Текст книги "Там, где кончается степь (СИ)"

Автор книги: Алексей Пинчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Ждали долго. И если раньше мне было наплевать, мог и часами в засаде пролежать, то сейчас молодое тело требовало немедленных действий, неважно каких.

– Послушаю, – не выдержав, прошептал я и, дождавшись кивка Мороза, скользнул в лаз, стараясь идти не спеша и не шуметь. А после того, как в темноте пару раз стукнулся головой о подпорки, и вовсе поплелся черепашьим шагом, касаясь рукой стены.

И хорошо, что люк щедро присыпали мусором, потому что я забодал его лбом абсолютно неожиданно, аж присев от удара. И тут же замер. Показалось, что сухой звук удара слышали все в крепости. Как говорится, хорошо, что мозгов нет, а то было бы сотрясение…

А между тем в подвале явно кто-то был, и этот кто-то был не один. Даже сквозь крышку и щедрый слой мусора я отчетливо слышал тихий плач, всхлипывания и чью-то сдавленную ругань. Без повелительных интонаций, как ругались бы победители, нет. Тут было скорее злобное, крысиное шипение раздраженного человека, боящегося высказать свой гнев открыто. И шипел этот кто-то на имперском…

Пробираясь по тоннелю обратно, я несколько раз пожалел, что в этом мире нет радиосвязи. Отошел бы подальше да сообщил все, что нужно. Но нет же, ходить теперь туда-сюда… Хотя лучше уж ходить, чем сидеть и ждать.

– Все тихо, пленники точно в подвале, как мы и рассчитывали, – отчитался, выйдя к своим. – А вот одни они там или нет…

– В любом случае охрана у дверей будет, – пожал плечами Мороз. – Дверей-то нет, сгорели.

– Могли и смастерить что-то. Борт от телеги приставить да подпереть, – покачал головой Миша. – Тоже люди, кому охота всю ночь как на иголках бдеть. Наверняка на стенах часовые, еще и подвал…

– Все равно, будем считать, что и там охрана, – подвел итог Мороз. – Значит, сейчас отдыхаем, а через пару часов пойдем. Пусть уснут покрепче…

– Знать бы еще, когда эта пара часов пройдет… – проворчал я себе под нос, в очередной раз сожалея об отсутствии часов.

– Я подскажу, не переживай, – шепнула Кайя, показав на усыпанное звездами небо.

Время тянулось чудовищно долго, причем не только у меня. Вроде опытные бойцы собрались, но все равно спать улеглись лишь несколько человек, остальные сидели, облокотившись на стены лаза, молча посматривали наверх и иногда теребили экипировку, проверяя в который раз, все ли надежно закреплено и удобно ли выхватывается оружие.

Револьверы перекочевали из рюкзаков на пояса, причем все взяли по два ствола, не рассчитывая на лишнюю удачу. Винтовки, упакованные в тканевые чехлы, были распакованы и заряжены, а ребята Мороза еще и свои маленькие арбалеты приготовили, загрузившись по полной программе. Впрочем, лучше уж так, чем в самый ответственный момент оказаться против опытных местных бойцов с мечом в руке. Андрюха вон попробовал, до сих пор лежит с дыркой в груди, и поднимется в лучшем случае к нашему возвращению.

– Пора! – негромко предупредила Кайя. – Через пару часов уже светло будет.

Люди поднялись мгновенно, словно никто и не спал. Мороз, оставив двоих бойцов на выходе из лаза, вооружился арбалетом, закинув винтовку за спину, и первым скользнул в проход. За ним потянулись его бойцы, так же с бесшумным оружием, ну а замыкающими пошли мы, уже с приготовленными винтовками.

Шли цепочкой, стараясь не шуметь, и все равно нет-нет да кто-то задевал снаряжением подпорки. А иногда и головой стукались о бревна, но молча шли дальше.

В этот раз лаз снова закончился неожиданно и, прислушавшись, Мороз с товарищами аккуратно приподняли крышку подземного хода и предельно аккуратно отодвинули ее в сторону.

А вот дальше все пошло немного не по плану… Одну вещь мы не продумали совершенно, в подвале не было окон. А значит, и темно там было так же, как в тоннеле… И, разумеется, кто-то из бойцов наступил на чью-то конечность…

Приглушенный взвизг женщины я услышал, уже выбираясь в каменный мешок подвала, и упал на пол, нащупывая крикнувшую. Вот только тот, кто на нее наступил, тоже пытался зажать ей рот, и мы активно мешали друг другу… А пленница от такой суеты над собой заорала еще громче…

А когда нам удалось, наконец, прижать ее к полу и зажать ладонью рот, в подвале послышался гомон проснувшихся пленников, а от входа кто-то гаркнул на ломаном имперском, чтобы все заткнулись. А не то он, мол, придет и всех сам успокоит…

– Свет! – шепотом рявкнул Мороз, и почти сразу над нами загорелся тусклый шарик волшебного светильника.

Щелкнули сразу несколько арбалетов, отбрасывая назад тело степняка, чей силуэт стал виден в дверном проеме, а по ушам ударил новый визг многочисленных женщин и детей, внезапно увидевших, как из под земли к ним кто-то лезет…

Глава 14

С пленниками разбирались Федя с Михой. И получалось у них не очень, если честно. Сказывалось воспитание, наверное. Они уговаривали женщин, успокаивали детей… А в это время мы, стараясь не мельтешить в дверном проеме, лупили в ночь магией и посылали арбалетные болты, больше на удачу, чем в цель. Но к нам пока никто не лез, и это радовало…

– Кайя, сможешь во дворе свет повесить? – запустив очередной диск, я с сожалением понял, что накопитель артефакта снова пуст, и машинально схватился за кобуру, но, выругавшись, отпустил руку. А потом взял и, подхватив ближайшую пленницу, швырнул ее в отверстие подземного хода. – Все вниз, вашу мать! Бегите уже, дуры!

Не знаю, сколько продолжался бы этот дурдом, если бы не вмешательство Моры, прекратившей колдовать и занявшейся принудительным освобождением пленников. Вот уж кто не постеснялся добро причинять и радость наносить! Мора гнала народ к подземному ходу буквально пинками, а там уже и стадный инстинкт сработал, и вся толпа, мешая друг другу, ломанулась в яму…

К тому времени, когда в дверной проем начали активно залетать стрелы, мы уже погасили у себя свет и достали ружья. А дальше бой пошел уже по привычному руслу, разве что никто не пытался нас выкурить, кидая в помещение гранаты. Факел, правда, пару раз закинули, чтобы увидеть наши силуэты, но каждый раз мы успевали столкнуть его в сторону, а там уже, подобрав, кидали в ход.

– Сами тут справитесь? – спросил Мороз, который, пока убирал арбалет, оказался позади и никак не мог поучаствовать в бою. Дверной проем плотно оккупировали мы с Лехой, а когда перезаряжались, наше место занимали Федя с Михаилом. И даже маги, занятые подсветкой двора, менялись, хотя тут и не было особой необходимости. Все же заклинание светлячка не отнимало так много сил.

– Иди! – рявкнул я в ответ, прекрасно понимая, о чем он. – Только убедитесь сначала, что пленники сбежали, а то спалимся!

– Не учи отца… – буркнул Мороз, но я уже не слушал, меняя Федю у дверного проема.

Во дворе, укрываясь за телегами, копошились степняки, иногда быстро высовываясь и стреляя в нас из коротких луков, но особого успеха не имели, поскольку мы успевали заметить противника и укрыться, а то и выстрелить в него раньше. Немного напрягало то, что основная масса врагов нам была не видна, но тут уж ничего не поделаешь. Хотя за это я был спокоен. Что нам могут сделать в таком укрытии да с таким оружием?

Как ушли через ход разведчики, я не заметил, занят был. Но о том, что опрометчиво решил, что тут они не нужны, пожалел довольно скоро. Может быть, если бы в нового противника мы стреляли все вместе, нам удалось бы убить его сразу, не потеряв время и удобную позицию?

Он появился в дверном проеме неожиданно и, метнувшись вперед, рубанул мечом по мне, так, что я едва успел завалиться на спину, уходя от удара… Но успел, и в незваного гостя ударили сразу несколько пуль от моих товарищей. Вот только степняка окутала светящаяся пленка, и пули застряли в ней, практически безвредно клюнув в кожаную куртку, и остались висеть в этой прозрачной защите, словно приклеенные.

Степняк лишь сбился с шага, остановившись на секунду, но это его и погубило. Полыхнув блеском искорок, в грудь врага ударил волшебный снежок, сбивая чужую магию, а следом в то же место выстрелил я, все еще лежа на спине.

– Ага! – рявкнул я и тут же пополз в сторону прямо на спине, отталкиваясь ногами, потому что, пока мы отвлеклись от дверного проема, за телегами стрелков стало больше. И некоторые из них тоже окутались подобной защитой.

– Сияющих в голову бейте! – крикнул Федя, отстранившись из-за чиркнувшей по стене стрелы. – Их с ног сбивает… Мозги встряхивать должно!

С каждой минутой инициатива в бою все плотнее переходила в руки степняков, и вскоре мы стреляли почти не целясь, на мгновение высовываясь из-за укрытий. А у противника все больше людей окутывалось подобным доспехом…

Штурм подвала был делом времени, и как я подозревал, совсем недолгого. Высунувшись для очередного выстрела, я успел заметить, как стрела одного из лучников напитывается магическими искорками и уже сверкает нестерпимо ярко…

– Ложись! – успел рявкнуть я, падая на пол, и в следующую секунду в стену словно снаряд угодил, проделав в каменной кладке огромную дыру, куда мог бы пролезть, не напрягаясь, взрослый человек.

– Держу! – рявкнул Миха, подскочив к дыре, и принялся палить во двор из револьвера, пытаясь остановить врагов. А в пару к нему встала Мора, благо на оружие она полагалась гораздо больше, чем на магию, которой владела откровенно слабо.

Некоторое время в перестрелке сохранялся паритет, но вот в стене уже сияет новая дыра, а потом еще одна… Крыша пока еще держалась, на честном слове, наверное, хотя… Думаю, что ее не обрушили на нас только потому, что степняки не хотели терять живой товар, которому из подвала некуда было деться. И будь у противника время подумать, они бы поняли, что их пленников тут уже нет, и тогда нам бы наступил полный и окончательный финиш…

– Серый! – Крик Феди послышался аккурат в тот момент, когда я перезаряжал винтовку, а я успел подставить ее под удар лишь в последний момент.

Стальная сабля степняка прорубила половину ствола из клея и наглухо застряла в чудесном материале, а я, пнув противника в колено, откатился назад и успел выстрелить из револьвера, но свое дело этот гад сделал, отвлек меня от дверного проема. И вскоре мы отстреливались уже из глубины подвала, а враги использовали стену как укрытие, засыпая нас стрелами через многочисленные проломы.

Некоторое время нас спасала темнота внутри помещения, но долго так продолжаться не могло. Я сидел за одной из колонн, подпирающих потолок, и перезаряжал револьвер, а рядом, скрючившись за какой-то грудой мусора, лежал Миха и ругался на чем свет стоит, перетягивая разодранную стрелой руку.

– Бинт потом сажей вымажи…

– Разберусь, стреляй давай! – рявкнул в ответ Миха, но по бинту грязной рукой мазнул, убирая белое пятно повязки. Сам я даже перевязываться не стал, хотя чувствовал, как по спине течет кровь. Но силы еще были, и двигаться мог, а значит, можно было побарахтаться.

Честно говоря, я уже считал последние патроны и ждал, когда на нас ринется очередной бронированный магией боец, но то ли это была сложная магия, то ли колдовалась такая защита долго…

И все же нам везло, как всегда. В самый сложный момент в нас вдруг перестали стрелять и бой сместился обратно во двор, где часто и гулко захлопали винтовки, собирая кровавую дань со степняков.

Застигнутые врасплох враги падали под ударами пуль, пытались укрыться снова за телегами, но тут уже мы переместились к пробоинам и тоже открыли плотный огонь… И вскоре во дворе остался лишь один человек, окутанный все тем же белым сиянием. На картинках такими рисовали святых, но в это я поверил бы, только если бы не видел измученных и избитых пленников.

– Шаман! – словно выплюнув это слово, произнес Леха и, подняв револьвер, быстро выпустил в светящуюся фигуру все пули. – Вот же… Стреляйте, мать вашу, уйдет сейчас!

Покачав головой, я смотрел, как степняк презрительно оскалился и неимоверно быстро бросился через двор к коновязи, где с разбега запрыгнул на спину быка и, стукнув ногами по бокам животного, помчался через двор к выходу из крепости.

Во дворе все еще хлопали выстрелы, но достать шамана так и не получилось, несмотря на то что стреляли опытные бойцы. Несколько пуль попало и в быка, но тот только быстрее помчался вперед, подальше от злых свинцовых ос, жалящих так больно… В родную степь.

– Ты чего не стрелял? – устало повернулся ко мне Леха, сунув в кобуру пустой револьвер. – Может, и просадили бы защиту…

– Пустой… – пожал плечами я и устало сел прямо на землю. – Глянь, что у меня со спиной, а? Жжется, сил нет!

– Все люди как люди, грудью стрелы встречали, а ты спиной? – ухмыльнулся Леха, мотнув головой туда, где из лаза выбирались Миха с девчонками, но спину осмотрел и тут же скомандовал: – Снимай кольчугу, у меня рентгена в глазах нет!

Как оказалось, стрела попала вскользь и, пробив кольчугу, прочертила мне глубокую царапину на спине. Да так и осталась под кольчугой, добавляя свежих царапин при каждом резком движении.

– Опять! – всплеснула руками Кайя и, тяжело вздохнув, взялась за лечение. А там и Миха со своей рукой подтянулся.

– Вот вы лопухи! – ухмыльнулся Леха, увидев, как из-за колонн к нам хромает Федя. – Так скоро одни шрамы вместо кожи останутся!

– А сам-то! – почему-то обиделась за мужа Мора. – Тебе же стрела в живот попала, я видела!

– Ну и что? – ухмыльнулся наш авиатор и с глухим звуком постучал себя по груди. – Я чего, дурной, что ли, таскать на себе все это железо?

– Погоди! – Я поймал друга за рукав и, расстегнув куртку, увидел на нем до боли знакомый бронежилет, на котором черным маркером было выведено: «Не снимай, убью!» – Вот ты куркуль! А через портал как пронес?

– Так плиты китайские, ни фига не из железа, – пояснил друг. – Я еще брать не хотел, но Ирка как клещ вцепилась, возьми, мол, а то не поедешь никуда.

– Надпись она сделала? – улыбнулся я, вспомнив характер супруги друга.

– А кто же?

Отдыхали недолго и, едва начало светать, взялись запрягать животных в телеги да грузить трофеи.

Быки, которых здесь использовали как гужевой транспорт, отличались от верховых скакунов, как кошка от тигра, и если честно, то к последним никто из нас подходить не рискнул. Уж больно грозно фыркали эти огромные животные, норовя проткнуть острыми рогами любого, кто подойдет к коновязи. Но нам и телег хватило, все равно никто из нас верхом ездить не умел.

– Пусть остаются, – махнул рукой Мороз, с сомнением разглядывая погнутую кирасу, в которую угодил удар копытом одного из животных при попытке подойти. – Тем, кто придет сюда занимать эту крепость, тоже жрать что-то надо. Вот в котел эти чудовища и отправятся. Слышишь, скотина рогатая!

А рогатая скотина между тем насмешливо посматривала на пострадавшего разведчика и наверняка примеривалась, как бы ему добавить. Чтобы не обзывался…

Трофеи, захваченные степняками, даже не осматривали, только покидали сверху на телеги оружие да доспехи убитых, и все. Не хотелось терять время, любопытство можно и дома утолить, не спеша. А сейчас стоило уходить, пока не прибыли степняки или, того хуже, погоня имперцев.

Ну а загрузившись, еще раз проверили оружие да обновили патроны в пустых патронташах, достав из рюкзаков запасы.

– Пожрать бы надо, – с сомнением глядя в сторону ворот в империю, проворчал Мороз. – В степи лучше не останавливаться.

– На ходу пожрем… – махнул я рукой и тут же сообразил, что сморозил чушь. – А, блин… Ладно, что уж теперь…

В итоге, разведя небольшой костер, поставили кипятиться большой котелок для чая, а сами в это время принялись доставать, у кого что осталось от еды.

Быки, уже запряженные в повозки, косились на нас недружелюбно, но ждали, стоя на утоптанной до каменного состояния земле. И я, если честно, слабо представлял себе, как мы поведем такой караван через степь к своей заставе. Именно что поведем, потому как телеги были загружены до предела и вести животных предстояло на поводу.

– А эти твари не кусаются? – опасливо спросил Леха, откусывая от бутерброда здоровенный кусок. Лепешки за это время высохли до дубовой твердости, но если запивать их чаем, то прожевать получалось, хоть и с трудом. – А то и за небом следить, и за окрестностями, и за этой скотиной, чтобы не цапнула…

– У коров зубов нет, – пожав плечами, успокоил его Федя. – То ли нижних, то ли верхних, не помню…

– Уже легче…

И словно в насмешку, один из быков клацнул зубами в воздухе и принялся пережевывать какое-то крупное насекомое, неосмотрительно пролетевшее прямо у него перед мордой.

– Ух ты! – оценил Леха и, покосившись на Федю, покачал головой. – Биолог из тебя не очень…

– А я чего? – скривился в ответ тот. – Биологию мы в школе учили, на Земле. А тут другой мир…

– А можно нам тоже немного хлеба? – наш дружный смех прервал детский голос, послышавшийся из подвала. – Корочку…

– Итить-колотить! – зло буркнул Мороз, подскочив на месте и, мельком глянув на ребенка, стоявшего в дверном проеме, пристально посмотрел на стоявшего на стене часового. – Колька, твою мать! Я тебе глаз на жопу натяну! Чтобы видел лучше, придурок…

– Ты кто? – Первой рядом с ребенком оказалась Кайя и, присев рядом с мальчиком, протянула ему лепешку и свою кружку с водой.

– Салеш… – еле слышно ответил мальчик, вцепившись в угощение. – Так я пойду? Вы же меня не убьете?

На вид ребенку было лет шесть, хотя я в этом вопросе слабо разбирался, своих детей у меня так и не случилось. Но на первоклашку он тянул точно.

– А куда ты пойдешь? – ласково спросила Кайя и растерянно оглянулась на нас. И я ее прекрасно понял. За последние полгода у нее тема детей стала довольно важной, а тут маленький мальчик, один, в диких краях… Как отпустить?

– К сестре, – настороженно глядя на волшебницу, еще тише ответил мальчик и вдруг дернулся бежать в помещение, молча, но решительно.

– А ну стой! – Кажется, Кайя среагировала на одних рефлексах, схватив шустрого мальчугана за шиворот, но тут же отпустила руку, прижав ее к телу. – Ах ты!

За это время я успел подойти ближе, но единственное, что успел, это увидеть, как ребенок скользнул в яму подземного хода.

– Шустрый малыш, – покачал я головой, встав рядом с супругой. – Укусил?

– Камнем острым чиркнул… – с удивлением в голосе призналась жена и показала длинный порез на запястье, уже сочившийся кровью. – Боевой малыш, далеко пойдет!

– Угу, если волки не сожрут… – поджал губы я и, подумав, зашагал в сторону ворот. А потом и вовсе побежал. Туда, где в зарослях мы откопали второй выход из тоннеля.

Примерно на середине пути меня догнала Кайя, а после к забегу присоединился Леха, с винтовкой в руках. Хоть у кого-то хватило мозгов подстраховаться… Не от ребенка, конечно. Но места здесь были дикие, и помимо людей хищников хватало.

Мальчик каким-то чудом успел выскочить из подземелья у нас под самым носом, но споткнулся о корень и упал, пропахав руками землю. При этом лепешка вылетела у него из-за пазухи и покатилась по пыли.

Ребенок отчаянно взвыл и, вслепую отмахнувшись камнем с острой кромкой, кинулся к хлебу. А схватив добычу, развернулся к нам и оскалился, как зверек, уставший, битый, но не сдавшийся.

– Ну и куда ты один пойдешь? – спросила Кайя, которой мы доверили вести переговоры. – И зачем?

– Домой, – буркнул мальчик. – Только вы меня не отпустите, да? Продадите степнякам за траву?

– Херню не неси! – не выдержав, усмехнулся Леха и, перейдя на имперский, продолжил: – И много мы за тебя получим? Хотели бы торговать с этими козлами, никого из вас бы не отпустили. Ты почему со всеми не ушел?

– Я что, дурной, что ли? – буркнул ребенок, удивленно посмотрев на Леху. – Они по дороге пошли. Догонят и опять схватят. А мне домой надо.

– Далеко дом?

– Далеко…

– А на телеге быстрее будет? – влез я в разговор. – Умеешь телегой-то управлять?

– Не умею… – шмыгнув носом, признался малыш, но тут же поправился: – Научусь!

– Ну, тогда пошли с нами, – с ходу поняла меня Кайя. – Поможешь нам управлять одной из телег, а когда дойдем до крепости, получишь эту телегу. Пустую, конечно.

– А долго до крепости? – недоверчиво посмотрев на нас, уточнил ребенок.

– Если сейчас закончим тебя уговаривать, то к ночи будем на месте.

– Ну пошли тогда, чего стоим-то? – с непосредственностью, присущей только детям, заявил малолетка и уверенно зашагал к крепости, туда, где за нами наблюдал почти весь отряд.

Глава 15

Путь по степи проходил напряженно, несмотря на то что мы соорудили цепочку из повозок и не меньше половины из нас смогли идти рядом, внимательно осматривая окрестности. Как соорудили? Да просто привязали поводья быков к заднему борту повозок, составив их в колонну, вот и получился своеобразный автопоезд. Быкопоезд? Впрочем, как ни назови, а процессия получилась неказистая, но практичная. На себе столько всего мы таскали бы месяц, не меньше, даже при условии, что степняков при подсчете трофеев оказалось меньше, чем мы ожидали.

Скорее всего, половина отряда осталась прикрывать отход обозников с добычей, которые и попались в нашу засаду. И значит, Сашка был прав, когда не стал бежать со всей толпой по дороге. Сцапают их, как пить дать. И хорошо, если это будет как можно позже. Хотя…

– Как думаешь, беглецов уже поймали? – повторяя мои мысли, спросила Кайя, до которой тоже дошло, что трупов в крепости намного меньше, чем нам показалось в запарке боя. Ладно, признаюсь честно… Изначально мы были уверенны, что Леха просто обсчитался, до тех пор, пока Сашка не разговорился и не поведал нам о том, что вчера отряд разделился, и часть осталась, а часть повезла добычу в степь.

– Саш, а ты считать-то умеешь вообще? – задал я наводящий вопрос, благо шагал рядом с быком, на котором гордо восседал мальчуган, пытаясь управлять здоровенной скотиной.

– Меня зовут Салеш! – вместо ответа буркнул мальчик и гордо отвернулся от меня в сторону Кайи, которая шла по другой стороне от повозки.

– Понятно…

К волшебнице ребенок сразу проникся доверием и даже не возражал, когда девушка называла его переделанным именем, а вот к мужчинам относился настороженно. Впрочем, меня это не сильно волновало, поскольку мы собирались вскоре отвезти его домой, когда поедем реализовывать трофеи в империю.

Как утверждал Мороз, это была нормальная практика, и наемники часто привозили ценную добычу в прифронтовые города, закупались там же всем необходимым и отправлялись обратно на границу, чтобы, рискнув, или сложить голову в очередном бою, или снова взять трофеи. Собственно, за счет них жили некоторые купцы, везя вглубь империи сабли и доспехи, а обратно вино и еду. В основном, конечно, вино…

– А ты в школу ходишь? – продолжала расспрашивать Кайя, не спеша шагая рядом с мальчиком.

– Так мне рано еще! – удивился Сашка. – У меня еще три года свободы есть!

– Почему свободы? – возмутилась Кайя и, решив внушить ребенку полезные мысли, продолжила: – Учиться полезно, без этого сложно… Я вот не доучилась, приходится теперь самой как-то до всего доходить, годами…

– Ты сбежала? – восторженно воскликнул Сашка, всем корпусом повернувшись к девушке, и чуть не сверзился при этом с быка. – Здорово! Я тоже сбегу, обязательно!

– Так, подожди! – Кайя вскинула ладонь, останавливая восторги ребенка, и уточнила: – Я не сбегала. Просто мне пришлось идти… Помогать семье, в общем.

– А… так ты же в обычной школе была… – явно разочаровано протянул мальчик и, поморщившись, отвернулся обратно. – Тогда другое дело. Нас в такую не возьмут, некому платить, а сами мы столько не укр… не заработаем.

– Подожди, то, что за школу нужно платить, я знаю, – влез в разговор я. – А если нет денег, тогда что меняется? Условия другие?

– Тогда нас ловят и отправляют в особую школу, где мы живем, пока это все не закончится, – нахмурился юный имперец. – А закончив школу, работаем, пока не погасим долг. Это даже не школа, это тюрьма для бедняков. Или для тех, кому негде жить, как мы…

Кивнув, я замолчал, обдумывая услышанное. То, что мальчишка сирота, было понятно по его оговоркам, про родителей он не сказал ни слова. А вот то, что таких детей изолируют, было новостью.

Некоторое время я шагал молча, слушая разговор ребенка и волшебницы, которая потихоньку вытягивала из Сашки подробности их жизни и чем дальше, тем больше хмурилась. Неудивительно в общем-то. Даже изгоям на островах жилось веселее, если уж на то пошло.

Как оказалось, никаких приютов для сирот в империи не было, ну или их не было в приграничных городах. Вместо этого дети жили сами по себе, как могли, и если доживали до десяти лет, то уже тогда за них брались чиновники, как за ресурс, который в будущем мог принести пользу. Удивительно циничный подход, если честно. Дожил до определенного возраста – пригодишься, иди сюда, сейчас мы тебя используем. Родился в неблагополучной семье и не дожил? Ну, бывает…

Когда напали степняки, беспризорники были в деревне, на заработках. Трудились в поле, выпалывая сорняки в обмен на еду и ночлег на сеновале. Лето вообще было для малолетних бродяг золотым временем, можно было не заботиться ни о чем, отъедаться впрок и даже немного скопить еды на осень. А если сильно повезет, то и раздобыть в соседней деревне что-то из одежды. Там, где работали и жили, сироты не воровали никогда, за это могли убить, причем не те, у кого украли, а свои же товарищи.

– Почему? – удивилась Кайя. – Убить за старую одежду?

– Потому, что больше в эту деревню нас не пустят, – неожиданно по-взрослому пояснил мальчик. – И придется искать новую. И чужих не везде примут. Берут обычно тех, кого уже знают…

– Внимание! – голос Мороза прервал разговор. – Посматриваем назад, не расслабляемся!

Подхватив с телеги винтовку Кайи, завернутую в ткань, я остановился и, дождавшись, пока Мороз догонит, уточнил, что случилось.

– Орел упал, – хмуро пояснил разведчик, указав рукой туда, откуда мы пришли. – Где-то над крепостью. И обратно не взлетел.

– Может, поймал кого и жрет теперь? – сам не веря в это, спросил я.

– Может…

Когда-то я думал, что степь ровная, как стол, как то же море, только волны гуляют по траве. Но реальность оказалась совсем другой. Были здесь и холмы, и овраги, да и предгорье давало о себе знать. С гор и так стекали ручьи, постепенно прорезая почву извилистыми балками, а уж по весне они и вовсе превращались в быстрые речушки, годами меняя ландшафт… К чему я это? А к тому, что погоню, если она была, мы увидеть не могли никак. Но и шли медленно, обходя неудобные места или выбирая, где переправляться через балки.

– Медленно идем, – покачал головой я, прикидывая время по солнцу. – Хорошо, если половину пути прошли. Догонят…

Мороз задумался, поглядывая по сторонам, только мне его мысли не понравились сразу.

– Мы останемся, – опередил я его. – Задержим погоню и уйдем оврагами. И даже не спорь! Мы моложе, быстрее и с магией немного дружим. Если снова шаман попадется, сможем хоть что-то сделать. Только патронов отсыпь. Опять же, как доберешься до заставы, отправишь людей нас прикрыть.

Вопреки моим ожиданиям, Мороз скривился, поджал губы, но спорить не стал, лишь кивнул и пожелал удачи. И увел группу в сторону заставы, а мы остались, укрывшись в одном из оврагов, вдоль которого шла тропа.

– Ну что, как в старые добрые времена? – улыбнулся Леха, лежа на склоне оврага с травинкой в зубах. – Только без дронов, и танков не будет?

– Только быки! – усмехнулся я, укладываясь рядом. Кайю с Морой мы оставили с караваном, выдержав целое сражение, посерьезнее, чем до этого в крепости. И убедить девушек удалось только после того, как был использован бесчестный прием в лице мальчишки, о котором нужно позаботиться, довезти до крепости, покормить…

– Жалко, мин нет, – из глубины балки, раздвигая густые кусты, выбрался Федя, ушедший проверять пути отхода. – Любо-дорого было бы за собой все заминировать. Напомни мне заняться, когда вернемся. Попробую в городе кристаллы найти.

– Орел… – невпопад сказал Миха, который как раз наблюдал за небом. – Вон опять появился.

Над сожженной крепостью, действительно, снова показался орел, который летал над степью, нарезая широкие круги и высматривая добычу. Вот только как-то неправильно он это делал, пролетая все расширяющимися кругами.

– Словно следы ищет… – озвучил вслух мои мысли Федя. – Глянь, в нашу сторону полетел!

Орел и вправду был огромный. Если издали он казался обычной птицей, то подлетев ближе, реально пугал своим видом… А еще он светился от магии.

– Надо сбить! – первым сообразил Миха. – Он за нашими летит, не к добру. Еще и магия эта…

– Может, опять проделки шамана, – буркнул Леха, приготовив винтовку.

– Залпом, как поравняется с нами! – скомандовал я, беря на изготовку оружие.

Выстрелы прогремели почти синхронно, птица дернулась и, заложив вираж, ушла в сторону, но улетать далеко не стала, наоборот, принялась кружить над нами, набирая высоту.

Не знаю, может быть, магия защищала летающего гиганта, а может быть, мы толком ничего в нем не повредили, но выстрелы все стучали и стучали, а результата не было, орел лишь иногда менял направление полета, но неуклонно возвращался к нам. А потом упал…

– Воздух! – только и успел рявкнуть я, когда понял, что хищник далеко не мертв, а пикирует на нас сам, по своей воле.

В овраг мы скатились кубарем, уходя от удара, и тут же нас обдало ветром, а крылатый агрессор в последний момент превратил падение в полет.

– Сука! – орал Леха, стреляя вдогонку птице из револьвера, моргая при этом, чтобы кровь из ссадины на лбу не заливала глаза.

И что самое удивительное, орел вдруг снова дернулся и, кувыркнувшись в воздухе, упал куда-то за пределы оврага.

– Добьем! – С револьверами в руках я кинулся по склону наверх, чтобы оказаться лицом к клюву с летающим чудовищем…

Наверное, сработал рефлекс, потому что стрелять я начал еще до того, как понял, что вижу, и тяжелые пули разнесли череп хищника, в котором больше не было магии… При этом брызги крови попали мне на лицо, и, отшатнувшись, я оступился и самым позорным образом снова оказался на дне оврага, съехав туда на спине.

– Не нравится мне местная фауна… – Леха, сев рядом, вытер окровавленное лицо и вздохнул. – Над империей летать лучше, конкурентов нет. Прикинь, в воздухе с такой херней встретиться?

– Это ты еще медведей местных не видел! – похвастался знаниями Михаил с винтовкой в руках, уже карабкающийся из оврага.

– Да ну на хер… – Меня аж передернуло, стоило вспомнить наш первый день в степи.

Часа два после того, как мы разобрались с огромной птицей, все было спокойно. Но при этом пришлось разделиться, чтобы следить за всеми направлениями. Не хотелось бы, чтобы подозрения Лехи о том, что птица находилась под управлением шамана, оказались правдой, но… В этом странном мире все могло быть. И вероятность того, что как раз сейчас, следуя данным пернатой разведки, нас окружают, была совсем не нулевой. А потому мы с Лехой пробежались, заняв новые позиции, и сейчас лежали на склоне холма, ожидая погоню.