Текст книги "Магические будни хомяка (СИ)"

Автор книги: Алла Касперович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 41

Праздновать победу Ира не спешила – понимала, с кем имела дело. Однако не могла не радоваться тому, что Руперт наконец-то сделал шаг навстречу. Обнимал он её недолго, но начало было положено. Чаю они всё-таки выпили, причём дворецкий, вопреки обыкновению, сел не напротив, а рядом. Когда Руперт наполнял её чашку ароматным чаем с мятой, Ира внимательно смотрела на него, он же старался не встречаться с ней взглядом. О чём он думает, она никак не могла понять, но очень надеялась, что он не станет делать вид, что между ними ничего не произошло. Возможно, для кого-то простое касание, лёгкое объятие не имело никакого значения, но для Иры будто мир перевернулся, ведь теперь она и вправду могла на что-то надеяться.

– Леди Ирен, чай скоро остынет, – сказал Руперт, поставив белый с золотистой каймой заварочный чайник на стол. – Прошу меня простить. – Он поправил шаль на её плечах.

– Тебе не нужно извиняться, если хочешь дотронуться до меня. – Ира спрятала улыбку за чашкой, запах мяты сводил с ума. А может, дело было вовсе не в мяте.

– Леди Ирен, не могу не напомнить Вам, что не имею права Вас касаться просто по своему желанию.

– Глупости какие! – вздохнула она, сделала несколько глотков и негромко звякнула чашкой о блюдце, затем повернулась лицом к дворецкому, и Руперту пришлось сделать то же самое. – Мне кажется, мы с тобой намного больше, чем просто госпожа и слуга. Или ты относишься ко мне, как относился бы к любой другой, кто стал бы твоей госпожой? – Ира говорила с уверенностью, которой, однако, не чувствовала.

– Леди Ирен, я жизнь за Вас готов отдать! – В голосе дворецкого даже посторонний уловил бы возмущение, не говоря уже о той, кто понимал Безупречного лучше, чем кто бы то ни было.

Ирины губы дрогнули, но улыбка так и не появилась.

– У меня здесь нет никого ближе тебя, – Ира говорила еле различимо, но в ночной тишине Руперт слышал её прекрасно. Но даже если бы не смог, почувствовал бы сердцем. Он открыл рот, чтобы что-то ответить, но леди оказалась проворнее и приложила указательный палец к его губам. – Шш… Давай просто так посидим. Мне с тобой хорошо…

Внутренняя борьба отразилась на вечно спокойном лице дворецкого. Он сжал зубы, в душе бушевало пламя, скованное льдом, наращённым годами одиночества. И наконец появилась трещина, пока совсем незаметная, но именно сквозь неё просочились давно сдерживаемые чувства. И Руперт вдруг сам очень осторожно, бережно и нежно обнял Иру и притянул к себе. Сердце её застучало громко-громко, и, казалось, что его биение разбудит всех в округе. Но слышал его только тот, чьё собственное сердце билось в унисон.

Ира на миг замерла, пытаясь понять, не сниться ли ей всё это, но нет, ни один сон не был таким тёплым, таким надёжным. Рядом с Рупертом она чувствовала себя защищённой, он давал ей ту уверенность, о которой она всегда и мечтала. И Иру тянуло к нему до безумия, совсем, совсем не по-дружески. И если она хоть что-то понимала в мужчинах, то и его тоже. Оставалось только понять, как переупрямить упрямца.

«Не дрейфь!» – сказала она себе, улыбнулась и счастливо вздохнула. Как же здорово, что она вернулась в родной мир!

– Леди Ирен, – спустя какое-то время произнёс Руперт, он по-прежнему обнимал её, – пора в постель.

– О!..

– Леди Ирен…

– Да поняла я, – хмыкнула она, а про себя подумала: – «Уже и помечтать нельзя».

Она с нежностью потёрлась щекой о его грудь, вспоминая, как та выглядит без одежды, и с сожалением высвободилась из его объятий.

Выбравшись из беседки, Ира хотела было взять Руперта за руку, но в последнюю секунду остановилась, решив, что не стоит торопить события, а то ещё и спугнуть можно. Когда они дошли до покоев леди, дворецкий поклонился.

– Спокойной ночи, леди Ирен.

– Спокойной ночи, Руперт. – И всё-таки она не удержалась, и всё-таки она рискнула. Привстав на цыпочки и сомкнув пальцы в замок за спиной, Ира поцеловала дворецкого в щёку. – Сладких снов!

Почувствовав себя влюблённой девочкой-подростком, она хихикнула и скрылась за дверью. А Руперт остался смотреть туда, где только что стояла его взбалмошная леди. Он чуть слышно хмыкнул, покачал головой и отправился к себе, чтобы принять холодную, нет, ледяную ванну.

А Ира, оказавшись у себя, прижалась спиной к двери и зажмурилась. Ужасно хотелось визжать, прыгать по комнате, кружиться, но ночь была в самом разгаре – все видели уже десятый сон.

Не все. Вопреки ожиданиям Феликс не спал. Сцепив лапки на груди, он сидел на подушке и грозно-грозно смотрел на ночную гулёну.

– И где это ты шляешься? А? – Хомяк как мог копировал интонацию сердитого отца, но смех предательски прорывался.

– Я не шляюсь, я дышу свежим воздухом. – Ира подошла к нему и присела на корточки. – А тебе почему не спится? Проголодался?

– Проголодался, – не стал отрицать он. – Проголодался, поел, ещё раз поел, а тебя всё нет.

– Волнуешься?

– Конечно, волнуюсь! Если с тобой чёт случится, патлатый твой со всех шкуру сдерёт и не поморщится. Ещё и на вертел натянет через ж…

– Жуть какая! – расхохоталась Ира. – Не наговаривай на человека. Он замечательный! И вообще, я с ним гуляла.

– О-пань-ки… – заинтересовался Феликс, мгновенно позабыв о том, что собирался долго и упорно строить из себя грозного папашу. – А ты шустрая! Ну, колись, чё у вас уже было? Колись, Ирка!

– Да не было ничего! – вспыхнула она. – Мы даже за руки не держались!

Говорила она правду, а об остальном предпочла умолчать.

– Как дети, чесслово, – вздохнул хомяк. – Бабе почти тридцатка…

– Мне двадцать пять!

– Повторяю, бабе почти тридцатка, а она даже за ручки держаться не научилась. Ирка, блин! Всему тебя учить надо!

– Не надо меня ничему учить, – она поднялась, – давай лучше спать будем, а то скоро уже вставать.

Феликс, может, и поспорил бы, но вспомнил, что Миртл обещала к завтраку слоёные булочки с клубничным вареньем и взбитыми сливками.

– Ладно, будем спать.

Как и говорил, утром Руперт вернул беседку на место. В доме почти все как следует выспались, и только Ира жалела, что нечем замазать синяки под глазами. Эх, консилер бы хороший… Да хоть какой-нибудь… Если Феликс уснул за какую-то секунду, то Ира ворочалась до самого утра. Успокоилась, называется.

«Ни о чём не жалею!» – засмеялась про себя она. И вслух бы засмеялась, да зевота не давала.

– А нефиг по ночам с мужиками зажиматься! – Феликс успел перекусить ещё до завтрака и теперь маялся от безделья, потому что Мод ещё не приходила.

– Всего разок-то… – отмахнулась от него Ира. Она смотрела на себя в зеркало и всё больше и больше хмурилась. Если раньше собственная внешность её не особо занимала, то сейчас обстоятельства изменились.

– Ага! – воскликнул хомяк. – Всё-таки зажимались!

Ира на него покосилась, закатила глаза и вернулась к осмотру себя любимой. Да уж, одним консилером тут не обойдёшься – недосып ещё никого не красил. И вроде бы удалось урвать кусочек сна, а по ощущениям – лучше бы вообще не ложилась. И приснилось ещё что-то странное… Вроде бы что-то важное, а как проснулась, так всё сразу и забылось.

– Феликс, – Ира повернулась к нему лицом, – как я выгляжу?

Он лениво почесал пузо и спросил:

– Тебе честно?

– Не надо, – вздохнула она, а затем тряхнула головой, отчего рыжие кудряшки выбрались из плена шпилек и рассыпались по плечам. Улыбка, да пошире – и вот уже и макияж не так уж и необходим. – Ладно, я пошла! Пришлю тебе Мод.

– А завтракать не будешь?

– Аппетита пока нет. У меня всегда так, когда не высплюсь.

– Беда… – протянул хомяк. – Так ты себе точно титьки не нажрёшь.

Ира глянула вниз и поспешно выпрямила спину. Олька учила, что так можно создать иллюзию, так сказать, богатства.

– Ну… – прищурился Феликс, и покрутил лапкой, мол, ну как тебе сказать… – Иди лучше поешь.

Усмехнувшись, Ира открыла дверь и едва не столкнулась с Рупертом, собиравшимся в эту самую дверь постучать. Как раз на уровне Ириных «первых девяносто».

– Доброе утро! – заулыбалась леди. Смущаться после вчерашнего? Да ну! Время только тратить зря!

– Доброе утро, леди Ирен. – Чтобы поклониться, дворецкий отошёл на шаг. – Я пришёл пригласить Вас на завтрак.

– Опять я буду есть, а ты смотреть, – вздохнула она. – Ну ладно, пойдём, что ли…

– Нет, леди Ирен, – мягко возразил он. – Я приглашаю Вас позавтракать вместе со мной.

У Иры не нашлось слов. Зато они обнаружились у Феликса, чуть не свалившегося с любимой подушки, чтобы как следует разглядеть голубков.

– Обалдеть! Ничёси! Я чё, сплю? Ущипните меня кто-нибудь! Да где ж эта Мод? Самое интересное пропускает!

Глава 42

Как и в доме герцога Вилейского, на новом месте Руперт жил довольно скромно. Кроме необходимого, в его комнатах не было ничего. Тёмная мебель, неяркое покрывало на кровати, плетёные кресла – вот и всё убранство. Если не знать, то могло показаться, что здесь никто и не живёт.

Для леди дворецкий расстарался: круглый стол накрыл белой скатертью, а поверх неё положил тонкую кружевную, отчего в небольшой гостиной будто стало празднично. К тому же он поставил в центр стола расписную вазу в пастельных тонах, она идеально подходила под пышный букет садовых белых роз. Белый чайный сервиз с тонким золотым краем, салфетки, расшитые золотой же нитью. Идеальный стол для идеальной леди, что бы себе весь остальной мир ни думал о леди Ирен.

Эльза и Миртл не подвели: на радость молодой хозяйке и её бесхвостому грубияну – ему вообще всё досталось в двойном объёме, – наготовили много вкусной еды, включая и знаменитые слоёные булочки с клубникой, о которых по всей Вилейе ходили легенды. Их пытались повторить чуть ли не в каждом доме, но получалось всё равно не то, ведь рецептом Миртл ни с кем не делилась, правда, недавно всё же передала его Эльзе как преемнице, но та поклялась его не выдавать даже под страхом смерти. И, как и наставница, когда-нибудь отдать его достойной или достойному. А пока вкуснейшими булочками лакомились лишь в Службе помощи, а леди Анне пришлось смириться с их потерей, но она особо не расстраивалась, ведь с булочками потеряла и причину своей головной боли.

Помимо булочек и чая, Руперт поставил на стол бутерброды с нежнейшей ветчиной из Астрейи и огуречные рулетики с мягким творожным сыром и зеленью – не без помощи магии дворецкий достал свежайшие огурцы из княжества О́шмян, – а также блинчики с вишней, маленькая Ирен их очень любила.

К приходу леди всё было готово и ничего не остыло – а для чего ещё нужна магия?

– Нужно позвать Мод, – вспомнила Ира, когда они вдвоём вошли в покои Руперта и Кошака. Последний, кстати, заночевал на диванчике на первом этаже – очень уж тот ему приглянулся, да и наблюдательный пост удобный.

– Я обо всём позаботился, леди Ирен.

«Кто бы сомневался!» – хмыкнула про себя она, с удовольствием принимая его ухаживания. Технически ничего не изменилось: он всё так же был предупредительным, предугадывал любые её желания, открывал перед ней дверь, отодвигал для неё стул, помогал выбрать то, что ей больше придётся по вкусу и прочее, прочее, прочее. Но после вчерашнего его обычные действия воспринимались совершенно по-другому. Иру не покидало ощущение, что её пригласили на самое настоящее свидание. И наслаждалась им по полной.

Руперт же задвинул подобные мысли как можно дальше, после бессонной ночи придя к выводу, что всё-таки может себе позволить общаться с леди чуть более по-дружески. Ведь ей действительно нужен кто-то близкий. И если она выбрала для этой роли его, то он должен с гордостью принять эту честь. И не помышлять ни о чём большем! Совсем ни о чём! Что бы там его сердце ни желало… И не только сердце.

– Руперт, что-то не так? Ты поморщился.

– Разве, леди Ирен? – Он привычно не выражал никаких эмоций, поэтому крайне удивился. Хотя всё так же оставил лицо недвижимым для постороннего глаза.

– Ага, – кивнула она. – Я видела.

– Я никогда не морщусь, – возразил дворецкий и поставил перед госпожой чашку чая, от которой шёл ароматный запах трав.

– Ну, значит, показалось, – хмыкнула Ира и сделала глоток. – Вкусно! Я такой ещё не пробовала!

– Такого больше ни у кого нет, леди Ирен. Мой личный рецепт, травы я собирал сам. – Руперт говорил совершенно буднично, но леди, читавшая его как открытую книгу, уловила нотки довольства собой. Правда, она подумала, что он гордится удачным сбором, но дело была в ином: он смог дать госпоже нечто исключительное. Будто то, что сам Безупречный ей прислуживал, уже не являлось чем-то исключительным.

Ира вдруг поняла, что ничегошеньки о нём не знает, в то время как он был в курсе мельчайших подробностей её жизни – рассказывала во время вечерних и ночных чаепитий.

– Слушай, Руперт, а хобби у тебя есть? Ну, интересы какие-нибудь?

Ответил он не задумываясь:

– Вы, леди Ирен, мой главный и единственный интерес.

«Тяжёлый случай…» – вздохнула про себя Ира. Это всё, конечно, приятно, но…

– И много у тебя таких сборов? – Издалека так издалека. – Очень вкусно! Правда!

– Тех, которые составил именно я, сорок пять. Есть ещё несколько, которые мне показались вполне удачными. Я отбирал их по всему королевству…

– Вот мы и нашли твой интерес! – «Бинго!»

– … чтобы Вам досталось только самое лучшее, леди Ирен.

«Блин».

– А чем ты занимаешься в свободное время? – Не сдаваться же после первой попытки!

– Совершенствую свои навыки, чтобы всегда быть полезным Вам, леди Ирен.

«Да что ж такое-то!..» – простонала про себя она.

– Понятно…

– Леди Ирен, что-то не так? – обеспокоился дворецкий и поставил на блюдечко чашку, которую только что держал в руке. Он не соврал и действительно разделил завтрак с госпожой.

– Всё в порядке, – улыбнулась она. – Просто мне хочется побольше узнать о тебе. Мы же с тобой не чужие. А я о тебе почти ничего не знаю. Только то, что тебя взял в ученики очень сильный маг. Если честно, я даже имени его не помню.

– Редьярд. Его звали Редьярд.

– Точно, – кивнула Ира, – вспомнила. Вот, собственно, и всё, что я о тебе знаю.

Руперт чуть склонил голову набок:

– А что бы Вы хотели знать, леди Ирен?

– Всё, что не секрет.

– У меня нет секретов от Вас, леди Ирен. Я расскажу Вам всё, что Вы захотите узнать.

– То есть, – нахмурилась она, – ты мне с самого первого дня ответил бы на все вопросы о себе, если бы я спросила⁈

– Разумеется.

– Блин, блин, блин! – И тут же съела блинчик, умудрившись вымазать вишней щёку.

Дворецкий ничуть не удивился тому, что леди упоминает еду, когда немного возмущена или взбудоражена – привык. Он протянул руку и салфеткой очень бережно стёр вишнёвое пятно. Ещё вчера Руперт не позволил бы себе так просто коснуться леди, но она сама настаивала. Что ж, он должен подчиниться. Нет, он с радостью подчинится.

– Спрашивайте, леди Ирен. – Голос его звучал даже ниже обычного, и к нему добавилась хрипотца.

Все вопросы мгновенно вылетели из Ириной головы. Глаза Руперта гипнотизировали, голос завораживал, а прикосновения заставляли мысли пойти совсем в другом направлении. Она вдохнула и выдохнула, чтобы снова вернуть контроль над чувствами. Всё-таки не маленькая девочка и не наивная барышня из классических любовных романов. И всё равно понимала, что этот великолепный мужчина, служивший ей верой и правдой, готовый жизнь за неё отдать, обладал странной властью над ней. Впрочем, вовсе она не была странной.

– Давай начнём с самого начала. – Ира говорила тихо-тихо, но Руперт слышал её прекрасно. – Откуда ты? Где твой родной дом?

Уголки губ дворецкого дрогнули, но полуулыбка вышла немного грустной.

– Родители мои умерли, когда я был совсем маленьким, братьев и сестёр у меня нет. Жил у дальних родственников до пяти, потом Ваш отец забрал меня, когда стало ясно, что я могу колдовать, и отдал на обучение к Редьярду. А дальше Вы знаете, что случилось. – Он на миг прикрыл глаза, вспоминая, как не смог защитить ту, кого ему доверил наставник. – Когда Редьярд пропал, меня стало некому учить – не было тех, кто смог бы обучить меня тому, чего бы я и так уже не знал. А придворный маг отказался брать меня в ученики.

– Тогда как ты стал таким, как сейчас? Неужели сам?

– Да, – подтвердил её догадку Руперт. – Мне помогли книги и записи Редьярда, но до многого я дошёл сам.

Неудивительно, что все вокруг его уважали, восхищались им, а кое-кто даже боялся. Ладно, тех, кто его боялся, было очень и очень много. Неужели только из-за того, что он так хорош? Но причину страха вилейцев Ира пока не стала выяснять. Хватит уже и того, что она заставила его вспомнить грусть одинокого детства. Только ли детства?..

Разговор с ноткой печали прервал стук в дверь.

– Войдите, – хрипло сказал Руперт. Они с леди не делали ничего предосудительного, но он отчего-то чувствовал себя так, будто их и вправду застали за чем-то по-настоящему личным, что не должны были видеть посторонние глаза.

Смущаясь и отводя взгляд, Эльза сообщила:

– Господин Руперт, леди Ирен, Арни вернулся.

– Спасибо, Эльза, – поблагодарил кивком Руперт.

– Шикарный завтрак! – добавила Ира, засияв и указывая на стол. – Всё очень вкусно!

Кухарка зарделась и принялась без остановки кланяться, пока спиной не вышла из покоев Безупречного и не закрыла за собой дверь. Привыкнуть к тому, что тебя постоянно благодарят, оказалось не так уж просто – герцог, герцогиня и их дети всегда воспринимали всё как должное. И услышать от них доброе словечко было чуду подобно. Теперь и Эльза понимала, почему Безупречный так предан госпоже. Да и она ни за что не променяла бы службу у леди Ирен. Даже если бы звали в королевский дворец!

Тем временем, пока леди и дворецкий заканчивали завтракать, на первом этаже становилось всё более оживлённо. Арни, которому пока не было чем особо заняться, отправили к трём просителям с приглашением, и вот первые клиенты Службы помощи начали появляться в конторе один за другим. Сначала пришёл тот самый мужчина с козлиной бородкой, назвавшийся Ульярдом, за ним – его соседка Уна, а четвертью часа позже – и Мария, юная красавица то и дело огладывалась, будто опасалась, что за ней сейчас кто-нибудь придёт и уведёт насильно. Однако она зря переживала, потому что уже весь город знал, что дом принадлежал леди Ирен. А там, где леди Ирен, там и Безупречный Руперт.

Посетителей усадили на диванчик, что совсем не пришлось по вкусу Кошаку, которого вынудили уступить место. Впрочем, горевал он недолго, потому что ему принесли корзинку и поставили рядом с диваном. Гости чувствовали себя не в своей тарелке. Но ладно диван – это куда ни шло, но то, что просителям принесли чай с печеньем – это их совсем повергло в шок. Ира распорядилась, чтобы всех, кто придёт за помощью, встречали именно так.

Когда она спустилась, посетители, едва завидев её, вскочили. Благо к тому времени Арни уже унёс чашки.

Клиенты начали кланяться, когда до них Ире оставалось ещё шагов десять.

– Доброе утро! – приветствовала она их с улыбкой.

Ответить смог только Ульярд, в то время как Уна и Мария совсем потеряли дар речи. Правда, дело было вовсе не в леди.

– Д-доброе утро, леди Ир-рен, Б…Б… господин Руперт.

– Пожалуйста, пройдёмте, со мной. Обсудим то, что я придумала. – Ира указала на стол в удалении, где, помимо него, стояло три стула и два кресла. Туда и направились пять человек, двое из которых дрожали. А Кошак, поняв, что излюбленное местечко наконец освободилось, сразу же его занял.

Ира уселась за стол, за её спиной встал Руперт, а Ульярд сел напротив на стул. Уну и Марию усадили в кресла, чтобы они с комфортом дожидались своей очереди. Так, один за другим они и обсудили проблемы и как их можно решить. В трёх случаях из трёх не обошлось без вмешательства Безупречного. Ира даже подумала, что вот такой Руперт не помешал бы и в её приёмном мире. Но этого Руперта она ни за что не отдаст!

Проще всего было разобраться с бедой Уны. Стоило Безупречному просто показаться на пороге у хозяина, задолжавшего ей жалование за три месяца, как тот выложил не только весь долг сразу, но и заплатил за два месяца вперёд, чтоб уж наверняка.

Проблема Ульярда решалась чуть сложнее. Ни о каких детских садах пока речи не шло – Ира уже об этом задумывалась, – но няню для детишек мал мала меньше всё же отыскали. Она сама оказалась в незавидном положении – муж выгнал из дома за то, что не смогла родить ему детей. Вот Ульярд и взял её к себе. Женщина была так благодарна, что готова была присматривать за его племянниками просто за еду. Но Ира настояла на том, чтобы ей всё же платили, потому что растить детей – совсем не лёгкий труд. Ульярд согласился на все условия и был безмерно счастлив.

Сложнее всего пришлось с вопросом Марии, ведь в этом мире воля родителей – непреложный закон. Почти непреложный. Со стариком, любившим девочек помоложе, потолковал Руперт, а с родителями Марии – Ира. Сошлись на том, что леди Ирен Вилейская лично подыщет для их дочери подходящего жениха. Разумеется, она собиралась все кандидатуры обсуждать лично с Марией. К сожалению, проблему Изабеллы и её избранника так просто было не разрешить.

Вечером уставшая, но довольная собой Ира пересказала Феликсу все новости Службы помощи.

– Заняться тебе больше не чем, – фыркнул он. – Ещё и патлатого за собой таскаешь. Весь город застращали! И чё патлатика все так боятся? – Хомяк говорил смело – Руперт в это время находился во внутреннем дворике и обсуждал с садовником, что и как там изменить.

– Мод, слушай, а действительно! – Ира повернула голову к сидевшей с ней на диванчике служанке. Увидела бы леди Анна – удар бы её хватил. – Почему его все так боятся?

– Так, Вы ничего не знаете? – округлила глаза Мод. – Он же сильнейший маг за все времена! Да его сам придворный маг Корнелиус боится! Говорят, что господин Руперт может силой мысли убить человека! Если его разозлить, то он может любого в червяка превратить, а ещё…

За ночным чаепитием уже в своей собственной беседке Ира поинтересовалась у Руперта, правда ли то, что она о нём слышала.

Уголки его губ еле заметно приподнялись.

– Иногда, леди Ирен, нужно просто вовремя пустить нужные слухи.

– То есть, всё, что о тебе говорят, неправда?

В глазах дворецкого появились почти неразличимые лукавые огоньки:

– Чтобы в слух поверили, необходимо, чтобы там была доля правды…

– А… – протянула Ира. Уточнять, насколько велика в данном случае доля, она не стала.

Спать они легли поздно, никому из них, не взирая на усталость, не хотелось уходить в дом. Ночь выдалась ясная, тихая и спокойная. Ира вновь напросилась в объятия дворецкого, но его и уговаривать не пришлось – он сам с готовностью её обнял. И даже в какое-то мгновение совсем забылся, потому что положил подбородок ей на макушку. А Ира заметила, но Ира ничего не сказала – она наслаждалась.

Рано утром, несмотря на то, что Руперта боялась большая часть Вилейи, да и леди Ирен пугала своей необычностью, у дверей Службы помощи выстроилась длинная очередь.