Текст книги "Вот и свела нас судьба (и вечен Рим)... (СИ)"
Автор книги: Анатолий Патман
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)
Да, Драго всё хорошо понимал. И все трое знали, что я вряд ли буду вмешиваться в их дела, так и не в том весовом положении, тем более, и не обязан. И даже не собираюсь!
– Думаю, друзья, что в ближайшее время большинство бойцов будет отправлено в легион. Сами видите, что лишь полтора десятка нуждаются в лечении. А он, в свою очередь, будет отправлен на фронт, и наверняка под Плевну. Постарайтесь выжить и сохранить побольше бойцов легиона. В первую очередь, создайте надёжную базу в Плевне или поблизости, и обязательно устройте госпиталь. Часть личного состава санитарного центуриона оставьте там. Будут лечить мирных людей. Думаю, что больных и среди них много.
– Конечно, княже! – тут же включился в разговор Стоян. – Там половина людей болеет. Османы нас вообще не лечили. Только вот как быть со снабжением? На бойцов ничего не останется.
Ну, что я мог тут сказать? Ничего!
– В первую очередь лечите раненных! А другим помогайте, но не в ущерб легиону. Хотя, там потребуются не столько лекарства, а наведение порядка и создание лечебных учреждений. Так что, сами же создавайте и лекарские пункты, и больницы, и тех, кто может хоть немного заниматься лечением, ставьте там лекарями и врачами. Что делать, вы знаете. Можете мне поверить, что пока лучше того, что в моих Наставлениях, никто ничего лучше не придумает.
И все трое согласно закивали головами.
– И, друзья, создайте, на всякий случай, в разных местах запасы, нужные легиону, желательно тайные. Рассчитывайте только на себя. На меня или кого-либо из российских подданных не надейтесь. Они вам помогут, но, скорее всего, почти все, кто не погибнет, вернутся обратно. Со своей стороны, могу вам твёрдо обещать, что те, кто будет нуждаться в помощи, может рассчитывать на меня. Пусть приезжают ко мне в Российскую империю. А вмешиваться в дела Болгарии я не собираюсь. Буду спокойно жить в Санкт-Петербурге и заниматься строго своими делами. У меня их и сейчас полно.
Далее мы перешли к обсуждению прочих дел легиона. Само собой, содержание нашего разговора осталось строго между нами. Драго получил и сам приказ, и он отдаст его Димитрию. И всё!
А с другими приказами тётя Юлия отправилась к Владимиру Васильевичу. Она собиралась немедленно написать и подать свои прошения насчёт Радки и Зоры. Да, надо было определяться. Мы с тётей не могли бросить моих боевых товарищей на произвол судьбы. Конечно, как они выйдут замуж, то перейдут в семьи своих мужей. И уже они будут заботиться о них. И наши семьи станут больше, получат много родственников.
А ещё в этот день и Иосиф Яковлевич завёз к нам полсотни комплектов одежды, и Самуил привёз по две полевые кухни и сотне боевых касок и разгрузок, и два десятка защитных жилетов. Мы наращивали свои запасы. Не знаю, как легионеры смогут всё довезти до Систово, но часть бойцов получит хоть небольшую защиту. Ну, дай бог, чтобы их побольше смогло выжить на этой войне!
Глава 29
* * *
Глава 29.
Пора в путь?
– Ну, что, полковник, какая сейчас обстановка у Плевны? Мы сможем претворить в жизнь наши замыслы?
– Пока всё хорошо, Ваше Императорское Высочество. Телиш взят, наши войска временно остановились перед Радомирцами. Сил не хватает, требуются подкрепления. И решено переправиться через Вит и попытаться захватить Бежаново, чтобы создать угрозу Ловче с запада. Отряд под командованием генерала-майора Имеретинского уже находится у Ловчи. В его состава вторая и третья пехотная дивизии в составе двадцати шести батальонов, два кавалерийских полка в составе шестнадцати сотен, пятнадцать артиллерийских батарей и сапёрный батальон. Ещё и отряд полковника Тутолмина укрепился севернее Ловчи для остановки возможных подкреплений осман из Плевны. В самой Ловче находятся дивизия Рифата-паши из десяти пехотных батальонов, две артиллерийские батареи и до двух полков конницы, но они больше состоят из черкесов и башибузуков. Так что, у нас хорошие шансы занять город решительным штурмом, а затем развить наступление на север и запад Ловчи, тем самым полностью окружить осман Адил-паши под Плевной. Главное, что у нас полное превосходство в силах.
– Что же, это хорошо, полковник. И что там с нападением на наш санитарный обоз и, получается, покушением на юного князя Куракина? Это из-за него напали на обоз?
– К сожалению, из-за него, Ваше Императорское Высочество! Он чем-то вызвал сильное недовольство Главы британского МИ-13 лорда Севилла Ричарда Добсона, и тот послал в Болгарию большую группу наёмных стрелков из Европы и самих англичан для его убийства. Их возглавил полковник Седьмого Ирландского полка виконт Артур Кингсдейл. Он тогда имел при себе удостоверения корреспондентов английских газет «The Daily Telegraph» и «The Times» на имена Джона Смита и Артура Бонда и представлялся всем полковником Джеймсом Бондом. Это виконт уговорил Адил-пашу послать три конные сотни, и тот посчитал, что нападение имеет большие шансы на успех. Пехотная рота прикрывала обоз спереди и сзади, а в середине шёл Седьмой легион. И османы, и англичане не принимали его всерьёз. Вообще-то, мало кто и из наших командиров. Но легион ещё на полпути к обозу расстрелял османские сотни, так и сходу уничтожил большинство наёмников. В Плевну привезли тела двух десятков убитых европейцев, в том числе и виконта, и ещё десять пленных. Жаль, но помощники князя сумели незаметно для всех изъять у англичан и наёмников множество важных документов и прихватили и винтовку виконта. Часть мальчик отдал Владимиру Васильевичу Левашову, а часть он наверняка припрятал. И, конечно, Ваше Императорское Высочество, самое плохое для нас в том, что он всё выдал немцам и даже позволил им сфотографировать многие документы. Барон Генрих фон Николаи такой же корреспондент, как виконт Артур Кингсдейл. Даже в самой Одессе Генеральный консул германской миссии Отто Блау выразил сильную озабоченность безопасностью князя Куракина. И немцы уже купили все технические новинки князя, так и изъявили желание получить на них привилегии.
– Да, теперь и Мы тут не знаем, как отделаться от немцев и ещё американцев. Этот майор Вильгельм фон Лигниц однозначно не корреспондент германских газет, а разведчик их Генерального штаба. Ладно, что Фрэнсис Грин на самом деле является военным атташе. И в Бухаресте Нас ждёт сам Великий герцог Карл Александр. Он явно всерьёз озаботился безопасностью своего родственничка! И они все хотят получить привилегии и купить у нас технологии производства и новой взрывчатки, и этих мин и гранат, а теперь и новых придумок юного князя. И ведь придётся согласиться! Нам это выгодно!
– Да, Ваше Императорское Высочество. По имеющимся данным, Великий герцог даже готов без всяких условий объявить, что отец мальчика князь Павел являлся внебрачным сыном Великого герцога Карла Августа. И тогда возникает опасность того, что юный князь может вместе с сестрой уехать в Германскую империю.
– Э, полковник, Нам этого не надо! А сам юный князь сейчас чем занимается? Что там сообщают из Одессы? А то Нам после его парада и бала одни беспокойства! Хотя, да, молодец! И своих бойцов хорошо подготовил, и интересный бал устроил. Правда, немного не ту музыку представил. Хотя, ничего страшного.
– Всё ещё в Одессе, Ваше Императорское Высочество, вместе с баронессой Юлией Вревской. Согласно сообщениям оттуда, немного приболел и пока лечится. Но большинство раненных легиона уже вылечилось. Сотник Шереметев ещё не успел прибыть в Одессу, поэтому их отправка в Болгарию ненадолго задержалась.
– А сам легион где находится? Он успел дойти до Ловчи?
– Пока точно неизвестно, Ваше Императорское Высочество. Докладов от полковника Тутолмина не поступало. Скорее всего, в пути, ещё вместе с сапёрами отряда майора Тутолмина?
– Хорошо, полковник! Легион и ещё один сапёрный батальон нам там не особо помогут. Вот юного князя надо быстрее отправить в Санкт-Петербург, а его легионеров – убрать из Одессы. Так что, полковник, напишите градоначальнику Левашову. Пусть всё устроит надлежащим образом. А то Нам от присутствия мальчика в Одессе одни беспокойства. Пусть дома сидит и учится!
– Всё будет выполнено, Ваше Императорское Высочество! Пока всё хорошо, чрезвычайных происшествий не случилось. Если что, будет немедленно доложено Вам!
* * *
– Давно не виделись, Владимир Григорьевич! Если честно, не ожидал встретить Вас в Париже! Приехали немного развлечься? Или дела какие-то образовались?
– Всё, Станислав Казимирович, надолго приехал! Пока дома всё не уляжется, поживу здесь. Так в Париже и намного лучше!
– А что случилось, Владимир Григорьевич? У Вас же всё хорошо было? И французы Вам немало заплатили!
– Связался с Вами, Станислав Казимирович, на своё горе! Юный князь опять жалобу написал, уже в Одессе, и теперь за дело взялась военная котрразведка! Среди бумаг, оказалось, имелись и какие-то военные выдумки князя, так что, на этот раз скандал погасить не удастся. Пришлось немедленно, до разоблачения и ареста, подать в отставку и выехать сюда. И то боюсь, что вскроется моё участие, и меня вызовут обратно! А то пошлют контрразведчиков сюда, и они силком вернут меня в Российскую империю.
– Ну, здесь Вас, Владимир Григорьевич, никто не тронет. И сами французы не дадут, и контрразведчики не посмеют. А то сильный скандал может получиться. Вон, англичане под Плевной на самого юного князя напали и его тяжело ранили, но пока, хоть прошёл целый месяц, тихо. Так что, никто Вас тут не тронет.
– Э, получается, мальчика не османы ранили, а англичане? Жаль, что не убили! А сейчас он, проклятый, опять жалобу подал!
– Да, англичане. Но им не повезло. Болгары мальчика и осман постреляли, и англичан тоже. Аж виконта Артура Кингсдейла убили. Но, думаю, что англичане мальчика в покое не оставят. Когда-нибудь всё равно убьют. Они такие вещи не прощают.
– Ну, пусть убивают. Мне его не жаль!
– Никто его, Владимир Григорьевич, особо жалеть не будет. Он уже стал доставать и сам Императорской Двор. Слишком многое стал себе позволять! Ещё и юн! Так что, не переживайте. Как-нибудь всё утрясется, и Вы спокойно вернётесь домой.
* * *
Да, хоть многие дела у нас вполне неплохо продвинулись, но вот с новыми играми получилась большая задержка. Хотя, это меня нисколько не волновало. Позже сам буду продвигать их в Петербурге. А здесь я их выдал лишь для того, чтобы заинтересовать своих, ну, да, партнёров. И они клюнули. Я уже знал, что все технические вопросы были решены, и даже пробные игры проведены. Об этом мне, между делом, постоянно всё выкладывал Василий Семёнович.
Но вот бюрократы, к сожалению, оказались сильнее. Только сегодня ко мне явились Абрам Самуилович и Аркадий с Антонием и принесли кучу бумаг, как оказалось, прошений в самые разные канцелярии. Там требовались подписи тёти Юлии и мои отметки, что ознакомлен. Моими представителями везде выступали и она, и ещё Аркадий. Хотя, он уже давно им являлся, и даже официально. Вот Григорий Фёдорович сам не прибыл, прислал лишь приказчика Якова Моисеевича Кудельмана. Но особого доверенного. Ну, пока терпимо. Главное, во всех документах имелось и имя тёти Арины.
– Всё, князь Борис, подадим прошения и на нужные привилегии, и на создание Обществ любителей этих игр. Как Вы говорили, эти Общества будут иметь право на производство нужного инвентаря?
Ну, да, я такое говорил. И Общество любителей футбола имело такие же права. Так что, пусть будет.
– Само собой, Абрам Самуилович. Обществам и виднее, что им нужно. Мало того, если вдруг понадобится помощь с моей стороны, она всегда будет оказана. Думаю, что со временем мне удастся придумать и что-то другое, нужное для развития этих игр.
Так что, мы с тётей Юлией всё подписали. Если эти документы успешно пройдут регистрацию у российских бюрократов, то именно Российская империя станет родиной этих игр!
Ну, у тёти и свои заботы имелись. Она, да, подала прошения об установлении опеки и удочерении Радки и Зоры. Теперь надо было ждать, и, скорее всего, довольно долго. Императорская канцелярия всегда тянула с рассмотрением таких прошений. Хорошо, что нам с тётей Ариной удалось как-то выбить потомственное дворянство для Александры. А вот княжной Куракиной император Александр Второй её так и не признал. Ладно, это меня уже не волновало. Она сейчас и так немецкая баронесса. А вот насчёт княжеского достоинства для моих помощниц тоже придётся долго ждать. Хотя бы выбить для них дворянство, и лучше потомственное.
Оба моих приказа были утверждены Владимиром Васильевичем, так что, часть легионеров мы тут же переодели в защитную форму. Вот Демьян с Николаем и все шесть моих помощниц нарядились в гражданскую одежду. Они были как бы и рады, и грустны. Я и сам, хоть пока меня никто не отстранил от кураторства над Седьмым легионом, переоделся в костюм нового фасона. Хотя, раз левая рука ещё не работала, остался в жилете. Ну, мне можно – я и раненный, и по возрасту для службы в армии не подхожу. Тем более, требовалось избавиться от румынской солдатской формы. Всё, мы с Демьяном и Николаем, хоть в одно время и входили, тем более, под другими именами, в состав «отряда особого назначения сублокотенента Георге Лозяну», пропали без вести. И Димитрий, и Коста, и Кирилл тоже пропали. Мы теперь лишь в легендах о нём остались.
– И ещё, князь Борис, мы продали большую партию и касок, и жилетов, и по три полевые кухни, правда, их у нас больше в наличии и не оказалось, и немалые партии всевозможной одежды, и инвентарь для игр, и множество сумок и тележек с колёсиками, и даже ваши медицинские чашки, немцам и американцам. Нет, с разрешения и Владимира Васильевича, и Николая Александровича. Потому что нам требуются и станки, и разные материалы, а Генеральный консул германской миссии Отто Блау сразу же дал личные гарантии, что всё нужное будет поставлено. Иначе, князь Борис, их производство нам не расширить. И ещё мы ждём разрешения градоначальника для предоставления им права пользования нашими привилегиями. Ведь Вы и Арина Васильевна не будете возражать против этого?
Конечно, я и не думал возражать. Всё равно и немцы, тем более, американцы всё легко повторят. А что они запросили патенты, так, думаю, что надеялись на дальнейшее сотрудничество.
– Да, нет, Абрам Самуилович, предоставляйте. Просто будьте осторожны, тем более, с американцами. Надо же, как они быстро подсуетились! Постарайтесь и у них выпросить оборудование. А то позже, когда они освоят все наши выдумки, мы не сможем составить им конкуренцию, и они нам ничего не продадут. А сейчас дадут.
Абрам Самуилович и Яков Моисеевич лишь согласно кинули.
– И ещё, князь Борис, мы получили у Владимира Васильевича разрешение на снабжение Седьмого легиона и продуктами питания, и разными товарами. Правда, объёмы поставок там достаточны для обеспечения подразделения численностью до десяти тысяч человек. Но нам нужно обеспечение безопасности.
Да, мне в компаньоны попались весьма ушлые торговцы! Но это было и к лучшему. Имея послезнания, глупо было не поддержать их. Тем более, с их участием улучшится снабжение и русской армии. Уж нельзя всё отдавать на откуп ворам и коррупционерам!
Тут я просто посмотрел на Драго, Асена и Стояна.
– Княже, всё сделаем! – Драго тут же кивнул согласно. – Абрам Самуилович, можете не беспокоиться, легион выделит надёжную охрану. Мы не можем воевать без снабжения!
– Если кто, Драго, Асен, попытается вдруг помешать снабжению легиона, изыщите все доступные способы, чтобы покарать их! Если сумеете, и недоступные! – спокойно заявил я. – Но бойцы должны быть обеспечены всем необходимым. А если кто заболеет или будет ранен, то должен получить нужное лечение!
Тут торговцы посмотрели на меня с уважением. Хотя, они и так знали, что уж я постараюсь достойно обеспечить свой легион.
– Чуть позже, князь Борис, предоставим Вам или вышлем и Юлии Петровне, и Арине Васильевне все отчёты насчёт Ваших доходов и расходов. Пока они все направлялись на обеспечение легиона. Мы и сами направляли часть своих средств и на помощь легиону, и госпиталю. И далее, до окончания войны, будем помогать.
– Хорошо, Абрам Самуилович, Яков Моисеевич, мы согласны! – довольно заявила тётя Юлия. – Вы ещё, пожалуйста, присмотрите за раненными, которые здесь останутся. Не все поправились. Может, ещё и другие из Болгарии прибудут? Пока с ними останутся четыре бойца из санитарной центурии. Если что, сразу же обращайтесь к Корнею Степановичу Глебову или Петру Семёновичу Нежинскому и Карлу Фёдоровичу Брехту, конечно, и Якову Петровичу Фединскому и Анне Васильевне Захаровой. Хотя, вы и так их хорошо знаете. Мы с Борисом надеемся на вас. А после войны там разберёмся.
Ну, да, мы всё-таки не обязаны нести военные расходы. На это есть государство. А пока, да, до окончания войны поможем и легиону, и русской армии чем сможем. Русские солдаты должны жить!
– Само собой, Юлия Петровна, – сразу же охотно согласился Абрам Самуилович. – Думаю, что раненые бойцы легиона сюда к нам ещё поступят. Мы привлечём и врачей, и других помощников, и обеспечим раненым достойное снабжение и помощь.
В общем, мы обо всём договорились. Если нас даже не будет, то раненые из легиона всё равно получат достойную помощь. Конечно, я пригласил торговцев и в Петербург, к себе в гости. Теперь они наши партнёры, и нам придётся ещё долго сотрудничать. Так и в Одессе надо развивать промышленность. Через здешний порт проходила огромная торговля зерном, так что, деньги в городе имелись.
Абрам Самуилович искренне поблагодарил меня за Ребекку. Ведь и девушка поедет вместе с нами в столицу. Да, у неё очень хороший голос, она талантлива и достойна учиться там в нашей консерватории. Думаю, что сейчас её туда примут. Моё слово теперь тоже немало значит! И мне нужна своя певица.
Я уже знал, что и подруги Демьяна и Николая не хотели с ними расставаться и желали как-то перебраться в Петербург. Хотя, можно попытаться устроить их на Высшие врачебные женские курсы. Ведь девушки тоже хотели стать врачами. Но тут мне придётся как-то позаботиться о Демьяне с Николаем. Как-то не то будет, если жёны парней окажутся сильно образованными, а они останутся неучами. Демьян с Николаем уже неплохо продвинулись в изучении грамоты и даже французского языка, являлись опасными бойцами и хорошо знали самое разное оружие. Но вот парни нигде не учились, и у них не имелось необходимых документов об образовании. Их сейчас никуда, тем более, в разные университеты и академии, не возьмут. Да, я их понатаскаю, но на это понадобится время. Так что, пусть поработают у нас, поучатся в школе мастерской, а после этого сдадут экзамены и поступят учиться куда-нибудь на инженеров или хотя бы техников. Они способные, особенно Николай, и из них получатся хорошие инженеры. А они нужны и нам, и нашей империи!
Глава 30
* * *
Глава 30.
Прощание славянки…
Софья взяла в руки «Петербургский въстникъ» и стала не спеша просматривать свежие новости. Большая часть новостей касалась идущей сейчас войны с турками-османами. И её порадовало, что русские войска успешно удерживали позиции и под Плевной, и не отдали османам перевалы через Балканские горы. Хоть как, она переживала за болгар и жаждала их освобождения из жестокого османского ига! Люди должны быть свободными!
Ещё Софья решила посмотреть в газете ноты и слова новых песен одного юного князя. В последнее время их довольно много там напечатали. Да, талант, и его работы сильно привлекали и её. На этот раз в газете были напечатаны ноты пар вальсов и тексты песен. Да, «Вальс империатрицы», оказалось, посвящённый даже империатрице Марии Александровне, и «Одесский вальс» были уже объявлены произведениями мирового уровня. Но девушку больше привлекли песни «Я тебя никогда не забуду» и «Романс о гусарах».
Ещё в газете был вдруг напечатан и портрет юного гения. Да, ему было лишь лет четырнадцать. Тем не менее, мальчик был одет в солдатскую форму, хотя, не совсем российскую. И левая рука у него явно не работала. И именно портрет привлёк внимание девушки. Она, нежданно для самой себя, опознала в юном князе того странного мальчика, что явился к ней в Симферополь и даже предоставил удивительные материалы! Да, это был именно он! Тут у Софьи стало тепло на душе. Она чётко помнила слова из письма мальчика. Может, просто из уважения, или даже написал правду, но это он признался ей, что как бы влюблён в неё и даже готов, если бы мог, жениться на ней! Да, нежданный гость явно сильно беспокоился за неё и помог ей вовремя исчезнуть. Сейчас Софья знала, что находилась под тайным надзором полиции, и немного оставалось до её ареста.
Но не это являлось главным! Ведь этот мальчик предоставил ей интересные материалы, которые уже легли в основу Программы Российской социал-демократической рабочей партии большевиков! И он же являлся автором русской версии «Интернационала» и другой революционный песни «Красная армия всех сильней»! Да за них юного князя навечно законапатили бы на катороу, и он, скорее всего, там же бы и умер! И ему не помогли бы все его таланты и заслуги! Ведь это же он, хоть и был столь юн, достойно проявил себя при защите Плевны и сейчас являлся и командиром болгарского, и весьма странного, Седьмого легиона!
И тут интересная мысль пронзила Софью. Ведь этот мальчик сейчас как раз и воплощал в жизнь свои мысли, изложенные в своём письме, переданного ей! Он учился воевать и готовился! Вряд ли мальчик поменял свои убеждения? Ему приходилось тщательно их скрывать. И сейчас именно Софья стала обладательницей столь важной тайны! И она собиралась тщательно её хранить.
Правда, у неё всё же появилась одна интересная мысль. Она уже знала, что про мальчика писали в газетах всякое, в том числе отмечали, что он воевал умело. Да, его Седьмой легион состоял из болгар. Но в РСДРПБ состояли люди самых разных национальностей, и у её Председателя на примете имелись и достойные члены партии, в том числе и из болгар. Так что, она решила чуть позже встретиться с одним из них и дать ему важное партийной поручение! Это надо и партии, и, главное, народу Российской империи!
* * *
После ухода гостей мы с тётей Юлией занялись своими делами согласно ранее намеченным замыслам. Мы чувствовали, что нам немного осталось прохлаждаться в Одессе. Хоть Седьмой легион состоял из болгарских добровольцев, сейчас он являлся боевым подразделением в составе русской армии и, раз так, подчинялся её командованию. Так что, мы проверили личный состав.
Да, как и знали, восмерых бойцов придётся оставить – четыре парня и столько же девушек. Три парня и две девушки там ходили с трудом. Жаль, но Пенка и Румяна тоже не совсем поправились. Я решил оставить старшим этой группы Стояна Димитрова, разведчика, получившего ранения и во время разведки, и при нападении на обоз. Вот он чувствовал себя лучше всех. Остальных семерых я записал в санитарную центурию. И ухаживать за ними оставались два парня и две девушки, уже во главе с Георгом Тетраковым. Ему было двадцать шесть лет, и он хотел стать врачом. Оставались и двадцатилетний одессит Кирилл Петракис, так как он хорошо знал город, ещё Нелли и Мира. Всех остающихся мы вооружили револьверами. Приглядывать за ними пока будут казаки, закреплёные за нами.
А остальные легионеры были заняты проверкой и упаковкой имущества. Чтобы, если надо, тронуться в путь немедленно.
Вот вечер мы отвели отдыху, конечно, музицированию. Да, я и сам, чтобы разработать руку, сыграл на гитаре «Золушку» и «Мечту» и, раз мы в Одессе, спел «Шаланды полные кефали» и «Ах, Одесса, жемчужина у моря…». И тётя Юлия порадовала всех, исполнив тоже «Золушку», но уже песню, и «Звёздное лето». Да, и сами болгары спели нам штук пять своих болгарских песен. Так что, отдохнули хорошо. Все разошлись спать довольными.
А утро у нас началось с сюрприза! К нам прибыли и Вениамин Серафимович, и Даниил Милославович, но, главное, Владимир, уже сотник, в сопровождении пары корнетов, хотя, тех же улан и даже мне слегка знакомых! Видел я их в Петербурге у них в полке, правда, как звали, не знал. Это оказались граф Иван Богужинский и князь Василий Шуйский, ну, пока лишь сыновья своих важных отцов. Им и было лишь по девятнадцать лет, и они являлись ровесниками Владимира. Может, были чуть младше? Просто не успели повоевать, и оттого отстали в званиях. И все трое сразу же передали мне письмо от генерала-майора Эттера, своего командира. Это явно для того, чтобы я ненароком не возмутился.
– Князь Борис, – сразу же начал Вениамин Серафимович, не дав мне даже поговорить с Владимиром, – получено предписание из Ставки Главнокомандующего передать кураторство над Седьмым легионом сотнику Шереметеву. Вы же вместе в Плевне воевали, и он был там Вашим помощником, так что, думаем, что у Вас особых претензий к подпоручику не должно быть. А Вы, так и быть, согласно ещё давнему распоряжению Великого князя Николая Николаевича, должны вернуться домой и продолжить обучение в своей гимназии. Вы и так, хоть и не вышли возрастом, внесли весомый вклад и в защиту Плевны, и создали и развили легион. Ещё, князь Борис, Ваши умения и способности нужны нашей империи, поэтому Вам лучше закончить обучение в гимназии, а потом обязательно надо пойти учиться далее. И примите, пожалуйста, личные благодарности от Владимира Васильевича и Николая Александровича за большую помощь городу. Вы за короткий срок и много всего изобрели, и помощь госпиталю оказали, так и сами воинами легиона занимались. Жители Одессы ещё долго будут вспоминать Ваше пребывание в нашем городе.
Ну, я и на самом деле не имел никаких претензий к Владимиру. Уж он лучше всех будет там управлять. Жаль, что меня отстранили от управления легионом, но это и ожидалось. В ответ и я рассыпался в любезностях. Хоть все слова и являлись лишними, но формальности надо было соблюсти. А далее я подал руку Владимиру:
– Владимир, я и сам лично, и мы все тут сильно рады, что ты тоже остался в живых. Хоть всё было нежданно, и легион понёс большие потери, но мы выдержали и смогли отразить это нападение. А так, у меня лишь просьба – достойно управлять легионом и беречь жизни его бойцов. Они ещё нужны Болгарии!
Ну, тут сотник спокойно ответил:
– Борис, обещаю! Мы приложим все свои умения, чтобы легион и далее действовал столь умело, как ранее.
Но Вениамин Серафимович всё-таки слегка расстроил и меня, и легионеров. Продолжение его речи нас всех сильно удивило:
– Должен заметить, князь Борис, что, согласно предписанию, запасной центурион должен отправиться в Систово уже сегодня вечером. Вы об этом не знаете, но легион ещё семнадцатого августа выдвинут к Ловче и сейчас, скорее всего, находится там. Там идут тяжёлые бои и собраны все имеющиеся резервы. Сами понимаете, что это военная необходимость. И позвольте передать вам всем письма легионеров. Жаль, но они дошли лишь сейчас.
Да, похоже, что Димитрий и легионеры решили отправить нам письма через командование. Аркадий так ничего и не принёс.
– И ещё, князь Борис и Юлия Петровна, в особом вечернем поезде, отправляющемся в Москву, для вас и всех ваших людей оставлены места. Ничего оплачивать не надо, всё за счёт города.
Ну, надо же, и нас решили сразу же сплавить из Одессы! Вроде, и благодарность мне объявили, и грамоты об этом дали, но мы тут явно достали и городские власти, но больше высшее командование. Ну, артачиться не будем, конечно, поедем.
– Э, спасибо, Вениамин Серафимович. Мы рады! Да, мы все сильно соскучились по дому и своим родным.
Так что, на этом официальная часть завершилась. Тут Владимир ещё раз представил нам своих друзей:
– Борис, Юлия Петровна, граф и князь мои помощники. Они назначены инструкторами по стрелковой подготовке и штыковому бою. Иван был одним из лучших стрелков полка, а Василий хорошо фехтует и неплохо знает штыковой бой. Легионом и далее будет командовать легат Живков, центурионы Онассис и Осокин. Все назначения, сделанные тобой, меняться не будут.
Ну, тут вопрос сложный. Так можно сразу же нарваться на неприятие легионеров. Тем более, Владимир и сам был в неплохих отношениях почти со всеми из прежнего состава. Те, кто его знал, сразу же заулыбались при его виде.
А далее мы с подпоручиком немного поговорили о том, что с нами было после полученных ранений.
– Я, Борис, тоже не знал, как завершился бой. Пришёл в себя перед Систово. И нас, раненных офицеров, сразу же отправили в Бухарест, а через неделю – уже в Киев. Я написал несколько писем Арине Васильевне и Александре. И они мне отвечали. У вас дома всё хорошо. – Ну, что там дома, я и так знал. – А меня, вот, повысили в звании и наградили орденом Святого Георгия 4 класса.
Ну, я искренне порадовался за Владимира. Он всё же военный, и для него звания и награды много значат. Нет, я тут, в Одессе, тоже написал описания подвигов воинов легиона, и тётя Юлия отнесла их градоначальнику, но дадут ли им ход, мы не знали.
А далее завертелось, закрутилось. Как обычно, началась сдача и приём дел. Владимир был не просто сильно удивлён, а поражён полученным «наследством»:
– Э, Борис, тут много всего. Так просто и не освоишь.
– Ну, бойцы и сами многое освоили и, если что, подскажут. Постепенно можно ко всему привыкнуть.
Хорошо, что мы с тётей Юлией заранее подготовились. Поэтому приём имущества новым куратором легиона долго не затянулось.
Тем не менее, бойцам надо было срочно готовиться к дороге. И нам всем предстояло расставание, может, и на всю жизнь. Легион уже и так на фронте, запасная центурия тоже к нему присоединится, и что там будет с бойцами, одному Господу известно! Конечно, сразу же начались ахи и охи, ещё и слёзы, тем более, у женщин. Их у нас тут и больше двух десятков, и половина отправится на фронт.
Конечно, Аркадий сразу же отправил в город пару парней. Нам и доехать до вокзала требовалось, так и вывезти большую часть имущества. И чуть позже к нам подъехали аж три десятка подвод. Приехал сам Абрам Самуилович, вместе с Самуилом.
– Князь Борис, Руфина будет ждать на вокзале. Она поедет одна. И вещей возьмёт немного. Что надо, купит в Санкт-Петербурге.
– Не беспокойтесь, Абрам Самуилович. Лучшие вещи во всей Российской империи шьют в нашей мастерской. Можете и за деньги не беспокоиться. Руфина будет обеспечена как принцесса!
Конечно, раз такое дело, мы вместе с тётей Юлией и Абрамом Самуиловичем обсудили все наши дела. Так-то, мы уже вчера всё решили, а сейчас просто наметили дела на будущее.
– Если начнутся поставки станков, сразу же запрашивайте и оборудование для велосипедный фабрики. Главное, начать собирать, а количество мы наберём потом. Если освоите велосипеды, то позже, Абрам Самуилович, они потянут за собой и многие другие машины. Вот это и имейте в виду. Если заложите основу, то далее будет легче. И, конечно, мы будем надеяться на долгое сотрудничество.
