Текст книги "Между долгом и честью (СИ)"

Автор книги: Алиса Волкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

– Но ты вроде бы теперь сможешь с ними справиться? – голос Элайджи окончательно вернул Джеймса в реальность. Он и вовсе забыл, что друг здесь, рядом с ними. Мир в последние пару минут словно сошелся в одной точке. Точке по имени Андриэль.

– Магия не всесильна. Второй такой вспышки не будет. Я высвободил ее, но мне еще придется научиться ее использовать, – ответил Андриэль, – они не оставят нас в живых. Я не смогу обмануть их.

– Мы ведь сможем договориться? И зачем их обманывать? – поинтересовался Джеймс, невольно сделав шаг вперед. Теперь он стоял вплотную к Андриэлю и продолжал сжимать его пальцы. Он чувствовал его страх и хотел защитить. Защитить того, кого еще минуту назад считал монстром. Противоречия в его душе и мыслях должны были бы напугать, но сейчас не время и не место копаться в себе.

– Они ненавидят потомков Вайтов. Считают, что мы предали весь магический род ради своей выгоды. Некоторые из них были в сговоре с теми, кто убил моих отца и мать. Некоторые пытались убить Рикаса.

– И они знают тебя в лицо? – спросил Элайджа.

– Не думаю. Последний изгнанный отправился в земли десять лет назад. Тогда меня еще никто не видел.

Джеймс хотел спросить что-то еще, но на скалах появились люди. Всего он насчитал десятерых. Впереди всех стоял высокий светловолосый мужчина. Он выглядел лет на тридцать.

– Я Джонатан Мейс. Сын Клариссы и Антуана Мейсов, а кто ты, посмевший потревожить пустынные земли?

– Я…

Договорить Андриэль не успел.

– Рикас Вайт. Сын Кендры и Зеврана Вайтов, – послышалось слева от них.

Джеймс моментально повернул голову в сторону того, кто произнес эту фразу. Высокий, с темными, почти черными короткими волосами Рикас смотрелся на фоне сияющей алым дыры портала величественно. Портал выглядел в несколько раз больше, чем тот, что создал Андриэль. Рикас сделал несколько шагов вперед, в его темных, как у брата, глазах, плясал огонь. Во всяком случае, Джеймс был готов поклясться, что видел языки пламени.

Андриэль мгновенно словно бы сжался, смотря на брата не то с радостью, не то с неуверенностью.

– Эти люди под моей защитой, и я уйду вместе с ними. Покину ваши пустынные земли. На них, как и раньше, никто не претендует.

– И ты считаешь, что я отпущу сына или вернее сыновей Вайтов? – взгляд Джонатана скользнул от Рикаса к Андриэлю и обратно.

Рикас лишь пожал плечами, а следом взмахнул рукой. Джонатан и его люди резко отступили назад, а перед ними выросла стена огня в их полный рост.

– Думаю, спорить со мной неразумно.

– Ты будешь обладать такой силой не вечно, Рикас, – ответил Джонатан, затем развернулся, чтобы уйти. Его люди последовали вслед за ним.

– Рикас, я… – Андриэль направился к брату, но тот остановил жестом его.

– Не при гостях. Я ведь так понимаю, благородные рыцари Анталии с удовольствием примут мое приглашение и станут гостями в моем замке? Я ценю жизнь своего брата и считаю себя вашим должником.

Опустив голову, Андриэль смотрел себе под ноги. В этот момент он напоминал нашкодившего мальчишку, готового понести любое наказание. Обычного мальчишку, но никак не могущественного мага. Захотелось подмигнуть ему и прошептать, что все будет хорошо. Но Андриэль не смотрел на Джеймса, а подойти он не решился. Лишь кивнул в ответ на приглашение Рикаса, позволив говорить Элайдже за них обоих. Когда обмен любезностями был окончен, Андриэль первым шагнул в портал.

В замке

Напряжение словно витало в воздухе. Андриэль шел за Рикасом по слабоосвещенным коридорам замка и не мог вымолвить даже слова. Он спиной чувствовал, что Джеймс и Элайджа тоже на пределе. Они явно не знали, чего им стоит ждать, а задать вопрос, нарушить тишину не решался ни один из них. Хотелось залезть им в головы, прочитать все мысли, а еще лучше заставить сказать хоть что-то, но Андри не собирался в очередной раз поступать с ними так.

– С ним всегда так сложно? – Джеймс шепнул на ухо Андриэлю. Рикас на секунду остановился, но явно решил, что на данный вопрос брат сможет ответить и сам.

– Рикас иногда похож на тлеющую ветку. Он спокоен, решителен и всегда взвешивает свои решения. Но в ярости он не щадит никого. Рикас всегда говорил, что огонь опасен и непредсказуем. Впрочем, для самого себя Рикас опасен не меньше, чем для других. И другие это чувствуют, – тихо пояснил Андриэль, – он зол, еле сдерживается и готов взорваться, поэтому тебе неуютно. Но ты сможешь найти с ним общий язык. Он не всегда такой.

Они вошли в просторный зал, и Андриэль умолк. Джеймс буквально замер на пороге, рассматривая помещение. Да, замок так же, как и Рикас, производил впечатление. Андриэль знал это. Ковры светлых тонов, стены, украшенные картинами, портретами предков. Цветные витражи, показывающие моменты битв магов и воинов. Свечи в серебряных подсвечниках, камин, а еще множество парящих под потолком переливающихся всеми цветами радуги шариков. Они не давали освещения, скорее, просто служили для красоты. Андриэль никогда не мог понять любви брата к ним, но не оспаривал ничего из того, что предпочитал держать в замке Рикас. Огонь пробежался из камина по ковру, не причиняя тому вреда, забрался по стенам, и те свечи, которые еще не горели, зажглись. Помимо этого у камина стояло несколько кресел, а также пара шкафов с книгами, различной посудой и напитками. Здесь Рикас принимал гостей. Не устраивал шумные балы, а именно мог посидеть с бутылкой бренди и своими друзьями. Рикас хлопнул в ладоши, и через секунду на пороге зала появились слуги. Дверей здесь было несколько, а сам зал овальной формы. Андриэль знал, что отсюда можно попасть в любой уголок замка.

– Слуги проводят вас в ваши комнаты, – обратился он к Элайдже и Джеймсу, – там вы сможете помыться и переодеться. Вам предоставят новую одежду. Вода нагревается при помощи магии. Вам покажут. Ужин через два часа. Там и обсудим, что делать дальше.

Джеймс хотел что-то сказать, но Элайджа сделал шаг вперед. От глаз Андриэля не укрылось, что при этом он слегка дернул Джеймса за рукав рубахи.

– Мы благодарны за теплый прием. И будем рады сполна узнать гостеприимство вашего замка, – он слегка склонил голову в знак уважения. Джеймс молча повторил за другом этот жест, но Андриэлю не нужно было быть магом, чтобы ощутить его внутреннее недовольство.

Он и сам хотел бы многое сказать брату. Тот вел себя отстраненно, холодно и даже высокомерно. Его изучающий взгляд прожигал насквозь – даже Андриэль нервничал. Но то, как держался Элайджа, не могло не восхищать: он не отводил взгляда, смотрел прямо в глаза Рикаса и оставался вежливым и учтивым. Да еще умудрялся сдерживать Джеймса. Рикас слегка улыбнулся и кивком указал слугам на дверь, находящуюся слева от него. Андриэль знал, что там располагаются покои для самых требовательных гостей. Лучшие комнаты этого замка, если не считать его покоев и покоев Рикаса. Андриэль хмыкнул – брат хотел произвести впечатление. Вряд ли лучшие покои стали выражением благодарности за спасение его жизни. Андриэль проводил гостей взглядом, но, даже когда дверь закрылась, продолжил на нее смотреть. Деревянная, добротная, массивная. Сделана из редкой породы красного дерева. Рикас любил все редкое и уникальное. И неважно, сколько редких деревьев вырубили ради того, чтобы сделать сотни дверей в его замке.

А…

Название вылетело из головы, Андриэль потер переносицу, силясь вспомнить его. Сейчас это просто жизненно необходимо.

Амарант.

Слово само по себе всплыло в сознании, и Андриэль выдохнул, словно от этого незначительного воспоминания зависела как минимум его жизнь. Ему нужно думать о чем-то, лишь бы игнорировать эту давящую тишину, повисшую в комнате. Она словно кричала о разочаровании. Интересно, Рикас скажет о нем напрямую? Андриэль все-таки перевел взгляд на брата. Тот уже расположился в кресле с бокалом бренди в руке, второй, стоящий на столике, явно предназначался Андриэлю.

– Алкоголь приглушает действие зелья и помогает немного успокоиться, – произнес Рикас прописные истины, словно до сих пор считал брата неопытным юнцом, неспособным запомнить элементарного.

Андриэль сделал несколько шагов вперед, пытаясь понять, что чувствует Рикас, что скрывается за вечным холодом его темных глаз. Некоторые свечи уже погасли, повинуясь простому, едва заметному движению пальцев. В этой полутьме глаза брата и вовсе казались черными, как волосы.

Вороны – вестники смерти. А у него волосы, словно крыло ворона. Твой брат и есть сама смерть. Погибель. Только для себя он станет ей тоже.

В памяти невольно всплыли слова Мэдисон. Она сказала их перед самым уходом. У нее были красные, заплаканные глаза. И это был не первый раз, когда она плакала из-за Рикаса. Когда кто-либо плакал из-за Рикаса…

Еще несколько шагов, словно не в удобное кресло, к хорошему бренди и брату, а на эшафот.

Береги себя, Андри. Не дай ему сломать и твою жизнь.

Тогда слова Мэдисон Андриэль воспринял в штыки, хоть и не сказал ей об этом. Рикас – его брат и заботится о нем. Он никогда не причинит ему вреда. Теперь он понимал, что чрезмерная опека и забота тоже могут быть губительны. Андриэль опустился в кресло и взял в руки бокал. Он опустил взгляд, словно пытался рассмотреть что-то на дне. Что-то, кроме янтарной жидкости, плескавшейся там. Пальцы второй свободной руки скользнули по обивке кресла. Бархат. Рикас любил все приятное на ощупь. Весь замок – средоточие того, что любил Рикас. Что любил… А больше всего на свете Рикас любил контроль. Над всем и над всеми.

– Если не хочешь, то насильно вливать не стану. Может, тебе лучше отдохнуть?

– Ты знаешь, что Мэдисон мертва?

Андриэль наконец-то понял, что именно бесило в спокойствии Рикаса больше всего. Он знал все и всегда. Он не мог не знать, что Мэдисон погибла. Не мог! Но почему тогда он так спокоен? Почему в его глазах нет скорби и тоски? Почему сердце Андриэля разрывалось от боли, а Рикас… Рикас такой же, как всегда?

– Было бы странно, если бы я не знал. Я почувствовал, что ее сила угасла. И было слишком мало шансов, что она добровольно отказалась от магии и души. – Голос Рикаса звучал спокойно, его пальцы, украшенные множеством колец, постукивали по подлокотнику кресла. Андриэль наблюдал за этим движением, мысленно считая до ста. Ему хотелось кричать, высказать Рикасу все, что он думает, но вместо этого он залпом осушил бокал и налил себе еще. Странно, но брат не возражал. Даже не предпринял попытки читать нотации о том, что во всем надо знать меру.

– И ты так спокойно об этом говоришь? Тебя это не волнует?

– Тебя это тоже не волновало всего пару минут назад. Тебя волновала твоя жизнь и безопасность твоих спасителей. Всему свое время, Андриэль. Мертвых мы спасти не в силах, а скорбь можно отложить. Я не мог позволить умереть тебе, Андри.

Злость исчезла так же быстро, как появилась буквально мгновение назад. Андриэль опустил взгляд и понял, что его руки трясутся. А жидкость из бокала выплеснулась несколькими каплями на дорогую ткань кресла. Он отставил бокал на столик и сцепил руки в замок. Рикас прав, он и сам не думал о Мэдисон, пока они были в Пустынных землях, он не вспомнил о ее смерти, пока за Элайджей и Джеймсом не закрылась дверь. Ему не хотелось плакать и кричать от боли, пока он не оказался в полной безопасности. Пока его проблемы не исчезли.

– Прости, – это слово сорвалось с губ само по себе. Андриэль только что винил во всем брата, а теперь чувствовал себя виноватым перед ним. – Я заставил тебя нервничать. Ты почувствовал мою магию, да? Так ты нас нашел? – Он не поднял взгляда, продолжив рассматривать свои руки.

– Я с самого начала знал, где ты, или ты думал, что у вас с Мэдисон есть связь, а у меня с тобой нет? Думаешь, после смерти родителей я бы рискнул твоей жизнью?

– Тогда почему ты не пришел сразу? – Удивленно вскинул взгляд на брата Андриэль.

– Ты хотел самостоятельности? Хотел доказать, чего ты стоишь? Я дал тебе такую возможность.

Андриэль открыл рот, чтобы ответить, но решил, что не стоит. Говорить банальное «спасибо» не было смысла, а сказать что-то еще он просто не мог. Брат считал его равным, Рикас не думал, что он неразумный ребенок, что не в состоянии позаботится о себе. Рикас считался с ним. И, пожалуй, сейчас это было самым главным.

* * *

Джеймс шел вслед за слугами по ярко освещенным коридорам замка и рассматривал картины. По большому счету это были либо портреты, либо сцены битв. Вспышки магии, поверженные воины… Иного он и не ожидал увидеть в замке Рикаса. Видно, что своим даром старший из братьев Вайт гордился, как и своими предками.

– Во всяком случае, нас не убили на месте. Как думаешь, это можно считать за удачу? – От созерцания картин на стенах Джеймса отвлек голос Элайджи. Друг шел рядом, погруженный в свои мысли, и совершенно не интересовался обстановкой замка. Джеймс и не думал отвлекать Элайджу от размышлений, он знал, что со временем друг поделится с ним наблюдениями.

– По-моему, с Рикасом выйдет договориться, – ответил Джеймс, – хотя выглядит он внушительно. Интересно, а он вообще умеет улыбаться?

– Думаю, война многих лишила этого умения, – пожал плечами Элайджа, – тем более, у Рикаса довольно много ответственности.

– Во всяком случае, за ужином мы точно узнаем, на что мы можем рассчитывать, а на что нет. Для начала хватило бы возможности остаться в замке.

– Ваши покои, сир.

Джеймс впервые смог рассмотреть лицо сопровождающего их слуги. Это оказалась молодая эльфийка с приятными чертами лица: тонкие губы, маленькие заостренные ушки и большие голубые глаза. Над верхней губой красовалась родинка. Джеймс даже на несколько секунд выпал из реальности. Эльфийка была очень красива. Почему-то в Анталии он редко встречал эльфов, а тех, что и видел, особо не запоминал. Там они считались существами второго сорта и использовались как дешевая рабочая сила. Бедные эльфийские кварталы Джеймс старался обходить стороной.

– Новая одежда уже лежит на кровати. Вам понадобится моя помощь?

Джеймс лишь отрицательно покачал головой. Рассматривая эльфийку, он даже не заметил, что Элайджу уже увели дальше. Надо будет выяснить, где располагаются его покои. Обязательно.

– На столике вы найдете колокольчик, если я понадоблюсь, позвоните, – сказала эльфийка, затем склонила голову в знак почтения и поспешила дальше по коридору.

Джеймс еще несколько секунд смотрел ей вслед, а потом толкнул массивную дверь и сделал шаг внутрь. Обстановка поражала: стол, на котором располагались листы бумаги, свечи, чернильница и перо. Большой шкаф, уставленный книгами. Джеймс вспомнил большинство домов Анталии, даже богатых людей. Книги всегда располагались только в библиотеке. Книги вообще считались довольно дорогим удовольствием. У самого Джеймса при том, что его род был довольно обеспечен, библиотека насчитывала сотни две книг, и все. Судя по всему, у Рикаса их было огромное количество. Также здесь был камин, небольшой шкафчик с напитками и огромная кровать. Рикас определенно хотел, чтобы его гостей расположили с максимальным комфортом. Джеймс даже усмехнулся, пытаясь понять, искренней ли являлась забота Рикаса или попыткой поразить гостей. Хотя зачем оно ему нужно? Отмахнувшись от этих мыслей, Джеймс взял чистую одежду и направился в сторону малозаметной двери. Скорее всего, именно там можно было помыться.

Если книги восхищали и вызывали некую зависть, то, увидев ванную, Джеймс мог только присвистнуть. У них в Анталии слуги нагревали, набирали воду, и остывала она довольно быстро – здесь же стояла странного вида конструкция, из которой теплая вода текла сама по себе. Джеймс слышал о таких чудесах, но никогда не видел раньше, хотя говорили, что когда магия еще существовала в Анталии, то это можно было встретить в домах богатых господ повсеместно. Как назвал это Рикас? Вроде бы, душ? Во всяком случае, после длительного и не самого приятного путешествия это было именно тем, что нужно. Джеймс окончательно расслабился, смывая с себя дорожную пыль. В конце концов, разобраться с тем, что нужно Рикасу, они еще успеют, а сейчас можно просто расслабиться и получать удовольствие от предложенных благ. К тому же стоило еще узнать, насколько хорошее в замке Рикаса вино.

Разговоры

Джеймс почувствовал, что голоден, лишь тогда, когда взгляд упал на стол, ломящийся от различных блюд. Он уловил запах мясной похлебки, свежеиспеченного хлеба и яблочного пирога. Помимо этого, на столе стояло несколько кувшинов с вином и бренди, а оценить напитки по достоинству Джеймс успел уже в своей комнате. Также различные фрукты, несколько видов сыров и масло. Рикас не поскупился на то, чтобы накормить гостей по высшему разряду. Запеченная рыба, утка с яблоками. Тут были блюда на любой вкус. Сам хозяин замка уже сидел во главе стола, покручивая в руке стакан и периодически делая из него небольшие глотки. Андриэль тоже уже был за столом, правда, выглядел понуро: голова опущена, а пальцами он теребил край скатерти.

– И куда делась твоя язвительность? – садясь рядом с Андриэлем, усмехнулся Джеймс.

Рикас оторвался от созерцания плескающейся в стакане жидкости и бросил взгляд на Джеймса, но промолчал. Джеймс лишь усмехнулся и на прямой взгляд Рикаса ответил с вызовом. Он решил, что правила приличия можно опустить, ведь они проделали такой непростой путь вместе. Да и Рикаса почему-то хотелось вывести из себя.

– Уснула. – Дернул плечом Андриэль, но на Джеймса все же взглянул, правда, сразу же опустил взгляд обратно.

Джеймса это насторожило, захотелось узнать, что же произошло между Рикасом и Андриэлем за те несколько часов, что потребовалось, чтобы накрыть стол и дать гостям отдохнуть с дороги. Определенно ничего хорошего и приятного.

– Простите, что заставил себя ждать. – Голос Элайджи вырвал Джеймса из размышлений и даже заставил вздрогнуть.

– Ожидание не было длительным, да и вашему другу, судя по всему, общество моего брата куда интереснее, чем наше. Так что они вполне могли бы остаться вдвоем и даже не заметили бы этого.

– Тогда, может, вам стоит действовать и оставить нас вдвоем, а не просто рассуждать об этом? – ответил Джеймс, за что тут же получил злой взгляд от Элайджи.

Рикас же не отреагировал никак. Его скучающее выражение лица таким и осталось, Джеймсу даже показалось, что он сейчас зевнет. Впрочем, от этого можно было ожидать чего угодно, а уж наплевательского отношения к этикету и гостеприимству – легко.

– Разве я тогда буду гостеприимным хозяином? – ответил Рикас. – Я не могу позволить второму гостю скучать в одиночестве и остаться голодным, поэтому свои желания вам придется, сэр Олдри, удовлетворять в другое время. Если, конечно, Андриэль этого захочет.

– Насчет желаний короля Грегора вы думали так же, поэтому не спешили со спасением брата?

Элайджа подавился вином, закашлялся, но все-таки сумел послать другу взгляд, полный недоумения. Джеймс его проигнорировал, не сводя взгляда с Рикаса. Выражение его лица не изменилось, но слабое подрагивание пальцев выдала плескающаяся в стакане жидкость. Впрочем, судя по всему, самообладание Рикасу удалось вернуть очень быстро. Он поставил стакан на стол, хлопнул в ладоши, подзывая слуг, и жестом показал, что гостей стоит обслужить. Эльфийки засуетились, задавали вопросы и раскладывали еду по тарелкам. Джеймсу тоже пришлось отвлечься, чтобы сообщить, какие блюда он хочет получить. В голове крутилась мысль, что Рикас осознанно взял паузу, чтобы найти достойный ответ. Хотелось верить, что ему хоть немного удалось выбить невозмутимого и могучего мага огня из колеи.

– Насколько я могу судить, – отрезая кусок мяса, сказал Рикас, – сэр Блэкард, вы тоже не разделяли взглядов короля на его желания?

Джеймс слегка усмехнулся. Смена темы на данный момент показалась ему бегством. Рикас спасовал, а это уже можно засчитать себе в плюсы. Джеймс бросил взгляд на Андриэля, но тот выглядел отстраненным и едва ковырялся вилкой в тарелке. Это казалось странным. После такого путешествия и того, что сделал Андриэль, он должен быть голоден, как дикий вепрь. Или у этих магов и организм работает по другому? Джеймс лишь вздохнул и принялся разбираться с едой, вполуха прислушиваясь к разговору Рикаса и Элайджи.

– Думаю, иначе меня здесь не было бы, – ответил Элайджа, – и я думаю, что в столь тесном кругу вы могли бы называть меня Элайджей, граф Вайт.

– Почту за честь, Элайджа. Но и от спасителя своего брата жду исключительно обращения Рикас, – склонил голову тот и приподнял стакан, призывая выпить.

Элайджа поддержал его, впрочем, и Андриэль приподнял кубок с вином. Джеймс совершенно не собирался отказывать себе в удовольствии испить этого прекрасного вина.

– Возможно, если бы мой брат был не способен показывать, чего именно он не хочет, то и вас бы, Джеймс, здесь не было. Вы сами отвечаете за свои желания или уже нет?

Джеймс даже подавился вином. Кажется, сегодня за столом это станет доброй традицией. Он бросил взгляд на Элайджу, но тот явно не собирался приходить другу на помощь, а, судя по всему, и вовсе едва сдерживал смех. Кто бы мог подумать, что он умеет смеяться.

– Думаю, что вполне, – сохраняя достоинство, во всяком случае, усиленно пытаясь это делать, ответил Джеймс.

Рикас пристально посмотрел на него, а в следующую секунду переключил все внимание на Элайджу. Стал расспрашивать его о битвах, победах, обычаях и традициях Анталии, укладе ее жизни. Рикас вел непринужденную беседу, но Джеймс заметил, как напряжен Элайджа, как тщательно взвешивает каждое слово, старясь не сказать лишнего.

– Что-то ты совсем не рад оказаться дома? – вполголоса обратился к Андриэлю Джеймс.

– Слишком утомительным оказалось до него добраться. Но я надеюсь, что тебе понравился замок моего брата.

Никакой язвительности, никаких подколов, лишь подчеркнутая вежливость. Наверное, умению вести сдержанную беседу Рикас Андриэля все-таки научил, но Джеймс чувствовал, что его это раздражает. Ему не хватало взбалмошного и острого на язык парня, только что спасшегося от лап мерзкого короля. Ему не хватало настоящего Андриэля, ибо тот, кто сидел сейчас перед ним, старательно кого-то из себя изображал.

– Он великолепен, но разве это и не твой замок?

– Мой. Но обустраивал его Рикас, он поменял почти все после гибели родителей. Я тогда был еще на обучении, – пояснил Андриэль, – меня не хотели отпускать.

– Почему же? А Рикаса когда отпустили?

– Ему тогда было шестнадцать. Он старше на четыре года. Меня он забрал в семнадцать. Сейчас мне девятнадцать, но я до сих пор проблемный маг. У меня трудности с контролем.

– С контролем старшего брата точно, – фыркнул Джеймс.

А в голове прикинул, что Рикасу сейчас двадцать три. Сам он был младше на год, а вот Элайджа старше на целых три года, но сейчас из находившихся за столом самым старшим выглядел Рикас. То, как он смотрел, говорил, держался. Джеймс сказал бы, что ему все тридцать, а то и больше. Слишком разумный, чересчур сдержанный и практически не испытывающий эмоций.

– Так что ты думаешь об этом, Джеймс? – голос Элайджи звучал чересчур требовательно и настойчиво.

Джеймс вынырнул из мыслей и глянул на друга, заметил также взгляды Рикаса и Андриэля, направленные на него. Похоже, вопрос Элайджа повторил не в первый раз, но Джеймс даже не мог предположить, о чем его спрашивают.

– Рикас предлагает нам остаться в его замке. Через месяц планируется бал в честь совершеннолетия Андриэля. Ему исполнится восемнадцать. И Рикас познакомит нас с королевой. Может, мы сможем прийти к какому-нибудь решению, что делать дальше.

– С нами или с Анталией? – усмехнулся Джеймс.

– И с тем, и с тем, – ответил Рикас, – не уверен, что стать скитальцами или наемниками устроит вас с Элайджей.

– Но вы же не думаете, что мы поможем разорить и уничтожить нашу страну? – поинтересовался Джеймс.

– Об этом речи не идет, – ответил Элайджа, судя по его тону, он был возмущен, что его друг и вовсе смог предположить такое, – мы можем попытаться найти способ свергнуть короля изнутри и наладить отношения с Остовией.

– Слишком идеально выглядит, но я с тобой, – кивнул он Элайдже.

И, как показалось, тот выдохнул с облегчением. Джеймс нисколько не сомневался, что Элайджа предпочтет обсудить многое с Рикасом наедине. Да и, честно говоря, все эти политические игры, хитрости, свержение Грегора – не для Джеймса. Он готов в бой, но планировать тактику этого боя не особо хотелось.

– К тому же здесь шикарное вино и прекрасные эльфийки, – усмехнулся Джеймс.

– А я думал, соблазнение прислуги – последнее, что будет тебя интересовать, – усмехнулся Элайджа и посмотрел в сторону Андриэля.

Джеймс лишь закатил глаза. Да, с Андри было приятно флиртовать, перекидываться колкостями и пытаться поддеть, но не более того. Слишком пугающей оказалась его магия, слишком сильным – страх, что все это лишь хитро вложенная в его голову иллюзия. Джеймс считал, что сложности – это лишнее. А Андриэль этой сложностью был. И Джеймсу не хотелось с этим возиться.

* * *

– И ты уверен, что королева станет меня слушать? – поинтересовался Элайджа, удобнее устроившись в кресле в кабинете Рикаса и приняв из его рук кубок с вином.

– Если тебе есть что рассказать. Ты прекрасно знаешь тактику вашего боя, знаешь весь скрытый потенциал, но главное – ты знаешь слабые стороны Грегора и людей, готовых стать этими слабыми сторонами.

– Думаешь, в Анталии все легко идут на предательство, как я?

– Уверен, что всегда можно найти того, чья любовь к золоту куда сильнее принципов и верности.

Рикас устроился в соседнем кресле. Он говорил верные вещи, но больше всего Элайдже хотелось залезть ему в голову и понять, что тот думает на самом деле.

– Вы предлагаете действовать изнутри? И считаете, что королева послушает нашего совета? Согласится подождать?

– Элайджа, война идет уже не один год, даже не два. Несмотря на то, что вы уничтожили магов у себя, мы даже с поддержкой магии не выигрываем. У вас лучше вооружение – это факт. На развитие науки Грегор не поскупился. Наш бой – это магия против науки. Я давно убеждаю Аделаиду, что мы должны смотреть в будущее, но она жуткий консерватор и боится нового, как ваш Грегор – магии. Но, судя по рассказам Андриэля, он ее не чурается. Нам нужен козырь. И я не скрываю, что вижу козырь в тебе. В новом правителе Анталии, который будет более благоразумен.

Элайджа сделал глоток из кубка, старательно оттягивая момент ответа. Он прекрасно понимал, что Рикас увидел в нем шанс. Тот самый, за который с радостью схватился бы и сам Элайджа, если бы ему предложили. Вопрос в том, готов ли он к такой ответственности? Рассуждать о подобном просто, а вот принять…

Элайджа попытался сконцентрироваться, но вместо этого стал скользить взглядом по стенам кабинета Рикаса. Темно-красная отделка, темный массивный стол, стеллажи с книгами. Судя по количеству книг в замке, Рикас любил читать. Очень любил.

– Книги успокаивают.

Элайджа перевел взгляд на Рикаса. Неужели и старший из братьев умел читать мысли? Это пугало, настораживало, заставляло желать оказаться как можно дальше отсюда. В безопасности. Почему он вообще связался с этим Андриэлем? С магией, понять которую он был не в силах. Как можно доверять тому, кто в любую минуту может залезть тебе в голову?

– Я не могу. Но твой взгляд куда красноречивее слов. И я не прошу дать ответ прямо сейчас.

– А ты, Рикас, не хотел бы править Остовией? Может, это твой план – с моей помощью свергнуть в итоге королеву?

– Дейдре и так в основном полагается на меня. Она и шагу не ступит без моих советов. Я сам не захотел остаться при дворе. И несмотря ни на что, к власти я не стремлюсь.

– Интересно, а к чему ты стремишься?

– Может, со временем ты и поймешь, а пока я предлагаю тебе хорошо подумать над моими словами и выпить вина. В Остовии оно великолепно.

С этим Элайджа не мог не согласиться. Анталия, может, и превосходила Остовию в плане оружия, но явно уступала в изготовлении вина. До бала еще целых две недели. Элайджа был уверен, что он еще успеет все хорошо обдумать. И посоветоваться с Джеймсом. Определенно. А пока – вино и беседа. Рикас умело перевел тему на разговор о литературе. Надо сказать, что такого серьезного и интересного собеседника у Элайджи не было давно.

* * *

Андриэль сидел в зале перед камином. Он точно не сказал бы, в какой именно из залов его занесло. В замке Рикаса их было огромное количество. Он сидел на пушистом, мягком ковре красного цвета и смотрел в камин.

Огонь…

Управлять стихиями куда проще, чем разумом. Так всегда говорил Рикас, слегка улыбаясь. Гордился ли он братом, что тому достался такой редкий дар, завидовал или жалел? Андриэль никогда не мог найти ответ на этот вопрос. Но он сам предпочел бы управлять огнем, чем разумом. Огонь в замке не обжигал. Во всяком случае, его – точно, словно Рикас незримо стоял рядом, заставляя огонь послушно не трогать младшего брата.

Андриэль проверял. Однажды сунул руку в камин и не почувствовал ничего, кроме легкой щекотки. Огонь, словно послушный пес, облизывал его руку, не принося никакого вреда. Это раздражало и выводило из себя. Рикас мог ставить блок, Рикас мог защитить других от его магии, а мог ли сам Андриэль стать защитой от чужой магии? Другой маг огня легко бы его уничтожил. Андриэль был слаб, чертовски слаб. Огненный шар убьет его раньше, чем он залезет в чужую голову.

– Вина нальешь?

Голос Джеймса вырвал из воспоминаний, а вскоре и он сам уселся возле Андриэля, протягивая ему бокал.

– А как же эльфийки? Неужели оставишь их без внимания?

Андриэль не хотел оставаться один, но не подколоть Джеймса просто не мог. Этот рыцарь раздражал своей самонадеянностью, а уж его выпады за столом против Рикаса… Андри не мог припомнить, чтобы хоть кто-то рисковал так отвечать его брату.

– Вино я люблю куда больше, да и друзей ценю больше, – усмехнулся Джеймс и слегка пихнул Андриэля плечом.

– Тогда ты просчитался. У меня только бренди. Правда, в большом количестве.

– Думаю, и бренди мне сойдет тоже.

Джеймс протянул Андриэлю кубок, и он наполнил его. Раньше у него никогда не было друзей, если не считать Мэдисон. И то она скорее считала его младшим братом. Тем, о ком нужно заботиться и оберегать. Большинство людей воспринимали его именно так. Младший брат Рикаса заслуживал заботы и снисхождения. Они никогда не относились к нему искренне, просто боялись Рикаса. Джеймс Рикаса не боялся, это делало его настоящим другом.

– Выпьем за удачу? – спросил Андриэль.

– Она понадобится мне или все-таки тебе? – улыбнулся Джеймс.

– Думаю, обоим. В этом замке непросто выжить.

– Имея под боком такое чудо, как душ. Ведь так вы его называете? Я готов выживать.