Текст книги "Вернуть Небо (СИ)"

Автор книги: Alexandrine Younger

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

– Я снова жила здесь, дома, – Лиза очень любила свой родной город. Но Москва держала куда сильнее, чем казалось на первый взгляд, – как всё, дочь поднимала, но…

Опрометчивый поступок и нежелание решать проблему разрушили то, во что Лиза верила и чем жила. Сложно было прийти к себе, признаться в слабости. Правде в глаза посмотреть, понимая, что выплыть из пучины хаоса можно лишь вместе. И нет значения, когда, и каковы препятствия на пути. Космос дороже любых предрассудков, она больше, чем любит его, и завтра Павлова обязательно скажет ему об этом. И не потому что напугалась своего бредового сна, половины которого не помнит.

Это правда. И это правильно.

– Делов натворила, гордая и смелая, – простецки замечает Чернова, ободряюще пожав ладонь Лизы, – а потом сама себя напугалась. Бывает.

– Почему-то только со мной, – Лиза приходила в себя не так быстро, как ей бы того хотелось. Несмотря на то, что сны свои она часто забывает. И сегодняшний исключением не станет, потому что Павлова не живет видениями.

– Ты взрослеешь, – только для Черновой Лиза навсегда останется ребенком, – ты понимаешь, что между вами с Космосом нет сильных противоречий, кроме ваших похожих характеров. В остальном – я к вам не лезу. Решаемо.

– Спасибо, – Павлова привыкла к тому, что они с Космосом – два упёртых барана, – если первого он не отправит меня обратно, то я передам ему твои пожелания.

– Не надейся, Лизка, этот не отправит, – иначе что тогда Чернова наблюдала у себя дома в конце январе и начале февраля, – а сон позабудешь… И ничего страшного!

У Ёлки много вопросов к сыну академика Холмогорова. Золотой же мальчик, непростой. Была бы она чуть строже, то к дьяволу отправила недосказанность о том, чем он по жизни собирается заниматься. Но пойти против Лизы не может.

Проходили, плавали. Сломали напрочь.

А жизнь одна.

***

– Ну и как в шкафу было?!..

Свадьба Филатовых отплясала и отпела своё. Космос и Лиза наконец-то оказались в стенах сталинки на Ленинском проспекте, пользуясь шансом на уединение, потому что Юрий Ростиславович уехал на дачу. Нет, не царёвскую, там все концы, как известно, паленые, а на свою. Короткий отпуск. К детям потом наведается.

Кос и Лиза не стали прохлаждаться на Ленинских горах после вместе с Пчёлой, Белым и Софой, и, не объясняя свой дальнейший план действий, скрылись в темноте московской ночи. Положа руку на сердце, всю свадьбу они думали только о том, как окажутся наедине друг с другом. Проводив Фила и Тому в семейную жизнь, будущие Холмогоровы решили, что со своим долгом свидетелей на этот раз справились.

Блестяще!

– С тобой, скажу, получше, – гортанно и со смешком произносит Лиза, косясь в сторону красного платья, которое Холмогоров таки порвал в порыве страсти.

Белая рубашка Космоса послушно лежала рядом. О порядке в этой комнате можно было только мечтать. Потому что последние несколько часов они вообще не могли разомкнуть объятий, плавая в своём счастливом обладании. Всё предсказуемо, но одновременно абсолютно прекрасно. И Лиза сладко и трепетно целует Холмогорова в шею, давая ему понять, что стала его самым лучшим подарком на день рождения.

Любимым…

– А если бы я тебя нашёл сразу? – Кос искренне сожалеет о том, что так бездарно профукал момент, когда Лиза выжидала свой звездный час, прячась в шкафу дома у Томки. Но что с ней делать, если она такая зараза? Правильно, поцеловать. И Космос не собирался отступать от намеченной цели, с головой теряясь в своих чувствах.

– Тогда мы были бы бесстыжими друзьями, солнце, – сидеть молча в замкнутом пространстве было сложно и неудобно для рослой девушки, а выкуп невесты, ко всему прочему, оказался веселым предприятием, – и ты порвал моё платье с концами… Кос!

Лиза сделала попытку встать с постели, чтобы прибрать вещи с пола. Она довольно потянулась, изящно выгибая ровную спину, поднимая руки к потолку, но Космос не дал и шанса для нового побега. Нежная женская грудь согрелась теплом мужских ладоней, и молодой мужчина снова прижал Павлову в собственническом жесте, показывая, что он совсем не устал быть только вдвоем, и знает, чем они сейчас снова займутся.

– Хер бы с этими тряпками, – Кос рывком прислоняет Лизу за бедра к своему паху, чтобы она в очередной раз ощутила его возбуждение. Сил сдерживаться рядом с ней больше не было, а голубоглазая как никогда была с ним откровенна и близка, – ко мне иди!

– Космос…

Лиза с блаженством окунается в родной водоворот, полностью погрузившись в мир собственных ощущений, и, почувствовав, как он устраивается сзади, нетерпеливо вздыхает. Она касается его ладоней, обхвативших её тело, едва уловимо, даря своему мужчине всю возможную ласку, на которую была способна. И ей нет дела до того, что ещё совсем недавно их разделяло, а что предсказывало им будущее.

Небо точно можно было вернуть. Пройдя через испытание разлукой и сложность выбора, Лиза убедилась в этом, как и в том, что глухое одиночество не помогло бы им справиться с противоречиями и проблемами. И сны здесь вовсе не причем.

– Люблю, – медленно раскачиваться на волнах удовольствия, входя в неё такую теплую и сонную, было нереально и необходимо. Его девочка не побоялась отдаться ему, а значит, что она ему доверяет. Плевать на всех тех, кто предсказывал Космосу то, что Лиза не вернётся. Она же его любит, он в ней уверен!

Холмогоров почувствовал ладошку Лизы на своем бедре, и, довольно поменяв позу, вжал девушку в кровать, подминая под себя. Длинные ножки сомкнулись за мужской спиной, он жарче заполнял её целиком, а пальцы Павловой бережно проводили по темным волосам Космоса и глаза терялись в глазах. Лиза задыхается от своей любви, дразня синий взгляд красотой своего открытого тела. Сердца стучат в унисон, движения становятся ещё более стремительными, а поцелуи будто оставляют на коже ожоги. Метки.

Чувства окончательно снесли им головы.

Нет, не стыдно.

Особенно когда они перестают ощущать связь с реальностью, окончательно упав друг другу в объятия. Этот путь был тревожен, но разлука преодолена.

И вместе им не страшно.

– Ничего не чувствую!.. – сквозь гулкий стон, роняет Лиза после. У неё распухшие от поцелуев губы, голова лежит на животе у Космоса и он игриво перебирает рукой её спутанные золотистые локоны. Всё у них складывается так, как им давно нужно.

О чём можно было только мечтать?

Лиза не любила загадывать, хоть и фантазировала от сердца. Космос любил в ней эти черты.

– Алмазная моя, – Космос более чем доволен. Лиза никуда не уйдёт, – ты в курсе, что уже утро… Наверное?

– Или не утро? – они потеряли счёт времени.

– И ты тётке забыла позвонить?

– Ой, – Павлова скоропалительно прикрывает лицо, – и вправду…

– Всё потом!..

***

– Вить, и ты уверен, что им сейчас реально гости сдались?

Софа идёт за Пчёлой послушно, потому что кто, если не она? А у Пчёлкина сегодня замечательное настроение и желание обнять весь мир. И особенно Софу…

– Четвертый день свадьбы надо отметить, – Пчёла старательно удерживает за пазухой бутылку «Столичной».

– Ты дурак или нет? – лишь бы повод найти.

– Когда с тобой сошёлся, то понял, что терять мне нечего! – и никакой жалости к себе.

– И зачем мы идём? – Софка рассуждает здраво. – Они ж там наверняка…

– Пример с людей брать, – плотоядно усмехнулся Пчёла, обхватывая свою зеленоглазую чуму за талию, – профессорша, мать твою!

– Трутень ты, – Софа оставил след поцелуя на щеке парня, – но нет, пусти. Звоним!

– Давай, красивая…

Через несколько минут Пчёле и Софье всё же открыли заспанные и поддерживающие друг друга за локти Космос и Лиза. Видимо, они всё ещё плохо ориентировались в пространстве, а опрятность одежды покинула их общество: Лиза куталась в махровый польский халат, а Кос, к облегчению, не забыв по дороге трусы, стоял в расстёгнутой рубашке. Идеальная пара.

– Бля, чё это за «Плюс шестнадцать и старше»? – Пчёлкин для вида возмутился.

– Пчёл, какого хрена? – любит этот друг-диагноз ходить в гости по утрам.

– Уже четвертое, – напомнила куда более деликатная Софа, – вас все потеряли. Пропали всё-таки?

– Географически обрисовать? – Кос не настроен на то, чтобы рассказывать о своём приятном времяпровождении с собственной невестой.

– Привет, Софокл, – лениво выговаривает Лиза, одновременно почесывая Космоса по плечу, – спасибо, что навестили, но нам пора. Да, Кос?

– Спать, – оглушительно зевая, заявляет Холмогоров.

– Твою налево, – Пчёлкин хватает Софу под руки, и, качая своей рыжей гривой, советует: – Потолок соседям не проломите. В подоле не принесите!

– Иди нахер, жучар… – сегодня Космос не самый гостеприимный человек, но по уважительной причине. Не без помощи друзей, но он отблагодарит их потом. Всё завтра. Может, и послезавтра, когда они с Лизой всё-таки вспомнят, что ей нужно что-то сделать с институтом, а ему помогать Белому освоиться в Москве. – Софа, извиняй!

– И тебя туда же! – напоследок желает Витя.

– Счастливого пути!..

Дикий конский смех, разразившийся как за закрытой дверью в квартире Холмогоровых, так и на лестничной площадке «Дома академиков», довершил исключительность момента.

Четвертое апреля тысяча девятьсот девяностого года…

А Лиза не проронит ни единой мысли о своём сне. Космос просто не дал ей такой грустной возможности, сразу же сгребая в свой захват, когда они снова остались вдвоем.

– Никому больше не откроем? – удобнее устраивая Лизу на своих руках, интересуется Космос.

– Ни за что, генерал, – оставив на щеке Коса след своих губ, Лиза прячет лучезарное лицо у него на груди, а сердце заходится от невозможного счастья и любви, которая отогрела их укромную вселенную.

Любовь и ветер неповторимой юности…

– Вот это правильно, алмазная!

Ёлка снова оказалась права.