Игорь заметил, как вздрагивают ее плечи, и отвернулся. Ему стало немного стыдно за свое раздражение на нее в машине.
Отвернувшись, он подумал, что тоже мог спросить у женщины про Юлю. Но не спросил.
Игорь вернулся к Тарасову, который отдавал какие-то распоряжения мрачному мужчине в камуфляжной форме с погонами старшего лейтенанта.
– По Кольцевой сейчас проехать можно? Нам через путепровод надо.
Тарасов устало вздохнул, но все же ответил:
– Туда пока не суйтесь. Утром к больнице выезжали, еле назад выбрались. На путепроводе бензовоз сгорел, за ним пробка. Короче, дорога перекрыта. И этих… – он запнулся, не зная, как назвать тварей. – Ну ты понял, полно их там. При нас усиленный наряд полиции на куски разорвали, ничего им не помогло, все четверо там легли.
– А через центр?
– Вокзал горел. Мы там ничего сделать не смогли. Целый расчет потеряли вместе с машиной и командиром. Николаич… Такой мужик был, до пенсии месяц оставался… – Тарасов тяжело вздохнул. Глаза у него заблестели, но он сдержался и продолжил: – Короче, что дальше, не знаю. Врать не буду.
Игорь, будто не замечая его состояния, спросил:
– А объездная?
Тарасов потер перевязанную кисть.
– С южного выезда мужик приехал около часа назад. Говорит, у развязки тоже все стоит. Свою машину бросил, потом где-то другую подобрал. Еле до нас добрался. Тоже всякого понарассказывал. Вроде как за городом стена какая-то. Не видно ее, а пройти нельзя. Машин на трассе много разбитых. Сказал бы мне кто такое еще вчера – в лицо бы рассмеялся. А сейчас даже не знаю, верить или нет.
– Он что, сам эту стену видел?
– Нет. От людей слышал.
Игорь вспомнил развязку из сна. Подъем, машины в три ряда, бледные фигуры на пустыре. Крики впереди. Дальше он ни разу не добирался.
Уже собираясь отходить, Игорь вспомнил старлея в камуфляже. Тот ведь явно был военнослужащим.
– Старшой, извини, не знаю, как по имени-отчеству. А военные что? Артиллеристы в тридцати километрах от города стоят. На Дружбе штаб какой-то, ФСБ возле площади, на дамбе зенитчики. Почему никого нет? Менты где все, кроме этих? – Игорь кивнул в сторону двух полицейских, все еще стоявших у ворот.
Тарасов ответил уже с раздражением:
– А я знаю⁈ За городом вообще ни с кем связи нет! Про пушкарей ни слуху ни духу, про ПВОшников то же самое. ФСБшники еще вчера на связь выходили, но в центре хрен знает что творится. Теперь и они молчат. Менты объявили красный уровень террористической опасности. Всех, кого могли, на улицы выгнали, почти все там и полегли. Везде стрельба была. Промышленный отдел, знаю, еще вчера разгромили. Военкомат ночью на связь выходил, просили помощь вызвать. С тех пор тишина…




























