Текст книги "Первый альянс (СИ)"

Автор книги: Алексей Иванов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

– Так привыкли, что самоходный экипаж им припасы таскает. А с ним всегда ходит кто-то из наших.

– Но поинтересоваться. За каким демоном мы так рано прибыли, они же должны? Отчет дать. Так что сбегай, развейся. Накрути им хвосты! А то расслабились тут без меня!

За эту декаду старый форт разительно изменился. Колючие лозы стреляющего винограда, вздумавшие переползти стену, обрезали. При этом сохранив эту покрывшую стены природную маскировку. Да и не только маскировку. Тонкие острые шипы превращали переплетенные лозы в настоящую природную колючую проволоку, а взрывающиеся при сотрясении плоды ещё и в примитивную сигнализацию.

Сверху над всей территорией форта появилась крыша из натянутых между вкопанными шестами маскировочных сетей, сделанных из обычных рыбацких сетей и подручных материалов. Не знаю, как там это выглядит с воздуха, но людей не должно быть видно.

Встретивший меня у входа почтенный Вийр выглядел несколько лучше, чем при нашей последней встрече. Мерзкие зеленоватые нарывы на его лице побледнели и стали рассасываться. Если их не расчёсывать да и вообще не трогать, то они проходят, не оставляя следов на коже.

– Ваше Сиятельство, – почтительно поприветствовал меня чем-то явно довольный и даже радостный староста.

Сомневаюсь, что причина в моём внезапном визите.

– Приветствую, почтенный, – кивнул я. – Вижу, дела налаживаются?

Помимо маскировочной сетки, бывшие жители Золотого сделали довольно много, чтобы обустроить свой быт. Прежде заваленный песком, мусором и покрытый редкими лозами стреляющего винограда внутренний двор форта был полностью расчищен. Сверкали свежими досками двери, ведущие во внутренние помещения.

– Более чем. Ваше Сиятельство. Более чем, – расцвёл в улыбке староста.

Давненько мне не доводилось видеть почтенного Вийра в хорошем настроении. Вообще не приходилось, если честно. С учетом обстоятельств нашего знакомства, оно и не удивительно.

Но что такого радостного могло у них приключиться?

– Мы нашли её! – не став тянуть, пояснил он.

– Отлично! – на всякий случай порадовался я и недоумённо переспросил: – Но нашли что?

Неужели кто-то спрятал в старом форте ценный клад?

– Воду! – радостно ответил староста. – Начали колодец углублять, как вы и хотели, и вот вчера нашли водичку. Сначала земля мокрая пошла, потом она вязкой стала, словно мокрая грязь. Думаю, еще немного и будет у нас своя вода. Может и немного, но будет!

Вода? Про колодец я как-то и позабыл. Да, в Вольной марке эта находка поценнее иного клада будет.

– Хорошо, продолжайте. Если всё получится, тысячу ктанов за работу положу! – щедро посулил я.

Почему нет? Работа нанятых почтенным Загимом буровиков обошлась бы мне в куда большую сумму. А пользы с них пока что ноль. Не скажу, что в убыток себе содержу эту братию, торговцы Степного Стража скважины с земляным маслом охотно раскупают, но нанимал я их для немного другого.

– Воду проверили? – первым делом поинтересовался я.

Амулет для проверки воды в Вольной марке предмет чуть ли не первой необходимости. Многие старожилы, да и я сам подцепил эту привычку, периодически проверяют любую воду, которую используют. Это превратилось в своеобразный местный ритуал. Два подобных амулета я оставил старосте, с чёткими указаниями проверять любую прибывающую из Степного Стража воду.

– Проверили, – заверил он. – Чистая водичка. Только холодная, словно с горных ледников.

– Славно, – согласился я и как бы невзначай поинтересовался: – А как в целом обстановка? Непонятных караванов рядом с фортом не мелькало? Дирижаблей в небе не видели?

– Не было такого, – помотал головой староста. – А что?

– Ничего, – криво улыбнулся я. – Просто спросил.

Сомнительно, что островитяне знают про это место. Тогда они не стали бы тратить силы и время на атаку пустого форта, но и третий непонятный караван за декаду, отправленный из Степного Стража в этом направлении, может навести внимательного человека на определённые мысли.

Две декады… Нужно вытерпеть две декады! А затем я разбросаю жителей Золотого по Вольной марке. Кто-то будет уголь копать, других ещё где-нибудь пристрою. Да и наверняка будут люди, которые в Степном Страже захотят остаться. Тогда жителей Золотого одним ударом не прибить при всём желании.

Энно и чету Шелат я нашёл во внутренних помещениях одного из фортов, превращённых в нечто среднее между госпиталем и лабораторией учёного. Только восстановлением рунной защиты Энно решил не ограничиться, затребовав себе целый список всевозможных научных приборов. От знакомого мне микроскопа, до каких-то полумагических, совершенно неведомых штук. Пришлось извернуться и достать, в благодарность за покладистость мага и отсутствие давно назревших и в чём-то перезревших вопросов.

Какое-то чудо, что у почтенного Девора Юдерна, артефактора Степного Стража, нашлось практически всё необходимое, пусть и не новое. Про сумму, которую пришлось ему отвалить, лучше не вспоминать. Моя природная бережливость только недавно смирилась с такими тратами.

– Как раненые и больные? – поинтересовался я у четы Шелат, после стандартного обмена приветствиями.

– Всё в порядке! Больные идут на поправку, новых заболевших нет, – практически отрапортовал доктор.

К чему было поднимать панику? Виней не задал этот вопрос, но он читался в его глазах. Не знай я будущего, вынужден был бы с ним согласится.

Но что-то тут не сходится. Изумрудная чума почему-то ведёт себя совершенно не так, как положено заразной болезни. Она и раньше была со странностями – магическое или околомагическое происхождение сказывается, но это… Если все жители Золотого поголовно заболели, то почему не заболели супруги Шелат? Энно? Сержант Ардар и три моих раненых латника?

Сомнительно, что все они, как и я, обладают полным иммунитетом к этой заразе. Это просто невозможно! Во всём Золотом ни одного такого человека не нашлось, а тут сразу семь человек.

Что-то тут не так. Но что именно?

– Суман, как дела с защитой форта? – спросил я у мага.

Энно был так занят забавой со своими новыми игрушками, что практически не обратил на моё появление никакого внимания. Приветственно махнул рукой, когда я вошёл, и вернулся к микроскопу и каким-то своим записям.

Шпион, журналист, неплохой маг, да к тому же еще и учёный. Умеет железный маркграф находить себе таланты. Даже зависть берёт. Ко мне вот почему-то одни сплошные шпионы лезут, да притворщики.

– В полном порядке твоя защита, – отозвался он, не прекращая что-то записывать. – Выглядела несколько хуже, чем оказалась на самом деле. Мне пяти дней хватило, чтобы её запустить и настроить. Да! С тебя четыре больших магических кристалла.

– Почему четыре? Обычно их два?

Что я, в защите стандартных фортов ничего не смыслю?

– Так для запуска я два своих использовал, – напомнил он, это я как-то упустил. – И они практически исчерпаны. На декаду хватит, а дальше только менять. Я ответил на твой вопрос?

Мне оставалось только крякнуть. Траты, везде и всюду траты. Большие камни маны они не только про размер, но и про цену.

– Будут тебе камни, – кивнул я и уже тише, не для чужих ушей добавил: – Да и магическая защита форту не помешает.

Глава 23

Продавец смерти

Смысл моих слов дошел до Энно далеко не сразу. Слишком он был увлечён своими записями. Спустя несколько секунд маг всё же оторвался от них, посмотрел на меня внимательно, а затем неопределенно кивнул на выход, предлагая поговорить без чужих ушей.

Правильно! Незачем пугать временных обитателей форта угрозой с неба. Всё равно от них тут мало что зависит. Вся надежда на скрытность, магическую защиту, а ещё больше на то, что круг посвященных в тайну заброшенного форта довольно узок.

Выбравшись на свежий воздух, мы поднялись на один из пустых бастионов, беззубо скалящихся в пустошь пустыми бойницами, предназначенными для пушек. Прогулялись вдоль стен, наблюдая за клонившимся к линии горизонта солнцем.

– Что еще с тобой произошло? – спросил Энно, удостоверившись, что даже случайно нас никто не услышит.

– Почему со мной должно было что-то произойти… – начал было я, но затем всё же признал: – Было нападение. Но не на меня, а на восточный форт Степного Стража, где все вы, – я обвёл руками внутренний двор, должны были находиться.

– Какое нападение? – подобрался маг. – Опять варгары? Или альвы магией с воздуха ударили.

– Почти угадал, – подтвердил я, – с воздуха, но не альвы. Этой ночью восточный форт забросали бомбами.

Он задумчиво почесал лоб.

– А магией не били? Бомбы, это как-то ненадёжно.

Сказать, вновь подтвердив странность своих знаний или соврать?

Пожалуй, чистосердечное признание тут выгоднее. Пусть я и пустил слух про взрыв порохового склада, но люди-то не тупые. Да и с Бахалом Энно на дружеской ноге. Опять же эвакуация жителей. Попытаюсь схитрить, Суман всё равно правду узнает. И начнёт задаваться вопросом, почему я решил обмануть его в такой мелочи? И в чём ещё обманываю? Оно того не стоит.

– Они еще и бомбами с ядовитым газом ударили, – пояснил я.

– Хм… Знаю о таких, – кивнул Энно. – Недавно островитяне применяли что-то похожее для усмирения мятежа в одной из колоний. Что-то они осмелели… Его Величеству отписался?

– Да, телеграмму послал, – признал я. – Только вряд ли он пришлет воздушный флот империи, чтобы патрулировать границы Вольной марки или хотя бы воздушное пространство возле Степного Стража.

Да и толку от этого патрулирования. Обнаружить одиночный вражеский дирижабль ночью – задача не из легких. На принца когда охотились чуть ли не воздушный флот прислали. Да и то только каким-то чудом сумели нас перехватить… на свою беду.

– А у тебя как дела? Узнал что-то о болезни? – поинтересовался я.

Этот вопрос меня интересует куда больше происков альвов или островитян. Случайных погибших под бомбами людей жалко, но красивыми фразами про неотвратимое возмездие я бросаться не стану. Болтать языком всегда проще, чем делать. А если не можешь делать, лучше просто промолчать. По крайней мере перед умными людьми, которые знают о твоих реальных возможностях.

Красивые и простые лозунги хороши лишь для одурманивания толпы, она любит быть обманутой. У людей умных, понимающих, что эти лозунги пусты, они вызывают лишь снисходительную усмешку.

Единственная месть, которая мне доступна – сорвать планы древолюбов и островитян. На этом и стоит сосредоточить усилия.

– Интересную задачку ты мне подкинул, – оживился Энно. – Конечно, я только начал, но одно могу сказать наверняка – это очень странная болезнь.

Тоже мне новость! Не для меня, так уж точно. Но следующие слова мага заставили меня отбросить скепсис и превратиться в слух.

– Главное, что я пока что понял, в данный момент возбудитель болезни какой-то недоделанный. Он словно спит! Но стоит воздействовать на него целительной магией, как он тут же просыпается, становится агрессивен.

Целительная магия значит… Похоже, Золотому очень повезло что Прия и Виней обычные врачи, а не целители. Впрочем, последние – штука довольно редкая. Нет, целительные заклинания многие маги знают. Да что маги, любому приличному одарённому они известны, пусть и начальных кругов. Но для полноценного звания целителя этого мало.

– Если возбудитель спит, то как массово заразились жители Золотого и почему не заразилась чета Шелат, ты и все остальные?

– Хороший вопрос. Правильный, – поощрительно кивнул Энно. – Ответа у меня нет, но есть серьёзные подозрения, что в спящем состоянии вирус не передаётся от носителя к носителю, а заражение жителей Золотого произошло с водой или пищей.

Я не знаток медицины. Но звучит складно. Если подбирать аналогии, то это было что-то вроде массового отравления. Пища? Сомнительно. А вот вода…

– Колодцы?

– Наиболее вероятный способ, – подтвердил Энно.

Заражённые источники! Вот теперь картинка складывается и выглядит логично. Жители заразились от воды, но чума, как говорит Энно, пока что спит, потому-то и не передаётся столь агрессивно, как могла бы. Ну а все внешние атрибуты болезни, это пока что не более чем лёгкий кашель, в сравнении с полноценной чахоткой. Никто из моих людей в Золотом ничего не ел и не пил, поэтому-то и не заразились.

Непонятно только, почему не заразился Виней, он провел в Золотом несколько дней и явно ел местную пищу, пил воду. Неужели он попал в число тех редких счастливчиков, кто не восприимчив к болезни?

– А что с лекарством? – поинтересовался я. Этот вопрос куда интереснее странностей заражения.

Энно наградил меня снисходительно-недовольным взглядом, каким смотрят на ребёнка, ляпнувшего явную глупость.

– Ты хочешь от меня чуда? Если я буду работать один, да ещё и на старье, что ты мне привёз, то чуда не будет. Тут нужен полноценный целитель и ещё человек пятнадцать-двадцать магов и врачей, разбирающихся в болезнях магии жизни и крови. И тогда, где-нибудь через полгодика, а то и годик, ты можешь задать этот вопрос. Да и то без гарантии получить устраивающий тебя ответ.

Полгода? Год? С одной стороны, слишком долго. С другой, а на что я собственно рассчитывал? Найду больных, и мне первый попавшийся маг тут же отыщет лекарство? Ладно, Энно первым попавшимся не назвать. Железный маркграф его явно не зря возвысил. Но чуда от него ждать глупо, тут он прав.

Но пятнадцать-двадцать человек… Из которых часть должна быть магами… Мне подобное просто не потянуть. Хочешь, не хочешь, а придётся обращаться за помощью. Главный вопрос, к кому за этой помощью следует бежать и что сказать?

Болезнь есть, но она пока что безопасна и не так заразна. Смогу ли я кого-то убедить, что это ненадолго? Что опасность смертельна? Попробовать, конечно, стоит. Но что-то мне подсказывает – мои предупреждения проигнорируют.

Найти бы тех, кто распространяет заразу. Да допросить с пристрастием, тогда бы и доказательства появились, а не пустые подозрения, пусть и подкрепленные некоторым количеством трупов древолюбов. Островитяне явно не ради заражения нескольких шахтерских поселений с древолюбами связались.

– Заражение через воду, – пробормотал я, пытаясь отыскать ответ. – Кто мог заразить источник? Сомнительно, что это был кто-то из местных. Значит, приезжие. Кто-то кто останавливался в Золотом незадолго до вспышки болезни. Похоже, мне вновь нужно срочно поговорить с нашим старостой.

Долго искать почтенного Вийра не пришлось. Он как раз находился во внутреннем дворе форта, наблюдая за работами по углублению колодца.

Старая цепь колодца была заменена на новую, сверкающую на солнце. Хорошенько смазанный дёгтем ворот больше не скрипел. Вот только поднимал он пока что вёдра не с водой, а с мокрой грязью. Ведро опорожнялось в тачку, а тачку, по мере заполнения, увозили за ворота форта.

– Скажите, почтенный Вийр, а где вы в Золотом брали воду? Из колодцев? – поинтересовался я, спустившись вниз и немного понаблюдав за работами. Медитативное занятие, особенно когда со стороны смотришь.

– Зачем же, – степенно протянул староста. – В южной части поселка с гор тек широкий ручей. Настоящий природный этот, как там его? Акведук, во, – он с удовольствием покатал на языке умное слово. – А в северной части так и вовсе речушка текла. Колодцев мы в Золотом не копали. Не нужны они были.

Что-то опять не сходится. Заразить источник с проточной водой можно, но довольно сложно.

– А какие-нибудь праздники незадолго до болезни были? Такие, чтобы всё Золотое гуляло? – поинтересовался я, чувствуя себя охотничьей собакой, пытающейся отыскать нужный след.

– Так конечно, как не быть! – мечтательно улыбнувшись, подтвердил почтенный Вийр. – Живём мы дружно и по-другому не умеем. Если гулять – то гулять! Дайте-ка вспомнить… Ну да, где-то дней за пять до приезда почтенных докторов мы день Основания праздновали.

Тепло, очень тепло.

– Какого именно основания? – не понял я.

– Так Южной марки, чего же ещё? – удивился староста.

Ещё теплее.

– Угощение, наверное, у торговцев заказывали?

Золотое было всё же шахтёрским поселением, продукты в него привозили. А тут ещё и праздник – явно заранее сделали крупный заказ.

– А то! Почтенный Памтар нам привёз, что заказали. Трёх подсвинков откормленных, – для верности загибая пальцы, начал перечислять староста. – Две бочки пива. Бочку сидра. Сладостей всяких городских для ребятни.

Горячо! Очень горячо!

– А почтенный Памтар – это кто?

– Так торговец из Горана, – охотно пояснил староста. – Мы, почитай, только у него припасы и покупаем. Хороший человек! Цены не ломит, всегда готов рассрочку дать или рудой оплату принять.

– Хороший человек, значит, – медленно протянул я. – А где его можно найти?

– Так в Горане у него два магазина и торговое подворье, кажется ещё в Корсе магазин есть. Он года два товары по всем предгорьям Одиноких вершин возит.

Обжигающе! Это не просто нить, а целый канат. Что-то мне подсказывает, что почтенный торговец если и не скрывает своё настоящее имя, то уж точно имеет номер. Конечно, можно допустить, что это очередной притворщик альвов. Но на такую удачу рассчитывать не стоит. Да и мелковато как-то.

Распрощавшись со словоохотливым старостой, я поспешно покинул форт.

– Бахал, планы изменились, – сообщил я в амулет. – Мне нужно срочно вернуться в город.

– Так я всегда готов! – отозвался наёмник.

– А паровой экипаж кто обратно сопровождать будет? – напомнил я. Хоть помимо водителя экипажа мы и взяли для охраны четырех латников, но этого мало. Рисковать не хочется.

Бахал быстро понял, куда я клоню, и что именно ему предстоит медленно и скорбно тащиться назад, сопровождая медлительный гибрид самобегающей коляски и паровоза.

– Махнёмся? – без особой надежды на успех, предложил он. – Я в Степного стража твоё срочное сообщение доставлю. А ты отдохнёшь, и завтра с утра неспешно по пустошам прогуляешься.

– Спасибо за заботу, но я как-нибудь сам.

– Скоро темнеть начнёт, – напомнил он.

– Успею! Да и в ночи бегать мне не привыкать. Всё, давай. Жду тебя завтра в Страже.

– Я живу, чтобы служить, – шутливо отозвался он старым девизом фолькских дружинников.

Упав на «трон», я быстро защелкнул страховочные ремни. Руки так привыкли выполнять последовательность действий для запуска рыцаря, что действовали самостоятельно.

«Черный дракон» пробудился от недолгой дрёмы. Давление пара не успело толком упасть, и паровик сразу же вышел на рабочий режим.

Махнув Бахалу на прощание глефой, я двинулся в обратный путь, с каждым шагом только ускоряя тяжелую, но послушную моей воле машину.

То ли всему виной тот факт, что я и прежде довольно часто пилотировал именно «Черных драконов». То ли в принципе факт, что я второй раз проживаю свою жизнь, но былые навыки управления рыцарем вернулись практически полностью.

Первоначально присутствовала легкая заторможенность и вялость. Да и сил уходило куда больше, чем в оруженосце. А теперь синхронизация с машиной явно подскочила до того уровня, что у меня был в прошлом-будущем.

Если дело так и дальше пойдёт, то я ещё до начала войны могу замахнуться на паладина.

Один из самых молодых паладинов в истории империи, если не самый молодой! Разве это плохо звучит? Все злопыхатели на тему «из грязи да сразу в маркграфы» если и не заткнутся полностью, то поубавят свой ядовитый пыл.

Паладин, конечно не архимаг, и даже не архимагистр. Но где-то рядом. Если не по силе, то по редкости и статусу.

Забег до Степного Стража прошел гладко. Что с моей удачей влипать в приключения можно считать событием невероятным, близким к фантастическому. Признаться, я подсознательно ждал нападения, засады, налёта дирижабля. Понятно, что глупо это. Отыскать в пустошах одинокого рыцаря не так-то просто. Тем более возвращался я не тем же маршрутом, а сделал небольшой крюк. Но должно же было хоть что-то приключиться! Небольшая поломка, отбившаяся от стаи и оголодавшая до безумия виверна или стая падальщиков.

Отсутствие каких либо неприятностей на моём пути – вызов фундаментальным положениям мироздания!

Окна в здании биржи были темными, как и прилегающие улицы. Ночные фонари – это забава не для Степного Стража.

– Стой, кто идёт! – настиг меня строгий возглас из темноты.

Стоявший у входа городской стражник незаметно (как он думал) пнул дремавшего прямо на ступенях биржи напарника. А тот, быстро сообразив, причину внезапной побудки, бодро вскочил и встал на караул рядом с товарищем.

Ловко они. Даже наказывать не хочется, хоть и надо бы.

– Не идёт, а едет, – устало отозвался я, поднимаясь по ступенькам. – А вернее, приехал.

– Ваше Сиятельство?

– Оно самое. Дежурный телеграфист на месте?

– А где ему ещё быть? – отозвался первый стражник, но вспомнил, с кем разговаривает, и бодро рявкнул: – Так точно! На месте, Ваше Сиятельство!

– Да тише ты, – остановил я его порыв. – Половину столицы мне разбудишь.

На телеграфной станции царила всё та же тишина и темнота, слегка разбавленная светом двух ночных фонарей.

Дежурный телеграфист находился на своем месте, но самым наглым образом спал прямо на полу. Да ещё и устроился весьма неплохо, прихватив из дома не только подушку, но и толстое одеяло.

Везёт же людям, даже на службе спать умудряются!

Стоит признать, лёгкого хлопка по стойке хватило, чтобы телеграфист проснулся. А увидев в неровном свете фонарей моё лицо, он вскочил, словно ошпаренный.

– Ваше Сиятельство? А я не спал вовсе. Так прилёг только.

– Да-да, и очень долго моргал! – отрезал я. Признаться, понятия не имею, разрешено ли дежурному телеграфисту спать. Но он на своем месте, а большего мне и не надо. – Запускай свою машину, – кивнул я на телеграф. – Мне нужно срочно отправить несколько важных телеграмм.

* * *

– Так ты говоришь, что наших первых пажей и дхивальцев можно объединить в одну группу и учить вместе? – выслушав доклад мастера-наставника, прокомментировал я, откинувшись на спинку стула.

– Не всех, – терпеливо повторил Раншил Толдокар. – Но шестеро из наших новых пажей имеют некоторый опыт управления оруженосцами, – подтвердил он. – Остальные тоже не в первый раз сидят в кабине, но эти шестеро – лучшие.

– Как тебе они в целом? – поинтересовался я, бросив быстрый взгляд на рабочий стол. Бумаг сегодня, слава богам, не так много. Закончу с парочкой отчётов и лично понаблюдаю за обучением пажей. Может и сам «стариной тряхну» – погоняю кого-нибудь, чтобы не расслаблялись.

– Упорные ребята, – невозмутимо констатировал мастер-наставник. – Всем бы моим ученикам такую мотивацию, прилежание и упорство!

Я слегка поёрзал на стуле, прикинув, не относится ли последнее замечание ко мне. Точнее, в какой степени оно ко мне относится.

Может устроить с мастером-наставником учебный поединок? А то моему полевому-патенту он как-то не особо доверяет.

– Любые команды выполняют беспрекословно, – продолжил наставник Толдокар. – Почтительны и внимательны.

– Не ленятся?

– Шутишь что ли? Занимаются до изнеможения, книжки читают, свой тактический стол сделали. От него их даже ночью чуть ли не за уши оттаскивать приходится. Мальчишки! – по-доброму усмехнулся старый рыцарь. – Горят желанием как можно быстрее закончить обучение и отправиться домой, бить врага.

О да, как знакомо! Эти молодые восторженные мальчишки, которые летят на огонь войны словно мотыльки. И так же быстро сгорают без следа.

Может стандартная программа Академии Доблести слегка, а местами и полностью устарела, но всё же три года не сравнятся с тремя месяцами ускоренных курсов конца той войны.

Неприятно, что мне приходиться проделывать что-то похожее, пусть и с дхивальцами. Да и предчувствия у меня плохие.

– Хорошо. Не давай им спуску! – напутствовал я мастера-наставника.

Толдокар ушёл.

Я вновь посмотрел на бумаги, и отложил их в сторону. Работать не хотелось.

Дхивальские пажи делают успехи – это хорошо. Но… Всегда есть это проклятое «но»! Неприятно осознавать, что все наши труды в любой момгут быть похоронены сброшенными с высоты бомбами.

Пожалуй, Толдокар подал здравую идею – стоит разделить дхивальских пажей на две, а может и три группы. Мало ли что.

Впрочем, причина моего дурного настроения была не в опасности с небес. Прошло уже четыре дня с того момента, когда я отбил телеграмму отцу Дэи, императору и железному маркграфу, но ответов от них так и не получил. Надеюсь, телеграфист тогда ничего не напутал, и отправил сообщения по нужным адресам? Почтенный Нотан утром проверял, заверил, что всё в порядке – сообщения получены.

Но ответа нет…

Может бросить всё и самому рвануть в Горан? Мне не привыкать ловить номера островитян. А император и железный маркграф пусть потом не жалуются – я их заранее предупредил!

Мои размышления прервал запыхавшийся Бахал, без стука ввалившийся в кабинет.

– Там это? Дом Готмал… – чуть ли не одним словом выдохнул он, зачем-то ткнув пальцем в потолок.

– Что? Наконец-то пришел ответ от маркграфа? – не понял я.

– Ответ, как же, – хмыкнул наёмник. – Над Степным Стражем парит здоровый дирижабль с вороном.

Глава 24

Жестокий выбор

Старый знакомец из Золотого, а это был именно он, в этот раз не захватил с собой паладина. Значит, это по крайней мере не вторжение. А то после налёта островитян я ничему не удивлюсь.

Похоже, причина отсутствия телеграмм нашлась – маркграф Тьерн Готмал решил нанести внезапный визит, не утруждая себя, а заодно и меня предупреждениями. Небольшая месть за такой же визит на его земли.

Почему я уверен, что это лично маркграф Готмал? Дирижабль явно является флагманом дома Готмал. С курьерскими миссиями его бы отправлять не стали.

– Бахал, кто у нас под рукой из рыцарей и оруженосцев? Копьё наскребём? – спросил я, отходя от окна.

– Так пажи, которые первая пятерка, – пожал он плечами. – Онилия опять же. Ну и мы с тобой кое-что можем. А что планируешь атаковать дирижабль «воронов»?

– Дурная шутка. Нам только проблем с родом Готмал для полного счастья и не хватает. Мне нужен представительный почётный эскорт.

– Чтобы уважение выказать и силу показать? – понятливо кивнул наемник. – Это можно. Это мы сделаем.

Картина снижающегося над Степным Стражем дирижабля стала такой привычной, что я начинаю от неё уставать. Ещё недавно один только вид воздушного корабля вызывал у меня легкий трепет, но теперь они ассоциируются у меня с неприятными вестями и встречами.

Простые люди на дирижаблях не летают. А от непростых лучше держаться подальше.

Я бросил взгляд на наспех собранный почётный караул. Внушительное было бы зрелище, будь оруженосцы и рыцари новыми или хотя бы однотипными. А с другой стороны, чего мне стесняться? Да и вообще, зачем так изгаляться для встречи маркграфа Южной марки? Я железного маркграфа и первого принца так не встречал, а их слово в империи весит куда больше.

Но что сделано, то сделано. Переигрывать поздно. Если сейчас отошлю почётный караул, то это посчитают оскорблением.

Да что же он так медленно-то?

Ветер сегодня был особенно злым – постоянно сносил воздушный корабль в сторону, несмотря на отчаянно вращающиеся винты. Дирижабль дважды заходил на посадку и дважды не мог победить ветер, приходилось вновь слегка набирать высоту и начинать всё заново. Наконец третья попытка оказалась удачной, вниз полетели швартовые концы. Надежно зафиксировав их, персонал причальной мачты подтянул дирижабль к земле, превратив в гигантский флюгер.

Пока персонал причальной мачты выполнял свои обязанности, я с интересом разглядывал флагман дома Готмал. Не «Вершитель Судеб» конечно, но вполне себе боевой дирижабль второго ранга: несколько пушек, площадка для магов, скорострельные пулеметатели.

Впрочем, пушек для второго ранга маловато. Видимо часть пришлось снять, чтобы дирижабль мог таскать с собой паладина. Но в этот полёт его не взяли. Видимо, чтобы меня не напугать.

В этот раз не было картинных высадок прямо с воздуха. «Стреноженный» дирижабль выдвинул из носовой части сходни, а уже по ним сначала в причальную мачту, а затем и на землю Вольной марки сошел Тьерн Готмал.

Холодные синие глаза скользнули по выстроенным для встречи оруженосцам и рыцарям, а затем остановились на мне.

Я шагнул вперед. Ненавижу все эти ритуальные танцы, но иногда они необходимы. Зря что ли парадный мундир надевал?

– Рад приветствовать Ваше Сиятельство на земле Вольной марки.

– Да-да, просто светитесь от радости, Ваше Сиятельство, – в подобие на усмешку, дернул краем губы маркграф.

Зацепившись взглядом за черно-красный бант «Ордена Доблести» на моей груди, он слегка вздёрнул бровь. А я успел отметить, что среди многочисленных наград маркграфа всего две общеимперские. Одна из них это такой же как у меня орден «За безупречную службу империи», а вторая «Крест Заслуг», да и тот железной степени. Остальные награды Тьерна Готмала – всевозможные драгоценные побрякушки.

У высших фольхов есть право учреждать собственные награды, в честь знаковых событий рода, и награждать ими в особо торжественных случаях. Обычно это всевозможные «юбилейные» ордена и медали. Их такое огромное количество, что запомнить все решительно невозможно, да и не имеет особого смысла.

Нравится фольхам таскать на груди лишнюю тяжесть – их право. Женщины вон тоже любят носить серьги, драгоценные ожерелья и прочие украшения. Чем фольхи хуже?

В оправдание Тьерна Готмала, если ему оно нужно, стоит отметить, что Южная марка – спокойное место. Она и маркой-то не должна называться, так как после образования Вольной марки не является пограничной провинцией.

– А неплохо, – явно польстил мне маркграф Готмал, оценив выстроенное копье.

На «Молнию» он и взглянул с явной завистью, слишком редки пока что такие оруженосцы, но остальные машины его вряд ли впечатлили.

– Поймали мы твоего торгаша, – без предисловий начал он, переходя к цели своего визита. – Вовремя поймали! Целый караван снарядил тварь! Все поселения в предгорьях хотел объехать. Маги мои с проверкой сунулись, пиво и сидр – отравлены.

– Заражены, – машинально поправил я.

– Да какая к демонам разница, – отмахнулся маркграф. – Но по всему выходит, что я теперь твой должник. А я не люблю быть должным. Поэтому и прибыл лично, чтобы поблагодарить.

– Я сделал то, что должен был сделать в таком случае, – сказал я то, что от меня хотели услышать.

Ради простой благодарности проделать весь этот путь? Что-то я в этом сильно сомневаюсь. Отблагодарить можно и телеграммой. Дорогой подарок послать или деньги. Я не гордый, даже скромную сумму с удовольствием возьму. Хотя большие суммы или дорогие подарки, например рыцари, только приветствуются.

Надеюсь, в качестве благодарности он не планирует мне всучить руку своей сестры? Той самой тетушки Дэи, которой меня ещё Константин пугал? Впрочем, если приданное будет большим и с Южной маркой будет заключен союз, то этот вопрос можно рассмотреть.