Текст книги "Проклятие Яра (СИ)"

Автор книги: Амаранта Вейс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Вега не верила той легкости, с которой Яннис каждый раз рассказывал про смерть родителей. Всем видом он пытался показать, что его уже давно не задевают слухи, ходящие вокруг имени его семьи.

– С нетерпением буду ждать этого дня, – чародейка сделала робкую попытку приободрить мага.

❂❂❂

Палкус мало чем отличался от Канопуса и прочих городков. Все те же дома, все та же атмосфера страха. Только здесь боялись не тварей, а загадочный народ, живущий в лесу.

Яннис и Вега обошли всех родителей, дети которых пропали, но не получили почти никакой информации. Сведения были слишком сумбурными, убитые горем люди не могли мыслить трезво. Однако все, как один, твердили: «Туманные люди всему виной!».

Светлая чародейка не желала сдаваться. Она вспомнила, что в каждом населенном пункте обязательно должен быть староста, знающий о всех местных секретах. Ей стоило поблагодарить лорда Эддингада и отца, за то, что они так часто об этот твердили.

Выяснить, где живет местный глава, оказалось самой легкой частью миссии. Имя Себастьяна Уолка знал каждый в Палкусе. После того, как его карьера политика и крупного учёного в высших кругах не удалась, мужчина выбил для себя должность старосты в небольшом городке. Прежде Вега никогда не слышала о Себастьяне, поэтому не знала, что он за человек и как отреагирует на их появление.

– Скорее всего, он в курсе, что миссию доверили тебе одной. Будет лучше, если пойдёшь без меня. Как думаешь, справишься?

Маги остановились в нескольких метрах от довольно-таки скромного зеленого здания с чердаком.

– Справлюсь, – она не колебалась, ведь, действительно, чувствовала уверенность в собственных силах.

– Пока вы будете болтать по душам со старостой, я попробую разузнать еще что-нибудь.

– Будь осторожен, – переборов легкое смущение произнесла Вега.

– Раз уж ты так просишь, то я просто обязан быть самым осторожным из всех осторожных, – казалось, Яннис светился из-за её слов.

Вега закатила глаза и, буркнув что-то под нос, направилась к белой двери, на которой гордо красовалось:

«СУ – Историк. Астроном. Староста».

Гулкий звон дверного колокольчика заполнил узкую прихожую со странными узорами на стенах. К гостье никто не вышел, а сама девушка, завороженная причудливым интерьером, совсем позабыв о манерах, двинулась вперед. В стеклянных шкафчиках красовались старинные предметы: украшения, посуда, даже воздушный змей с ярким окрасом. Также повсюду стояли приборы, среди которых Вега смогла распознать лишь телескоп. В воздухе витал её любимый аромат – запах тайн и знаний.

Девушка могла задержаться здесь надолго, но даже вечности не хватило бы, чтобы осмотреть все предметы, которые собирались годами. С неподдельным интересом она изучала звездную карту, висевшую над квадратным столом с блестящей поверхностью, как вдруг услышала громкий стук откуда-то сверху. Казалось, упало что-то большое или, быть может, кто-то большой.

Потратив время на поиски, она наконец обнаружила замаскированную лестницу, ведущую на чердак. Волнение и любопытство подталкивали её двигаться быстрее. Вега застыла на самом пороге, увидев крупного мужчину. Он лежал в обнимку с прибором очень похожим на глобус и довольно поглаживал свои пышные усы.

– Эм, вам нужна помощь?

Вега без раздумий могла бы помочь мужчине подняться, но его лицо выражало небывалую уверенность в том, что все происходящее – результат четко выверенного плана.

– Скопление галактик мне в душу, вы кто?! – Себастьян всегда раздражался, когда его беспокоили в самый разгар эксперимента. – Кажется, я давал объявление, что сегодня не принимаю посетителей.

– Прошу прощения, что отвлекаю от важных дел. Но мне срочно необходимо поговорить с вами. О, и у вас просто замечательный телескоп! – Вега высказала первое, что пришло на ум, и застыла в ожидании. Ей не хотелось, чтобы её прогнали в первую же секунду знакомства.

Морщинка на лбу мужчины тут же разгладилась, он резво поднялся на ноги, аккуратно отложил прибор и подошёл к девушке, горячо схватив её за руку:

– У вас определенно есть вкус, юная леди! Признаться, это не самый лучший прибор, что у меня был. Но из– за Апертурной лихорадки пришлось избавиться от половины вещей!

– Апертурной лихорадки? – Вега впервые слышала о подобной болезни.

– О, да! Многие думают, что она– миф. Ерунда! Она существует! – Себастьян забавно покручивал кончик усов, с любопытством поглядывая на девушку. – Эта лихорадка постоянно заставляет тебя хотеть заполучить телескоп с все большим и большим объективом. Не успеешь и глазом моргнуть, как ты отдаёшь последнее золото и у тебя появляется настолько огромный, что он уже и не помещается в доме!

– Наверное, это жутко неприятная болезнь, – произнесла чародейка.

Его манера речи и внешний вид производили яркое впечатление. Телосложением Себастьян напоминал бурового медведя, а странным блеском в глазах – Элизу, когда та узнавала что-нибудь по-настоящему интересное. Видимо, это особенность всех умных людей.

– Совершенно верно. Так, о чем вы хотели меня спросить? Да что же это я?! В самом деле, пройдемте вниз, сядем за стол и поговорим.

Чародейка и астроном спустились и расположились возле того самого стола с картой.

– Что ж, ваше появление можно сравнить с солнечным затмением, заставшим меня посреди поля весной 405 года, – мужчина выудил чуть погнутый монокль и надел его с важным видом.

– А что не так было с тем затмением?

– Я был к нему не готов, – с совершенно прозрачным намеком ответил Себастьян.

Вега и сама понимала, что должна была предупредить о визите, как это делают все хорошо воспитанные люди. Но в последнее время вопросы этикета все реже всплывали в сознании.

– Я искренне прошу прощения за это, – ей действительно было совестно, но она не планировала отступать.

– Однако тот случай научил меня кое – чему: некоторые события в жизни неизбежны и им просто суждено произойти. Тоже самое и с нашей встречей. А теперь приступим к разговору, но прежде позвольте представиться, – мужчина протянул руку. – Себастьян Уолк, к вашим услугам.

– Просто Вега, – девушка со смущением наблюдала за тем, как ученый целует ее ладошку, а затем очерчивает свои усы, одобрительно кивая. – Видите ли, меня направили в Палкус, чтобы я разрешила возникшую проблему.

– Дети, – Себастьян сразу же понял, о какой проблеме она говорит. – Уже трое пропали, и это только в Палкусе. Слышал, что в двух других городах ситуация складывается куда хуже, – лицо ученого помрачнело. – Странно, что ещё и вам поручили такое задание. Примерно месяц назад, со мной уже связывались люди из совета. Они-то и помогли выйти на след похитителей.

– Туманный народ, – догадалась Вега. Однако кое-что не состыковывалось, если совет уже вмешался, зачем было посылать ее?

– Абсолютно правильный вывод. Когда пропал первый ребенок, сначала мы пытались отыскать его своими силами. Но потом стали пропадать и другие. Медлить было нельзя. Посовещавшись с другими старостами, я направил запрос в Северную корону. И вот что получил, – мужчина дрожащими от волнения руками достал сверток из ящика и передал его Веге.

Она аккуратно развернула его и с изумлением стала рассматривать камушек:

– Будто всё звездное небо поместили внутрь, – прошептала она, осторожно прикоснувшись нему.

– Это – чёрный опал. Лишь у жителей леса можно найти такой. Я говорю это, чтобы вы понимали, насколько он редкий, – многозначительно произнес ученый.

– Я бы и рада понять, но пока не вижу всей картины.

Вега прибывала в смятении и переводила взгляд то на опал, то на мужчину.

– Этот камень нашли на границе Туманного леса, рядом с ботинками Роба, пропавшего мальчика. Похожие камни нашли не только в Палкусе, – уловив, что Вега все еще не понимает, Себастьян с энтузиазмом, присущим многим учёным, принялся объяснять. – Мой рассказ может затянуться, но все весьма запутанно. Именно поэтому нам стоит обратиться к истории.

Вега старалась слушать внимательно, чтобы не потеряться в потоке слов.

– Примерно сто лет назад, когда Медведица расширяла свои границы, прежнему главе совета приглянулись земли Палкуса. Но он не знал о тех, кто жил совсем рядом. Народ звёзд – именно так они себя назвали. Мы же прозвали их «Космейцами». Космейцы были хранителями диковинного леса и чудес, наполнявших его. Долгое время люди и Космейцы жили бок о бок и мирно сосуществовали, пока жители Палкуса не стали жадны. Ресурсы и редкие животные леса привлекали их всё больше. Они стали убивать, уничтожать лес. Не ради пропитания и не ради жизни. Началось противостояние: Космейцы сводили с ума тех, кто входил в их дом со злым умыслом. Они напускали фиолетовый туман, с которым не могли совладать ни люди, ни маги. Тогда Северная корона приняла решение заключить мирный договор, в котором говорилось, что люди перестанут ходить в лес, а Космейцы не тронут ни одного жителя. С его подписания прошло много лет, никто больше не видел народ Космея. И вот сейчас, люди, которых послал совет, находят чёрные опалы. Если я подтвержу, что они принадлежат Космейцам, боюсь войны не избежать, – все в голосе Себастьяна кричало о том, что он хочет предотвратить возможное кровопролитие.

– Но вы ведь уже знаете, что камни принадлежат Космейцам. Почему же ничего не сказали совету?

– Я ученый Вега и не могу делать выводы, опираясь лишь на один Опал.

Подобное решение доставило ему немало проблем. В письмах, которые Себастьяну регулярно посылали, его настоятельно просили ускорить процесс подтверждения. Но мужчина стоял на своем.

– А как же дети? Неизвестно, что с ними происходит. Что, если счёт идет на секунды, пока вы медлите с решением? – Вега негодовала, вспоминая заплаканные лица родителей.

Себастьян поднялся из-за стола, гордо возвышаясь во весь свой двухметровый рост:

– Порой суждения людей напоминают мне солнцестояние. В этот день Солнце проходит либо через самую северную, либо через самую южную точки небесной сферы.

– Хотите сказать, что мы бросаемся из крайности в крайность? – предположила чародейка, неуверенная, что смогла разгадать сложную метафору Себастьяна.

– Верно, это то же самое, что делить все на белое или черное, забывая про все остальные оттенки. Не думайте, что мне безразлична судьба детей. И я по собственной прихоти не говорю совету о Космейцах.

– Если я представлю доказательства их причастности, вы расскажите об этом?

– Разумеется, но я надеюсь, что это будут доказательства их непричастности, – выдохнул Себастьян.

глава 24. Мраморная лиса

☾

На одном дыхании Вега закончила пересказ встречи с Себастьяном.

– А что думаешь ты? – поинтересовался Яннис.

– Сначала меня захлестнули эмоции. Исчезновение детей – это ужасно! – порывисто протараторила она. – Я всегда знала, что мне не хватает хладнокровности. Из – за своей несдержанности я без сомнений обвинила Космейцев. Но потом хорошенько поразмыслила обо всём. Себастьян прав, нельзя наговаривать на кого-то так поспешно.

Яннис мог бы поспорить о её несдержанности. Временами казалось, что Вега взвешивает каждое слово и произносит то, что подходит к ситуации, а не то, что она чувствует на самом деле. Однако это не относилось к поступкам. Какой бы расчётливой чародейка не пыталась быть, её доброта говорила сама за себя. Возможно, именно это привлекло Янниса? Не считая её обаяния, разумеется.

– Ничего не остается. Завтра мы отправимся в Туманный лес и лично познакомимся с Космейцами. А сейчас нам не помешало бы выспаться, – парень приглашающее похлопал по кровати.

Вега нахмурилась, её взгляд бегал от узенькой кровати к Яннису и обратно. По его выражению лица становилось понятно: он рад наконец произнести эту фразу и попытаться вновь её смутить. Денег хватило только на одну комнату в таверне. В тот момент она была согласна на что угодно, лишь бы вновь не ночевать на сырой земле, опасаясь что какой-нибудь паук заползёт ей в ушную раковину. Однако сейчас её уверенность плавилась, словно сливочное мороженное, забытое на солнце. Глупо было надеяться, что за такую сумму им предоставят отличные условия и раздельные кровати.

Яннис не ждал, что она согласится спать вместе, он уже мысленно подготовил себя к веселой ночи на жестком полу. Однако с самым невозмутимым видом Вега потушила лампу, юркнула под старый, но вполне теплый плед, и повернулась к нему спиной.

Следовало пошутить и разрядить обстановку, как он делал прежде. Но ему совсем не хотелось говорить. Яннис вслушивался в ночную рутину таверны. Веселье внизу набирало обороты: люди подпевали игривым ноткам флейты и отстукивали ногами её ритм. Даже мужчина за стенкой, словно похрапывал в такт. Вега дышала шумно и неровно. Он физически ощущал её волнение и кончик косички, забавно щекочущий его руку.

Вега старалась не шевелиться, опасаясь случайно задеть Янниса и загнать себя в ещё более неловкое положение. Ей казалось, что в таком напряженном состоянии она не сможет сомкнуть глаз. Даже сквозь слой одежды и плед, Вега чувствовала волнующее тепло, исходящее Янниса.

Девушка сжала губы: бок затёк, да и рука уже давно занемела. Она хотела сдвинуться, но продолжала лежать в неудобном положении. Она не готова оказаться так близко к нему.

Спустя некоторое время, Вега вздохнула, и злясь на саму себя, всё же перевернулась. В комнате не было свечей, единственным источником света служила Луна, едва попадающая в крошечное круглое оконце. Когда глаза привыкли к почти осязаемой темноте, она смогла отыскать лицо Янниса.

Раньше Вега часто читала романы, те самые которые прячешь от посторонних глаз. В них нередко повторялась одна сцена, похожая на их нынешнюю ситуацию с Яннисом. Вега никогда не понимала, почему кто-то с неподдельным интересом рассматривал другого человека, пока тот спал? Она считала подобное неприличным, вторжением на личную территорию. Ведь когда, как не во сне, мы становимся особенно уязвимыми? Однако, кажется, она и сама начинала чувствовать зудящее любопытство, желающее увидеть именно эту сторону Янниса.

Если бы Вегу попросили подобрать слово, описывающее его губы, то, пожалуй, она знала, какое должна назвать. «Бесстыдные». И не только губы, а ещё рот, мысли и его шутки. Но где-то в глубине души ей это нравилось.

Вега скользнула взглядом по его носу, зацепилась за татуировки в виде молний, а когда добралась до глаз, то ахнула и сделала первое, что пришло в голову: крепко зажмурилась. Всё это время Яннис не спал, в то время как она бесстыдно рассматривала его. Уши горели, сердце билось о грудную клетку с невероятной скоростью, а она продолжала притворяться спящей, словно у Янниса не было мозгов.

Прошла минута, а за ней и вторая, но парень молчал.

❂❂❂

Едва солнце показалось на горизонте, маги отправились в путь. Остаток ночи прошёл спокойно, вероятно, только потому, что Вега не заметила, как заснула. А когда проснулась, Янниса уже не было.

Как только маги переступили границу леса, ощущение, что они очутились в другом мире, накрыло их с головой. Невероятные виды приковывали взгляд, а от свежего запаха с примесью чего-то сладкого кружилась голова. Повсюду были лианы, усыпанные гирляндами соцветий. Они опоясывали могучие деревья, а в окрасе их лепестков преобладали оттенки розового и фиолетового. Вега никогда в жизни не видела таких сочных цветов. Были и другие деревья, ещё более необычные. Их корни опускались из веток и тянулись вниз. Это выглядело так, словно в одном растении заключили ещё один миниатюрный лес.

– Отлично, мы на месте. Что дальше? – чародейка не могла перестать озираться по сторонам. – Будем идти вперёд, пока на кого-нибудь не наткнемся?

– Можем попробовать спеть. Вдруг Космейцы не выдержат и сами выйдут к нам, – Яннис выглядел беспечно, но на самом деле он был максимально сосредоточен, выискивая малейшие признаки опасности.

– Почему, чем серьезнее ситуация, тем больше ты начинаешь шутить? – хмыкнула Вега, скрещивая руки на груди.

– Польщен, что ты так пристально следишь за моими привычками, – он ближе наклонился к девушке. – Или на тебя так подействовала прошлая ночь?

– Это здесь не причем. Просто я очень наблюдательна, – возразила девушка. Вдруг ее внимание привлек полупрозрачный туман, опускающийся с верхушек деревьев. – Яннис, кажется, нам не понадобится петь.

Маг тут же обернулся. Туман густел, становился насыщенно фиолетовым и быстро надвигался к ним. Яннис схватил руку Веги прежде, чем плотное облако полностью окутало их, накрывая с головой, словно пушистое одеяло.

Они не впервые попадали в ситуацию полного неведения, когда органы чувств не могут помочь. Но к такому нельзя привыкнуть. Не было никаких звуков, лишь сладковатый запах щекотал ноздри, из-за чего хотелось чихнуть. Парень крепко сжимал ладонь девушки. В этом месте их магия не действует, остается полагаться только на грубую силу, но он не знал, будет ли в этом толк.

Всё происходило в точности, как рассказывал тот мужчина в таверне. Густой туман и ощущение слежки за каждым твоим шагом. Внезапно она перестала чувствовать Янниса, что-то с силой отбросило её назад и повалило на землю, тут же исчезая. Вега громко позвала мага, но это было бесполезно. Он не ответил ей ни через минуту, ни через пять. Паника вот-вот грозилась захлестнуть чародейку, но каким – то чудом она сдержала всхлипы и успокоилась.

Подумаешь, осталась без магии и без Янниса, в странном месте, со странным народом, который возможно похищает детей. Вега оказывалась в ситуациях и похуже (например, когда гневила отца и выслушивала его лекции). Но что, если Яннис ищет её, пока она придается ненужным мыслям или вдруг он попал в беду?

Девушка осторожно поднялась на ноги и провела рукой по воздуху, попытавшись разогнать туман и увидеть хоть что-то. Но её действия не увенчались успехом. Шаг за шагом чародейка двигалась в неизвестность, время от времени выкрикивая имя напарника. Запах крепчал, становился излишне терпким и душным. Появилось острое желание зажать нос. Вега старалась делать короткие вдохи и прислушиваться к тишине.

Короткий жалобный писк раздался неожиданно. Когда он вновь повторился, девушка смогла разобрать, в какой стороне находится источник звука. Фиолетовая дымка ослабевала, и когда она совсем исчезла, Вега очутилась на узенькой поляне. На изумрудной траве маленький зверек показался ей серым пятном. Это была лиса, но с особым окрасом. Шерстка, точно белый мрамор, на лбу красовалось черное пятно в виде короны а контуры глаз и ушей обрамляли тоненькие линии.

Тело лисенка стягивали жесткие веревки, они причиняли боль каждый раз, когда он пытался выбраться из ловушки.

Девушка тут же бросилась к бедному животному, но раскатистый голос заставил её замереть на месте.

«Ты должна убить животное. Только так ты и твой друг сможете выбраться отсюда».

Вега растеряно крутила головой, не понимая, откуда лился этот страшный голос. Казалось, он был повсюду, даже в её голове. Слова повторялись вновь и вновь, медленно сводя чародейку с ума.

– Я не хочу это делать! – в отчаянии крикнула она, когда голос в очередной раз повторил приказ.

«Вы оба погибните, если ты не сделаешь это. Убей! Убей или будешь убита!»

Вега зажмурилась и схватилась за голову, в попытке прогнать неизвестного из своих мыслей. Она трясла головой, пока не почувствовала в правой руке тяжелый предмет. Это был кинжал с коротким изогнутым лезвием и малахитовой рукоятью. От оружия веяло смертельным холодом. Одна мысль о том, что она должна убить беззащитное животное вызывала мороз по коже.

Голос все не умолкал и в какой-то момент к нему прибавились мужские крики.

«Яннис!». Сердце болезненно сжалось, когда маг начал хрипеть, явно сорвав голос. Это было невыносимо слушать. На дрожащих ногах Вега добралась до лисенка. Его голубые глаза просили о помощи. А голос в голове приказывал убить.

Хрипы Янниса становились все надрывнее. Веге хотелось лишь одного. Чтобы это, наконец, прекратилось. Глотая слезы, она рухнула на колени перед лисенком, занеся вверх кинжал.

Лисенок был истощен попытками выбраться, и в какой – то момент и вовсе перестал вырываться. Он замер от бессилия.

Почему она должна это делать? Зачем убивать ни в чем неповинное животное?

Но голос продолжал твердить: «Убей животное или умрешь сама. Умрет твой друг. Убей!»

Это не звучало, как шутка или пустая угроза. Ледяная рука смерти уже лежала на её плече и слегка касалась горла.

«Что же делать?!». Клинок выскальзывал из рук, пришлось сжать рукоять двумя руками, чтобы направить кончик лезвия на бок лисенка.

Одно движение. Быстрый взмах, и всё закончится. Яннис и она будут спасены.

Слезы капали на мраморную шерстку лисенка. Вега не могла дышать. Содрогаясь в истерике, она приняла решение.

– Прости…

Последний жест рукой и жалобный всхлип разносится по поляне.