Текст книги "Чужая жена, или Поцелуй Дракона (СИ)"

Автор книги: Алиса Хоуп

Соавторы: Надежда Олешкевич
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

– Почему?

Роуэн убрал руки. Сзади захрустели раздавленные остатки горшков.

– Я был глух к вашим словам, потому что был уверен, что знаю, как вам лучше. Воспринимал отказ за своеобразную игру, какую обычно затевают девушки, чтобы продать себя подороже. Дамы из моего окружения любят богатых, влиятельных и настойчивых. Но не вы…

Я обернулась. Мужчина смотрел на розовый бутон, лежавший на земле. Хмурился.

– Ошибся, – вдруг произнес он и взглянул на меня. – Прошу прощения за свое поведение. Это в некоторой мере недостойно.

– Вы словно прощаетесь.

– Если не вернется магия, придется найти нового Хранителя. Я в состоянии поддерживать определенный уровень частиц в столице, но не смогу защитить источник в случае чего. Было бы эгоистично остаться Хранителем.

– Но мы не все испробовали, еще рано о таком говорить, – шагнула я к Роуэну. – А вдруг нужны определенные условия, заклинания или…

– Вы инициировали свой дар?

– Если бы я еще знала, как это делается.

– Через постель, леди Горлэй, – напомнил он о моем статусе вдовы, скользнул взглядом по строгому платью, задержался на руках, от чего в пальцах начало легонько покалывать.

Разговор прервал деликатный стук в дверь.

– Господин, к вам лорд Торви со срочным посланием. Он говорит, что его нужно принять немедленно.

– Меня ни для кого нет, Гасл.

– Но милорд весьма настойчив…

– Тогда чей я слышу голос, друг мой? – потеснил дворецкого мужчина и поморщился, заметив меня. – Снова она? Это уже не смешно, Роуэн.

Глава 7

~ Роуэн ~

Роуэн поддел носком туфли глиняный осколок, небрежно отбросил в сторону.

– Это здесь давно, просто не разрешаю убирать. Лишь иногда… хм… добавляю.

– Почему?

Хороший вопрос. Правильный!

Ему пришлось бесшумно выдохнуть, чтобы успокоиться. Почему?! Да потому, что теперь в груди гигантская дыра, пожирающая мысли, чувства, желания. С момента потери магии вокруг все померкло, стало унылым, грязным, а разрушенная комната – своеобразное отражение его внутреннего мира. И он хотел собственными руками все починить и поставить на место… когда способности управлять материей вернуться.

Раньше Роуэн задумывался, что случится, если они исчезнут. Стоит дракону испустить последний вздох, и источник сразу высохнет. Тогда магам столицы будет попросту нечем колдовать, а он, Хранитель, даже при переезде к другому источнику, не сможет воспользоваться витающими возле него невидимыми частицами. Такова плата за силу.

Да, он задумывался, однако не ожидал подвоха от девушки, ставшей для него важной. Она лишила его смысла существования, будущего, настоящего. Лишила самой жизни!

Роуэн убрал руки. К ней по-прежнему тянуло. Он думал, что ничего не сможет вывести его из состояния равнодушного гнева, однако их короткая близость стала подтверждением, что не все потеряно – поправимо. Но не в случае с… Викторией. Она уже чужая жена, хоть и вдова.

– Я был глух к вашим словам, – решил он раскрыть карты, чтобы объяснить причину своего поведения. Говорил то, что сейчас имело смысл. Не оправдывался, лишь констатировал факты о том, к чему привык и чего ожидал, а по потому сказал: – Но не вы…

Ей незачем знать, что творилось на душе. Никуда не пропавшее восхищение Викторией вперемешку со злостью на нее же, пустота с проявляющей себя болью от понимания, что «девица с сомнительной репутацией» никогда не станет принадлежать ему. Такая никому не захочет принадлежать. Смятение, снова гнев и очередной приступ равнодушия… Тяга крушить все вокруг переплелась с отчаянием. Как он мог так глупо лишиться магии, увлекшись девушкой, о которой ничего не знал?

Впредь Роуэн не намерен поддаваться низменным желаниям. Холодный расчет станет ему советником.

В случае с Викторией он ошибся. Правда, сознаваться вслух, в чем именно, не стал. В ней, в себе, в понимании, что на самом деле важно. Зато сейчас извинился. В меру своих возможностей говорил открыто, не хотел оставлять недосказанности и то, что в будущем следовало бы разъяснить. Обрывал нити.

Единственное, мужчина хотел узнать, был ли инициирован дар одним из доступных способов, ведь если да… Их грубо прервали. Свейн! Он бесцеремонно ворвался в кабинет и остановился, заметив Викторию:

– Снова она? Это уже не смешно, Роуэн.

– Наверное, я пойду, – стушевалась девушка.

Вжала голову в плечи, опустила глаза. Скомкав в кулаке ткань юбки, чуть ли не выбежала из кабинета.

Следовало бы обратить внимание на ее поведение, но Хранитель не стал. Они собрались разойтись каждый своей дорогой. Значит, проблемы какой-то вдовы больше не должны его волновать.

– Ты совершаешь ошибку за ошибкой, друг мой, – недовольно произнес приятель. – Кстати, знал, что Вемунд Горлэй умер от яда еще до того, как миновали сутки после брачного обряда?

Роуэн остановил на Свейне скучающий взгляд. Ему нет никакого дела до жизни Виктории. Нужно лишь вернуть магию. Осталось несколько идей, которые обязательно стоит попробовать, а потом он забудет о ней. Но сейчас Хранитель не стал прерывать друга. Снова отошел к окну и сложил руки на груди.

– И вот что мне интересно, – продолжил тот, – как давно она начала опаивать старика? Он был магом, достаточно сильным, чтобы распознать яд в еде или питье. Значит, это было что-то безвредное для здорового человека, но опасное в определенной концентрации в организме и в сочетании с чем-то. Теперь понятно, зачем Каталина жила у старика, иначе не удалось бы провести ее авантюру с таким ошеломительным успехом.

Роуэн слушал, хотя не должен был.

– А то, что виновата она в смерти мужа, сомнений никаких. Ей в руки перешло все состояние старшего Горлэя, и это при живом-то сыне. Я хотел лично заняться расследованием, но появились более срочные дела.

– Ты извинился? – голос Хранителя прозвучал глухо.

– Перед этой... – Друг вздохнул, приблизился к нему. – Вместо извинений я оказал ей услугу, это устроит тебя?

– Нет, – сказал Хранитель, сжав кулаки.

Кто бы знал, чего ему стоило не показать вспыхнувший гнев. Он в очередной раз почувствовал бессилие. И сейчас тянуло крушить, уничтожать, разбивать руки в кровь, чтобы чувствовать что-то, только не жалкую беспомощность. Он не мог применить магию. Не мог добавить весомости словам!

Свейн не послушал. Решил пренебречь просьбой и тем самым сделал из Роуэна шута, не умеющего выполнять обещания. И дело сейчас не в Виктории, а в самом факте того, что друг не воспринял его всерьез. Потому следовало продемонстрировать силу, показать, что с Хранителем шутки плохи, однако что он мог? Стоять, сложив руки, и молчаливо душиться злостью? Или пуститься в пустые угрозы, не подкрепленные магией? Тогда их не воспримут! Зато он, Хранитель Дилейлы, Роуэн Моддан, предстанет перед приятелем щенком, который посмел тявкать на дракона.

– Свейн, для тебя наша дружба хоть что-то значит? – повернулся к нему мужчина.

– Конечно, многое!

– Тогда зачем сеешь зерно раздора между нами? Я достаточно вежливо попросил. Прими мой выбор и перестань сомневаться в моих поступках. Если я, по твоему мнению, совершаю ошибку, то пусть это будет моя личная ошибка, о которой потом сам пожалею.

Он уже сожалел, но озвучивать это не стал. Хранитель закрылся. Лишь один человек знал о потере магии, другие могли лишь догадываться о причине скверного настроения Роуэна. Хотя стоит им присмотреться, перейти на магическое зрение, и сразу все поймут. А потому лучше свести общение с близкими на нет. Хватило уже одного раза, когда матушка воспользовалась его беззащитностью в момент отсутствия наргиса.

– Все-таки я не понимаю твою увлеченность Каталиной. Кстати, ходят слухи, что у нее другое имя.

– Виктория, – вздохнул мужчина, всмотревшись в спокойные воды Дилейлы. – Мне уже все рассказали.

– И ты так спокоен? Хотя, – осмотрел друг комнату. – Роуэн, тебе нужна помощь? Ты только скажи, я подключу связи и сделаю все, что в моих силах.

– Нет. Сам.

– Уверен?

– Извинись перед ней.

– Опять ты за свое, – нахмурился Свейн. – Если я извинюсь, то это будут пустые слова, мое мнение о ней не изменится. Девушка пренебрегает правилами приличия, назвалась чужим именем, опоила уважаемого человека и замахнулась на его детище. Ты слышал, что случилось недавно на плавающем рынке? Уверен, это лишь начало. Скоро развернется ожесточенная борьба, в которой ей не выиграть. Но пусть брыкается. Посмотрим, что из этого выйдет.

Хранитель больше не видел Дилейлу. Перед ним стоял образ рыжеволосой девушки с непоколебимой решимостью в каждой черте лица и упрямством в плотно поджатых губах. Бесстрашная. Упорная. Другая! Такая не прогнется перед проблемами и добьется своего. Не опустит руки.

В ней бурлили чувства, однако в сложной ситуации она не поддавалась эмоциям и прятала их глубоко внутри. Так было на складе. Сидела, привязанная цепями к металлической трубе, однако не истерила. А когда она прыгнула на одного из разбойников, Роуэн почувствовал страх за нее такой сокрушительной мощи, что перешел на запрещенное заклинание. Подчинил себе волю людей.

Именно там, среди ровно сложенных лодок, Хранитель понял, что никогда не отпустит ее, насколько боится потерять и как глубоко засела она в сердце. А еще понял, что сделает все возможное и невозможное, чтобы эта девушка была рядом.

Как же он ошибся!

– Просто извинись, о большем не прошу, – сжал кулаки мужчина, понимая, что ничего не ушло, чувства остались.

И к кому?! К девице, как говорил друг, с сомнительной репутацией, отравившей своего мужа и ставшей счастливой обладательницей внушительного наследства, к той, которая отняла у него самое ценное в жизни, магию, а потом попыталась сделать вид, будто сожалеет и готова помочь. К той, которая не назвала ему настоящего имени. Которая лгала, недоговаривая.

Даже мысли о ней ядовиты!

– Его величество недоволен твоей пропажей, – перевел друг тему. – Ты проигнорировал несколько приглашений, отменил свадьбу, не назвав причины.

– Не слишком ли повышенное внимание со стороны императора к моей скромной персоне?

– Роуэн, ты никогда скромным не был, – усмехнулся Свейн, но вмиг вернул себе серьезный вид. – Меня гнетет неприятное ощущение, что я теряю друга. И все из-за одной рыжеволосой вертихвостки. Очнись же! Вернись в реальный мир и разберись со своей жизнью. Свадьба, вступление в полную силу, церемония посвящения. Тебе это нужно. Но вместо этого ты пытаешься сорвать обряд одной подозрительной особы, а затем закрываешься ото всех и громишь свой кабинет. Я подозревал, что твои поступки продиктованы чувствами, ведь только в таком случае мужчина перестает думать головой и начинает действовать вопреки здравомыслию, а теперь уверен в этом. Может, на тебя наложены любовные чары? Знаю, знаю, – поднял Свейн руки в ответ на грозный взгляд Хранителя, – ты обнаружил бы их, да и твоя защита не пропустила бы эти чары. Но вдруг они были наложены в момент вашей встречи, когда она украла наргис? Попробуй заметь такое, когда тебе на голову эффектно сваливается девица в белом.

– Она не крала, все произошло случайно.

– Даже если так, – не сдавался Свейн, – ничто не мешало ей воздействовать на тебя при следующей встрече. Я был бдителен в тот момент, но мог что-то пропустить.

Роуэн собрался заявить, что дар у Виктории не активирован, а потому воздействовать магией она никак не могла. Но стоит ли оправдывать девушку? Он должен быть глух ко всему, что о ней говорят.

– Разговор закончен, – уведомил Хранитель и быстрым шагом пересек комнату, чтобы оставить друга одного посреди разрушенного кабинета.

Он отправился к источнику. Долго смотрел на игру частиц в воде, сжимая наргис. Былой гнев постепенно сходил на нет. Им овладевала апатия. В какой-то момент поняв, что слишком много времени провел в неподвижном состоянии, бросил кулон в бассейн, чтобы совершить ритуал, для которого не требовалось магии. Затем направился в библиотеку, где провел целую ночь в поисках решения своей проблемы, а потом собрался посетить городское книгохранилище.

Должен быть способ! Хранителю требовалась информация, которой почему-то обнаружились жалкие крупицы. Слишком подозрительно, что о проклятых имелось упоминание в нескольких древних легендах. Роуэна не отпускала мысль, что остальное намеренно уничтожили или скрыли.

Значит, нужно поискать в труднодоступном месте. В императорской библиотеке. Скорее, в закрытой секции, расположенной глубоко под землей.

Лорд уведомил возницу о смене пункта назначения и откинулся на спинку. Путь во дворец лежал через центр города. Экипаж вскоре остановился из-за перевернутой телеги с курами, перегородившей дорогу. Откуда только взялась здесь?

Хранитель наблюдал за творившимся хаосом отстраненно. Ждал. Кудахтали взбесившиеся птицы. Лилась крепкая брань от возниц. Лицо взмыленного виновника блестело от пота, так он старался поскорее собрать разбросанные клетки и расчистить путь.

Взгляд лорда зацепился за двух мужчин, вышедших из таверны «Пухлая бочка» с видом, будто они замышляли неладное. Одним из них являлся Барион, брат невесты. А второй показался Роуэну смутно знакомым. Они встречались раньше, да и черты лица кого-то напоминали. И стоит только покопаться в памяти… но он не хотел, ему не интересно.

Вскоре карета покатила дальше. Хранитель вновь откинулся на спинку кареты, прокручивая в памяти все найденные сведения о Поцелуе Дракона.

Сладкая смерть, как называли его в некоторых местах.

«И вправду, сладкая», – вспомнился Роуэну поцелуй, который не мог оставить его равнодушным. Даже теперь, когда, казалось, внутри жила прожорливая пустота, он почувствовал всю гамму чувств, желаний, словно глотнул воды из живительного источника, а потом вернулся в бескрайнюю пустошь реальности.

Взгляд зацепился за растерянную девочку. Лорд подобрался, крикнул вознице, чтобы тот остановил, и вскоре оказался с ней рядом.

– Амалия, почему ты одна?

– Я потеряла матушку, – со слезами на глазах ответила малышка.

Глава 8

– Третья платформа выполнила свою функцию?

– Да, но…

– Тогда я не пойму, откуда претензии? – негодовала я, стараясь не пугать своим поведением притихшую на диване Амалию.

Сегодня мы отправились на поиски человека, который не станет строить за нашими спинами козни, а наткнулись на секретаря, налетевшего на меня с возмущением. Он даже не подумал отложить важный разговор до момента, когда рядом не будет любопытного ребенка. С порога начал обвинять в невнимательности и недальновидности. Видите ли, я не должна была ничего предпринимать без его участия.

– Миледи, – подарил мне снисходительную улыбку Хэдрик, которая лишь больше меня завела, – ваше вчерашнее решение было поспешным и не предусмотрительным. Понимаю, вы хотели, как лучше. Это бессонная ночь сказала свое. Вы учли размеры, но забыли о скорости и грузоподъемности. Сегодня мы обошлись без значимых потерь, однако третья платформа в любой момент может пойти ко дну.

Я потерла глаза. Странно. А почему мистер Осайр ничего подобного не сказал? Он разбирался во всех тонкостях плавучих рынков лучше, чем я и Хэдрик вместе взятые. Должен был предупредить о моем упущении, очень важном, кстати.

– Хорошо, какие предложения?

– Не использовать третью платформу, а…

– Нет! – заявила я, но посмотрела на ловящую каждое слово малышку и добавила сдержаннее: – Нет. Не вижу смысла. Можно уменьшить нагрузку, переписать время стоянок и вывесить объявления.

– Но это глупо!..

– Глупо?! – вновь не позволила я закончить ему мысль. – Глупо было не напомнить мне о девятой платформе. Глупо пускать все на самотек и в критической ситуации не предпринимать срочных мер. Глупо отсиживаться в кабинете, когда конкурент на стоянке собирает продавцов и пытается переманить их в «Торговый уголок». Глупо называть непосредственного начальника глупым, – последнее едва не прошипела, однако сумела произнести угрозу с приклеенной на лицо маской холодного недовольства.

Это утро порадовало новостями. Воробушки начирикали, что вчерашний день оказался успешным. Обо мне пошла молва. Положительная! Люди шептались, называли меня грозной, но справедливой. А еще припоминали, что именно я руководила спасением горожан с поломанной платформы, хотя могла в первых рядах покинуть ее и в безопасном месте дожидаться исхода. Возмущение присутствовало тоже, по большей части со стороны мужчин, большинство из которых решило воспользоваться предложением лорда Датса. Таким образом у нас уменьшилось количество продавцов, а значит, товаров и, соответственно, покупателей. Вот только сей факт огорчил меня меньше, чем разговор с секретарем-помощником, вздумавшим оспорить мое решение, к тому же без приведения убедительных аргументов.

Но было кое-что еще, не дающее покоя. Оно содержалось в маленькой записке от девочки Лисси. Я до сих пор сжимала послание в кулаке, собираясь вскоре прочитать вдумчивее и понять, что произойдет через час на Лиловой улице, что возле городского парка.

Как оказалось, там была запланирована встреча Ладэна, недавно уволенного мною помощника Вемунда, с одним солидным мужчиной с густой бородой. Перед отъездом приказав Хэдрику ничего без моего ведома не предпринимать, теперь я сидела с Амалией в коляске и наблюдала за ними издалека. Вдобавок посылала на их головы проклятия, догадываясь о сути их беседы в оживленном месте средь бела дня.

– О чем они разговаривают? – спросила малышка, глядя в ту же сторону. – Строят нам козни?

– Уверена в этом.

– А я думала, мистер Корт хороший. Он всегда угощал меня засахаренными ягодками, когда приходил в гости. Теперь мы не будем ему доверять?

– Я очень надеялась, что будем, птичка моя, – горько улыбнулась и, едва мужчины разошлись, собралась догнать бывшего работника, чтобы основательно поговорить с ним.

Взяла Амалию за руку, едва не срываясь на бег, пересекла улицу и вскоре нагнала предателя.

– Мистер Корт! Ладэн, уделите мне минуточку вашего бесценного времени.

Он остановился в тени двухэтажного дома. Чудь дальше начинался сад, где некогда мы попали в сковывающую ловушку, о смысле и создателе которой я до сих пор ничего не знала. Следовало расспросить о ней Роуэна, однако в последние наши встречи было не до этого. Возможно, с поимкой всех участников братства Змей нападения на меня закончатся. Хотелось в это верить, ведь врагов меньше не стало…

И один из них сейчас смотрел на меня хмуро, гадая, зачем какая-то женщина окликнула его и посмела высказываться в столь вызывающей манере. Но ничего, пусть потерпит. Ему придется выслушать эту самую женщину.

– Хороший денек, не считаете? – сыронизировала я. – Благоприятный для важных встреч!

– Вы меня в чем-то подозреваете?

– Подозреваю! – заявила прямо.

– Напрасно, леди Горлэй, – равнодушно произнес он и, посмотрев на Амалию, подмигнул ей.

– Кто этот человек? Поставщик, по всей видимости. Признайтесь, вы теперь работаете на лорда Датса и снабжаете его полезной информацией?

– Такого вы обо мне мнения? – скривился Ладэн, будто его сейчас искупали в грязи.

– Какое уж сложилось. Женоненавистник сделает все возможное, чтобы насолить объекту своей ненависти. Мне стало известно, что в компании завелась крыса, и вы превосходно подходите под описание.

– Вот этим мне женщины и не нравятся. Ваше место – спальня! Была бы моя воля, запер бы каждую, от мала до велика, чтобы учились выполнять супружеский долг и детей рожали – большего от вас не требуется. Жалкие, трусливые, вспыльчивые.

– Прикрой ушки, Амалия, сейчас я выскажусь!

Малышка послушно прижала ладони к ушам и даже зажмурилась. Я же, переведя гневный взгляд на женоненавистника, шагнула к нему и ткнула пальцем в грудь.

– Слушай сюда, муж-жчина! Еще раз посмеешь перейти мне дорогу, и тебе придется худо. Не думай, что все мы неженки, я не побоюсь испачкать о такого ублюдка руки. Плавающие рынки не мои – Амалии, и я не позволю причинять им вред, как бы тебе ни хотелось. Нонсенс, да?! К моему превеликому сожалению, встречаются женщины, которые сумеют воплотить угрозы в жизнь и всласть последнюю искалечить. – Я ненароком посмотрела на его губы и содрогнулась от собственных возможностей. – Как жаль, что Вемунд полагался на тебя. Жаль, что ошибся в человеке. Ах да, – отступила и добавила с улыбкой: – если вас обидела женщина, то не стоит эти обиды переносить на всех. Всего хорошего! И будьте благоразумнее.

Нервы натянулись до предела. Я чувствовала, как буйно бьется сердце. Сжимая маленькую ручку, уже быстро шагала вперед, чтобы поскорее отойти от бывшего помощника, которого обсыпала угрозами.

– Матушка?

– Еще минутку, малышка, – нахмурилась я, продолжая нестись по аллее и не замечать ничего вокруг.

Давно я не чувствовала себя такой… всесильной. Это напускное! По существу, я не многое смогу сделать, но все же смогу. Теперь у меня имелись деньги. Да, отсутствовали связи, но теми вполне реально обзавестись. К тому же одна влиятельная дама недвусмысленно намекнула обращаться к ней в затруднительной ситуации.

– Матушка!

– Да, солнышко, – все же отозвалась я, успокоившись достаточно, чтобы разговаривать с Амалией в спокойном тоне и не показать ни толики сомнения, страха или переполняющего меня волнения.

– Дедушка бы вами гордился!

– Думаешь?

– Уверена! Как вы его! Ух, когда я вырасту, я тоже буду смотреть на мужчин холодно-холодно и говорить грозно, чтобы иголочки по коже, – провела она ладошкой по руке и широко улыбнулась.

– Но не со всеми. Только с нехорошими, – ущипнула я девочку за щеку. – Мне пришлось так себя вести, чтобы со мной считались. Чаще всего, чтобы заслужить уважение, нужно показать, что ты чего-то стоишь. Твой дедушка, как видишь, в меня поверил, отдал в мои руки самое дорогое, что у него было.

– Рынки?

– Тебя! Ты – его сокровище. А все остальное – это лишь незначительное дополнение, которое я всеми силами постараюсь сберечь.

Амалия часто заморгала, отвернулась, собираясь скрыть внезапно набежавшие слезы, но вдруг передумала отгораживаться и бросилась меня обнимать. Меня затопило любовью. Я даже не знала, что могу испытывать настолько сильные чувства к чужому ребенку, ставшему за короткое время почти родным.

Это чудо какое-то!

– Что я вижу?

– Каталина? – восторженно воскликнула Амалия и смахнула со щек влагу.

– Негоже юной леди обниматься на людях с непоправимой лгуньей. Что о тебе подумают? Ай-яй, – пожурила малышку моя бывшая подруга и, выпрямившись, посмотрела на меня в упор. – А ты знала, Амалия, что Виктория не только любит обманывать, но и присваивать чужое? Женихов, например.

– Вы врете, – пробурчала под нос девочка, словно чувствуя себя виноватой.

– Смотри, какие красивые рыбки, – сориентировалась я и указала на миниатюрные фонтаны. – Не хочешь рассмотреть их поближе?

Малышка поддержала мою идею. Восторженно захлопав в ладоши, оставила нас с Каталиной наедине.

– Прекращай!

– Ты о чем, подруга? – наигранно удивилась девушка. – Об Амалии? Так пусть знает, кто у нее нынче опекун. Гнусная воровка, прикорманившая себе все состояние умершего старикашки, хотя ты высоко взлетела только благодаря нам. Но и этого тебе мало, теперь решила позариться на моего Роуэна.

Я неотрывно смотрела на малышку, усиленно делающую вид, будто ей интересно разглядывать рыбок. Была бы моя воля, взяла бы ее за руку и увела бы отсюда, чтобы не разговаривать с Каталиной. Однако следовало расставить все по своим местам и донести до нее, что никто на ее дражайшего женишка не заглядывался. Подумаешь, поцелуй, так он ничего не значил. Это был чистейший эксперимент!

– Ладно, можешь не оправдываться, – вдруг сменила гнев на милость Каталина, едва я открыла рот. – Роуэн мне все рассказал, придется немного потерпеть тебя. Ему для вступления в полную силу нужна одаренная девушка, а у меня ничего нет. Ты сойдешь для одного раза, – снисходительно произнесла она, чем повергла меня в шок.

– Для одного раза? – переспросила я.

– Для двух, если хорошо попросишь, – кокетливо заправила она локон за ушко. – Сомневаюсь, что понадобится, но ради любимого мужчины я готова идти на жертвы.

– Мы сейчас об одном и том же говорим?

Каталина передернула плечами и важно задрала нос.

– Я рассказала о подмене имен. Пришлось, чтобы у тебя не осталось козырей в рукавах. Мало ли, как ты вывернула бы правду, чтобы увести моего мужчину. Меня не проведешь, даже не пытайся. Роуэн только мой, заруби себе на носу.

– Кажется, я это уже слышала.

– И услышишь снова, если полезешь к нему со своими губешками. Фу! – отряхнула платье Каталина, словно я к ней лезла целоваться. Правда, девушка тряхнула волосами и снова вернулась к теме с именами: – Так вот, я подстраховалась. Рассказала правду – моему мужчине ведь нельзя лгать – и в то же время не выдала твой секрет. Видишь, в отличие от некоторых, я умею думать мозгами. И тебе советую научиться.

Эта семейка меня сведет с ума! Посмотрите на нее, сама благородность, советует что-то.

– А не подскажешь, о какой тайне речь? Уточняю на всякий случай.

– О той самой, – расплылась в неприятной улыбке Каталина, а я вдруг поняла, что отвлеклась.

Повернула голову. Не увидела Амалию возле фонтанов-рыбок. Заозиралась.

– Потеряла кого-то? – насмешливо выдала девушка.

– Где она?! – двинулась я к Каталине, как вдруг она закричит на всю округу:

– Не тронь меня! Отравила мужа, а теперь на моего жениха покусилась?! Не выйдет! Роуэн Моддан благородный и не поведется на твои уло…

Я зажала ей рот. Заметила, как на нас начали поглядывать люди, и выругалась сквозь зубы.

– Где Амалия?! – процедила я, сжимая ее сильнее. – Куда увели?

Каталина игриво дернула бровью. Лягнула меня по ноге и, отскочив, завизжала еще громче:

– Помогите, она меня пыталась задушить!

К нам поспешили несколько мужчин. Я заметила среди них жандармов и поняла, что медлить нельзя.

– Как схватила за локоть, – зарыдала в голос Каталина, переигрывая. – Я испугалась… Это Виктория Горлэй, она ненормальная. Напала из-за…

Остальное я не расслышала, так как решила покинуть место «преступления». Повернула к саду, начала петлять между дорожек, на пару минут затаилась в зарослях кустов с дивными голубыми цветами и дыхание перевела.

Забежала я сюда неспроста. Надеялась обнаружить Амалию, как в прошлый раз, но быстро поняла, что не найду малышку в этом лабиринте дивных растений. Хотя попытаюсь…

Хотелось верить, что девочка решила прогуляться сама, а не ее увели чужие люди. Как это вообще произошло? Она была на виду, разглядывала рыбок, а потом внезапно пропала. Это все магия? Ее скрыли от меня иллюзией? Может, Амалия все еще там и вообще не сбегала?

Я виляла между дорожек, заглядывала во все укромные уголки. Бежала. Вперед, вправо, снова вперед. Мелькали яркими красками цветы, зелень, журчала вода, мешая прислушиваться к звукам.

Где она?

Решив вернуться, я не сразу нашла выход из сада. Осторожно выглянула, еще опасаясь, что Каталина своей ложью натравила на меня жандармов, и встретила взъерошенного охранника.

– Вот вы где.

– Ты видел Амалию? – вцепилась я в его рукав и, получив отрицательный ответ, выдала злостно: – Ищи! Чего стоишь? Немедленно ищи!

Я осмотрелась. Мимо проплыла стайка непринужденно щебечущих девиц. Были парочки, важные дамы в сопровождении свиты более молодых представительниц прелестного пола, встретились и те, кто предпочел вместо пешей прогулки конную. Нигде не было моей девочки. Ни в начале парка, ни на протяжении всей аллеи, ни в противоположном конце, ни в саду, куда я снова заглянула. Ее не видели женщины, сидевшие в беседке неподалеку от места, где мы разговаривали с Каталиной, она не попадалась на глаза жандармам, к которым я решилась подойти. Правда, один из них узнал во мне «ту самую ненормальную», а потому я почти сразу ретировалась.

Время убегало сквозь пальцы сыпучим песком. У меня заканчивались варианты, куда могла запропаститься малышка.

– Амалия, – раз за разом повторяла я, оглядываясь.

Хваталась за голову, вновь и вновь всматривалась в лица подходящих по росту девочек, попадающихся на глаза. Металась из одной стороны парка в другую. Искала, искала, искала…

– Так, тише, Вика, – остановилась я посреди аллеи и, сглотнув тугой ком, сжала мамин медальон. – Тише, слезами делу не поможешь.

Но они лезли наружу. Душили. Жгли глаза. Разъедали грудь усиливающейся тревогой за одного непоседливого ребенка.

– Да где же она? – меня трясло. – С ней все в порядке, иначе быть не может. Если ее увели, значит, нужно успокоиться и ждать, когда похитители дадут о себе знать.

Но я не могла ждать. Не могла стоять на месте. Решила обратиться к единственному человеку, открыто предложившему мне помощь. Она маг. Ноэрия не бросит меня в беде. Тем более, с ней будет Фо-фо, которая тоже не останется в стороне.

Как назло, мимо проезжали только занятые коляски. Я призывала себя к спокойствию, все сильнее сжимала мамин медальон, пыталась не думать о плохом.

Она найдется! С Амалией все в порядке. Солнышко скоро будет рядом со мной, в безопасности.

Я вспомнила об охраннике, посланном на поиски моей девочки. Заметила его силуэт между домами и поспешила навстречу.

– Мамочка!

Сердце замерло, остановилась. Малышка выбралась из тени мужчины и побежала ко мне.

– Солнышко мое, – я заключила ее в объятья. – Маленькая моя. С тобой все в порядке? Где ты пропадала?

– Я испугалась.

– Ну, все, все, – гладила я ее волосы, целовала, вытирала свои и ее слезы, снова гладила, проверяла, цела ли, и целовала, целовала, целовала. – Ты рядом, больше этого не повторится. Мамочка усвоила урок.

Лишь спустя пару минут я нашла в себе силы оторваться от малышки и обратила внимание, что рядом с моим охранником стоял Роуэн.

– Лорд Моддан нашел меня, – созналась малышка, проследив за моим взглядом.

– Да? Тогда пошли поблагодарим его, – крепко обхватила я маленькую ладошку и направилась к Хранителю.