Текст книги "Чужая жена, или Поцелуй Дракона (СИ)"

Автор книги: Алиса Хоуп

Соавторы: Надежда Олешкевич
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Как можно не прикоснуться к этому чуду? Хранитель побежал за ней, поймал, развернул, прижал к своей груди. Заглянув в искрящиеся радостью глаза, вкрадчиво прошептал:

– Ты невероятно красивая… моя Тори.

Улыбка исчезла с лица Виктории. Ее глаза заблестели.

– Я очень испугалась за тебя, – пробормотала она и, сглотнув, сама подалась вперед.

Шаг навстречу. Нога девушки провалилась в невесть откуда взявшейся ямке. Она вскрикнула, они оба упали. Покатились по цветам, подминая их под себя и поднимая в воздух все больше блестящих крупиц. Одновременно замерли, затихли.

Виктория оказалась сверху, приподнялась. Волосы сорвались с хрупких плеч, укрыли их от остального мира.

– Почему ты побежал в туман? – замотала она головой и, словно откинув глупые страхи, сама приникла к губам. Оторвалась, быстро зашептала: – Зачем? Это было очень опасно. Ты лежал такой весь израненный, а туман… Я испугалась. Я так сильно за тебя испугалась! Ты же мог умереть! Почему, скажи?!

– За тобой.

– Но это неправильно, Барион сказал…

– Иначе никак. Тори, моя Тори, цветочек… Я не мог тебя потерять, не простил бы себе этого.

– Роуэн, – тихое у самих губ, – я виновата, да?

– В чем?

– Дракон проснулся. Я каким-то образом связана с ним. Думаю, дело в тумане. Помнишь, он обрел форму и рванул к нам? Именно тогда появилось странное чувство, будто… Не знаю, как понятно описать. Я словно стала им.

– Ты ни в чем не виновата, – положил он руку на ее щеку, погладил большим пальцем, поражаясь внезапной открытости Виктории. На его памяти никто не разговаривал с ним подобным образом, полностью обнажая душу. – Все хорошо. Мы решим эту проблему.

– Как?

– Не знаю. Главное – не оставляй меня, не смей, поняла? Это единственное, с чем я не справлюсь и о чем прошу.

– А мое… происхождение?

– Это не важно. Кроме тебя самой, больше ничего не важно.

– Роуэн.

– Не надо, не говори, – зашептал он, притягивая девушку все ближе и ближе. – Мы со всем разберемся. – Легкое прикосновение губ. Немой вопрос во взгляде. Страх напугать. – Иди ко мне?

Глава 20

Ветерок холодил кожу спину. Под ладонью гулко билось чужое сердце. Сверху летали крохотные пылинки и подмигивали нам, обещая сохранить в тайне то, что увидели. Далеко в небе сияли звезды. Через устремленную вверх траву и ночные цветы просматривалась полная луна.

Мир замер, остановился. Затих, позволив насладиться короткими минутами истинного блаженства. Дал нам время, которое можно уделить самим себе и друг другу.

– Мне кажется, с драконом…

– Не надо, – приложил палец к моим губам Роуэн, а потом перевернулся и вовсе завладел ими.

Целовал неторопливо, растягивая каждое прикосновение, смакуя. Словно задался целью напомнить, что недавно случилось между нами.

Признаться, я сама от себя подобного не ожидала. Не поняла, куда исчезла моя охранная крепость и почему призванное защищать мою честь войско уже сложило оружие. Хотела еще днем расставить все точки и запятые в наших отношениях, но вместо этого протянула длинное тире и, как следствие, позволила нам запутаться еще больше. Или же теперь все стало проще?

Я заглянула Роуэну в глаза. Улыбнулась в ответ на легкое поглаживание моей ключицы. Сдула упавшую на лоб прядь и, решив отбросить лишние сейчас разговоры, умостила голову ему на грудь.

– Ты меня удивила.

– Не поверишь, сама от себя в шоке.

– Я не о… том. Привык считать, что ты распутная девица, специально убеждал себя в этом. И даже на суде, когда ты солгала по поводу брачной ночи, не позволил себе мыслей о твоей чистоте.

Я пожала плечами, прикрыла глаза. Теперь-то меня точно нельзя назвать чистой. И я не жалела, ведь всегда мечтала, чтобы первый раз оказался волшебным и запоминающимся. А то, что произошло, мне определенно понравилось. Ох, как понравилось!

– Тори, – нежно позвал Роуэн, и я замычала. – Посмотри на меня.

Шевелиться не хотелось. По телу разливалась сладкая нега. Веки казались свинцовыми. Тянуло улечься поудобнее и уснуть прямо так, в траве, голышом, греясь о горячий мужской бок под стук его сердца. Однако пришлось выполнить просьбу.

– Обещай, что никуда не уедешь. Я пытался прогнать тебя, чтобы ты сама не захотела со мной видеться, чтобы избегала встреч, возможно, ненавидела… Проклятье, Тори, проблема в том, что теперь никак не смогу без тебя.

Слова оседали мягким пледом на мои плечи, согревали сердце. Я все шире улыбалась. Слушала бы и слушала. Пусть бы говорил без остановки, продолжал нежно поглаживать мою спину, иногда целовал в висок. Правда, внезапное воспоминание о Каталине разрушила этот чудесный момент.

– Нет, – заглянул он мне в глаза. – Не поверю, что для тебя эта ночь ничего не значит.

– Перестань, – вывернулась я и снова положила голову ему на грудь. – Не уеду…

– Тори?

– Давай не будем о нас… Все слишком сложно.

Роуэн переместил руки на мои плечи, приобнял. Помолчал.

– Как ты попала сюда, в наш мир?

– Хочешь поговорить по душам? – устало поинтересовалась я и сразу сдалась: – Ладно, но сначала расскажи, что тебе известно о моем настоящем имени.

Хранитель некоторое время безмолвно перебирал мои волосы.

– Ты согласилась притвориться Каталиной, но твои истинные мотивы мне неизвестны. Барион заключил договор без согласия своей сестры, поэтому брак с Вемундом Горлэем для нее был нежеланным, и она искала способы, как избежать его. Вот и вышло, что вы назвались именами друг друга.

– Значит, вот так, – хмыкнула я. – И ни намека на ложь ты не уловил?

Хотя, если задуматься и сопоставить события, произошедшие не в хронологическом порядке, то мы договорились с Каталиной поменяться местами, но только после случая в храме. Значит, сестра Бариона преподнесла все таким образом, чтобы не соврать и остаться чистенькой.

– Роуэн, загвоздка в том, что именно согласия я не давала. Не знаю, что невестушка тебе наплела, вот только это из-за нее я попала сюда. Мы были подругами, если тебе еще интересна моя версия случившегося.

Зачем скрывать? Пусть знает. Я подробно рассказала о своих приключениях, потом добралась до Вемунда, Амалии. Не стала утаивать выходки Бариона, упомянула об участии его сестренки. Хотел правду? Вот она, пожалуйста! Получай ее полную версию, не приправленную мерзкими утайками и гнусной ложью.

– Тише, – прижал меня к себе мужчина, а я вдруг всхлипнула.

– Да что это такое? – пробурчала, убирая слезы.

Снова они, сколько можно? Всегда была стойкой, вырабатывала в себе эту черту характера. Не принимала трудности близко к сердцу, заковывая его в толстую броню, старалась в сложных ситуациях мыслить рационально и затаптывать эмоции поглубже. Что сейчас произошло?

Роуэн потянул меня вверх, засыпал поцелуями. Подмял под себя, что-то зашептал. Я даже растерялась. Показалась самой себе такой хрупкой, трепетной, нежной, что стало страшно, а он, наоборот, каждым действием это поощрял.

Хранитель провел по моему лицу кончиками пальцев, коснулся моих губ, застыл. Спустился ниже, задел цепочку, сдвинул мамин медальон, камень в котором мигнул синим.

– Постой! Еще раз.

– Что именно? – промурлыкал мне на ухо мужчина, вызывая табун мурашек по всему телу.

Прикусил мочку, коснулся носом моего виска. Внутри отдало щекоткой. О чем я просила?

– Прикоснись к нему, – выдала едва не со стоном.

– М-м-м, – выдохнул мужчина и скользнул пальцами к пупку.

– Да не к нему, а к НЕМУ, – переложила я ладонь на мамин подарок и охнула, заметив очередное сияние. – Не показалось.

Я села, потянулась к платью. Почувствовала легкое скольжение по спине и засмеялась, но, чтобы проверить внезапную мысль, должна была как минимум одеться. На всякий случай. Обернулась, сняла с себя шаловливую руку и вдруг застыла.

– А где твой наргис?

– Теперь уже не важно.

– Где он? Пожалуйста, не заставляй жалеть о том, что открылась тебе.

Роуэн поджал губы, поднялся. Тоже начал одеваться.

– Его сорвали с меня.

– В саду?

– Да, я не успел ничего заметить. Наргис нельзя снять постороннему человеку, но кто-то нашел способ. Мое тело онемело, будто стало чужим. Все произошло быстро, за пару секунд. Хлопок, я оказался обездвижен, шевеление за спиной и окрик. Не знаю, откуда взялся тот маг и что было бы, если бы он не спугнул вора своим появлением. В общем, ничего веселого.

Я поднялась, присмотрелась к своему медальону, переваривая услышанную информацию.

– Если я правильно поняла из сказанного тем магом в плаще, он давно за тобой охотился. Все ритуалы с символами были нацелены на то, чтобы забрать твой наргис. Но теперь ты лишился магии, он об этом как-то узнал и добился своего грубым способом, напав со спины.

– Это понятно, но на данный момент уже не имеет значения.

– Погоди! Я не закончила. Смотри, – взяла я его руку и дотронулась ею до маминого украшения.

Камень мигнул синим, отозвавшись легким теплом. Обычно он сильно грелся, когда рядом находился источник или, как сейчас, Роуэн. Становился холодным в моменты, когда на меня воздействовали магией. Моя теория в некоторых местах давала сбой, однако в целом я обнаружила закономерность. А еще голос, полет и ощущения – они тоже имели смысл, о котором пришлось строить догадки.

– Подержи, – сняла я цепочку и передала медальон мужчине.

Тело тут же налилось тяжестью. Я почувствовала, как внутри образовывается пустота, на подобие той, что была раньше, но немного другая. В боку пульсировало, в лопатках жгло. Казалось, из меня по крупицам высасывали силы.

Ноги подогнулись, Роуэн поддержал меня. Я коснулась мамин подарок, и неприятные ощущения вмиг закончились.

– Я чувствую дракона.

– Не может быть.

– Но это так! Когда ты усыпил его зельем через источник, мне невероятно захотелось спать. Медальон нагрелся, я сбросила его и чуть не потеряла сознание, однако Фо-фо помогла. И в другие разы, стоило кому-то применить ко мне магию, воздействовать именно на разум, это украшение нагревалось или холодело. Но когда его не было, я без особой причины погружалась в забытье. Мистер Орт назвал мое недомогание магическим истощением, вот только моя ли это болезнь? Она появилась резко и так же внезапно пропала, едва медальон вернулся. Да и магии у меня нет, сам знаешь. Я проклята! Мои способности заключаются в другом.

– Теперь есть, – словно невзначай прокомментировал Роуэн.

– Не поняла, что есть? Хотя погоди, не сбивай с мысли. В моей голове сразу после перемещения в этот мир появился чужой голос. Я приняла его за галлюцинацию, мало ли, всякое бывает. Однако он повторялся, когда я целовала Добряка и… тебя. Потом еще несколько раз и последний, когда дракон проснулся. В тот момент медальон был у тебя, а потому я все чувствовала. Мы летели, и ощущение расправленных крыльев было таким пьянящим, что затмило страх. Но потом случилось непонятное. В сердце кольнуло, будто толстой иглой. Дракон провалился в воздухе, поднялся, а потом выронил меня и где-то упал. Ему больно. С ним происходит неладное. И у меня единственное объяснение, что это как-то связано с твоим наргисом и тем человеком в черном плаще.

Хранитель застегнул последние пуговицы на своей рубашке, заправил ее в штаны. Сосредоточенно раздумывая над моими словами, он поднял камзол, накинул его на плечи. Хмыкнув, помог мне зашнуровать платье. Прошелся руками по моей пояснице, припал к моим губам в коротком поцелуе, нехотя оторвался и коротко произнес:

– Идем.

– Роуэн, а ты доверяешь Свейну Торви?

– Он тебя чем-то еще обидел? – остановился мужчина.

– Не то чтобы… Есть подозрение, что это он тот неизвестный. Перемещается постоянно с помощью телепортации, недолюбливает меня, к тому же в день моей свадьбы с Вемундом появился в запыленном черном плаще. Почти сходится. Идеальный кандидат!

– Это не он, – отрезал Хранитель.

– Почему нет? Твой друг как раз был на моей свадьбе и вполне мог попытаться отравить меня, но случайно отравил мужа.

– Свейн не станет прибегать к подобным методам, он выше этого. Но если бы решил избавиться от тебя, чего точно не было, то уже давно добился бы своей цели. Идем, если твоя теория по поводу дракона верна, то нам следует поспешить.

– А куда? – поспешила я за мужчиной.

– На утес Памяти. Помнишь, когда в первый раз нас вынесло водой, сначала открылся проход в пещеру? В ней были руны незавершенного ритуала. И есть у меня подозрение, что именно для него нужен был наргис, перешедший мне от отца. Он как связующее звено с драконом.

Роуэн рассказал о пустующих источниках. Упомянул про свою поездку к ближайшему такому и небольшое расследование, которое провел. Ранее блуждало мнение, что ящерицы испускали свой дух, потому что их время истекло, теперь же казалось, что здесь есть некая закономерность. К тому же Дилейла вела себя неспокойно в последний месяц, точь-в-точь как пустыня вокруг Акора.

К утесу мы подошли ближе к утру. Ноги гудели, но сколько бы Хранитель ни предлагал мне передохнуть, я постоянно отказывалась. Сжимала мамин медальон, сдерживала желание снять его и проверить состояние дракона. Звучало немного дико, но мне хотелось помочь ему.

– Не сюда, – потянула я Роуэна за руку. – Когда меня похитили, мы зашли другим путем.

Прохода не оказалось. За кустами теперь был мох, вьющееся растение и ровная, совсем гладкая стена. Стоило ощупать ее поверхность, как она пошла трещинами и рассыпалась, открыв черный зев возвышающейся над нами скалы. В лицо дохнуло сыростью. Сердце замерло от волнения, будто решило стучать тише, случайно не выдать себя.

– Дальше я сам, – через пару метров потянул меня назад Хранитель. – Иди назад, жди меня у входа.

– Даже не подумаю, – зашипела я. – Вместе вошли, вместе и выйдем.

– Тори, – вздохнул он, шагнул навстречу. Прошелся ладонью по моим волосам. – Цветочек… это опасно.

– Прыгать за мной в туман тоже было опасно.

– Умеешь же ты благодарить.

– Я уже поблагодарила, если не понял. По-другому!

– Тише, – вдруг закрыл мой рот мужчина.

В глубине пещеры раздался истошный крик. Я покачнулась от неожиданности и едва не села на том же месте. Темно. Холодно. А еще эти звуки…

Воздух дрожал. Чувствовалось необъяснимое явление, приводящее в движение еще и камни. Они скатывались по стенам, падали к нашим ногам. Я вцепилась в руку Хранителя и прошептала:

– Идем.

– Передумай, пока не поздно. Мне будет спокойнее, если ты вернешься.

– Я давно взрослая девочка и умею за себя постоять, – не сдалась я. – Давай, скорее начнем – скорее закончим.

Роуэн вдруг накрыл мои губы своими. Было в этот порывистом действии нечто запредельно нежное, волнительно сладкое и невообразимо родное. Такое, что не выразить словами. Словно признание, порыв рассказать обо всем перед смертельно опасным прыжком. Я даже охнула, когда он отстранился.

– Будь осторожной.

– Ты тоже.

Мы снова шли. Двигались пригнувшись, стараясь не шуметь. Оказались в том же зале, снова чистом от завалов и с пустым от огоньков колодцем. Это вселило тревогу в сердце.

От очередного истошного крика, только уже мужского, я все же присела. Мурашки пронеслись по коже. Душу сковало льдом.

– Не нравится мне все это. Звук исходит оттуда.

Поджилки тряслись. Я онемела от страха, но держалась за широкую ладонь, следовала за отважным мужчиной и потому была уверена, что все обернется наилучшим образом. Со мной Роуэн, он справится. Каждый раз справлялся!

Эта мысль вселяла уверенность. И даже следующий рев, сотрясший стены пещеры, не произвел должного эффекта. Да, темно и страшно. Да, внутри все сжалось в трусливый комок. И что? Хранитель-то рядом!

Мы петляли по узким проходам, двигались на звук, ориентировались на собственные ощущения. А потом нашли вход и юркнули в глубокую нишу, чтобы рассмотреть сияющие призрачным светом знаки на полу и сориентироваться.

Огоньки-капельки парили в воздухе, каждый над вычерченным символом. Их было больше десятка. Они метались в невидимой клетке в поиске выхода. На стенах пещеры подрагивали факелы. В центральном круге находились три чаши. Одна с подсвеченной голубым водой и плавающим на поверхности неподвижным огоньком. Вторая с наргисом, погруженным в мутную жидкость, и третье… Я присмотрелась. Что-то густое, с чем-то в нем, напоминающим орган. Это сердце?!

Содержимое желудка подступило к горлу. Я зажала рот, чтобы не издать звук. Роуэн развернул меня к себе и обнял рукой, закрывая обзор.

Вновь раздался истошный крик. Я встрепенулась, кое-как выбралась из защитных объятий и увидела, как медленно опадает прахом один из огоньков. Символ под ним стал ярче, к ближайшим знакам импульсом устремились нити.

Чудовищное зрелище. Учитывая, что все эти капельки – живые души, которые просто умерли, но отчего-то не отправились на покой, мне стало дурно. А если моя мама была одной из них? Вдруг поэтому она со мной общалась?

Я дернулась вперед, но Роуэн удержал. Как раз в этот момент из дальнего прохода выплыла фигура в плаще. Капюшон был откинут, однако из-за скудного освещения не получалось рассмотреть лицо мужчины.

Вспыхнул очередной огонек, разнесся вопль, полный нестерпимой боли. Я зажмурилась, не в силах это терпеть. Нельзя медлить. Он уничтожал человеческие души!

Наверное, я издала звук, ведь в пещере вдруг разом потух свет. Рука Роуэна на моем плече напряглась.

– Пришли, – гулко раздался голос. – Даже вместе! А так красиво ругались в саду, я даже заслушался.

Я осторожно отстранилась от лорда, предполагая, какому из огоньков суждено потухнуть следующим.

– Проклятая и Хранитель, хм, это судьба…

Роуэн сжал мое плечо и отпустил меня. Я различила его быстрые шаги, свист, смех и глухой удар, закончившийся посыпавшимися камнями. Сердце едва не остановилось. Все плохо?

Тут ближайший ко мне огонек вздрогнул. Забыв обо всем, я прыгнула к нему с вытянутой рукой.

Меня порывом ветра отшвырнуло назад. Я ударилась о стену, со стоном стекла на пол и подтянула ноги к груди.

Происходило нечто страшное. Воздух шевелился, я чувствовала оголенной кожей движение магии, слышала хрип. Было боязно за Роуэна, за его жизнь. Но он справится, а я…

– Лети, – прошептала огоньку, бережно зажатому в ладони, и почему-то дунула.

Он разбух, издал вздох и сорвался вверх, постепенно исчезая. Сложилось впечатление, что не просто растворился, а попал в нужное место, ушел навсегда.

Вдохновившись проделанным, я вскочила и прыгнула к следующему огоньку, затем к другому. Раскрыла ладони, дунула сразу на обе. Споткнувшись, едва не упала. Понеслась к очередной душе.

– Нет!

Порыв ветра ударил в спину. Я рухнула на пол и опрокинула что-то мокрое. Чашу?! Повинуясь чистым инстинктам, я бросила ее назад, разливая содержимое. Раздался звон. Меня унесло в дальнюю часть пещеры. Удар в затылок, яркая боль и… тишина.

Глава 21

– Проверьте пещеру, изучите символы ритуала, – очнулась я под приказы Роуэна. – Там есть источник в виде колодца, завязанный на духах, осмотрите его.

Голова раскалывалась. Я слышала рядом возню, ощущала боком тепло чужого тела, но до конца не могла разобраться в происходящем. Помнится, было темно, а еще чаши и огоньки… Точно, духи!

Я распахнула глаза и встретилась с внимательным взглядом Хранителя. Мы куда-то двигались. Над нами покачивались верхушки хвойных деревьев, мимо проходили люди, а я… лежала на руках мужчины, который почему-то не отпускал меня.

– Очнулась.

– Что произошло? – прижала я ладонь к виску и пошевелилась.

Роуэн приблизился к толстому дереву и аккуратно умостил меня на траву. К нам подбежал жандарм и со словами «вы просили» вручил пухлую сумку. Хранитель достал из внутреннего кармана платок. Смочив его водой, приложил к моей голове.

– Ты разрушила ритуал.

– А дальше?

Хранитель передернул плечами. Я заметила несколько царапин на его лице, обратила внимание на запыленные волосы и, скользнув изучающим взглядом вниз, увидела темное пятно на штанах.

– У тебя рана.

– Пустяк.

– Не пустяк, ее нужно обработать, – дернулась я к его ноге, но застонала от резкой боли в голове.

– Не двигайся, – усмехнулся Роуэн и ущипнул меня за подбородок. – Я не устаю удивляться твоему отчаянному бесстрашию и отважности. Наверное, ты единственная девушка в нашем мире, которая даст отпор любым врагам.

– Ты преувеличиваешь мои силы. К тому же, все дело… Ау!

– Извини, – убрал Хранитель платок.

Выудил из сумки дурно пахнущую мазь и решил нанести ее мне на голову.

– Ты уверен, что стоит?

– Уверен, наклонись.

– Так вот, – повиновалась я, – все дело в среде, в которой выросли ваши леди. Кстати, откуда взялись жандармы?

– Свейн прислал на подмогу. Я их встретил на выходе из пещеры. Не вертись.

– Как не вертеться, если они тут ходят, глазеют.

– Ты и сама поглазеть не прочь, – раздраженно заявил Хранитель, загораживая мне обзор.

– Ревнуешь? – с вызовом выгнула я бровь.

Роуэн вдруг стал серьезным. Резко подался вперед, обжег синевой глаз и произнес хрипло:

– Я говорил, что люблю тебя?

В груди сладко кольнуло. Ладони вспотели. Я вмиг забыла, что рядом кто-то есть. Жандармы и дальше ходили туда-сюда, переговаривались криками, организовывали поход в пещеру, прятались в черноте входа, выносили оттуда свертки, обсуждали продвижение исследования. Мне тоже было интересно посмотреть и послушать, но это раньше. Сейчас я впилась взглядом в лицо человека, давно завладевшего моим сердцем, и не находила, что ответить. А ведь все просто…

– Нет, – выдавила я из себя, – не говорил.

– Какое упущение, – нахмурился Роуэн и провел большим пальцем по моим губам.

С них сорвался вздох. Я часто задышала, боясь испортить этот волнительный момент.

Он признался? Нет, все было не всерьез. Или признался?!

– Роуэн, – прошептала я.

– Знала бы ты, насколько соблазнительно звучит мое имя с твоих уст, – задумчиво проговорил Хранитель, продолжая очерчивать мою нижнюю губу. Хрипло выдохнул. Посмотрел мне в глаза. – Ты словно цветок, такой нежный, хрупкий, выносливый… Как же сложно бороться с твоей красотой и, особенно, умением держать удар. Сам не верю, что это говорю, но я сражен твоим, на первый взгляд, глупым бесстрашием. Ты прыгнула на меня из окна храма и вместе с наргисом похитила мое…

– Лорд Моддан, требуется ваше участие, – вклинился в разговор подбежавший жандарм. – Прибыл специалист по древним языкам, ему нужна полная картина ритуала.

Хранитель глухо зарычал, пошевелил губами, явно высказывая ругательства, однако вмиг принял важный вид и повернулся к мужчине:

– Сейчас иду.

Тот удалился. Оставил нас наедине, однако момент уже был упущен, а потому Роуэн печально усмехнулся и поднялся.

– Я ненадолго. Прошу, никуда не уходи и дождись меня здесь.

– Постараюсь.

Хранитель попросил двух жандармов не спускать с меня глаз, сделал пару шагов по направлению к пещере, но вдруг передумал, вернулся и на пару мгновений завладел моими губами.

– Дождись!

Сердце пустилось вскачь. Я провела лорда взглядом и, едва он скрылся, приложила руку к груди.

Кто же так играет? Это нечестно, не по правилам!

Я прикусила губу. Щеки вспыхнули жаром. Стало неловко от воспоминаний сегодняшней ночи. Нежные слова на ухо, огонь под кожей, громкие стоны, крики. Я не знала себя с этой стороны. Не догадывалась, что могу быть настолько раскрепощенной, позволять себе подобное и вообще… это не я! Все он виноват. Роуэн растеребил душу своим откровенным разговором в саду, потом ринулся меня спасать ценой собственной жизни, отправился на мои поиски в лес, снова не оставил. Возможно, мною двигала безграничная благодарность или чувство, что я нужна ему, словно воздух. Никто никогда не шел ради меня на подобные жертвы. А он… К тому же волшебные пылинки усугубили ситуацию.

Время шло. Мне вскоре надоело ждать. Чтобы занять себя, я решила проверить свою связь и осторожно сняла медальон, готовая тут же вернуть его на место.

«М-м-м».

Я сглотнула. Прислушалась к ощущениям, но ничего плохого на этот раз не заметила. Жжение в лопатках еще присутствовало, но в остальном все было относительно неплохо.

– Дракон? – с опаской позвала я.

«М-м-м», – повторилось в моем сознании.

– Тебе… больно?

«Из сотни вопросов, юная птичка, ты первым решила задать этот?» – прозвучало усталым, гулким голосом.

– Так больно?

Он не ответил. На задворках моего сознания послышался тяжелый вздох. Возможно, могущественному созданию попросту не хотелось разговаривать с обычным человеком, ведь это ниже его достоинства. Кто он и кто я? Вот только неспроста у нас появилась связь. У нее должно быть значение, которое следует отыскать.

Минута – и лопатки прострелили болью. В глазах заискрило. По телу пробежалась колючая волна и сконцентрировалась жжением в верхней части спины.

– Миледи, вам плохо? – подбежал ко мне жандарм.

– Нет, – прижала я руку к груди, чувствуя боль в ребрах от каждого вздоха. – Немного закружилась голова, ничего особенного.

«Ум-м-м».

Я с трудом сдержалась, чтобы не надеть медальон. Так было бы проще. Очевидно ведь, что ощущения не мои – дракона. Его что-то беспокоило, возможно, при падении он повредил крылья. Или…

Взгляд остановился на входе в пещеру. Точно ли я разрушила ритуал? Вдруг лишь немного повредила, замедлила течение каких-то мудреных потоков, но в целом он продолжал портить жизнь крылатому ящеру?

Я поднялась. Почувствовав головокружение, уперлась рукой в ствол дерева и перевела дыхание.

– Миледи, вам помочь?

– Да, если не трудно. Отведите меня к лорду Моддану. Это вопрос жизни и смерти.

Переглянувшись с сослуживцем, жандарм подставил мне руку. Я шагнула к нему, но охнула от слабости в теле и едва не упала.

Пришлось надеть медальон. Жалко было разрывать связь, но чувствовалась необходимость немедленно добраться до злосчастной пещеры и… дальше действовать по обстоятельствам.

Факел освещал нам путь. Мы добрались до места ритуала довольно быстро. На полу по-прежнему светились знаки, но души-огоньки в воздухе над ними отсутствовали. На песке были заметны следы борьбы. Капли крови.

– Виктория, – поспешил ко мне Роуэн.

– Ему очень плохо, – сказала я шепотом.

– Кому?

– Ему! – округлила я глаза. – Ритуал еще работает.

– Мы как раз этим занимаемся, – махнул Хранитель рукой на изучающего символы представительного джентльмена. – Мистер Хопни специалист в этом вопросе. Его недавно вызвали для расследования ритуалов, в которые мы с тобой попадали.

– И как?

– Изучает.

Я сдернула медальон, вручила его Роуэну и спросила мысленно:

«Дракон, нужна твоя помощь. Есть символы на очень древнем языке, нам необходимо как можно скорее их расшифровать. Давай я опишу…»

«М-м-м, – устало протянул он. – Слушаю».

Следующие полчаса я бродила по пещере с задумчивым видом и беззвучно рассказывала ящеру о том, что вижу. Вполуха ловила рассуждения специалиста о том, что это ритуал связи с миром умерших, нацеленный на воскрешение. Поэтому в чашах было три составляющих: магия, жизнь и душа.

Роуэн наблюдал за мной и одновременно участвовал в обсуждении с мистером Хопни.

– Он вытягивал жизненную силу из дракона, – резюмировала я, когда смогла описать последний символ и услышала от крылатого ящера ответ. – Три чаши символизируют жизнь, ее конкретный источник и конечную цель. Символы активировали потоки, им помогал внешний источник – те огоньки синие. Можно это делать и без них, но тогда будет долго. Вот это, – я указала на самый большой знак на полу, – означает завершение. Как только импульсы дойдут до него, дракон испустит последнее дыхание.

– Нет же, этот символ означает грань в мир умерших, – не согласился со мной специалист.

– Что нужно делать? – спросил у меня Роуэн, проигнорировав заявление «знающего» человека.

– Нужно вернуть чаши, хотя бы одну, которая с потухшей капелькой.

Я слушала инструкции от дракона и передавала их Хранителю, а он выполнял. Вскоре мы стерли несколько символов, дорисовали свои и разрушили установившуюся связь между летающей ящерицей и сбежавшим магом в плаще.

Поразительно, насколько изменилось состояние дракона. Внутри теперь пузырьками от шампанского бурлила сила. Я чувствовала, как постепенно крепнут мышцы, заполняется пустота, уходит усталость. Хотелось увидеться с ним. Вот бы просто взглянуть на это волшебное создание, рассмотреть, прикоснуться. Да, я уже видела, но лишь глаз, а потом была ночь, темно и, чего таить, страшно.

«Я скоро заберу тебя», – прочитал мои мысли древний ящер.

«Зачем?»

«Твой Хранитель не справляется», – пренебрежительно фыркнул он и умолк.

– Он не мой, – проворчала я, глядя на Роуэна, который улаживал последние вопросы с жандармами и специалистом. – Не мой.

Вздох вырвался непроизвольно. Я хотела бы вновь воодушевиться недавним полупризнанием, но так некстати вспомнила его же слова, что он точно любит свою невесту. И что это получалось? Разлюбил ее и воспылал высокими чувствами ко мне? Как-то слишком быстро. Хотя после того разговора в городском саду нам довелось пережить яркие по наполненности моменты, как очень плохие, так и не менее хорошие. Вдруг не врал? Да и зачем ему вообще вводить меня в заблуждение, к тому же не до, а после волшебной ночи?

Задумчиво скользя взглядом по пещере, я заметила в дальнем углу странный блеск. Приблизилась к тому месту. Наклонилась.

– Роуэн!

Я подняла знакомую вещицу, сдула с нее пыль. Наргис выглядел блекло. Наверное, виной тому освещение или прошедший ритуал, где через него выкачивали магические силы.

– Мы скоро поедем домой, – приобнял меня сзади мужчина. – Устала?

– Немного. Я вот что хотела спросить: как мы найдем того мага? Ты не боишься, что он решит закончить начатое?

– Ближайшее время он заляжет на дно, – развернул меня в своих руках Хранитель.

Поправил мои волосы, поцеловал в кончик носа. Было в его действиях столько нежности, что я вмиг позабыла о своих сомнениях. Невозможно подобное сыграть. Взгляд, движения, полуулыбка. Я чувствовала себя хрупким сокровищем, которое нужно лелеять и ублажать. Казалось, дай только волю, и Роуэн на руках носить меня станет.

Как здесь не открыться? Как не податься навстречу, впуская в сердце этого человека? Как вспомнить, что где-то в Ричмонде еще есть Каталина, невеста, которую он «точно любит»?

– Я его ранил в бок и в бедро.

– А как же лечебная магия?

– Мой нож не обычный, а закаленный в особом составе. В общем, раны от него беспокоят долго. Тем более у нас есть образец крови этого человека, что даст шанс отыскать его.

– Хорошие новости. Кстати, вот, – показала я зажатый в ладони кулон. – Твой?

– Как ты?.. Твои способности не перестают удивлять. Наргис никому не удается трогать, кроме его обладателя. Это уникальная вещь, которую создают магам к десятилетию, копируя на нем отпечаток ауры будущего владельца.

– Я ведь проклята, забыл? – усмехнулась и под далекий вздох в сознании протянула руки, предлагая надеть вещицу на шею Хранителя.

Он наклонился. Я закрепила цепочку и сразу почувствовала тепло. Предмет нагревался, светлел. Роуэн покачнулся назад. Пораженно отступил, схватил в ладонь наргис и вдруг рухнул на колени.