Текст книги "Магические будни хомяка (СИ)"

Автор книги: Алла Касперович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 37

Всё вышло не так плохо, как предполагала Ира. Леди Анна на радостях от того, что неугодная дочь перестанет мелькать перед глазами, не только сверху денег добавила, но и разрешила кому-то из прислуги присоединиться к леди Ирен, если вдруг кто-то захочет. И таким образом едва не лишилась половины штата, потому что желающих оказалось ну очень много. В итоге леди Анна ограничила количество до пяти. Руперт лично отобрал тех, кто, по его мнению, будет полезен леди Ирен. Сделал исключение лишь для старой кухарки Миртл, видевшей её ещё малышкой. Старушка и тогда души не чаяла в ней, а с тех пор, как та вернулась, так и вовсе полюбила, как родную внучку. Леди Ирен не забывала справиться о её здоровье и, если бы не бдительность дворецкого, сама бы отправилась на кухню, чтобы поработать вместо Миртл, а той дать отдохнуть.

Справедливости ради, леди Анна не особо нагружала старейшую служанку дома Вилейских и хотя бы раз в год предлагала ей отправиться на покой, но всякий раз получала категорический отказ. Семьи у Миртл не было, и позаботиться о себе могла только она сама, а потому намеревалась покинуть кухню только на носилках.

Изабелла не сказать что думала скучать, но и радости от того, что младшая сестра уезжает, не испытывала. Будь у них чуть больше времени, они могли бы и подружиться. А пока следовало заняться своей проблемой.

– Я что-нибудь придумаю! – Ира шёпотом повторила обещание, когда пришла к Изабелле сообщить, что завтра её уже не будет в доме.

– Ты бы со своими проблемами разобралась сначала, Ирен.

– Проблемами? – хмыкнула та и подмигнула. – Нет у меня проблем! Есть очень интересные и важные задачи!

– Раздражаешь! – Изабелла закатила глаза, но при этом улыбалась.

– Ага, я знаю!

Что же до Байрона, тот очень обрадовался тому, что в доме наконец станет всё по-прежнему. Он и так почти не выходил из комнаты, а после того, как объявилась ещё одна старшая сестрёнка, и вовсе по ночам стал приставлять к двери тяжёлый стол – отчего-то решил, что Ирен решит вломиться к нему после полуночи. Уж с чего у него появилась такая идея, Байрон и сам не знал. И провожать сестру он точно не собирался.

Больше всех отъезду Иры опечалилась Ниннет. Руперт, как это умел делать только он, отвлёк Элис, и Ира прошмыгнула в комнату самой младшей из сестёр, её собственную детскую. Впрочем, не всплыло ни одно воспоминание. Она вправду провела первые три года своей жизни здесь?

– Ты меня бросаешь? – всхлипывала Ниннет, комкая платьице, как всегда с кружевами. Она стояла посреди комнаты, опустив глаза, шмыгала носом и изо всех сил старалась не разревется.

– Ну что ты! – Ира опустилась перед ней на колени и крепко обняла. – Мне нужно сделать кое-что очень-очень важное. Но мы с тобой семья, Нина, и я ни за что тебя не брошу. Я буду к тебе приезжать в гости, и ты ко мне приезжай!

– Но… – Девочка хлюпнула носиком.

– Об Элис не волнуйся – у нас есть Руперт! – хмыкнула Ира. Ей было очень любопытно, чем же дворецкий сумел так качественно отвлечь строгую гувернантку.

– Хорошо, – кивнула Ниннет, – раз ты меня не бросаешь, то я разрешаю тебе ехать.

Ира чуть сдержалась, чтобы не расхохотаться в голос – так умилили её слова сестрёнки, но она всё же сумела сохранить серьёзное выражение на лице.

– Спасибо! – улыбнулась она. И ещё какое-то времени они молча друг друга обнимали.

Всю подготовку, конечно же, взял на себя Руперт, а госпоже досталась самая трудная работа: убедить наконец-то довольного жизнью хомяка, что снова наступило время перемен.

Так что, собственно, Феликс? А Феликс с Ирой отказался разговаривать, демонстративно обращаясь к ней через Мод. Приблизительно час, а потом его прорвало:

– Да ты, блин, Ирка, совсем берега попутала? А? Только-только обжился! Асеньку мою вспоминать перестал, а ты! Как ты могла, неблагодарная! Я тебя домой вернул, и это вся твоя благодарность⁈ Да я ради тебя жизнью рисковал! Да я ж там с голоду подохну! И я даже не знаю, где это самое «там»!

– Я тоже не знаю, где это, – сказала Ира, улучив момент, когда хомяк на секунду прервал речь, чтобы набрать побольше воздуха. – Руперт занимается. И ничего в твоей жизни не изменится. Еды у тебя будет, как и здесь. И Мод с нами едет. Так ведь, Мод? – Вжавшаяся в спинку дивана горничная кивнула. – Вот видишь? И книг у вас будет навалом – мама разрешила брать из папиной библиотеки. Руперт обещал через портал их тебе доставлять. Тебе на новом месте обязательно понравится!

– Ну, не знаю… – Феликс плюхнулся на излюбленную подушку. – А этот, – он кивком указал на счастливо урчавшего во сне кота, ему принесли большую корзинку, положили в неё мягкое одеяльце и поставили на пол, чтобы не трепать нервы главной звезде покоев леди Ирен, – этот тоже с нами поедет?

Ира мысленно возликовала – раз Феликс принялся обсуждать переезд, значит уже смирился.

– Конечно, поедет! Разве его тут смогут так хорошо воспитать, как ты?

– Ну да, ну да. Кто, если не я? И что бы вы без меня делали?

Вот так и решилась самая сложная задача.

Переезд назначили на завтрашнее утро – Ира не хотела тянуть. К тому же пора было разобраться с просьбами тех троих просителей, тем более что и план уже был готов. Ире не терпелось снова взяться за любимую работу. Больше всего на свете соцработница месяца – да-да, она не собиралась забывать это достижении! – обожала видеть лица людей, которым смогла помочь. Вот бы поскорее наступило завтра!

И всё-таки… И всё-таки не грустить о том, что приходится покинуть отчий дом, Ира не могла. Пусть она и пробыла здесь не так долго, но успела полюбить его всем сердцем. И сам дом, и его обитателей, и сад, и в особенности фонтан с вишнёвой газировкой.

Наступила ночь, а с ней пришла и тишина. Феликс преспокойно спал на хозяйской кровати, а Кошака временно переселили к Руперту, потому что хомяк пока опасался оставаться с ним в одной комнате по ночам. Казалось, весь мир сейчас погрузился в сон, и только Ире не спалось. Поворочавшись в постели и так и не найдя удобного положения, она встала, обула туфельки и, как была в тонкой сорочке, так и вышла в сад, не забыв осторожно прикрыть за собой дверь.

Ира не хотела никому признаваться, но она немного трусила. Одно дело, когда за тобой целая организация, и совсем другое, когда за тобой никого и ты начинаешь всё с ноля.

– Леди Ирен. – Руперт подошёл бесшумно, и она вздрогнула, но тут же почувствовала, как ей на плечи что-то легло – он накинул свой пиджак. – Почему Вы не позвали меня? И почему Вы так одеты? Вы же замёрзнете!

Она повернулась к дворецкому, придерживая полы пиджака, и сквозь подтупившие слёзы улыбнулась:

– Не замёрзну. Ведь ты со мной.

Нет, она не одна. И за ней кое-кто куда круче, чем любая госорганизация из приёмного мира.

Глава 38

Проводить чёрную карету вышел весь дом, исключая лорда Байрона, зато включая леди Анну. Видимо, она лично хотела удостовериться, что дочь не передумает. И даже вытерпела то, что Ира её обнимала при всех не меньше минуты. Изабелла тоже коротко обняла сестру, а Ниннет, стараясь, чтобы не увидели мать и гувернантка, чмокнула её в щёку, когда настал черёд её объятий.

Феликса и Кошака, чтобы никого не нервировать, устроили в карете Руперта, пока леди Ирен со всеми прощалась. Туда же отправили и Мод, чтобы не оставлять зверьё наедине. Бедняжка тряслась, но вовсе не из-за того, что её теперь назначили нянькой сразу двух животных. Все в Вилейе даже рядом с чёрной каретой боялись находиться, а уж о том, чтобы попасть внутрь, никто и помыслить не мог. Живя в одном доме с Безупречным, Мод не единожды убедилась, что в народе Руперта не зря так прозвали, и пусть Мод перестала бояться его до икоты, как случилось в первый раз, когда она увидела его вживую, всё равно он не переставал внушать ей трепет. А ныне предстояло ехать с ним в одной закрытой карете. Радовало лишь то, что леди Ирен, единственная, кого он действительно слушался, поедет с ними.

Когда с прощаниями было покончено, Ира, смахнув со щеки слезу, забралась в карету, и они отправились в путь. В душе появилось щемящее чувство разлуки, и приходилось напоминать себе, что это не навсегда, что в любой день можно запросто приехать в гости, и вообще, они же не в другой город переселяются! Или…

– Руперт, а мы куда хоть едем? – спохватившись, спросила Ира. За эти недели она настолько привыкла, что на дворецкого можно положиться всегда и во всём, и ей даже в голову не пришло задавать хоть какие-то вопросы. Высказала свои пожелания – и хватит. Руперт взялся – Руперт сделает. – Что за место?

Одно сидение делили дворецкий, горничная и кот, чей статус пока не определили. Ира и Феликс сидели напротив, и хомяк заедал стресс от переезда всевозможными вкусняшками, поездка его нисколько не волновала.

– Само здание находится в центре, леди Ирен, недалеко от фонтана, который Вам так понравился. Через улицу.

– А! Точно! Алко… В смысле, сокофонтан! Помню, помню!

– Что за фонтан? – заинтересовался Феликс.

– Я тебе потом расскажу, – отмахнулась от него Ира. – А почему не возле фонтана? – Она подумала, что не отказалась бы от такого замечательного поильника в шаговой доступности. Как альтернатива фонтану с вишнёвой газировкой, так сказать. – Не продавалось ничего? Или дорого?

– Продавалось, леди Ирен. И деньги бы меня не остановили. Однако я подумал, что не стоит размещать Вашу Службу помощи на улице, где большинство домов принадлежит довольно состоятельным людям. Будет неудобно, если те, кому нужна помощь, побоятся приходить только из-за того, что Служба находится на улице богачей. К тому же могут пойти жалобы на нас, и я не думаю, что нам сейчас стоит ссориться с леди Анной.

– Зыркнешь на них разок, и никто жаловаться не будет, – заметил Феликс. На Руперта он не смотрел – был занят тем, что выбирал, какой орешек съесть следующим.

– Если я начну всех поголовно запугивать, то к нам никто не придёт, – возразил дворецкий, – и тогда мы точно не сможем никому помочь.

– Дело говоришь! – хмыкнула Ира. – Эту фишку, в смысле, монету мы будем использовать только по особым случаям. Причём очень скоро.

– Смею предположить, что речь идёт об одном из трёх просителей?

– И-мен-но!.. – пропела основательница официальной Службы помощи.

Ещё вчера Ира, леди Анна и Руперт закрылись в кабинете Радворога Вилейского и составили и подписали документы, подтверждавшие законный статус новой организации. Вопросы в основном обсуждали герцогиня и дворецкий, так как они намного лучше знали законы этого мира. Ира же ограничилась тем, что кивала, когда требовалось её согласие и ставила подпись там, куда указывал Руперт. Также ещё вчера отправили все вещи, которые должны были пригодиться в новом доме.

А сегодня настал черёд людей и не людей. Вслед за чёрной каретой ехала такая же, только светло-коричневая, на дверцах которой красовался герб Вилейских. Помимо старушки Миртл и Мод, ехавшей со зверинцем, Руперт отобрал ещё троих слуг: лакея Арни, смышлёного, расторопного и шустрого паренька; кухарку Эльзу, которой совсем недавно исполнилось сорок, и она ещё долгие годы могла прослужить у леди Ирен и быть опорой и подмогой для Миртл; и садовника Варда, добродушного усача, который никак не мог решиться признаться Эльзе в симпатии. Надо сказать, та тоже дышала к нему не совсем ровно. Руперт никогда не был сводником и становиться намерений не имел, но полагал, что иметь семейную пару в доме – неплохая идея. Признаваться в том, что он им попросту сочувствовал, дворецкий не собирался. С появлением в его жизни леди Ирен, он ко многому поменял отношение.

Кстати, о том, что набирают слуг для потерянной дочери герцога, прослышали и Пруха с Непрухой – уже никто и не помнил их настоящих имён. Но по понятным причинам у любителей прогуляться в кабак в любое время дня и ночи не было и шанса. Впрочем, они не особо и расстроились, потому что вспомнили, что к леди прилагается и её дворецкий.

По так называемой улице богачей переселенцы не поехали, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, чего всё равно не удалось избежать – обе кареты было слишком легко узнать. Поездка продлилась недолго, и вскоре кареты остановились около довольно старого и не самого ухоженного трёхэтажного дома. Серое каменное здание, кое-где разбиты стёкла в окнах, а деревянные двери отнюдь не выглядели надёжными и, казалось, вот-вот сойдут с петель и свалятся кому-нибудь на голову. Соседние дома выглядели ненамного лучше. К тому же сама улица была совершенно безлюдна, и выглядело так, будто здесь вообще никто не живёт.

– Ирочка… – вкрадчиво протянул хомяк, сидевший в корзинке на руках у Мод. – Это же шутка такая, правда? Солнышко моё радиоактивное, ты ж поюморить решила, да?

– Дом требует некоторой доработки, – ничуть не смущаясь, признал Руперт. – Но это действительно самое лучшее, что мне удалось отыскать.

– А, так это ты у нас стэндапер, да? – не унимался Феликс. – Всё, пошутковали и баста! Поехали назад.

– Ну уж нет! – заявила Ира. – Прорвёмся! Все за мной!

Энтузиазм хозяйки разделил разве что кот, да и то скорее по незнанию.

Глава 39

Внутри здание представляло не менее печальное зрелище. Здесь явно никто давно не обитал, даже крысы брезговали сюда захаживать. На счастье Кошака, которого наверняка заставили бы заниматься прямыми обязанностями. Если от предыдущих хозяев и осталась какая-то мебель, то она обломками валялась на пыльных полах, занавески давно истлели, обои покрылись плесенью, битое стекло то здесь, то там попадались под ноги, поэтому тех, у кого лапки, несли на руках. Кошак, привыкший не к самым лучшим условиям, безучастно взирал на бардак и запустение. Феликс же молча таращил глаза, но мысли его легко читались субтитрами на его мохнатой мордочке.

Ирин энтузиазм не то чтобы растаял, но слегка поблёк. Она подняла глаза на Руперта и поинтересовалась:

– У тебя же ещё была какая-то причина, чтобы выбрать именно этот дом?

И Руперт не подвёл.

– Разумеется, леди Ирен. – Он поклонился. – Покопавшись в бумагах, я обнаружил, что здесь когда-то находился источник магии, но затем он иссяк, а здесь построили дом.

– И?.. – подтолкнула дворецкого Ира, когда тот взял слишком уж длинную эффектную паузу.

– Дело в том, леди Ирен, что источник магии иссякнуть не может. Никогда и ни при каких обстоятельствах.

– То есть, ты хочешь сказать, что…

– Да, леди Ирен, он по-прежнему действует. Только кто-то его запечатал, поэтому ни я, ни другие маги его и не чувствовали.

Вот теперь наступила действительно долгая пауза, и первым с удивлением справился как ни странно Феликс.

– Слышь, балабол, а распечатать ты его смогёшь?

На хомячье счастье, дворецкий не понял, кем его обозвали.

– Я всё предусмотрел, – ответил Руперт. – Мне не составит труда сорвать печать.

– Так чё ж ты раньше её не сорвал?

Ире показалось или на щеках дворецкого появился намёк на румянец? Скорее всего, показалось, ведь это же Руперт.

– Был занят другими делами, – сказал он, и в голосе его проявились стальные нотки.

Собиравшийся было продолжить расспросы Феликс понятливо захлопнул пасть.

– И где? Где этот источник? – спросила Ира. Слуги задавать вопросы не решались, а кот по понятным причинам не мог, да и чего уж тут, не хотел.

– Во внутреннем дворе, туда вчера перевезли вещи.

– Так чего мы ждём! – воскликнула главная энтузиастка сего мероприятия. – Идём скорее!

– Шо ж ты на мою голову-то свалилась… – пробурчал Феликс, но услышала его только Мод.

Кошака нёс Арни, остальные шли с пустыми руками, так как нести было нечего. Пройти во внутренний двор можно было через заднюю дверь, такую же ненадёжную, как и передняя. Дворик оказался довольно приличных размеров, Мама Вера наверняка распахала бы его на грядки и засадила ценную землю огурцами-помидорами-картошкой, чтоб полезная площадь не пропадала – Васнецовы кормились в том числе и со своего участка, но то осталось в другом мире. А здесь пока зрелище представало самое плачевное. В середине дворика, окружённого высоким каменным забором, сиротливо лежали вещи новых жильцов. Несмотря на глухую стену свет проникал без препятствий, однако земля оставалась бесплодной, даже травинки не росло.

Чуть в сторонке от вещей расположился забитый сверху досками каменный колодец.

– Да ладно! – хихикнула Ира. – Вот так буквально?

– Никакой фантазии! – фыркнул Феликс.

– Вы об источнике? – уточнил Руперт. – Нет, он не в колодце. Это было бы слишком очевидно. Колодец самый обыкновенный. А источник находится вон под тем камнем.

Камень среди прочих не так-то и легко было обнаружить, он ничем не отличался от остальных. Во всяком случае никто не видел разницы, кроме самого мага.

– Ой! – спохватилась Ира. – А нам можно присутствовать?

– Вам, леди Ирен, можно всё, – произнёс дворецкий, заглянув ей прямо в глаза, но тут же отвёл взгляд и подошёл к заветному камушку. – Я не делаю тайны из колдовства. Если хотите, можете смотреть.

Любопытно было всем, даже Кошак заинтересовался. Он сонно похлопал глазами, зевнул и стал следить за тем, что происходит. У бедолаги Арни уже руки болели, да и поясница заныла, но пока никто не говорил поставить огромного котика на землю, поэтому приходилось терпеть. Эльза пряталась за Вардом, а Миртл, уставшая после прогулки по дому, сидела на стульчике, который для неё предупредительно поставил Руперт, и близко подходить не решалась. Мод же, наоборот, стояла чуть ли не ближе всех к дворецкому, потому что одному маленькому наглецу, понимаете ли, было плохо видно.

Под камнем оказалось что-то вроде выцветшей пентаграммы. Руперт распростёр над ней ладонь и уже собирался приступить к действию, как его перебили:

– Можно я скажу, можно я скажу? – Ира запрыгала на месте.

– Конечно, леди Ирен. – Дворецкий не понимал, что именно она хочет сказать, но был согласен на всё, что угодно.

Ира прочистила горло, развела руки в стороны, задрала повыше подбородок и произнесла как можно пафоснее:

– Да свершится магия!

Руперт пожал плечами и продолжил делать то, что собирался. Пентаграмма вдруг засветилась, и цвет её начал меняться, перебрав все цвета радуги, пока не остановился на зелёном, а затем стал затухать и в итоге превратился в почти незаметный. Если не знать, что там что-то есть, то и отыскать с первого раза не получится.

– Готово, – сообщил Руперт, выпрямившись.

– И это всё? – Разочарованию Феликса не было предела. – А я-то думал!..

Дворецкому на его ожидания было глубоко наплевать, а что касалось госпожи…

… то она находилась в дичайшем восторге.

– Ничего себе! – Она мелко и быстро хлопала в ладоши, одновременно с этим немного подпрыгивая. – Руперт, это было здорово! Круть! То есть, теперь у тебя есть личный источник магии?

– У нас, – поправил её он.

– Ой, я-то тут при чём? – засмеялась она и присела, чтобы получше разглядеть источник. – Я колдовать не умею.

– Неважно, леди Ирен. Всё моё – Ваше.

Он сказал это так искренне, что Ира сглотнула, пообещав себе, что теперь вдали от строгости леди Анны, сможет убедить дворецкого, что мезальянс – это прошлый век.

А дальше начались чудеса. Всюду, где шёл Руперт, всё приходило в порядок, стёкла восстанавливались, пыль, лежавшая здесь десятилетиями, исчезла, всё, что сломано, починилось, а дом покинул запах затхлости. Теперь требовалось обставить комнаты и заселить жильцов. Но сперва…

– А жрать мы когда будем? – первым не выдержал хомяк. И его самый главный ученик согласно мяукнул.

Глава 40

С лёгкой тоской Ира смотрела, как Руперт при помощи магии делает то, на что в обычных условиях обычно ушли бы месяцы. Маме Вере такой помощник уж точно не помешал бы. Вспомнить хотя бы последний ремонт, который они делали без Папы Андрея. Конечно, дети помогали, но это всё равно было не то. А денег на профессионалов не хватало. Ире тогда было очень стыдно, что она не смогла помочь приёмной матери финансово – потратила всю заначку и аванс на очередного шарлатана. Но Мама Вера не обиделась, у Мамы Веры были свои методы воспитания. Мама Вера устроила трудотерапию такого уровня, что дочурка ещё долго не могла отважиться отдать всё кровно заработанное какому-нибудь мошеннику. А потом всё снова повторилось и ещё не раз, пока Ира наконец не оказалась там, куда так стремилась.

– Леди Ирен, стол куда поставить? – спросил дворецкий и взялся за медальон.

– Вот в этот угол, пожалуйста, – указала она.

Третий этаж занимали Ира, Руперт, Феликс и Кошак. Причём одну гигантскую комнату, состоявшую из нескольких комнаток поменьше – пятикомнатная квартира, не иначе – занимали леди и хомяк, а, так сказать, двушку – дворецкий и кот. Второй этаж полностью отдали прислуге и несколько комнат оставили для будущих сотрудников, если кому-то из них вдруг потребуется жильё. Ну а первый определили непосредственно под Службу помощи, где сейчас как раз и хозяйничал Руперт. Контора выходила солидная, никто и не усомнится, что дела здесь ведутся серьёзные, а работают исключительно профессионалы. Правда, пока сотрудниками числились только Ира и Руперт, но начало уже было положено.

– Пустовато как-то… – пробормотала хозяйка, нахмурившись. – А давай ещё несколько книжных шкафов добавим для представительности.

– Как прикажете, леди Ирен.

– Я, вообще-то, просто попросила.

– Я понял, леди Ирен.

Вскоре своеобразный опен спейс был готов, но несколько комнат для хозяйственных нужд всё же оставили. Не забыли и об удобном диванчике для посетителей. Не то чтобы ожидалась очередь, но кто знает, кто знает. Диванчик точно не помешает. Так считал и Кошак, которому надоело сидеть в их с Рупертом комнатах. В покои леди Ирен и Феликса Великолепного его не пускали, когда там не находилась Мод, а она уже отправилась спать. Сбегать из дома, где так хорошо кормят, кот не собирался, но размять лапы не помешало бы. Однако его хватило только на то, чтобы спуститься вниз по лестнице, запрыгнуть на диван, да там и устроиться на ночлег.

Обустраивать дом закончили только поздно вечером, внутренний дворик оставили на завтра. Основную работу сделали Ира и Руперт, остальные же что-то подчищали, домывали и следили за тем, чтобы ни один из новосёлов не остался голодным. Особенного внимания удостоился главный вилейский обжора – пока Феликс ест, Феликс не возмущается.

Постепенно дом затих, и уставшие жильцы забрались в новые постели и очень быстро уснули. Слаще всех спалось тому, кто меньше всех работал. К Ире же сон не шёл совсем. Она повертелась в постели, но так и не сомкнула глаз. Далеко не в первый раз она переезжала, даже по мирам путешествовала, но на этот раз всё было по-другому, будто она наконец прибыла туда, куда и должна была. И именно эта мысль не давала Ире покоя, волновала, будоражила.

Сейчас не помешал бы совет от Ольки или Мамы Веры, но ни той, ни другой здесь не было и быть не могло. Единственный, с кем Ира была готова откровенничать, потратил сегодня очень много сил и наверняка видел уже десятый сон. Конечно же, он сразу же примчался бы, если бы она его позвала, но совесть не позволяла беспокоить его. А потому Ира решила попробовать справиться с волнением сама. Она откинула одеяло и села по-турецки, пытаясь успокоиться, хватило её минут на пять. Затем, тихонько вздохнув и улыбнувшись, чтобы подбодрить себя, Ира встала с постели, глянула на Феликса – тот безмятежно посапывал во сне, – босиком дошла до двери, но вспомнила, что не обулась, поэтому на цыпочках вернулась к кровати, надела туфельки, из шкафа вытащила шаль, накинула на плечи и выскользнула за дверь. Феликс же, услышав щелчок, поднял голову, сонно прищурился, перевернулся, затем ещё раз перевернулся, и ещё раз перевернулся, чтобы в итоге уснуть всё в той же позе.

Ира мягко ступала по коврам – Руперт настоял на том, чтобы положить их не только в коридорах, но и на лестнице, – поэтому никто не должен был слышать, как она шла. Кошак увидел её, но не заинтересовался. И только когда она подошла к нему, чтобы погладить, дежурно муркнул и сделал вид, что ужасно хочет спать. А полуночница отправилась дальше. Гулять по незнакомой улице она не решилась, поэтому самым лучшим местом для ночной прогулки сочла внутренний дворик, пусть он пока и не представлял из себя ничего привлекательного. Однако сегодня Эльви, здешняя луна, светила прямиком над ним и давала света столько, как если бы хотела посоперничать с солнцем.

Закутавшись в шаль поплотнее, Ира двинулась к колодцу – Руперт обещал им чуть позже заняться. Он подумывал сделать из него замену фонтану из дома Вилейских. Только вишнёвую газировку Ира больше не хотела, но кое от чего точно не отказалась бы. Однако, как объяснить дворецкому, что такое квас и каков он на вкус, она не знала, как его готовят – тоже. Что ж, это обождёт, а пока можно просто опереться о колодец или и вовсе на него забраться, чтобы всласть полюбоваться Эльви и звёздами.

Да колодца Ира не дошла, потому что её окликнули, но не громко.

– Леди Ирен, почему Вы здесь одна?

Она нисколько не удивилась, и на лице появилась счастливая улыбка. Хмыкнув, Ира повернулась к обеспокоенному дворецкому. Никто другой не заметил бы, что выражение его лица хоть сколько-нибудь поменялось, но она знала, она видела, она чувствовала.

– Руперт, тебе тоже не спится?

– Да, – признался он, кивнув.

– Значит, нас уже двое, – тихонько рассмеялась Ира. – Попьём чаю?

– Здесь?

– Конечно!

По-хорошему, дворецкому следовало убедить леди отказаться от сомнительной затеи и уговорить вернуться в комнату, но отчего-то безупречность Безупречного дала сбой. Возможно, во всём виновата Эльви, ведь это её свет отражался в магнетических глазах леди.

– Если Вы не против, я доставлю сюда беседку.

– Ту самую? – Голос Иры вдруг сорвался. – Из сада?

Руперт кивнул.

– Вы против?

– Нет-нет! – Она мотнула головой, щёки заалели, а телу стало жарко. – Совсем не против…

Беседка, будто изображение на фотоснимке, постепенно проявлялась, пока полностью не перешла на новое место.

– К утру вернём, – пообещал Руперт. Держался он молодцом, но Ира заметила, что даже этот суперчеловек умеет уставать.

– Хорошо, – улыбнулась она и взяла его за руку, чтобы отвести в беседку, другой она придерживала шаль, чтобы та не упала.

Дворецкий настолько вымотался, что не стал сопротивляться, хотя мысль о том, что «не-по-ло-же-но», разумеется, то и дело возникала.

– Какой чай Вы хотели бы? – поинтересовался Руперт, когда они оказались внутри и сели друг напротив друга. Волшебный свет зажигать не стали – Эльви прекрасно справлялась и так.

– Чай? – Ира успела позабыть о собственной просьбе. – Ах, чай… Не надо чай.

– Тогда что, леди Ирен?

Она ответила не задумываясь:

– Обними меня.

– Что? – Он скорее выдохнул, чем произнёс.

– Обними меня.

Ира не особо надеялась на успех, но говорила твёрдо. В какой-то миг ей показалось, что Руперт её не просто отвергнет, но ещё и как следует отчитает. Однако он прикрыл на мгновение веки, выдохнул, а затем встал и подошёл к ней. Она подняла на него глаза, всё ещё не веря, что он пошёл против своих же правил. А Руперт тем временем протянул ей руку, и Ира, боясь спугнуть удачу, осторожно её приняла. И спустя секунду оказалась в его объятиях.

– Нам нельзя, леди Ирен, – прошептал дворецкий, когда его руки сомкнулись на её талии.

– Нельзя так нельзя, – шёпотом ответила Ира, глядя ему прямо в глаза, сердце её гулко стучало.

– Нельзя… – Он прижал её к себе крепче.

Она обвила его шею руками, а голову положила на грудь. Его сердце стучало ещё громче.

– Как скажешь, Руперт, как скажешь…

Она и не почувствовала, как шаль соскользнула с плеч.