Текст книги "Запрет на любовь (СИ)"
Автор книги: Александра Ермакова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)
– Далеко собралась? – в спину нагнало язвительное.
Я продолжила упираться и нелепо двигаться вдоль дороги – видимо, близость с парнем из меня делала неотвратимо тупую.
Шла, и зло перебирала все упрёки Тимура в мою сторону, к удивлению осознавая, что искренне не понимала, почему воспринимала каждое его слово в штыки.
Почему? Почему меня так ранила его колючесть?
Он мне никто! Разве мне не должно быть всё равно, что обо мне думает НИКТО?
– Ну и шуруй на хер! – раздался хлопок дверцы, рёв машины, скрип снега под колесами, и секундой погодя меня обогнала тачка Тимура.
Я почему-то была уверена, что он сейчас остановится или скорость снизит, чтобы в параллель мне катиться, но нет… он дальше поехал. И если вначале мне было всё равно, и я даже порадовалась, что наконец-таки сосед не навязывался то, чем дальше он уезжал, тем темнее становилось и мне… страшнее.
Я ведь никогда! НИКОГДА не бывала в такой ситуации. ОДНА! ЗИМОЙ! НОЧЬЮ! НА ПУСТОЙ ОБЪЕЗДНОЙ ДОРОГЕ!
Вокруг лес, снег… такая тишина меня не радовала! Такое одиночество пугало до икоты.
Даже нагрянула мысль Костику позвонить. Глупая, трусливая мысль. Я и телефон достала, вот только… запоздало поняла, что связи нет!
Это вообще возможно?
Ещё раз глянула на шкалу и неверующе нажала кнопку дозвона, видимо, ожидая чуда.
Как это нет связи?
Подняла аппарат и стала смотреть за шкалу с расстояния вытянутой руки, словно такая удалённость была панацеей. Так и шла, мобильный то влево, то вправо перемещая и держа повыше к космосу. Тупая или нет, мне казалось, что это должно помочь…
Когда попытки так и остались тщетными, прекратила дозваниваться, но телефон не выключала – использовала его в качестве фонарика.
Шла/скользила, пока не увидела вдалеке… впереди стремительно приближающийся свет. Я бы решила, что мне сказочно повезло и это встречная машина, которая меня может довезти. Плевать, если даже обратно, но раздражающий рёв, сразу отрезал эту мысль.
Это был Тимур! Руку на отсечение…
Теперь реакция была обратная: я возрадовалась, что этот молодой кретин вернулся, но только он остановился напротив и открыл дверцу, явно уверенный, что я тотчас запрыгну, на меня злость накатила. Скрипнула зубами и демонстративно зашагала дальше.
– Ну и куда ты?
Затормозила, когда меня, хрустя снегом, обогнал сосед и преградил путь. Он был очень крепок и высок, как гора высился, но я преисполненная гордости не отступила:
– Домой, – попыталась мимо пройти, да он плечом меня протаранил, возвращая на место, будто я стену не смогла обогнуть.
Я опешила от бестактности:
– Ты что, меня удерживать станешь? – зло изучала его красивое лицо.
– Прости, вернись в машину, – вроде просьба, да только сталью отдавала.
– Спасибо, я прогуляться хочу.
– На каблуках? В короткой шубке, едва прикрывающей зад? – ершистый взгляд.
– Ага, – кивнула не менее едко. – В чулочках и кружевных трусиках.
Никогда бы такого не сказала чужому. Поиграть с Костиком – да, но чтобы мальчишке, кто и без того ненавидел и презирал…
– Круть! Волкам по вкусу придёшься, – хмыкнул криво, а смотрел уничижающе.
– Да пошёл ты! – всё же обогнула соседа и двинулась дальше.
– Ну и пиздуй зад морозить! Может маньяк какой попадётся. Тут всего ничего километров двадцать до нашего дома.
Я смутно понимала, что его забавляло. Больше слушала разъярённый бой своего сердца. Но цифра перед глазами мелькнула. Сначала просто цифра, а потом она зависла… и я скудными познаниями простой математики прикинула, сколько это мне до дома добираться вот таким темпом, если попутку не поймаю. Вышло как в анекдоте «до х*я!»
Я даже покосилась с сомнением на огоньки города, которые хорошо были видны с дороги за белоснежным, вернее в этот час ночи, за тёмно-серыми полями, лесами и даже редкими домиками чуть глубже, если за пролесок зайти. Туда и дорога второстепенная сворачивала, чуть дальше на перекрёстке.
– Да, так ближе, – словно прочитал мои мысли Тимур. – По прямой… километров пять-шесть будет.
– Вот и отлично!.. – буркнула больше себе и, шубку поправив, пошагала в том направлении. Ничего. Мне связь поймать, а там такси как-нибудь вызову.
Глава 11
Глава11
Тимур
Глядел на неё и не понимал, идиотка или прикидывалась? Она мне напомнила существо не от мира сего. Вроде человек, но не такой как все.
Аутистка!
Смотрит внимательно, кивает, что поняла, но при этом… делает как-то нелепо по-своему, без желания причинить зло, обидеть. Просто потому что ТАКАЯ.
Нет, я её послал, конечно, но это не значит, что идти нужно, куда послали. Я же глумился. Стебался…
А она… шла и такая загадочная – вся в себе, и совершенно непонимающая, что место, куда послали – неправильное и нехорошее.
Так и аутисты. Говоришь идти – идут.
Нет, они не тупые, но, бл*, странные. К общению с ними нужно привыкнуть. Да и вообще, их понять нужно, чтобы не недоумевать, почему они не такие, как большинство.
Не то, чтобы был знатоком аутистов, но сталкивался с ребятнёй в прошлой спортивной жизни, пока участвовал в рекламах и пиар-компаниях. Для спонсоров – бабло, для меня – светилово, а деткам – радость.
Типа все не в накладе! Так мне, по крайней мере, говорили важные дяди, когда спрашивал: «на х*я?»
Так вот, я с ребятнёй, к собственному удивлению, находил общий язык. Не сказал бы, что это просто, но, чуть приложив смекалки…
На этом мысль слизало, как волной мелкий камушек. Я ещё провожал взглядом свою неадекватно-адекватную соседку, воспринявшую мои слова, как должное. Она как раз свернул на второстепенную дорогу, ведущую к центру города. Почти, потому что путь к нему шёл через небольшое село и лес…
И когда хруст снега слился с глухим и коротким визгом Алии, я бросился к идиотке, спотскользнувшейся и распластавшейся возле сугроба у обочины. Ей повезло, если бы не он, могла бы скатиться в сугроб посерьёзней, а там снега… ого и фраза «до х*я» была бы в точку, если даже не «по горло».
– Далеко ушла, – не сдержал язвительности. Но видеть соседку валяющей становилось до неприличия смехотворно-привычным.
– Не тронь! – принялась брыкаться, когда руку протянул. Я не хотел с ней спорить. Устал жутко, поэтому просто поймал за запястья и дёрнул к себе. Она ойкнула, лицо скривив и на ногу припав.
Я едва глаза не закатил от досады, и пока она рот открывала, на руки подхватил.
– Пусти! – ударила кулачком по плечу, разъярённой кошкой на меня глядя.
– Ты, бл*, такая сложная, что у меня нет ни нормальных слов, ни матов для общения с тобой, – чеканил аккурат с шагами до машины.
– Тогда молчи! – возмущённо сопя, брякнула Алия, но голос дрогнул, и драться прекратила.
– Я помню твою позицию насчёт молчания, – едко ухмыльнулся, – но с тобой это тоже не прокатывает.
У машины её на ноги поставил. Такую снежную, дрожащую и подавленную, даже выпускать из рук не хотелось – наоборот бы прижать, обогреть, успокоить. Но вместо этого, быстро заднюю дверцу открыл и жестом туда пригласил.
Она нахмурилась, но села, правда прежде чуть отряхнулась от снега:
– Спасибо.
Я себе зарубку сделал, это женщина которой нужно управлять. Как это с ней делал «кошель». Звонок – готова. Глянул – она уже прижимается… Видать выдрессирована.
Я против дрессуры, но слепо хочу. Так что сломаю… если сам не сломаюсь. Хотя последние несколько недель упрямо себя убеждал, что она мне нахер не сдалась. А вот ХЕР с тем же упрямством доказывал крепким стоянием, что даже мысль о стерве меня волной желания топила. Вроде не юнец с первым стояком, но Альку дико хотел. Так, что яйца уже болели.
С этим что-то нужно делать! Дрочить и трахать других – уже не панацея!
С этой мыслью куртку снял и на оголённые ноги соседки кинул:
– Прикройся, хоть теплее будет.
«А мне легче!»
– А ты? – вскинула на меня удивленные глаза.
– Мне полезно, – буркнул, отвернувшись.
Может хоть так остужусь, а то… огонь меня уже плавил.
Открыл багажник. В спортивной сумке отыскал толстовку, спортивные штаны, носки. Пусть не новое, но всё чистое. Это у меня на всякий случай в запасе лежало. Если вдруг загуляю, поздно проснусь НЕ У СЕБЯ, чтобы не мчаться домой за вещами…
– На вот, утеплись, – бросил Але шмотки.
– Издеваешься? – поморщилась она, брезгливо приподняв пальчиками верхнее.
– Это теплее чем то, что на тебе. Я пойду, отолью, а ты пока одевайся…
11.2
Алия/Аля
Тимур ушёл как ни в чём не бывало, а я так и остался смотреть на темно-синий спортивный костюм. Огромный и НЕ МОЙ!
Не то, чтобы брезгливой была, но с чужого плеча… не привыкла вещи носить. А потом себя же шокировала, к носу приложив…
Я больная… Фетишистка? Даже глаза закрыла, пронзённая отчаянной правдой – мне до трясучки нравился запах Тимура. А вещи пахли им.
Приятно. Так приятно, что по коже мурашки вновь пронеслись, жаркая волна по телу прогулялась, дав понять, что я и впрямь неисправимо озабочена и естественно Тимур был прав – я мёрзла…
Оглянулась – парень стоял за машиной, ко мне спиной и, судя по всему, справлял нужду. Торопливо шубку расстегнула, платье не снимала – поверх накинула толстовку, штаны, присборив подол до талии и путаясь в длинных брючинах.
Носки.
Ступни в сапожки уже не влезали, поэтому решила забраться с ногами на сидение. Укрыться шубкой, и так сохранять тепло. Секундой погодя на водительское кресло сел Тимур.
– Теплее? – через зеркало заднего вида глянул.
– Да, спасибо, – благодарно кивнула. В этот раз тронулись спокойно.
Ехали без эмоционального напряжения, я ковырялась в мыслях ровно до странно повисшей тишины и окутавшей нас темноты.
– Бл*! – красноречиво выругался Тимур, на снижающейся скорости свернув на обочину.
– Что-то случилось? – подала голос.
– Хер знает, – буркнул Тимур.
Сделал ещё несколько попыток завести машину ключом, потом чертыхнувшись крепким словцом, торопливо покинул машину. Включил телефон, а я вперёд подалась от интереса, что же он там такое эдакое высматривал под капотом.
– Аккумулятор опять сдох, – обречённо плюхнулся на переднее кресло Тимур.
– И что нам делать? – повис осторожный вопрос.
– Машину толкнёшь? – ко мне обернулся с таким искренним ожиданием в глазах, что чуть было не кивнула. Даже головой начала жест, но тотчас затормозила:
– Нет конечно!
– Вот и я о чём, – цыкнул со смешком Тим. – Шучу я, – мотнул головой, когда я продолжала его таранить непонимающим взглядом. – Водить умеешь?
– Учусь… вторую неделю, – призналась сбивчиво, но секунду «до» – задумчиво жевала губу.
– Да ну? – с большим интересом на меня покосился Тимур. – Учишься? Реально?
– Да, – опять состорожничала, не понимая, глумится или серьёзно удивлён?
– Твой папик решил идти другой дорогой?
На мой всё тот же непонимающий взгляд, пояснил:
– Решил не покупать права, а платить за их получение честным путём!
– И что в этом такого? – не отрицала того, что есть.
– Да так, – помрачнел сосед. – Вот за это его уважаю…
Я опять растерялась. Костик мог быть извращенцем, муд*ом, козлом, подонком, но всегда с щепетильностью относился к моим знаниям. Всё, что не могла осилить сама, помогал постигать с помощью знающих, грамотных, образованных специалистов.
– За рулём уже сидела?
– Д-да, – неуверенно кивнула.
– Давай сюда, – махнул на своё место.
– Я без обуви, – повинилась, хотя больше походило, что пыталась отмазаться.
– Ползи, а не иди, а для нажатия педалей… обувь не обязательна, – дёрнул плечом и вышел из авто, уступая мне водительское место.
Меня затрясло, как всегда бывало, когда садилась за руль. Волнение охватывало. Мандраж…
– Итак, скажу: «Газуй», ключ поворачивай и жми педаль газа. Это которая крайняя правая, – пояснил без улыбки, но осторожно. Видимо страшась задеть мои нежные чувства.
– Я помню, – опять кивнула, закусив губу.
– Отлично! – Тимур дверцу прикрыл. – Не закрывай, – для меня бросил.
Я вцепилась в руль. Меня заколотило сильнее. Я судорожно ногами педали перебирала, вспоминая, где какая и уже понимая, что мне жутко неудобно сидеть и вообще я еле дотягиваюсь до них…
– Готова? – прорезал волнение голос Тимура.
– Д-да, – отозвалась, совершенно в том неуверенная.
– Газуй! – рявкнул Тимур, и машину качнуло аккурат с первым поворотом ключа в скважине. Машина только грустно чихнула.
– Ещё! – Со следующим толчком я опять провернула ключ и надавила педаль газа. Машина опять чихнула… покатилась… всё быстрее и быстрее, пока я повторяла манипуляции, и движок, сильнее не прокряхтев, вновь не заголосил, а небольшое пространство вокруг машины не осветилось скудным светом.
Когда у меня от ужаса глаза стали расширяться, Тимур завопил:
– Тормози!
Я тотчас нажала тормоз. Машина чуть юзнула задом, со крипом остановилась, но рычать не прекратила.
– Дверь закрывай, – плюхнулся на соседнее сидение парень и махнул на мою дверцу.
– Зачем? – меня ещё не отпускало волнение после нашего мероприятия.
– Поведёшь машину, – шмыгнул носом Тимур и подул на руки.
– Но у меня нет прав! – возмутилась тихо.
– Меня это не беспокоит, – легкомысленно хмыкнул. – Да и на дороге никого… До начала городской черты докатишь, а там я тебя заменю, – так искреннее улыбался, что я опять купилась.
– Что, – слов не находила, – вот так просто дашь поводить?
Даже Костик не позволял. Он был в этом упрям: «Для этого есть и машины другие и люди, умеющие обучать – пусть и учат! А только получишь права, будет у тебя собственная машина!»
С датчиком слежения – это было понятно без слов.
– Да, ты мне телик дала глянуть, ну вот, а я тебе чуть порулить. Не быстро! – пригрозил миролюбиво. – Я буду страховать. Или не хочешь?
Я неверующе на него посмотрела и почему-то заулыбалась:
– Хочу, – меня это тронуло до глубины души.
11.3
***
Только сидение чуть сдвинула, чтобы удобнее на педали нажимать было, а потом был кайф… драйв и вообще чистый экстаз.
Медленно… медленно. С наставлениями и подсказками Тимура, увеличивая скорость, дошла до третьей передачи.
– Врубай четвёртую! – скомандовал парень. Я сглотнула натужно:
– Может, не надо? – как по мне это уже было быстро в условиях гололёда, ночи и полного неумения водить!
– Не ссы, давай! – подбадривал Тимур. Я подалась… И конечно, зря! Потому что, как обычно со мной случалось, облажалась.
На крутом повороте, меня ослепил свет встречки. Это было… неожиданно и страшно, и реально ослепляюще! От ужаса, опустила педаль газа и ударила по тормозам, судорожно цепляясь в руль.
Встречка опасно вильнув в мою сторону, пролетела мимо, а нас… занесло. Вот тогда меня дикий ужас охватил.
Тачку крутануло по дороге и к обочине понесло. Тимур за руль схватился, выправляя направление, но мы всё равно в сугробный барьер вписались боком моей стороны. Тряхнуло знатно, меня даже лицом в руль воткнуло: с коротким визгом клаксона и сдавленным охом Тимура.
Сердце выпрыгивало из груди, дыхание сбивалось. Перед глазами ещё звёздочки мелькали. А мы уже опять были в темноте и тишине зимней ночи.
– Ты как? – меня за плечо потормошил сосед.
– Н-нормально, – и заревела, от себя не ожидая такой бурной и слабой реакции. – Прости, я не хотела…
– Дурная что ли? – рыкнул Тимур. С одно щелчка отстегнул мой ремень безопасности и меня рывком подтянул. В себя вмял, на коленки свои усадив:
– Чшш, не реви, Аль. Прошу, – процедил сквозь зубы, но с мольбой. – Ты меня прости… я не имел права… – шумно сглотнул. – Заставлять, уговаривать… Не смей себя винить! – твердил как заклинание. – Тем более, нормально ведь всё. Ты жива. Я жив… А машина… хер с ней, – бормотал и бормотал.
Меня лихорадило, слёзы текли, но было уютно в руках Тимура и безопасно. Так удобно и хорошо, что вскоре я расслабилась и успокоилась.
Не знаю, сколько мы так просидели, но когда ясность ума меня наконец посетила, я остаточно шмыгнув носом: «Пусти», – высвободилась из рук соседа. Секунду подумав, села не на водительское, – меня от одной мысли, что я туда вернусь опять лихорадило, – я на заднее перебралась.
– Ну что, ты в норме? – чуть шероховатой голос Тимура потревожил повисшую тишину.
– Вроде, – кивнула в темноту. – Прости, – опять буркнула.
– Я же говорю, если ты не пострадала, херня дело! – равнодушно отмахнулся сосед. – Но нам теперь срочно нужно домой добраться, иначе околеем.
– О, – оживилась я, глазами шаря по сидению, где моя шубка лежала, чтобы найти там мобильный. – Если связь появилась, я могу Костика набрать. Тимур тотчас напрягся, даже молчание как-то недовольно звучало.
– Дело твоё, но я могу другу звякнуть. Быстро примчит…
Я тотчас перестала заморачиваться с мобильным. Вариант соседа мне нравился больше. Он это оценил:
– Куртку дашь? – руку протянул, прося свою вещь.
Я торопливо протянула тяжёлую кожаную куртку.
Тимур несколько секунд выискивал в телефоне номер:
– Здоров, Егорыч. – Пауза. – Ага, знаю, – с непосредственной улыбкой, будто получать люлей от сонного друга ему за радость, – но у меня пиздец. Ты срочно нужен! – Не, – судя по голосу улыбнулся ещё шире, – для этого телки есть, – хмыкнул придурковато. – Я на объездной… – пауза. – По ходу аккумулятор сдох, ну и я бочиной в сугробе. – Пауза чуть затянулась. – Ага, – кивок с улыбкой. – Жду. Спасиб, бро…
– Ждём, – отчитался для моих ушей Тимур. – Держи, – куртку вернул, а садясь удобнее, плечами передёрнул.
– Тим, тебе правда… – мне вообще стало неудобно. Он почти раздетый, а я в его вещах и помимо моей шубки ещё и его курткой укрыта.
– Норма! – мотнул головой, и вышел на улицу. Покопался в багажнике, достал аварийный знак, установил на дороге и бегом вернулся в машину.
***
Холодно. Я начинала подмерзать несмотря на внушительны слой одежды, поэтому ноги под себя подтянула.
– Замёрзла? – глухо уточнил Тимур, будто догадался о моём самочувствии.
– Нормально, – солгала, не желая показаться капризной и изнеженной.
Сосед попыхтел чуток, а потом бросил:
– Двигайся.
Я ещё ресницами хлопала, соображая, что он собирался делать, как Тимур, такой габаритный и высокий между спинками передних сидений протиснулся.
– Я не такой складной, как ты, поэтому, двигайся, – повторил без наезда.
Послушной девочкой поютилась в уголок сидения, чтобы этому… Лосю было как можно больше места, но когда он, скрипя и чертыхаясь, перебрался ко мне, запоздало уточнила:
– Надеюсь, ты без своих мальчишечьих замашек? Согреваться голыми телами?
– Предлагаешь? – нарочито подивился, вызывая желание немедля стукнуть, чтобы прекратил театр одного актёра.
– И не надейся! – отрезала мрачно.
– Жаль, – цыкнул сосед, на сидении умещаясь удобней. – Я уж подумал, схема сработала: я промолчал, и ты предложилась…
– Ты неисправим! – нахмурилась, поёжившись.
На улице холодало. Там, по ходу дела, разыгрывалась непогода – подвывал ветер, всё чаще вихревые потоки шибали по машине, да плевали мелким снегом в стёкла окон.
– Без прикола и пошлости, – был серьёзен Тимур, – клятвенно обещаю, с тобой никакого секса… без твоего согласия, – тотчас добавил, вызвав у меня усталую улыбку – вот как с ним ругаться? – Но я правда горячий, а ты…
– Никаких обнимашек! – категорически мотнула головой, но уже без желания погрубее осадить. Когда так мило предлагаются… просто не могла хамить и посылать.
– Понял, Снегурочка, – разочарованно кивнул.
– Не называй меня так, – насупилась я.
– Лань? – озвучил осторожно секундой погодя.
– Это ещё с чего? – недоумевала я.
– Глаза у тебя… – Тимур запнулся.
– Ну знаешь ли… – даже обидно стало, такие сравнения на себя примерять. Ладно, не пошлые, но не самые романтические. – Ты у меня с парнокопытным ассоциируешься, я же тебя Лосём не зову!
«Только мысленно», – но это про себя.
– Правда? – вскинул брови сосед.
– Хоть раз назвала? – суматошно вспоминала, не накосячила ли.
– Нет, я об ассоциации…
– Да, – чуть растерялась.
– Такой рогатый? – продолжал таранить вопрошающим взглядом. – Тупой? Статный? – перебирал с кривой усмешкой. – Быстрый? Обманчиво безобидный?
– Проехали, – отмахнулась. – Ты так уже до комплиментов в свою сторону дошёл.
– А меня только недостатки по-твоему? – мягко и тихо посмеялся Тимур.
– Нет, но ими ты светишь куда сильнее достоинств.
– Понятно, – опять помрачнев, кивнул сосед.
***
Я уже начала бояться, что это никогда не закончится. Время жутко тянулось, холод проникал уже под шубку со спортивной одеждой. А больше всего колели руки и ноги. Я вся сжалась в комочек. Прикрыла глаза, молясь, чтобы быстрее приехала спасительная машина и ожидание закончилось. Но слышала лишь подвывание ветра, мирное дыхание Тимура, бой собственного сердца…
Видимо меня от холода дремой накрыло, а выдернуло то, что меня за ноги тянули:
– Аль, ты уже зубами стучишь, – голос хриплый соседа. Нехотя глаза разлепила, с трудом соображая, где я и почему так холодно.