Текст книги "Лекарь из Пустоты. Книга 3 (СИ)"

Автор книги: Александр Майерс

Соавторы: Алексей Ермоленков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Глава 7

Российская империя, окраина Новосибирска

Мы встретились у заброшенного элеватора на окраине Новосибирска. Встречу организовывал Ефим, место для встречи с бандитами выбрал подходящее. Можно сказать атмосферное – высокие, полуразрушенные бетонные цилиндры, заросшие бурьяном ржавые железные конструкции, полная темнота и абсолютная безлюдность. Сюда даже бомжи редко заглядывали.

Я приехал не один. Демид Сергеевич и ещё трое гвардейцев в камуфляже и с автоматами под длинными плащами подъехали на отдельной машине и заняли позиции в тени руин.

Я вышел к условленному месту – площадке перед главным корпусом, где когда-то разгружали зерно. За пазухой на всякий случай лежал пистолет, но главным оружием оставалась уверенность и Пустота, готовая вырваться в любой момент.

Они появились из темноты беззвучно. Во главе шёл знакомый лысый мужик со шрамом через всё лицо. Тот самый, что со своим подельником пытался избить меня в переулке. За ним – четверо крепких парней в спортивных костюмах. Все они были вооружены, это было видно по выпуклостям под одеждой.

Мы остановились в десяти шагах друг от друга. Секунды тишины, нарушаемой только ветром, гулявшим в разбитых окнах.

– Здравствуй, барон, – хриплым басом произнёс Шрам.

– Здравствуй. Попроси своих ребят погулять. Нам нужно поговорить с глазу на глаз, – я кивнул на низенькое кирпичное строение с выбитой дверью и окнами.

Шрам оценивающе посмотрел на меня, потом окинул взглядом своих людей и кивнул.

– Ждите здесь.

Мы зашли в здание. Внутри царила темнота, пахло плесенью и крысиным помётом. Я включил фонарик на телефоне и положил его на развалившийся стол, лучом в потолок, чтобы мы могли видеть друг друга, но не слепило. Встал спиной к стене. Шрам – напротив, оставив между нами пару метров.

– Не ожидал, что мы вот так с тобой встретимся, барон Серебров, – начал Шрам, с интересом оглядывая меня. – А ты совсем молодой. В том переулке я не успел толком разглядеть.

– Ну вы сами напали. Обида осталась? – спросил я спокойно.

– Обида? Нет. В нашем деле либо ты, либо тебя. Проиграл – значит, слабей оказался. А ты оказался крепким. Это я уважаю. Не всякий дворянчик умеет драться, так скажем, по-уличному, – криво усмехнулся он.

Я только пожал плечами. Не буду уточнять, что в прошлой жизни мне не раз пришлось обороняться на улице. Примерно от таких же отморозков, как Шрам.

– Надеюсь, Станислав Измайлов хорошо заплатил тебе за эту работу, – сказал я, показывая, что прекрасно знаю, кто его отправил.

В глазах бандита вспыхнула злость. Он хрустнул костяшками пальцев и ответил:

– Аванс оказался хороший. А вот вторую часть денег я так и не увидел. Из камеры тоже пришлось самому выбираться. Но ты, наверное, и так в курсе, да?

– Более того. Это из-за меня Измайлов не смог тебя вытащить, – заметил я.

Судя по всему, Шрам ценит прямоту. С таким человеком лучше играть в открытую, а не пытаться строить сложную схему намёков и недомолвок. Интриги явно не относятся к числу его любимых развлечений.

Бандит хмыкнул и косо ухмыльнулся. Рубец на его лице изогнулся мерзкой складкой.

– Вот оно как. Честно говоря, я это предполагал. Сразу сказал Измайлову, что ты парень непростой. Ну, молодец, чё сказать. И побить себя не дал, и нас с Измайловым поссорил.

– Поссорил? Нет, я просто показал тебе, что такому, как Измайлов, доверять нельзя. Он при первом же удобном случае тебя кинет, – сказал я.

– Я привык, что меня считают расходным материалом, – ответил Шрам, но в его голосе прозвучал оттенок недовольства.

Может, он и привык к подобному, но ему это не нравилось. Он хотел, чтобы с ним считались, а не просто использовали.

Именно на это я и рассчитывал.

– Хочешь отомстить Измайлову? – напрямую спросил я.

– Ага, вот мы и перешли к делу. Хочешь, чтобы я работал теперь на тебя, барон?

– Ответь, – велел я, показывая кто тут диктует правила.

– Хочу ли я отомстить Измайлову? Мечтаю. Но сам на такое не решусь. Он же наследник рода, его охраняют, за ним следят. Тронешь его – поднимут на уши всю империю, найдут и сотрут в порошок. У меня ребята отчаянные, им плевать на титулы, но они не суицидники, – развёл руками Шрам.

– А если будет поддержка другого рода? Такого, у которых тоже есть счёт к Измайловым. И которому невыгодно, чтобы этот сопляк и его папаша продолжали им гадить, – сказал я.

Шрам насторожился, его маленькие, глубоко посаженные глаза сверкнули в полумраке.

– Ты про себя?

– Ну а про кого же ещё? И сразу скажу: я не собираюсь поручать тебе избить Станислава или тем более убить. Но ты и твои ребята могут оказаться полезны, причём на длинной дистанции. Понимаешь?

– Вроде бы, – прищурился Шрам.

– Скажу напрямую: я не собираюсь один раз тебя использовать и потом слить в унитаз. Мне пригодятся парни, готовые на грязную работу, и взамен вы можете рассчитывать на негласную поддержку, – объяснил я.

– Рано или поздно всё равно захочешь смыть. Проходили уже, – бандит мотнул головой.

– Такое возможно лишь в том случае, если вы сами накосячите. Будете действовать грамотно – наше сотрудничество будет долгим и выгодным.

Он пожамкал губами, размышляя. А затем спросил:

– И что нам нужно сделать?

– Пока – ничего. Быть наготове. Ты получишь от меня оружие и деньги в качестве аванса. Взамен я требую верности и обещания не ввязываться в другие дела, пока работаешь со мной. Ты соберёшь свою банду в кулак и будешь ждать сигнала. Согласен?

– Оружие какое? – прагматично спросил Шрам.

– Хорошее. Автоматы, гранаты, бронежилеты, – ответил я.

Он потёр подбородок, раздумывая. Риск был огромен, но и предложение заманчивое: месть, деньги, оружие и дворянская крыша.

– Даже не знаю, можно ли тебе доверять, – произнёс он, наконец.

Откровенно. Мне это понравилось.

– А я не знаю, можно ли доверять тебе. Но у нас общий враг, и мы можем быть друг другу полезны. Заметь, что я делаю первый шаг и даю тебе аванс. Как знать, вдруг ты получишь халявные автоматы, деньги и перестанешь выходить на связь? – я пожал плечами.

– Я живу не по закону, но честно. И никого не кидаю, особенно когда со мной по-людски обращаются. Поэтому… договорились. Я Богдан, кстати. Для своих, – он протянул руку.

Я, не колеблясь, пожал её. Рукопожатие было железным, но без попытки сжать сильнее.

Богдану, видимо, очень хотелось, чтобы я проявил уважение, пожав руку не просто простолюдину, а преступнику. Что ж, с меня не убудет. Зато взамен я получу опасных ребят под боком, которым можно поручить такие задания, на которые не отправишь гвардейцев.

– Так, когда ждать сигнала? – спросил Шрам.

– Скоро. А пока – вот, – я достал из внутреннего кармана конверт с деньгами.

Бандит молча кивнул и убрал конверт, не став пересчитывать.

– Оружие и остальное получите завтра. Мой человек с тобой свяжется. Жди и держи своих ребят в тонусе. Когда придёт время, действовать нужно будет быстро и жёстко.

– Хорошо, – кивнул Богдан.

Мы вышли на улицу. Шрам махнул своим рукой:

– Всё чисто. Пошли.

Они растворились в темноте так же бесшумно, как и появились. Я подождал минуту, потом дал знак капитану. Из тени вышли гвардейцы.

– Всё прошло нормально, барон? – тихо спросил Демид Сергеевич.

– Пока что да. Он согласился. Подготовьте для них несколько автоматов, патроны и десяток гранат.

– Будет сделано.

– И проследите, чтобы передача прошла максимально незаметно. Через третьи руки, – добавил я, направляясь к оставленному чуть дальше автомобилю.

По дороге домой я обдумывал этот странный альянс. Шрам и его банда станут кинжалом, которым можно при необходимости нанести скрытый удар.

Мои враги не стесняются подобного. Буду бить их их же оружием. Большинство дворян с удовольствием используют бандитов, чтобы самим не пачкать руки. И все об этом знают. Даже Воронцов ничего не скажет против, если я буду использовать таких наёмников аккуратно и не переходить границы дозволенного.

Война идёт на нескольких фронтах сразу. И теперь, с Богданом в резерве, у меня появился свой тайный отряд для грязных операций. Оставалось только решить, когда и как его разыграть.

Но уповать только на бандитов было бы глупо. Нужно укреплять официальные силы.

Я повернулся к Демиду Сергеевичу, который сидел за рулём, и сказал:

– Капитан, у меня для вас задание. Важное, ответственное и, не буду скрывать, довольно сложное.

– Слушаю, барон, – с готовностью ответил он, глянув на меня.

– Пора наращивать мощь рода. Нам нужна не просто охрана усадьбы, а полноценная гвардия, способная отразить нападение и атаковать, если понадобится. Я выделю вам дополнительные средства на развитие.

– Мы готовимся к войне? – нахмурился Демид Сергеевич.

– К сожалению, похоже на то. Враги не сидят сложа руки.

– Да уж. Как только благодаря вам мы начали из нищеты выбираться, они со всех сторон налетели.

– Поэтому необходимо набрать ещё людей. Не каких попало, а надёжных и готовых упорно тренироваться. Также набрать офицерский состав: или повысить перспективных бойцов, или отыскать бывших военных с опытом.

– Сделаю, ваше благородие. Есть пара ребят на примете, кого можно в офицеры возвести… И несколько старых знакомых из армии тоже имеются, – заверил капитан.

– Второе – закупить оружие. Не только автоматы, но и снайперские винтовки, гранатомёты, средства связи и маскировки, артефакты. И третье – начать интенсивные тренировки. Не просто физуха и стрельба по мишеням, а тактика в лесу и на открытой местности, отработка штурма и обороны зданий, взаимодействие в группе. Как вы и сказали, готовимся к возможной войне.

Демид Сергеевич мрачно кивнул, но при этом его глаза загорелись профессиональным интересом.

– Понял, барон. По оружию – свяжусь с проверенными поставщиками. Учения начнём завтра же, устрою ребятам с утра тревогу и отработку обороны.

– Отлично. Держите меня в курсе, – кивнул я.

Демид Сергеевич продолжил вести машину. А я составлял в уме примерную смету расходов. Средств от контракта с Воронцовым и растущих продаж «Бодреца» хватало, но распылять их нельзя. Каждая копейка должна работать на укрепление рода.

Чем активнее растём, тем больше задач… Но меня это даже радует. Жизнь кипит – и это гораздо лучше, чем когда она вяло протекает мимо день за днём.

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

Выспавшись, я провёл свой привычный утренний ритуал: разминка, тренировка. Демид Сергеевич, как и обещал, устроил бойцам внезапные учения. С улицы доносились хлопки выстрелов и громовые команды капитана. Поэтому тренировку на казарменной площадке я провёл в гордом одиночестве.

После этого я принял контрастный душ и провёл упражнения с Пустотой. Рагнар давно не появлялся и даже не каждую ночь насылал на меня боль. Возможно, он занят чем-то другим, не знаю. Мало ли какие дела есть у Великого Ничто. Но я в любом случае продолжал развивать свой дар, ведь он нужен мне для целительства.

Закончив с упражнениями, я отправился завтракать и по дороге позвонил Артуру Строгову. Мы давно собирались с ним посидеть, а сегодня у меня как раз вечер свободен. Артур согласился встретиться.

После завтрака я сел за стол в своей комнате и уткнулся в ноутбук. Пустота Пустотой, однако нельзя забывать про фундаментальные знания. Моё изучение аур продвигалось не так быстро, как хотелось бы.

Я копал всё глубже, изучая не только русскоязычные источники, но также материалы на других языках. Несколько статей английских и немецких ауристиков помогли мне разобраться в некоторых тонкостях.

Сегодня я наткнулся на статью в международном магическом журнале под названием «Aura et Anima». В переводе на русский статья называлась «Структурные аномалии ауры, как следствие воздействия артефактов VII—X категории опасности: классификация и методология анализа». Автор – магистр Элиас Вандерли из Лейденского университета, который находился в королевстве Нидерланды.

Сугубо научный материал, насыщенный сложными терминами, множеством отсылок к другим работам и графиками, но суть сводилась к тому, что разные типы артефактов оставляют в ауре жертвы уникальные «отпечатки», которые можно классифицировать и идентифицировать. Автор ссылался на свою более раннюю монографию «Энергетическая анатомия живых существ».

Это именно то, что мне нужно – фундаментальный труд, написанный не просто теоретиком, а учёным с мировым именем, подданным другого государства, что означало отсутствие какой-либо связи с клановыми дрязгами Российской империи.

Я начал изучать его работы. Вандерли подходил к ауре как к сложной энергоинформационной структуре, подчиняющейся определённым законам. Он подробно описывал её слои, их связь с органами тела, с центрами магического дара, приводил схемы распределения энергопотоков. За его авторством имелись целые книги, посвящённые патологиям ауры – как врождённым, так и приобретённым в результате магического воздействия.

И, что самое важное, он рассматривал методики не только диагностики, но и коррекции. Правда, крайне осторожно, с оговорками о высоких рисках. А также уточнял, что в большинстве европейских стран аурическая хирургия либо вовсе запрещена, либо разрешена с ограничениями.

В отличие от Азии, кстати, где подобное практиковалось с древних времён. Однако их традиционные методы были очень узкими и рассчитанными именно на ауры азиатов. А у представителей разных наций энергетическое тело имело отличия.

В противном случае можно было бы просто отправить Свету в Китай или Японию, чтобы её там вылечили. Но, увы, азиатские мастера отказывались работать с европейцами и славянами.

Я дальше погрузился в чтение, делая выписки, сверяя теории Вандерли с тем, что заметил во время практики. Многие вещи совпадали с моими интуитивными догадками, но теперь они обретали чёткую научную основу. Я понял, что моя «сварка» – это, по сути, аналог того, что Вандерли называл «индуцированной регенерацией с фазовым переходом».

Подобный метод был им разработан лишь в теории. А я вот начал с практики.

Вандерли писал, что для такого вмешательства нужна невероятная точность и контроль, иначе вместо усиления можно вызвать необратимый коллапс структуры. У меня такой точности пока не было, но зато имелся инструмент, которого не было у учёного – Пустота, позволяющая точечно уничтожать «брак» перед сращиванием.

Это открывало новые горизонты, но и требовало ещё более глубокого изучения.

Я сохранил все труды нидерландского профессора в отдельную зашифрованную папку. Надо будет всё изучить. А затем, возможно, связаться с самим Элиасом – думаю, он не откажется обсудить свои работы.

Днём ко мне пришёл Василий. Доложил, что связаться с Гордеевым по-прежнему не выходит, а затем перешёл к главному.

– Господин, я тут подумал. Насчёт плантаций Мессингов. Я взял на себя смелость отыскать кое-какие вещества, которые можно подмешать в удобрения. После растворения в почве их не обнаружишь никаким анализом, а мох будет безнадёжно испорчен. Может, устроим диверсию? Я готов!

– Помню про твою идею, Василий. Но не стоит. Во-первых, это слишком очевидно. Если вся плантация внезапно даст брак, первой мыслью Мессингов будет саботаж. Они начнут искать и рано или поздно выйдут на тебя, а значит, и на мой род. Во-вторых, отравленная земля – это надолго. Она станет бесполезной. А я планирую эти земли вернуть. Нет, нужно что-то более изящное, – задумчиво закончил я.

Вася помрачнел, но кивнул. Я понимал, что ему хочется помочь, но лишний энтузиазм бывает губителен.

– Тогда что делать? Надо шевелиться, ваше благородие, а то тендер не за горами…

– Есть одна идея. Алхимическая гильдия выдвигает строгие требования к экологии в месте выращивания лунного мха. Думаю, мы сможем на это повлиять… Причём совершенно законным способом, – улыбнулся я.

– Как?

– Увидишь. Возвращайся к делам, – сказал я.

Вася кивнул и вышел. Ну а я, взглянув на время, решил, что пора собираться в город.

Встречу с Артуром Строговым я назначил в нейтральном месте – в баре «Золотой якорь» недалеко от Речного вокзала. Относительно недорогое заведение, но с хорошей кухней, тихой джазовой музыкой и отдельными кабинками, где можно говорить, не опасаясь лишних ушей.

Мы с Артуром договорились просто пообщаться, без официальных поводов, но оба понимали, что за простой беседой стоят вопросы будущего наших родов.

Я приехал раньше, занял столик, заказал минералку. Артур появился минут через десять.

– Юрий, – поздоровался он, подойдя и с силой пожав руку.

– Привет, Артур. Спасибо, что пришёл. Присаживайся.

Он опустился в кожаное кресло напротив, окинул взглядом зал и подозвал официанта. Мы заказали себе по шашлыку, напитки и закуски. Артур кивал в такт джазовому квартету, который выступал на сцене.

– Люблю это место. Ну как дела? Слышал, вы там клинику строите и бизнес расширяете, – Строгов перевёл взгляд на меня.

– Так и есть. Дел куча, и не только в бизнесе… Кстати, хотел с тобой посоветоваться. Ты человек военный, из боевого рода. А я как раз решил расширить гвардию.

Артур приподнял бровь, внимательно слушая. Официант принёс напитки, и я продолжил:

– Я планирую набрать людей. Думаю, что в основном это будут деревенские ребята, простолюдины. То есть не профессиональные солдаты. Да и у моей, так сказать, старой гвардии нет опыта серьёзных боевых действий и обучения новобранцев.

– С кем ты собрался воевать? С Мессингами? – вставил Строгов.

– Вероятно. А возможно, с Измайловыми. Или с ними обоими.

– Хм… И у тех, и у других сильные гвардии.

– Вот именно поэтому я расширяю свою, – ответил я.

Артур отхлебнул виски, поставил бокал, задумался.

– Правильно делаешь. Но вам нужны не только люди и оружие. Я думаю, что главное, чего вам не хватает – это система. Устав, чёткая вертикаль подчинения, протоколы действий…

– Читаешь мои мысли. Сейчас у нас всё держится только на авторитете капитана, – хмыкнул я.

– Хорошо, что его уважают. Но ему нужны заместители, младшие командиры на каждое отделение. Люди, которые умеют думать, а не просто выполняют приказ. Их нужно выделить из твоих лучших новичков и начать готовить отдельно. Здесь я, возможно, смогу помочь, – Артур откинулся на спинку кресла.

Официант принёс закуски, но я на них даже не взглянул, ожидая, когда Строгов продолжит.

– У нас в роду регулярно проводятся сборы для рядовых гвардейцев. Так сказать, интенсив. Основы тактики, полевой медицины, инженерной подготовки. Если хочешь, могу поговорить с отцом. Возможно, он разрешит принять твоих новичков на ближайшие сборы, – предложил он.

Предложение было более чем щедрым. Доступ к обучению в одном из сильнейших боевых родов Новосибирска – это бесценно.

– Это было бы просто отлично, Артур. Твой отец согласится? Мы ведь даже не официальные союзники.

– Но всё же союзники. После того, как ты вылечил троих членов нашего рода, включая меня… Мы в неоплатному долгу, – серьёзно сказал Строгов.

– Не в таком уж и неоплатном. Ты тоже мне помог, когда принял к себе Максима Волкова, – напомнил я.

– Брось, это пустяки. Вот помочь вам вырастить крепкую гвардию – будет уже что-то. Кроме того, – он слегка усмехнулся, – иметь обученных, сильных союзников на фланге у Мессингов в наших интересах. Я поговорю с отцом. Думаю, он не откажет.

– Спасибо, – я протянул руку с бокалом и мы чокнулись.

– Пожалуйста, Юра. Что с оружием и амуницией, у вас есть поставщики? – спросил он, приступая к мясной нарезке, которую нам принесли.

– У Демида Сергеевича свои каналы, есть связи в армии. В прошлый раз он сумел достать списанные, но рабочие артефакты.

Артур прожевал и кивнул.

– Неплохо. Но если хочешь сэкономить – у нашего рода есть свои контракты с оружейными гильдиями. И, конечно, связи в министерстве обороны. Я могу дать контакты проверенных поставщиков. Они не будут заламывать цены, если покупка будет по нашей рекомендации. А ещё пришлю нашего интенданта, он подскажет, на что обратить внимание в первую очередь. Не гонись за самым дорогим. Надёжность, ремонтопригодность и унификация боеприпасов важнее, – сказал Строгов.

Мы проговорили ещё час. Артур давал конкретные, дельные советы: как выстроить систему связи между постами, какие учения проводить в первую очередь. Я слушал, запоминая каждое слово. В прошлой жизни я был хорошим бизнесменом, но армия – это другой мир. Тем более армия, где вместо танков и пушек нередко используют артефакты и боевых магов.

За такую консультацию от наследника боевого рода другие дворяне заплатили бы бешеные деньги, а я получил её просто так, по-дружески. Это дорогого стоило.

Закончив обсуждать военные вопросы, мы болтали о разном. Вспомнили наш «тренировочный» поединок и посмеялись. Артур не держал зла, наоборот – предложил сойтись ещё раз и проверить, кто победит на этот раз. Я согласился.

– Кстати, знаешь, что я заметил? Борис постоянно говорит про твою сестру, – улыбнулся Строгов.

– Не сомневаюсь. Он уже трижды приезжал её навестить, каждый раз с подарками.

– Мне кажется, он в неё влюбился. Наверное, потому и издевался, что Света ему нравилась.

– Так часто бывает. Мальчик хочет проявить внимание, но понятия не имеет как, – пожал плечами я.

– Возможно, наши рода со временем станут ещё ближе, – подмигнул Артур.

Мы расплатились за ужин и вышли на улицу. Прохладный вечерний воздух и ветерок с Оби освежали.

– Я поговорю с отцом, как только появится возможность. А ты пока собирай новобранцев и проведи им первичную подготовку, – сказал Артур на прощание.

– Обязательно. Ещё раз спасибо, Артур.

– Всего хорошего, Юра. До встречи, – мы пожали друг другу руки.

Домой я поехал на такси. Темнело. Уже когда я приближался к нашим владениям, мне позвонил Иван.

– Привет, – я взял трубку.

– Привет. Слушай, у меня здесь сложный случай, – Курбатов сразу перешёл к делу.

– Ты что, на выезде? Уже ведь темно, – удивился я.

– Да, задержался в одной деревне… Не важно, слушай! Мужчина, лесник, сорвался с дерева. Получил сложный оскольчатый перелом бедра, задет крупный сосуд. Я собрал кость как мог, но здесь начался остеомиелит, – объяснил Курбатов.

Посттравматическая инфекция. Она бывает при открытых переломах, особенно когда хирургическая обработка проводится поздно или недостаточно радикально.

– Думаю, здесь справятся обычные антибиотики, – сказал я.

– Да в том-то и дело. Здесь какая-то устойчивая к антибиотикам гадость. Аура так и пульсирует. У пациента высокая температура, начинается сепсис. Моих сил не хватает, чтобы одновременно бороться с заражением и поддерживать регенерацию кости. Можешь приехать? – в голосе Ивана звучало напряжение. Он не паниковал, но понимал, что время на исходе.

– Где ты? – спросил я.

– Сейчас скину тебе геолокацию. От усадьбы минут тридцать пути. Поторопись, а? Что-то ему совсем хреново…

– Держись. Буду через полчаса.