Текст книги "Эфор Галактики (СИ)"

Автор книги: Анатолий Дроздов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

– Считаю до трех, – сообщил тот же голос. – Раз...

– Не надо! – крикнула Наталка. – Я сдаюсь.

– Оружие бросить, руки вверх. Выходи!

Наталка поставила винтовку и побрела к выходу. Перед проемом подняла руки и шагнула в коридор. Ее тут же схватили, завели руки за спину. Держали – не шевельнешься. Двое в бронежилетах и касках стояли напротив. В руках – короткие автоматы.

– Наручники! – приказал один из них.

На запястьях Наталки застегнули браслеты. Оперативники опустили оружие. Один скользнул в комнату.

– Товарищ майор!

Главный – тот, что командовал, заглянул в комнату.

– Ага! И почему я не удивлен? Хорошая винтовка!

– Не моя! – выкрикнула Наталка.

– Это ты следователю скажешь, – сказал главный и кивнул оперативнику: – Увести! И зови экспертов...

***

Скандал с Бейли имел следствие. «За нами следят, – сообщил Мозг, – позади – черный „фольксваген“. Едет, пропустив две машины».

"Уверен?" – спросил я.

"Они и вчера были, – хмыкнул Мозг. – Вели нас от офиса. По видеокамерам срисовал. Теперь сопровождают обратно".

"Кто, выяснил?"

"Номера у них левые, в базе ГАИ их нет".

"Ладно..."

У делового центра я помог выйти Марине.

– Иди! Я скоро.

Она кивнула и скрылась в дверях. Мозг передал картинку. "Фольксваген" свернул на стоянку и встал у выезда. Внутри двое. Я забросил рюкзак за спину и пошел к ним. Пассажир, сидевший рядом с водителем, поднял стекло. Я постучал в него пальцем. Стекло поползло вниз.

– Здравствуйте! Меня зовут Николай. А вас?

– Гена, – сказал пассажир. – А это Кирилл, – он кивнул на водителя.

"Врут!" – сообщил Мозг.

– Зачем следите за мной?

Пассажир с водителем переглянулись.

– Давно заметили? – спросил "Гена".

– Вчера.

– Однако! – он покачал головой.

– Я жду ответа. Или звонить в милицию?

– Не нужно, – сказал "Гена". – Сами скажем. Вам не о чем волноваться. Мы – ваша охрана. Велели присмотреть.

"Не врет!" – подтвердил Мозг.

– Кто велел?

"Гена" помялся, полез в карман и достал красную книжечку. Раскрыл ее перед моими глазами. КГБ? Ожидаемо. Странно, что появились только сейчас. Могли и раньше – я тут наследил.

– Хорошо! – кивнул я. – Есть предложение. Что вам жариться в этом гробу? – я хлопнул по крыше "Фольксвагена". – Поднимайтесь в офис. Там прохладно, можно перекусить, выпить кофе. К часу привезут обед.

– Не положено, – покрутил головой "Гена". – Там ваши сотрудники. Нам светиться нельзя. Если на то пошло, возьмите номер телефона, – он протянул мне листок. – Звоните, как будете выезжать. Еще лучше сообщить график на день. Кофе мы и сами попьем – термос есть.

– Договорились! – согласился я.

Так и пошло. Утром я звонил по указанному номеру, сообщал график на день. Нас сопровождали к садику и обратно, затем – к офису. Домой – соответственно. Если днем требовалось отскочить по делам, снова звонил. Парни вели себя незаметно. Не знал бы, не догадался. Так продолжалось с неделю. А потом позвонили они.

– Есть разговор, Николай Валерьянович, – сообщил "Гена". – Спуститесь к стоянке.

Я вышел во двор, подошел к знакомой машине.

– Садитесь! – предложил "Гена", опустив стекло.

Я звлез на заднее сиденье.

– Знаете ее? – он протянул мне лист.

Я всмотрелся в фотографию. Молодая женщина, довольно симпатичная. А вот взгляд неприятный, холодный.

– Не видел.

– Уверены?

– Абсолютно.

– Следит за вами, – сообщил Гена, забирая листок. – Мы подумали: что-то личное. Но раз так... Будьте в офисе до окончания рабочего дня. Договорились?

Я кивнул, и они уехали. Ближе к вечеру меня попросили спуститься. На заднем сиденье "Фольксвагене" сидел незнакомый мужчина. На вид – лет сорока.

– Сергей Михайлович, – представился он. – Есть неприятная новость. Мы провели тайный обыск у известной вам дамы. В квартире обнаружено оружие – снайперская винтовка и патроны к ней. Навели справки у хозяина жилья. По его словам, дама прибыла из Украины, якобы беженка.

– Задержали ее?

– Принято решение не спешить. Если взять сейчас, то обвинение в незаконном владении оружием. Но там статья максимум до семи лет. Причем, столько не дадут. На суде скажет, что винтовку нашла и взяла сдуру. Простите глупую. Адвокат научит. Обязательно влезет пресса, МИД Украины, – он сморщился. – Дадут года три. Отсидит половину – и на свободу. А она приехала убивать. Надо взять с поличным. Тогда срок вплоть до пожизненного. В первом случае она промолчит, во втором придется колоться. Нужно выяснить, кто заказал.

– Что требуется от меня?

– Слушать нас. Согласны?

Я кивнул.

– Тогда до свидания. Вам позвонят.

Позвонили утром и велели не выходить. Мы остались в квартире. Аля обрадовалась. Не нужно идти в садик и можно поиграть с Мозгом. Марина удивилась, я объяснил. Она побледнела и кивнула. Второй раз Сергей Михайлович позвонил после десяти.

– Взяли, – сказал в трубку. – Все как рассчитывали. Живите спокойно, охрану сняли. До свидания.

Через пару дней меня пригласили в КГБ. Я отправился на метро – так быстрее. В бюро пропусков предъявил паспорт, взял бумажку. На вахте офицер в форме подсказал, как найти кабинет. В нем ждал Сергей Михайлович.

– Присаживайтесь! – он указал на стул. – Хочу кое-что сообщить. Снайперша раскололась. Кстати, известная фигура, у россиян к ней счет. Просят экстрадировать, но мы пока думаем. Ваше убийство заказал Ричард Бейли из ЦРУ. Вы с ним поссорились на приеме. Удивлены?

Я кивнул.

– Чем вы ему насолили? Понятно: не нашли общий язык. Схватили его за ворот, обозвали шпионом. Но за это не убивают. Не хотите объяснить?

Я развел руками.

– Чего-то похожего я ждал, – вздохнул хозяин кабинета. – Что предлагал вам Бейли?

– Работать на ЦРУ.

– А конкретно?

– Не сказал. Предложил переехать в США. Обещал деньги, карьеру.

– В США? – собеседник задумался. – Не здесь?

Я покрутил головой.

– Странно, – сказал он. – Вы о чем-то умалчиваете. Почему?

– Не моя тайна. Вернее, не только моя.

– А чья?

Я указал пальцем на потолок:

– Можете проверить.

– Есть сферы, куда нельзя даже нам, – вздохнул он. – Но как американцы пронюхали? Вот ведь сволочи! Лезут во все щели. Мы им устроим! Созовем пресс-конференцию, проведем показательный процесс.

– Не стоит, – посоветовал я. – Отбрешутся. Сделают большие глаза, дескать, знать, ничего не знаем. Какой снайпер? Поссоримся с ними и Украиной. И так отношения не очень. Нарвемся на ответные меры. Будут хватать наших туристов, обвинять их в шпионаже.

– Пожалуй, – согласился он. – Прецеденты есть. Спасибо за совет. Вы профессионал в пиаре, вашему мнению я доверяю. Рекомендуете не поднимать шум?

Я кивнул.

– Доложу о вашем мнении руководству. Хотя жаль. Иногда стоит забыть об обидах. Удивляюсь вам. Другой бы требовал крови.

– Я добрый.

Он хмыкнул – не поверил. Ну и ладно.

– Вас вызовет следователь, снимет показания. Рутинная процедура. Ничего важного вы не скажете. Ведь так? – он сощурился.

Я подтвердил.

– Ваш пропуск?

Я протянул бумажку. Он сделал отметку.

– До свидания!

Он протянул руку, я пожал. Все.

***

Звонок. Номер незнакомый. Но лучше ответить.

– Мистер Бейли?

– Да

– Я эфор Галактики Никлас Квали. Вы заказали убийство Ковалева?

Oh my God! Как не хочется отвечать. Но почему-то не могу.

– Я.

– Чей приказ?

– Директора Национальной секретной службы.

– Ваша роль?

– Доложил о своих подозрениях, предложил Ковалева завербовать. В случае отказа – ликвидировать.

– Почему?

– Он опасен для Америки.

– Для Америки или для вас? Я ведь объяснил на приеме. Жаль, что вы не послушали.

– Я маленький человек, мистер Квали.

– Руководитель Special Activities Division? Не смешите меня, Бейли! У вас есть пистолет?

– В ящике стола.

– Возьмите его! Немедленно. Телефон не кладите. Зажмите его между плечом и ухом.

– Слушаю, сэр!

Времени нет. Ведь говорил шефу: нельзя трогать. Это конец. Но я разведчик, а блокнот на столе. Ручка, пара строк...

– Взяли?

– Да, сэр!

Рукоять "кольта" мягко легла в ладонь. Она удобная.

– Взведите оружие и приставьте ствол к виску. Сделали?

– Да, сэр!

– Я, Никлас Квали, эфор Галактики, за организацию покушения на мою жизнь приговариваю Ричарда Бейли к смерти.

– Я не знал, что вы эфор, сэр!

– Это не имеет значения. Жмите на спуск!

Темнота...

17.

– Здравствуйте, мистер президент!

– Хай, Майк! Присаживайся. Как дела?

– So-so.

– Вот именно, Майк! Руководитель Национальной секретной службы и начальник отдела специальных операций одновременно пустили себе пули в лоб. Пресса будто с ума сошла. Мне плевать на сочинителей фейковых новостей, но у нас два трупа, и это не фейк. Почему они застрелились? Ты их довел?

– Это не самоубийство.

– Мне доложили другое.

– На спусковой крючок они жали сами. Но им приказали. Оба в момент убийства говорили по телефону. Их нашли возле тел вместе с оружием.

– Кто приказал?

– Установить не удалось. Номер абонента в телефонах не сохранился. Пропали данные и у сотового оператора. Но Дик Бейли был профессионалом, и успел записать. Вот копия странички из его блокнота.

– "Эфор Галактики"? Это кто?

– Пока не знаем. Но есть человек, который готов сообщить. Он требует встречи с вами. Говорит: информация секретная, раскрыть ее может лишь президенту. Ну, и мне с вашего разрешения.

– Кто он?

– Патрик Мур. Много лет служил в ФБР, перед уходом на пенсию занимал высокую должность. Ему девяносто семь лет, передвигается на коляске, но ум сохранил. Он сам позвонил нам и предложил помощь. Я показал ему блокнот Бейли. "Я знаю, кто этот эфор, – сказал он. – Но скажу только президенту".

– Вы ему верите?

– Да, мистер президент. Он не знал о записке. Ее вообще видели считанные люди. Я говорил с Муром. Он производит хорошее впечатление. Навел справки. Мура в ФБР считают легендой.

– Что ж... Он здесь?

– Да.

– Пригласи.

– Сейчас...

Директор ЦРУ достал смартфон и набрал номер. Спустя пару минут телохранитель вкатил в кабинет коляску со стариком. Тот был худ и жилист. Узкое лицо, изрезанное морщинами, блеклые глаза. Но взгляд их был остер и цепок. Телохранитель поклонился и вышел.

– Как поживаете, мистер президент? – сказал гость.

– Отлично, Патрик! Рад с вами познакомиться.

– Я тоже. Наконец-то Америку возглавил человек дела, а не какой-то черный болтун. Эти ниггеры...

– Мистер Мур!

– Я понял, Майк. Долбанная политкорректность. Но я старый, и мне можно. Америку сделали великой белые люди. А обезьяны... Но не буду зря отнимать ваше время. Вы доверяете Майку, мистер президент?

– Да, мистер Мур.

– Зовите меня Патриком. Так привычнее. Кабинет защищен от прослушивания?

– Разумеется. Итак, Патрик, что вы знаете об эфоре?

– Это инопланетянин.

– Мистер Мур!

– Успокойся, Майк! Я стар, но не выжил из ума. Вы помните Карибский кризис, мистер президент?

– Да. Мне было шестнадцать лет, и я учился в Нью-Йоркской военной академии. Стоял психоз. Люди строили бомбоубежища во дворах домов. Все ждали: русские вот-вот пустят свои ракеты. Слава богу, этого не случилось.

– Помните подробности?

– Сейчас уже нет.

– Пик кризиса случился 26 октября 1962 года. Положение было настолько острым, что наш министр обороны не надеялся увидеть рассвет. И в тот момент в Белый дом пришел человек. Никто его не остановил. Позже мы допрашивали охрану. Они не могли внятно ответить. Все видели незнакомца, но помешать ему не пришло им в голову. А он вошел в кабинет к президенту и говорил с Кеннеди.

– О чем?

– Это я узнал позже. Один человек, ныне покойный, поделился. Гость сказал: "Прекратите безумие! Термоядерная война уничтожит планету. Вам нечего опасаться: русские не нападут".

– Кеннеди поверил?

– Нет, конечно. О чем и сказал. Тогда гость усмехнулся: "Ни одна ваша ракета не взлетит. Можете проверить". Кеннеди позвонил в Объединенный комитет начальников штабов. Там ответили: от руководства ракетными эскадрильями поступают панические доклады. Потеряно управление пусковыми установками. Отказала электроника, причем, везде.

– Не слышал о таком.

– Об этом знали немногие. Тайну не разглашали. В один миг мы оказались безоружными перед русскими. Такое знать неприятно. Президент положил трубку и спросил гостя: "Кто вы? Чего хотите?" Тот ответил: "Я эфор. Представляю на Земле инопланетную цивилизацию, более развитую, чем вы. Мы не вмешиваемся в ваши дела – живите, как хотите. Но мы не позволим уничтожить планету. Поэтому я пришел и показал вам наши возможности. Договаривайтесь, мистер президент! Даже плохой мир лучше термоядерной войны". И мы договорились с Россией.

– Многие считают, что в ущерб себе, – буркнул директор ЦРУ.

– Возможно, – кивнул Мур. – Но вспомните про ракеты. Управление ими восстановилось, как только о договоре объявили. Непонятным образом: как пропало, так и заработало.

– Что было дальше? – спросил президент.

– Эфор ушел. На прощание сказал Кеннеди: "Не ищите меня. Я расценю это, как агрессию. И приму меры". Но Кеннеди не послушал, он был в ярости.

– Я его понимаю, – сказал президент. – Вдруг этот эфор – русский агент?

– Кеннеди так и решил. Он был молод и горяч. Гуверу приказали: "Найти!" Тот взгрел нас. Мы носились как псы на собачьих бегах. Удалось составить портрет эфора – охранники кое-что вспомнили. На вид ему было около сорока, высокий, худой, с острым лицом. Под такое описание подходят миллионы. Но Гувер не зря возглавлял ФБР. Он понял главное. Человек, который зашел к президенту, как к себе в дом, обладает необычными способностями. Он должен выделяться среди других. Нам велели искать странности в поведении мужчин, подходящих под описание. И мы такого нашли.

– Где?

– В Майями, мистер президент. Эфор жил в вилле на берегу океана. Был вежлив с соседями, но не более. Дружбы их не искал. Не держал домашних животных, что странно для американца. Никто не знал, чем он занимается. Прислуга отзывалась о нем хорошо: вежлив, платит аккуратно. Не пьет и не курит.

– Ничего необычного, – сказал Майк.

– Да, мистер директор. Но была одна странность. Этот Дик Смит, так его звали, всегда ходил с рюкзаком. Небольшим, но это бросалось в глаза. В Майями жарко. Носить в пекле рюкзак... У эфора, который посетил президента, рюкзак тоже был. Мы доложили наверх, нам приказали: "Взять!". Сотрудники ФБР окружили виллу. Я командовал операцией. Используя мегафон, предложил сдаться.

– Чем кончилось?

– Эфор вышел. В руках он нес два чемодана. Погрузил их в машину и уехал.

– А вы?

– Не могли шевельнуться! Стояли и смотрели, как он грузит вещи. Отъезжая, он остановился возле меня. Сказал: "Передайте Джону: я предупреждал. Пусть не жалуется". После чего уехал.

– Куда?

– В аэропорт, где сел в самолет. И никто не смог ответить, в какой. Понимаете, никто!

– Почему вы не помешали?

– Не могли двинуться. Стояли как соляные столбы в библии. Вокруг собралась толпа. Люди смотрели на нас и показывали пальцами. Никогда в жизни мне не было так стыдно, как в тот момент. Спустя час или более оцепенение прошло. Мы стали действовать. Однако эфор улетел. А спустя два месяца застрелили Кеннеди.

– Помню, – сказал президент. – Об этом много писали. Многие искали заговор. Поэтому, став президентом, я велел рассекретить документы следствия. Из них ясно: заговора не было.

– Да, мистер президент, – кивнул Мур. – Версий много. Я участвовал в расследовании. Присутствовал на допросах Освальда и Руби. Могу ответственно заявить: стреляли они. Но следствие не нашло ответы на поставленные вопросы. Почему Освальд убил президента? Как мог человек с его подготовкой дважды попасть в движущуюся мишень? Да еще из винтовки с ручным затвором! А зачем Руби убил Освальда? Как он проник в штаб-квартиру полиции и затесался среди журналистов? Я опытный детектив, мистер президент. Допросил сотни людей. И всегда чувствую, когда человек врет или не договаривает. Так было с Освальдом и Руби. Они словно не понимали, что сделали. И, главное, почему? Им словно приказали. Но кто? Я вспомнил об эфоре и сообщил свои подозрения Гуверу.

– Как он отреагировал?

– Накричал на меня. Сказал, что в деле все ясно. Президента убил Освальд, который жил в России, где стал "комми". Возможно, был завербован. Руби – патриот, который не простил Освальду убийства президента. Если я вздумаю проводить собственное расследование, то вылечу из ФБР.

– Что сделали вы?

– Пошел домой и напился. А что оставалось? Мне нравилась моя служба. И вдруг зазвонил телефон. Я снял трубку. "Хэллоу, Патрик! – раздалось в наушнике. – Узнал?" "Да", – сказал я. Это был эфор. Я помнил его голос.

– Что он сказал?

– Посоветовал слушать Гувера. Но как он узнал о разговоре? Мы с шефом были наедине. "Я могу подслушать любой разговор в любом месте, – сказал эфор. – Наша цивилизация опережает вашу на сотни лет. Мы многое умеем. Кое-что я уже показал".

"Зачем вы убили Кеннеди?" – спросил я.

"Его застрелил Освальд", – ответил он.

"Но вы ему приказали!"

"Навел на мысль. И помог. Но стрелял он".

"Это преступление!" – вскричал я.

"Как вы поступаете с убийцами?" – спросил он.

"Сажаем на электрический стул".

"Кеннеди виновен в смерти людей. Он санкционировал вторжение на Кубу, совершив агрессию против суверенного государства. Его политика в отношении Кубы привела к противостоянию с СССР, что могло кончиться мировой войной. А та уничтожила бы планету. Пришлось вмешаться. Я спас мир, а меня попытались схватить. Приказал это сделать ваш президент. По нашим законам нападение на эфора влечет смерть".

"Ваш законы не действительны в Америке", – возразил я.

"Не лукавьте, Патрик, – сказал он. – Если в какой-либо стране пострадает американец, вы накажете преступника. И вам будет плевать на чьи-либо законы. Это право сильного, а мы вас сильней. Так что слушайте Гувера".

"А если нет?" – спросил я.

"Вы хороший детектив, Патрик, – сказал он. – Честный и умный. Но если вздумаете мешать... Я могу приказать вам пустить пулю себе в лоб. И вы это сделаете. Сомневаетесь?"

"Нет", – сказал я.

"Тогда не заставляйте меня!" – сказал он и отключился. Что оставалось делать? Эфор не шутил. Если он убил Кеннеди... Что значит какой-то агент по сравнению с президентом? Нет, если б мне приказали... Я патриот и не пожалел бы себя. Но Гувер велел молчать. Я подчинился. Много лет хранил эту тайну. Думал забрать ее в могилу. Но услышал о самоубийствах в ЦРУ. Обстоятельства смерти указывали на эфора. Думаю, парни пытались его убить. Я позвонил в ЦРУ и спросил: не работали ли покойные по эфору. Меня пригласили, показали записку. Тогда я решил: вы должны знать. Не хочу, чтоб вы повторили судьбу Кеннеди.

– Это все?

– Да, мистер президент!

– Благодарю вас, Патрик. Майк, проводите гостя!

Директор ЦРУ позвонил. Охранник зашел в кабинет и укатил коляску.

– Ты веришь ему, Майк?

– Да, мистер президент! Мы подняли материалы. Погибшие проводили акцию. Директор приказал, а Бейли занимался организацией ликвидации человека, которого сочли врагом США.

– Кто он?

– Некто Ковалев, владелец сайта "Эксперт".

– Русский?

– Формально, да. Но в свете информации Мура... Ковалев в русском языке – то же самое, что у нас Смит. Самая распространенная фамилия. Думаю, совпадение не случайное.

– В чем провинился Ковалев?

– Помните наш самолет? Который сел в Черном море и был захвачен русским кораблем?

– Русский смог его посадить?

– Русский не мог, а вот эфор – вполне. Вспомните историю с ракетами! Это не все. Одновременно с тайных счетов ЦРУ пропали деньги. Неизвестный хакер похитил их и перевел на счета благотворительных организаций. Полагаю, покойный Бейли сумел взять след и выйти на Ковалева. Незадолго до смерти он летал в Минск.

– Не в Москву?

– Ковалев живет в Беларуси. Это маленькая страна, бедная, но спокойная. По нашим понятиям – диктатура. Но жить там хорошо. Современная инфраструктура, минимальная преступность, льготные условия для бизнеса. Идеальное место для эфора.

– Америка лучше.

– Предыдущего эфора здесь пытались арестовать. Не лучшая характеристика для страны.

– Оставим это. Что Бейли?

– Он попытался Ковалева завербовать. Полагаю, не знал, с кем имеет дело. Говорил с ним на приеме у временного поверенного. Вербовка не состоялась, зато случился скандал. Ковалев едва не побил Бейли, назвав наше посольство "шпионским гнездом".

– Непростительный провал!

– Да, мистер президент. Бейли заплатил за это.

– Он провел акцию?

– Пытался. Из Минска улетел в Украину, где, используя старые связи, нашел снайпера, женщину. Украина де-факто находится в состоянии войны. Население там живет бедно, люди привыкли к оружию. Удобное место для поиска исполнителя.

– Но почему снайпер? Грубо.

– Для ликвидации другим способом, например отравлением, нужно время. Видимо, Бейли торопился. Дал снайперу оружие, деньги и отправил в Минск, где она угодила под колпак "кейджиби". Так зовут секретную службу Беларуси. Название осталось с советских времен. Снайпера взяли с поличным, на допросе она рассказала все.

– Беларусь заявила протест?

– Нет. Временного поверенного вызвали в местный МИД. Там предъявили показания арестованной. Естественно, поверенный все отрицал. Ему ответили, что МИД не станет заявлять официальный протест. А вот Бейли закрыт въезд в страну.

– Он ему не понадобится.

– Увы, мистер президент.

– Что предлагаете?

– Принести Ковалеву извинения.

– Вы с ума сошли, Майк! Русский убил наших парней, украл наши деньги, а мы просим прощения?

– Он не русский, а представитель внеземной цивилизации. И я не хочу, чтоб он позвонил вам и приказал покончить с собой.

– У меня нет оружия.

– Зато есть вертолет и борт номер один. Они могут потерпеть катастрофу. Вспомните наш самолет в Черном море. Нельзя покушаться на эфора. Он представляет внеземную цивилизацию – высокоразвитую и могучую. Что она предпримет в ответ? Пришлет космические корабли, а те сравняют Америку с землей? Нет, мистер президент! Если таков приказ, я подаю в отставку и уезжаю из США. Не хочу видеть гибель моей страны.

– Успокойтесь, Майк! Я всего лишь выказал свое мнение. Согласитесь, обидно. Мы великая страна. А тут кто-то устанавливает порядки на нашем дворе.

– Подумайте о другом. В Беларуси строят завод, где будут выпускать батареи. Легкие, компактные, огромной ёмкости. Эксперты признали их революцией в электронике. Корпорации пускают слюну. В Беларуси заявляют: батареи придумали они. Это ложь. Есть достоверные сведения: технологию подарил эфор.

– Подарил?

– Именно. Он альтруист. Вспомним деньги, похищенные с наших счетов и розданные благотворительным организациям. Эфор – источник новейших технологий, которые пригодятся Америке. С ним нужно дружить.

– А он захочет? После того, как его пытались убить?

– Это были самовольные действия двух сотрудников. Они понесли наказание. Президент США сожалеет об инциденте и приносит извинения. Приглашает эфора на переговоры. Мы можем стать первой страной в мире, установившей дипломатические отношения с внеземной цивилизацией. Как это укрепит наше положение в мире, мистер президент? Мне объяснить?

– Не язвите, Майк! Я не так глуп, как утверждает пресса. Дураки среди американских президентов случались, а вот среди миллиардеров их никогда не было. А я – миллиардер. Вы правы. Но прав был и я, предложив вам руководить ЦРУ. Будете возражать?

– Нет, мистер президент.

– Правильно. С боссом не спорят. Его можно убедить. Вы это сделали, Майк. Действуйте!

***

Смартфон зазвонил в десять утра.

– Господин Ковалев! Беспокоят из посольства США. Его превосходительство временный поверенный приглашает вас на официальную встречу.

Надо же!

– Когда сможете прибыть?

И никаких сомнений в отказе. Пиндосы... Похоже, я настолько влился в местное общество, что уже думаю, как они. А что, пиндосы и есть. Ехать? Почему бы и нет? Даже интересно. Убивать точно не будут.

– Когда поверенный сможет меня принять?

– В любое время.

Даже так?

– Буду через два часа.

Можно и быстрее, но пусть ждут. Мы люди занятые, у нас дела. Выждав нужное время, я достал из шкафа костюм. Переоделся. Пиндосы пиндосами, но наглеть не стоит. Приличия нужно блюсти. Галстук повязывать не стал – обойдутся.

– Ты куда? – заинтересовалась Марина.

– Интервью.

И ведь не соврал. На западе "интервью" – официальный разговор. Марина кивнула: езжай. Типа, разрешила. Жена...

Спустя полчаса я зарулил на Сторожевскую. Стоянки у посольства не обнаружилось. Более того, подъезд перекрывали бетонные ограждения. Вот ведь козлы! Кого боятся? Пришлось парковаться в отдалении. "Если что я им устрою, – приободрил Мозг. – Отключение всех систем и пожар в борделе".

"А бордель где?" – спросил я.

"У пиндосов, где ж еще?"

Набрался он от меня. Или я от него?

Я предъявил паспорт охраннику и сообщил о цели визита. Он, видимо, был в курсе. Буркнул в рацию. Прибежал сотрудник и отвел меня к кабинету поверенного. Тот принял сразу.

– Господин Ковалев, мне поручено вручить вам личное послание президента США.

Он протянул конверт. Я взял и отодрал сбоку полоску. Поверенный сморщился – непочтительно. А я должен прыгать до потолка? Или облобызать конверт? Перебьетесь...

Красивый бланк. Веленевая бумага с тиснением. Герб – белоголовый орел с ленточкой в клюве. Или у них орлан? Вроде, так. Ладно, текст.

"Dear mr. Kovalew..."

Дорогой? Хотя... В английском стандартное обращение. Может означать "многоуважаемый", в личном обращении – "милый". Только не думаю, что президент воспылал ко мне чувствами.

"Приношу Вам извинения за неприятный инцидент, произошедший по вине сотрудников ЦРУ..."

Ну, да, инцидент. Хотели убить – только и всего. Экая мелочь

"Их наказание мы считаем заслуженным и правомерным..."

Даже так?

"От имени правительства США приглашаю Вас посетить нашу страну для установления добрососедских отношений между нашими цивилизациями. Президент США". И подпись – большая, размашистая.

Раскусили, демоны! Интересно, как? Следов я не оставлял. Телефоны покойных и логи сотового оператора Мозг подчистил. Разберемся... Кладу письмо в карман вместе с конвертом.

– Мое правительство поручило узнать: каков будет ответ?

– Никакого. Я подумаю.

Поверенный будто лимон прожевал. Но оправился и нацепил улыбку.

– Сообщите нам о своем решение. Звоните в любое время. Вот мои телефоны.

Сует визитку. Телефоны я и так знаю, но возьмем. Политес.

– Буду ждать звонка.

– До свидания, мистер поверенный.

На улице жара. Пока шел к машине, вспотел. Снимаю пиджак, бросаю его на сиденье и сажусь за руль. Загудел мотор, из решеток обдува полыхнул теплый воздух, который сменился прохладным. Благодать!

"Все слышал?"

"Ага!"

"Где мы прокололись?"

"Это не мы. Предыдущий эфор. Желчный был человек. Повздорил с их президентом, а тот приказал его задержать. Эфор, конечно, ушел, но зло затаил. Президента убили".

Ни фига себе! Я и не знал.

"Это было в документах".

"Ты не говорил".

"Не счел важным. Давно было. Но в США помнят. А еще Бейли успел написать слово "эфор".

"Точно знаешь?"

"Подслушал разговор с президентом. К нему директор ЦРУ приходил. Они, правда, глушилку включили, – Мозг хихикнул. – А смартфоны в карманах. Как дети, честное слово!"

"О чем говорили?"

"О тебе".

"Как вышли?"

"Бумаги покойных. Я подчистил следы, но бумаги жечь не умею. А еще объявился старик, который работал по предшественнику. Встречал лично, знал о его миссии. Они связали концы".

"Почему не сообщил?"

"Зачем? Опасности нет".

Разбаловал я его. Лишить, что ли, конфет?

"Но-но!"

"Что теперь?"

"Ничего. Они боятся тебя".

"Нас".

"Обо мне не знают. Считают крутым только тебя. Абыдно", – Мозг хихикнул.

Я вздохнул. Нашел время шутить.

"Чепуха, босс, прорвемся! Год пребывания на Земле подходит к концу".

"Могут продлить".

"Вряд ли. Не забыл, что идет война с кваргами? А это потери. В том числе и среди эфоров".

"Их берегут".

"Тем не менее, они гибнут. Редко, но бывает. Понадобимся. Ставлю шоколадку против бутылки колы, что нас отзовут".

"Шоколад съешь ты, колу выпьешь тоже, а мне что?"

"Чувство глубокого удовлетворения".

"Жулик!"

"От такого и слышу!"

Вот и говори с ним! Самомнение так и прет. А сам снайпера прозевал.

"У нее не было телефона. Телекамера на деловом центре стройку не захватывает. Я не волшебник".

Этот отопрется...

"Да что ты, в самом деле! Все хорошо. Вспомни о девочках!"

Я о них всегда помню...

18.

Принцы на Золушках не женятся. Жизнь – не сказка.

Марина была в этом уверена. Их с Полей растили бабушки. Родители девочек разбежались – да так, что забыли о дочерях. Бабушки тащили внучек на свои пенсии. Денег не хватало. Одевались девочки скромно, модных гаджетов не имели, из-за чего мальчики не обращали на них внимания. Возможно, поэтому сестры учились хорошо. Поступили в университет: сначала Поля, затем – Марина. Получали стипендии, причем, повышенные и специальные. Не пропускали лекций, занимались дома. А что оставалось? Это однокурсники жили весело. Ходили в клубы, модно одевались, приезжали в вуз на личных автомобилях. Девочки брали реванш на сессиях. Преподаватели ставили им "десятки", руководство вуза ценило. В общежитии сестры жили в одной комнате. Распределили их в Минск – обеих. У отличников есть право выбора.

Бабушки завещали внучкам свое жилье, рассудив, что у каждой будет своя квартира. Но жить в областном центре сестры не захотели. Квартиры продали, купив взамен двушку в Минске. В большом городе больше возможностей, да и жить в нем интересней. Так сказала Полина. Квартиру оформили на нее. Марина не возражала – сестре она доверяла. Поля переехала в двушку, Марина осталась в общежитии. Так было удобнее для учебы.

Парней у сестер не было. Где их взять? На курсе? Так бухгалтер – профессия женская, на курсе сплошь девочки. На других специальностях парни есть, но их мало. За них бьются, нередко – в прямом смысле. Побеждают в боях богатые. Парни не дураки. Кого выбрать: дочь состоятельных родителей или сиротку? Ответ очевиден. Вот тогда Марина и сделала вывод: принцы не для нее. Это мнение укрепил пример сестры. Ее ухажер, Гриц, был слишком красив. В его словах была фальшь, о чем Марина предупредила сестру. Та отмахнулась. Дескать, тебе ли судить? Что понимаешь, мелкая? Скажи, что завидуешь.

Марина обиделась. Она не завидовала – хотела помочь. Зачем так? Марина уехала в общежитие и перестала звонить Поле. Та тоже не звонила. Марина переживала. Сестра – родной человек, ближе нет. Но появился чужой – и о ней забыли. Как же так?

Сестра позвонила спустя несколько месяцев. Плача, рассказала о ссоре с парнем. Марина немедленно прилетела. Какая обида, если такое? Вместе они решили: Поле – рожать. Ребенка поднимут. Марина получит диплом и будет работать. Зарплата, плюс пособие Поли – жить можно.

Так и сделали. Марина переехала к сестре. Племяшка родилась – чудо. Тетю она звала "Ма", что означало "Марина", сестру – "По". Полина смеялась: "Мама ей ты". Затем Аля пошла в садик, Поля вернулась на работу. Жить стало легче. Две заплаты – неплохо.