Текст книги "Хозяйка волшебной пекарни (СИ)"

Автор книги: Анастасия Барм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

– Хм, – женщина скрестила руки на груди, но ее взгляд уже не метал молнии, – что, хочешь рецепт?

– Буду счастлива, – я порадовалась, что мой план удался, – я а могла бы поделиться с Вами рецептом любимых ягодных пирожных Его Величества.

– Так это твоих рук дело? – женщина прищурилась, внимательно оглядывая меня с ног до головы, – что ж, проходи, посмотрим, на что ты способна.

Я победно улыбнулась, вызывая у женщины еще один скептический взгляд. В следующие два часа мы месили, катали, лепили и выпекали пироги и кексы, делясь друг с другом тонкостями своей работы. Сначала мадам Шу относилась ко мне с настороженностью и недоверием, а после того, как сняла пробу с первой партии моих пирожков, сменила скепсис на уважение. Я так увлеклась любимым делом, что даже забыла о встрече с Королем.

– Амара, ты истинный мастер, – сказала мне мадам Шу, когда мы пили чай за ее личным столом в кухне, – Эфосу крупно повезло с таким пекарем!

– Благодарю, мадам Шу, – я кивнула, принимая комплимент, – А двору повезло с таким поваром, как Вы. Ваша кухня – это произведение искусства, – искренне вернула я комплимент женщине, отчего она довольно улыбнулась.

– Опять посторонние на моей кухне, – улыбка быстро слетела с ее лица, когда она посмотрела куда-то мне за спину, – я не посмотрю, что Вы герцог, выгоню метлой, правила едины для всех!

– Но они не распространяются на мадемуазель Вайс, – в голосе Дейрона слышалась улыбка.

– Вы преследуете меня? – я посмотрела на вошедшего мужчину, даже не скрывая разочарования от прерванного диалога с мадам Шу.

– Что мне остается делать, если Вы опаздываете на встречу с Его Величеством, а слуги не могут Вас найти, – герцог прищурился, оценивая мой растрепанный после долгой готовки вид.

– Берта знала, что я на кухне, – я ничуть не смутилась, вставая с высокого табурета и поправляя юбку платья, – Вы легко могли послать ее, или Вам обязательно всегда провожать меня лично?

– Не могу отказать себе в подобном удовольствии, – Дейрон лукаво улыбнулся, приглашая меня жестом руки выйти из кухни.

– До свидания, мадам Шу, – я обернулась к королевскому повару, – разрешите прийти к Вам еще?

– Конечно, родная, – мадам Шу покосилась на Дейрона, – для тебя двери моей кухни всегда открыты!

Я вышла в коридор, сопровождаемая герцогом, осознавая, что любимое дело успокоило меня настолько, что я совершенно не волнуюсь перед предстоящей встречей с Королем.

– Любите Вы испортить мне день, – бросила я Дейрону, оглядываясь через плечо.

– А Вы любите находить себе странные занятия, – не остался в долгу мужчина, – из всего разнообразия дворца Вы выбрали кухню?

– Вам прекрасно известно, что я не леди, а торговка, – я пожала плечами, – кухня в этом дворце мне ближе всего.

Ответить герцог не успел, мы остановились перед знакомыми из дорогого дерева, по краям инкрустированного драгоценным металлом.

– Лорд Дейрон Вудст, герцог Бриосский и мадемуазель Амара Вайс! – объявил о нашем приходе лакей.

Король все так же сидел в одном из кресел перед камином, имея совершенно умиротворенный вид. Дейрон задерживаться не стал, оставив меня с монархом наедине.

– На чем мы остановились? – задумался Его Величество, когда с приветствиями было покончено, – Ах, да! Ваш дед, лорд Вайс, герцог Жаскарт, был дружен с моим отцом…

– Простите, – я совершенно нагло перебила Короля на полуслове, – лорд Вайс? Вы, верно, ошибаетесь, Ваше Величество! Мой дед не имел титула, он был… – я замолчала, ловя на лице монарха снисходительную улыбку.

А кем, собственно, был мой дед? Я этого не знала. Мама никогда не рассказывала о его семье. Она лишь говорила, что его род был довольно состоятельным, и что сам дед был сильным магом. Бытовым! Мама говорила, что он был решительным человеком, честным и благородным, много шутил и часто улыбался, безумно любил мою бабушку и всячески ее баловал. Как и свою маленькую дочь, Дею. Но я не знала в общем счете ничего ни о нем, ни о том, чем он занимался. Но чтобы он был герцог? Это невозможно! Я видела их с бабушкой дом в Халте, это совсем не поместье герцога. Да и мадам Роуз об этом не говорила. Но она упоминала, что они приехали в Халту, когда маме уже было пятнадцать, и где они были до этого – она не знала. Я обняла себя руками, от этих мыслей мне стало зябко и неуютно. Если это правда, то получается, что то, что я знала все годы, всё, чем я жила – ложь. Одно это обстоятельство может разрушить мой мир до основания, и я не знала, смогу ли я собрать его заново. Готова ли я к такой правде.

– Амара, – голос Короля был мягким, – для Вас это неожиданность, я понимаю.

– Что Вы знаете о моей семье? Обо мне? – довольно резко ответила я, вскакивая с мягкого кресла и вскидывая на него взгляд, полный негодования.

От этого его мягкого тона, мне стало только хуже, во мне проснулась жаркая злость на всех вокруг. На маму за то, что она ничего мне не сказала и обманывала меня, на себя за то, что никогда толком не спрашивала, на монарха за то, что открыл мне правду вот так, здесь и сейчас, так бесцеремонно и буднично, словно он не выбивал этим почву у меня из-под ног! Руперт нахмурился, его лицо приобрело то самое выражение, которое заставляет всех вокруг склонить голову. Я стушевалась, остро ощутив, что я говорю с Королем, и мой тон непозволителен.

– Прошу меня простить, Ваше Величество, – я сделала легкий реверанс, признавая свою неправоту, – Ваши слова и правда стали для меня неожиданностью.

– Если хотите, мы можем вернуться к этому разговору, когда Вы будете готовы, – лицо Короля снова смягчилось.

– Нет, прошу Вас, продолжайте, – я снова опустилась в кресло, хоть и с усилием – сидеть на месте в данных обстоятельствах мне было невыносимо.

Руперт внимательно осмотрел мое лицо, словно решая, стоит ли ему удовлетворить мою просьбу. Я сидела ровно, моя спина была напряжена до предела, пальцы вцепились в юбку платья, норовя оторвать от нее кусок. Но я постаралась улыбнуться, делая вид, что готова слушать. Он еще немного погулял взглядом по моему лицу, а после расслабленно откинулся в кресле.

– Что Вы знаете о своей семье, Амара? – вернул он мне мой вопрос.

– Бабушка была переселенка, из обедневшего аристократического рода, – мой голос был тихим, хотя внутри бушевал ураган, – дед … он был из состоятельной семьи. Ни у кого не было титула, по бабушкиной линии титул достался одному из старших братьев ее отца. Дед был сильным бытовым магом, а бабушка магом земли, – я замолчала, не зная, что еще желает услышать от меня Король.

Руперт кивнул, то ли моим словам, то ли каким-то своим мыслям, покрутил в руке бокал с вином.

– В одном Вы правы, – наконец, начал он, – Ваш дед был поистине сильным магом. Род Вайс – один из древнейших аристократических родов королевства и один из сильнейших – единственный, обладающий магией Слова. В свое время он процветал – советники, герцоги, графы, бароны. Но после случился мятеж, – Король задумчиво вгляделся в пламя, которое мирно потрескивало в камине, – один из сынов рода, хоть и боковой ветви, был его предводителем. Честер Родс – сын Тии, дочери одного из Ваших прадедов несколько поколений назад. Никто не думал, что в нем проснётся магия Слова, ведь в большинстве своем она передавалась по мужской линии рода.

Я не заметила, как приложила ладони к груди, в место, которое все больше пекло от слов Короля и открывающейся мне неприглядной правды. Получается, я потомок мятежников? И если дар передается по мужской линии, то во мне он проснулся случайно?

– Значит, мой дед – тоже был маг Слова? – задала я вопрос, который логично родился внутри меня.

– Да, – кивнул монарх, – Вайсы издревле были советниками Королей. Магия Слова, она очень полезна, знаешь ли, – он бросил на меня короткий взгляд, – если она находится в нужных руках. Честер Родс хотел власти, ему мало было быть сыном Тии Вайс, иметь титул и принадлежность к великому роду, ему нужно было все. Он долго готовился, изучал древние писания, и наткнулся на предание о Хаосе. Вы знаете, что такое Хаос, Амара? – Король внимательно посмотрел на меня.

– Хаос – это темная сила, находящаяся за Гранью, – ответила я, вспоминая учебники истории, – когда случился разрыв между Гранями, создания Хаоса ринулись в наш мир, – я посмотрела на Руперта, больше ничего из памяти выловить не удалось.

Я обучалась в обычной деревенской школе, в далеких Северных Землях. Там никому нет дела до Хаоса, там людей волнуют вопросы выживания в суровых условиях почти вечной зимы. Да и в городской библиотеке Эфоса мало что нашлось о Хаосе, кроме общих слов, которые все и так знали.

– Хаос нейтрален сам по себе, он не обладает разумом, но он обладает бесконтрольной силой разрушения. Честер Родс решил подчинить себе эту силу, добавить ее к магии Слова. Он разорвал грани сложным древним заклятьем, – Король остановился, давая мне возможность осознать его слова, – но что-то пошло не так.

С каждой минутой нашего разговора, с каждым новым словом Короля, в меня словно вонзались огромные копья. Я не просто из рода мятежников, а еще и из рода тех, кто повинен в разрыве Граней! Сотни, тысячи смертей – все на совести моего рода. В бессилии я закрыла лицо руками. Мне никогда не отмыться от этого позора! Теперь я понемногу начинала понимать, почему мама не рассказала мне правды. Она просто хотела уберечь меня от того, что я не в силах исправить!

– Не расстраивайтесь слишком сильно, дорогая Амара, – вырвал меня из уничтожающих мыслей Король, прочитав смятение на моем лице, – я еще не закончил свой рассказ, – он улыбнулся как-то по-отечески, что немного меня успокоило, – Честер Родс не ожидал, что из разрыва вырвутся создания Хаоса, темные сущности, монстры, способные иссушить любого мага. Но он быстро понял, что Словом может управлять ими. В его руках была небывалая мощь, он опьянел от предвкушения скорой победы. Но его планам не суждено было сбыться. На тот момент старший сын рода Вайс занимал должность советника Короля. Он был истинным наследником Слова, превосходящим по силе разбавленную случайную силу боковой ветви Родс. Он вместе со своими сыновьями вступил в схватку с племянником, легко забрав контроль над темными сущностями Хаоса и подавив мятеж. Род раскололся пополам. Всех замешанных в мятеже против Короны казнили, дальние ветви боковых родов лишили титулов, имущества и сослали в глухие земли. Несмотря на то, что Вайсы помогли остановить мятеж и остались верны Короне, все увидели насколько сильна магия Слова, на что она поистине способна. Тогдашний монарх принял решение запечатать силу всему роду Вайс.

– Но мой дед? – я не смогла продолжить вопрос, потому как не могла представить, как деду удалось обойти закон о печати.

– Я уже говорил, что мой отец вел иную политику, – Король снова отпил вино из бокала, делая паузу, – он был дружен с Шенсом с юности, основная ветка рода Вайс так и осталась при дворе. На магическом совершеннолетии Шенс обрел силу Слова, и мой отец скрыл это от деда. Они были юными и страстными, тогда им казалось, что они способны перевернуть мир, – Руперт улыбнулся, – и, признаюсь, им это почти удалось.

– Что Вы имеете в виду? – я почувствовала, как магия заколола пальцы, предупреждая меня о том, что новое признание может еще больше пошатнуть мой и так полуразрушенный мир.

– Вы знаете, как погиб Ваш дед?

– Да, он пытался закрыть разрыв в Пограничье, – именно об этом говорила мне мадам Роуз, когда я впервые приехала в Халту.

– Он там был не один, – Король осушил бокал одним глотком, – мой отец погиб в тот день вместе с ним.

– Мне жаль, Ваше Величество, – я искренне выразила соболезнования, видя, что Король до сих пор тяжело переживает потерю отца.

– И мне, Амара, – он встал со стула, подошел к серванту и снова наполнил свой бокал из бутыли, – но важно в этой истории не это. Будучи умными и смелыми, жадными до знаний и сильными магами, отец и Шенс создали один артефакт. Это было кольцо, связывающее силу мага с кристаллом Истины, хранящимся в королевской сокровищнице. Они оба понимали, что справиться с разрывом может только маг Слова. И пока всем магам Слова запечатывают силу, Королевству всегда будет грозить опасность.

– Они создали артефакт, позволяющий не ставить печать магам? – от этой догадки в душе поднялось восхищение своим дедом.

– Именно, – Руперт вернулся в кресло, – кольцо считывало любые вспышки силы мага и отправляло информацию к кристаллу Истины. Если маг использовал силу не во благо, кристалл тут же распознавал угрозу. Шенс первым надел такое кольцо и собирался передать его своему первенцу.

– Но у него родилась дочь, – я понимающе кивнула, испытывая гордость за изобретение деда, – но почему дед отказался от титула и уехал в имении в Халте?

– Многие советники не поддерживали политику отца, страх перед магией Слова был слишком силен, – Король поморщился, – совет тогда наполовину состоял из стариков, которым сложно было принять такого сильного мага, как твой дед. Чтобы не потерять власть и избежать пересудов, отец с Шенсом разыграли установку ему печати, вынужденное лишение титула и ссылку. На самом деле они продолжали плотно работать над своими исследованиями, связанными с закрытием разрыва. Я тогда был слишком молод, чтобы интересоваться подобным, а после гибели отца смог найти и расшифровать лишь часть его рукописей, – монарх посмотрел на меня долгим взглядом, – когда я увидел Вас, Амара, я решил, что Вы можете мне помочь.

– Но я ничего не знала о своем дедушке, – я растерянно покачала головой, – чемя могу Вам помочь?

– Вы единственный и последний наследник магии Слова, Амара, – Руперт вгляделся в мои глаза, его взгляд стал сожалеющим, – в Пограничье с каждым месяцем все больше разрывов. И боюсь, что нам с Вами не избежать магического союза, чтобы попытаться исправить ситуацию.

– Вы наденете на меня кольцо? – я потерла ладони друг о друга, чувствуя, что они стали мокрыми от волнения.

– Признаться, я хотел этого с самого начала, – Король утверждающе кивнул, – но Дейрон отговорил меня.

– Дейрон? – удивление в моем голосе было слишком явным, – но почему?

– Его вера в чистоту Вашей души слишком крепка, Амара, – монарх улыбнулся, поднимая бокал с вином, – он убедил меня, что Вы достойны свободы.

Я растерянно замолчала, не находя, что ответить. Дейрон заступился за меня перед Королем? Тогда выходит, что его о слова о том, что он пытается защитить меня – правдивы. Маленькая вспышка надежды загорелась в моей груди, разгоняя по венам теплое чувство умиротворения.

– Амара, мне жаль, что все вышло именно так, но Вам придется пожить во дворце какое-то время, – взгляд Руперта стал холодным и жестким, – лорд Стрейд скрывается, есть подозрения, что именно он замешан в назревающем заговоре против Короны. Он ослушался моего приказа – не трогать Вас, слишком жаркой была его охота на Вас.

– Ваше Величество, лорд Стрейд сделал мне предложение руки незадолго до трагедии, – я передернула плечами, вспоминать главу службы дознания мне было неприятно, – я думаю, что его поступок связан с моим отказом.

– Вот как, – Король задумался, – Бенжамин довольно вспыльчивый и высокомерный, возможно, Вы в этом правы. Но это не отменяет того факта, что он в бегах.

– Может, он боится Вашего гнева? – сделала я предположение.

– Мы не можем рисковать Вами, Амара, – монарх твердо посмотрел на меня, – Вы единственная, на ком можно связать заговор, даже если и не имеете к нему отношения. Вы останетесь во дворце рядом с Дейроном. Какими бы ни были ваши отношения, только он сможет Вас защитить, – лицо короля смягчилось, – Вы – оружие, Амара. И я не хочу, чтобы это оружие обернулось против меня.

– Я поняла, Ваше Величество, – хоть тон Руперта и был мягким, но я остро ощутила угрозу, – благодарю Вас за доверие и постараюсь оправдать его.

Король кивнул, мы замолчали. Тихо потрескивал камин, нарушая тишину в комнате. Я вдруг поняла, что Король ошибался. Кот говорил мне, что его притянула из Хаоса проклятийница на магическое совершеннолетие сына. А вот чего Кот мне сказал, так это того, что этот человек был первым магом Слова в роду. А значит, Честер Родс не случайно нашел древнее писание о Хаосе, это была родовая книга. И для него не стало неожиданностью, что из разрыва появятся темные сущности, он на это рассчитывал.

– Ваше Величество, а как Ваш отец и мой дед собирались закрыть разрыв? – задала я вопрос монарху, изучающему мирное пламя в камине.

– В рукописях отца написано, что маг Слова может взять под контроль не только темны сущности Хаоса, но и контроль над Гранями, – Руперт посмотрел на меня, его взгляд был усталым, – отец мог видеть скрытые разрывы, которые еще не проявились. Шенс запечатывал их до их проявления. А когда они добрались к главному – у обоих осталось слишком мало сил. Хаос беспощаден, Амара. Я не прошу Вас бороться с ним, я прошу лишь не бороться на одной стороне с мятежниками.

– Ваше Величество, у меня есть просьба, – я дождалась утвердительного кивка, – могу я получить доступ к Королевской библиотеке?

– Конечно, – мне показалось, что моя просьба удивила Руперта, – я дам распоряжение сегодня же. Через три дня состоится бал в честь праздника Зимнего Дня, проведите это время с пользой, Амара, – он улыбнулся, – и под пользой я имею в виду вовсе не изучение пыльных томов в библиотеке.

– Благодарю, Ваше Величество, – я согласно склонила голову, твердо решив, что именно в библиотеке я и проведу все свое свободное время, – я могу идти?

– Да, лакей проводит Вас.

Я покидала кабинет монарха воодушевленной. Все же, мой дед не был преступником, как иногда рисовало мое воображение от отсутствия информации. Шенс Вайс был истинным героем! Как и моя бабушка. Единственное, что осталось тайной – почему дед так скоропостижно отправил маму в Северные Земли. Теперь я склонялась к мысли, что он оберегал ее от кого-то. Осталось выяснить – от кого.

Глава 18

– Дорогая, поверь, ты затмишь на балу всех! – мадам Фелл восхищенно всплеснула руками, вскакивая с кресла в моей гостиной.

Я улыбнулась. Иногда она вела себя не как графиня, а как хозяйка чайной, которая была гораздо ближе моему сердцу. Наступил день бала, и Гертруда лично взяла на себя обязанности по моим сборам. Я не возражала, потому как сама ничего в этом не смыслила, да и разбираться в этом не хотела. Как и планировала, я провела все свободные дни в библиотеке, с упоением зарываясь в книги о Хаосе, о темных магах, о магах Слова и родовых древах. Королевская библиотека была кладезем полезной информации, к которой мне был предоставлен полный доступ. Я даже бросила навещать Мартиса, который не так уж и страдал от отсутствия моего внимания. Как рассказала мне мадам Фелл, он обратил все свое очарование на леди Бастет. Я оказалась права, распознав в ней одну из прогрессивных леди, отказавшихся от опеки родителей и решивших освоить «рабочую» профессию. Дейрон тоже не попадался мне на глаза, но однажды, я уснула прямо за книгой в библиотеке, а проснулась под сварливое ворчание Кота в собственной спальне, и весь день слушала нотации о том, что приличным девушкам не пристало появляться в спальне ночью с разными герцогами. Я ничего подобного не помнила, и решила, что компаньону просто привиделось. Не мог же сам герцог Бриосский нести меня спящую на руках из библиотеки через весь дворец до моих покоев! Если только он не воспользовался порталом…

– Мадам Фелл, – отвернулась я от большого напольного зеркала в тяжелой резной раме, – я давно хотела поговорить с Вами об одном важном деле.

– Что случилось, Ами? – лицо графини мигом стало серьезным.

– Вы же знаете приют четы Востер? – Гертруда кивнула, и я продолжила, – в приюте есть девочка, Амелина, ей пять лет. Она обладает даром познания, – я сделала паузу, оценив обеспокоенный вид мадам Фелл, – никто не сможет помочь ей, кроме Вас. Я понимаю, что взять опеку над ребенок – это важный шаг, но может Вы хотя бы навестите ее? Она часто видит видения, с которыми ей трудно справляться, и рядом нет никого, кто мог бы научить ее.

– Амелина, говоришь, – Гертруда глубоко задумалась.

Я понимала, что моя просьба слишком дерзкая, но лишь мадам Фелл могла помочь малышке справиться с даром и не навредить себе.

Оставшееся время до бала графиня провела в задумчивом молчании. Перед выходом, я еще раз оценила свое отражение. На мне было длинное платье дымчатого серого цвета из струящейся ткани, с жестким лифом, расшитым драгоценными камнями, с рукавами до пола с прорезями от плеч. Тонкое ожерелье из кристально прозрачного камня дополняло образ, гармонируя с серьгами-каплями. Девушка в отражении была красива, но это была не я. Мне хотелось вытащить из волос все эти шпильки, позволив своим непокорным кудрям рассыпаться по плечам. Лиф давил, сковывая дыхание, напоминая мне, что я здесь не по своей воле. Хоть и последний разговор с Королем прояснил многие моменты, дворец ощущался мне клеткой. Я вздохнула поглубже, прогоняя из головы печальные мысли, и направилась на бал, сопровождаемая мадам Фелл, как и положено незамужней девушке.

Церемониймейстер громко объявлял вновь прибывших, привлекая внимание гостей к входящим парам. Оркестр играл тихую мелодию, оставаясь фоном, свет магических люстр был приглушен, зала постепенно наполнялась незнакомыми мне людьми. Среди них, я знала, был Лион, но нам пока не удалось встретиться. Мадам Фелл быстро покинула меня, сдав на руки Мартису. Вскоре громко грянули фанфары, извещая о прибытия Короля. Руперт Рамерийский вошел в зал твердым шагом, кивая придворным, склонившимся в поклонах. На нем был богатый белый камзол, расшитый золотыми узорами, а его голову венчал золотой обруч. Я впервые за все время пребывания во дворце увидела Короля в подобающем ему одеянии. Следом за монархом шел его сын, принц Руан, ведя за руку юную красивую леди. Приветственная речь Короля была короткой, я толком не вслушивалась в ее содержание, растерянно оглядываясь по сторонам. Его Величество высоко поднял руку и объявил начало бала. Зазвучали трубы, и оркестр, стремительно набирая громкость, завел первую мелодию.

– Ами, успокойся, – в который раз произнес Мартис, осторожно наклонившись к моему уху.

– Это все не для меня, – я улыбнулась, беря из рук друга бокал с ягодным напитком.

Бал был в самом разгаре. В роскошной зале кружились пары, плавно переходя из танца в танец. Стараниями мадам Фелл я не уступала внешним видом ни одной леди в этом помещении, но все равно чувствовала себя неловко. Чего нельзя было сказать о Мартисе – он вел себя так, словно с младенчества посещал подобные мероприятия. На нем был камзол из серого бархата с Восточных Земель, который в лучах магических огней отливал голубым, оттеняя его яркие глаза. Признаться, друг выглядел прекрасно. Дамы не сводили с него взглядов – кто-то смущенно прятал интерес за веером, а кто-то, не стесняясь, смотрел открыто, не забыв при этом уколоть меня шпильками презрения. Да что я им всем сделала? Они меня даже не знают!

– Давай потанцуем, – отвлек меня от невеселых мыслей Мартис, – следующим танцем будет вайлет, мы танцевали его на городской площади.

– Откуда ты знаешь столько о балах? – я вопросительно посмотрела на него, отставляя бокал на поднос лакею.

– Я много путешествовал, – пожал плечами друг, – и часто бывал на приемах в разных землях, я все же капитан.

Когда Мартис проводил меня в танцевальный круг, шпильки презрительных взглядов дам превратились в острые шпаги и воткнулись мне между лопаток, заставляя меня передернуть плечами. Первые аккорды грянули слишком торжественно, и если бы Мартис уверенно не подхватил меня, я бы растерянно осталась стоять в центре залы.

– Так не пойдет, – обеспокоенно вгляделся в мое лицо Мартис, умело ведя меня в танце, – закрой глаза, Ами.

– Что? – я недоуменно посмотрела на него, – побереги свои сапоги, Марти.

– Ты сомневаешься в моих танцевальных талантах? – друг насмешливо поднял брови, – доверься мне, ты же знаешь, что я не подведу. Закрой глаза.

Я бросила на него скептический взгляд, но все же послушалась.

– Забудь про этот бал, Ами, – голос Мартиса был спокойным и тихим, – нет этой залы, этих леди и лордов, нет Короля и его свиты. И нас здесь нет. Мы на городской площади Эфоса, на летней ярмарке. Играет уличный оркестр, пахнет морем и южными цветами, вокруг твои соседи и друзья, на тебе голубое платье, и ветер играет твоими волосами. Мы танцуем вайлет, как делали это много раз, а после будем пить персиковое вино и считать звезды.

Каждое слово Мартиса проникало глубоко в меня, смешивалось с моей магией, рождая во мне удивительное чувство спокойствия. Я слышала шум волн с пристани, и пение цикад, и шумный гомон веселой толпы, которая отдыхает на празднике Лета. Мне даже показалось, что мои непокорные кудри рассыпались по плечам, избавившись от всех этих замысловатых и совсем ненужных им заколок. Мартис кружил меня по зале, аккуратно придерживая под лопатки, давая мне возможность самой идти за ним. А я словно стала невесомой, я летела в танце, позабыв о смущении, и на моем лице показалась счастливая улыбка.

– Так гораздо лучше, – в голосе друга тоже заиграла улыбка, и я знала, как она выглядит, даже не открывая глаз.

Когда вайлет затих на последних аккордах, музыканты без передышки начали новую мелодию, и она была мне знакома. Мартис вопросительно посмотрел на меня, я кивнула, и мы сошлись в новом танце. Тревога и неловкость отпустили, я доверила ход танца другу, а сама аккуратно стала разглядывать залу. Король не покидал своего трона, скучающе посматривая на танцоров, принц неподалеку беседовал о чем-то с группой лордов, щедро распивающими спиртные напитки. Возле столов с угощениями собрались леди постарше, усердно обмахиваясь веерами и сплетничая, пару раз я заметила мадам Фелл, с грацией истинной графини позволяющую вести себя в танце какому-то пожилому лорду. Мой взгляд не останавливался ни на ком, блуждая по лицам, и не находя то единственное, от которого замирает мое сердце. С самого начала бала я искала его в толпе и не знала, чего я хочу больше – увидеть герцога или понять, что его здесь нет. Эта встреча одновременно пугала меня, и вселяла робкую надежду. Вдруг я смогу понять, что Дейрон не так плох, как рисует мне обида. В голове все еще крутились слова Короля о том, что он просил не надевать на меня кольцо. Почему он это сделал на самом деле? Потому что и правда верил в то, что я и мой дар не опасны, или у него были свои мотивы? А может он и правда хотел меня защитить… И даже если это самообман, успокоить глупое сердце все равно не получалось. Но танец подошел к концу, а знакомую фигуру в толпе найти так и не удалось.

– Ами, прости, я отойду на пару минут, – виновато сказал Мартис, проводив меня к закускам, – не пропадай из виду, хорошо?

– Да, – я кивнула и проследила за его взглядом, направленным в сторону противоположной части залы.

Там расположилась стайка молодых леди, отсюда было не слышно, о чем они говорят, но на их лицах были задорные улыбки. Одну из них я узнала – это была леди Бастет. Девушка не участвовала в беседе с подружками, она скромно стояла чуть в стороне, робко поглядывая в направлении моего друга, который уверенным шагом приближался к ней.

– Что, бросил тебя твой защитничек, – раздался за моей спиной язвительный голос, – скоро все отвернутся от тебя, ведьма.

– Графиня, – я кивнула женщине, не желая устраивать прилюдный скандал, – не могу сказать, что рада Вас видеть.

– Ты еще смеешь мне дерзить? – интонация Лоры Престон подскочила на пару тонов, – я быстро раскрою твою истинную суть, дрянная девчонка!

– Не устраивайте сцен, – постаралась я сгладить ситуацию, замечая, как на нас устремились любопытные взгляды, – это не красит леди.

– Поуказывай мне еще, – прошипела графиня, как настоящая змея, – Король быстро разберется с тобой, магичка, и я с удовольствием приду на твою казнь!

– На чью казнь Вы собрались, леди Престон? – от этого голоса, неожиданно прозвучавшего из-за моей спины, внутри все подпрыгнуло.

– Ваша Светлость! – Графиня сделала подобострастный реверанс, – как вовремя Вы подошли! Я как раз собиралась Вас найти! Тут творятся ужасные вещи! – она наигранно схватилась за сердце, бросив на меня ненавидящий взгляд и привлекая еще больше острых взглядов в нашу сторону, – эта девчонка опасна, она околдовала моего дорогого сыночка, она преступница! Прошу Вас, лорд Вудст, примите меры, – ее голос стал таким сладким, что меня затошнило.

– Вы говорите о мадемуазель Вайс? – Дейрон все еще был за моей спиной, но я чувствовала его присутствие каждой клеточкой своего тела, – гостье Его Величества?

– Г…гостье? – лицо графини приняло растерянное выражение, – как гостье? Ее же задержали, Вас видели на пристани, Вы же лично сопроводили ее в темницу!

– Так Вы в курсе всех событий, – голос герцога стал холодным, – как интересно.

– Люди говорят, – нашлась Лора Престон, все еще не отступая, хоть и появление герцога поубавило пыл сплетников вокруг и зрителей стало значительно меньше.

– Так к чему тогда этот спектакль? – Дейрон сделал шаг, обдавая меня запахом приближающейся бури, и встал рядом со мной, – признаюсь, я и сам хотел Вас увидеть, графиня.

– З…зачем? – женщина слегка сгорбилась под темным взглядом герцога, мигом растеряв всю решительность.

– У меня есть к Вам вопросы, – ощущение давящей силы стало таким сильным, что на мгновение я даже пожалела Лору, которая нервно сжала в руках цветастый веер, – но прежде я хотел бы попросить Вас, впредь не оскорблять гостей Его Величества. Не думаю, что ему это понравится, – Дейрон чуть наклонился к женщине, понижая голос, – я слышал, что за такое даже лишают титула…

– О чем Вы говорите?! – графиня отшатнулась, ее лицо растеряло всю краску, став совершенно белым, – я лишь поприветствовала свою знакомую, не более. А теперь простите меня, – она спешно удалилась, споткнувшись о подол своего пышного платья, оставляя нас с герцогом вдвоем.

– Полагаю, Вы ждете благодарности? – я посмотрела на Дейрона, невольно отмечая, что сегодня он еще красивее.

Все тот же черный камзол, отливающий темной сталью, убранные назад волосы, тонкий шрам, насмешливые глаза, в которых таяли грозовые тучи.

– Я жду танец, – он решительно взял меня за руку, не дав даже опомниться, и вошел в танцевальный круг.

Герцог не стал дожидаться начала нового танца, уверенно влившись вместе со мной в уже идущий, словно это в порядке вещей и вовсе не противоречит этикету. Танцующие пары расступились, освобождая дорогу племяннику Короля, а я не могла оторвать взгляда от его лица. Мне вдруг ужасно захотелось запустить пальцы в его волосы и освободить челку, чтобы она упала ему на лоб, делая его образ привычным.