Текст книги "Сестрёнка (СИ)"
Автор книги: Алена Шахнина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
Глава № 17 Кирилл
Глава № 17 Кирилл
Свежий речной воздух на площадке для кемпинга очень бодрил, хоть и неприятно щекотал шею своим холодом. С Олегом Николаевичем мы расставили палатки, достали удочки и уселись на берегу тихой, широкой речки. Вечерняя мгла уже опустилась вместе с облаком тумана, и разглядеть поплавок стало тем еще квестом.
Ева поехала с нами не просто для красоты и поддержки, но и в качестве хозяйки. На разожженном мангале она поджарила мясо, сосиски и картошку, и пока крутила шампура, мы с ее отцом захлебывались слюнями.
Тишина вокруг была спокойной и убаюкивающей. До трассы не менее трех километров, до соседних палаток метров пятьсот. Осенью здесь всегда мало отдыхающих – мало кто рискует в холод и после дождя оставаться на природе. Мы же холода не боялись благодаря маме Евы. Она забила багажник мужа пледами и теплой одеждой, даже больше, чем на троих.
– Кирилл! – громко позвала Ева, и отец шикнул на нее.
Она села рядом со мной и показала карту на телефоне.
– Анька в клубе! – зашептала она. – Какого черта Макс ее не остановил?
Не поддаваясь панике Евы, я достал телефон и набрал сообщение Максу. Он ответил практически сразу.
– Он с ней в клубе, все нормально, – сказал я.
– Уверен? Ты доверяешь ему?
– Ев, он не позволит обидеть Аньку – в этом я уверен. Он и мне готов морду за нее набить.
– Зря я поехала, – причитала Ева. – Оставила ее одну, понадеялась на Макса.
Я отложил удочку и повернулся к Еве так, чтобы видеть ее испуганные глаза.
– Все будет хорошо. Макс с ней, она не одна. Ты не можешь всю жизнь стеречь Аньку, о себе тоже нужно думать. А пока ты терзаешь себя, у тебя горят сосиски.
Ева ойкнула, подскочила и умчалась к мангалу переворачивать уже хорошо поджаренные сосиски. Я снова уставился в поплавок, стараясь думать только о нем. Макс защитит, я уверен. Он не даст Аньку в обиду, не позволит ей наделать глупостей.
Рыба клевала плохо, запахи за спиной сводили желудок с ума, и мы решили сделать перерыв. Ева уже накрыла импровизированный стол, и мы с удовольствием умяли и мясо, и сосиски с картошкой.
– Вот она пища богов, а не эти ваши лазаньи, – хмыкнул Олег Николаевич.
Я не мог не согласиться. Самая вкусная еда готовится на мангале под звуки природы. Еще вкусней она становится, когда готовится заботливыми руками любимого человека.
Я смотрел на Еву, думая о том, как же быстро мы нырнули в отношения. И не начали их заново, а словно продолжили с того момента, на чем остановились в прошлый раз. Мне не нужно знакомиться с ее родителями, не нужно находить подход, изучать то, что она любит. Я помнил все ее привычки, а руки – места на теле, где ей приятно. Между нами не было смущений и неловкости, что обычно происходит в самом начале отношений.
Только я еще до конца не верю, что эта красивая, безумно добрая и нежная девушка – моя. Каким же дураком я был, что отпустил ее тогда. Потерял столько времени, которое мы могли провести вместе.
Мы оставили Олега Николаевича с удочкой, и ушли прогуляться в лес. Брели между деревьями, цеплялись одеждой за кору и наступали на хрустящие ветки. Где-то вдали шумела сова, нарушая тишину леса. Ева крепко держалась за мою руку и внимательно смотрела под ноги, чтобы не провалиться в яму. Была напряжена и задумчива, не готовая отпустить ситуацию с Анькой. Ее переживания наверняка чувствовала даже та самая сова на колючей ветке.
Я остановился и притянул Еву, крепко прижал к себе и провел рукой по волосам.
– Макс не даст Аньке уйти с Марком, – тихо сказал я.
– А кто он вообще такой? Откуда он взялся в вашей компании? – задала Ева вопрос, который я боялся услышать.
– Он знакомый Макса, – соврал я.
– Тогда почему ты так уверен в нем, если у него такие друзья? Вот у тебя же нормальные друзья, а у него…
– Они не друзья. Работали раньше вместе, и в клубе встретились случайно, – я сочинял историю на ходу. – Больше Макс с ним не общается.
Кажется, Еву моя история успокоила, и она обмякла в моих руках. Прижалась щекой к плечу и обхватила спину руками. Такая маленькая, хрупкая, но сильная духом. Сводящая с ума от присутствия и мыслей о том, что она вытворяет наедине.
– Мне так хорошо, – сказала Ева. – Я когда родителям рассказала про нас, они чуть с ума от радости не сошли.
– Давай только пообещаем друг другу, что больше не будем скрывать свои переживания. Если что-то беспокоит, мы должны поговорить об этом.
– Да, давай. Я больше не хочу терять тебя. А еще… – Ева подняла на меня взгляд. – Ты должен поговорить с Аней. Хватит войны, хватит ненависти, вам надо помириться.
– Обязательно. Я и сам этого хочу.
Я взял Еву за лицо и поцеловал, забирая ее тревоги и страхи. Хотелось бы мне пообещать ей, что все будет хорошо, но для этого мне нужно еще разобраться с Марком и поговорить с сестрой.
Ночь уже вступила в свои права, и Ева уснула в палатке, пока мы с ее отцом пытались поймать что-нибудь серьезное. Рыба клевала, но сбрасывалась с крючка, словно дразнилась. В ведро плавало несколько мелких рыбешек, но мы не отчаивались. Обычно клев начинался под утро, и у нас было еще минимум часа четыре на разглядывание тихой речной глади.
Туман еще стелился на поверхности земли и реки, но не густым облаком, а легкой дымкой. Круглые поплавки с высоким шпилем хорошо виделись с берега, но стояли спокойно, как стражи.
– Кирилл, какие планы на ближайшее будущее? – тихо спросил Олег Николаевич, не сводя взгляда с поплавка.
– В каком направлении? – уточнил я, слегка напрягшись.
– После учебы. По профессии пойдешь работать?
– Скорее всего, нет. Платят мало, гемора много.
– Пойдешь ко мне помощником? – спросил отец Евы, и я повернулся к нему. – Пока учишься, на удаленке будешь. Ничего сложного – с почтой разобраться, программу настроить. После выпуска возьму на постоянку.
– Вы серьезно? У меня же опыта нет.
– Ты умный, толковый парень, такой мне и нужен. А опыт придет со временем. Покажешь себя – возьму тебя своим замом.
Я хотел сказать, что у этого толкового парня в последнее время сплошная задница в жизни, но не стал. Марк не показывается, и я все еще надеюсь, что наши взаимоотношения остались в прошлом.
– Через месяц примерно запущу должность помощника, так что думай, – добавил Олег Николаевич. – В зарплате не обижу.
– Да я и думать не буду. Конечно, пойду, спасибо за предложение!
Я улыбнулся самому себе. Любимая девушка рядом, хорошая работа не за горами, с сестрой почти достигли мира – со мной ли это происходит? Кажется, что я погряз во снах или фантазиях, где мечтал обо всем этом. Осталось теперь не потерять все то, что делает меня счастливым.
Глава № 18 Аня
Глава № 18 Аня
И как я могла забыть, что договорилась с Марком о встрече? Вот же дура влюбленная, вообще мозги отключаются рядом с Максом. Увидев меня, Марк улыбнулся широко и неискренне, а его взгляд медленно прошелся от лица до каблуков на туфлях. И от этого захотелось убежать и спрятаться куда-нибудь на другую планету. Это был не просто заинтересованный взгляд, это была оценка, осмотр как коровы на рынке. Тогда в кафе он смотрел почти так же, но я забыла этого, иначе не согласилась бы на встречу даже под дулом пистолета.
За спиной Марка стояли еще трое парней – с виду нормальных, но здоровых, как быки. Мало они походили на друзей, скорее на охрану, и я нервно сглотнула. И я, худая, на высоких каблуках и почти дрожащая от страха. Макс был рядом со мной, но что он мог сделать против толпы? Это не пьяных мудаков в клубе отгонять.
– Ты уходишь? – удивленно спросил Марк. – Сама позвала меня, а теперь убегаешь?
Ну вот зачем он это произнес вслух? Так бы я отмазалась, что это была случайная встреча, а теперь и Кирилл, и Ева будут знать, какая я дура.
– Да, она уходит, – ответил за меня Макс и рукой завел меня за свою спину.
– Макс, так не пойдет. Всегда вы за нее все решаете.
– Марк, прости, мне правда домой нужно, – пропищала я из-за спины Макса.
– Ань, я не понимаю, ты обещаешь встретиться, а потом убегаешь. Я не люблю такое.
От его слов и тона по спине побежал холодок. Я даже не понимала, чего боюсь, но разве на свидание ходят в компании охраны?
И надо же быть такой идиоткой! Позлила брата, называется. Сейчас они побьют Макса, затащат меня в машину и все, Ани больше не будет. А ведь предупреждали меня, но зачем слушать других?
– Аня сейчас уходит со мной, и ты от нее отстаешь. Уяснил? – Макс сделал шаг вперед, и парни тоже. Я замерла, но хотелось схватить его за куртку и утащить от Марка.
– Иначе что? – хмыкнул Марк. – Макс, тебя мои ребята в два счета раскатают здесь. Ты знаешь, что связываться со мной не стоит.
– Иди шпану в клубе пугай, а не меня.
Воздух вокруг стал напряженным, наэлектризованным. Макс засунул руку в карман куртки, и я испугалась, что он достанет пистолет или нож. Но он вытащил брелок, нажал кнопку, и его машина коротко пикнула.
– Ань, иди в машину, – сказал Макс спокойным голосом и добавил уже жестче: – Быстро!
Я не стала спорить, мне вообще не хотелось спорить ни с ним, ни с кем-либо еще. Быстро нырнула в салон, и тут же машина снова пикнула, а на дверях щелкнули блокираторы. Макс запер меня в салоне! Не позволил ни мне вмешаться, ни им забрать меня.
Смотрела через лобовое стекло на их беседу, и не понимала, о чем они говорят. Макс держался спокойно и уверенно, даже руки из карманов не вынимал, Марк жестикулировал и брызгал слюной. А мне оставалось только наблюдать, потому что единственное, что я умела в этой жизни – доставлять другим проблемы. И ладно Кирилл частично заслуживал их, но Макс же не виноват! Если сейчас его убьют или покалечат, я никогда себе этого не прощу.
Даже позвонить некому, позвать на помощь. Кирилл за городом, пока он доедет, от Макса и мокрого места не останется! Я дрожала от холода и страха, сжимая себя руками. Нога дергалась, и каблук стучал по коврику под креслом.
Макс еще что-то сказал, развернулся и пошел к машине. А я пристально смотрела на парней, останавливала их взглядом от того, чтобы они рванули с места. Но Марк и его охрана только наблюдали за Максом, не пытаясь его задержать.
Макс сел в машину с каменным лицом, словно перед ним не стояли только что громилы, пристегнулся ремнем и завел двигатель.
– Есть хочешь? – спросил он и посмотрел на меня.
– Ага, – еле выдавила я, не понимая, какие таблетки от пьет для спокойствия.
– Заедем куда-нибудь или закажем?
– Закажем.
Макс кивнул и вырулил с парковки. А я смотрела на него и хотела извиниться или поблагодарить, но слова застряли в горле. Я не могла ничего сказать абсолютно.
Под звук двигателя и молчание между нами, мы доехали до дома. Макс не выглядел напряженным или испуганным, в отличие от меня. Я сто раз прокляла себя, свое поведение и эти платья, которые перестали быть красивыми для меня. Дрожащими пальцами я заблокировала Марка, но чувство опасности не отпустило меня.
Уже в лифте я немного ожила, прижимаясь плечом к холодной стене.
– Что ты ему сказал? – тихо спросила я.
– Ничего особенного. Но если он еще раз подойдет к тебе, скажи мне или Кирюхе.
– А кто он вообще? – спросила я, открывая дверь ключом.
– Марк ведет темные дела, и с ним лучше не играть в игры.
Мы зашли в квартиру, я скинула пиджак и сумку, ключи бросила на тумбочку.
– Тогда я вообще ничего не понимаю, – сказала я. – Зная, что он такой, ты даешь ему мой номер. Потом защищаешь, не позволяешь ему увезти меня. Что происходит, Макс?
Он промолчал, а у меня резко забурлил адреналин в крови от перенесенного страха. Я, конечно, сама виновата в том, что Марк обратил на меня внимание, но это бы закончилось флиртом в клубе. А Макс дал мой номер, рассказал про мой поход в кафе, толкал меня к своему другу. Страх смешивался с обидой и злостью, что я стала разменной монетой в какой-то дурацкой, опасной игре.
– Макс, объясни! – потребовала я.
– Мне нечего тебе объяснять, – спокойно ответил он.
– Как нечего? Ты сам толкал меня к нему – номер, кафе. Знал, что Марк может навредить мне!
– Ань, послушай…
– Нет, ты должен сказать правду! Так хотел избавиться от меня, а что произошло потом? Кирилл узнал об этом или что?
Меня несло от пережитого страха, от волнения и накопленных эмоций. Я кричала, размахивала руками, и спокойствие Макса только раззадорило меня.
– Ань, все не так!
– Господи, ты мог просто не общаться со мной, не приходить сюда! К чему все это было! А может ты специально это устроил, чтобы показать себя героем?! Строишь из себя такого заботливого, хотя на самом деле тебе плевать на меня!
И тут Макс разозлился. Схватил меня за плечи и встряхнул так, что щелкнули зубы.
– Прекрати! – крикнул он. – И послушай меня!
Я сжалась в его руках и застыла на месте от его отрезвляющего крика. Сердце бешено колотилось в груди, а от боли в серых глазах я резко успокоилась.
– Ну почему, чтобы ты услышала, нужно кричать? – уже спокойно сказал Макс. – Ты любишь, когда с тобой обращаются грубо?
– Нет, – шепотом ответила я.
– Значит, успокойся и слушай. Твой номер Марку я не давал, про кафе тоже не говорил. У него огромные связи, и узнать то и другое ничего не стоит. Поэтому мы тебя отговаривали от встречи с ним, мы знаем, на что он способен. И если ты не прекратишь общаться с ним, ничем хорошим это не закончится. Это со мной ты могла поиграть, а потом сказать, что я тебе не интересен. С ним такой фокус не прокатит. А не сказали тебе правду, потому что ты все делаешь назло Кириллу, и тебя бы не остановило даже то, что он бандит. – Макс перевел дыхание, и его взгляд смягчился. – Ты видела сегодня нас – разве мы похожи на друзей, которые делятся контактами девчонок? Я не стал бы подвергать тебя опасности, и не только потому, что ты сестра моего друга.
Я молча смотрела в глаза Макса и хотела верить ему. Он говорил так убедительно и логично, что у меня не осталось слов для спора или сопротивлений. Они все, даже Ева, были против моих встреч с Марком, но не говорили почему, заставляя думать свои мысли, и, похоже, неправильные мысли.
Макс вздохнул и провел ладонями по моим рукам, вызывая внутри такую бурю, что я готова была разорваться на части. Я все еще сжималась возле него, но уже не от страха, а от своей глупости и стыда. Они с братом пытались защитить, уберечь, пока я жила только ненавистью и жаждой мести.
– Я соврала тебе, – быстро сказала я, уже задыхаясь от волнения.
– О чем?
– О том, что ты не интересен мне.
Он молчал, а я ждала его реакцию. Боялась, что сейчас он отпустит меня, посмеется, скажет, что победил. Его ладони еще лежали на моих руках и наверняка чувствовали, что под ними – гусиная кожа вся в мурашках. Но по-другому уже не получалось – слишком близко Макс, слишком ласковы его руки и нежен взгляд, чтобы не реагировать. Все настолько слишком, что не спасет ни ледяной душ, ни мысли о предательстве. Воспоминания погасли, как свеча от сквозняка, и внутри воцарился полумрак, где кричал громкий, въедливый голос с одной просьбой: «Не отпускай! Сделай шаг! Убери пространство между нами!»
– А мне не плевать на тебя. Совсем не плевать, – тихо сказал Макс, и внутри меня уже не просто екнуло, а что-то лопнуло. Прорвалась плотина, сдерживающая чувства и эмоции, хотя, казалось, куда же больше?
Макс положил руку на мою скулу и запустил пальцы в волосы. Делал это нерешительно, будто бы боялся обидеть. Глупый, неужели не видит, не чувствует, что я хочу этого больше всего на свете. Я ждала, перестав дышать, лишь на мгновение прикрыв глаза от нежности. Все чувства сконцентрировались в том месте, где кожа чувствовала его тепло. Я готова была просить. Когда-то Макс был прав – я буду просить. И сейчас я оказалась на той грани, когда принципы и страхи растворились где-то в воздухе, оставив только желание хотя бы поцелуя.
И он поцеловал. Прикоснулся к моим губам, и я от волнения и перехватившего дыхания сделала глубокий вдох. Сначала поцелуй был нерешительным, легким, но с каждой секундой становился уверенней. Он был таким желанным, таким долгожданным, каким не был ни один поцелуй в моей жизни. Эти мягкие губы что-то окончательно сломали внутри меня, и я разом утратила и слух, и зрение. Остались только чувства, накрывающие мягкой, теплой волной.
Я так долго ждала этого, так голодна была и так сильно хотела Макса, что не могла себя сдерживать. Мои ладони нырнули ему под майку, и он напрягся, а его тяжелое дыхание выдавало такое же возбуждение, как и у меня.
Макс нащупал молнию на спинке платья и дернул вниз. Платье рухнуло к моим ногам, но менее жарко от этого не стало. Продолжая целовать меня нежно, но страстно, Макс привел меня в комнату и захлопнул дверь. Его руки блуждали по моему телу, и от каждого касания я прижималась к нему еще сильнее. Цеплялась за его шею, плечи и запускала пальцы в волосы на затылке.
Он помог мне стащить с него футболку, следом на пол полетел мой бюстгальтер. Горячее тело Макса прижималось к моему, и я сдавленно стонала, не в состоянии терпеть и молчать.
Макс бережно, придерживая рукой, уложил меня на кровать и, покрывая тело поцелуями, снял с меня колготки и белье. Снова вернулся к лицу и впился губами в шею, делая именно так, как я люблю. На этом моменте я полностью утратила связь с реальностью, сквозь сладкую истому доносился шорох, но я не понимала, что это и почему.
Продолжая целовать шею, Макс лег сверху, и я закинула ноги ему на бедра. Я не могла больше ждать. Я умирала от голода и желания, хотела его настолько, что низ живота скручивало от ноющей боли.
Его рука мягко блуждала по телу, обводя каждый изгиб. Словно я была хрустальной вазой, а он художником, который должен ее изобразить. В каждом касании уверенность и нежность, без напора и жесткости. Мое тело впитывало прикосновения, откликалось сладкой волной и запоминало, чтобы в будущем сравнивать с другими.
Макс не просто брал, он отдавал даже больше, концентрируясь на моих ощущениях. Он видел, в каких моментах тело откликается сильнее, и повторял их, делая свое присутствие до невыносимости приятным.
Исчезло все: обиды, страхи, сомнения. Они превратились в миллиарды мурашек, бегущих по коже и внутри меня. Остались только чувства, заполнившие каждую клетку тела и воздух между нами. Я не думала о том, что будет дальше, встретимся ли мы снова, или он уйдет, оставив только память об этой ночи. Это было неважно, как и все остальное. Я только хотела, чтобы это не прекращалось. Никогда.
Мне хотелось кричать, но я лишь повторяла его имя снова и снова, впиваясь ногтями в плечи и спину. Он забирал мои стоны губами, и отдавал свои. Целовал шею, лицо, руки, и каждое касание губами делало удовольствие еще сильнее и ярче.
Макс не заканчивал первым, хотя был на грани. Даже в этот момент он помог мне, а потом закончил сам. И я не знаю, будет ли когда-нибудь хотя бы вполовину так же хорошо, как сейчас.
Волна удовольствия прокатилась по нашим телам под хриплые стоны. Макс прижался лбом к моему лбу, и наше тяжелое, шумное дыхание стало единым.
Когда меня спросят, чем отличается секс от занятия любовью, я теперь знаю, что ответить.
Макс поцеловал меня и устало завалился рядом, утащив мою голову к себе на плечо. Постепенно возвращался слух и ощущение реальности. Он здесь, со мной. Нежно гладит по руке, пока я лежу на плече, что удобнее любой подушки.
В комнате царил полумрак, лишь яркая луна слабо освещала нас через окно. Я провела пальцем по груди Макса, животу и татуировке, наконец, рассмотрев ее полностью.
– Почему паук? Любишь хищников? – тихо спросила я, обводя контуры лап.
Макс улыбнулся и закинул вторую руку за голову.
– Эту татушку делал мой друг. Я с дуру решил поучаствовать в его челлендже, где вытаскиваешь бумажку, и там написано на каком месте будет тату и какая именно. Но это мне еще повезло, потому что в его бумажках была и задница и слово «Лох».
Я улыбнулась такому простому, банальному объяснению. Все это время Макс представлялся мне опасным, диким мужчиной, а на самом деле – он обычный парень со своими историями, болью и слабостями.
– Макс, ты вытащил меня сегодня, защитил, и даже не упрекнул в том, что я сама позвала Марка на встречу.
– И не собирался упрекать. По крайней мере не в этом.
– А в чем?
– В том, что ты это сделала тоже назло Кириллу. Только он не злится, а переживает. Дай ему шанс стать братом, не отталкивай, не мсти. Просто будь собой, ведь ты любишь его. А любовь – самый лучший способ привлечь внимание.
– Да, я задумалась о твоих словах, и поняла, что ты прав. Жизнь проходит мимо, пока я не даю быть счастливым ни ему, ни себе.
– Хорошо, что ты это поняла. – Макс улыбнулся и поцеловал меня в макушку. – Я в душ, ладно? – спросил он, и я кивнула.
Он аккуратно вытащил руку, подхватил вещи и вышел из комнаты. А я осталась одна, не понимая, что делать дальше. Остаться и дождаться его? Одеться и выйти из комнаты? Я боялась, что он уйдет, получив то, что хотел.
И чтобы не выглядеть дурой, натянула белье, футболку и вышла на кухню приготовить кофе. Старалась не слушать звуки из коридора, но слух подкидывал фантомный щелчок замка на входной двери.
Руки дрожали, и я с трудом зачерпнула кофе ложкой из банки. Просыпала половину на стол, остальное высыпала в турку. Снова запустила ложку в банку, и в коридоре хлопнула дверь в ванную. Я замерла в ожидании, обратилась в слух, и услышала шаги в мою сторону.
Макс подошел ко мне и обнял, крепко прижимая к себе. Его голый торс был мокрым и горячим, но дыхание на моей шее еще горячее.
– Ты что сбежала? – спросил он на ухо, и от его шепота снова побежали мурашки.
– Кофе сварить. Хочешь кофе?
– Я хочу и кофе, и тебя. Тебя больше, – прошептал Макс, и я поплыла.
Он поцеловал в шею и плечо, его рука скользнула под майку и сжала грудь. Я закрыла глаза, отдаваясь чувствам. Боже, как он это делает! Нежнее его рук и губ нет ничего на свете.
До кофе мы дошли позже и заказали еды. Сидели на кухне и ели лапшу палочками, разговаривая обо всем на свете. Я все еще думала, что Макс уедет. Но он не уехал. Мы вместе легли спать, и он заснул, крепко обнимая меня руками. А я долго смотрела на него, боясь, что он исчезнет, что утром от него не останется даже запаха на подушке. И что все это всего лишь сон как воплощение моей фантазии.
