Текст книги "Черное сердце (СИ)"

Автор книги: Алексей Тихий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Под внимательным взглядом Маришки я продолжил свои эксперименты. Выяснил, что безопасный порог «плаща тьмы» находится на границе в 20ЛР, а вот дальше начинаются трудности. Вначале голову охватывал эмоциональный вакуум, а потом на самой границе сознания появлялся многоголосый хор, что звал в самую глубину тьмы. Дальше я резко обрывал плетение, но осадочек оставался. Чтобы преодолеть этот барьер в 20ЛР вложенной Силы, мне нужно развивать контроль. Магия магией, но даже с ее возвращением ничего не происходит «по моему хотенью и щучьему веленью». Мне нужны тренировки и время. В общем, проблем хватает, но я не привык сдаваться. Умный и терпеливый человек, обязательно добьется своего.

Пока я занимался экспериментами, на улице не происходило ничего особо интересного, но потом в половину десятого ожили соседи. Выдумка военных с химическим заражением позволила пережить первый, самый сложный день апокалипсиса 70–80 процентам населения. Такое количество народа просто не могло долго продержаться на скудных запасах воды, что остались в системе водоснабжения, да и то только на нижних этажах. Жажда – это не голод, ее долго не потерпишь. Вначале все их движение заключалось лишь в выплескивании ночных горшков (канализация в отсутствие электричества и воды тоже накрылась), но дело быстро дошло до разговоров, и люди доказали почему являются царями природы.

Пара мужиков начали перекрикиваться с балконов, договориваясь о совместных военных действиях, да так активно, что в обсуждение вступило не менее сотни соседей и жильцов ближайших домов. Вначале как водиться начали причитать и искать козла отпушения? Куда же без него. Крики собрали еще тридцать-сорок голодных тварей и неизвестно чем бы закончилось это собрание, если бы в толпе не появился лидер. Честно сказать, я не очень удивился, когда узнал голос Бати, встреченного мной намедни в магазине. Он, как наиболее опытный и суровый, взял на себя организацию, и дело сдвинулось с мертвой точки.

По подъезду начали ходить рекрутеры, набирая добровольцев. Признаться, я бы мог упростить всем жизнь и вырезать нежить во дворе, но не видел в этом смысла. Во-первых, это не надолго, а во-вторых, ровно с тем же результатом могу начать сам таскать им еду и воду. Однако я четко понимал, что у меня физически не получится прокормить такую ораву, а значит, и пробовать не стоит. Даже если буду выбиваться из последних сил, то получу только упреки, а оно мне надо? Пусть учатся выживать сами, я могу подсказать если меня спросят, но сам не полезу. Согласен, цинично, но считаю, что это правильно. Короче, я сделал вид, что никого нет дома.

К обеду люди решились действовать. В открытом противостоянии неподготовленные граждане проигрывают нежити, но разум помогал им брать верх над грубой силой. В начале толпу нежити раздергали криками с разных концов дома и даже увели часть на задний двор, а затем атаковали сразу из пяти подъездов – два с нашего дома и три из соседнего. Хотя, атака – это не совсем подходящее слово, скорее устроили засаду. Люди попеременно приманивали тварей, разбивая жидкую волну ходячих на несколько потоков, затем заманили их на заранее возведенные баррикады в дверях подъездов. Выгодная позиция с лихвой компенсировала разницу в физической силе и невосприимчивости к повреждениям, так что вооруженные хозбыт инструментом и редким спортивным инвентарем люди начали довольно быстро сокращать поголовье нежити. Кстати, самым модным трендом этого сезона стали журналы и скотч, почти все защитники заморочились на изготовление самодельной брони.

Понимая, что сразу за победой последует поход в магазин, где до сих пор сидел мой зомби-алкаш Валера, я решил действовать на опережение. Быстро спустился вниз и зыбкой тенью проскочил до магазина. Валера стоял ровно в том же месте, где я оставил его вчера, и тихонько бубнил привычную мантру «вод-ки-е-еще-во-одки» и так по кругу. Забавный он, стоило бы им заняться, но для начала надо его перепрятать, пока сюда не заявилась толпа голодных людей.

Я ухватил Валеру за ворот грязного свитера и вытащил на улицу, а затем проволок вдоль забора до коллектора, который присмотрел с балкона. С помощью топорика вскрыл один из четырех люков, накинул Валере на шею веревочную петлю и столкнул вниз, а затем привязал конец веревки к ржавой лестнице и вернул крышку на место. Порядок. Теперь зомби-пацифиста Валеру никто не тронет, разве что крысы утащат в свое логово, но мне бы только вечера дождаться.

Покончив со своими делами я продолжил просмотр блокбастера «Люди против ходячих». Команда людей вела с разгромным счетом 26… нет уже 27 – 0,1. Один резвый мертвец все же перебрался через баррикаду и вцепился в руку защитника, но ему быстро проломили голову молотком. В общем, если не считать этот досадный инцидент, можно сказать, что разум победил силу в сухую!

Шоу закончилось со счетом 62 против 0.1, и защитники вышли на улицу. В глазах людей светилась эйфория, на лицах сияли широкие и искренние улыбки, они победно потрясали оружием, а сверху их поздравляли родственники и соседи, которые сами не участвовали в битве за освобождение двора, но активно болели и подбадривали бойцов. Н-да… Если так пойдет, то уже через пять минут двор снова будет полон нежити, а то и, не дай боги, и крупная стая заглянет или сильная тварь проснется.

Пока я восхищался человеческому гению, одновременно поражаясь тупости, действо продолжило свое развитие. Укушенного в предплечье парня окружили соседи, бедняга стоял бледный, как мел. Я тенью скользнул к подъезду, сбросил «плащ» и уже пешком дошел до места событий. И, похоже, появился как раз во время.

– Выбора нет, – серьезно произнес Батя.

– Рубите, – согласился парень, на его лбу выступила испарина. Он добровольно лег на землю, вытянул укушенную руку и отвернул лицо в сторону.

Я не сразу понял, что они хотят сделать, но когда до меня дошло, засмеялся в голос.

– Э-э-э!! Стоять! – проорал я сквозь смех.

– Тебе чего? – зло глянул на меня Батя, да и остальные тоже.

– Господа, от укуса не становятся ходячим! – поборов смех, кое-как выдавил я.

Мои слова шепотом пронеслись по толпе, и теперь я стал центром внимания.

– Умник, а ты откуда знаешь? – сверля меня взглядом спросил Батя.

– Ты, тля, кто такой? – тут же поддакнул ему один из сыновей, вроде Леха, начинающего огневика-Витю я хорошо запомнил. Отец быстро урезонил отпрыска взглядом, но вопрос уже прозвучал.

– Я тот, кто знает больше вас, – сказал я, уже жалея, что вмешался и повторил очевидное. – От укуса не становятся зомби.

В этот момент, лежащего на земле покусанного бедолагу очень некстати, начала бить крупная дрожь.

– А это тогда что такое? – указал на парня Батя.

– Да хрен его знает. Может у него эпилепсия, – неуверенно сказал я и пожал плечами.

– Слышь, Знаток, – обратился ко мне высокий массивный мужик в толстой дубленке и с топором. – Что-то я тебя не припомню во время зачистки. Мужики, он из ваших?

Ясно-понятно меня никто здесь не знал и все открестились, а после этого на лицах собравшихся появились брезгливые ухмылки, зашуршали шепотки. Это они меня за труса посчитали? Эко вас, господа, первая победа-то по мозгам шибанула. В целом, мне было плевать на мнение этих зомбиборцев, но укушенного парня было немного жалко.

– Еще раз повторяю, никто не становится зомби от укуса! – твердо повторил я.

– Откуда ты знаешь? – еще раз спросил Батя.

– Знаю и все тут, – бросил я. Не объяснять же им, что происходящий зомби-апокалипсис – всего лишь побочный эффект возвращения магии в наш мир. Со временем, если доживут, сами все поймут, а пока меня просто посчитают дурачком.

– Да, он просто трус! Э-э-э слыш, Знаток, вали отсюда! – снова открыл рот Леха.

К несчастью для укушенного парня, охваченные эйфорией от первой победы люди, подхватили слова этого идиота.

В ответ я смерил толпу безразличным взглядом. А мне ли не похрен? Конечно, я могу накинуть «плащ тьмы», напитать его силой и разогнать этот шалман к такой-то матери. Однако не стану этого делать. Во-первых, у бати и еще пары мужиков было с собой огнестрельное оружие, а это явный перебор, моя броня столько не выдержит. Во-вторых, не вижу смысла учить тех, кто не хочет учиться. Ну и в-третьих, мне не хотелось показывать свою силу на людях – меньше знают – крепче спят.

Молча, не обращая внимание на гогот толпы и бросаемые мне в спину слова, я развернулся и пошел домой. Оглянулся только у самого подъезда, когда услышал болезненный вскрик парня, которому под подбадривающие крики толпы и с его согласия, отняли топором руку. Они, конечно, лучше знают – они фильмы смотрели. Идиоты.

Уже по дороге я понял, что все же смог бы убедить Батю, сказав, что эту информацию мне предоставил знакомый ему Ворон, но все мы сильны задним умом. Пока поднимался на восьмой этаж успокоился. Мы люди – странные создания, в нас столько намешано, что с наскока не разберешься. Глупость идет рука об руку с гениальностью, а отвага с трусостью. Хотя, злорадно подумал я, в иных одновременно кроются гениальные тупицы.

В квартиру я заходил уже полностью забыв о произошедшем во дворе. Скинул куртку, пошел на кухню, но проходя мимо комнаты взгляд невольно зацепился за приоткрытую дверь нашей с мамой комнаты. Внутри меня что-то вспыхнуло, и я одним рывком влетел внутрь, чуть не сорвав дверь с петель.

– Мама, нет! Мама, все хорошо. Не надо этого делать!

Глава 13

Шумные соседи

– Сынок, сходи к соседу и попроси у него молоток, сегодня будем забор ремонтировать.

Сын возвращается:

– Папа, сосед говорит, что молоток в работе изнашивается.

– Да, сосед у нас жмот! Ну ладно, доставай наш!

Черное пляшущее пламя окутало маму ореолом, ее вытянутые вперед руки почти касались лица Маришки. Девочка не понимала какую опасность представляло для нее это пламя, она застыла столбом и завороженно смотрела на безумную пляску теней.

Рука непроизвольно скользнула на рукоять кинжала, но я тут же ее отдернул. Рефлекс хороший, но совсем не вовремя.

– Мама, – я сделал аккуратный шаг вперед, стараясь привлечь к себе ее внимание, тщетно.

А ведь я знаю, что она сейчас чувствует. Частичка Света внутри Маришки манила ее, как манит мотылька огонек свечи в ночи – противоположности притягиваются. Вот только мама не мотылек, если она коснется этого света, то выпьет Маришку до самого донышка.

– Мама, смотри, что я тебе принес, – снова попытался я отвлечь ее, подхватывая с кресла какую-то мягкую игрушку. Ноль внимания.

Делаю плавный шаг вперед и снова замираю. Ее руки почти касаются лица Маришки, черное пламя пляшет вокруг. Домашний халат и постельное белье чернеют, начиная расползаться на части. Ее жадная Тьма в диком танце уничтожает все, до чего может дотянуться. Снова плавный шаг. Ткань соскальзывает с плеча, обнажая грудь. Будь на ее месте другая женщина, я бы восхитился, но это моя мама. Ее руки вот-вот коснутся Маришки.

– Елизавета! – сухо, подражая бабушкиному голосу, говорю я и она от страха отдергивает руки. Пользуясь моментом, накидываю плащ тьмы и стремительной тенью лечу вперед, закрывая своим телом ребенка. Резкое движение тут же вызывает вспышку. Удар приходится в спину. Нас с Маришкой сносит в сторону, но перед встречей со стремительно приближающейся стеной я успеваю выставить руки, чтобы не придавить ребенка. Мы падаем на пол.

Спина и ребра резко простреливают болью, но Тьма тут же выпивает их досуха. Мгновенно поднявшись на ноги, я повернулся к маме. Она сидела сжавшись на дальнем краю дивана, прижавшись к стене. Черное пламя больше не окружало ее, в глазах читался страх и где-то в самой глубине ее зрачков продолжала безумную пляску Тьма.

Вот что с ней делать?

– Дядя Саша! – пискнула Маришка.

Я аккуратно поставил ее на ноги и прикрыл собой.

– Не ушиблась?

– Да нет, – спокойно ответил ребенок, даже не понявший, что смерть только что прошла рядом. – А зачем ты нам помешал играть? Тетя Лиза показывала мне фокусы.

– Я же говорил тебе, что тетя Лиза болеет и к ней нельзя заходить, – нарочито строго сказал я.

– Но мне скучно-о-о, – жалобно протянула Маришка.

– Иди, – сурово посмотрев на ребенка, я указал ей на дверь. Та неохотно, в раскачку и громко топая ногами отправилась на выход, на пороге обернулась, показала язык и быстро убежала в зал. Мне было совсем не смешно. Только после того как Маришка ушла, я смог чутка выдохнуть и расслабиться.

Мама по-прежнему сидела на кровати, искоса поглядывая на меня. Я попытался поймать ее взгляд, но она отвела глаза, судорожно схватилась за погрызенное Тьмой одеяло и быстро накрылась им с головой. Как же это тяжело… Я так и не смог выяснить, что стало причиной безумия, а бабушка в самой категоричной форме отказалась поднимать эту тему. И я не знаю, что делать. Нет магии способной вернуть человеку разум. Можно обращаться к духам, демонам и даже богам, но и они не в силах помочь. Переделать-то могут, бренная оболочка для этих сущностей, что мягкий пластилин, но это будет уже совершенно другой человек – невозможно склеить однажды сломанную душу. Скорей всего, они заменят какой-нибудь тварью или подселят всякую пакость, которая будет достаточно точно изображать из себя маму. Нет им веры. Боги на то и Боги, что преследуют свои далекоидущие интересы, попутно вовлекая в свои игры нас – смертных.

Я тяжело вздохнул и принялся за уборку. Выдернул из-под мамы испорченную простынь, отодрал часть обивки с дивана и застелил дыру чистым полотенцем. Вспомнил откуда покойная хозяйка доставала постельное белье и полез в шкаф. Затем сводил маму в туалет, обтер мокрым полотенцем – воду приходилось экономить, и принес еды, а пока она кушала перестелил постель и заменил одеяло.

Пора было заниматься делами, но я боялся оставлять маму наедине с Маришкой. Дверь в комнату можно было бы закрыть на ключ, но если мама сильно захочет выйти, то хлипкая межкомнатная дверь не станет для нее препятствием. Достал шприц и с грустной улыбкой сделал ее инъекцию. А что мне еще остается?

Препарат начал действовать достаточно быстро, и маме даже стало на некоторое время лучше. Она легла головой на мое колено, посмотрела в глаза, и впервые за долгое время мне показалось, что она узнает меня. Я нежно коснулся ее черных, как вороново крыло, роскошных волос и она в кои-то веки не отшатнулась. Гладя маму по голове, я принялся нашептывать что-то донельзя дурацкое, но успокаивающее и не умолкал до тех пор, пока препарат не унес ее в мир грез и только после этого вышел и запер дверь.

Сделал Маришке еще одно внушение, после чего наконец-то занялся делами. Пора было разобраться с квартирой по соседству. Во-первых, я хотел расположить там временную лабораторию для своих опытов, а во-вторых, меня напрягала царящая там тишина, хотя я печенкой чувствовал, что в квартире кто-то есть.

В подъезде было шумно, люди активно ходили друг к другу в гости (моими стараниями между прочим, ведь это я обезопасил дверь подъезда) и громко разговаривали. Если так дело пойдет, то рано или поздно найдется мертвец, который ненароком откроет дверь, но это их выбор. Шумят, значит, и я могу немного пошуметь.

Вначале вновь решил применить дипломатический подход. Я довольно громко постучал кулаком в дверь, повторил раза три с промежутками, но мне не открыли. Замечательно. Вооружившись, принялся за дело. С трудом я вбил лезвие топорика в щель между дверью и косяком. Резко дернул, но инструмент плохо схватился и лишь расщепил деревянный наличник. Попробовал еще раз, и с тем же результатом. Н-да. Топорик жутко хорош, но все-таки универсальный инструмент проигрывал доброй старой фомке. Пришлось вернуться в квартиру, чтобы поискать ее в вещах покойной хозяйки.

Фомка нашлась в темнушке вместе с небольшим набором прочих слесарных инструментов. А как одинокой женщине пенсионного возраста прожить без инструмента? Правда, во время поисков чуть не подставился. Снующая возле меня, как пчела вокруг меда, Маришка, наткнулась на мешок с останками Тамары Игоревны, но заглянуть не успела. Нарычал на девчонку и прогнал играть в зал. Воспитатель из меня тот еще, но уж какой есть. Я не каменный и уже слегка прикипел к девочке, но готов передать груз ответственности любому хорошему человеку и даже выплатить солидные отступные в любой удобной валюте: гречка, тушенка, вода, могу и бесполезных нынче денег подбросить. Возьмете?

Собрав весь инструмент, я вернулся в подъезд. С хорошим инструментом дело сразу сдвинулось с мертвой точки. Дверь оказалась закрыта только на хлипкий верхний замок, и я уже примерился вывернуть язычок с корнем, как меня отвлекли.

– Тамара, ты дома? – прозвучал из-за металлической двери, что отделяла две квартиры от остального подъезда, голос пожилой женщины.

Скорей всего соседка. Секунду думал, а потом изобразил голодное урчание ходячего. На той стороне взвизгнули, а я довольно улыбнулся. Теперь отстанет.

– Дядь Саша, кто там? – очень не вовремя высунула свой нос из квартиры Маришка.

Я молча указал ребенку на дверь квартиры и скорчил злую гримасу, но было поздно.

– Девочка, ты там одна? – сердобольно спросила пенсионерка из-за двери.

– Нет, я с дядей Сашей и тетей Лизой, – тут же доложил болтун, который находка для шпиона. Я зло зыркнул на Маришку и та испуганно убежала в квартиру, громко стукнув дверью.

Ну, что за блядство! Пришлось открывать. На пороге в ярком мерзком домашнем халате стояла соседка. Я не помнил как ее зовут, но виделись точно. Город у нас небольшой, а моя бабушка долго дружила с Тамарой Игоревной, и мы вместе периодически бывали у нее в гостях.

– Здравствуйте, – поприветствовал я бабульку, улыбаясь своей фирменной улыбкой. Входить в доверие и налаживать контакт с клиентами – это один из основных инструментов нашего семейного бизнеса. Бабулька против воли улыбнулась в ответ.

– А где Тамара? – нерешительно спросила бабушка божий одуванчик, заглядывая в тамбур и цепким взглядом окидывая разложенные возле соседней двери инструменты.

– Умерла, – честно сказал я соседке в лоб, чем естественно ошарашил бабульку, и тут же начал ковать железо пока горячо. – Времена сами знаете какие… – доверительно сказал я, специально не закончив фразу.

– И не говори, – подхватила она и сама начала мне рассказывать какие тяжелые и ужасные нынче времена. Я делал вид, что внимательно слушаю, и поддакивал в нужных местах, пока она не выговорилась. – Хоть не мучилась Игоревна-то?

– Нет, тихонько ушла ночью. Сердце не выдержало, – скорбно сказал я и соседка понимающе закивала.

Таких бабулек ломом не перешибешь, они раз тридцать помирают, вызывают скорую, но живут-живут-живут и еще многих молодых переживают. Хотя тоже, конечно, не вечные. Рано или поздно смерть приходит за всеми.

– А я ведь тебя помню, – неожиданно сменила она тему. – Ты Саша… э-э-э…

– Корнач, – подсказал я.

– Да, точно, Корнач. И бабушку твою Анну Георгиевну знаю, – довольно заулыбалась соседка.

Я вежливо кивнул, так как говорить тут нечего да и не надо.

– Как она? – спросила соседка.

– Не знаю, – печально сказал я, чтобы вызвать сочувствие, и результат не заставил себя долго ждать. Соседка снова запричитала, а я снова закивал в нужных местах.

– А это вчера с тобой Лиза была? – снова перескочив с темы на тему спросила старушка.

– Да, – кивнул я, а сам мысленно выматерился. Старушка еще тот фрукт, явно в глазок подсматривала и все видела. Но мы оба хороши – я играю с ней, а она со мной – такова жизнь.

– Ох, и красивая девчонка была, да и сейчас, смотрю, как будто и не постарела совсем, – восхищенно сказала старушка и вновь окунулась в воспоминания. – Ну, так я пойду? – спросила бабулька, наконец-то утомившись.

– Конечно, приятно было встретиться, – искренне сказал я, потому что ключевое слово здесь было – «было» и слава богам прошло.

Соседка неуверенно затопталась на месте, стесняясь сказать, но я и без слов все понял. Сходил в квартиру, вынес две полуторалитровых бутылки воды и палку колбасы. Воды, конечно, у самих маловато осталось, но не морить же бабульку жаждой?

Закрыв за соседкой дверь, я облегченно выдохнул и вернулся к прерванному занятию. Вставил фомку и одним движением вывернул язычок с корнем. Отличный инструмент и первый помощник начинающего мародера! На всякий случай придавив дверь плечом, я положил фомку в ящик (потом в рюкзак переложу), вооружился кинжалом и «карающей дланью». Работаем.

Приоткрыл дверь и тенью скользнул в квартиру. Мимолетом отметил, что я как бы более плоским стал что-ли. Все чудесатее и чудесатее. Без «плаща тьмы» хрен бы протиснулся в чуть приоткрытую дверь. А ничего так, ремонт хороший, даже уютненько, если бы не гнетущая тишина и слабый запах тлена, вообще бы отлично было. Не зря я дергался, пусть и не видел, но нутром чувствовал, что хозяин дома. Ну, и где ты?

Бегать и искать затаившегося в энергосберегающем режиме мертвеца не стал, вместо этого просто постучал лезвием кинжала об ручку двери. Из ванной комнаты тут же послышалось голодное урчание. А вот и мы. Однако хозяин встречать гостей не торопился, тогда я еще пару раз повторил маневр – ничего, только слабое трепыхание в ванной. Я любитель попараноить и поперестраховываться, но сейчас больше не ощущал опасности. В квартире неоткуда было взяться сильной нежити, а если бы она и залезла через балкон, то не было бы запаха. И все равно расслабляться не стоит. Тенью я скользнул к дверям ванной и резко дернул ручку, держа кинжал наготове. Дверь не подалась, так как была закрыта изнутри. Похоже, не я один тут параноик, в прихожей висели только мужские вещи и не было всяких расчесок-резинок, а значит 99.9%, что мужик живет один.

Антрацитово-черный коготь «длани» без проблем справился с простеньким замком, я открыл дверь. Распухший мертвец лежал в ванне и смердел. Мужик и при жизнь старадал лишним весом, но после смерти так распух, что даже не мог выбраться из ванной. Беглый осмотр позволил мне сделать вывод, что он самоубийца. Бывают и такие, может и раньше крыша поехала, а может проснувшийся магический талант ее подтолкнул. Причем самоубийцей мужик был опытным. Об этом свидетельствовали, как старые шрамы на кистях, так и незажившие длинные порезы, а еще опасная бритва со следами крови на полу и бурые разводы по краю ванной. А вот воды и крови в ней не было. Тело нежити, после воскрешения, впитало кровь вместе с водой до капли. Вот его и разбомбило. В общем, крайне интересный экземпляр, пожалуй, оставлю его как есть. Правда, смердит от него жутко, но наука, как и красота, требует жертв. Ему уже все равно, а мне любопытно. Нежить ведь не спроста не любит дождь, вода явно негативно воздействует на их организм, по крайней мере остальные покойники так не смердят в посмертии. Разберемся, но позже.

Я быстро прошерстил квартиру, но больше не обнаружил ничего интересного. Шикарная плазма во всю стену, ровно как и дорогие наручные часы меня не заинтересовали. Зато нашел неплохой походный рюкзак литров на пятьдесят. Зачем он толстяку? Не похож он на туриста. Найдя такую замечательную вещь, начал потрошить квартиру уже по полной и через час за одной из картин наткнулся на сейф. Судя по его размерам, ничего ценного по нынешним временам там уместиться не могло, но неуемное любопытство не позволило отступить. Чтобы вскрыть этот бронированный шкафчик, потратил часа два и кучу матов. Но дело сделал. Как и ожидалось в сейфе лежали деньги, документы и еще какие-то бумаги. Мельком осмотрел добычу.

– Опа! А мечты то сбываются! – неожиданно для себя я стал акционером «Газпрома», не особо крупным и все же. Покрутил бумаги в руках и разочарованно бросил макулатуру на пол. Вот если бы в сейфе лежало золото или серебро, другое дело, но чего не было, того не было.

Потом нашел запасную связку ключей от обоих замков и автоматически стал хозяином квартиры. Живем. Чтобы хоть немного умерить смрад в помещении, я с помощью кинжала заткнул двери ванной по периметру распущенной на лоскуты простыней и проклеил скотчем, а затем открыл форточку. Надеюсь выветрится.

Разобравшись с помещением для лаборатории, я закрыл дверь на замок и убрал ключ в карман куртки – вернусь сюда позже. Соседи по подъезду по-прежнему бурлили активностью, но меня это мало волновало, я вернулся в квартиру и до самого вечера играл с Маришкой в карты. Конечно, обучать ребенка картам – это плохо, но шахмат не было, а так хотя бы отдохнул душой, безбожно мухлюя и на ходу меняя козыри. Правильное обучение игре, так меня учила бабушка, именно так и начинается. Человек сразу должен понять и запомнить на всю жизнь, что честно с ним играть никто никогда не будет.

Часов в шесть о себе снова напомнили соседи – кто-то начал нагло и с матами долбить во входную дверь. Я быстро прикинул расклад и решил, что не стоит связываться, вот если начнут вскрывать, тогда другое дело. Встречу дорогих гостей в лучших традициях благородных домов Венеции, например, воткну шило в ухо – аристократы такие выдумщики.

– Ты что, сука, с пенсионеркой сделал? – донесся до меня меня приглушенный голос из-за дверей. А ведь знакомый голосок, не тот ли это хмырь в дубленке, что оттяпал укушенному парню руку? Точно он. У меня немного подкипело, но я улыбнулся испуганной Маришке. Не хотелось связываться с этими придурками, сейчас они почувствовали силу и не прислушаются к логическим доводам, а проливать человеческую кровь я еще не созрел. Пусть успокоятся, поймут в какой жопе оказались, а вот после поговорим. Я умею ждать.

– Это он про бабу Тамару? – спросила сообразительная девочка.

– Нет, – с честными глазами соврал я.

– Но ведь она не чай ушла к соседке пить? Так долго чай не пьют, – вполне логично сказала Маришка.

– А баба Тамара ушла к соседке в другой дом, – снова соврал я.

– А-а-а… – попыталась продолжить Маришка, но я перехватил инициативу.

– А на улицы зомби. И она теперь не скоро сможет вернуться домой. Вот придут военные, убьют зомби и тогда она придет, – этот довод мелкой крыть было нечем. Может она и не до конца поверила в мою историю, но обыграть меня на моем поле у нее еще долго не получится. Эдак, примерно, никогда. Даже когда ей будет пятьдесят лет, я все равно буду старше и мудрее, а так как в моем роду все долгожители, то и разум останется при мне.

И тем не менее, ситуация была неприятной, чтобы не провоцировать мужиков на неверные действия, я быстро вышел в тамбур, накинул «плащ тьмы» и искаженным до неузнаваемости голосом предупредил их, что если будут вскрывать дверь, я начну стрелять. Мужиков проняло и они затихли. Голосок у меня в такие моменты был весьма специфический, тихий, как шепот, но резкий, как шуруп в кость, от его звуков и более уверенные в себе люди неожиданно заикаться начинали.

До позднего вечера играли в карты, а когда на землю опустились сумерки, я вколол маме очередную дозу препаратов и собрался в дорогу. Сегодня мне предстоит изрядно побегать по городу.

Глава 14

Ад на земле. Акт 3

Дачник Сидоров тырил у соседей кабачки и огурцы, за что и огрёб в дыню по самые помидоры.

Я тенью выскользнул из квартиры, закрыл за собой двери и спустился вниз. На выходе из подъезда валялась целая куча инструмента и каких-то железяк. Забыли, что электричество в розетках закончилось? Без него все эти дорогие BOSCH и Makita теперь не более чем груда барахла, а ручной инструмент сейчас мало у кого дома лежит, разве что молоток, да разводной ключ найдутся.

Я не удержался и поковырялся в этой куче, обнаружил весьма пристойный стальной засов и болты. Тот кто принес сюда весь этот хлам, был не дурак. Единственное, что не смог сделать умелец, так это проковырять четыре отверстия под болты в толстой стальной двери. Ну, это мелочи. Антрацитово-черный коготь блеснул во тьме. Фокус-покус и вуаля! Минута делов. Получились не очень ровно, ну, так и у меня не сверло в руках. Притянул засов на болты, и готово, теперь дверь можно запереть изнутри. Немного подумал, я решил сделать одно дополнение и сделал в двери еще один разрез. Теперь дверь можно открыть снаружи с помощью линейки… или когтя, как в моем случае. Я молодец!

Вышел во двор. Дневной ажиотаж жителей, как я и думал, привлек множество ходячих, и теперь возле дома толпилось не меньше трех с половиной сотен мертвецов. Голодные твари стояли вплотную к стенам, преданно заглядывали в окна первых этажей и тянули руки, но пока не могли забраться. Ничего, критическое количество уже набрано, стоит кому-то из жителей привлечь внимание толпы, и они возьмут квартиру штурмом. Как показала практика, высота и пластиковые окна не являются для нежити серьезным препятствием.

Я с сомнением окинул толпу ходячих взглядом, однако решил не вмешиваться. Это будет уроком, жестким, но правильным. Люди должны запомнить, что счастье любит тишину, а если я сейчас всех вынесу, то они не поймут своей ошибки. При этом, моя совесть чиста, я честно предупредил жильцов, а дальше уже от них зависит прислушиваться к моему совету или жить своим умом.

Тенью я проскользнул мимо мертвецов, но одна тварь среагировала на мое появление и потянула ко мне свои загребущие руки. Снова «видящий»! Остальные ходячие подхватили голодное урчание собрабрата и повернулись на шум. Не мешкая я нанес удар «карающей дланью» в «сердце мага», и мертвец высушенной куклой упал на асфальт. Толпа ходячие дружно сделали шаг в мою сторону, но я уже отбежал и приготовился к драке – «карающая длань Нергала» в левой, кинжал-дага из холодного железа в правой. Однако, зря я нервничал. Пять десятков тварей, подобно морской волне, качнулись вперед, но не обнаружив цель отхлынули обратно к стенам дома.

Короткая стычка, произошла очень быстро. Не ожидал, что обнаружу еще одного «видящего» так быстро. Я был настроен на долгие поиски, но все оказалось значительно проще. Получается, это не такая уж это и редкость. Обзор у тварей ограничен считанными метрами, но все равно неприятно.

Короткими перебежками от тени к тени я двинулся в сторону своего дома. Передвигаться приходилось рваным зигзагом и предельно аккуратно, так как улицы города буквально кишели нежитью. С приходом темноты они повылезли из своих укрытий и теперь бесцельно топтались на месте, пока не слышали громкий звук или не замечали живых. В основном ходячие держались группами по пять-шесть особей, но попадались двойки-тройки и редкие одиночки. А еще я пару раз видел, как такие группы активно реагировали на отдаленные выстрелы, они некоторое время шли в их сторону, но быстро теряли интерес к источнику звука, стоило оказаться рядом с жилым домом. Голод вел их к ближайшей цели, и они присоединялись к таким же группам, создавая толпу. Жаль. Было бы просто отлично собрать их в кучу, как фильмах, и уничтожить при помощи того же бензина или чего-то подобного. Увы и ах, в жизни все происходит по-другому.