Текст книги "Чужая жена, или Поцелуй Дракона (СИ)"

Автор книги: Алиса Хоуп

Соавторы: Надежда Олешкевич
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Хорошо!

Так хорошо, что душа пела.

Проблемы прошлых дней будто исчезли. Казалось, Леон больше нас не потревожит, Амалия навсегда останется у меня, мы вскоре воплотим в жизнь планы Вемунда и уедем из столицы, чтобы найти тишину и умиротворение.

О, как же я ошибалась!

Вот только именно сегодня, наблюдая за Амалией, рассказывающей дамам в возрасте о шляпках, общаясь с важными мужами, решившими поддержать молодую вдову в нелегком деле с плавучими рынками, снова и снова держа на руках Фо-фо, я чувствовала себя превосходно. Единственное, еще хотела бы увидеть на этом празднике одного человека, чтобы снова поблагодарить.

Роуэн не появился.

Глава 13

~ Роуэн ~

– Символы, похожие на те, что были в саду и на площади Пророка, нашли сегодня возле Дома Правосудия.

Роуэн перевел взгляд на жандарма, посетившего его с самого утра. Они сидели в восстановленном кабинете. Цветы снова придавали комнате свежесть, мебель из темного дерева стояла на прежних местах, на полу больше не валялось осколков и земли. Хранитель решил усмирить пыл. Вести себя разумно, больше не поддаваться приступам агрессии, возникающих из-за жрущей нутро пустоты и безжалостного чувства безысходности. Нет, он не принял свою участь. Однако заставил себя быть благоразумнее и чуточку цивилизованнее.

– Есть подозрение, что их забыли стереть. В нескольких местах на стенах домов осталась краска. Свежая.

Роуэн вздохнул.

– Просто предупреди ее о несостоявшемся нападении. Зачем приехал ко мне?

– Ты же просил рассказывать обо всем, что касается этой девушки.

– Просьба отменяется. У меня сейчас своих проблем достаточно, я не намерен заниматься чужими. Если это все, то попрошу оставить меня… в покое, – последнее Роуэн произнес на выдохе, унимая пыл, ведь об одном упоминании Виктории вновь рождалась злость.

Он хотел забыть о ней, нет, теперь ему попросту это было необходимо. Убеждал себя, что эта девушка, притяжение к которой больше напоминало безумие, ничего для него не значит. Мужчина не собирался воплощать в жизнь все свои идеи по поводу возвращения магии, ведь тогда пришлось бы тесно и много контактировать с этой, как часто выражался Свейн, лживой особой. Он решил пойти более надежным путем. Сначала найти информацию, а потом использовать то, что раздобыл, сведя контакт с Викторией на нет.

Единственная проблема – данных о ей подобных не имелось. Стало известно, что проклятые как-то связаны с драконами. Летающие ящеры часто уносили их с собой, и больше этих женщин никто не видел. Потом рождалось новое поколение и быстро пропадало. Наверное, поэтому о них не сохранилось сведений.

– Однако на Совет Трех ты вызвался пойти сам.

– Тебя бы не послушали, ты сам это сказал.

Эндарс хмыкнул, постучал пальцами по подлокотнику кресла.

– Я пока не стану ее беспокоить, поставлю своего человека, чтобы присматривали за леди Горлэй.

– Делай, что считаешь нужным. Или ничего не делай. Мне не интересно.

– Не пожалеешь?

Хранитель выгнул бровь, будто не понял.

– Если с девушкой что-то произойдет, уверен, что ты не пожалеешь? Я же вижу, как вы смотрите друг на друга.

– Как? – спросил лорд и сразу поджал губы, мысленно выругавшись. Проклятое любопытство!

– По-особенному.

– Не говори ерунды. Ничего особенного в ней нет. Обычная девица, коих в Ричмонде тысячи, – сказал Роуэн, решив не повторять слова Свейна о лживости, двуличности и распутности этой особы, а хотелось.

Хотелось произнести вслух, тянуло выговориться, рассказать хоть кому-то о потере своих способностей и услышать, что его злость оправдана. Магия – это не пустой звук. Она была важной составляющей жизни, еще одна нога, без которой теперь перемещаться сложно. Каждый вдох тупой болью отдавал в ребрах, напоминал о лишении, о рассеянных частицах материи, которая не окутывала тело и не защищала, как это делала с малых лет.

– Как знаешь, – дернул плечами гость и достал из кармана осколок, некогда переданный ему Хранителем из Акора. – Наши люди изучили слепок памяти и нашли кое-что интересное.

В центре кабинета растянулось объемное изображение домов из бурой глины. Вдалеке показалась стена песка. Она неслась на город, обещая разрушения. Разноцветная иллюзия не передавала звуков. Иначе они услышали бы крики ужаса, заставляющее нутро леденеть. Люди бежали. Дети прятались в бочках. Маги создавали защиту, как вдруг начали гореть изнутри, не понимая, что происходить. Всплеск сырой магии!

– Вот здесь, смотри внимательно, – указал жандарм на задетый край дома. – Заметил?

– Нет, еще раз.

Все повторилось. Стена песка, паника на улицах города, движение хозяина слепка навстречу опасности.

Роуэн присмотрелся к указанному участку и на короткий миг заметил синее мерцание, как будто на стене была начерчен символ, однако скрытый отводящим взгляд заклинанием. И сразу после этого маги загорелись невидимым огнем.

– Значит, все подстроено. Источник высох не сам по себе.

– Скорее всего, – закивал Эндарс, убирая осколок. – Мы исследовали знаки, но не нашли их предназначения. Не нашли даже языка, на котором они написаны, словно…

– Данные о них намеренно скрыли.

– Точно! Это подозрительно и наводит на определенные выводы. Наш источник тоже собираются высушить. И если все повторится, а я запрашивал сведения в Акор, там была примерно такая же последовательность событий, то все ведет к всплеску сырой материи и выгоранию магов.

– Тогда при чем здесь леди Горлэй? – задал Роуэн закономерный вопрос, вновь возвращаясь к этой особе.

И ведь не хотел. Планировал как можно меньше о ней говорить и уж точно думать. Однако окружение намеренно напоминало о девушке: собака, матушка, Эндарс.

– Мы разузнавали о ней. Ничего! Ее нить жизни ведет к храму Основателей и там обрывается, словно поработал сильнейший маг и смог скрыть следы ее существования или…

Роуэн повел головой, додумывая. Или причина в другом? Что если странное поведение девушки, ее прыжок из окна, проскальзывающие словечки, незримая привязанность Фо-фо, незнание некоторых нюансов этикета и разительное отличие от других девушек объяснялись тем, что… Нет! Другие миры закрыты. И порталы туда запрещены. А все дело в потоках энергии и балансе, который нельзя нарушать – это строго наказуемо.

Все должно находиться в равновесии. Если кто-то вышел, то второй обязан зайти. При этом должна сохраниться общая ценность, как магическая, так и энергетическая, иначе мир ее восполнит самым непредсказуемым образом. Во времена, когда только обнаружили иные миры и даже массово ринулись на их завоевание, случилась глобальная катастрофа – затопило несколько Северных островов, образовалось Мертвое море – название говорило само за себя. Люди до сих пор стараются не тревожить его воды. На Западе разверзлась земля, образовав Ущелье Крика. Ливни, бури, нападение мошкары, появление невиданных ранее монстров… Человечество выжило, но какой ценой? Самые ясные головы быстро нашли закономерность, а сильнейшие маги запечатали порталы. С тех времен перемещения строго запрещены.

– Значит, ищите мага, – заключил Роуэн, отметая второй вариант. – Нужно найти взаимосвязь. Она неспроста оказывалась во всех ритуальных точках.

– А если спросить ее?

– Не скажет. Эта девушка умеет хранить секреты.

– Что-то мне подсказывает, что ты рассказал о Виктории не все. Если так подумать, то совсем ничего, пришлось самому раскапывать. К слову, случай с подменой имен тоже выглядит странно.

– Ищи мага.

– Ты тоже хорошо хранишь ее секреты, Хранитель, – нахмурился жандарм. – Стоит ли говорить, что твоя заинтересованность не вызвана угрозой иссушения источника. Мне кажется, что если представится выбор, спасать его или девушку, ты выберешь последнюю. И вот я не понимаю, хорошо это или плохо.

– Сегодня ты слишком разговорчив. Не замечал за тобой подобного качества.

– Случается, – пожал плечами жандарм и поднялся. – Не люблю расхождений в словах и поступках. Приказываешь мне ехать за поверенным, заставляешь в первую очередь заниматься расследованием кражи девочки, сам рвешься в Дом Правосудия, а перед ней делаешь вид, будто ничего не сделал. Я не знаю, как это все назвать. Учитывая, что у тебя есть невеста…

Взгляд Роуэна потяжелел. Эндарс прикрыл рот и подавил вздох.

– Что ж, это твоя жизнь, сам разбирайся с нею.

– Непременно разберусь.

– А я пошел искать мага… и прочее, прочее.

Хранитель провел жандарма взглядом и прикрыл глаза. Ему не нравилось все то, что вокруг происходило. Одно отсутствие магии лишало его сил. Давно пора было отправиться к императору и сложить полномочия. Нельзя тянуть. Если с источником что-нибудь случится или Дилейла вновь проявит норов, он ничего не сможет сделать. Но хотелось верить, что не все потеряно. Должен быть выход!

Дверь тихо приоткрылась. Фо-фо бесшумно пересекла кабинет и запрыгнула на кресло, где недавно сидел гость.

– Наша рыжуня тебя вчера искала. Все всматривалась в окна дома, поглядывала на тропинку. Вроде радовалась победе в суде, но была немного печальная. Вы поссорились, да?

– Не твое дело.

– Эй, зачем так грубо? – встало на лапы животное. – Ты обязан помириться с ней!

– Я никому ничего не обязан, – поднялся Роуэн, не собираясь продолжать бессмысленный разговор, и указал на дверь: – Вон из кабинета!

– Точно грубиян. И что она в тебе нашла? Была бы моя воля, подобрал бы ей другого Хранителя, чуткого и понимающего.

– Ищи, никто тебя не держит.

– А вот и найду!

– Ищи, только не в моем кабинете! – голос Роуэна уже звенел от злости.

Собака спрыгнула на пол. Задрав мордочку, величественно прошествовала обратно, и мужчина тут же захлопнул за ней дверь.

– …Удак е… – раздалось глухое оттуда.

– Что ты сказала?! – прорычал Хранитель, распахнув дверь обратно.

– Чердак, говорю, скрипучий у вас. Спать невозможно. Починить бы, – бесстыже склонила голову на бок собака. – Займись, а? Все равно ни на что не годен!

Роуэн рванул к животному, чтобы схватить, но то под громкий скулеж подбитой скотины понеслось прочь и вскоре скрылось в одной из многочисленных комнат дома.

Фо-фо и не догадывалась, насколько права. Хранитель сейчас мало на что годен. Даже прямые обязанности выполнить не способен, а вместо того, чтобы искать решение проблемы, бегает по Дому Правосудия и передает документы одной особы сомнительной репутации, хотя мог бы в это время уже пробраться в закрытую секцию императорской библиотеки. Ему почти удалось это провернуть в прошлый раз.

Мысли вернулись к собаке, а если точнее, то к моменту ее приобретения способности говорить. Видимо, следует все же наведаться в пещеру под утесом Памяти. Там на колоннах были незнакомые символы. Нужно снова на них взглянуть.

Полчаса на сборы, два часа пути. Роуэн без труда нашел вход в пещеру. Добрался до полуразрушенного зала, который они впопыхах покидали. Над колодцем все так же подпрыгивали огоньки. И как обвал не задел его. Кстати, об обвале…

Здесь ничего не изменилось, хотя Роуэн помнил падающие с потолка камни, пыль и ударивший в них поток воды.

Хранитель осветил ближайшую колонну. Обнаружил на ней символ, подошел к следующей, но не успел наклониться, как различил шорох. Здесь кто-то был. Звук донесся не из прохода, был тихим, глухи. Мужина выставил вперед руку с факелом. Заметил необычное поведение огоньков вокруг колодца, которые выпрыгивали из него и оставались на полу, призывно мерцая.

Шаг к ним, еще одни.

Под сапогом хрустнула серьга…

«Погодите, что здесь делает серьга? Чистая, не запыленная, словно… Чья она?!»

Глава 14

Утренние гости – не к добру, а если еще и гости недобрые, то жди извержения вулкана или, в случае Ричмонда, выхода Дилейлы из берегов.

Я смотрела на Леона, он – на меня.

В голове метались догадки, одна хуже другой. Зачем отец Амалии явился, что ему еще от нас нужно, неужели ему мало того унижения, которое мне пришлось по его вине вытерпеть на Совете Трех? Может, решил достать тайный козырь из кармана?

Я молчала, он – тоже.

Наверху еще спала малышка. Дом потихоньку пробуждался, уже радовал запахом вкусной выпечки и ароматного чая, теплом от разведенного в гостиной камина, придающим комнате уют светом из окна. Я слышала издаваемые из кухни звуки – видимо, кто-то забыл прикрыть дверь.

– Итак? – пришлось заговорить первой.

– Дай денег, – резво отозвался Леон.

Хорошо, что я сейчас не пила чай, иначе точно подавилась бы. Наверное, изумление отразилось на моем лице, потому как отец Амалии поспешил исправиться.

– В долг, разумеется.

Я не ответила. Молчала лишь потому, что нельзя поддаваться порыву и говорить первое, пришедшее на ум – в высшем обществе моего нового мира это было бы глупо и неосмотрительно. Тянуло в грубой манере выставить непрошенного гостя за дверь и доходчиво попросить его больше на пороге не появляться.

– С процентами, – скрепя сердцем, добавил он.

– Вашей наглости нет пределов?

– Есть, – скованно улыбнулся мужчина и потер небритый подбородок. – А вашей?

– Не надо меня упрекать в решении вашего отца!

– Ладно, все же я не для ссоры сюда явился, – нахмурился он, сцепив руки в замок. Помедлил. Окинул меня взглядом, словно решаясь. – Папаша недолюбливал меня с рождения, не удивительно, что даже наследства лишил. Передал его девушке, которую едва знал, а не собственному сыну. На моем месте, как бы вы поступили? – Леон прибегнул к уважительному обращению, будто сглаживая углы.

– Но я не на вашем месте. После Совета Трех даже разговаривать с вами – последнее, что мне нужно.

Он хмыкнул. Вскочил со своего места, но поджал губы и снова сел.

– Вы не обеднеете, если дадите в долг. Ликуйте, я пришел к вам, прогнулся…

– А я просила?! – голос невольно поднялся на тон выше.

Сын Вемунда провел пальцами по щеке, отвернулся к окну и, набрав побольше воздуха, снова заговорил:

– Пожалуйста! Мне больше не к кому обратиться.

– Это не мои проблемы.

– Но если бы не ты!.. – вспылил он, однако тут же улыбнулся и сцепил руки в замок. – Я поделюсь важной информацией об одном человеке, затаившем на вас злобу.

Решил предложить сделку?

Помочь или нет? Я недолюбливала Леона, желала оградить от него Амалию, чтобы девочка не вспоминала прошлого. К тому же суд был показательным. Он не гнушался использовать грязные методы, хотел лишить меня всего. Не то чтобы я держалась за эти богатства, однако успела привязаться к одной талантливой девочке, которая расцветала на моих глазах. С Вемундом ей не хватало общения. Усидчивая, умная, открытая. Золото, а не ребенок! Да, долго подпускала меня к себе, но едва позволила стать частью ее мира, как безвозвратно завоевала к себе любовь. И эту замечательную малышку Леон хотел отнять у меня!

– Нет! – заявила решительно, но увидела реакцию мужчины и вдруг подумала, что нужно поступить умнее. Что ему помешает снова строить мне козни? – Хотя знаете, я дам вам денег.

Во взгляде непрошенного гостя появилось облегчение, но то быстро сменилось недоверием.

– Мы с вами составим договор. Я дам вам необходимую сумму, приплачу сверху, а вы покинете столицу и никогда не напомните о себе ни мне, ни Амалии. За нарушение, разумеется, назначим штраф в десятикратном размере, чтобы не возникло желания наш договор нарушать. Согласны?

Уголки губ Леона дернулись вверх в презрительной ухмылке. Он снова потер бороду и кивнул.

– Великолепно! Как только мистер Шайн вернется в город, я попрошу его составить документ и дам вам знать.

– У меня время ограничено, а он появится нескоро.

– Тогда молитесь богам, чтобы дело пошло быстрее, – развела я руками.

Леон рывком поднялся. Задержался на мне взглядом, словно мысленно осыпая не самыми приятными эпитетами.

– Барион Фолис – это он убедил меня подать на вас в Дом Правосудия. Мне не пришлось ничего делать, он сам все организовал.

– И похищение Амалии? – невозмутимо держалась я, хотя отчетливо помнила ужас того дня.

Пальцы дрогнули. Пришлось приложить больше усилий, чтобы не показать своего состояния. Следовало придушить его за подобное. Он выкрал ребенка, оставил его на улице без присмотра.

– Да, – дернул плечом Леон. – Свел с нужным человеком, убедил, что так необходимо для победы.

– Это же ваша дочь! – вскочила я с кресла. – Как вы можете о ней говорить, как о… вещи?!

Кривая усмешка в ответ.

– К чему привык с детства, вы ведь не думали, что мой папаша – золотой родитель.

– Не надо в своих ошибках обвинять других. Вы могли бы попытаться стать лучше, показать дочери, как не нужно делать, а не пускаться во все тяжкие. Уходите! Видеть вас не желаю.

– А-а…

– Я пришлю к вам посыльного, когда договор будет готов.

Леон кивнул, отвернулся, однако я успела заметить, как от презрения скривились его губы. Взгляд уперся ему в спину. Внутри бушевала буря. Меня едва не трясло от негодования. Как так можно? Заявиться ко мне в дом после суда, потребовать денег, обвинить Вемунда во всех своих грехах. Неприятный человек, до скрежета зубов неприятный.

Однако сюрпризы на этом не заканчивались. Стоило позавтракать с Амалией и отправиться в Торговый Дом, как на его входе мне перегородил дорогу Хэдрик.

– Миледи, это произвол! Вчера к вам в кабинет ворвался бывший помощник, этот жалкий женоненавистник, осуждающий вас за вашей спиной, и привел с собой человека подозрительной наружности! Я стойко боролся, не пускал, но он вытащил меня оттуда силой.

– Силой?

– Подумать только! Он опустился до лжи, будто вы его приняли с распростертыми объятиями и сами предложили вернуться. Но он плохо вас знает, вы никогда бы не сделали так. А второй человек явно чтобы… Ладэн замыслил дурное, решил пойти против вас, чтобы отомстить, потому и ворвался. Может, он решил подать на вас жалобу за беспечность и расточительство? Леди Горлэй, я послал вчера за вами человека.

Я кивала, слушая его вполуха. Шагала к лестнице, бывший помощник-секретарь следовал за мной.

– Погоди, Хэдрик, – остановилась я возле двери, – а что ты делал в моем кабинете?

– Отчет, я говорил о нем.

– Это помню, однако у тебя есть свое рабочее место, да и я запирала комнату на ключ.

– У меня есть второй. Миледи, при чем здесь это? Мистер Корт, этот Ладэн, посмел угрожать мне, и вам тоже! Не знаю, что он себе возомнил, но нужно в срочном порядке решить эту проблему. Я хотел справиться собственными силами, но подумал, что сначала нужно уведомить вас. Если произошедшее вплывает наружу, это ударит по вашей репутации, по нашим рынкам! Если привлечь жандармерию, то будет хуже. Желательно обойтись без участия властей.

– Справимся.

– Вы же понимаете, что вашей вины в крушении рынка нет? То была досадная случайность.

– А твоей?

Хэдрик запнулся, состоил удивленно-оскорбленный вид.

– Миледи? – открылась перед нами дверь с той стороны. – Не ждал вас в столь ранний час.

– Мистер Корт, – кивнула я в ответ и прошла мимо, предчувствуя нечто интересное.

Стол секретаря остался позади. Я прошла во внутреннюю комнату и, на миг запнувшись из-за сидевшего на диване лорда Датса, все же прошествовала к своему столу и заняла место начальника.

Конкурент выглядел скованно. Вроде бы попытался поприветствовать меня подобающим образом, но едва увидел вошедшего Хэдрика, как замямлил, стушевался. Его будто поймали с поличным.

– Присаживайся, – указал на свободное место Ладэн, однако бывший помощник, который пока не догадывался, что уже бывший, остался стоять в дверях, нагло сложив руки на груди.

Или уже догадывался? Вон как мельком косился на сообщника.

– Сейчас дождемся еще одно действующее лицо и начнем, – уверенностью Ладэна хотелось заразиться. – Миледи, не желаете чаю, воды или чего-нибудь покрепче?

– Нет, спасибо. Как я посмотрю, вы быстро освоились или, если быть точнее, втянулись в процесс.

– Ситуация обязывает.

– И что же, пока не пожалели? Я здесь, вы там, – указала я взглядом на его ботинки, намекая, что он находится в подчинении той самой женщины, которую не так давно видеть на месте начальника не желал.

– Беспокоитесь за мое душевное равновесие?

– Немного переживаю, – решила не скрывать и повернулась к невольным свидетелям нашего странного разговора.

Хэдрик уже поменялся в лице, поняв, что я не на его стороне. Плечи стали напряжены, наглая уверенность исчезла. Я даже заметила движение к двери, будто он сбежать собрался. Однако не успел мужчина воплотить в жизнь задуманное, как та открылась, и наша компания пополнилась жандармом.

– Господа, – поприветствовал он всех и с недоумением посмотрел на меня.

– Мистер Джойр, позвольте представить леди Горлэй, хозяйку плавучих рынков и, соответственно, пострадавшую. Митсер Энор передал вам все необходимые документы?

– Простите, – встрепенулся он, – не ожидал.

Жандарм прокашлялся, обвел взглядом остальных, остановился на мне, словно я была здесь не просто лишней, а бельмом в глазу, которое не убиралось. После очередного покашливания я уже хотела поинтересоваться, не желает ли важный господин водички? Горло болело, небось, бедолага. Очередной женоненавистник! И тянул с целью появления в стенах этого кабинета явно из-за меня, лишней единицей в мужском обществе.

– Я предупреждал, – принял у него протянутую папку Ладэн.

– Понимаю, да… Простите, не могли бы вы… – почесал он затылок и, резко шагнув ко мне, наклонился. – Сейчас произойдет неприятная сцена. Не хотелось бы травмировать вашу психику.

А Ладэн тем временем заговорил:

– Лорд Датс, я позвал вас в Торговый Дом для обсуждения взаимовыгодного сотрудничества.

Какого еще сотрудничества?!

– Вот, ознакомьтесь с договором, внимательно изучите. Хэдрик, ты тоже прочти.

Он раздал бумаги и, улыбаясь, направился к моему креслу, встал рядом и даже руку на спинку положил, словно верный советник, готовый поддержать в любую секунду. Я же с трудом усидела на месте.

«Что ты задумал, чтоб тебе пусто было?!»

Было немного не по себе. Я следила за реакцией мужчин, не догадываясь о содержимом договоров. Казалось, сейчас происходило нечто важное, когда следовало довериться Ладэну и не подвести ни словом, ни взглядом.

– Миледи? – первым ожил Хэдрик, но посмотрел на моего вернувшегося на свою должность помощника и рванул прочь из кабинета.

Через распахнутую дверь я увидела, как его поймали два поджидающих там жандарма. Скрутили руки, прижали лицом к стене.

– Хэдрик Гансиар, вы задержаны за воровство, порчу имущества, создание опасной для горожан ситуации…

Дверь закрылась, отрезая нас от происходящего. Взгляд уперся в бледное лицо конкурента.

– Грязно играете, – звонко выдал он.

Провел пальцами по своим усикам, протер взмокший лоб и покосился на дверь. Жандармы не спешили вламываться и скручивать ему руки.

– Откройте предпоследнюю страницу, – посоветовал Ладэн. – На ней перечислено все, что с вашим участием было испорчено и награблено. Первая платформа, третья, неполадки на восьмой, незаконное проникновение в Дом Торговли, принадлежащий леди Горлэй, и уничтожение важных документов, касающихся последних соглашений с шанайцами. Вы присвоили разрабатываемый пару лет назад проект, в точности воплотили то, что я некогда создавал. Помимо всего прочего, использовали наши расходные средства для открытия торговых точек. Но мы готовы к сотрудничеству. Мы даем вам возможность возместить убытки. Или всегда можно выйти через дверь, – хитро улыбнулся помощник.

Я посмотрела на мужчину другими глазами. Наверное, это было самым правильным наказанием из всех возможных. Он не просто раскрыл махинации этих двоих, но и принял соответствующие меры. И если взглянуть на ситуацию трезво, я не справилась бы. Откуда мне было знать про расходные средства? Мне за последнее время на глаза попадалось много бумаг, однако о деньгах там упоминания не было. Помнится, я раз даже подумала, что придется использовать содержимое своего счета для восстановления убытков.

Лорд Датс не торопился. Уже в десятый раз промокнул платком лоб, вчитывался в договор, словно от этих бумаг зависела его жизнь. Бледнел, серел. А мы ждали.

Вскоре были поставлены подписи. Я тоже изучила документ, по достоинству оценила список того, что они успели за моей спиной натворить. Поразительно, а ведь не догадалась даже. Но как, если со всех сторон навалились проблемы, а в случае с плавучими рынками я чувствовала себя слепым котенком, действующим на ощупь. Вроде предпринимала меры, однако полной картины попавшего в мои руки предприятия до сих пор не составила. И расходные средства – наглядное тому доказательство.

– Вы великолепны, – произнесла я, едва мы с помощником остались в кабинете одни. – Наверное, если бы не вы, то мне пришлось бы туго.

– Уверен, вы справились бы.

Улыбка тронула мои губы.

– И мистер Осайр того же мнения. Вы успели завоевать его расположение, на что у меня ушло не меньше двух месяцев. Среди продавцов тоже ходят лестные отзывы о новой хозяйке.

– Не преувеличивайте. Я знаю, что они обо мне говорят.

– Не только плохое, – не сдавался Ладэн. – Ваше геройское участие в спасении людей во время крушения платформы сыграло свою роль. Вас уважают.

– Зачем вы это говорите?

– Хочу еще раз принести свои извинения, – встал он перед столом, напротив меня. – Я был неправ. И я намерен искупить свою вину усердной работой… если позволите.

– Позволю.

Неужели это свершилось? Мы пришли к тому, с чего начинали, однако столько потоптали травы, пока оба не поняли, что нужны друг другу. И больше всего это требовалось Ладэну. Приятно, когда мнение окружающих о тебе меняется в лучшую сторону.

– Зря вы не дослушали меня в первый раз. Я тогда пришла к вам знакомиться, хотела рассказать о своих планах, официально передать штурвал управления этим кораблем в ваши руки, ведь была уверена, что Вемунд знал, кого назначает помощником. Мы с Амалией собирались уехать. И тогда все проблемы с плавучими рынками легли бы на ваши плечи. Я никоим образом не собиралась мешать. Просто наблюдать, не вмешиваться.

Помощник налил себе воды, выпил залпом. Прочистив горло, вернулся на прежнее место, а я продолжила:

– Сейчас же я хочу лучше понять, как здесь все работает. Нет-нет, вмешиваться и менять что-либо не стану. Мне нужно знать про упомянутые вами расходные средства и другие мелочи. Я в документах нигде не встречала упоминание о них. Что еще от меня утаил Хэдрик?

– Зачем вам это? – Ладэн выглядел растерянным. – Женщине с вашим положением можно жить без забот и тратиться на… те же шляпки.

– Не все женщины одинаковы. Я могу, да, но не хочу. Не стоит управлять судном, не зная о подводных течениях и опасных камнях. Не примите это за знак моего полного к вам недоверия. Как говорится, доверяй, но проверяй. Да и просто понять все нюансы хотелось бы.

День определенно удался. И вроде бы начался с неприятного визита, а потом с разборок в Торговом Доме.

После разговора с Ладэном, который привел нас к приятным договоренностям, я решила заглянуть к шляпнице, чтобы прикупить Амалии небольшой подарок.

Вот только в экипаже меня ждал сюрприз.

– Садись и помалкивай! У меня нет никакого желания тащить твое бессознательное тело. Поэтому будешь хорошей девочкой и все будешь делать сама, – произнес мужчина в черном плаще, поджидающий меня в карете. Его лицо скрывал капюшон. Голос звучал глухо, поэтому я не смогла понять, кто это. – На помощь звать не стоит, я отрезал звуки.

Он ударил в стенку, и мы поехали.