Текст книги "Непростой Путь Про-Героя. Том 1. Том 2. (СИ)"

Автор книги: Александр Русак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 42 страниц)

– Конечно, друзья, мы же с тобой прошли через такое…

– Какое? – вытаращила она глаза.

– Уборку одного класса, Цуна, – серьезно кивнул я. – Такие вещи сближают.

Девушка прыснула и, собравшись воедино, балетным пируэтом выпорхнула в коридор. По моей реакции она, видимо, поняла, что никакой травмы детства или личной информации в моем ответе не будет.

Так и было.

– Знаешь, возможно… я просто хочу быть готов. К будущему. Каким бы оно ни было.

Мы спокойно шли по школьному царству. Дальше по коридору тусовалась какая-то кучка школьников в синих пиджаках, но в остальном было довольно безлюдно.

– И все?

Вечерело. Из окон по левую сторону огненной рекой вытекал закатный свет, от чего казалось, что в школе начинается пожар.

– Знаешь, возможно… это просто защитная реакция. Я никогда не умел сидеть без дела или лежать на диване целыми днями, когда над тобой висит… ну, Дамоклов меч, своего рода. Угроза. Ведь всегда можно спрятаться от страхов перед темным будущим и сомнений в своих собственных решениях в монотонной, однообразной, тяжелой работе.

И слегка улыбнулся, показывая, что говорю не всерьез. Мы почти дошли до ребят, о чем-то гомонящих впереди, возможно даже – ее одноклассников, так что я надеялся, что Сэцуна отвлечется.

Я еще не был готов рассказывать о своем знании будущего и тем более – феномене реинкарнации. Возможно, никогда не буду.

Но Токаге все равно нахмурилась:

– Угроза?

Тут я было задумался, стоит ли ей говорить о теории сингулярности причуд…

Но вдруг заметил кое-что нехорошее впереди – и резко ускорился.

Еще издали я приметил одну девушку, улыбчивую и милую блондинку со средней длины прической. Парни откровенно на нее заглядывались, а судя по тому, что я услышал отдаленный свист и приглушенный смех, несколько из них и вовсе позволяли себе комментарии на грани фола. Девушка же явно была слишком хорошо воспитана, чтобы оборвать нахалов.

Вот только моя при взгляде на нее интуиция буквально взвыла белугой – “Опасность! Опасный противник!” – еще до того, как я обратил внимание на то, как эта девушка стоит. А потом, когда уже невольно начал ускорять шаг, понял: идеальное позиционирование себя по отношению к толпе и основным входам и выходам из здания; неявно вынесенная назад опорная нога; запредельная пластика движений; одну руку постоянно держит рядом с приоткрытым, девичьим и милым, рюкзачком; не прерывает зрительный контакт с целью…

Девушка легко и незаметно для компании вышла из поля зрения большинства, сместилась ближе к тому самому парню, который отвлекся на разговор, ее правая скользнула за оружием в рюкзак…

Я оказался рядом и остановил ее кисть буквально в последний момент.

Крепко сжатую руку кольнуло болью; возможно, орудием мести – или справедливости? – должен был стать столовый нож. Или нож для бумаг?

Ну, хоть не пистолет, и то хорошо.

Как бы там ни было, мое тело до этого момента двигалось практически само, и только сейчас в процесс включился мозг – разгребать. Ох…

– Не надо этого делать, – вполголоса сказал я, стараясь не привлекать внимания остальных ребят в синей форме, увлеченно обсуждающих выпускной. Ну да, кто бы сомневался.

Девушка испуганно, но тихо вскрикнула, взглянув на меня расширенными глазами. Агрессивной или, тем более, опасной она не выглядела вовсе.

Даже больше: выглядело это до того натурально, что я даже задумался – не почудился ли мне профессионализм в ее действиях? И действительно, откуда подобные умения, в конце концов, могли бы возникнуть у обычной школьницы?

И проверить, что именно я держу в кулаке, нельзя – мы таки привлечем внимание, и если я-то смогу отбрехаться, то вот девушке, если я прав, может грозить остракизм и ухудшение ее ситуации. Но и доказать я тоже не могу ничего.

Черт, вот же угораздило вляпаться на пустом месте…

Однако мы все еще в реальном мире. В котором по-прежнему существуют школьные издевательства, где по-прежнему есть везунчики и неудачники, где все еще есть сексуальные домогательства, где естественный отбор, гормональное созревание, переходный возраст и социальные взаимоотношения сверх того усугубляют причуды…

И не то чтобы мне было дело до мелких школьных ссор – ну не убьет же она его здесь…

И, возможно, я сейчас буду выглядеть идиотом, стреляя наугад и в молоко…

Но я должен подстраховаться. На всякий случай. Если есть даже небольшой шанс, что это спасет кого-то… не важно, ее или ее жертву.

Герой я все-таки, или нет?

Стремиться в Юэй, который готовит героев, и при этом пройти мимо, не предотвратив беду, было бы как минимум цинично и лицемерно.

– Не знаю, что этот парень тебе сделал, но… не надо делать с ним ничего эдакого, – произнес я в полголоса и кивнул вниз на удерживаемое мной неведомое оружие (или “оружие”). – Этот мир сложный, временами неуютный, иногда кажется, что он – не для всех. Что ты – не такая, как все. Возможно, ты думаешь, что одинока, что тебя не понимают окружающие… не слышат, что ты им говоришь... даже грубят и делают больно…

В глазах девушки промелькнуло какое-то странное выражение, но – удивительное дело, не замечал за собой подобных талантов к душеспасительным речам – она не предпринимала попыток вырвать руку или закричать. Лишь только тихо слушала.

Я воспринял это как хороший знак и продолжил свой экстренный сеанс психологической помощи от Нирена Шода:

– Но, знаешь, я тоже не такой, как все. И вон она, – я дернул головой в сторону Сэцуны, настороженно замершей в паре шагов от меня, – тоже. Мы все не такие, как все. По сути, все – одиноки, и всем из нас этот мир подходит не до конца. И это…

Черты лица девушки исказились, губы растянулись в неожиданно циничной усмешке… но я не дал ей ничего сказать, перебив тихим голосом, почти что шепотом:

– И это нормально! Даже хорошо! Потому что делает мир простым. Не нравится что-то в мире? Стань сильным! Если ты сильный – ты устроишься хорошо, ты САМ сделаешь этот, неподходящий тебе мир – подходящим. Вспомни Цементоса, героя и преподавателя в Академии Юэй, что выглядит как бетонный куб. Думаешь, просто ему было доучиться в школе до шестнадцати, если он внешне похож на оживший бачок от унитаза? Не думаю. Но сейчас ему плевать, потому что он стал героем. Стал сильным.

В желтых глазах моей слушательницы забрезжили какие-то искорки.

Ками-сама, надеюсь, это искорки понимания и я не горожу какую-то бессмысленную дичь, а доношу свою мысль. Я торопился договорить, пока нас не прервали:

– Именно потому, что мне не нравится кое-что в мире, я сам поступаю в Юэй. И вот она тоже, – я проигнорировал тихое “Эй!” со стороны. – Мы решили, что хотим быть сильными и не хотим – слушать чужое мнение. Понимаешь? А родители подруги вообще против, чтобы она стала героем, не верят в нее, но она все равно готовилась, и сейчас я точно знаю, что она станет прекрасным про, что она уже – сильная! Ну а что сделаешь ТЫ – и решать тебе. Не окружению, не грубым парням, не родне, а тебе. Плевать на их мнение, не трать на них время и силы. Важно то, что ты сама хочешь сделать и чего – добиться. Вместо того, чтобы винить мир и заранее сдаваться, сперва ПОПРОБУЙ выиграть, окей?

– Эй! – раздалось со стороны. Какой-то парень заметил, что я влез рукой школьнице в сумку.

Тц. Дайте мне договорить!

– А чтобы выиграть, нужно играть по правилам. Если мы все – одиноки, не важно, где быть одному – изгоем на дне общества или элитой на вершине, куда большинство не способно забраться сами. Заставь мир принять себя и…

Тут великого оратора имени Нирена Шоды схватили за плечо. Я разжал руку и отошел на пару шагов.

– Эй ты, ты что здесь забыл? У тебя все в порядке? Что ты хочешь от нее? Ты как? – накинулись на меня с агрессивными вопросами одноклассники блондинки.

Я поморщился. Подобное внимание было нежелательно и неприятно.

– Тише, ребят, тише, все в порядке! – тут уж ворвалась на сцену Сэцуна, – Это мой семпай из другой школы, я попросила его прийти мне помочь! Хватит его терроризировать, иначе он откажется мне помогать! Ну ребят…

“Ребята” поутихли, но бросаемые на меня взгляды были далеки от доброжелательных. К “пострадавшей” от меня девушке подошли несколько подруг и тот самый парень.

– Я уже ухожу. Мы ведь все уже решили, верно? – я спокойно улыбнулся блондинке, провожавшей меня взглядом, имени которой так и не узнал (да и зачем бы), и, демонстрируя открытые поднятые руки, двинулся дальше по коридору.

Обеспокоенная Токаге, скомкано попрощавшись с товарищами, догнала меня и сразу же закидала вопросами, подозрениями, восхищениями, недовольством и прочими эмоциями.

Я незаметно взглянул на ладонь. Царапины, что шла поверх отводящей мышцы мизинца, почти не было видно, хотя пара капель крови и выступила.

Может быть, я все-таки вообразил себе все это?

Ну тогда это был очень стыдный фейл, что тут сказать…

Наболтал с три душеспасительных короба бедной случайной девушке… не помню даже, когда я столько говорил. Аж охрип. Да и с чего я вообще решил, что она одинока?

Я встряхнулся.

Ладно, было и было. Во всяком случае, по меньшей мере одной цели я добился, и Сэцуна напрочь забыла о теме нашего разговора.

Пора бы и мне выбросить лишние мысли из головы – через неделю экзамены, нужно сдать все максимально близко к идеальному результату, чтобы никакая мелочь не помешала мне попасть в “А” класс… и составить план тренировок и питания на эти две недели… спланировать поездку в Юэй…

***

Там же.

Едва не поддавшись эмоциям, девушка, немного наклонив голову, смотрела вслед уходящему прочь по коридору высокому голубоволосому парню.

… парень уже давно ушел, с ним ушла и другая, смутно знакомая школьница, с темно-зелеными волосами, за ними потянулись уже ее одноклассники, кто-то встал рядом, кто-то начал отряхивать ее рюкзак… кто-то настойчиво затряс ее за плечо… кто-то позвал ее… как его… который ей нравился, которым она хотела стать… Сайто.

Ей уже не нужен Сайто.

Она все смотрела вслед, в давно опустевший коридор.

Потом, практически рефлекторно, слизнула кровь с ножа для бумаги.

Кровь оказалась… хорошей.

Сильной.

Вкусной.

Правильной.

Да, "правильная" – то самое слово.

Вкус такой крови во рту был чем-то правильным, чем-то настоящим и верным, каким-то таким, как все и должно быть. Чем-то, чего ей так давно не хватало, и чем-то, к чему она, наверное, уже давно бессознательно стремилась.

Девушка едва заметно поморщилась. Она не очень ловко обращается со словами.

А еще ее одолевало желание применить причуду – прямо здесь, прямо сейчас! – но крови было слишком мало, хватило бы только на пару секунд (тут она ощутила разочарование). Она знала, что пары секунд слишком мало. Ты только прикоснешься, только ощутишь это, только начнешь понимать, каково это… и на этом все. Только захочешь больше.

И она недостаточно знает этого голубоволосого. Кто он? Откуда? Нужно выяснить, нужно узнать, но он уже ушел… он говорил что-то про какую-то академию…

Да и место, все же, для причуды неподходящее. Стоят тут, ходят, смотрят…

По правде говоря, она уже и думать забыла о своей прошлой влюбленности, как и всех этих ненужных одноклассниках вокруг. Чего они шумят?

Пора бы найти место потише и подумать.

Блондинка припомнила недавний разговор с голубоволосым вкусным парнем. Да, так она и будет его называть… «Вкусный парень».

Ну ничего.

Она его еще встретит. И в этот раз, да, да, возьмет себе больше, чем пара жалких капель!

Она облизнулась и почувствовала, как улыбается.

Искренне улыбается.

Люди обычно нервничают, когда она искренне улыбается.

Это хорошо.

Она чувствовала, как годами носимая маска веселой, рассудительной, воспитанной, нормальной трескается и разваливается, выпуская ее настоящую наружу. Как же давно она не чувствовала этой свободы… свободы быть самой собой… с самого детства…

Но все произошло совершенно не так. Она лишь чувствовала, что не в силах больше сдерживаться, что хочет, наконец, поддаться желанию быть ближе к тому, что ей нравится, обладать тем, что ей нравится, быть с тем, что нравится… быть тем, что нравится…

И вдруг оказалось, что то, что ей нравится, не рядом. А того, что рядом – она скосила взгляд на испуганного Сайто – уже совершенно недостаточно.

Она вернула маску, точнее, то, что от нее осталось, на место.

Значит… рано быть самой собой. Рано. Еще чуть-чуть… можно и потерпеть.

Отодвинув в сторону побледневших одноклассников и медленно идя к лестнице, девушка задумчиво покатала в голове возникшую мысль.

Вкусный парень сказал, что станет героем.

Да, все герои, да и вообще все, построенное вокруг героев, ее уже давно и глубоко бесят.

Но… кровь парня вкусная. Правильная.

Да, в обществе, какое оно есть, таким, как она, места нет.

Но… так ли это плохо?

Может быть, она просто не там искала?

Точнее, смотрела не с той стороны? Она глядела из толпы, от подножия горы, из темноты… и жаловалась самой себе на то, как здесь темно, и ее никто не видит, да?

Но, возможно… ей наоборот нужно было посмотреть с самой вершины этой горы?

В конце концов, тот, кто стоит на вершине, стоит так высоко, что заслоняет собой солнце… а значит, его все равно как бы не видно, да?

Солнечные лучи, и эта тень от этого, все такое, и все эти штуки вроде общественного признания и славы как бы скрывают его дефекты, и он скрывается… у всех на виду.

Она много раз видела такое по телевизору – все эти жалкие герои в реалити-шоу, где они перемывают друг другу кости и вытаскивают, как это… грязное белье, вот. Или все эти скучные пакости, которые читает мать в желтой прессе…

И при этом они все равно – Герои. Солнце, и слава на вершине, и все эти яркие штуки скрывают их грязь. Да.

Они так блестят, эти модные гламурные герои, что за блеском не видно, какие они грязные.

Или страшные.

А ведь да… некоторых – немногих, но некоторых – героев в то же время и боятся…

Она не выдержала и снова широко улыбнулась.

Заметив нож для бумаги в руках безумно скалящейся девушки, идущей к выходу из школы, пара младшеклассниц взвизгнула и забилась обратно в туалет.

… вот прямо как ее сейчас.

Блондинка на мгновение застыла.

Да. ДА! Вот оно!

Если так подумать, среди самих героев полно странных, страшных, непонятных…

И… они часто истекают кровью, да?

И, если она будет рядом… никто ведь не скажет ничего, да? А она так, незаметно… Да и, даже если скажет, она всегда может сделать так, что никто уже ничего не скажет, верно? Как там говорится… не пойман – не вор, да?

А еще вкусный парень там будет…

Прямо сейчас она так хочет быть рядом, ей необходимо быть рядом, быть прямо там, с ним, прямо там, быть ИМ, а значит, нужно попасть туда…

Как он сказал?

“Заставить мир принять себя… ха?”

Звучит… очень и-де-а-лис-тич-но.

Как все эти отвратительные… лозунги. И слоганы.

Но… если она права насчет этой фигни с тенью и вершиной… и сможет жить хорошо…

Если больше не нужно будет скрываться. Прятаться. И притворяться... держать маску на лице, маску, которую она держала последние годы, маску, которая так мешала...

И если там будет много такой вкусной крови, как у этого парня…

И сам парень…

Тогда....

Тогда там будет и она.

… и тогда она наконец сможет по-настоящему стать тем, что ей нравится.

***

Химико Тога, а эту девушку звали именно так, рассеянно сунула нож за резинку чулок, забила в поиске “Академия Юэй” и задумчиво уставилась в телефон.

[КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА]

Послесловие от автора:

[сохранено в почти первозданном состоянии – как память]:

Прежде всего, всем спасибо, кто ждал, хвалил и писал комменты!

Во-вторых, большая-пребольшая просьба: будьте добры, обходитесь в комментариях без спойлеров! Я искренне их ненавижу, и, думаю, в этом не одинок. Как вы только что видели, глава содержит дофига твистов. В идеале – вообще не пишите спойлерной инфы, даже пряча под кат. Сюжет только закручивается, и вам повезло "читать" его из первых рядов. Не рискуйте испортить впечатления другим читателям, плиз.

Третий момент: глава вышла неадекватно большая, поэтому писалась неадекватно долго. Планирую последующие делать короче. По этой же причине поделил седьмую главу на три части при загрузке.

Четвертый: не то чтобы часто, но пару раз меня спрашивали про реквизиты, Бусти и тому подобное. Бусти я таки, пару недель назад, завел.В тот момент я не планировал ранний доступ, но потом жизнь совершила очередной кульбит, и теперь вы можете получить доступ к ряду глав в раннем доступе. Всем, кто поддерживает, большое спасибо!

Пятый и последний момент: сейчас у меня ощущение такое, как если бы я книгу дописал, а не главу, блин. Но, как бы там ни было, в следующей главе будет канон, товарищи. Экзамен, роботы и твисты – мы таки добрались до этого момента. Пересматриваю третью серию первого сезона :)

Иллюстрации:

Химико Тога в свои школьные годы.

Ну милота же, без этих непонятных катушек на голове...

Что примечательно: ее день рождения, согласно вики – седьмого августа, а на момент появления в сюжете канона ей – шестнадцать. Путем нехитрых вычислений мы понимаем, что да, она почти на год старше всех основных героев, и, тем не менее, да, когда она еще училась в средней школе (и появилась в фике), ей было пятнадцать – потому что в Японии учебный год начинается не как у людей не первого сентября, как в России, или пятнадцатого августа, как в Америке, а шестого апреля.

А значит, она, скорее всего, непосредственно перед событиями канона училась в том же классе (девятом), что и Нирен, Юи, Сэцуна, Мидория, Бакуго, etc.

Улыбайтесь, вас скриншотят!

Та самая метафорическая «маска», о которой идет речь в конце главы, и сама девушка-яндера – среди шумных и чем-то там (выпускным!) возбужденных одноклассников.

Ну и... нож для бумаг, с которым сразился Нирен.

Между прочим, First Blood в фике!

Примечание автора!

ВТОРОЙ ТОМ НАЧИНАЕТСЯ НА СЛЕДУЮЩЕЙ СТРАНИЦЕ, ЧЕГО ЖЕ ВЫ ЖДЕТЕ?!

Ну, раз ждете...

Несмотря на мое собственное удивление, из-за недавних изменений в жизни и вопреки тому, что я говорил ранее, цепкие щупальца капитализма добрались и до моей писательской деятельности.

А это значит, раннему и платному доступу к моим книгам – быть! У меня теперь есть Бусти!

Что это значит для вас:

– С одной стороны, платить никто не любит. Так как обновы по-прежнему будут появляться здесь, вы можете просто подождать и прочитать книгу бесплатно. В конце концов, это фанфик. Такую точку зрения я понимаю и уважаю.

– С другой стороны, с этого момента я буду писать быстрее. Так что все, кроме меня, от этого только выигрывают: все читатели будут получать продолжение раньше, те, кто захочет – ЕЩЕ раньше по подписке.

– С третьей... ну. Я как бы и раньше старался и работал, результатом чего является высокое, вроде как, качество книжки. Так что если сочтете это достаточным поводом кинуть денег в монитор – будет уместно и очень приятно.

Что это значит для меня:

– Работа, работа, работа... а...

– Я завел себе всякие донатоприемники-подписки. Если хотите, посмотрите бонусы за "патреонство" второго уровня – он даст весомые, для кого-то, и любопытные преференции, которые уже влияют на процесс написания фиков (особенно благодаря опросам по будущим фандомам, ну да там очевидно).

В общем, надеюсь на продолжительное и плодотворное творчество (так как в планах у меня далеко не один фанфик, а еще есть и задумки по оригинальным книгам в жанрах бояраниме и сянся, и такие вот мотивирующие штуки действительно помогают).

В любом случае, спасибо всем за поддержку!

Как это работает?

Сначала выкладка на Бусти, параллельная редактура, вычитка, конвертация в три формата для скачки и подбор картинок, если надо. Зачастую в главах по три-восемь изображений, часть из которых я редактирую в Фотошопе. Занимает время все это... не говоря уже об обзорах чужих книг и опросах по сюжету НППГ.

Затем – выкладка глав на Автор тудей. С отставанием в двенадцать штук или около того.

А еще с отставанием в пару месяцев – уже на остальных платформах.

Писать «Путь», т.е. основную мою книгу сейчас и основной фанфик, я буду по будням, и по будням же стоит ждать главы про нелегкий путь Нирена. Чаще всего гружу в 00:30 по Москве.

По выходным – выходные.

Впрочем, работа по ним тоже будет вестись, естественно – мне ведь и планировать события надо, и аниме пересматривать, и Нирена прокачивать, и вики шерстить, и так далее.

А еще работа по выходным касается моего музыкального Youtube-канала, исекая "Не Время Для Гаремов", ЛитРПГ-цикла Игрок Без (он тоже есть на Авторе, к слову), а также некой Бесконечной Осени (што ето) и давно запланированных, но пока нереализованных штук.

Все, еще раз спасибо, всех обнял!

Глава 8. «Прыжок веры». Часть I. [ВТОРОЙ ТОМ]

Одна из основных вещей, которую рекомендуется соблюдать в период подготовки к важным экзаменам – это режим.

Особенно это касается самого дня экзамена.

Поэтому я встал в обычное свое время, то есть четыре тридцать утра, размялся и отправился на пробежку по ночному еще, почти безлюдному городу. Люблю, на самом деле, когда на пробежке я один.

Впрочем, что японцы в целом, что бегуны в целом встают рано, так что один я не был, наверное, ни разу. Чтоб одному бегать – это надо едва ли не раньше трех вставать надо, что даже для меня будет слишком.

Было прохладно, дыхание вырывалось

маленькими белыми тучками…

Затем я ополоснулся, собрался, пожелал доброго утра зевающему отцу, перехватил пожелание удачной сдачи, кружку кофе и пару мультизерновых тостов, которые в своей префектуре ем, вероятно, один… заскочил на рейсовый автобус, который ездит из Хаммаматсу в соседний город Мусутафу, и отправился в Академию Юэй – сдавать экзамен.

На часах – без пяти шесть утра.

Двадцать шестой день февраля.

Застал рассвет, когда садился на автобус…

Другая вещь, которую часто советуют в преддверии важного испытания, это заранее съездить и побывать в тестовом центре, зайти в аудиторию или экзаменационный зал, да и в целом продумать логистику путешествия. В идеале – вообще побывать на дне открытых дверей в твоем предполагаемом месте учебы.

Я все это, естественно, сделал, потому за свое возможное опоздание не переживал, хоть и вышел с солидным запасом по времени.

"Открывший двери" Юэй вживую… впечатлял, но об этом потом.

Ехать было далеко, и потому в автобусе можно было бы спать – но спать я не хотел, потому что третья (и самая важная) рекомендация перед значимым экзаменом – отдохнуть перед ним. Поэтому вчерашний день я целиком посвятил гедонизму и сибаритству, уложив свою тушку в кровать всем “вовремям вовремя”, а эту поездку проводил наедине с музыкой, с ленивым интересом рассматривая окружающих и гадая, кто из них едет туда же.

И, наконец, к восьми тридцати пяти, в окружении других школьников в куртках, пальто и пиджаках, я стоял перед громадным фасадом цитадели геройских знаний.

Стоял, что характерно, один – Юи с Цуной должна была подкинуть мама последней. Мисс Токаге, как на западный манер любила представляться Йоко Токаге-сан, довольно настойчиво звала и меня, но я отговорился, сославшись на своих педантичных тараканов.

На обширной территории Академии транспорт был запрещен, поэтому все новоприбывшие абитуриенты выгружались из автобусов, такси, лимузинов, спорткаров и так далее, и дальше уже двигали своими двумя вне зависимости от степени элитарности. Сопровождающие тоже не приветствовались – без разницы, обеспокоенный родитель или личный телохранитель.

Все абитуриенты равны, в этом, знаете ли, и психологический подтекст имеется.

В общем, стоял я под стенами Юэй один.

Стоял, и… не верил. Едва на слезы не пробивало, если честно. Этот гребанный день, наконец-то, пришел…

Сколько подготовки, сколько труда, сколько работы над собой, сколько жертв вложено в эту… возможность… аж расчувствовался, как студентка на первой сессии.

Хотя рановато я дал волю чувствам, я ж еще никуда не поступил. Рано, Нирен.

Прикрыв глаза, я досчитал до десяти и потратил пару секунд сверху на глубокий-глубокий вдох. И выдох. И широко улыбнулся.

Я иду, будущее!

… в огромном актовом зале, похожем на греческий амфитеатр, мы состыковались с Юи – учеников из одной школы сажают рядом, так что мы привычно сидели плечо к плечу. Каждый имел свой порядковый номер, я был пять тысяч четыреста тридцать шестым, например. Больше десяти тысяч абитуриентов со всей страны (и еще пара сотен сверх из-за границы)!

Естественно, в один зал мы бы не поместились, так что их, залов, было аж три.

Неподалеку от нас обнаружилась и фонтанирующая возбуждением Сэцуна, а уж когда мне приветливо помахал кисточкой хвоста и Маширао, сидящий через два ряда, стало очевидно, что нас группируют по городам и префектурам.

Вообще, народа было полно, все – крайне разнообразные, яркие и не всегда даже полностью антропоморфные. Рассмотреть среди всего этой рассады причуд моих будущих одноклассников, о которых я знал, не представлялось возможным. Однако я, благо сидел на самом верхнем ряду, не прекращал попыток, и…

Наконец, заприметив слева уже знакомую мне белобрысую колючую макушку и недовольное даже со спины лицо, я понял – вот оно!

Сейчас я увижу протагониста истории из Мира А, который станет величайшим героем!.. и вот это вот все…

Рядом с хмурым Бакуго обнаружился типичный восторженный нерд с шапкой кучерявых волос. Таких же зеленых, что и у Сэцуны.

Для полноты образа законченного и забитого ботана не хватало только очков с сотней-другой диоптрий. Эдакий Питер Паркер на минималках, версия японская и без ГМО, но с натуральным красителем.

Я, кстати, смутно припоминал, что этот парень в последнем сезоне аниме мне чем-то показался похожим и на Человека-Паука… но вот чем конкретно – понятия не имею. Ну и ладно.

В общем, внешне Мидория Изуку, который станет одним из сильнейших существ в течение ближайшего года, не впечатлял.

Откровенно дрыщавый, несмотря на тяжелые тренировки, которым его, по идее, должен был подвергать Всемогущий последние месяцы; совершенно социально неадаптированный, несдержанный в своих восторгах, то и дело бормочущий себе под нос, закрывающий лицо руками и раскачивающийся, будто ортодоксальный еврей во время молитвы; забитый, то и дело испуганно косящийся на соседа; лицо ни разу не мужественное, подбородок совсем не волевой (в отличие от того же блондина по соседству, например) – скорее паренек был похож на нескладную бабу с большими глазищами.

Но имела место по меньшей мере одна черта, которую мы с ним разделяли в полной мере – это радость… даже искренний восторг от происходящего и окружающего. От героев, от академии. От самих себя, которые, благодаря упорному труду и везению, прямо в данный момент могут прикоснуться к божеств… точнее, к героическому.

А значит, я, скорее всего, знаю, как с Изуку поладить. Полезно это будет и мне, и ему.

Учитывая, что этот мир, на данный момент, ни разу не заставил меня заподозрить, что его история существенно отличается от хронологии Мира А (кроме самого факта моей реинкарнации, конечно)... можно быть в определенной степени уверенным, что этот невзрачный парень с честью справится со всеми падающими на его плечи испытаниями, вероятно, даже лучше, чем некий Нирен Шода.

Я чуть улыбнулся и повернулся к кафедре – внимать.

А внимать было кому – на сцене распалялся и успешно дискредитировал собственный профессионализм профессиональный герой Хизаши Ямада, он же – преподаватель Юэй, он же – Голосистый Герой: Настоящий Микрофон!

… ну это же Япония, страна крайностей. И странностей.

В отличие от фонтанирующего радугой Изуку, у меня этот клоун положительных эмоций не вызывал, потому и его радиостанцию для про-героев я не слушал, предпочитая подкасты с симпатичными блоггершами-супергероинями. Вроде Полночи, ага.

… ладно, если честно, я крайне редко находил время смотреть что-то подобное, предпочитая или сжатую новостную сводку, или камерное интервью с кем-то вроде Наган.

Впрочем, и негатива к своему будущему преподавателю английского тоже не испытывал – мужик просто застрял, стал заложником собственного "сценического" образа, того геройского имиджа, который Микрофон – Мик для краткости – и сформировал ради популярности еще в студенчестве.

К слову, о преподавании “английского”. Для большинства гражданских преподы в Академии действительно были известны как обычные университетские преподаватели, и обывателей даже не смущал тот факт, что все до одного они, прежде всего, профессиональные герои. Успешные герои! Известные! Людей больше интересовали новые эпатажные костюмы Полночи или слухи об очередной интрижке Короля Влада.

Кроме того, такая легкая психологическая уловка успокаивала обеспокоенных родителей, ну, тех, что попроще. Вроде моей мамы, прости-ками-сама.

Однако на самом деле такие “обычные” предметы занимали едва ли десятую долю всех академических часов. Например, Мик в дополнение к своему английскому – а интернациональный язык героям, безусловно, необходим – выступал также преподавателем публичных выступлений, ораторского искусства, учил тому, как выводить из горячих точек нервных гражданских, как давать ответы на интервью и не косячить, как Неболаз, как проводить пресс-конференции…

Означенный Мик тем временем распрягал про наше сегодняшнее расписание.

Оба экзамена, теоретический и практический, занимают в сумме два часа и десять минут.

Сначала сдаем теоретический экзамен, всего один, но объемный и по совокупности общеобразовательных дисциплин, плюс английский до кучи. Длится это стандартизированное компьютерное тестирование полтора часа, проводится на компьютерах в десятке аудиторий поменьше. Начало через пятнадцать минут, кстати.

Ничего подобного из аниме я, конечно, не помнил, но и ожидать чего-то иного от одного из самых престижных учебных заведений в мире было бы по меньшей мере глупо.

Да я и не ожидал, заранее ознакомившись с процедурой поступления – как и сделал бы любой адекватный человек.

Когда разобрались с очередностью и распорядком тестирования, вводная речь, больше похожая на выступление довольно уродливого айдола, перешла к сладкому – к большим! Человекоподобным! Роботам!

Ладно, ладно, не очень похожим на человека и не очень-то большим, но тем не менее. Таки да – практический экзамен в Академии Юэй в этом году должен был длиться всего десять минут, совпадать с моими воспоминаниями и записями и представлять собой масштабную драку, стенка на стенку, абитуриентов против роботов.

Подразумевалось, что подобный опыт должен был продемонстрировать нам, будущим героям, всю прелесть избранной нами карьеры, то есть избивания супостатов и бытия избитыми ими же.

Это если изображать хлебушек и смотреть совсем на поверхность.

На деле это – соревнование. В современном мире причуд и героев, к сожалению, поимка преступников превратилась в своего рода спорт, соперничество между самыми быстрыми и яркими, сражение между эффективностью и эффектностью, профессионализмом и большими б̶у̶ф̶е̶р̶а̶м̶и амбициями.