332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Алиса Ростовцева » Даже не думай! (СИ) » Текст книги (страница 19)
Даже не думай! (СИ)
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 17:43

Текст книги "Даже не думай! (СИ)"


Автор книги: Алиса Ростовцева






сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)

Но повеселиться не получилось: Ветрова не сдвинулась с места.

А жа-аль. Я бы развлекся еще немного. В конце концов, поцелуй с Мисс идиоткой потянул лишь на жалкую тройку. Ни капли фантазии, ни грамма умений. Один голый энтузиазм и дикое желание в крови.

Ха-ха. Ветровой, что, пятнадцать? В последний раз такая буря эмоций от поцелуя со мной была только у Наташки из десятого «А». Сто лет назад, если вдуматься.

Ветрова пялилась на меня точно так же. Как кошка в период течки. И она еще что-то там бормотала про шутку?!

О, держите меня. Ржу не могу.

Все мысли Ветровой были написаны на ее осоловевшей мордашке: «хочу-хочу-хочу»! Лестно, конечно.

Довольный реакцией Ксении, на какое-то время я даже отпустил «тормоза». Но зато позже, честное слово, едва смог от нее оторваться. Хотелось подразнить Ветрову еще чуть-чуть, сказать ей что-нибудь, вроде «мечты сбываются, детка» и…

Картинка того, что можно было бы сделать с податливой блондинкой, в который раз за последние полчаса вспыхнула перед глазами. Она бы точно не стала сопротивляться. И ее голос, шепчущий мое имя, пришелся бы мне по душе. А что, если…

Стоп. Это же Ветрова. О чем я?

* * *

Стук в дверь, и, через мгновение, не дождавшись моего ответа, в проеме появился Тимур.

– Обед готов. Кушать подано, – ехидным голосом заявил парень, окинул меня цепким взглядом и… скрылся в коридоре.

И? Что это было?

Какой-то маразм.

Я вздохнула и спустилась с кровати. Не смотря на то, что всего часа два назад я выпила чашку кофе, закусывая бутербродом, сейчас мне как раз очень хотелось есть. Может быть, Керимов уже испарился из кухни?

Но надежды, ясное дело, не оправдались. Он дожидался меня за кухонным столом.

Не ушел, значит.

А ведь все утро Керимов просидел на втором этаже, игнорируя факт моего присутствия в доме. Хорошо, что и без него мне было чем себя развлечь. Безлимитный интернет на смартфоне самая крутая вещь, которая есть в моей жизни.

Я снова почитала, побродила в сети и, наконец, созвонилась с друзьями. Марр повторила свои прежние советы, Ник потрепался со мной о всякой ерунде, концертах, гастролях и своих планах на лето. Зато Андрей…

Друг рассказал мне о разговоре с Тимом, а я еще больше укрепилась во мнении, что у Керимова проблемы с головой, логикой и восприятием окружающего мира.

Впрочем, это не помешало мне отказаться от предложения Флейма. Я так и не сообщила ему, где именно нахожусь.

И дело тут не в моем желании подольше остаться с Тимуром, побыть с ним наедине и бла, бла, бла. Я представила, как поднимусь наверх, постучусь в спальню Керимова и вновь (в какой уже раз?) попробую сказать парню, что уезжаю домой. Что было бы в итоге? Очередной неизбежный скандал и новая порция глупых придирок, на которые у меня физически не осталось сил? Чтобы доказать Тимуру хоть что-то, нужно обладать олимпийским спокойствием и железным здоровьем. У меня нет ни того, ни другого.

Я осталась. И вот теперь вынуждена обедать вместе с ним.

Изо всех сил стараясь выглядеть невозмутимой, я прошла через кухню и села за стол напротив Тима.

– Приятного аппетита, – с вежливой улыбкой пожелал Керимов. Опять издевается?!

– И тебе, – откликнулась хмуро, перехватывая взгляд парня, невозмутимо разглядывающего меня. – Что?!

– Ничего.

Все-таки он специально меня доводит.

Я зажмурилась на секунду, а когда вновь открыла глаза, Керимов уже ковырялся в своей тарелке. Делал вид, что ничего не произошло.

Шутка, значит, Тимур?

Тогда, какого черта, дорогой шутник, ты косишься в мою сторону?

* * *

Молчание за обедом первым прервал Тимур. Несколько раз он порывался что-то сказать. Но, всякий раз поднимая глаза от тарелки, натыкался на мой напряженный взгляд и, вместо разговора, принимался играть со мной в «гляделки». Мы хмурились, оба вполне очевидно злились и не произносили ни слова.

Керимов, в конце концов, завелся.

– Ты нарочно?!

– А ты?!

Помолчали еще чуть-чуть.

Тим тем временем оставил в покое столовые приборы и залпом осушил стакан воды. Три стремительных глотка, так, будто парня мучала сильная жажда.

– С тобой невозможно нормально разговаривать, – заявил, наконец, Керимов.

Приехали!

– А ты пытался?

– Хм. А ты умеешь?

– А ты?

Переадресовывая Керимову его же вопросы, я сама не знала, чего пытаюсь добиться.

Я прекрасно понимала, что Тима уже ничего не изменит. Он может быть сколько угодно милым со всеми остальным – со своими фанатками, друзьями, родителями, девушками и просто развлечениями на одну ночь. Но я – другое дело. Я не вписываюсь в отлаженную схему его жизни. И именно поэтому Тимур так яростно пытается меня добить. Я слишком сильно ему мешаю.

Может, после того, как мы вернемся к привычной жизни, мне, наконец, стоит забыть о том, что рядом существует такой человек, как Тим? Пусть делает, что хочет. Главное, чтобы он больше не цеплялся ко мне.

– Хорошо, – словно, соглашаясь с моими мыслями, процедил вдруг Тим и решительно поднялся со стула. Я повторила за ним.

Теперь мы оба стояли друг напротив друга, отделенные только широкой поверхностью обеденного стола. Тимур выглядел раздраженным.

– Давай поговорим, Ветрова?

– Звучит угрожающе, – я попыталась чуть-чуть разрядить обстановку и усмехнулась, на полном серьезе поинтересовавшись у парня. – Ты уже решил, как будешь меня убивать?

Керимов моргнул пару раз, а потом заржал.

– А ты этого хочешь?

О… мы с ним, как два еврея. Отвечаем друг другу вопросом на вопрос.

– А ты рассматриваешь мое предложение? – с сомнением уточнила.

Тимур ухмыльнулся.

– А ты предлагаешь?

– Тимур, – голос получился что надо, в меру сладкий и в меру ехидный, – а мы точно о моем убийстве говорим? Или ты уже о чем-то другом?

– Давай проверим? – Керимов хитро улыбнулся. А я с удивлением обнаружила, что Тимур забавляется нашей перепалкой.

– То есть ты будешь делать то, что я захочу? – попыталась подловить Тима на простом вопросе. Вот сейчас он откажется и тогда…

– Ну, конечно! Разве ты не убедилась в этом сегодня утром?

Я почувствовала, как щеки заливает предательский румянец. Вдох, выдох, чтобы успокоиться хоть чуть-чуть. А потом, с милой улыбкой первоклашки:

– Хорошо. Тогда ты моешь посуду.

Зоя, наблюдавшая за нашим разговором с противоположного конца кухни, закашлялась после моих слов. Тимур прищурился.

– Может, ты мне поможешь, милая?

Ага, щас. Бегу и падаю.

Как там себя ведут капризные блондинки? Тянут гласные и строят глазки своим кавалерам? Попробуем прямо сейчас и будем надеяться, что мистер Умник будет доволен.

Я, надула губки, покачала головой и улыбнулась. Виновато.

– Мне не хочется, ми-илый.

Керимов усмехнулся. Я выдохнула почти облегченно, представляя, что вот сейчас Тимур покорно займется посудой. И…

Обломалась.

Вместо того, чтобы выполнить мое «невинное» пожелание, Керимов вдруг двинулся в мою сторону.

Ого! Что это с ним?…

Я с трудом заставила себя остаться на месте. Сердце бешено колотилось в груди, а бурная фантазия выдала вдруг яркую картинку моего страстного поцелуя с Тимуром на кухонном столе.

Феерично, да уж.

Щеки запылали раз в десять сильнее. А я, честное слово, порадовалась тому, что Керимов ни разу не Эдвард Каллен. Если бы этот напыщенный индюк умел читать мысли, мне бы осталось только застрелиться. Ужас, ей-богу. О чем я думаю вообще?

Но, к моему счастью, Тимур даже не догадывался о моем… ммм… интересе. Впрочем, даже если я опять ошиблась (тьфу-тьфу-тьфу), Керимов все равно ничего не станет со мной делать.

Подбадривая себя подобными размышлениями, я заставила себя смотреть Тимуру прямо в глаза даже тогда, когда парень подошел ко мне вплотную.

– М-можно? – мягко поинтересовался Керимов, склоняясь к моему лицу и почти касаясь губами пылающей кожи.

Неужели, он…?

Я нервно сглотнула. За одно мгновение все мысли вылетели из головы, и тело оказалось отданным на волю инстинктов. Эти самые инстинкты вопили во всю мощь легких, что надо пользоваться моментом. Когда еще мне выпадет подобный шанс?

Нет-нет-нет… Нельзя!

– Да-а, – прошептала, чувствуя себя жертвой кораблекрушения, тонущей в северо-ледовитом океане чужих глаз. – Можешь забрать тарелку.

На кухне на несколько секунд повисла тишина.

Я дышала урывками и не могла, сколько не пыталась, отвести взгляд от Тимура. Ошеломленная, восторженная улыбка расцветала на его лице. Он смотрел на меня почти что с обожанием, так, будто я была породистым щенком, только что получившим приз зрительских симпатий.

За нашими спинами, где-то далеко, будто в другой вселенной, раздался звук шагов, и спустя мгновение щелкнула дверь кухни. Кажется, только что Зоя оставила нас с Керимовым наедине.

Эм…? Он же не станет?

Вопрос мелькнул и растворился в разочарованном выдохе. Конечно, он не стал. Через мгновение после того, как за женщиной закрылась дверь, парень отступил от меня.

Я расплылась в победной улыбке.

– Довольна? – Тимур усмехнулся.

Кивнула.

– Конечно. У тебя же не вышло…

Заломленная бровь Керимова заставила меня прикусить язык. Если я сейчас что-нибудь опять «ляпну», не факт, что Тимур не захочет меня «проучить». Нет, уж, спасибо.

– Не вышло уговорить меня, – в последний момент я нашлась с ответом и снова невинно захлопала ресничками. – Я, правда-правда, не хочу мыть посуду.

Керимов скривился.

– Ты переигрываешь, – бросил мрачно, отходя к шкафу и включая кофеварку. Если секунду назад я была готова продолжить «комедию», то аромат любимого напитка вдруг настроил меня на добродушный лад.

Ничего же страшного не случилось. Тимур играет, я играю. Еще чуть-чуть и все. Каждый займется своим делом.

– Если только немного… – откликнулась, думая об обвинении в плохой игре. – Извини, если что. Но ты ничуть не лучше, – меня потянуло на откровенность.

Я со вздохом подобралась к кофеварке и как только Тимур закончил возиться со своей чашкой, подставила под носик аппарата свою. Керимов наблюдал за мной с нездоровым интересом. – По крайней мере, ты больше не злишься.

– А я злился?

– Мне так показалось.

Помолчали. Керимов тем временем переместился к холодильнику и вовсю шарил на полках.

– Тебе налить молока?

Тимур обернулся ко мне и протянул раскрытую упаковку.

– Э… ну да. Давай, – я приблизилась к парню и осторожно подставила чашку. С чего такая забота? Сомнения развеялись, как только парень смерил меня очередным задумчивым взглядом и совсем как я недавно признался:

– Я от тебя, честно говоря, устал.

Я молча уставилась на Тимура. Ну и что ему сказать на это?

– Знаешь, Керимов, я от тебя тоже. Я не понимаю, что вообще происходит. Ведь если бы…

– Стой, – Тимур нахмурился. – Не переводи стрелки. Мы уже сто раз обсудили, кто и в чем виноват.

Обсудили, блин.

Я поджала губы и уткнулась взглядом в чашку.

– Тогда объясни, что ты утром делал в моей спальне? Зачем этот спектакль? Я посмотрела в сети – ни одного слова про нас. Никто не пишет о Керимове и его бывшей подружке. А ведь ты пугал грядущим скандалом. Толпой журналистов, которая будет преследовать нас. Где же они?

Керимов вздохнул и отошел к столу.

– Значит, ты уже обо всем знаешь?

– Ни о чем я не знаю, – откликнулась с досадой. – Иначе бы не приставала с вопросами. Мне жутко все это надоело.

– Взаимно, Ветрова. Взаимно.

Керимов прошелся по кухне туда-сюда, нервно поставил в раковину пустую чашку.

– Ты заходила вконтакт сегодня? – Тимур закончил свои метания по кухне точно напротив меня, присел на край стола, уставившись в одну точку.

– Нет. Я искала по гуглу, – откликнулась мрачно.

– И что там?

– Старые заметки о нашем участии в олимпиадах. И все.

Керимов даже не удивился. То есть… он знал?

– Ты был в курсе? – изумилась.

Тимур кивнул.

– В курсе. Мать позаботилась обо всем. В журналах и газетах ничего не будет.

– То есть? Ты хочешь сказать, что я…

Керимов задумчиво покосился на настенные часы.

– Да, твой приезд был вовсе не обязателен.

Я уставилась на Тима и, когда открыла рот, чтобы задать вполне закономерный вопрос, парень злорадно добавил.

– Мама решила не сообщать мне о том, что проблема решена.

– Что значит, решена? Зачем тогда она позвала меня?

Керимов взглянул на меня задумчиво.

– А как ты думаешь, Ветрова? Зачем ей это было нужно?

Я пялилась на Тимура и недоумевала все сильней.

– Ты же ее не просил об этом? – спросила на всякий случай и, полюбовавшись на удивленную рожу Керимова, продолжила рассуждать вслух. – Она пригласила сама, ничего никому не сказала. Чтобы… чтобы… ей это было надо из-за тебя?

– Возможно, – с видом ведущего «Кто хочет стать миллионером» откликнулся Тим.

– Керимов… Мы играем в викторину? – спросила жалобно и потерла пальцами виски. Головная боль, судя по ощущениям, уже была на подходе.

– Извини, – Тимур обреченно выдохнул. – Мать хотела меня… отвлечь.

– Отвлечь? Ты ничего не напутал? Может, наказать?

Керимов коротко хохотнул.

– Может быть.

– Как глупо, – я прислонилась разгоряченным лбом к оконному стеклу. Обернулась. – И как? Ты развлекся?

Усмешка тронула губы Тимура и застыла в глубине холодных глаз.

– Конечно.

Вот так… по крайней мере, честно.

– Тогда я могу уехать сегодня?

Керимов покачал головой.

– Дай мне еще один день. Я закончу дела. И…

– Ты для этого был в моей спальне? – как просто теперь все объяснить.

– Да, – правда с привкусом полыни. – Пусть мать расслабится хоть чуть-чуть. Не хочу, чтобы она и дальше лезла в мои дела.

– Ясно. Она должна поверить, что ты «отвлекся». Даже страшно представить от чего, или от кого, я по версии твоей матери могу тебя отвлечь.

Мой вопрос, похоже, попал в десятку. Керимов взглянул на меня почти с… уважением?

– Это ведь не Мари?

Мы с ней из разных «весовых» категорий.

Тимур сделал каменное лицо и многозначительно промолчал, намекая, что лимит его откровенности уже исчерпан. Но что мне со всем этим делать?

– Я могу рассчитывать, что завтра – все закончится? На самом деле? – слабая надежда, что семейка Керимовых отстанет от меня со своими интригами. Бедная девушка, которой суждено стать женой Тимура. В подарок к золотому мальчику ей достанется не менее «золотая» семья.

Керимов задумался на мгновение и кивнул мне в ответ.

– Хорошо. Тогда последняя просьба, Тимур. Я обещаю, что больше не стану к тебе цепляться, что буду молчать, что бы ты ни делал, в какие бы истории ни влезал и что бы ни говорил, только, пожалуйста, завтра – забудь о моем существовании. Я не хочу больше никогда с тобой пересекаться.

– Не много ли ты хочешь, Ветрова?! – в голосе Керимова прорезались злые нотки.

– А тебе разве от меня что-то нужно? – сарказм, густо приправленный горечью, не удалось скрыть. – Так сложно обойтись без постоянных подколок в мой адрес?

– Не придумывай. Дело в другом.

И замолчал.

– Давай возьмем передышку? – спустя несколько секунд неуверенно добавил Керимов. Неуверенно? Он?

Я рассмеялась.

– И что тут смешного?

– Твое предложение странно звучит. Будто мы старая, старая пара, прожившая вместе десяток лет. И одна из сторон вдруг предложила разойтись с миром. Никаких скандалов, никаких обоюдных претензий. Просто забыть обо всем, как о страшном сне. Но… Давай возьмем передышку? – я повторила слова Тимура, словно проверяя, насколько серьезен был его тон. – Как хочешь, Керимов. Я для себя все равно уже все решила.

Тимур тоже рассмеялся.

– А ты фантазерка, оказывается. Старая пара, развод…

– Ну да. Ты, наверное, уже забыл, какие сочинения я писала по литературе?

– О… письмо любовницы Лермонтова – вот это был шедевр. Не думала о карьере писателя, кстати? Писала бы романы, а, Ветрова? – сколько ехидства в простых словах.

– Может быть. Когда-нибудь. Но ты все равно не узнаешь об этом.

Керимов хмыкнул и вновь вернулся к нашим баранам.

– Ладно, мисс литератор, закрыли тему с разводом. Я просто предлагаю тихо пережить сегодняшний день. А завтра – поговорим обо всем после больницы. Пойдет?

Я пожала плечами.

* * *

Я поставила чашку в раковину и включила воду. Шутки шутками, но ведь понятное дело, что Керимов забьет на посуду. Придется все делать самой. Но парень, заметив мою активность, неожиданно предложил помощь. Пока я намыливала стаканы, Тимур убрал тарелки со стола и поставил их в посудомоечную машину.

– Тим, Ксюша, – вернувшаяся на кухню Зоя, нахмурилась, увидев у раковины нас обоих. Я уже смывала мыльную пену со второго бокала, а Керимов вытирал полотенцем первый. – Оставьте, оставьте! – запричитала женщина. – Я все сама помою!

– Ничего страшного, мы уже почти закончили, – голос Керимова приобрел невиданную ранее мягкость. – Да?

– Да, – моя улыбка вышла кривой. И именно это, видимо, не понравилось парню.

– Все в порядке, милая?

Я хлопнула ресницами, выдавая свое удивление, и впала в ступор. Зато Тимур сориентировался мгновенно.

Спокойно, словно он делал это каждое утро, парень нагнулся ко мне и легко коснулся губ. Я даже не успела закрыть глаза. Таращилась на Керимова и… позволяла его языку делать то, что он хочет. Дыхание не перехватывало, сердце не пыталось выпрыгнуть из груди. Лишь до кончиков пальцев по всему телу разливалось тепло. И отчего-то было… вкусно. Оказывает Тимур любит сладкий кофе.

Керимов с улыбкой отстранился через несколько секунд и заботливо вытер мои влажные ладони. Все время пока мы целовались, я держала руки подальше от футболки Тима, хотя, честное слово, мне попеременно хотелось то оттолкнуть парня, то прижаться к нему поближе.

* * *

Уже в коридоре, куда мы с Керимовым вышли, не переставая улыбаться друг другу, как парочка актеров на киносъемках, я вытащила свою ладонь из ладони Тима.

– Обязательно было ко мне лезть? – раздраженно уточнила, но постаралась не повышать голос. Вдруг Зоя ненароком услышит нас. И тогда вся эта идеальная сценка, разыгранная специально для нее, окажется бесполезной.

– А тебе не понравилось? – Керимов усмехнулся и, повернувшись ко мне спиной, невозмутимо отправился дальше по коридору.

Мне?! Понравилось?

Может и так. Но какое право имеет Тимур надо мной насмехаться?

Я обогнала этого нахала и на лестнице, ведущей на второй этаж (Тимур ко всему прочему опять собирался сбежать), оказалась первой. Для Тима путь наверх был перекрыт. Для пущей уверенности я даже поднялась на одну ступеньку и теперь смотрела Керимову прямо глаза в глаза.

Дурацкая игра!

Тимур иронично выгнул бровь, ожидая моих действий.

– Я не кукла, Керимов, понял? И я не давала разрешения лапать меня, когда тебе покажется это удобным.

– А кому-то даешь? – невинный вопрос прозвучал пошло.

Желание спорить с Тимуром вновь пропало мгновенно. Все бессмысленно, бессмысленно, бессмысленно…

– Даю, – я кивнула и освободила проход.

Пусть валит дальше. Пусть оставит меня в покое. Я не в силах ничего ему доказать. Черт бы его побрал!

Но Тимур не стал подниматься наверх и не позволил спуститься мне. Он вдруг придержал меня за плечи – Не отпирайся. Я же знаю, что тебе понравилось.

И столько самоуверенности в голосе!

Тим ухмылялся, разглядывая меня с видом победителя. Он так и не понял, что в подобных играх нет проигравших.

– Тебе тоже, Тимур, – процедила сквозь зубы, – понравилось. Разве нет? – спросила и вновь попыталась вырваться. – Дай мне пройти!

Но парень не двинулся с места.

– А почему мне не должно было понравиться, Ветрова? – ехидство сквозило в каждом слове Тимура. У этой фразы было вполне очевидное «двойное дно».

Я вспылила.

– Откуда я знаю, что у тебя на уме? Отпусти! Я…

Тимур не позволил договорить.

– Природа тебя не обделила ни лицом, не фигурой, Ветрова, – вдруг снисходительно объяснил мне Керимов.

И я «взорвалась». Злость растеклась по моему телу – от кончиков пальцев до самого сердца.

– Только характером не вышла, правда? – мое шипение было пропитано сарказмом.

Сжимая кулаки, я двинулась на Тима, словно он один был виноват в моих бедах. Но легче было обвинить его, чем признаться в собственных ошибках. Впрочем, может быть, он был виноват… тоже? – А иначе ты бы уже давно мной занялся? Да, Керимов?***нул бы и, не прощаясь, смылся?! В ваших кругах это считает клевым? Развести наивную дуру на одну ночь и кинуть? Ты бы тоже так поступил?

С лица Тимур сползла его блистающая улыбка. Он замер, ошарашенно вглядываясь в мое лицо. А я все никак не могла остановиться. И говорила то, что было мысленно сказано тысячу раз. Но другому человеку и в другой жизни.

– Ты ни черта не понимаешь. Для тебя вся жизнь сплошное развлечение. Праздник каждый день. Но неужели, ты не видишь, что делаешь людям больно?

Я говорила с отчаянием и горечью, обжигающими мне самой губы. Нет, слезы не застили глаз. Мои истерики остались в прошлом. Но, Господи, до чего же было обидно.

Где-то в стороне послышался звук открывающейся двери. Я вздрогнула и замерла, боясь кричать снова. Тимур тоже напрягся и, вдруг схватив меня за руку, потащил за собой наверх.

– Быстрее.

* * *

В спальне Керимова я устало прислонилась к двери и закрыла глаза. Ну, и зачем, я бросилась за ним следом? Адреналин еще горел в моей крови, но смысла в своем побеге я не видела никакого. Тимур тем временем нервно прошелся по комнате, что-то с громким бряцаньем бросил на письменный стол.

– Ну и, кто он? Этот придурок из нашего универа? – голос Тимура был на удивление спокоен и тих.

Я промолчала, не видя смысла отвечать на тупые вопросы.

Но Керимов, не дождавшись от меня объяснений, сам сделал закономерный вывод. – Ты ведь поэтому не хотела, чтобы кто-нибудь узнал? Это, наверняка, кто-то из наших.

Черт, какое ему дело!

Я сильнее сжала кулаки и, когда нашла в себе силы посмотреть на Керимова, больше не дрожала.

– Мне надо идти. Извини, что наговорила лишнего. К тебе это не имеет никакого отношения.

Я схватилась за дверную ручку.

– Не торопись. Тебе же все равно нечего делать, – вдруг заявил Керимов.

Такой неожиданный переход от обсуждения моей личной жизни и самого больного ее вопроса до бытовых вещей сбил меня с толку. И я замешкалась на пороге.

Тимур тем временем успел подойти ближе и небрежно протянул мне книгу. Злосчастная стилистика?

– Завтра четвертой парой Синицин. Ты уже читала то, что он задал для семинара?

Я ошарашено смотрела на книгу в руках парня.

– Нет… Когда?… Да и учебник дома. И вообще, я не собиралась завтра в универ.

– Хочешь пропустить? – Керимов поразился моей смелости. – Но завтра после обеда пара у Козловой. Если «забьешь», потом заколебешься с ней препираться на семинарах. Она же живой с тебя не слезет. Тебе на экзамене нужны проблемы?

Я помолчала и осторожно призналась.

– Я думаю, что возьму академ. Сдам экзамены позже. Или… через год.

– Ты? – Тимур удивился. – Неужели, настолько хочешь избавиться от меня?

Опять двадцать пять. Я не успеваю за мыслями Тимура.

– Ты не причем? Мир не вертится только вокруг тебя! – я опять медленно начинала злиться.

Но Тимура мои возражения не убедили.

– Да, ты банально испугалась, Ветрова, – уверенно заявил Керимов, опять одаривая меня снисходительной улыбкой. Натянутой и неестественной. Но с изрядной порцией сарказма, чтобы я могла быть уверена – между нами – все как обычно. – Ты пропустила пару занятий и боишься завалить сессию.

– Не правда, – возразила мрачно. – Мне просто не хочется и…

– Жалкие отговорки. Ты сходишь с дистанции. Может, еще признаешь, что я умней тебя, и после можешь идти валяться в постели дальше.

Я сжала зубы, чтобы не выругаться. Керимов прекрасно знал, куда бить, чтобы привести меня в чувство.

Я протянула руку к учебнику, осторожно коснулась обложки.

– Зачем ты делаешь это? – вопрос вырвался сам по себе. Ведь я прекрасно понимала, что Тимур лишь ловко расставил ловушку, в которую я, к своему стыду, с радостью угодила.

Керимов усмехнулся.

– Ну, ты же меня развлекаешь, это раз. Мать уверена, что я под присмотром, это два. И три – очень хочется увидеть, как ты сдашься. Только не забудь признаться при всех, что я умней тебя. Я буду до чертиков счастлив.

– Ага. Три раза признаюсь, – фыркнула и отобрала у парня учебник. – Пойду читать, а то ты еще что-нибудь придумаешь.

– Стой. Я еще сам не фига не читал.

– Что?

Керимов расплылся в невинной улыбке и состроил честное-пречестное выражение лица.

– Я еще не прикасался к книге. Все утро читал материалы Козловой. Так что тебе придется потерпеть мое общество еще пару часов.

– Может, тогда я возьму позже…

Тимур рассмеялся.

– Ну, уж нет. Хочу полюбоваться, как ты грызешь гранит науки. Думаю, ты и контрольную итоговую завалила, потому что не фига не знаешь.

– Я?!

Давно я не чувствовала такого праведного возмущения.

– Я готовилась всю ночь! Мне просто стало плохо из-за…

Тимур вновь не дал мне договорить. И… додумать о том, что со мной случилось после урока Синицина в прошлую среду.

– Так докажи мне. Или слабо?

– Ты интриган, Керимов и вся твоя семья – законченные интриганы!

Я забралась с ногами на постель и открыла опостылевший мне учебник.

* * *

Вечер стремительно перетек в ночь. Стрелки часов в гостиной показывали уже одиннадцать тридцать. В углу комнаты едва слышно о чем-то бормотал телевизор, временами я бросала в его сторону заинтересованный взгляд, смотрела минуту в широкий экран, разглядывая очередную бьющуюся в экстазе музыкальную группу. По Bridge – TV в это время крутили давно устаревшую и вышедшую из моды рок-подборку. Потом я снова возвращалась к своему планшету.

Чашка с чаем, когда-то горячего, успела давно остыть, и я медленными глотками допивала холодный и переставший казаться вкусным напиток. Идти на кухню и наливать себе новую порцию было лень. Устроившись на диване, я украдкой зевала, аккуратно прикрывая ладошкой рот.

Керимов пока ничего не видел. Он опять уткнулся в свой ноут и с сосредоточенным выражением на лице серфил по интернету. Что интересного можно найти в сети за полчаса до полуночи?

Я не понимала Тимура. Но повторять мое утреннее замечание о вреде ноутбуков, поставленных на живот, в свете последних событий между нами, мне казалось глупым.

Я развлекала себя сама, тоже погрузившись в виртуальное пространство. Тимур сам отдал мне свой планшетник, и я уже который час переписывалась с Мариной. Никитина пребывала в легком шоке, и все свои вопросы приправляла изрядной порцией сарказма. Подруга не доверяла Керимову и потому настоятельно советовала мне не терять головы.

Куда уж больше?

Но, даже полностью соглашаясь с Маришкой, я не могла воспринимать ее наставления всерьез. Успокоенная ровным поведением Тимура в течение всего дня, под конец вечера я позволила себе расслабиться. Глаза уже давно слипались, мне хотелось в кроватку. Но первой предложить разойтись по спальням у меня не хватало духу. Я терпеливо ждала.

Зря, наверное.

Потому что, когда спустя пятнадцать минут, Тимур отложил ноутбук, его новое предложение выбило почву из-под моих ног и снова заставило разозлиться. И я еще думала, что нервничать и краснеть больше, чем после совета Керимова называть его Тимуром, я не сумею? Ха-ха.

– Ты уже почти спишь, – парень улыбнулся, протягивая мне ладонь, чтобы помочь подняться. Я приняла его помощь, удачно скрыв дрожь в пальцах беспокойством за едва не упавший на пол планшетник. Тимур не обратил внимания на мою хитрость.

– Давай ты первая в ванную и ляжем спать. Завтра рано придется подняться.

– Да. Хорошо. Я уже ухожу. Спокойной тебе ночи. Мы выезжаем в восемь?

– Да. Примерно.

– Поняла. Я поставлю будильник.

Я уже была у входа в свою спальню, когда Тимур легко придержал меня за локоть.

– Давай лучше наверх? – Керимов улыбнулся и кивнул в сторону лестницы.

Я недоуменно перевела взгляд на полутемный коридор за спиной Тима.

– Зачем? – фантазия отказывалась работать. Логика спала крепким сном. Я не понимала намеков.

– У меня кровать шире, – моментально отозвался Тимур.

И в этот момент он не пытался притвориться мачо, приглашающим девушку в постель. Керимов говорил буднично. Таким тоном сообщают о том, какая сегодня будет погода. Банальная констатация факта, и только смешинки в уголках глаз выдали настроение парня.

Я удивилась и разозлилась одновременно.

– Ты…!

Возмущенный вопль Керимов ловко прервал, ладонью прикрыв мой рот.

– Тсс, – предупредил парень, делая страшные глаза, когда я только-только начала вырываться.

Послышались шаги, и спустя секунду, Тимур с милой улыбкой пожелал Зое спокойной ночи. Она откликнулась, спросила о наших планах на завтра. Поинтересовалась, что мне приготовить на завтрак. Керимов чуть выпустил меня из объятий, а мне, мучаясь от желания пнуть парня, пришлось с натянутой улыбкой отвечать, что я сама что-нибудь найду. И не надо ради нас подниматься рано утром и прочее, прочее, прочее.

Зоя, похоже, была рада поболтать. Ответ тянул за собой новую порцию вопросов. Если бы мы с Керимовым были настоящей парочкой, я в нетерпении начала бы уже кусать губы. Но затянувшаяся вежливая беседа была мне только на руку. Зоя вновь что-то решила уточнить у Тимура, он охотно откликнулся, принимаясь объяснять что нужно будет сделать на этой неделе, и я поняла, что это мой шанс.

Мило улыбнулась, расправив плечи, и ляпнула, не думая о последствиях.

– Простите меня, ради Бога. Я побегу в ванную ненадолго. Хорошо? Зоя, спокойной ночи! Тим. ур, эээ. Буду ждать тебя… тогда…

Окончание фразы вышло неловким, если бы не полумрак в холле, все бы увидели румянец на моих щеках. Но я скрыла смущение за улыбкой. Зоя пожелала мне крепких снов. Тимур кивнул.

Он же не собирается на самом деле ко мне припереться?

Я бросила на него угрожающий взгляд и скрылась за дверью. Он не посмеет!

* * *

Я всю жизнь боялась темноты. Дома, особенно после отъезда мамы, я засыпаю, только оставив включенным прикроватный светильник. Озаренная теплым светом, комната уже не кажется мне такой страшной. Но в доме Керимовых в той спальне, что выделили мне хозяева особняка, не было никаких ночников. Только большая люстра под потолком. И… ванная.

Именно там уже которую ночь подряд я «забывала» выключить свет. И понятное дело, ложилась спать, оставив дверь открытой. Ночные страхи отступали бесследно. Сегодня – тоже.

Туалетные процедуры были выполнены, скудные вещи упакованы в сумку. Я забралась в постель, укрываясь тонким одеялом, и с улыбкой, не сходящей с лица последние десять минут, закрыла глаза.

Я ему нравлюсь! Определенно нравлюсь. Пусть он идиот, и я никогда не позволяла себе верить, что однажды он захочет меня поцеловать. Но…

Ради ощущения полета и детского, ничем не объяснимого восторга, что я испытывала от каждого прикосновения Тима к своему телу, я готова была простить Керимову почти все. Даже его блестящую актерскую игру. Ведь если бы не она, я бы никогда не узнала, как это… когда твоих губ касается любимый. И становится уже неважным, что ровно минуту назад этого человека тебе хотелось убить.

На грани сна и яви, когда сознание было готово вот-вот уплыть в ночную сказку, сладкий сон о приключениях и счастье, я вдруг ощутила присутствие постороннего в спальне. Не услышала шороха и вскинулась на постели, а именно ощутила. Словно пространство вокруг меня сжалось, и мне резко стало нечем дышать. В ужасе я распахнула глаза, чтобы увидеть темную фигуру напротив своей постели. Комната была погружена в густой полумрак, и я различала лишь общие очертания нежданного гостя.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю