Текст книги "Черный Маг Императора 26 (СИ)"

Автор книги: Александр Герда

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 14

Услышав вопрос Черткова, я с удивлением посмотрел на старика, чтобы понять, всерьез он сейчас говорит или шутит? Как можно хоронить проклятья? Да и зачем? Однако, судя по выражению лица моего наставника, он не шутил.

– Что значит «хоронить» проклятья? – переспросил я. – Вы имеете в виду – уничтожать?

– Нет, я имею в виду именно то, что сказал, – ответил старик. – Ладно, можешь не отвечать. И так понятно, что ты этого никогда не делал. Это я спросил, чтобы настроить тебя на работу. Ты прав, Слово-Могила на самом деле очень интересный некросимвол.

Он посмотрел на часы и кивнул, как будто что-то решил сам для себя.

– Вообще-то, я планировал оставить его на следующий раз, – сказал он. – Но раз уж мы так хорошо идем по времени, то почему бы не заняться им сегодня? Ты ведь никуда не спешишь?

Как сказать… Не то чтобы у меня были прямо какие-то срочные дела, но кое-что на этот вечер я планировал. Как минимум собирался успеть наведаться на базу «Теней», где Ибрагим уже достаточно давно дожидался разговора со мной.

Кроме того, еще хотел задать несколько вопросов Черткову и рассказать о своих планах насчет охранных магических зверей в «Берестянке». Я думаю, кому-кому, а ему уж точно не помешает знать об этом.

– Ну… – задумчиво протянул я. – Домашние задания на завтра мне, конечно, делать не нужно, но…

– Не переживай, на неделю это не затянется, – усмехнулся он. – Обед я тебе не гарантирую, но до ужина вернемся точно. Если не случится ничего экстраординарного, конечно. Надевай броню.

Сказав это, Александр Григорьевич начал чертить портал на полу, а я тем временем надевал свою магическую броню и думал над его последними словами. Насчет того, что может случиться нечто незапланированное. Эти форс-мажоры так отвлекают…

– Хозяин, я вижу, ты волнуешься? – каким-то загадочным образом прочитал мои мысли Градовский, который внимательно наблюдал за сборами. – Сегодня один из лучших дней для тебя. На восходе солнца я пронзал время и заглядывал в будущее. Отчетливо видел, как ты садишься в собственный вертолет. Так что можешь быть абсолютно спокоен.

Все-таки временами Петр Карлович мне просто необходим. Особенно в такие моменты, как сейчас, например. Я понятия не имел, заглядывал мой помощник в будущее или нет, однако его слова меня в любом случае как-то успокаивали. Даже если он самым наглым образом мне врал, то это была та самая «ложь во благо».

Работал наставник быстро, как будто конкретно этот портал чертил довольно часто и знал его как свои пять пальцев. Кстати, я обратил внимание, что он все реже прибегает к помощи своего посоха, а его движения становятся все более четкими и уверенными. Разумеется, эти изменения я приписывал своему Эликсиру Жизни в первую очередь, и был очень рад видеть, что он так хорошо помогает Черткову.

– Куда мы идем? – спросил я, когда наставник закончил и внимательно смотрел в центр портального круга, где находился переход, который был виден только ему одному.

– Скоро узнаешь, Темников. Я ведь тебя здесь одного не оставлю, как ты понимаешь, – ответил он и вооружился Модестом, который все это время просто лежал на столе. – Бери наши сабли и давай свою руку.

Так я и сделал.

ВЖУХ!!!

Несколько секунд, и вот уже мы стоим с Чертковым совсем в другом месте. Причем, судя по тому, что я видел, это место было достаточно далеко от «Китежа». У нас там был солнечный день, а здесь наоборот, серое непроглядное небо. К тому же было намного холоднее

Зато само по себе место было очень красивым. Мы стояли на холме, внизу река, рядом с нами могилы, а вокруг лес. Если не считать кладбища, то такие места часто рисуют художники, когда пытаются отобразить красоту природы. Интересно, как Чертков вообще умудряется такие места находить?

– Как тебе? – спросил Александр Григорьевич, дав мне немного времени осмотреться и изучить обстановку.

– Красиво, – честно ответил я. – Где это мы?

– В Архангельском княжестве, – сказал старик. – Пойдем работать. На обзорную экскурсию сюда как-нибудь в другой раз прийдем.

Кладбище явно было заброшенным. Покосившиеся кресты, редкие ограды, которые давным-давно уже проржавели, а по большей части вообще были сделаны из дерева. Повсюду росла высокая трава, которая здесь почему-то была какого-то темно-зеленого цвета. Настолько темной, что казалась почти черной.

Пахло сырой землей и прелыми листьями, хотя по календарю была весна, а не осень. В общем, местечко хоть и красивое, но уж очень мрачное само по себе. Это впечатление усиливало серое небо и ощущение того, что вот-вот пойдет дождь.

Александр Григорьевич шел по узкой, практически невидимой тропе, которая вилась между могилами. Двигался он медленно, но очень уверенно, как будто бывал здесь очень много раз. Скорее всего так оно и было. Время от времени он помогал себе посохом, которым раздвигал высокие кусты, мешавшие нам идти.

Я шагал следом за ним и между делом рассматривал плиты и кресты на могилах. Судя по датам, которые попадались мне на глаза, здесь уже лет семьдесят никого не хоронили. Кроме той дорожки, по которой мы шли, все вокруг заросло намного сильнее. Кое-где лежали деревья, которые упали на могилы и теперь медленно превращались в труху.

Глядя на все это, я в очередной раз поймал себя на мысли, что все-таки люблю бывать на кладбищах. Особенно вот на таких, которым уже много-много лет. Каким-то странным образом они положительно влияли на мою нервную систему. Мне здесь было спокойно и комфортно.

Да, со слов наставника я знал, что это не очень хорошо, и без дела соваться на кладбище не стоит, однако факт оставался фактом. Большинство людей теряли энергию, находясь на кладбищах, и после их посещения ощущали пустоту, меня же такие места, наоборот, подпитывали. Это было вполне логично, учитывая, что я – некромант.

– Вот здесь, – сказал Чертков.

Мы остановились перед могилой, которая единственная из всех выглядела ухоженной. Во всяком случае на ней было меньше всего травы, вокруг стояла ровная изгородь, вот только не было ни креста, ни плиты. Никаких опознавательных знаков.

– Александр Григорьевич, она что, безымянная? – спросил я.

– Пустая, – ответил он и посмотрел на меня. – Я сам сделал ее. Пустая могила на заброшенном кладбище – как раз то, что нам нужно. Ее никто никогда не посетит кроме нас, и никто не станет горевать по умершему. Самое главное, чтобы некрослой принял это место, как могилу. В данном случае это очень важно, иначе наш некросимвол просто не сработает.

Пока мне было ничего не понятно, однако я решил не задавать вопросов, так как в этом не было смысла. Если Чертков меня сюда привел, значит сам все и объяснит.

– Теперь наложи на меня проклятье, – велел старик. – Какое-нибудь самое слабое из тех, которыми ты владеешь. Какую-нибудь легенькую потрясуху или почесуху. Можешь такое?

– Запросто, – растерянно кивнул я. – А зачем?

– Делай что тебе говорят, Темников, – нахмурился он. – Я тебе оставлю время для вопросов. Давай, приступай.

Наложить на старика чесотку для меня было вообще не проблема. Я мог сделать это легким щелчком пальцев. Гораздо сложнее сделать так, чтобы проклятье было именно слабым, практически незаметным для него. Меньше всего мне хотелось навредить своему наставнику.

Ну попробуем… Раз… Два… Три…

Несмотря на то, что я вложил в проклятье самое минимальное количество сил, на которые был способен, эффект был выше ожидаемого. Как только я закончил, Александр Григорьевич начал чесаться. Даже помогал себе Модестом, чтобы дотянуться с его помощью до щиколоток.

– Темников, я же сказал самое слабое, – недовольно пробурчал он. – Или ты решил безнаказанно поиздеваться над стариком, раз уж я дал тебе такую возможность?

– Так я и сделал самое слабое… – честно сказал я, а его ореховый посох смотрел на меня с осуждением. – Пытался, во всяком случае…

Александр Григорьевич пробурчал в ответ что-то неразборчивое, затем вырвал из своей головы несколько седых волос и протянул их мне.

– Держи, – очень осторожно, чтобы не потерять, я взял у него волосы, а он у меня свою саблю. – Я сейчас открою вход в некрослой, а ты дуй за мной. Вокруг будет много некротварей, но ты не обращай на них внимания. Это моя могила, а значит и моя территория, на которую они не посягнут. Волосы мои смотри не потеряй. Понял?

– Постараюсь, – пообещал я и в этот момент раздался очень хорошо знакомый треск, означавший, что наставник активировал вход в некрослой.

Он шагнул в портал первым, отошел немного в сторону, освобождая для меня место, а затем в некрослой вошел я. Понятно почему он решил предупредить меня насчет некротварей. Обычно на кладбищах их всегда было много, но здесь просто какой-то рассадник. На некоторых могилах их было так много, что они даже громоздились друг на друге. По правде говоря, такое я видел впервые.

Увидев нас с Чертковым, некротвари заметно оживились. Отовсюду слышались какие-то звуки, которые заставляли меня нервничать. Шипение, рычание, какой-то непонятный клекот… Трудно не обращать внимание на них, когда все время думаешь о том, что какая-нибудь гадина может на тебя прыгнуть.

Единственное, что меня успокаивало в этот момент, это слова наставника о том, что на нашей территории нас никто не тронет. Кстати говоря, очень странно осознавать, что у него на кладбище есть собственная могила. Пусть и пустая, но тем не менее. Звучало несколько, скажем так, необычно.

– Все в порядке? – спросил старик, после того как я немного осмотрелся и вопросительно уставился на него.

– Вроде бы… – сказал я и посмотрел на его волосы. – Что мне делать теперь?

– Теперь слушай меня внимательно и следи за тем, что я буду делать, – сказал наставник, затем сунул руку во внутренний карман своего пальто и вытащил небольшой раскладной нож.

Разложив нож, старик присел и посмотрел на меня.

– Запоминай слова.

Я кивнул в ответ и присел рядом, чтобы получше видеть, что он будет делать. Наставник тем временем расковырял ножом небольшую ямку, глубиной сантиметров пятнадцать. Все это время он нервно почесывался, снабжая этот процесс заковыристыми ругательствами.

– Теперь тебе нужно положить в эту ямку мои волосы и произнести следующие слова: «Здесь лежит не тело, а его вина. Она спит и проклятье с ней спит», – произнес Александр Григорьевич спокойным голосом и вновь взглянул на меня. – Затем активируешь некросимвол и подумаешь о том, что забираешь у меня свое идиотское проклятье. Все понятно?

Я посмотрел на свое собственное проклятье, которое болталось на правом ухе Черткова и в данный момент выглядело как совсем крохотный светящийся паучок.

– Вроде бы… – сказал я.

На самом деле мне было не до конца понятно. Точнее не так. Что именно нужно делать, я понимал. Вот только зачем? Что после этого должно произойти? Мне было очень интересно это увидеть. Поэтому я молча сделал так, как велел мой наставник, а следом за этим произошло вот что.

Буквально мгновение, и мое проклятье переместилось с уха Александра Григорьевича в вырытую им ямку. Он молча ее засыпал, хорошенько примял ладонями сырую землю, а затем кряхтя поднялся и взял в руку трость.

– Вот и все, – сказал он. – Не сложно, правда? Ты понял механику процесса или мне нужно что-то тебе объяснить?

– Желательно, – ответил я. – Получается я забрал у вас свое собственное проклятье и вместо того, чтобы уничтожить его, просто похоронил? Так выходит?

– В общих чертах, – кивнул он. – Если говорить совсем точно, то ты его отвязал от меня и привязал к пустой могиле. Ты это можешь делать не только со своим проклятьем, а вообще с любым. Совершенно неважно чье оно. Просто должен увидеть его перед этим, чтобы представлять как оно выглядит и как связано с проклятым. Не смотри так на меня, это только звучит сложно, а на самом деле все проще пареной репы. Ты сам только что видел.

– Поучается, что я его украл, это проклятье? – спросил я, затем поднялся на ноги и отряхнул колени от земли. – Но зачем? Какой смысл куда-то прятать проклятье, если можно его уничтожить? Это сложнее, конечно, но так и результат совсем другой. Проклятье исчезает насовсем, а так получается, что оно никуда не девается. Просто лежит здесь, в этой земле.

– Оно не просто лежит, а привязано к могиле, – сказал мне на это наставник. – Но в целом, все правильно понимаешь и вопрос задаешь верный. У меня для тебя несколько ответов, парень.

Кстати, в этот момент я заметил, что чесаться Александр Григорьевич перестал, а значит мое проклятье на него больше не действовало. Значит механику процесса я понял правильно, получается, что при помощи некросимвола Слово-Могила я снял с него проклятье и закопал в землю.

– Ответ первый, – тем временем продолжал говорить старик. – Иногда это имеет чисто практический смысл, Темников. Даже если ты очень сильный и опытный некротик, всегда найдутся проклятья, которые нельзя уничтожить. Допустим с некоторыми в принципе лучше не связываться, если тебе дорога собственная жизнь, а какие-то появляются вновь даже после уничтожения. Просто пока тебе такие не попадались, но они есть, поверь.

Я очень хорошо мог представить себе какое-нибудь разожравшееся жирное проклятье, которое может представлять опасность для меня, но вот что касается второго момента… Он был мне не очень понятен.

– Александр Григорьевич, а что это за проклятья такие, которые нельзя уничтожить? – спросил я.

– Обычно это посмертные проклятья, которые накладывают не на конкретного человека, а на весь род, – ответил он. – Иногда возникает эффект замкнутого цикла. Допустим ты уничтожаешь проклятье, но проходит время, и оно появляется вновь. Таким образом приходится снова и снова избавляться от него.

В этот момент наставник посмотрел на могилу и ткнул Модестом в то место, где мы только что похоронили его чесотку.

– А когда ты избавляешься от него таким образом, то оно лежит здесь, – продолжал Чертков. – При помощи нехитрого обряда помещаешь проклятье в могилу и, по сути, обманываешь его. Снимаешь с проклятого его вину и прячешь ее здесь. Вот и получается, что по факту проклятье продолжает находиться здесь, думая, что оно наказывает виновного.

– Хм… Любопытно… – задумался я. – Но если проклятье не находится на человеке, то получается, что оно все равно рано или поздно исчезнет? Ему ведь нечем питаться. Неоткуда брать энергию, чтобы поддерживать собственную жизнь.

– Верно, – кивнул Чертков. – Молодец, Темников, хорошо соображаешь. Ты прав, рано или поздно оно исчезнет. Чем сильнее проклятье, тем больше времени для этого потребуется. Например, чтобы само по себе развеялось то, от которого мы с тобой только что избавились, понадобится лет двадцать.

– Так много… – выдохнул я.

Если для исчезновения такого крохотного проклятья, как этот паучок, требуется двадцать лет, то сколько же времени нужно, чтобы исчезло что-то опасное? Сто? Двести?

– Да, именно так, – сказал старик. – Хотя бывает по-разному. Впрочем, это лишь первый ответ. Еще есть другие. Например, этический вопрос. Ты ведь не знаешь, насколько действительно нужно уничтожать какое-нибудь проклятье.

– В каком смысле? – вновь озадачил меня неожиданной вводной наставник. – Я думал, что проклятье это всегда плохо, разве нет?

– Для проклятого – само собой, а вот что касается нас с тобой… – в этот момент одна из некротварей из соседней могилы осторожно подобралась к нашей и неподвижно замерла в нескольких шагах от нас. – Задай себе вопрос, парень, имеем ли мы с тобой право решать, справедливо проклятье или нет?

Я открыл было рот, чтобы ответить, но тут же закрыл его, задумавшись над словами Александра Григорьевича.

– Я вижу, ты понимаешь, что я имею в виду, – глядя на меня сказал Чертков. – Да, парень, уничтожать проклятья – это значит выносить собственный приговор. В некотором смысле. По сути, убивая их, мы с тобой становимся судьями. Кто-то кому-то вынес приговор и наложил проклятье, а мы с тобой решили по-своему и уничтожили его. Правда есть один нюанс – мы не всегда будем знать детали и обстоятельства. Вот для таких случаев, когда ты сомневаешься в правильности своего решения, и существует такой вариант. Понимаешь?

– Теперь да, – кивнул я.

Надо же… Никогда еще мне не приходилось смотреть на избавление от проклятий с такой стороны…

– Согласен, – сказал Дориан. – Забавная штука и очень полезный ритуал. Представляешь, сколько на нем заработать получится, если захотеть? Так же можно каждый год кого-нибудь от проклятья избавлять, а потом снова его откапывать. Кстати, спроси у старика, можно так делать или нет? Мне кажется, у меня зреет гениальный план.

Вот же… Кто о чем, а лысый о расческе…

Глава 15

Я смотрел на место, где было закопано проклятье, и размышлял над словами Черткова. По правде говоря, то, что я сейчас услышал, заставляло задуматься. Наставник прав, к нашей с ним работе можно относиться по-разному. Если есть желание убивать проклятье каждого клиента – пожалуйста, если нет такого желания…

– Александр Григорьевич, получается, что не убивать сразу проклятье и прятать его в могилу, это более профессионально? – спросил я. – То есть, таким образом мы даем себе время подумать над своим решением получше?

– Не всегда, – ответил он. – Чаще всего как раз нужно относиться к этому проще и просто сделать свою работу. Войти в некрослой и избавить клиента от проклятья. Однако иногда будут ситуации, когда лучше использовать Слово-Могила и отложить окончательное решение на потом. Само собой, я тебе сейчас не дам единого правила, когда это нужно делать, сам понимаешь. По-всякому может случиться. Мы с тобой разные люди, Темников, и каждый из нас сам для себя решает, как именно он должен поступить в тот или иной момент. Со временем к тебе придет опыт, а вместе с ним понимание того, как тебе лучше сделать.

Он сделал небольшую паузу, дав мне немного времени на усваивание этой информации, а затем продолжил:

– В чьих-то словах ты будешь уверен, и просьба клиента будет совпадать с твоими личными убеждениями, а в некоторых случаях все будет наоборот, – сказал он. – Как следует поступать в таких случаях, каждый из нас решает для себя сам, и стоит ли вообще использовать Слово-Могила.

– В каком смысле? – не совсем понял я последних слов наставника. – Этот некросимвол можно использовать не всегда?

– Я бы сказал, что его всегда нужно применять с особой осторожностью, Максим, – сказал Чертков. – Проклятье само по себе это очень сложная материя. Некоторые из них встраиваются в карму проклятого так глубоко, что буквально срастаются с ним, превращаясь в единое целое. Если ты их разорвешь при помощи этого некросимвола, то можешь только навредить. Ведь ты, по сути, не уничтожаешь проклятье, а просто говоришь ему, чтобы оно лежало не здесь, а где-то в другом месте. Это как с опухолью, которая глубоко поселилась в твоем сердце. Не вырежешь – умрет и, если вырежешь, тоже умрет. Понимаешь?

– Не совсем, – честно признался я.

– Ну хорошо, давай я объясню тебе это с другой стороны, – после небольшой паузы сказал Александр Григорьевич. – Когда ты перекладываешь проклятье, а не уничтожаешь его, то ты фактически пытаешься обмануть систему. Как бы не отрицаешь долг сам по себе, а просто предлагаешь немного другой способ его выплаты. Однако нарушаешь баланс, который загробный мир считает справедливым. Когда же ты убиваешь проклятье, то все честно – его больше нет. Все. На этом точка. Так понятнее?

– Немного, – кивнул я. – Выходит, что если ты переживаешь о том, что перенос проклятья может навредить, то лучше этого не делать? Даже если у меня нет возможности убрать его другим способом?

– Именно так, – подтвердил мою догадку наставник. – Во всяком случае, я бы не стал этого делать с теми, кто тебе близок и дорог. Зачем рисковать? Что же касается всех остальных… В общем, ты понял…

Да, это я понял. С точки зрения старика, дальнейшая судьба всех остальных должна интересовать меня гораздо меньше. Выходит, этот некросимвол не так прост, как мне показалось вначале. Нюансов в его применении хватает и работать с ним нужно имея ввиду, что у Слово-Могила могут быть и неприятные побочные эффекты.

– Вроде бы все понятно, – сказал я и решил спросить о другом. – Александр Григорьевич, а вы когда-нибудь шли против своих убеждений? Бывали моменты, что просьба клиента не совсем совпадала с вашими личными убеждениями?

Старик усмехнулся, хлопнул меня по плечу и кивнул:

– Это случалось довольно часто, парень. Гораздо чаще, чем тебе кажется. Что, думаешь твой наставник хороший парень, который всегда поступал так, как пишут в книжках про доблестных рыцарей? – он вздохнул и покачал головой. – Хрена с два. Я плохой парень, Темников. Ты тоже будешь таким же, потому что иногда просто так складываются обстоятельства. Поверь моему опыту, жизнь очень сложная штука, и временами тебе придется принимать решения, которые самому тебе будут не очень нравиться, однако…

Он внимательно посмотрел мне в глаза и повторил:

– Иногда просто так складываются обстоятельства и идти против них ты не в силах, понимаешь? – я кивнул в ответ. – Да и нельзя быть для всех хорошим, Темников. Тем более, что ты не ангел, а некромант.

В этот момент старик улыбнулся:

– По крайней мере, у нас с тобой такая профессия, что время от времени мы просто обязаны делать какие-нибудь гадости. Общество считает, что за это на нас обижаться нельзя, – Чертков посмотрел на меня и подмигнул. – Разве что только убить. Такое желание будет одолевать многих. Поэтому я тебя и учу всяким премудростям, чтобы этого не случилось. Либо случилось как можно позже. Вот это будет тебе мой второй ответ на твой вопрос – зачем нам с тобой нужно иногда прятать проклятья. Годится?

– Вполне, – ответил я. – Сегодня на ночь мне будет о чем подумать, Александр Григорьевич. После сегодняшнего урока я буду смотреть на некоторые вещи немного иначе.

– Угу, подумай, Темников, – одобрил наставник. – Подумать оно всегда на пользу идет. Единственный совет, который я тебе дам на будущее… Когда к тебе будут обращаться за помощью сильные этого мира и просить избавить себя, либо кого-нибудь от проклятья… Для начала лучше будет спрятать проклятье на кладбище, а потом уже решить, что с ним делать.

– Почему именно с сильными мира сего? – я сделал ударение на последнем слове, намекая на то, что я понимают кого имеет в виду в данном случае Чертков. Разумеется, представителей самых сильных родов Российской Империи, кого же еще.

– Потому что у них чаще всего случаются провалы в памяти, – ответил он и помрачнел. – Некоторым из них кажется, что когда ты избавил его от проклятья, то становишься не нужен этому миру и можно попытаться от тебя избавиться. Тогда будет не лишним вернуть им кое-что обратно, чтобы немного вправить мозги. В общем, ты меня понял. Не дурак, дойдешь и собственными мозгами, когда на ночь об этом всем думать будешь.

– Понял, Александр Григорьевич, – сказал я. – А как возвращать проклятья обратно, если мне понадобится?

– Точно таким же образом, только все делаешь ровно наоборот. Раскапываешь его, активируешь некросимвол, вспоминаешь каким образом оно было связано с проклятым и возвращаешь его обратно, – объяснил наставник. – Только слова, которые ты должен будешь произнести другие. Говоришь: «Здесь лежит вина, а теперь она возвращается на тело. Вина проснулась, а вместе с ней и проклятье проснулось». Все просто. Двух ответов тебе хватит, чтобы понять для чего все это, или нужны еще какие-то?

– Хватит, – ответил я. – У меня к вам только еще один вопрос.

– Только один? – хмыкнул Чертков и удивленно приподнял бровь. – Я тебя не узнаю, Темников. Думал я буду на твои вопросы до утра отвечать. Все-таки такой интересной способности тебя обучил.

– Пока один, – ответил я, намекая на то, что после размышлений над этим появятся и новые. – Проклятье лежит здесь. Допустим сейчас оно спит. Что произойдет, если кто-нибудь случайно раскопает это место? Или вообще снесут это кладбище?

– Хороший вопрос, – одобрил наставник. – Когда-то, много лет назад, я тоже задавал его своему учителю. Знаешь, что он мне на это сказал? Что точного ответа на него он не знает. Однако, как ему говорил, его наставник, если земля разрушена случайно, то проклятье, скорее всего, просто рассеется. Сила ритуала действовать перестанет, но обратно оно само по себе не вернется. Я думаю, сработает как долговая расписка, которую некому предъявить.

– Думаете… Значит точного ответа на этот вопрос нет, только предположения.

– Именно об этом я тебе и говорю, – кивнул старик. – Поэтому и объясняю тебе, что проклятья следует закладывать именно в таких местах. На моей памяти еще ни разу не тронули заброшенные кладбища, которые находятся слишком далеко от городов. Главное с умом выбрать место, чтобы не беспокоиться об этом.

– А хозяин кладбища? – спросил я, внезапно вспомнив про истинных хозяев подобных мест. – С ним нужно договариваться об этом?

– Вот оно! – радостно воскликнул наставник и поднял вверх указательный палец. – Чувствуется правильный подход к делу! Вот это уже зачатки будущего профессионализма, Темников. Поздравляю тебя. Да, с хозяином кладбища обязательно нужно будет договариваться, прежде чем начать что-то делать. Не забывай, это его земля. Загробный мир смерти работает по своим правилам и каждое вмешательство чужаков нарушает его равновесие. Это неправильно.

– Не такие уж мы с вами и чужаки, – сказал я. – Мы ведь некротики. Можем ходить в некрослой, а значит тоже где-то являемся его частью, разве нет?

– Разве что совсем маленькими его крупицами… – улыбнулся старик. – Тем не менее с хозяевами кладбища договориться нужно обязательно. Это его земля, а значит то, что здесь происходит, должно случаться с его ведома. То, что мы с тобой некротики и имеем доступ в некрослой, еще не значит, что мы здесь обладаем властью. Будет очень опасно, если ты вдруг начнешь так думать. Да, у нас здесь свои интересы, но всегда нужно помнить о том, что мы с тобой гости. Согласен, непростые гости, которые могут и прикончить кого-нибудь из здешних обитателей, если потребуется. Однако, когда можно договориться, то почему бы и нет? Тем более, что в случае с хозяином кладбища у каждой из сторон есть свои интересы.

– Какой хозяину с этого толк? – не совсем понял я. – То, что мы ему за это коньяка принесем?

– Это тоже, само собой, – улыбнулся Чертков. – Но вообще-то, от того, что проклятье лежит в его земле, это место само по себе сильнее становится. Имел бы ты собственно царство, отказался бы от возможности его укрепить?

– Разумеется нет, – ответил я, так как это было вполне очевидно.

– Вот и у него интерес не в одном коньяке заключается, – подвел итог Александр Григорьевич. – Только не спрашивай меня, как здесь хозяева кладбищ между собой заслугами меряются. Единственное, что я точно знаю – в гости к друг другу они ходить могут. Теперь давай раскапывай проклятье. И так уже слишком долго языками без дела чешим.

Жаль… Я как раз хотел узнать у наставника откуда он знает, что хозяева кладбищ по гостям ходят? И как они это делают вообще? Ладно, мы здесь уже и правда что-то подзадержались. Я уже даже замерз немного. Так что как-нибудь в следующий раз спрошу.

– И что с проклятьем делать? – спросил я. – Снова вешать его на вас?

– Не надо, – поежился Чертков. – Думаю принцип возвращения проклятья хозяину ты и так понял. Просто прикончи его и все.

Так я и сделал. Раскопал саблей ямку, в которую было помещено проклятье, и саблей же его и прикончил. Я даже практически не почувствовал никакого прилива сил, настолько оно было крохотным.

– Ну вот и славно, – подвел итог сегодняшнему уроку наставник. – Теперь давай к выходу из некрослоя и оттуда уже домой.

Мы с ним двинулись в обратную сторону, а я думал над тем, что узнал от Черткова. Я думаю, что насчет бизнес-плана со снятием проклятий и их возвращений хозяину, Дориан, конечно, шутил… По крайней мере, надеюсь, что это так. Однако способность в моем некромантском ремесле будет очень полезна.

– Александр Григорьевич, а можно еще вопрос? – спросил я у старика, когда он уже чертил портал для возврата в «Китеж».

– Валяй, – разрешил он. – Сегодня ты дурацких вопросов вроде бы не задаешь, так что мне будет приятно услышать от тебя еще что-нибудь умное.

– Вы сказали, что иногда лучше не спешить убивать проклятье, это я понял… – сказал я. – А если наоборот? Вы когда-нибудь сожалели о том, что не уничтожили проклятье, а поместили его в могилу?

Чертков ответил не сразу. После моего вопроса он резко остановился, затем поднял голову и посмотрел на меня.

– Иногда бывает и так, – сказал он и вернулся к работе. – Мы же с тобой люди, Темников. Иногда можем и ошибаться. Я хорошо помню свой первый такой опыт. Фамилий называть не буду, но был один человек, чье проклятье я перенес вот так. Использовал некросимвол. В тот момент я был уверен, что поступаю правильно. Мне казалось, что его прокляли несправедливо, и страданий он не заслуживает. Позже я узнал его историю получше и понял, как сильно был неправ.

– И что вы тогда сделали? – спросил я.

– Ничего, – спокойно ответил на мой вопрос старик. – Поздно было уже что-то делать. Того, кто его проклял, к тому моменту не стало в живых. Проклятье после его смерти потеряло силу и вернуть его обратно у меня не получилось. Вышло так, что я просто сделал свою работу. Избавил заказчика от проклятья. Такое тоже бывает, парень.

К этому моменту он уже практически закончил с порталом, так что вскоре протянул мне руку, и мы вернулись обратно в нашу рабочую комнату. После широких просторов места, где мы только что были, комната казалась еще теснее, и хотелось раскинуть руки в стороны, чтобы попытаться ее раздвинуть пошире.

Александр Григорьевич не обманул – обед мы с ним благополучно прозевали, а вот до ужина еще была пара часов. Мне казалось, что мы провели на кладбище гораздо больше времени, чем на самом деле. Видимо, на мои ощущения повлияла местная погода. Из-за хмурой погоды и затянутого тучами серого неба казалось, что день идет к концу.

Однако ужинать в «Китеже» я не собирался. Я планировал прямо сейчас рвануть на базу наемников, чтобы навестить их и поговорить с Ибрагимом, а потом уже ужинать, вместе с дедом. Мне очень хотелось посмотреть на вертолетную площадку, которую сегодня должны были окончательно подготовить.

За последнее время у нас с Чертковым сложилась некая традиция, которая постепенно превращалась в обязательный ритуал. После занятия мы с ним еще немного прогуливались по школьному парку и обсуждали все, что случилось на уроке.

Кроме того, это был как раз тот момент, когда я получал возможность задать ему любой интересующий меня вопрос. Конечно, при условии, что у наставника хорошее настроение. Сегодня оно у него было не лучшим, но и не самым плохим. Так что я не видел причин, почему бы не задать ему пару вопросов.