Текст книги "Помощница (СИ)"

Автор книги: Алена Февраль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

14

Утром решила встать по-раньше, чтобы приготовить не только завтрак, но и испечь булочек. Ночью спала плохо, а к утру решила немного сгладить вчерашнюю ситуацию и порадовать мужчину выпечкой.

К восьми утра на столе стоял противень с воздушными, сахарными булочками и запеканка из творога и изюма. Пока помешивала готовившееся на плите какао, задавалась вопросом – где же Алекс с сыном? Неужели ещё спят, хотя обычно к восьми они всегда уже завтракают.

Когда через полчаса они не появляются, я решаюсь к ним сходить. Хотя бы просто посмотрю, всё ли у них в порядке. Но стоило мне сделать шаг в сторону двери, как на пороге появляется сам хозяин дома с малышом на руках.

– Доброе утро, – мягко здороваюсь я и иду в сторону мужчин, чтобы забрать у Алекса Андрюшу.

Уже не в первый раз, когда Алекс садиться за стол, я беру у него ребенка и усаживаю рядом с собой в высокое детское кресло. Пока Алекс ест, я кормлю Андрюшу с ложечки детской кашей, а потом мы умываемся и идем играть в гостиную. Но сегодня…

Сегодня мужчина усаживает сына рядом с собой и очень сухо, без приветствия, говорит.

– Я сейчас звонил адвокату и поторопил её со встречным иском к Ольге. Думаю, уже к вечеру всё будет сделано.

Алекс замолкает, а я пытаюсь переварить сказанную им информацию.

– В ближайшие дни начнутся вновь судебные тяжбы, но этот суд мы выиграем – есть новые факты и тому подобное… В общем сегодня, я закажу тебе билеты и вечером ты уедешь домой. Ты ведь под Воронежем живёшь? Я посмотрел на сайте – в пять вечера ближайший поезд.

– Да, – вымученно выдавливаю я из себя, так как еле стою на ногах.

Почему-то колени наполнились тяжестью, а грудь словно удавкой сдавило.

– Вот как раз на пять и поедешь, – продолжает Алекс, одевая на сына фартучек для кормления.

– А как же Ольга?

– Она закроет рот, иначе всё её грязное бельё выплывет наружу, да и сумму её месячного содержания, я могу урезать. Документы уже на утверждении. Поэтому ей будет проще заткнуться.

Я наконец выдыхаю и трусливо отворачиваюсь к окну. Значит я всё-таки уезжаю…

Надо радоваться возвращению к прежней жизни, а мне выть в голос хочется. И вдруг в голове возникает спасительная мысль.

– Знаете… – забывшись я снова перехожу на «вы» и начинаю с волнением в голосе тараторить, – у меня дедушка с тетей уезжают почти на месяц в санаторий, поэтому я могу ещё ненадолго у вас остаться… Помочь и…

– Нет, – грубо перебивает меня Алекс, – Андрей к тебе привыкнет за это время, а ему не к чему лишние переживания, да и вообще… Мне не нужна ничья помощь. Жили мы вдвоём и никаких проблем не было.

– А со мной проблемы? – не удержавшись, выговариваю я и устремляю взгляд на мужчину.

Алекс готовит кашу для сына и не смотрит мне в глаза. Хотя даже если бы он смотрел – что бы изменилось? Ничего. Мешаю я ему.

– Проблемы, – цедит Степанов и усаживается за стол, чтобы покормить сына.

Вот и всё. Уговоры тут не помогут.

Дрожащими руками, я стягиваю импровизированный фартук из полотенца и порывисто бормочу.

– Я сама куплю билеты, вы одолжите мне немного денег, а я вам обязательно вышлю… И ещё… Я могу прямо сейчас поехать на вокзал, чтобы не мешать вам и…

– Я куплю билеты, – перебивает мою эмоциональную тираду Алекс, – деньги возвращать не нужно. А по вокзалу – езжай хоть сейчас, я тебя не задерживаю. Тогда билет заберешь в кассе.

Почему-то его слова «я тебя не задерживаю» хлещут по моему сердцу, словно пощёчины.

А что ты хотела?! Он тебя знать не знает и похоже, что знать не желает. Вот так, Варвара! Надо смотреть правде в глаза, а то напридумывала себе, намечтала… глупая.

– Я могу с Андрюшей попрощаться? – тихо спрашиваю у мужчины.

– Зачем? – отвлекается от кормления сына Алекс, – не надо устраивать сцен, да и не к чему все эти сантименты.

Я сжимаю зубы, чтобы не выдать свои истинные чувства и эмоции. Как же мне хочется докричаться до этого непробиваемого мужчины. Сказать, что я очень привязалась к малышу, что мне больно расставаться с ними…

Обведя тревожным взглядом кухню, я всё же выдавливаю из себя.

– Ясно… Пойду я тогда… вещи собирать, а вы завтракайте. Приятного… аппетита.

Пружинистой походкой, выхожу из кухни и уже через десять минут я полностью готова покинуть дом Степанова.

Зажав в руке ручки от дорожной сумки, я выхожу из столовой и старательно, практически не эмоционально, выговариваю.

– Я готова. Спасибо вам за всё и прощайте.

В последний раз пробегаюсь глазами по маленькой фигурке малыша и с досадой отмечаю, что я никогда не смогу забыть этого ангела. Такой он… родной что-ли. Даже не могу описать словами эту привязанность.

– Подожди, я докормлю Андрея и вызову тебе такси, – говорит мужчина и я сразу перевожу взгляд на Степанова.

И Алекс останется в моём сердце, уверена в этом.

– Я на улице подожду, – говорю я и сразу же покидаю кухню.

Оказавшись на улице, я склоняю голову на столбик ворот и беззвучно плачу.

Вот такая я слабачка – восемь дней прожила рядом с ними, а привязалась так, словно все восемь месяцев или больше.

Позади меня хлопает дверь и слышатся неторопливые шаги.

– Машина сейчас подъедет, поездку я оплатил, – доносится сзади.

Я киваю, не в силах ответить и торопливо стираю с лица следы слёз.

– Возьми деньги, они могут понадобится.

Я отрицательно качаю головой и хрипло говорю.

– Спасибо, не нужно.

Решив выйти за ворота, я делаю шаг вперёд и тихо прощаюсь.

– Удачи вам и здоровья.

15

Столичный вокзал напоминал пчелиный улей: огромные толпы бепрерывно движущихся людей, гомон и гул машин. В общем, мне ещё никогда не было так некомфортно и где-то даже страшно в обществе людей.

Само здание вокзала напоминало мне неприступную, огромную крепость, при взляде на которую, мне почему-то захотелось прикрыть глаза и через секунду очутиться уже у нашего небольшого деревянного вокзала на знакомой с детства станции.

Кое-как отыскав подходы к железнодорожным кассам, я отстояла небольшую очередь и подошла к нужному окну.

– Здравствуйте. Мне нужно забрать билет до Воронежа на имя Кулагиной Варвары. Его покупали онлайн, – обратилась я к девушке в окошке.

– Давайте паспорт.

Я полезла в сумку, но в нужном кармане его не оказалось. Перерыв всю дорожную сумку, я пыталась припомнить куда он мог подеваться.

– Паспорт! – громко поторопила меня кассирша, а позади уже слышались недовольные возгласы.

– Я его где-то потеряла, а без него билет не забрать? – растерянно пробормотала я девушке.

– Нет. Не задерживайте очередь – отходите от окна.

– А что мне теперь делать? – не отходя от кассы, уточнила я.

– Не знаю, что делать вам, а вот я уже позвала сотрудников транспортной полиции.

Я обеспокоенно огляделась по сторонам и действительно к кассам уже приближались двое мужчин в форме.

– Вот девушка без паспорта, – прокричала им кассирша, – еще она очередь задерживает и скандалит.

У меня даже глаза на лоб полезли от такого наглого вранья.

– Пройдемте с нами, – сухо обратился ко мне сотрудник полиции, тот что постарше.

– Но я ничего не сделала!

– В отделении разберемся.

В небольшом кабинете, линейного отдела полиции, на меня с недоверием поглядывали всё те же две пары глаз. Один совсем молодой – нервный и грубоватый. Второй – немного постарше, но радовало то, что он хотя бы был более терпеливым и довольно спокойным.

– Итак, Варвара Алексеевна, будем обобщать, – тихо подытожил старший, – в столицу вас привезла сестра на машине, чтобы помочь её бывшему мужу с ребенком, так?

Я киваю и он продолжает.

– Вы прожили здесь неделю и собрались домой. Билеты заказали через интернет и вам следовало только забрать их из кассы. Так?

– Да.

– И всё же, вспомните – где вы могли оставить паспорт? Может у вас его на вокзале вытащили? Или вы его оставили у сестры? А может он остался по месту вашего последнего пребывания?

– Я не знаю… – начинаю я, но тот, что помоложе грубо меня перебивает.

– Да врешь ты всё! Привезла тебя сюда не сестра, а сутенёрша и паспорт она у тебя специально забрала, а ты поработала чуток и сбежать решила. Все вы лезете в столицу за красивой жизнью, а потом…

– Вы не правы, – также перебиваю я молодого и сжимаю от волнения пальчики на ногах.

– Успокойся, ну какая из нее проститутка? Ты на нее взгляни, она же молоденькая совсем и глупая, – вступается за меня тот что постарше, и переходит со мной на ты – лучше подумай, Варвара, кому можно позвонить, чтобы разыскать сестру? Может она знает где твой паспорт. Или мужу её бывшему позвонить, пусть он его поищет.

– Не-ет. Я его точно там не оставляла. Наверное паспорт остался дома – в деревне. Хотя я точно помню, что я его перекладывала в карман сумки… А можно я тёте позвоню?

Тетка не брала трубку очень долго, а когда наконец ответила – торопливо проговорила.

– Варенька, мы в поликлинике, что-то срочное?

– Привет. Я свой паспорт не могу найти, может ты знаешь, где он?

– Так его Ольга забрала, перед тем как вы поехали. Сказала, что так всем будет лучше. А что-то случилось? У тебя всё в порядке?

– Да, – торопливо бормочу я и прощаюсь с теткой.

Ещё не хватало, чтобы она разволновалась и давление подскочило.

– И? – нетерпеливо спросил молодой.

– Паспорт у сестры, – обреченно говорю я и мысленно прощаюсь с документом.

Ольга теперь никогда не отдаст его назад.

– Что же нам с тобой делать? – восклицает тот, что постарше, – даже если билет мы поможем тебе получить, тебя могут наши коллеги также забрать в отдел. И тогда, ты будешь сидеть в обезьяннике до выяснения обстоятельств.

После его слов, я инстинктивно вздрагиваю и тяжело выдыхаю. Вот я вляпалась!

– Может позвонить бывшему твоей сестры? Пусть он свяжется с ней и попросит привести твой паспорт сюда.

Я представляю недовольное лицо Алекса и отрицательно качаю головой. Ради меня он точно не станет просить о чем-то Олю. Да и его телефона у меня нет.

– В общем так! – поднимаясь из-за стола говорит старший, – говори нам адрес, по которому ты проживала и мы сами свяжемся с хозяином дома. Пусть звонит своей бывшей…

– Не надо, – испуганно перебиваю я мужчину, – он не станет ей звонить… у них суды…

– Говори адрес или пойдешь в камеру подумать, – вступает в разговор младший, – у нас дел по горло, а мы с тобой здесь нянькаемся. Быстро!

Алекс только от меня избавился, а я ему ещё проблем подкину. Блин.

– Улица Северная, 28, – медленно выговариваю я и уже через пять минут сотрудники полиции сообщают мне номер стационарного телефона Степанова.

– Может сама позвонишь? – уточняет старший и я вздохнув соглашаюсь.

Наверное так будет лучше. Хотя сейчас я не в чем не уверена. Восемнадцать лет проживания в деревни меня точно к такому не готовили. Никогда не могла даже представить, что мне придется навязываться и портить жизнь другим людям.

Пока набираю номер, трубка ходит ходуном – так сильно дрожат мои руки. А когда после третьего гудка, Алекс отвечает «слушаю», я от волнения слишком быстро говорю.

– Здравствуйте… это снова Варвара. Дело в том, что паспорта у меня нет, а без него билет не дают. А мой паспорт, как оказалось, забрала Ольга. А ещё… меня полиция задержала…

– Помедленнее, я даже слов не могу разобрать. Что у тебя случилось?

– Меня задержала полиция.

– За что?

– Оля мой паспорт забрала, а я и не знала…

– Не удивительно, – сухо перебивает Алекс.

– Не поняла?

– Передай трубку сотруднику, – строго проговаривает Степанов и я по инерции передаю телефон более старшему сотруднику.

– Слушаю… Да… Напротив… Да-да… Ждём.

Мужчина отключается и переводит взгляд в мою сторону.

– Сейчас он приедет, Варвара.

16

Через полчаса, дверь кабинета открывается и на пороге появляется Алекс. Один. А где интересно малыш?

– Здравствуйте, – здоровается Алекс и обводит кабинет быстрым взглядом.

Сейчас Степанов выглядел ещё серьёзнее, чем раньше, а черные брюки и рубашка лишь подчеркивали бледность и строгость его лица.

Запнувшись взглядом о моё лицо, Алекс приближается к столу и сухо спрашивает.

– Я забираю девушку. С её паспортом мы сами разберёмся.

– Вот и хорошо, – оживляется сотрудник полиции, – дела то семейные, мы всё понимаем. Ты свободна, Варвара.

Поднимаясь со стула, я киваю тому, что постарше и медленно топаю к выходу.

Не прощаясь, мы с Алексом, покидаем отделение линейного отдела полиции, и молча идем через толпу людей к стоянке машин. Когда Алекс останавливается рядом с темно-зеленым седаном, я наконец отмираю и спрашиваю.

– А где Андрюша?

Степанов щелкает сигнализацией и хмуро отвечает.

– Отвез к другу… Садись в машину.

Алекс садиться за руль, а я так и продолжаю стоять у машины. Сама не знаю почему, но именно в этот момент на меня наваливается какое-то тупое оцепенение. Сейчас только полдень, а уже столько всего произошло. И снова я втянула в решение своих проблем Алекса. Как же я ему надоела, наверное.

– Варвара, – доносится до меня голос Степанова, – время!

Мужчина впервые назвал меня по имени и такое обращение немного успокоило меня. Возможно он не так и зол на меня, как я полагала.

Замерев на секунду, я решаюсь сесть не на заднее сидение, а вперёд – рядом с Алексом.

– Можно я сяду на это место? – распахнув переднюю дверь, спрашиваю у мужчины.

– Садись хоть в багажник, только побыстрее, – нетерпеливо цедит Алекс и я понимаю, что ошиблась – на самом деле он очень зол и недоволен.

Как только машина трогается с места, я натянуто бормочу.

– Спасибо вам…

– Если ты и дальше планируешь мне «выкать», – сквозь зубы перебивает меня Алекс, – диалога у нас не получится, так как отвечать на такое обращение, я бошьше не буду. И ещё – не в каких благодарностях я не нуждаюсь. А приехал я за тобой лишь потому, что час назад узнал, что Ольга укатила отдыхать в Турцию, поэтому свой паспорт ты получишь как минимум через месяц. По этой причине её и не слышно.

– И что же мне делать?

– Я что-нибудь придумаю, но не в ближайшее время. У меня лечение через три дня начинается, поэтому сейчас мне не до этого. Возможно, что именно тебе, теперь придется сидеть с Андреем, пока я днём буду в больнице.

– Конечно, я сделаю всё, что будет нужно. Я могу его и на ночь забирать к себе в комнату.

– Нет. Он будет спать в моей комнате… И ещё, – Алекс с шумом выдыхает и очень тихо проговаривает, – то, что произошло вчера – в ванной комнате – не должно больше повториться.

– Я постараюсь не допустить…

– Не постараешься, а сделаешь, – как-то надрывно говорит Алекс и я с удивлением взглянула на мужчину.

Привычный лед, в его голосе, сменился на бешеное пламя. Но главное – причин к этому я не видела. Или…

– Я не говорю со стопроцентной уверенностью, потому что люди не всегда могут контролировать себя. Ведь даже ты сейчас не…

– Хватит, – перебивает меня Алекс, – если бы все контролировали себя, то многих проблем можно было избежать. Бесконтрольные эмоции и излишнее проявления чувств, делаю человека слабым. Такого человека легко уязвить или сломать.

Такие слова мужчины, цепляют меня настолько сильно, что я не сдерживаюсь и отвечаю.

– Я не хочу жить в мире, где правит контроль и бесчувственность. Пусть я не всегда могу контролировать себя, когда вы… вернее ты рядом, но я… я настоящая в этом моменте, понимаешь. Неужели открытость и эмоциональность настолько…

– Варвара, – вновь перебивает меня мужчина, – я не намерен это обсуждать. Никаких отношений между нами никогда не будет. Помни об этом.

– А я на них и не рассчитывала.

– Очень хорошо. Продолжай и дальше так думать.

17

В дом друга, Алекс меня не взял, пробурчал: «сиди в машине, я быстро» и скрылся за дверьми коттеджа, находящегося через две улицы от его дома.

И действительно, уже через пять минут, Алекс вышел на крыльцо с детским креслом в руках, а следом за ним вышел плотного телосложения мужчина лет сорока. Наверное это и есть его друг Никита, о котором мне говорила Оля.

Мужчины о чем-то быстро переговорили и Алекс направился к машине.

Когда задняя дверь открылась, я оглянулась назад, чтобы взглянуть на малыша. Тот оказывается крепко спал в детском кресле и Алексу требовалось только закрепить автолюльку ремнями.

Когда все было готово, мужчина сел вперёд и тихо сказал.

– Возьмёшь детское кресло, пока я буду загонять машину в гараж.

Я кивнула и тут вспомнила, что хотела у него спросить ещё на вокзале.

– Сестра говорила, что ты после операции не водишь машину.

Алекс еле заметно скривился и тихо уточнил.

– В каком контексте она это говорила?

Вспомнив наш разговор с сестрой, я немного замялась, но мужчина меня поторопил.

– Можешь говорить. Я от Кулагиной чего только не слышал, поэтому твои слова будут словно капля грязи – в море дерьма и фальши.

Я посмотрела на Алекса и всё-таки решилась рассказать.

– Она сказала, что ты перенес операцию на ноге и после неё многое тебе не под силу… Если в общих словах.

Я старалась сгладить слова сестры, на что Алекс как-то злобно усмехнулся.

– Ага. Так бы она и сказала… А давай тогда я сам расскажу как она всё преподнесла. Цитирую: этот мудак потратил все деньги на никому не нужную операцию, после которой он костыляет как инвалид и никаких мужских обязанностей выполнять не может. Далее она бы посетовала, что лучше бы всё бабло досталось ей, а я бы лучше подох. И в окончание Кулагина ещё бы добавила, что собирается в конец испортить мою никчёмную жизнь, вытянув из моего кармана последние деньги. А про эту машину, она мне не раз говорила следующее: зачем машина на автомате тому, у кого правую ногу порезали на куски.

После каждого слова, произнесенного Алексом, мне просто до ужаса хотелось обнять мужчину по крепче. Прижаться к горячему телу и исцелить его душу от всей той грязи и мерзости, которой моя родная сестра так щедро его «одарила». Я даже не могла представить, что все жестокие вещи, что Ольга рассказывала мне о бывшем муже, она говорила и ему. Как такое вообще можно представить? Она ведь была его женщиной, любовницей, женой! Пусть и бывшей. Как можно вообще живому человеку такое говорить. Как?!

– Чего замолчала? – паркуя машину у гаража, проговорил Алекс, – уверен, что именно так она и говорила. А про контекст спросил, потому что хотел услышать от тебя именно то, что услышал. Даже суку-сестру ты прикрываешь и недоговариваешь, хотя она тебе только на голову не насрала… Надо меняться, Варвара. Твоя излишняя наивность, глупость и простота уже принесли тебе массу неприятностей, а толи ещё будет…

Поздно вечером, лёжа на диване в столовой, я уже около часа пыталась уснуть. Из головы никак не выходили слова Алекса о моей глупости и наивности.

Сама себя я слишком умной никогда не считала, но и конкретной дурой я никогда не была.

Школу окончила ударницей, во время учебы не раз выигрывала районные олимпиады по различным предметам и всегда меня все хвалили.

В доме я уже второй год полностью веду хозяйство и содержу дом, и двор в порядке. Всё делаю одна. Никто мне не помогает. И за дедом я ухаживаю очень хорошо. Все врачи меня хвалят и даже предлагали достать для меня направление в мед. училище.

Они все не могли мне врать!

А про наивность – может я и была таковой, но я предпочитала называть это качество по другому – открытость, доброта и вера в людей. Хотя…

Измученная думами и непрошенными мыслями, я решила сходить на кухню, чтобы сделать себе тёплого молока. Дома мне такой способ иногда помогал уснуть.

Стараясь сильно не шуметь, я подогрела в ковшике молоко и осторожно перелила его в бокал. Усевшись попой на край стола, я стала осторожно пить молоко. И в этот самый момент, дверь приоткрылась и в кухню вошел Алекс.

– Ты чего делаешь? – хрипло уточняет мужчина, щурившись от бледного света подсветки на кухонном гарнитуре.

– Молоко пью, – облизав губы, тихо поясняю я.

Нужно было сразу спрыгнуть со стола, но я про всё забываю, когда замечаю, что на Алесе, кроме шорт, ничего не надето.

Не удержавшись, я оглядываю мужчину с головы до ног и когда мои глаза встречаются с его, стыдливо отворачиваюсь.

Я же обещала! Обещала!

В кухне воцаряется тишина и чтобы как-то её сгладить, я поднимаю кружку и отпиваю молоко. Пока пью, через кружку, бросаю взгляд на мужчину и чуть-ли не захлебываюсь от увиденного.

Алекс медленно скользит взглядом по моим голым ногам, потом выше… ещё выше. И когда мы опять встречаемся глазами, я с шумом ставлю кружку на стол.

Дыхание вмиг сбивается, а в голове только одна спасительная мысль – надо поднять попу со стола и бежать отсюда куда глаза глядят… Но…

Но стоило мне только дернуться с места, Алекс в одну секунду достигает стола и преграждает все пути спасения. И спасения ли – эхом звучит в голове, когда мужчина вплотную подходит ко мне, при этом упираясь ногами в мои колени. А потом… его руки опускаются на мои бёдра и медленно раздвигают их в сторону, чтобы уже в следующую секунду встать между ними.

– Я же тебе говорил… нужен контроль… – шепчет мужчина у самых моих губ.

– Говорил, – эхом отражаю я и очумело вдыхаю мятное дыхание Алекса.

– По ходу мой контроль летит к чертям… Варя-я, – со свистом заканчивает мужчина и жадно впивается в мои губы.

В первые секунды, я даже дышать нормально не могу – его губы жалят, кусают, выжирают даже крохи моего неровного дыхания. А потом он словно почувствовал, что я задыхаюсь и не справляюсь с его напором, и на пару секунд прервал поцелуй.

– Дыши, Варя-я, дыши, – у самого уха бормочет Алекс и после нескольких глубоких вдохов, стремительно набрасывается на мои губы.