Текст книги "Невеста для Громова. (Не) буду твоей (СИ)"

Автор книги: Анастасия Сова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)

Невеста для Громова. (Не) буду твоей
Анастасия Сова

Глава 1

Катя

– Я не стану! – кричу.

Я настолько шокирована, что даже слез нет.

Лишь крик протеста, который тут же застревает комком в горле.

Просто не верю, что родители способны вот так запросто разрушить ВСЕ мои планы на жизнь!

– Давайте, мы все успокоимся, – предлагает мама.

Это отец человек жесткий, а она мягкая. Всегда пытается решить проблемы миром. Вот только то, что предлагает отец, вряд ли получится хоть как-то сгладить.

У меня буквально уходит из-под ног земля. Ведь по лицу отца я понимаю – все решено, и пути назад не будет.

– Вы не можете все у меня забрать! – выпаливаю в отчаянии.

– Твое замужество – дело решенное, Катя, – отец стоит на своем, и делает это, не щадя моих чувств. – Так будет для тебя лучше, и ты потом это поймешь. Еще и спасибо скажешь.

– Мам?! – перевожу взгляд на мамочку. Ищу поддержку.

Только теперь мои губы начинают дрожать. Но я не позволяю себе заплакать. Зарыдаю – сдамся.

А сдаваться я не хочу. Еще поборюсь за себя. И за свою свободу.

Кажется, все только начало налаживаться. Володя предложил мне встречаться, и мы ходили уже на два свидания. Вчера он нарвал цветов на клумбе у бабы Маши, и подарил мне, дурачок. А та потом так кричала, что, кажется, слышали даже на другом конце поселка.

Бросаю понурый взгляд на букет, что значительно поник со вчерашнего вечера.

– Катюш, ты только представь, какие горизонты тебе открываются! – откликается мама.

А я не понимаю… Она что, на его стороне? Отказываюсь в это верить! Просто отказываюсь!

– А здесь, в поселке, делать нечего. Никакой перспективы.

Мотаю головой.

Это конец!

Никто из родителей меня не слышит!

– А как же Володя? – спрашиваю так, будто это мой последний аргумент, а родители его обязательно примут.

– Лесом пойдет твой Володя! – раздражается отец. – Шпана местная и тебе не пара!

– А это уже я буду решать! – справляться с эмоциями больше не получается!

Сейчас же побегу к своему жениху, и пусть увозит меня отсюда!

Направляюсь к выходу из дома, больше не думая ни о чем.

Пробегаю через двор к калитке и в спешке оборачиваюсь, чтобы убедиться, что никто за мной не гонится, как вдруг со всего размаху врезаюсь в… крепкое мужское тело.

Мужчина тут же обхватывает меня за талию, не позволяя отскочить назад, как мячику.

Его прикосновение такое уверенное и властное, а еще очень горячее. Меня мгновенно точно током прошибает. По телу проносится непривычная волна жара.

Наверное, правильно было в этот момент вырваться из его рук.

Прекратить все.

Закричать, может быть… потому что, где это видано, чтобы девушку вот так лапали незнакомые руки средь бела дня?

Но у меня почему-то не получается хоть что-то сделать. Лишь поднимаю растерянный взгляд на незнакомого мужчину, что так нагло и довольно жестко прижимает меня к себе.

Смотрю на него.

И что-то странное происходит в этот момент… его близость, она… будто заполняет собой все пространство и вытесняет воздух, не давая больше дышать.

– Извините… – пищу я, понимая, что оказалась в какой-то дурацкой и не очень приличной ситуации.

А если кто-то из местных увидит? И расскажет Володе?

Вот только мужчина не отвечает. Он молчит, внимательно меня разглядывая, и вся эта тишина заставляет меня занервничать.

Почему не отпускает?

И почему его крупные ладони на моей спине так ощутимо жгут кожу сквозь сарафан?

Сглатываю странное волнение внутри.

Я успеваю разглядеть незнакомца. Его широкие плечи, крепкую шею, покрытый жесткой щетиной волевой подбородок и темные глаза, что буквально буравят меня, не отрываясь.

И кажется, что он так близко ко мне, что я даже могу почувствовать на себе его горячее размеренное дыхание.

Мое же сердце в этот момент колотится так сильно, точно сошло с ума. Кажется, еще секунда, и оно выскочит наружу.

Особенно тревожно становится, когда я сдаю свое волнение, жадно глотнув воздух.

Цепкий взгляд мужчины тут же опускается на мои приоткрывшиеся губы и замирает там.

Низ живота почему-то болезненно скручивает в этот момент, ведь я ощущаю пристальный взгляд физически, как удар тока, от которого лишь сильнее нарастает напряжение в животе. Такое непривычное, но сладкое.

От волнения закусываю губу, и вижу, как взгляд мужчины темнеет, отчего мои щеки тут же вспыхивают жаром. А вдох оказывается непозволительной роскошью.

Сколько времени проходит, я даже не знаю.

Секунда?

Вечность?

А потом он вдруг отпускает меня, заключая:

– Нужно быть осторожнее.

Появляется странное желание обнять себя руками. Защититься или… просто вернуть своему телу утраченное тепло.

Мужчина же, в явно дорогом и отлично сидящем на нем костюме, направляется в сторону нашей калитки.

Но мне сейчас не до него. Мыслями возвращаюсь к своей беде.

Это ужасно!

Выйти за чужого человека, без любви… с чего родители вообще взяли, что я буду с ним счастлива?

А что, если он урод? Или абьюзер какой?

С этими мыслями добегаю до дома Володи.

Калитка оказывается открытой, и я шмыгаю сначала на территорию, а потом и в дом.

Своего парня нахожу в передней. Он играет в приставку.

– Катька?! – удивляется Вова, совсем чуть-чуть повернув на меня голову. Не может полноценно отвлечься от игры. Но он просто еще не знает! – Ты чего здесь? Мы же вечером договаривались…

– Я замуж выхожу, Володь, – сообщаю ему, и внутри все переворачивается. Даже просто от этих слов.

– Чего?! В какой смысле? – этот придурок так и продолжает пялиться в телик.

Он вообще слышит, что я сказала?

Приходится пойти на наглость и встать прямо перед его носом, загородив экран.

– Катя, блин!

– Вов, ты не слышишь что ли?! Меня родители замуж хотят отдать!

Надеюсь, теперь станет чуть яснее!

– Так мы же… рано нам пока…

– Не за тебя. За другого.

Приходится объяснить все, а пока рассказываю, от обиды начинаю плакать.

Нельзя так поступать с людьми. Почему родители так жестоки?

Володя прижимает меня к себе, чтобы успокоить. А мне как-то некомфортно. Все еще ощущаю прикосновения того мужчины, что к нам приехал. Будто он до сих пор держит меня в своих крепких руках, и на мне остается его пленяющее тепло.

Не знаю, можно ли назвать предательством такие мысли?

– Увези меня куда-нибудь, Вов?! – предлагаю, подняв на него свои влажные глаза. – Давай сбежим? Вместе…

– Ээ… Да, куда мы сбежим? – вид Вовы потерянный и сильно сомневающийся. – Это надо знать куда бежать. Просто так не получится. И деньги нужны. А как остальные? Бросить всех?

– Ну, как ты не понимаешь?! – вспыхиваю я. – Не уеду – меня замуж отдадут! Ты же говорил, что любишь! А раз любишь, – спрячешь и укроешь от чужого мужчины!

– Точно! – вдруг подскакивает со своего места. – Спрячем тебя.

– Где спрячешь? – не понимаю его. – У тебя дома меня точно найдут. А в сарае прятаться не буду.

– Да, какой сарай? – Вова хватает меня за плечи. – В дом бабы Шуры два года уже никто не приезжал после ее похорон. А внутри там нормально. Мы тебя там поселим. Я еду буду тебе таскать. Посидишь, не будешь высовываться и на глаза показываться. И свадьбы никакой не получится.

Не совсем то решение, которое мне представлялось, но пока можно поступить и так. А потом что-нибудь придумать еще.

И когда мне уже кажется, что все вот-вот должно закончиться, в дом вваливаются две здоровенные детины.

– Екатерина, – вполне вежливо обращаются они ко мне, но вид у них такой, что нутро все равно сдавливает, – вам нужно пройти с нами. Захар Вадимович ждет. А ждать он не любит.

– Я никуда в вами не пойду! – заявляю уверенно. Вова же сейчас за меня вступится? Он же не для мебели тут рядом сидит?

– Это не обсуждается, – отвечают мне.

– Вы кто такие? – Володя, наконец, выходит вперед. – А, ну, вон из моего дома!

– Советую тебе сидеть тихо, – обращается к нему один из верзил. – Тогда не пострадаешь.

– Какого, блин, хрена?! – мой парень, раззадоренный этим словами, бросается на амбразуру. Он такой у меня – задиристый и вспыльчивый немного.

Но ничего не получается. Одно движение руки громилы, и Вова оказывается на полу.

– Отдохни пока, пацан, – заключает мужик, пока я в ужасе закрываю рот ладонями. – Димас, грузи девчонку в тачку.

Глава 2

2

Катя

Увиденное заставляет меня закричать от ужаса.

Бросаюсь к своему парню, что корчится сейчас от боли на полу, но меня ловят чужие сильные руки. Не позволяют даже приблизиться.

– Отпустите меня, уроды! – кричу и вырываюсь.

Но на деле я просто бестолково болтаю в воздухе ногами, пока меня уносят все дальше от Володи, а потом и вовсе вытаскивают из дома.

Конечно! Этот громила такой огромный, что ему не составляет даже толики труда сделать это со мной.

– Екатерина, успокойтесь, пожалуйста, – просит он меня, даже не запыхавшись. – Я не хочу случайно сделать вам больно.

И эти его слова, с уважением и какой-то своеобразной заботой, никак не вяжутся с тем, что в реальности между нами происходит. А это самая настоящая борьба!

Второй бугай остается в доме Володи. Надеюсь, он его там не добивает. Но, на всякий случай, когда мы оказываемся на улице, я принимаюсь кричать во все горло:

– Помогите! – в надежде на то, что кто-то из односельчан откликнется и не позволит творить такой беспредел средь бела дня в нашем поселке.

Вот только люди словно вымерли. Как назло!

Вдали замечаю тетю Люду с внучкой, но те лишь боязливо удаляются от нашей шумной компании. Еще бы! Да тут несколько крепких мужиков понадобится, чтобы такого завалить! И то не факт, что получится!

Уже возле калитки мне каким-то чудом удается вырваться. Но буквально на секундочку, за которую я только и успеваю – расцарапать щеку шершавой доской.

– Ай! – кричу.

На глаза наворачиваются слезы. От обиды и разочарования в себе.

Внутри клокочет бессильная ярость.

– Этого еще не хватало! – злится охранник, замечая выступившую на моей щеке кровь.

Он захватывает меня еще сильнее, теперь лишая любой возможности сопротивляться. Заталкивает в машину.

Вижу, как из калитки выходит второй мужчина. Володи не видно. Надеюсь, он хотя бы жив.

– Помогите! – все еще реву через закрытое тонированное стекло. Но, кажется, что оно попросту впитывает все звуки.

Большая, просторная машина трогается с места, поднимая за собой дорожную пыль, и увозит меня против воли.

Оглядываюсь, чтобы посмотреть, не выбежал ли мне на подмогу мой парень, но изображение уплывает в заливших глаза слезах.

– Возьмите платок, – сквозь свои всхлипы слышу глухой мужской голос.

Поворачиваюсь на него и вижу, как один из охранников передает мне упаковку бумажных салфеток.

– Кровь хотя бы сотрите. Вот же не хватало! – добавлять он тут же, но уже тише, потому что последние слова предназначаются не мне.

В пути мы проводим пару минут. Поселок у нас небольшой, можно пешком вдоль и поперек обойти за короткое время. А мой дом совсем близко находится к дому Володи.

Бедный мой Вова…

– Вы же не убили его? – робко уточняю.

В ответ эти детины только хмыкают. И у меня сердце сжимается.

Кровь на щеке я все же промакиваю салфеткой. Хотя, может, и не стоило, пусть бы родители посмотрели, что заставили меня испытать.

– Надеюсь, теперь сами пойдете? – спрашивает мужик, который меня тащил, когда распахивает передо мной автомобильную дверцу.

Он подает мне руку, но я демонстративно не пользуюсь помощью. И бежать не собираюсь. Это занятие бессмысленное. Лучше еще раз поговорить с родителями. И пусть посмотрят, какой беспредел устраивает их хваленый столичный жених!

Да и где мне с таким будет лучше? Я его еще даже не видела, а уже столько неприятностей!

Но стоит мне только оказаться в доме, как сердце мое замирает.

Родители сидят за столом, а напротив тот самый незнакомец, что так неприлично прижимал меня своими руками у нас во дворе.

Так он и есть мой будущий муж?

Стоит только мужчине обернуться и увидеть меня, как он тут же произносит:

– Это что? – кивком указывает на меня. Голос очень недовольный. Даже я ежусь.

Бугаи опускают головы.

– Вырывалась, – виновато отзывается кто-то из них. – Об калитку саданула.

Взгляд у «жениха» такой, будто он готов лично сейчас всех башкой садануть. И непонятно кого больше. Бугаев или меня.

И столько власти и силы в жестах и манерах, что жуть берет. Что за страшный человек такой?

– Ей хоть восемнадцать есть? – в наглую разглядывая меня, спрашивает мужчина моих родителей.

Чего?! За малолетку считает?!

Я, вообще-то, не выгляжу, как мелкая! И фигура у меня хорошая, девчонки завидуют.

– Пф! – фыркаю, не удержавшись.

И отворачиваюсь.

Мои родители тут же уверяют мужчину в том, что я совершеннолетняя.

Ну, капец!

Как они могут обсуждать меня вот так, словно я какой-то товар на рынке. Безделушка без души и сердца.

– Иди, умойся! – бросает мне отец. – И приведи себя в порядок.

– Захар Вадимович, может еще чайку? – предлагает пока миллиардеру моя мама.

На что тот вежливо соглашается.

И все это меня дико выбешивает.

Им всем просто плевать!

Почему-то думают, что могут решать за меня! Что могут вот взять – и отдать мою жизнь кому-то без моего согласия.

Ухожу в ванну, сначала специально задев ближайшего здоровяка плечом, блин, больно об него стукнулась, а потом сильно хлопнув дверью в знак всего, что я обо всем этом думаю.

Ванну же пошла, чтобы и правда привести себя в порядок. Пусть и не хочу выходить замуж за всяких красивых козлов по приказу родителей, но выглядеть же я должна привлекательной.

Выйду красивой, и откажу. И много чего еще выскажу.

У нас в стране рабство под запретом. Я свободная женщина, совершеннолетняя, и могу уже сама за себя решать.

И только я собираюсь выйти из ванной, как проход мне загораживает наш гость.

Эти ощущения… их не сравнить ни с чем.

Моя бравада исчезает. Тут же забываю все слова, которыми собиралась кидаться, как только вернусь к родственникам и гостям. Забываю, как нужно дышать. Забываю какой сегодня день и даже вряд ли смогу назвать собственное имя.

Он ничего не говорит, просто смотрит на меня. И, кажется, за этим занятием проходит целая вечность, как вдруг со стороны передней раздается громкий возглас моей мамы:

– Горит! Захар! Ваша машина горит!

Глава 3

3

Катя

Мой «жених» сжимает челюсти и коротко выдыхает.

Я думала, сейчас он взорвется или перепугается, но на лице мужчины остается титаническое спокойствие.

Мне думается, он расстроен сейчас лишь тем, что придется прервать наше общение.

Приходится выйти из ванной комнаты на людские крики.

Через окна замечаю, как, чертыхаясь, все присутствующие выбегают из дома. Мама прикладывает ладони к щекам, а кто-то из бугаев держится за коротко стриженную голову.

Автомобиль полыхает знатно. Видимо, пламя очень быстро распространилось, и машину теперь уже нельзя спасти.

– Коля! Вызывай пожарных! – кричит мама, и отец возвращается в дом, чтобы подхватить со стола свой телефон.

Вокруг пожара сгущается людская суета. Кто-то из соседей высовывается из окон, а мимо проходящие толпятся в стороне ахая и охая.

Одна только я испытываю радость. Хотя это и неправильно. Но ведь и отдавать замуж против личного желания – тоже неправильно. А, значит, есть справедливость на этой планете. И высшие силы на моей стороне.

Быть может, этот Захар задумается и не захочет со мной связываться? Неужели, ему мало женщин в столице? Я почему-то уверена, что такой нехватки у него нет.

На секунду меня пронзает уколом ревности. Странное и непривычное чувство.

– Как вы это допустили? – рявкает на своих охранников Захар.

Меня от его голоса вновь пробирает до мурашек…

Но я вдруг замечаю скрывающегося в кустах Володю. И мне все сразу становится ясно.

Боже мой!

Когда я просила меня спасти, то имела в виду не это. Вот же дурак! Хотя, с другой стороны, на войне все средства хороши.

Вот только, к несчастью моего парня, верзилы-охранники тоже обнаруживают его присутствие:

– А, ну, иди сюда, гаденыш! – тут же соображают в чем дело громилы.

Они несутся к кустам, откуда дает деру мой Вова.

Закрываю лицо руками. Шансов у него нет, я уверена. Если даже не поймают, то запросто вычислят позже. Адрес им уже известен, да и вообще, у нас тут село, а не город, все друг друга знают. Про любой твой чих здесь уже известно на другом конце деревни.

– Все, пожарных вызвал! – возвращается в строй мой запыхавшийся отец.

Московский жених стоит молча, засунув руки в карманы. Наблюдает за горящим автомобилем.

Замечаю у него на запястье золотые часы. И вообще почему-то не могу отвести взгляда. Все глядят на происшествие, взывая и охая, а я, как дурочка, разглядываю спину бизнесмена, что приехал за мной.

Представляю почему-то, как он прижимал меня к себе, и как жгло кожу от прикосновения горячих пальцев.

С Володей я никогда такого не испытывала.

И внутри не трепетало.

И живот вот так не крутило, что хотелось глухо застонать.

Размашисто мотаю головой, чтобы выкинуть из головы эти дурацкие мысли. Я сейчас вообще не в той ситуации, чтобы чем-то наслаждаться.

– Захар Вадимович, вы только не переживайте! – берет в оборот мужчину моя мама. – Дом у нас большой, здесь всем места хватит! Или, если хотите, Коля вас отвезет?!

И пучит глаза на отца, чтобы поддержал.

Тот не сразу понимает, захваченный беспокойством и пылающим зрелищем, но все же поддакивает жене.

– Сам разберусь, – сухо отвечает им наш гость. – Сейчас вызову другую машину.

– Надеюсь, наш договор остается в силе?! – кажется, это все, что интересует папу. А я так сильно злюсь на него за это, что в груди разрастается тревога и напряжение. – Это недоразумение ведь ни на что не повлияет?

– Нет. Поджог не имеет отношения к нашим с вами делам.

Бессилие кажется таким ощутимым, что все мое тело превращается в тяжелый камень.

Всем плевать на меня.

Даже родителям.

А я то думала, что они меня любят… Что у нас счастливая и дружная семья. Что мы будем стоять друг за друга горой в любой ситуации.

Но все оказалось лишь иллюзией.

А я – товаром.

Причем, отданным за бесценок, ведь родители ничего не получат с этой сделки, как я понимаю.

Получается, единственный человек, которому тут есть до меня дело, – это Володя. Которого, кстати, прямо сейчас тащат охранники, а он едва успевает перебирать ногами.

Его бросают прямо в ноги миллиардеру, и никто из присутствующих даже ухом не ведет.

И только я не могу на это смотреть. Подбегаю к Володе и падаю рядом с ним на колени.

– Да, что вы делаете? – обращаюсь ко всем сразу. – В вас вообще что ли ничего человеческого нет?

В носу начинает щипать, и на глазах выступают первые слезы.

– Малышка, это ради тебя, – улыбается мой парень, обнажая окровавленные зубы.

Мне плохо становится.

– Знаешь, сколько моя тачка стоит, Ромео?

– Да срал я, сколько она стоит! – уверенно заявляет Вова и сплевывает кровь изо рта. – И вообще – это не я. Вы ничего не докажите!

И я в этот момент тоже поднимаю глаза на Захара. И весь его вид заставляет меня сжаться. Я ведь тоже теперь перед ним на коленях, и образ мужчины кажется отсюда еще более властным и внушительным.

Хозяин мира.

А сейчас еще и хозяин наших жизней.

– Тебя в тюрьму посадят. Ты не понимаешь что ли? – миллиардер поднимает бровь.

А у меня так сильно сжимается сердце, что больно становится и дышать нечем. Не хочу, чтобы Володю посадили из-за меня!

– Вы… вы этого не сделаете! – выпаливаю, стараясь быть увереннее, но мой голос все равно звучит забито и испуганно.

– Я нет. Судья решит.

– Дочка, да вставай уже! – ко мне подбегает мама. Хватает за плечи, чтобы поднять. Но я вырываюсь. – Чего ты защищаешь этого уголовника?

– Потому что он хоть что-то сделал, пока вы тут торговали мной!

– А, ну, замолчи! – ругает меня отец.

Он боится этой правды, потому что люди смотрят. Но мне плевать на это! Решается судьба Володи, единственного, кому до меня есть дело.

– А, ну, разошлись все! – папа, как глава поселка, грозным голосом разгоняет зевак.

– Присмотрите за ним, пока не придет машина, – отдает распоряжение своим псам Захар. – А девчонку в дом!

– Нет! – хватаюсь за Володю. – Отпустите его! – молю. – Это все из-за меня! – слезы уже не получается удержать.

– Да не ссы, малая, ничего они мне не сделают, – усмехается своим красным ртом мой парень.

– А ты вообще молчи! – меня впервые охватывает ярость, направленная именно на него. – Как ты мог такое учудить?

– Я ради тебя и не такое сделаю! – заявляет этот придурок.

– Хочешь, чтобы я от него отстал? – вдруг обращается ко мне «жених». Его взгляд темнеет, и мне становится не по себе. – Тогда тебе придется выполнить одно условие.

Глава 4

4

Катя

Не могу передать, что чувствую в этот момент. Я ведь прекрасно понимаю, чего попросит этот человек. И оттого паника липким холодом скручивает живот.

– Я согласна… – выдыхаю.

Не прощу себе, если Вова сядет в тюрьму по моей вине. Буду мучиться совестью потом всю жизнь… Хоть он и дурак, что поджег машину! Как ему вообще такое пришло в голову?!

– Я ведь еще ничего не предложил, – бизнесмен поднимает бровь с удивлением. И так смотрит на меня, что хочется сжаться в малюсенький комок под этим взглядом.

– Вряд ли есть хоть что-то страшнее, чем стать вашей женой! – выпаливаю со злостью. – Но лучше уж так, чем… – поворачиваюсь на Вову.

Поверить не могу, что мне придется пойти на такое. Что вся моя жизнь так вот запросто перевернется из-за какой-то глупости.

И дальше все как в тумане. Глаза снова застилает слезами, и я забываю, что обещала себе быть сильной. Что слабых сжирают, растаптывают и уничтожают. Просто даю волю всему, что творится внутри.

Володя что-то там кричит, рвется в бой, но его подхватывают бугаи и куда-то утаскивают. Зеваки потихоньку расходятся, или я просто не замечаю уже происходящего вокруг. Зато вижу Захара. Чувствую его ауру, что теперь окутывает меня будто с новой силой.

И, похоже, мы остаемся один на один возле догорающего автомобиля, когда мужчина поднимает мою голову за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза. В холодные, даже ледяные глаза.

– Ты очень красивая, Катя… – произносит мой будущий муж, и тембр его голоса сейчас обманчиво нежный. Словно не происходит ничего ужасного. Будто жуткая история моего неожиданного замужества мне просто приснилась.

Но я то знаю, что скрывается за всем – я стану невольницей, облаченной в дорогие тряпки. Игрушкой для олигарха, которую он сможет использовать по своему желанию. А какие у него желания я знать совсем не хочу.

И сейчас он оценивает меня как вещь. Выгодное приобретение в виде красивой мордашки.

Он точно не хочет ничего хорошего. У таких на уме всякие извращения, потому что обычная жизнь их уж не вставляет. Я про такое в интернете читала.

Иначе, зачем я ему?

Но я вновь как-то странно реагирую на эту близость. На тепло, источаемое мужчиной. Будто не испытываю неприязни, а, наоборот, жажду испытать нечто новое, неподвластное мне ранее чувство.

Оно зарождается во мне. Вспыхивает в груди и разбегается по всему телу щекочущими волнами, пока не стягивается внизу живота томительным напряжением.

По щеке скатывается очередная слезинка, и Захар смахивает ее своим горячим пальцем. Это простое, совсем банальное действие заставляет меня почему-то вздрогнуть.

– Я приеду за тобой через неделю. И на твоем месте должна быть послушная, покладистая девочка.

Мужчина вдруг выпрямляется во весь свой рост, и я вновь могу оценить его мощь и габариты. Если честно, даже не понимаю, зачем он таскает с собой эту охрану, потому что уверена, он и сам уделает любого.

Широкие плечи, уверенное, властное выражение на лице. Захар красивый, и я даже могла бы влюбиться в такого, но… при других обстоятельствах.

Он тянется в карман брюк и достает маленькую красную коробочку для ювелирных изделий. Вытаскивает оттуда кольцо с крупным камнем и протягивает мне.

А когда я отказываюсь принимать подарок, сцепив зубы, сам поднимает мою правую руку и осторожно, но уверенно одевает кольцо на правильный палец.

У меня в этот момент заканчивается весь воздух. Неужели, все? Неужели, это на самом деле происходит?

– Хочу, чтобы ты носила его, пока я не вернусь. Чтобы привыкала. А местная шпана не разевала рот на то, что теперь принадлежит мне.

Не смотрю на него. Я все еще сижу на коленях и разглядываю грунт под ногами. Лучше уж так, чем заглядывать в эти циничные бесчувственные глаза.

И на кольцо глядеть нет желания. Хотя, наверное, оно очень красивое. Мечта любой девчонки.

Но он вновь заставляет меня это делать. На этот раз жестко поднимает мою голову, вынуждая запрокинуть ее.

– Скажи, что все услышала.

– Я услышала… – подтверждаю шепотом.

Я все услышала.