Текст книги "Черные крылья, наследница пепла (СИ)"

Автор книги: Анастасия Понамарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

ГЛАВА 26. Трещина в Зеркале и Шепот Теней

Рука Ридеона. Холодная. Твердая. Реальная точка опоры в качающемся мире. Я (Оджени? Женька? Кто-то посередине?) вцепилась в нее, как утопающий в соломинку. Он рывком поднял меня. Ноги подкосились, мир поплыл. Не от слабости – от **раздвоения**. Два потока сознания бились под черепом, как пойманные птицы:

*Оджени: "Где мастер? Он дышит? Руим... Руим отвернулась? Мы прогневали ее? Эта черная дыра... это был я? Нет! Это ОНА! Та, другая! Она все испортила!"*

*Женька: "Встань, тряпка! Он живой? Отлично. Адреналин кончился... Теперь только боль. Голова... будто гвозди вбивают. Этот лорд... его рука... слишком крепко держит. Отпусти, сволочь! Москва... пароль... КАКОЙ ПАРОЛЬ?!"*

– Держись, – голос Ридеона пробился сквозь гул в ушах. Он звучал... иначе. Без привычной ледяной уверенности. С трещиной. С **усталостью**. – Иди. Сама. Я понесу его.

Он отпустил мою руку, оставив на запястьи ощущение ледяного ободка, и наклонился к Алинеру. Подхватил его безжизненное тело с привычной силой, но движения были резче, экономичнее. Как будто каждая секунда на счету. И это было так.

Остров еще дрожал, но уже не так яростно. Рев Стража Врат стих, сменившись жутким, протяжным **скулением** где-то за туманной пеленой озера. Раненый колосс зализывал раны, но не ушел. Он ждал. Или его звали. Багровый свет цитадели на горизонте пульсировал, как инфицированное сердце, отбрасывая зловещие отсветы на низкие, рваные тучи. Воздух был густым, пропитанным запахом озона, камня и... **сладковатой гнилью**. Запахом Иного.

Я поплелась за Ридеоном, спотыкаясь о неровности камня. Не о физические – о **границы** внутри себя. Шаг – и мир плывет в слезах Оджени по потерянной вере. Еще шаг – и ярость Женьки бьет в виски, требуя рационального плана, карты, хоть какого-то ориентира. Голову раскалывало. Рука, создавшая Разрыв, была холодной и чуть **онемевшей**. Как будто часть нервов просто... отключилась.

Ридеон вел нас не к краю острова, а **вглубь**, к основанию гигантской статуи Руим. Там, в тени каменных складок ее одеяний, зиял темный провал – вход в скалу, скрытый до этого от взгляда.

– Куда? – голос сорвался хрипло. Чей? Обеих. В унисон страха.

– Внутрь, – коротко бросил Ридеон, не оглядываясь. – Остров – не просто камень. Это... узел. Древний узел силы. Последний оплот против Иного. Здесь могут быть... ответы. Или ловушка. Но выбора нет.

Он скользнул в темноту, унося Алинера. Я последовала, чувствуя, как камень смыкается за спиной, отрезая багровый свет и запах гибели. Внутри пахло пылью, сыростью и... **металлом**. Старым, окислившимся. И еще чем-то... **живым**. Тонким, едва уловимым ароматом высушенных трав и... кожи?

Свет кристалла Ридеона выхватил узкий коридор, вырубленный в скале. Стены были гладкими, отполированными временем и... прикосновениями? На них проступали **фрески**. Не битвы. Не боги. **Схемы.** Странные, переплетенные линии, геометрические фигуры, мерцающие точки, соединенные нитями света, выложенными крошечными вкраплениями самоцветов. Это было похоже на чертежи гигантского механизма или... карту звездного неба, наложенную на энергетические потоки земли.

– Артефакторское святилище, – пробормотал Ридеон, его голос гулко отдавался в каменном горле. – Глубже. Должен быть центр.

Мы шли. Тоннель понижался, закручиваясь спиралью вниз. Гул Врат здесь был не грохотом, а **вибрацией** в камне, низким, постоянным фоном. Он резонировал с хаосом в моей голове, усиливая боль. Образы накладывались друг на друга:

*Оджени видела в схемах на стенах знакомые узоры мекриша, усиленные в тысячу раз, чувствовала дрожь земли как плач богини.* *Женька пыталась анализировать линии как электрические схемы или квантовые вычисления, видела в вибрации работу гигантского, сломанного механизма.*

**Разрыв.** Не только в сознании. В **восприятии**. Мир двоился. Я видела камень – и он был твердый, и он был иллюзорным. Видела свет кристалла – и он был голубым, и он был зеленоватым отблеском цитадели, пробивающимся сквозь толщу скалы.

– Остановись, – вдруг сказала я (Женька? Или Оджени пересилила страх?). – Здесь.

Ридеон обернулся. Его лицо в свете кристалла было резко очерченной маской усталости и напряжения. – Что?

Я указала на стену. Там, где спираль тоннеля делала резкий поворот, фреска была иной. Не схемы. **Лик.** Схематичный, выложенный мерцающими серебристыми точками. Женский. С закрытыми глазами и стилизованными крыльями за спиной. Руим. Но не монументальная. Камерная. Печальная. И под ней – углубление в камне. Небольшое. Как чаша. И в ней... **книга**. Тонкая. Переплет из потемневшей, потрескавшейся кожи, похожей на крыло летучей мыши. Страницы – из какого-то полупрозрачного пергамента.

– Чувствую... – прошептала Оджени во мне. – Зов... слабый... как эхо.

– Источник стабильного поля, – автоматически добавила Женька. – Энергия другая... не враждебная.

Ридеон подошел, осторожно, как к мине. Он не сразу коснулся книги. Он провел рукой над углублением, его пальцы слегка подрагивали. – Защита... древняя... но спящая. – Он посмотрел на меня. – Ты чувствуешь? Что именно?

– Боль... – вырвалось у Оджени. – Одиночество... долгое ожидание... – Стабильную частоту, – парировала Женька. – Низкоуровневое излучение. Безвредное.

Ридеон кивнул, как будто оба ответа имели смысл. Он осторожно, кончиками пальцев, коснулся переплета. Ничего не произошло. Ни взрыва, ни света. Он взял книгу. Она была легкой, невесомой. Он открыл ее.

Страницы были исписаны. Но не буквами. **Вибрирующими линиями.** Как на стенах, но тоньше, изящнее. Они переливались тусклым серебристым светом, реагируя на прикосновение. Ридеон провел пальцем по строчке. Линии замерцали ярче, сложились в **образ** в воздухе над страницей: миниатюрная, сияющая модель... **Врат**. Не просто арки. Сложнейшая конструкция из колец, сфер, вращающихся сегментов, пронизанная нитями энергии. И рядом – схема их **управления**. Узлы силы. Точки стабилизации. И... **точки уязвимости**. Одна из них горела тревожным алым светом.

ГЛАВА 27. Лабиринт Мертвых Машин и Шепот Предков

Темнота. Густая, липкая, пропитанная пылью веков и гудящая отдаленным эхом распадающегося мира. Я волочила Алинера по гладкому, холодному полу спирального тоннеля. Каждый шаг отдавался гвоздями, вбиваемыми в виски. Два голоса:

*Оджени: "Он остался... Ридеон... один... против всех... Мы бросили его! Как трусы!"**Женька: "Беги, идиотка! Его выбор! Он купил нам время! Не дай ему уйти впустую! Ищи выход! Пароль... нет, дверь! Должна быть дверь!"*

Книга. Ее твердый угол впивался мне в бок, где я судорожно прижимала ее к себе вместе с рукой Алинера. Она была **якорем**. Ее слабое, ровное тепло – единственным напоминанием, что мир не окончательно сошел с ума. Что где-то есть знание. План. Хотя бы карта апокалипсиса.

Тоннель вывел не в пещеру. В **коридор**. Широкий, высокий, с потолком, теряющимся в темноте. Стены и пол – из того же отполированного черного камня, но здесь на них не было фресок. Были **панели**. Темные, матовые, с потускневшими инкрустациями из металла, похожего на серебро и медь. В стенах угадывались очертания дверей – огромных, без ручек, с едва заметными швами. Воздух вибрировал от спящей мощи, пахнул озоном, маслом и… **застоявшейся смертью**.

*Оджени: "Святилище Предков... но оно... мертвое? Чувствую пустоту..."**Женька: "Технологии. Высокоуровневые. Энергия на нуле. Аварийное освещение? Генераторы? Ищи панель управления!"*

Я опустила Алинера у стены. Его дыхание было хриплым пузырем. Жив. Чудом. Я прижалась спиной к холодному камню, пытаясь перевести дух. Онемевшая рука висела плетью. В пальцах правой – тупая боль от волочения тела и сжатия книги. Я открыла ее, почти не надеясь. Страницы серебристых линий были тусклыми, но живыми. Я провела пальцем.

Свет вспыхнул. Слабый. Образы поплыли: не Врата. **План.** Схематичная карта этого… места. Лабиринт коридоров, залов, помечений с непонятными символами. И в центре – большая, мерцающая точка. **«Ядро. Контроль».**

*Женька: "Командный центр. Там должен быть интерфейс. Источники энергии. Возможно, связь... или оружие."**Оджени: "Сердце святилища... Осквернено ли Иным? Чувствую холод..."*

Сверху, сквозь толщу камня, донесся приглушенный **грохот**. Потом еще. Более резкий. Металлический. Битва? Или Ридеона уже… Нет. Не думать. **Беги.**

Я впилась в схему. Путь к Ядру был не прямым. Лабиринт. С отметками опасности? Тупиков? Книга показывала путь, но не объясняла препятствий. Один символ повторялся у нескольких дверей: стилизованное крыло, перечеркнутое зигзагом молнии. **«Запретная зона. Карантин».**

Я подняла Алинера снова. Легче не стало. Каждый шаг по бесконечному коридору – пытка. Тени прыгали в свете книги. Панели на стенах иногда слабо мерцали, как спящие экраны. В некоторых дверных проемах виднелись обломки – странные механизмы, похожие на гигантских металлических насекомых, разбитые консоли. Артефакторский рай. Или кладбище.

*Оджени: "Они боролись... Предки... Чувствую следы битвы... старой..."**Женька: "Технологический коллапс. Бойня. Следы энергетического оружия на стенах... и когтей? Больших когтей..."*

Я дошла до развилки. По схеме – налево. К двери с символом карантина. Она была массивнее других. На ней – не швы, а **шрамы**. Глубокие царапины, словно от когтей гигантского зверя. И темное, засохшее пятно, похожее на ржавчину… или кровь.

*Оджени: "Нельзя! Зло там! Древнее зло!"**Женька: "Единственный путь к Ядру. Запечатано, но не разрушено. Возможно, система защиты все еще активна... или то, что внутри, мертво."*

Я приложила ладонь к холодной поверхности двери рядом с символом карантина. Ничего. Я вспомнила, как Ридеон касался панелей в святилище. **Намерение.** Я сжала книгу, мысленно взывая к схеме, к Ядру. **Откройся.**

Дверь **вздохнула**. Не открылась. Отступила на сантиметр, выпустив струю затхлого, холодного воздуха. Пахло… лекарствами? И тлением. Потом снова замерла. Замок заело? Или защиты не снялись до конца.

Я толкнула плечом. Тяжело. Дверь поддалась с противным скрипом, открыв узкую щель. Я протащила Алинера внутрь и вжалась сама.

**Морг.** Мысль пришла мгновенно. Холодное, стерильное помещение. Света не было, но книга в моей руке освещала пространство слабым серебром. Ряды прозрачных… **капсул**. Как саркофаги из толстого стекла или кристалла. Внутри – силуэты. Не люди. Не стифы. Существа с изящными, удлиненными конечностями, крупными головами, закрытыми глазами. Они были похожи на древние изображения «Предтеч» – создателей артефактов. Но не спящие. **Мертвые.** Лица искажены последней агонией, на прозрачных стенках капсул – брызги давно высохшей темной жидкости. Некоторые капсулы были разбиты изнутри. Пустые. Или с останками, размазанными по стенкам.

*Оджени: "Усыпальница... оскверненная... Их убили во сне..."**Женька: "Криокапсулы. Эксперимент? Долгий сон? Кто-то впустил убийцу... или вирус проснулся первым..."*

Посреди зала возвышалась **колонна** – пульт управления? На ней – мерцающий слабым зеленым светом экран. И перед ним… **фигура**. Сидящая в кресле, склонившаяся над консолью. Не Предтеч. **Стиф.** Мужчина. Древний, сухой, как мумия. На нем – потрепанные, но узнаваемые одежды артефактора Черных Стифов, только фасон архаичный. Его высохшие пальцы все еще сжимали кристаллический стержень, вставленный в паз на консоли. На лбу – кровавая рана от небольшого, точного удара.

*Оджени: "Страж... Последний страж усыпальницы... Он пытался что-то сделать... остановить..."**Женька: "Убит выстрелом в голову. Изнутри? Предательство. Кристалл в руке... ключ? Или оружие?"*

Я подошла, преодолевая отвращение. Экран пульсировал зеленым. На нем – невнятные строки мерцающих символов и… **барьер.** Словно часть экрана была закрыта статическим помехами. В углу – значок, похожий на символ карантина, но перечеркнутый тревожным алым крестом. **«Карантин нарушен. Системы жизнеобеспечения отключены. Внешний протокол… ОШИБКА… ОШИБКА…»**

ГЛАВА 28. Огонь Чистилища и Тень Брата

Рев сирены впился в уши ледяным шилом, сливаясь с воем пробудившихся турбин где-то в каменных недрах. Багровый свет аварийных ламп залил морг Предтеч, превращая капсулы с мертвецами в кровавые аквариумы, а высохшее лицо Стража-стифа – в зловещую маску. Едкий газ, шипящий из решеток, обжигал легкие, выворачивал наизнанку. **Чистилище начиналось.**

*Оджени (задыхаясь, сквозь слезы): "Мама... Адиан... простите... Мы довершили... очистим скверну..."**Женька (кашель, мысленный крик): "Отравление! Фильтры! Ищи маску! Или выход! Книга! Схема! ДВИГАЙСЯ!"*

Инстинкт самосохранения Женьки пересилил шок и горе. Я рванулась от консоли, вцепившись в книгу. Страницы пылали серебром, карта комплекса висела в воздухе – узкая зеленая линия вела к спасительному выходу, минуя Ядро, которое теперь пылало алым предупреждением: **«ЯДРО: АКТИВАЦИЯ ПРОТОКОЛА. Т+15 СЕК ДО ИНИЦИАЦИИ ТЕРМИЧЕСКОЙ ФАЗЫ».** 15 секунд до огня.

Выход был через другой конец зала. Мимо рядов капсул. Мимо разбитой **Капсулы 7-Альфа** – пустой, с рваными краями стекла изнутри, как будто что-то вырвалось. Направление указывал пульсирующий символ на схеме книги.

Я бросилась бежать, спотыкаясь о трупы древних механизмов, зажимая тканью куртки рот и нос. Газ ел глаза. Багровый свет мигал, создавая стробоскопический кошмар. Сирена выла нечеловечески. 15 секунд. 14. 13...

*Женька: "Левее! Арка! Не спотыкнись!"**Оджени: "Оно смотрит... из капсул... пустые глазницы..."*

Я миновала последний ряд капсул. Впереди – арка, ведущая в узкий коридор. Спасение! Но у самой арки, на полу, лежал **предмет**. Не обломок. Знакомый. **Клинок.** Обломок клинка. Ридеоновского меча. Закаленный металл, мерцающий синевой даже под багровым светом. И на нем – темные, свежие **брызги крови.** Не зеленой. Человеческой. Или волчьей.

*Оджени: "Нет... Он... он пробился? Но куда? Ранен?"**Женька: "Некогда! Беги! Он или выжил, или это трофей тварей! БЕГИ!"*

12 секунд. 11. 10...

Я перешагнула через обломок клинка, вбежала в коридор. За спиной, в зале морга, **завыли** силовые поля. Багровый свет сменился ослепительно **белым.** Термическая фаза. Запустилась. Воздух за спиной стал раскаленным.

Коридор трясся. С потолка сыпалась каменная крошка. Книга в моей руке вела – прямо, потом резко направо. Дверь. Обычная, металлическая, с штурвалом. **«АВАРИЙНЫЙ ВЫХОД. ГЕРМЕТИЧНО».** Надежда!

Я налетела на дверь, схватила штурвал. Он не поддавался. Заклинило от времени или от вибраций. Я вцепилась изо всех сил, упираясь ногами в пол. Мышцы онемевшей руки горели. Обе души внутри кричали в унисон: **"ОТКРОЙСЯ!"**

Сверху, из вентиляционной решетки, прямо перед дверью, с шипением **вывалилась** тварь. Не багровая. Знакомая. **Маргг.** Тот самый, с переломанными щупальцами и выжженным боком от моего первого Разрыва. Но изменившийся. Его студенистая плоть пульсировала багровыми прожилками, как у Сущностей из цитадели. Один глаз-бугорок нацелился на меня, полный неживой ненависти. Он открыл пасть, полную черных зубов, готовясь прыгнуть. Не для еды. Для задержки. Чтобы я сгорела здесь.

Отчаянье и ярость слились в один безумный импульс. Не Разрыв. **Выброс.** Дикий, неконтролируемый толчок чистой энергии **страха и ненависти** из моей онемевшей руки. Не в тварь. В **штурвал.**

**БАМ!**

Металл взвыл. Штурвал согнулся, сорвался с резьбы. Но дверь... **отскочила** на сантиметр! Достаточно! Я впилась пальцами в щель, рванула на себя всем телом. Маргг прыгнул.

Я провалилась в темноту, падая на спину. Тварь пронеслась над головой, врезавшись в раскаленную стену коридора с противным хлюпающим звуком. Дверь захлопнулась сама собой. Последнее, что я увидела – ослепительно белое пламя, заполняющее коридор, и силуэт Маргга, корчащегося в агонии, прежде чем его поглотил огонь Чистилища.

**Тишина.** Глухая, давящая. Темнота, нарушаемая только тусклым серебром книги у меня на груди. Воздух был холодным, пыльным, но чистым. Я лежала на металлическом полу, трясясь всем телом, вслушиваясь в стук собственного сердца и далекий, приглушенный гул разрушающегося комплекса. Я спаслась. Ценой последних сил. Ценой оставленного тела Алинера. Ценой... вероятной гибели Ридеона.

Я поднялась. Коридор был узким, утилитарным. Служебным туннелем. Он вел вверх. К свету? Книга подтверждала: выход на поверхность. Но не в Туманные Земли. Схема показывала точку на склоне горы, далеко от озера и цитадели.

Я пошла, волоча ноги. Онемение руки поднималось выше локтя. Голова была тяжелой, пустой и одновременно переполненной обрывками мыслей двух сущностей, слившихся в единую усталость и боль. Обломок Ридеонова клинка... Был ли он жив? И если да... где? И как найти его в этом аду?

Туннель вывел к тяжелой, заржавевшей двери. Штурвал тут был меньшего размера. Я навалилась. Он поддался со скрипом. Свежий, холодный воздух ударил в лицо. Ночь. Звезды. Резкий горный ветер. Я вывалилась на каменистый склон, вдохнув полной грудью.

**Свобода?** Иллюзия. Багровое зарево цитадели Сущностей пылало на горизонте, заливая кровавым светом долины и горные пики. Гул Врат был тише, но ощущался кожей – низкая, непрерывная вибрация земли. Мир был заражен. Распадался.

Я оглянулась. Выход был искусно скрыт в скале. Отсюда не было видно озера Руим, статуи, острова. Только горы, лес... и следы войны. В долине внизу пылали огни – не костры. Огни **битвы.** Вспышки энергии, далекие крики. Кто-то еще сопротивлялся.

Книга в моих руках была теплой, тяжелой. Ключ? Или груз? В ней – схемы Врат. Точки уязвимости. Знание, как бить по ядру Иного. Но как добраться туда? Одной? С раздвоенным сознанием и телом, налитым свинцовой усталостью?

*Женька (без прежней ярости, устало): "Координаты... Нужен ориентир... Или союзник. Тот бой в долине... Люди? Стифы?"**Оджени (тихо, с безнадежной надеждой): "Ридеон... Он сильный... Если выжил... Он найдет путь..."*

Я посмотрела на обломок его клинка, зажатый в онемевшей руке вместе с книгой. Капли крови были почти черными в свете звезд и багрового отблеска. Адрес? Признак жизни? Или просто обломок, напоминание о цене?

ГЛАВА 29. Тень Брата и Кровавый Исход

Багровый свет, стекавший с далеких шпилей цитадели, обливал знакомые черты лица мерзкой пародией на жизнь. Улыбка Адиана была слишком широкой, слишком зубастой, застывшей в гримасе нечеловеческого восторга. Слова – «вторая половина», «ключ», «Врата» – впивались в мозг отравленными шипами, парализуя волю. *Оджени* застыла в немом ужасе, *Женька* металась в клетке сознания, выискивая слабину, лазейку, хоть какое-то оружие. Но был только леденящий душу восторг в багровых глазах того, кто когда-то был братом.

– Адиан... – имя вырвалось хрипом, звучало чужим и беспомощным. – Это... не ты...

– Всегда я, сестренка, – голос лился теплым медом, обволакивая, усыпляя. Он сделал шаг вперед, движение слишком плавное, змеиное. – Просто... больше. Ярче. Сильнее. Как и ты. Чувствую Распад... он зовет Целое. Отдайся. Отдай Ключ. – Его рука – рука, которая когда-то поправляла ей волосы! – протянулась к Книге Предтеч, зажатой в ее онемевшей ладони вместе с обломком ридеонова клинка. Багровая энергия заплясала на пальцах, жужжа, как рой слепней.

**ВЗРЫВ.** Не мысли. Чистого, животного **отказа**. "НЕТ!" – выкрикнули обе души в унисон. Дикая, неконтролируемая волна Распада рванула из онемевшей руки Оджени. Не точный выстрел. Хаотичный сгусток синего хаоса, вырванный из самой глубины ужаса и отчаяния.

Он ударил Адиана в грудь. И... **растворился.** Поглотился багровым сиянием, окутывавшим его, как вторая кожа. Адиан даже не пошатнулся. Он рассмеялся. Звонко, по-мальчишечьи задорно. От этого звука по спине Оджени побежали ледяные мурашки.

– Мило! – воскликнул он, тряхнув головой. – Но играть в войнушку будешь с другими. Я пришел за **тобой**. Целым. – Его рука сжалась в кулак. Багровая субстанция, густая и липкая, как смола, собралась в сферу между пальцами и рванула к ней.

Оджени инстинктивно вскинула Книгу и обломок клинка как щит. Удар потряс все существо. Ее отбросило, как тряпичную куклу. Она врезалась спиной в острые камни у подножия скалы, боль пронзила ребра, воздух вышибло из легких. Книга выскользнула из пальцев, отлетела в сторону. Обломок клинка раскалился, прожигая кожу ладони. Мир поплыл, залитый багровым маревом. Липкая багровая паутина обвила ее ноги, потянула к Адиану. Шепот просочился сквозь звон в ушах: *"Отдайся... Легче будет... Мы станем Целым..."*

*Оджени:* "Руим..."*Женька:* "Двигай! Книга! Встать!"

Она дернулась, пытаясь отползти, но багровые щупальца сжимались туже, впиваясь в кожу холодом мертвеца. Адиан шел не спеша, наслаждаясь моментом, его глаза пылали торжествующей пустотой.

– Видишь? Бесполезно сопротивляться. Мы – одно. Разные стороны... – Он внезапно замолчал, голова резко дернулась влево, в черноту за скалами. Улыбка сползла, сменившись... **раздражением?** – Не вовремя...

Из темноты, словно выплюнутая невидимой пушкой, вылетело **нечто** маленькое и черное. Оно с глухим *чпонк* врезалось в скалу в полуметре от Адиана.

**ВСПЫШКА.** Ослепительно-белая, холодная, как сердце айсберга. И **ВОЙ.** Пронзительный, ледяной, режущий нервы, как скрежет пилы по кости. Звук, от которого сжались все внутренности, заставив Оджени вжать голову в плечи.

Адиан вскрикнул – нечеловеческим, скрежещущим воплем боли. Он отшатнулся, багровый ореол вокруг него померк, заколебался, стал рваным. Щупальца, державшие Оджени, ослабли, их липкая хватка дрогнула.

– ДЕРИСЬ, ТВАРЬ! – хриплый, сорванный от ярости и боли рев оглушил Оджени сильнее воя.

Из той же черной пасти между скал, прихрамывая, опираясь на обломок своего же меча (вторую половину того, что она сжимала!), вывалился **Ридеон.** Вид его был ужасен. Броня – сплошные вмятины и глубокие царапины, будто по ней проехался дракон. Темные пятна запекшейся крови смешивались со свежими, алыми потеками на боку. Левый рукав висел клочьями, обнажая руку, покрытую синеватым инеем, сквозь который пробивались и пульсировали багровые, словно живые, прожилки. Лицо – маска грязи, крови и немыслимой усталости. Но глаза... Глаза горели. **Абсолютным, первобытным холодом ярости.** В его здоровой руке дымилось странное устройство – короткая трубка с треснувшим кристаллическим наконечником, источник той белой вспышки.

Он не глянул на Оджени. Весь его фокус, вся его кипящая ненависть были прикованы к Адиану-Поглотителю.

– Ледяной Демон... – прошипел Адиан, багровый свет вокруг него с усилием сгущался, затягивая черную ожоговую полосу на щеке, оставленную вспышкой. – Надоедливый **шлак**. Я пришел не к тебе.

– А я пришел к *тебе*, – Ридеон выпрямился, игнорируя хруст собственных ребер. Голос был низким, вибрирующим, как натянутая струна, готовящаяся лопнуть. – Отпусти ее. И сгинь. Пока можешь.

Поглотитель засмеялся, но смех был резким, фальшивым. Он скользнул взглядом от Оджени к Ридеону, его багровые зрачики сузились в щелочки.

– Интересно... – протянул он, ковыряя ногтем обгоревшую плоть на щеке. – Она твой... якорь? Единственное, что не дает тебе стать таким же, как я? Холодным. Истинно Целым. – Он снова сделал шаг к Оджени. – Давай проверим...

Ридеон двинулся. Не к Адиану. **К Оджени.** С рычанием, похожим на звериное, его бронированная рука обхватила ее талию, сжав так, что кости затрещали. Он рванул ее к себе с силой, не оставляющей места сопротивлению. Оджени вскрикнула от боли в ушибленных боках и неожиданности. В тот же миг его свободная рука метнула в Поглотителя еще один маленький черный предмет.

**БА-БУМ!**

Не огонь. **Ледяной вихрь.** Миниатюрная, но яростная метель из бритвенно-острого инея взметнулась на месте Адиана, скрывая его фигуру, шипя и скрежеща. Вой Поглотителя слился с воем искусственной бури, превратившись в один безумный рев.

– Держись! – прохрипел Ридеон ей прямо в ухо. Его дыхание было горячим, прерывистым, пахнущим кровью и железом. Он не отпускал, прижимая ее к своей израненной броне так, что ребра ныли, и рванул прочь от ревущего смерча, к узкой, едва заметной тропе, уходящей вниз, в черную пасть горного леса. Он бежал, почти волоча ее за собой, не чувствуя под ногами камней. Его сила была последним резервом, адреналином и чистой, нерастраченной яростью.