Текст книги "Хозяйка волшебной пекарни (СИ)"

Автор книги: Анастасия Барм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

– Это простое совпадение, Камелия, но я рада, что Вы обрели свое счастье.

– Люди много говорили о Вас, – покачала головой баронесса, – что Ваш хлеб исцеляет и дарит радость. Я поддалась этим слухам и убедила мужа заказать выпечку для приюта у Вас. И теперь посмотрите на меня, – она счастливо улыбнулась, – все оказалось правдой.

– В любом случае, – я улыбнулась в ответ, – мне бы хотелось продолжать печь для Вашего приюта и иметь возможность общаться с воспитанниками.

– Это даже не обсуждается, – махнула рукой леди Востер, – разве мы можем теперь отпустить Вас? – она звонко засмеялась, заражая меня своим настроением.

Мы еще немного побеседовали в гостиной леди Востер, а после посетили занятия по этикету у воспитанников. Дальше был чай в столовой с моими рогаликами, время летело быстро и легко. К концу вечера ко мне подошла Амелина.

– Амара, – сказала она, забираясь ко мне на колени, – я видела твою маму, ты на нее сильно похожа.

– Правда? – я удивленно посмотрела на малышку, – что ты видела?

– Видела, как она кинула вазой в такого большого дядю, – девочка задумчиво почесала свой маленький подбородок, – а потом она танцевала с этим дядей на маленькой кухне, а за окном было много снега, – она развела руками в стороны, показывая, как много снега увидела, – у нас никогда не бывает столько снега.

– Это был мой папа, – я улыбнулась, понимая, что Амелина увидела первую встречу родителей, а после их жизнь в нашем уютном доме, – мы жили далеко отсюда, где всегда холодно.

– А почему ты уехала?

– Мои мама и папа заболели, – я погладила малышку по голове, она понимающе кивнула, – и я решила посмотреть город, в котором родилась моя мама. Так я оказалась в Эфосе и познакомилась с тобой, – я щелкнула ее по носу.

– Моя мама тоже заболела, – грустно сказала Амелина, – я видела, как она просила хлеб на улице, но люди не давали ей…

– Твоя мама оберегает тебя, Лина, – я постаралась успокоить девочку, обнимая ее хрупкое тельце, – хорошо, что ты можешь видеть ее. Так ты никогда ее не забудешь.

– Как и тебя, – малышка обняла меня в ответ, – мы будем жить рядом.

Возвращалась в пекарню я поздно, хоть баронесса и уговаривала меня остаться на ночь. Но у меня были обязательства перед посетителями, утром хлеб должен был быть готов. Я думала о словах Амелины о том, что мы будем жить рядом, но пока в голову не приходило ни одной логичной мысли на этот счет. Малышка напомнила мне о родителях, и я вдруг поняла, что скоро годовщина их смерти, и поймала себя на том, что моя грусть стала светлой, я больше не испытывала той горечи, что прежде. Я не знала, исцелил меня Юг, или время, или люди вокруг, но я искренне радовалась, что это, все же, произошло. В добром настроении я, не торопясь, прогулялась от центральной площади до пекарни, наслаждаясь ясной зимней ночью, но у пекарни меня ждал неприятный сюрприз. Худую высокую фигуру главы службы дознания я узнала сразу. Он заглядывал в окна моей лавки, приложив ладони к стеклу. Что он делает? Следит за мной? Ночью? Такое поведение больше похоже на вора, чем на главу службы дознания.

– Лорд Стрейд, – окликнула его я, понимая, что стоять в стороне дальше бессмысленно, – что Вы делаете?

Мужчина дернулся от неожиданности, он явно не ожидал встретить меня вот так. А может, он не ожидал, что кто-то застанет его в таком двусмысленном положении.

– Мадемуазель Вайс, – он быстро принял невозмутимый вид, – Вы поздно.

– Так что Вы делаете у моей пекарни? – повторила я свой вопрос, не спеша подходить ближе.

– Провожу расследование, – спокойно ответил лорд Стрейд, – что в этом необычного.

– Возможно то, что Вы заглядываете ко мне в окна ночью, как какой-то воришка, – я сложила руки на груди, скептически посмотрев на нежданного визитера.

– Вы все же говорите с главой Королевской службы дознания, – лорд Стрейд принял надменный вид, – выбирайте выражения.

– А что еще я могу думать, когда застаю Вас за странным занятием у моей лавки? – я не собиралась отступать, – может, я даже решу написать письмо в Вашу службу с просьбой разобраться. Подозрительно, знаете ли, когда незнакомый человек под покровом ночи следит за тобой через окна.

– Я просто проходил мимо, – возразил лорд Стрейд, – случайно увидел странный рыжий всполох в темноте, вот и заглянул. Вдруг бы это был пожар?

– Это мой Кот, – фыркнула я, не веря ни одному его слову, – и куда это Вы шли мимо моей лавки?

– Вы мне допрос устроили? – голос главы службы дознания стал колючим, – полагаю, мы решили это недоразумение.

– Как скажете, – я не стала накалять обстановку, – тогда позвольте мне попасть домой.

Мужчина отошел от пекарни, следя за каждым моим движением. Я быстро открыла лавку и прошмыгнула внутрь, крепко закрывая дверь и дополнительно запирая замок магией. Темная худая фигура еще немного постояла, а после бесшумно удалилась. Я вздохнула с облегчением. Что ему было нужно? Он и днем то не внушал доверия, а ночью так вообще наводил на меня ужас. Я огляделась по сторонам, но магического компаньона в пекарне не было. Значит, либо лорд Стрейд соврал, либо Кот скрывается. Я ставлю на первое.

Глава 10

Нэйла скривилась, оглядывая сад мадам Роуз.

– Это не сад, это – кладбище, – она скрестила руки на груди и осуждающе покачала головой.

Мне оставалось только вздохнуть. По сути, я была с ней согласна. Но дом уже не выглядел безжизненным. Он почти не изменился внешне, но от него шло легкое тепло. Я бодро прошла по тропинке к двери и громко постучала. Мадам Роуз открыла почти сразу.

– Дорогая, как хорошо, что ты приехала! – она обняла меня, я снова почувствовала легкие волны ее магии.

– Мадам Роуз, я сегодня с другом, – я обернулась на Нэйлу, – это Нэйла, она цветочница и сильный маг земли. Она поможет Вам восстановить сад.

– Рада видеть тебя, милая, – Венда приветственно улыбнулась, поманив Нэйлу рукой, – я видела цветы в твоей лавке, у тебя настоящий талант!

– Благодарю Вас, – отозвалась цветочница, осторожно продвигаясь по саду, – простите, у меня сильный дар, и эти мертвые растения доставляют мне дискомфорт.

– Тогда мы не будем тянуть и сразу приступим к делу, – я хлопнула в ладоши, – я займусь домом, а ты с мадам Роуз – садом.

Я посмотрела на Венду, она согласно кивнула. Сегодня на ней было темно-синее платье с высоким воротом и длинными рукавами. Ее седые волосы были уложены в аккуратную прическу, в которой красовалась заколка с драгоценным камнем. Я так же отметила, что она вышла без трости, и держалась вполне бодро. От ее вида внутри стало радостно и спокойно, к этой доброй женщине вернулась жизнь.

Я зашла в дом, осмотрелась, задержала взгляд на портрете Жамьера, подмигнула ему и отпустила магию.

– Ну что, поможем твоей маме привести дом в порядок! – сказала я вслух, и мне казалось, что Жамьер благодарно улыбается.

Работа закипела – метелка активно занялась полом, окна распахнулись, впуская в дом свежий воздух, а тряпочки принялись оттирать с них многолетнюю грязь. Старые серые занавески отправились в мусорное ведро, как и старые чехлы с мебели. Я заранее приготовила красивую невесомую ткань для окон, которую развешу после их тщательной очистки. С ковром пришлось особенно потрудиться – в его густом ворсе осела не только пыль, но и скорбь, которую было вывести сложнее всего. Спустя пару часов, дом сверкал чистотой и свежестью. Я осмотрелась, довольная своей работой. В столовой мой взгляд зацепился за горшок с совсем юным ростком – мадам Роуз смогла оживить один из цветов! Значит, она почти полностью исцелилась.

Выйдя во двор, я застала Нэйлу в центре сада – она стояла твердо, широко раскинув руки, ее лицо было серьезным и сосредоточенным. Мадам Роуз стояла неподалеку, внимательно за ней наблюдая.

– Я чувствую нити жизни, удивительно, но они еще есть, – проговорила Нэйла, – они держатся за Вас, мадам Роуз. Этот сад – словно Ваша душа. И он хочет жить.

– Как мне ему помочь? – тихо отозвалась Венда, прижав ладони к груди. На ее лице отразилась печаль и вина, но она быстро взяла себя в руки, – я хочу помочь моему саду.

– Чтобы оживить сад, Ваших сил не хватит, нити совсем слабые, – Нэйла улыбнулась и подмигнула женщине, – но я не просто так сюда приехала.

Она опустилась на колени, не боясь запачкать свое платье в грязи, закрыла глаза и приложила руки к земле.

– Выпейте чаю, – бросила она нам, не открывая глаз, – я тут надолго. И приготовьте мне восстанавливающего отвара. Побольше.

Мы не стали мешать Нэйле в работе. Через несколько часов и множество выпитых нами чашек, цветочница сама появилась на пороге дома, полностью обессиленная, но довольная. Она практически упала на табурет у входа, глядя на нас ошалелыми глазами.

– Жив, – тихо сказала она, облокачиваясь спиной на стену и прикрывая глаза.

Я быстро поднесла ей стакан с восстанавливающим отваром, а мадам Роуз бросилась в сад. Сквозь открытую дверь до меня донесся ее изумленный вздох.

– Я же говорила, что не просто так сюда приехала, – довольно произнесла Нейла, выпив отвар из моих рук.

Я проводила ее к креслу, девушка шла, тяжело опираясь на меня, еле переставляя ноги. В кресле она тут же уснула, а я вышла в сад к мадам Роуз. Женщина стояла возле небольшой яблони, обняв ее тонкий ствол руками, по ее щекам текли слезы, а на лице была улыбка.

– Эту яблоню посадил мой сын, когда был еще совсем маленький. Я думала, что навсегда потеряла ее.

– Нэйла знает свое дело, мадам Роуз, – я осмотрела сад, отмечая, какую огромную работу проделала цветочница.

Деревья приобрели здоровый цвет коры и веток, на оживших кустарниках набухли почки, в дальнем углу покрылась мелкими цветами зимняя вишня. Сад больше не был мертвым, он выглядел уснувшим на зиму, и я была уверена, что с приходом весны он зацветет в полную силу.

В эту ночь мы остались у мадам Роуз. У Нэйлы не было сил, она почти полностью истратила свой резерв, восстанавливая сад, и так и не проснулась. Ранним утром я накрывала на стол, чтобы мы могли позавтракать все вместе, а мадам Роуз обращалась к своему дару, сидя напротив пустого горшка с землей.

– Хорошо, – помогала ей Нэйла, контролируя процесс, – чувствуете корень? В нем еще есть искра.

– Чувствую, – тихо ответила женщина, она была сосредоточенна, на ее лбу выступила испарина от стараний.

– Теперь медленно раздувайте ее, – цветочница щедро отпила восстанавливающего настоя из стакана, не отвлекаясь от процесса.

Несколько мгновений ничего не происходило. Лишь лицо мадам Роуз стало совсем бледным, что немало меня обеспокоило. Но это было ее личным решением – восстановить свой дар, а значит, я не в праве была ей помешать. Вдруг над верхним слоем земли проклюнулся небольшой нежно-зеленый росток. Он вытянулся на пару сантиметров и раскрыл два маленьких молодых листочка.

– Отпускайте нити, мадам Роуз, – довольно сказала Нэйла, – и посмотрите на свои старания.

Венда прошлась по ростку взглядом, ставшим влажным от слез, и приложила руки к груди.

– Спасибо, дорогая, – обратилась она к Нэйле, – теперь я справлюсь сама.

– Я в этом не сомневаюсь, – цветочница улыбнулась.

– Все готово, – напомнила я о себе, выходя из столовой, – прошу к столу.

За завтраком мы много беседовали и смеялись. Мадам Роуз преобразилась, она, как и ее сад, расцветала с каждым днем. Мы тепло попрощались, я обещала заехать в гости на следующей неделе, а после мы с Нэйлой отправились в Эфос.

В городе я забежала в пекарню за плетеной корзиной, и отправилась на ярмарку за продуктами. Сегодня прибывал корабль из Центральных Земель, а он всегда привозил с собой много полезного. Я не стала тратить много времени на покупки, быстро собрав все по списку, и отправилась обратно в лавку. Немного затормозила у пирса, разглядывая горизонт, и не заметила торговку, бегущую куда-то с громкими криками. Это была крупная женщина, с красным от гнева лицом, которая активно размахивала руками и что-то кричала в толпу. Она толкнула меня совершенно случайно, но настолько ощутимо, что я мигом потеряла равновесие и полетела через невысокие перила прямо в море! Корзина с продуктами нырнула в холодную воду первой, в лицо ударили обжигающие ледяные капли, дыхание замерло. Я не успела даже вскрикнуть, как меня крепко схватили чьи-то руки и с силой дернули обратно. Меня окутало запахом приближающейся бури.

– Вы?! – видимо от накатившего адреналина, я совсем позабыла о приличиях, окидывая неожиданного спасителя тревожным взглядом.

– Это вместо благодарности? – мужчина насмешливо приподнял одну бровь, отпуская меня и отходя на шаг.

Я посмотрела на него, отмечая все ту же челку, обрамляющую лицо, и тонкий шрам, и глаза цвета штормового неба. Совершенно не к месту мне подумалось, что мужчина красив.

– Я даже не знаю Вашего имени, – сказала я, нервно разглаживая юбку, пальцы подрагивали.

– Дейрон, – представился он, не спеша уходить, – видимо, благодарности я и правда не дождусь, – в его голосе звучала улыбка.

– Так скоро вернулись в Эфос? – почему-то рядом с Дейроном, моя магия волновалась, разгоняя кровь по венам, заставляя меня то нервничать, то смущаться. Это было новое ощущение, оно вызвало во мне чувство растерянности.

– Что я могу поделать, если Ваши пирожные свели моего деда с ума, – Дейрон вдруг улыбнулся, и у меня замерло сердце. Эта улыбка преобразила его лицо, стирая суровость и щедро наделяя его обаянием. Его глаза стали теплыми, они больше не обжигали, а прошлись по моему лицу неожиданной лаской.

– У Вашего деда хороший вкус, – я смутилась и отвернулась, направляясь к городской площади, надеясь, что Дейрон не заметил моего замешательства.

– Вы сбегаете? – он догнал меня в два шага, – позвольте проводить Вас до пекарни, – уверенно сказал Дейрон.

– Это не звучит, как вопрос, – я посмотрела на мужчину, идущего рядом, подстроив свой широкий шаг под мой.

– А я и не спрашивал, – он снова улыбнулся, но в этот раз улыбка была опасной.

По телу пошли мурашки, отзываясь на магию внутри, которая словно сошла с ума, она бесновалась, так и норовя вырваться наружу. Меня не покидало ощущение скрытой силы, что таилась в Дейроне, хоть я и не чувствовала от него и крох магии. Он выглядел спокойным, и даже добродушным, но мне все время казалось, что он готовится к атаке, словно он в любой момент может превратиться в смертоносное орудие, и я не могла понять, что это – интуиция или паранойя?

– Вы всегда такой наглый? – я прибавила шаг, ускоряясь, будто это и правда могло меня спасти.

– Наглый? – Дейрон даже не ускорился, но не отстал от меня ни на шаг, – простите, Амара, я успел Вас чем-то обидеть? Сначала Вы варварски хотели лишить мой камзол пуговиц, теперь, когда я предотвратил Ваше неминуемое падение в холодное море, Вы обвиняете меня в наглости, – его тон будто стал укоряющим, но мне слышалась насмешка.

– Видимо, Вы всегда выбираете не лучшее время для бесед, – я остановилась, мужчина тоже замер, – Вы правы, я веду себя невежливо.

– Я часто бываю в Эфосе, но совсем не знаю города, – Дейрон осмотрел площадь быстрым взглядом и ловко сменил тему, – Если Вы не слишком заняты, может, покажете мне несколько достопримечательностей? Заодно узнаете меня получше, и, я уверен, перестанете выпускать колючки в попытке уколоть меня.

– Колючки?! Я, по-Вашему, репейник?! – от возмущения я даже раскраснелась, – умеете Вы очаровать женщину!

– Вы не репейник, Амара, – засмеялся Дейрон, – Вы – настоящая Северная Звезда. Такая же холодная, но дарящая надежду.

Его низкий бархатный смех пробрался куда-то глубоко в меня, затронув самые сокровенные уголки души. Я даже не обратила внимания на его странный комплимент, абсолютно оглушенная этим необычным чувством.

– Почему Вы решили, что я хочу узнать Вас получше? – задала я вопрос, поглубже кутаясь в теплый платок. Адреналин схлынул, оставляя за собой неприятный озноб.

– Нам предстоит часто видеться, Амара, – пожал плечами Дейрон, – я же говорил, что мой дед буквально обезумел от Ваших пирожных, он требует их каждую неделю.

– Вы смеетесь надо мной?

– Даже интересно, каким будет Ваше следующее обвинение, – Дейрон усмехнулся, потом задержал взгляд на моем платке, – Вы замерзли, давайте зайдем куда-нибудь выпить горячего напитка?

– Это сходит адреналин, – я изо всех сил старалась, чтобы зубы не стучали, меня одолела дикая слабость, – Вы же приехали за пирожными? Пойдемте в лавку, там и выпьем чаю.

До пекарни мы дошли быстро и почти молча. Я с трудом сохраняла бодрый вид, Дейрон вежливо молчал, но я чувствовала на себе его обеспокоенные взгляды.

– Располагайтесь, – я кивнула на столик для посетителей, на ходу сбрасывая с плеч тёплый платок, – я присоединюсь к Вам через несколько минут.

– Не спешите, Амара, – донеслось до меня уже в кухне.

Я облокотилась ладонями в стол, переводя дыхание. Да что со мной не так? Почему этот мужчина так действует на меня? Сердце стучало неистово, разгоняя по венам горячую кровь, магия не хотела успокаиваться. Где этот рыжий демон, когда он нужен? Мне сейчас совсем не помешало бы его успокаивающее воздействие. Но компаньон не появлялся, а оставаться на кухне дольше было уже неприлично. Поэтому, я взяла чайник с чашками и вышла к Дейрону. Он стоял ко мне спиной, разглядывая вид из окна. Его широкие плечи закрывали собой раму целиком, не давая мне возможности увидеть, что его так привлекло.

– Вы прибыли на корабле? – спросила я, подходя ближе и обращая на себя его внимание.

– Нет, – он покачал головой, снова позволяя челке упасть себе на лоб, – разве мог бы я посещать Вас каждую неделю из Центральных Земель?

Я пожала плечами, досадуя, что мне так и не удается узнать, откуда он. Эта загадочность лишь рождала сомнения. А мужчина тем временем спокойно разместился за столиком для посетителей.

– Позвольте помочь Вам? – спросил Дейрон, кивая на чайник в моих руках, о котором я, признаться, уже забыла.

– Нет, нет, – я спешно взяла чашку, наливая в нее горячий напиток и подавая ее Дейрону, – ах! – в месте соприкосновения наших пальцев словно родился электрический заряд, моя рука дрогнула, опрокидывая чашку прямо на штаны мужчины.

– Шшшшшшто Вы творите, – прошипел он, вскакивая со стула и пытаясь стряхнуть горячую жидкость со своего бедра.

– Простите, я не хотела, – мои щеки вспыхнули от смущения, я махнула рукой, призывая магию, и в моей ладони оказалась тряпка, которой я начала активно протирать пострадавшее место на бедре Дейрона, – я помогу!

– Не нужно, – мужчина попытался вывернуться, но я схватила его за колено, фиксируя на месте, – Амара, прошу Вас, перестаньте, – голос Дейрона стал низким, он перехватил мои руки, останавливая, заставляя меня замереть в неудобной позе.

Я осторожно подняла взгляд на него, все еще находясь где-то в области его бедра, чувствуя, что красным уже стало все мое лицо. Дейрон смотрел на меня сверху вниз, в его глазах собирались грозовые тучи. Я, наконец, разогнулась, отступая от него на несколько шагов, пряча руки за спину и опуская голову. Смотреть в его лицо было невыносимо неловко.

– Еще раз простите, – произнесла я, но Дейрон остановил мои извинения:

– Это не Ваша вина, Амара, – он подошел ко мне на пару шагов, сокращая расстояние между нами, что лишь добавило моим щекам жара, – я был неловким и задел вашу руку.

Я вскинула голову, встречаясь с ним взглядом. Был неловким? Я точно почувствовала удар тока между нашими пальцами. И разве такое уже не случалось в нашу первую встречу? И не этот ли мужчина довольно ловко в одно мгновение предотвратил мое падение в море сегодня? Он определенно что-то скрывает. Но выводить его на чистую воду почему-то не хотелось. Я убеждала себя, что это здравый смысл – он уже не раз доказал, что играет в вопросы куда лучше меня. Но сердце в груди забилось чаще от его близости, от его низкого голоса и этого запаха приближающейся бури, что окутывал меня каждый раз, когда расстояние между нами было на грани приличий. Наша пауза глаза в глаза слишком затянулась, мне на мгновение показалось, что он разглядывает мое лицо, словно любуясь, его взгляд снова прошелся по моей коже неуместной лаской, смущая и заставляя теряться.

– Я…ммм…Вы… – я отвела глаза, торопливо отходя за прилавок, – пирожные, – я достала поднос со свежей выпечкой, не зная, что еще сказать.

Дейрон улыбнулся, в его глазах мелькнула насмешка, впрочем, он умело ее скрыл.

– Намекаете, что мне пора?

– Мы и так засиделись, мне нужно работать, – я старалась не встречаться с ним взглядом.

– Мы даже не выпили чаю, – укоряющее сказал он, но улыбка в его голосе дала мне понять, что мужчина не злится.

– Ваша неловкость тому виной, – ответила я, все же поднимая глаза на Дейрона.

– Вот как, – он засмеялся, снова пуская по моему телу толпу мурашек, пробираясь своим бархатным смехом глубоко в меня, волнуя мою магию, – что ж, Амара, надеюсь, в следующий раз я буду более осторожен.

Я поставила бумажный пакет с пирожными на прилавок и отошла на пару шагов, боясь снова случайно коснуться Дейрона. Он взял пакет, кивнул мне на прощание и покинул лавку. Я вышла следом, мне хотелось убедиться, что он точно ушел. Или мне хотелось посмотреть на него подольше…

– Что с тобой, Амара? – спросила Нэйла от своей лавки, отрываясь от составления букета, – ты странно выглядишь.

– Видишь того мужчину, – я кивнула в сторону удаляющейся фигуры, – он странно на меня влияет. Подозреваю, что он ментальный маг.

– Святое Небо! – Нэйла присвистнула, – я бы позволила такому магу повлиять на меня, – она смешно приложила руку к сердцу, – чужак, сразу видно. У нас таких красавцев нет.

– Не такой уж он и красавец, – проворчала я, смущенная ее словами, – обычный делец.

– А выглядит, как лорд, – возразила цветочница, – что ему было нужно?

– Он приезжает за пирожными для своего деда, – я скривилась, произнесенная вслух эта фраза казалась еще более нелепой.

– Почему ты решила, что он менталист? – лицо Нэйлы стало серьезным.

– У меня знаешь … – я задумалась на мгновение, стараясь подобрать нужные слова, – у меня от него мурашки.

В ответ Нэйла рассмеялась низким смехом, вызывая у меня чувство изумления. Что смешного?

– Поздравляю, Амара, – махнула она рукой, отсмеявшись, – мадам Фелл будет в восторге!

Я нахмурилась, не разделяя ее веселья и не понимая, к чему она клонит. Впрочем, цветочница уже потеряла ко мне интерес, вернувшись к своему букету. Я еще немного понаблюдала за тем, как она искусно сочетает между собой яркие априумы и нежные лилиумы, а потом вернулась в пекарню, решив отвлечь себя домашними делами. На этой неделе будет праздник Алой розы – день влюбленных на Юге. Традиционным угощением праздника были яблоки в сладкой глазури, варенье из розовых лепестков и горячий грог. Выпечкой в праздник не баловались, а значит, у меня будет выходной. Каждый год на центральной площади в день Алой розы устраивали городские гуляния, уже состоявшиеся пары вспоминали свои первые свидания, а одинокие девушки и юноши могли встретить свою любовь. Для этого устраивались различные конкурсы и соревнования, где народ мог познакомиться поближе и показать себя с лучшей стороны. Мадам Фелл каждый год таскала меня на этот праздник, не оставляя идеи срочно найти мне мужа. Я относилась к ее инициативе с юмором, на празднике было весело и мы всегда хорошо проводили время. Поэтому, в этом году я намеревалась вдоволь отдохнуть в этот день, забыть обо всех тревогах, о графине Престон, о главе службе дознания и нависшей надо мной угрозой разоблачения, о странном предсказании Амелины и о глазах цвета штормового неба.

Глава 11

Холодный порыв ветра распахнул ставни, врываясь в мою спальню и раскидывая лепестки отцветающего лилиума по всей комнате. Я накинула на плечи тёплый плед, поуютнее устраиваясь в кресле с чашкой горячего шоколада. Время давно перевалило за полночь, но мне не спалось. Я прокручивала в голове недавнюю ночную встречу с главой дознания, и все больше убеждалась в том, что она не была случайной. Лорд Стрейд выслеживал меня, чтобы застать врасплох. Но зачем? Подловить на использовании Дара? Я не пользовалась им уже больше месяца, что сильно меня беспокоило – многие жители этого города нуждались в моем Даре. И если за мадам Роуз и Нэйлу с Тернером я была спокойна, то хозяин сырной лавки, месье Рут, становился все печальнее без моих заговоренных пирогов. Однажды, он даже не открыл лавку! Я поставила чашку на небольшой столик и подошла к окну. Вдохнула свежий зимний воздух полной грудью, прикрыв глаза. Зима на Юге мягкая и теплая, похожая на раннюю осень в Северных Землях. И если на Севере в это время снег уже лежит по самые крыши, то тут платья лишь обрастают рукавами, их ткань становится плотнее, а грудь часто прикрывает тёплый жилет. Сегодня до самого вечера городскую площадь украшали к предстоящему празднику, расставляли столы и мастерили деревянные помосты для артистов. Эта суета давно стала для меня привычной, хотя, в первые месяцы пребывания в Эфосе мне было сложно подстроиться под уклад жизни южан. На Севере не отмечают праздников, кроме праздника Сбора урожая, да Зимнего дня. А здесь, в Южных Землях, люди любят отдыхать, любят встречаться и рассказывать друг другу истории из личной жизни, любят обниматься и говорить друг другу комплименты, они словно живут иную жизнь, более яркую, более свободную, полную любви и радости. Все это очаровывало, проникало глубоко в душу, пускало там корни и распускалось нежным цветом. Разве могла я вот так просто вырвать с корнем из своей души этот южный город, ставший мне домом?

Я спустилась в кухню, ведомая безрассудным чувством, взяла готовое печенье и обратилась к Слову. Да, это было опрометчиво с моей стороны, и даже глупо. Но я не могла отвернуться от дорогих моему сердцу людей просто потому, что мне страшно. Они рассчитывали на меня, и я не могла их предать. Я заговорила печенье, твердо уверившись в том, что угощу им завтра месье Рута. В полумраке кухни яркой вспышкой зажглись зеленые глаза магического компаньона. Он сел напротив меня на столе и неодобрительно покачал головой.

– А что мне остается делать? – спросила я его, разводя руками, – видел, как месье Рут несколько раз не открывал свою лавку?

Кот, конечно же, не ответил, но я видела возражение на его рыжей морде.

– Меня не раскроют, у меня же есть ты, – я улыбнулась, заворачивая печенье и намереваясь идти спать.

Компаньон шумно вздохнул, махнул хвостом и направился в спальню вместе со мной.

На следующий день, ближе к обеду, я уже полностью была готова к празднику. На мне было темно-синее платье с длинными рукавами и кружевным воротом, я повертела в руках теплый жилет и отложила его в сторону. Сегодня был погожий день, как и большинство дней на Юге, ярко светило солнце, ветер совсем стих, позволяя насладиться мягкой зимой. Мадам Фелл и Нэйла уже давно были на площади, они украшали столы к празднику. Специально для дня Алой розы Нэйла выращивала символ праздника, и теперь вся площадь была украшена прекрасными цветами. Я помогла мадам Фелл с напитками, немного побеседовала со знакомыми горожанами, нашла среди детворы Хуберта и отдала ему пакет с печеньем для отца, строго наказав проследить за тем, чтобы месье Рут уже сегодня съел печенье к вечернему чаю. Хуберт серьезно кивал, прижимая пакет к груди, деловито поправляя свой модный пиджак. Я присела на бортик фонтана и осмотрела площадь. Прошло не так много времени с тех пор, как мы бродили здесь с Мартисом, болтая обо всем на свете и мечтая, чтобы день не заканчивался, и ему не нужно было уходить к следующему порту на своем корабле. Несколько раз Мартис оставался на пару дней, ночуя в гостевом доме. Тогда мы попадали на городской праздник и танцевали всю ночь до утра, распивая персиковое вино. Эти воспоминания согревали меня, не давая тоске по другу завладеть моим сердцем. Я вспоминала, как совсем недавно Лион на этой же площади сражал южанок, танцуя с Нэйлой страстный Танец Огня, а после мы сидели с ним на бортике этого фонтана и беззлобно шутили о его матушке. Сейчас они оба в Пограничье, и я надеялась, что рано или поздно мы снова станцуем на этой площади под задорно играющий оркестр.

– В этом году совсем нет интересных мужчин, – пожаловалась мне Нэйла, когда площадь наполнилась народом, и праздник потихоньку начинал силу.

– Один все же есть, – пропела мадам Фелл, кивая в сторону городских стражей, следящих за порядком.

Нэйла пожала плечами, но отвечать не стала. Она выглядела роскошно, как и всегда. На ней снова было алое платье, в цвет символа праздника, только на этот раз оно было с длинными рукавами и легким корсетом, что выгодно подчеркивал ее грудь. Она заплела волосы в сложную прическу, украсив ее небольшими бутонами роз.

– Скоро начнутся состязания, – она подмигнула мне, доставая из потайного кармана на юбке две ленты, – я собираюсь участвовать, и ты будешь участвовать вместе со мной, – она протянула одну из лент мне, ожидая, что я ее возьму.

Я посмотрела на отрез белой ткани, размышляя всего секунду, а потом взяла ленту в руки и улыбнулась.

– Согласна, – я повязала ленту себе на запястье под удивленный взгляд Нэйлы и одобрительный мадам Фелл.

– Надо же, кто-то и впрямь настроен сегодня вдоволь повеселиться, – цветочница тоже повязала себе ленту, переглядываясь с Гертрудой.

– У меня были напряженные дни, – я пожала плечами, понимая их удивление – раньше я никогда не участвовала в подобных состязаниях пара на пару, – повеселимся?

Нэйла усмехнулась, кивая, взяла меня под руку, и мы направились в сторону небольшого помоста, где уже начинались основные мероприятия праздника. Праздник состоял из различных состязаний – парных, групповых и индивидуальных. После каждого состязания, девушка могла отдать свою ленту понравившемуся мужчине в знак своего личного интереса и благосклонности. Если мужчина не принимал ленту, что случалось крайне редко, то девушка продолжала участвовать в состязаниях дальше. Я никому не собиралась отдавать свою ленту, но поучаствовать во всеобщем веселье была не против. Конкурс за конкурсом, состязание за состязанием, мы с Нэйлой не пропускали ни одного. После окончания каждого соревнования мужчины с надеждой смотрели на желтую ленту цветочницы, но она не подарила ее никому. Я улыбалась, зная, для кого была предназначена эта лента, хоть сама Нэйла и не признавалась в этом.

Мы сделали короткий перерыв, отойдя к столам с напитками, чтобы помочь мадам Фелл раздавать горячий грог горожанам и немного отдышаться. Цветочница то и дело бросала досадливый взгляд в группу стражей, потом залпом осушила кружку с грогом и закусила губу.

– Объявляется состязание Алой розы! – прозвучал громкий голос распорядителя с помоста, – прошу всех на сцену!