Текст книги "Авангард. Третий ангел (СИ)"

Автор книги: Алексей Котов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

– Какая прелесть, – разглядывая машину произнесла Екатерина, уже вернув себе привычный холодный облик.

– Нравится? – поинтересовался я.

– Может быть, – пожала она плечами.

– А знаешь чей?

– Мой? – улыбнулась Катя.

Догадливая какая. Сейчас надо принять ее в отряд Посланника, а дальше думать, как нам выбраться из осажденного города. Причем прорыв я бы оставил как последний вариант – я ведь дипломат, могу попробовать договориться с бандами рейдеров о том, что нас пропустят. Дикая дивизия Эль-Пасо значительно усилит Элизиум, главное только всех вывести, а вернуться сюда можно будет, когда батальоны сил обороны развернутся в бригады.

– Теперь давай думать, как выбраться отсюда, – негромко произнесла Екатерина. – Ты же меня заберешь?

Вот со всех сторон умная женщина, а такую глупость сейчас сотворила. Еще в тот момент, когда она только заговорила, глаза одного из сопровождающих роботов ярко вспыхнули красным и я понял – подобная откровенность является серьезной ошибкой. Даже среагировать не успел, когда загудел привод шестиствольного пулемета и через мгновенье длинная очередь ударила в хрупкую женскую фигурку, мгновенно превратив ее в темную развеивающуюся дымку.

– Посланник Аксель, вы признаны соучастником в государственной измене королевы Екатерины и объявляетесь нежеланным гостем Эль-Пасо. Немедленно покиньте территорию города, – прозвучал отовсюду голос управляющего городом суперкомпьютера Кракс, а на меня оказалось направлено оружие боевых роботов.

Слишком все хорошо было, слишком я расслабился. Нельзя так, особенно в мире, правила в котором придумывали бездушные творцы-основатели, ориентируясь на такое понятие как «игровой сеттинг».

Глава 6

– Не отказываясь выполнить указание немедленно покинуть город, хочу задать несколько уточняющих вопросов, – проговорил я, глядя в красный визор забрала охранного робота. – Аннулировано ли мое гражданство в Эль-Пасо?

– Ответ отрицательный, – голос управляющего городом суперкомпьютера прозвучал не общим оповещением на весь город, а из динамиков робота только для меня.

Взгляд я старательно не опускал, чтобы не смотреть, как с легким гулом электропривода крутился шестиствольный рука-пулемет. На меня пока не направлен – уже хорошо, но там реакция мгновенна. И хорошо, что гражданство не аннулировано – видимо, работают алгоритмы заложенной основателями «справедливости», где управляющие поселениями боги из машины могут только реагировать на прямую угрозу, будучи ограниченными в самостоятельности.

Хотя лишение гражданства дело времени, сейчас будет назначена временная администрация, и перестану быть рукопожатым здесь, так что надо быстрее соображать.

– В Эль-Пасо находится мое законное имущество – женщины Рита, Зита и Гита. Могу я их забрать?

– Ответ положительный. Даю команду привести их сюда, – после краткого раздумья сообщил суперкомпьютер.

Шестиствольный пулемет все еще крутился вхолостую с легким гулом привода, что благожелательной обстановке переговорного фона совсем не способствовало.

– Еще один вопрос: кто сейчас является главой города Эль-Пасо?

– Ввиду исчезновения королевы Екатерины исполняющим обязанности главы города до момента выбора городского совета является гражданин Авип Лакос, первый советник королевы.

Лакос, оказавшийся полезным настолько, что сохранил свой пост и сейчас, и после гибели мэра Эмиля Рачкевича, заметно напрягся. Понимаю – советником быть проще, чем главным, потому что именно главному приходится за все отвечать, а советник пропетлять может. Но главным Лакос назначен до процедуры выборов городского совета, так что наверняка выкрутится и как обычно останется при власти, такие люди очень редко тонут.

– Уважаемый Лакос, обращаюсь к вам как Посланник Системы, – перевел я взгляд на слегка растерянного первого советника. – Готовы ли вы провести переговоры с анклавом «Элизиум»?

– Переговоры противоречат миссии и целям города, – упреждающе ответил вместо Лакоса суперкомпьютер. Бывший первый советник практически одновременно с этим извиняющеся пожал плечами, явно показывая, что он и хотел бы со мной поговорить, но вот бездушная машина не позволяет.

– Посланник Системы Аксель, не злоупотребляйте гостеприимством Эль-Пасо, – напомнил о себе суперкомпьютер.

– Да-да, уезжаем сразу же, как только моих женщин дождемся, – махнул я обескураженному всем происходящим Петру в сторону Мародера. Он шагнул было вместе со мной в сторону колесницы апокалипсиса, но передумав двинулся к рейдерскому багги, где на пулеметной турели маска чумного доктора висела. Надо же, не хочет оставлять.

Сам я уже был у массивной черной машины. Забрался в кабину по высокой ступеньке, уселся в удобное водительское кресло. Оформление кабины напомнило трактор «Беларус» – в отличие от перегруженного сенсорными дисплеями Скаута, здесь все достаточно просто и функционально. Впрочем, возможность вызвать интерактивное меню в наличии, так что я мгновенно его открыл в надежде на улучшение модификации машины. Петр в это время, надо же, крепил маску чумного доктора на дуги в кузове пикапа – заметил я краем глаза в зеркалах заднего вида движение.

Возможность улучшения машины ожидаемо в наличии – все же у меня было два повышения уровня Посланника. Вот только для модификации нужно заехать в специализированный гараж, а самый ближайший в анклаве «Элизиум», построить маршрут? – спрашивала система.

Ну да, мы сейчас выполняем действия не в статусе системного задания, так что моментального приза не будет. Это плохо, значит надо противорадиационные препараты принимать – сразу стало неуютно в таком удобном до этого момента салоне колесницы апокалипсиса.

Маршрут я построил, голосовые оповещения отключил, оставив только небольшой экран со стрелочкой направления, после полез по ящикам. Искомое нашел сразу – достав початый блистер с желто-красными капсулами противорадиационного препарата. Выщелкнул одну, проглотил не запивая и протянул блистерную упаковку Петру, только что запрыгнувшему в машину.

– Это зачем?

– Здесь электродвигатель, питающийся от радиоизотопного термоэлектрического генератора, – вспомнил я даже почти дословно описание Мародера. – Только этот генератор фонит, требуя приема профилактических средств.

– Чем фонит?

– Радиацией.

– Радиацией⁈ – даже чуть подпрыгнул Петр. – Так может мы на Скауте поедем?

Похоже, недавнее обсуждение машины в боярской усадьбе он не слушал, будучи пьяным и пропустив часть про противорадиационные препараты.

– Вокруг куча рейдеров, которые на наш Скаут сразу наведутся как на мишень без лишних разговоров, – вспомнил я наши приключения с Лизой. – На этой же колеснице нужно только покинуть город и дальше за своих сойдем, общей связи у рейдеров наверняка нет. Прими таблетку, и все будет нормально.

– И эта таблеточка от радиации поможет?

– Должна.

– А вдруг я импотентом стану? – нешуточно обеспокоился Петр, помахав блистерами с желто-красными капсулами. – Давай может на багги, как и приехали?

Покачав головой, я показал Петру за спину – как раз несколько гвардейцев в хоккейных масках откатывали наш багги в сторону.

– Тем более нас уже пятеро, не поместимся.

– Сколько таблеток надо?

– Одну, наверное. Надо в инструкции посмотреть.

– А где инструкция?

– Или с Лизой связаться спросить, или здесь найти, – открыл я меню машины, в десятке пунктов настроек пытаясь высмотреть нужное.

Ни найти инструкцию, ни попробовать связаться с Лизой не успел – подгоняемые охраной из дворца уже вышли-выбежали Рита, Зита и Гита. Девушки были в черных облегающих комбинезонах, дополненных разнотипной кустарной броней, все вооружены потрепанными АК-47 и выглядели довольно впечатляюще. Причем, судя по руке на перевязи у одной и покрытому ссадинами лицу второй, явно принимали участие в обороне дворца, а не в фестивале косплееров участвуют.

– Поведешь? – полуутвердительно обратился я к Петру, похлопав по рулю и выпрыгнув из машины.

Девушки-наложницы уже были рядом, и я открыл для них заднюю пассажирскую дверь, помогая забраться в салон, после этого оббежал Мародер и залез на переднее пассажирское сиденье. Закрывая дверь, поймал взгляд Авип Лакоса – первый советник привлек мое внимание скрытой мимикой, но по губам я читать не умею, так что просто кивнул. Охранные роботы с красным сиянием визоров уже навелись на нашу машину, так что надо сваливать отсюда быстрее.

– Поехали, поехали, – подогнал я Петра, который подрагивающими руками выщелкивал красно-желтые капсулы из блистера.

Раз, два, три, четыре – чтобы наверняка, перестраховывается. Глянув на него, я подумал немного и проглотил вторую капсулу – последнюю в упаковке, потом достал из бардачка еще один блистер и передал на заднее сиденье девушкам.

Петр уже тронул машину с места и покатил к выезду из города – двигатель работает непривычно бесшумно, особенно на контрасте после громкой трескотни мотора багги. Ворота перед нами уже открывались и ускорившись, мы вылетели из города как праща из катапульты, опасаясь возможной встречи. Я уже держал карабин наготове, но нас никто не ждал – все же после нашего недавнего прорыва прошло не более десяти минут, и среди разморенных жарой рейдеров не нашлось тех, кто мог предположить, что мы совсем ненадолго заскочили.

На стоянке обстрелянного мною крупного лагеря еще густо чадили машины, так что дым стелился по земле, собираясь в низине – туда Петр и направил Мародер. Черная колесница апокалипсиса в сравнении с недавним багги катила хорошо, валко – подвеска глотала неровности, никакой тряски и прощания с позвоночником. Правда, от Скаута по комфорту Мародер тоже разительно отличался – не только спартанской простотой салона, но и отсутствием стекол, которые заменяли решетки, так что нас обдувало горячим воздухом.

На удивление легко покинули опасный район, в нас даже не выстрелил никто и никто следом не поехал. Стрелка навигатора показывала левее – на дорогу, по которой мы ехали недавно с Лизой. Но широкая магистраль была заставлена машинами рейдерских банд, так что я показал Петру в другую сторону и поехали мы по прямой через выжженную землю, оставляя за собой шлейф пыли.

Только-только удалились от городских стен, как со стороны Эль-Пасо раздались громкие объявления на разных языках, приглашающие главарей собравшихся банд к диалогу. Это плохо – суперкомпьютер Кракс быстро соберет городской совет и совсем скоро отправит всю толпу рейдеров в Элизиум. Это вопрос даже не экспансии, а выживания, ведь Эль-Пасо такую толпу не прокормит. У собравшихся в осаде у города наверняка уже проблемы с водой и едой. Даже если рейдеры фермы в разломе захватили – на всех просто не хватит.

– Босс, почему эта хрень Катю убила? – отвлек меня Петр.

– Потому что ум не равно интеллект, и Катя совершила глупую ошибку.

Сколько помню наше общение, Екатерина Дмитриевна всегда гасила эмоции и сейчас просто не сдержалась в критический момент, так что одна неудачная фраза стоила ей жизни, послужив триггером для суперкомпьютера. Очень глупая ошибка от очень умного человека.

– Не понял.

– Долго объяснять, – отмахнулся я, обозревая окрестности и думая уже о том, что теперь суперкомпьютер Кракс нужно уничтожить. Такое не прощается, и если до этого момента еще можно было с ним попробовать договориться, то сейчас все – как Карфаген, должен быть разрушен и солью засыпан. Другое дело, что как бы нас вместе с Элизиум не разрушили и солью не засыпали, поэтому нужно ехать быстрее.

– Босс, а в пару слов?

– Разное целеполагание путей развития.

– Можно еще пару слов, мне не хватило, – попросил Петр.

– В каждом мире-отражении основатели создали общественные модели, у каждой из которых есть помогающие развитию божества-покровители, назовем их так. Здесь, на Пандоре, в роли богов выступают управляющие суперкомпьютеры с разными парадигмами выбранной стратегии развития. Они могущественны, но при этом серьезны ограниченны в свободе воли и выбора, которых у них в общем-то и нет, программно заложена только содействие или ответная реакция на угрозу. Это пока понятно?

– Да.

– Ариадна в Элизиуме – это цивилизационная культурная экспансия, у Кракса в Эль-Пасо реализована модель поглощающей орды. И недавний неконтролируемый прирост населения дал Эль-Пасо неоспоримое преимущество в гонке моделей общества, в чем суперкомпьютер Кракс наверняка увидел возможность захватить весь мир. Катя эту возможность саботировала, пытаясь помешать уничтожению Элизиума и когда Кракс получил этому прямые доказательства, когда она не подумав попросила меня забрать ее из города, он сразу же ее устранил как прямую опасность для себя.

– Ясно, – протянул Петр, хотя было видно, что ему ничего не ясно. – Девушки, а как вас зовут? – обернулся он к наложницам.

– Их зовут Зита, Рита и Гита. Ответить не могут, они немые.

– Почему немые? – посмотрел на меня Петр. – Здесь же все здоровые появляются…

– Им языки отрезали.

Пара минут молчания – за время которой Петр сосредоточенно рулил, объезжая овраги, а я осматривал окрестности. Ни рейдеров, ни мутантов – самая жара, все спрятались. Неудивительно – в черной машине я обтекал потом, потому что обдувающий горячий ветер с песком никакого облегчения не приносил.

У меня была повязка-бафф и очки, девушки позади намотали шейные платки на лица – причем одна из них свой платок отдала Петру, который жест принял с благодарностью, глянув на наложниц заинтересованным взглядом.

– Босс, почему все же Катю эта шайтан-машина убила? – недолго выдержал Петр в молчании. – Я не совсем понял, почему она для этого Кракса была опасной и как он это понял, если убил ее после одного только слова.

– Волей творцов-основателей все территории миров-отражений поделены на шестиугольные гексагоны. Стандартно семь гексагонов составляют кластер с одним центральным и остальными шестью периферийными, почти как на классическом футбольном мяче или гексагональном игровом поле. При этом только в центральном гексагоне может быть условно главное поселение, где появляются разумные реинкарнанты, а периферийные – места возрождения ренегатов и диких…

– Это я знаю! – с некоторым раздражением сообщил Петр.

– Раз знаешь, почему тогда спрашиваешь, из-за чего Катю убили?

– Хм. Ну…

– Так вот, у каждого поселения в центральном кластере по умолчанию девять стадий развития. На восьмом и девятом уровне они настолько продвинуты, что позволяют создать цивилизационную модель, которая никогда не упадет ниже определенного уровня, уже поддерживая саму себя. В периферийных кластерах уровень поселения ограничен семью стадиями, так что при успехе развития системным алгоритмом там базово заложено самоуничтожение. Повторяющийся цикл империй – экспансия, расцвет, стагнация и упадок.

– Ты откуда это знаешь, основатели сказали?

– Это было прямым текстом описано в уровнях развития поселения гноллов, которое я подчинил в Средиземье, это было прописано и здесь в стадиях развития города рейдеров. Расширение, завоевание, падение. Задумка основателей состоит в том, что они не вмешиваются в развитие миров, никак не регулируя битву условного добра и зла, порядка и хаоса, но при этом если периферийная модель орды побеждает, она так или иначе в итоге пожирает сама себя, потому что пройдя пик своего развития разваливается на множество банд, племен или кланов. Соответственно после этого захваченные ранее поселения в центральных кластерах вновь получают шанс построить свою благополучную цивилизационную модель. Пока улавливаешь мысль? – вдруг мне показалось слишком сложным все, что я говорил, мысль то и дело приходилось ловить с трудом.

– Да, пока улавливаю.

– Творцы-основатели запустили сразу все семь миров-отражений без бета-теста, и они не просчитали появление диких и ренегатов – реинкарнантов, которые после возрождения или теряют разум до уровня агрессивных животных, или сбрасывают налет цивилизованности. Периферийные модели развития наверняка были задуманы основателями как стимул для развития центральных кластеров, некое нечто в рамках контролируемой опасности и управляемых нагрузок – как занятия в фитнес-клубе для поддержания формы. Но вместо планируемого фитнес-клуба в хорошем районе разумные реинкарнанты попали словно в провинциальный городок в окружении взбунтовавшихся тюрем и безнаказанных лесных банд, так что бежать теперь приходится не для поддержания формы на беговой дорожке, а спасая свои жизни.

– Вот здесь не понял.

– Периферия кластеров целиком и полностью заселена враждебным несознательным элементом, который не чистит зубы, мучает кошек и кидает мусор мимо урны, а это не было запланировано творцами-основателями. Дикие и ренегаты – мутанты и рейдеры в сеттинге Пандоры, в сути своей варвары, первая их задача – поглощение цивилизаций через завоевание. Екатерина это прекрасно понимала – город, когда она стала королевой, назывался «Разлом», это мы уже переименовали его в Эль-Пасо…

Сделав паузу я вспомнил, как Катя после безумной дуэли предъявляла мне по ситуации, в которую я ее втравил, сделав королевой города бандитов и грабителей.

– Босс?

– Да, задумался. На Диком Западе Эль-Пасо был центром авантюристов, и задумка наша была в том, чтобы включить его в культурную цивилизационную модель Элизиума, учитывая слепое поклонение рейдеров Кате как правительнице. Но времени оказалось категорически мало, потому что даже на тогдашнем уровне развития банды Эль-Пасо должны были уже начинать систематические набеги на Элизиум не с целью грабежа, а с целью захвата. И от имени королевы Екатерины я намеревался заключить договор с Элизиумом, а после мягко перевести Эль-Пасо в сферу влияния благополучного анклава, но в Элизиуме возникли проблемы, дальше ты сам все видел.

– Все равно не понимаю.

– Да какой же ты сложный, – вздохнул я и вдруг ощутил провал в памяти, как будто в яму ухнул. А о чем я говорил? Ох да, точно, почему Екатерину убили. Странно, что эта мысль больше не вызывала у меня никаких эмоций – я со всех сторон был совершенно спокоен.

– Грабеж, терроризм и работорговля являются целенаправленной политикой подчинения соседей для Эль-Пасо, где Катя была королевой. Она, как могла, этому противилась, но кроме нее там был и суперкомпьютер Кракс, выполняющий роль местного божества и двигающийся по жизни в рамках настроенного программой целеполагания, алло! Петр!

– Да, я слушаю.

– Хаотично прибывающие со вчерашнего дня рейдеры и мутанты позволяли Кате мгновенно повысить уровень города, а следующая стадия развития – это уже завоевание прилегающих кластеров. Причем там все достаточно жестко, вплоть до создания инкубаторов, где люди выращиваются как мясо для пропитания пехоты из мутантов. Понимаешь теперь перспективы?

– Эм… да, – кивнул Петр, часто моргая и крепко жмурясь. Ну да, у него очков нет, песок то и дело в глаза попадает.

– Катя понимала, что прими она в Эль-Пасо всех появляющихся рейдеров, преимущество над Элизиумом окажется подавляющим и благополучный анклав будет завоеван, сильный со слабыми переговоров не ведет.

– Это она тебе сказала?

– Это же очевидно, уничтожение и порабощение соседей прописано в пути развития периферийных поселений. И прямо отменить выбранный путь в рамках развития она не могла, но старательно этому сопротивлялась, наверняка выставив главарям банд неприемлемые условия, – с этими словами я обернулся к наложницам, одновременно закивавшим.

– Этим она спровоцировала осаду города, ожидая пока я за ней вернусь, или в расчете на то, что рейдеры без еды и воды сожрут сами себя. В ситуации местного климата каждый выигранный ею час – это спасение для Элизиума, спасение для благополучного варианта цивилизации. Теперь понятно?

Петр на мои слова не отреагировал, разглядывая что-то на приборной панели. Что-то с ним странное происходит – особенно сейчас, он принялся крутить невидимую ручку.

– Петр?

– Почему здесь нет радиостанции «Доверие»? – вдруг спросил он.

– Зачем тебе?

– Яркий свет и наслаждения без ограничений иссушают душу, превращая тело в пустую оболочку. Москва никогда не спит, затягивая в ритм вечной гонки удовольствий, но я не хочу стать рабом низменных желаний! Мне нужна поддержка и опора радиостанции, ее отец постоянно слушал…

– Петр, мы не в Москве и здесь вообще нет радио.

– Вот же оно! – так и крутил невидимую ручку Петр.

Невероятно, конечно, его жмыхнуло – может голову напекло? Ну да, он же без кепки сюда ехал, в отличие от меня. Какая глупость – засмеялся я, понимая нелепость происходящего. Смех прозвучал так, как будто не я, а кто-то другой смеялся рядом.

– Мне страшно, – сообщил Петр. – Можно я поеду медленнее?

– Я поведу, не волнуйся, – отдав карабин назад, взялся я за пассажирский руль. Не понимаю, что происходит, но надо подстраховать – с Петром что-то явно не в порядке.

– Это все препарат, – сказал мне вдруг руль. Опустив взгляд, я с удивлением наблюдал, как эмблема «УАЗа» на нем превратилась в широкую улыбку Чеширского кота.

– Что? – переспросил я у руля.

– Антирадиационные капсулы времен Холодной войны, действующее вещество кроме прочего содержит противоядие от фосфорорганических боевых отравляющих веществ. Капсула двухцветная, ты разве не обратил внимания? – удивляясь моей недогадливости, проговорил руль менторским тоном. – Соответственно, при передозировке появляются выраженные психотропные и делириантные эффекты.

– Что?

– Вторая таблетка была явно лишней, – доверительным тоном пояснил руль, а потом вдруг прикрикнул: – Следи за дорогой!

Я послушно поднял взгляд и меня накрыло испугом – пустынный пейзаж за окном вдруг ускорился до размытия, словно перешли на сверхзвук.

– Ты сколько таблеток съел? – спросил я, нагибаясь к рулю, как гонщик. Да я и есть гонщик, лечу сквозь пустыню как Люк Скайуокер в шахте Звезды Смерти!

– Что? – переспросил Петр.

– Спидометр! – крикнул я, уже забыв о чем спрашивал.

– Тридцать!

– Что тридцать?

– А что спидометр?

– Скорость какая? Мы летим как истребитель на сверхмалой!

– Не надо так быстро, мне страшно! – испуганно попросил Петр.

– Надо ехать, они хотят нас убить.

– Кто?

– Зыбучие пески! – вдруг понял я, что мы почти остановились. – Быстрее, быстрее, помогай!

– Как⁉

– Дави на газ!

Не знаю как у Петра, а моя педаль стала словно каменной. Как будто под ней распорка, но остановиться и вытащить ее возможности нет – я кожей чувствовал, как песок под колесами расходится, чтобы поглотить нас навсегда. Каждый метр давался с нечеловеческим усилием, мы словно попали в битумное болото. Все шесть зубастых колес вязли в песке, и чтобы хоть немного сдвинуться с места, приходилось давить газ в пол еще сильнее.

– Спидометр! – крикнул я Петру.

– Сто!

– Медленно! Быстрее, еще быстрее!

В этот момент мы проехали границу купола, вылетая на зеленые луга.

– Нормально, – сказал я своему рулю. – Все нормально, мы проскочили.

– Главное не терять фокус, – сказала вдруг одна из девушек сзади.

Это она правильно подметила. Остальные две радостно пели какую-то песню – я вдруг понял, что давно не смотрю на дорогу. Обернувшись, я смотрел на трех поющих немых наложниц. Они смотрели на меня. Сколько времени так уже сижу? Секунду? Минуту? Почему бросил руль? – тут же повернулся я обратно.

– Ты уже обедал? – спросил я Петра, хотя надо было спросить, нашел ли он радио.

С пронзительным криком мимо из одного окна в другое перелетела стая чаек, легко просочившись сквозь тонкие ячейки решетки, а вместе с ними рядом оказалась наложница, перехватившая руль у Петра.

Хорошо, что она только у него забрала управление, потому что сам я ненавижу терять контроль. Крепче взявшись за свой руль я внезапно осознал, что ободок похож на змею, а я не люблю змей. Старательно отводя взгляд от руля, я продолжал вести машину – сначала посмотрел в потолок, потом вбок, разглядывая проплывающий мимо пейзаж. Управлять машиной, не глядя вперед было непросто, но и смотреть туда я не могу – ободок руля сразу превратится в змею.

– Петр, спроси у девушек, куда мы едем, – попросил я, найдя элегантное решение.

– Я не могу.

– Почему?

– Я держу глаза.

Точно. Глаза – я их ощутил словно два тяжелых влажных яйца, готовых вот-вот вывалиться из глазниц. Петр молодой и неопытный – необязательно держать их руками, можно просто прищуриться. Главное только, чтобы не было резкого торможения, потому что во время рывка они могут выпасть. Но не у меня – я ведь не смотрю на дорогу, я смотрю вбок.

– Мы не боимся высоты, – развернулся я назад, обращаясь к переставшим петь наложницам. – Главное не смотреть вниз.

– Кто-нибудь включит мне радио? – спросил Петр, по-прежнему зажимая глаза ладонями.

Больше никто не управлял машиной, но Мародер ехал сам – перемещаясь в пространстве чудесным образом, словно на платформе. А-а-а, это все автопилот, я же включал навигатор! В боковом окне я вдруг увидел быструю синюю машину, которая совершив невероятный маневр, пристроилась рядом с нами в пространственном скольжении.

– Акс, все в порядке? – спросил меня Бартез, неожиданно появившись рядом яркой вспышкой. Он уже перемещался вместе с нами – я и не подозревал, что лысый может быть настолько невероятным в пространственном скольжении.

– Акс? – вновь поинтересовался Бартез, постучав костяшками пальцев по решетке.

– Ты знаешь, что в самолете нельзя прыгать? – переспросил я.

– Что?

– Самолет летит очень быстро. Если подпрыгнуть и потерять контакт с полом, можно улететь в конец салона и разбиться.

– Я их теряю! – заорал Петр, запрокидывая голову назад.

– А куда мы едем?

– Мы уже приехали, дядь, – сообщила мне Лиза, появившаяся вдруг рядом вместо Бартеза и выводя меня под руку из машины у Таун-холла. – Сколько ты таблеток употребил?

– Две. А сколько надо?

– Больше одной в сутки категорически не рекомендовано. Так что это не ты, это таблетки тебя употребили.

– Ясно. Я не могу идти, здесь липкие полы, – вцепился я в Лизу, с усилием пытаясь отодрать ногу, чтобы сделать хотя бы шаг.

– Сейчас решу, подожди, – похлопала себя по карманам Лиза, а потом показала мне руку. – Вот, смотри, волшебная палочка.

– Я ее не вижу.

– Я вообще ничего не вижу! – кричал Петр где-то вдалеке.

– Конечно ты ее не видишь, она же волшебная, – покивала головой Лиза и взмахнула рукой. – Вжух! Все, я наколдовала, теперь у тебя ботинки не липнут.

Действительно, разлитый по земле черный битум мои ноги больше не сковывал.

А куда мы идем? А как я здесь оказался?

Пока шли неизвестно куда, я рассказывал Лизе о грядущей опасности и о необходимости делать что-то прямо сейчас, брать оружие в руки и быть готовыми сражаться. Кракс скоро придет и сотрет нас с лица земли. Хотя мы на другой планете, значит не с лица Земли, а с лица Пандоры. Но как называется земля на Пандоре?

Меня внимательно слушали – Лиза, вновь оказавшийся рядом Бартез, Сатрап с Дарьей и неизвестно откуда взявшийся порхающий как бабочка розовый слоник.