Текст книги "Черный Маг Императора 26 (СИ)"

Автор книги: Александр Герда

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 17

Рисковать собой ради девочки, которая давно мертва… Хороший вопрос задает мне Дориан, нечего сказать. Вот только я могу задать ему такой же непростой встречный вопрос – кто поможет Варваре Крыловой, если не я? Конечно, я могу ошибаться, но насколько мне известно, в Российской Империи один Максим Темников. Эх… Вечно все наваливается невовремя…

– Ну хорошо, – сказал я, после того как все обдумал и принял для себя решение. – Допустим я соглашусь помочь тебе.

В этот момент призраки заметно оживились. Каждый из них посчитал своим долгом выразить свое одобрение в мой адрес. Хотя я уже понимал, что хочу ввязаться в очень опасное приключение, поддержка с их стороны мне все равно была приятна. Собственно говоря, как и радостная улыбка на лице девочки, которая в один момент сделала ее намного симпатичнее.

– Пока еще я не даю окончательного согласия, а просто говорю допустим, – сказал я, однако радости на ее лице от этого не убивалось. – Я так понимаю, что если ты мне сейчас говоришь об этом всем, то значит эта смотрительница, о которой ты рассказываешь, до сих пор жива, верно?

– Именно так, Максим, – с готовностью ответила Варвара. – Восемнадцать лет прошло со дня моей смерти, а Еремина до сих пор там. Подпольные алхимики тоже работают. Многие из них поменялись, но они до сих пор делают свои яды, а дети в приюте по-прежнему пьют и едят то, что дает им Нина Федоровна.

– Хорошо хоть так, – усмехнулся я. – Если бы она умерла, то доказывать ее вину было бы гораздо сложнее. Насколько я понимаю, блокнот по-прежнему на своем месте, правильно? Это я к тому, что если доводить дело до конца, то мне бы желательно что-нибудь предъявить полиции.

В этот момент я подумал о том, что гораздо проще было бы обо всем этом просто доложить Голицыну, чтобы его ребята из тайной канцелярии взялись за дело. Однако был один принципиальный момент, почему мне не очень хотелось так делать.

Случай с Золотовым, из-за которого я поставил себя в идиотское положение. Причем не только перед Василием Юрьевичем, но и перед Романовым. Что если и в этот раз получится нечто похожее? Оказаться в дурацкой ситуации второй раз подряд?

Нет уж, увольте. Теперь я хотел все сделать сам. Ну не все, конечно… По крайней мере, ту часть операции, которая даст мне в руки необходимую информацию, чтобы я мог передать ее дальше Дракону. Я думаю, что этого с моей стороны будет вполне достаточно. Возможно, это окажется непросто, но помощников у меня хватает.

Верный отряд призраков, который мне поможет… Мой личный шпион Градовский, опять же… Он хоть и тупит временами, но тем не менее пользу приносит. Кроме того, можно будет подключить Лешку к этому делу, если он согласится.

– Ладно, так уж и быть, я тебе тоже помогу, – сказал в этот момент Дориан таким тоном, как будто у него был какой-то выбор. – Если тебе нечего делать, то что мне остается? Без меня ты точно угодишь в неприятности.

– Да, блокнот по-прежнему в ее сейфе, – ответила в этот момент девочка. – В красной шкатулке с железным замочком.

– Хорошо, – сказал я и начал рассуждать. – Блокнот – это уже что-то. По крайней мере можно будет сопоставить хоть какие-то факты, если она еще не подчистила архивы. Хотя это вряд ли. Не думаю, что в приюте можно будет раздобыть какую-то информацию. Все, что могло хоть как-то навести на нее тень, уже давно уничтожено. Такие дела не проворачивают, чтобы попадаться на мелочах.

– Еще я знаю, где находятся алхимики, – неожиданно сказала Варвара.

– Ты имеешь в виду место, где они готовят яды? – немного удивившись спросил я.

– Да, я знаю где их лаборатория, – ответила Крылова. – И где находится их офис, я тоже знаю.

– У них даже есть свой собственный офис… – усмехнулся я.

– Ага, место, где они встречаются с клиентами, – кивнула девочка. – Еще и магазины. Они торгуют эликсирами.

Понятно… Значит это просто какие-то алхимики, которые кроме официальной деятельности еще и подрабатывают на стороне всякими незаконными операциями. Ситуация начинает более-менее проясняться, вот только сама по себе она легче от этого не становится.

– В лаборатории алхимиков тоже есть блокнот, – продолжала сыпать удивительными фактами девчонка. – Точнее толстая тетрадь. Там тоже есть имена, фамилии и даты. Правда я не совсем понимаю, что именно они значат, но фамилия нашей смотрительницы там тоже записана, а напротив нее даты. Причем встречается она довольно часто.

После этих слов мне на ум сразу пришла мысль, что могли бы означать эти самые даты? Может быть, это дни поставки ядов или что-то в этом роде? Пока лишь ясно было одно – в этом всем нужно разбираться. Причем, если все так, как говорит Варвара, то слишком долго тянуть не стоит. Каждый день промедления может стоить чьей-нибудь детской жизни в приюте «Светлое детство». Этого самого детства у кого-то может и не быть…

Ладно, что мы имеем? Блокнот у смотрительницы, тетрадь у подпольных алхимиков, а кроме того историю, которая очень дурно пахнет. Для начала неплохо.

– Хорошо, Варвара, я тебе помогу, – дал я окончательный ответ. – Попробуем уничтожить это осиное гнездо.

Девчонка смотрела на меня так, как будто готова была разрыдаться. Я думаю, она бы именно так и поступила, если бы призраки могли плакать.

– Ты… Ты правда мне поможешь, Максим Темников? – спросила она, как будто не верила. Самое интересное, что голос у нее в этот момент был каким-то особенно детским, как будто ей было не тринадцать, а гораздо меньше. – И не попросишь ничего взамен?

– Правда, – кивнул я и вздохнул. – Единственное, о чем я тебя попрошу, – когда мы вновь вернемся к этому разговору, ты постараешься вспомнить все. Любую мелочь, которая мне может потребоваться, хорошо?

– Я постараюсь, – пообещала девочка. – А когда мы… Ну в общем…

– Думаю, что в следующие выходные, – сказал я, уже прикидывая, как можно будет отпроситься у Черткова, чтобы посвятить этому делу субботу и воскресенье. – Раньше у меня никак не получится.

Надеюсь, пары дней мне хватит, ну а там видно будет. Может случиться так, что Александр Григорьевич вообще меня не отпустит, и тогда придется как-то проворачивать это за один день. В последнее время наставник относится к нашим урокам все серьезнее. Иногда у меня создается впечатление, что он спешит и боится чего-нибудь не успеть. Хотя, возможно, мне так только кажется.

– Спасибо, Максим, – в очередной раз поблагодарила меня девчонка.

– Пока еще не за что, – ответил я и посмотрел на часы.

Похоже с обстоятельным ужином я сегодня пролетел. Уже общаемся в два раза больше запланированного мной времени, а это еще не все. Теперь не мешало обсудить это дело с призраками, которые явно этого ждали. Если я собирался заняться этим делом на следующей неделе, то какой-никакой план уже нужно было придумывать сейчас. Да и вообще, нам не мешало бы пообщаться с «Тенями» без Крыловой.

– Варвара, ты не могла бы оставить нас с ребятами одних? – сказал я. – Нам нужно кое-что обсудить.

Судя по лицу девочки, она бы с большим удовольствием осталась и послушала, о чем будут говорить взрослые, а заодно и сама бы приняла участие в беседе. Однако возражать не стала и лишь послушно кивнула. Мы с призраками проводили ее взглядами и как только она вышла, Дориан решил поделиться со мной своими мыслями.

– Ну… Поздравляю, мой мальчик, – сказал он. – Только что ты влез в это болото по самые уши. Как и обещал, я тебе помогу, но хочу чтобы ты знал – я от всего этого не в восторге.

– Значит ты хочешь сказать, что пусть эта шайка и дальше занимается своими темными делишками, так что ли? – спросил я у него. – Зато я буду в полной безопасности. Как думаешь, после того, что я уже об этом знаю, я смогу просто взять и сделать вид, будто ничего не произошло?

– Просто я считаю, что это политика, Макс, – сказал Мор. – Грязная политика. С трупами, между прочим. Искать там правых и виноватых – это гиблое и бесполезное дело. Это работа тайной канцелярии, и мы не должны этим заниматься.

– Мы этого и не будем делать, – ответил я. – Просто займемся поиском доказательств, вот и все. Если дело выгорит, то потом уже передадим информацию Голицыну, и пусть они с Александром Николаевичем в этом разбираются и ищут виноватых. Или ты в самом деле предлагаешь оставить все как есть?

– Тьфу ты… – с досадой выдал Мор. – Так тоже плохо… Оставлять как есть нельзя. Ладно, так уж и быть. Но только поиск доказательств, слышишь?

Тем временем призраки смотрели на меня и ждали, пока я начну разговор. Я не стал тянуть.

– Так… Значит, что мы имеем? – спросил я и обвел их взглядом. – Детский приют, в котором травят детей, сумасшедшую смотрительницу, занимающуюся этим много лет, блокнот, в котором имеется куча записей… Что там еще?

– Подпольные алхимики, у которых тоже есть свой блокнот, – сказала Катя. – Точнее толстая тетрадь.

– Точно, – кивнул я. – Что-то еще?

– Получается, что работает целый синдикат! – пробасил со своего места Громобой. – Масштабно работают, гады!

– Да, занятно, – задумчиво произнес Пиявка, а на его лице появилась фирменная гаденькая усмешка. – Убивать Одаренных детей либо подавлять у них Дар до того, как он проявится, это хорошо придумано. Хотя оба варианта, считай одно и то же. Что одно, что другое – все равно убийство. Кому нужны сироты без Дара? Даже если они дворянских кровей…

– Одаренные сироты – ценный товар, – сказал Ткач. – Со слов Варвары понятно, что в приюте их не только чего-то лишают, но и усыновляют и удочеряют. Если ты можешь решать, у кого из детей Дар проявится, а у кого нет – то можно много чего контролировать, вот что я хочу сказать. Думаю, эта смотрительница получала деньги за детей. Как за хороший товар. Причем очень немаленькие деньги.

– В этом нет никаких сомнений, – высказал свою точку зрения Ибрагим. – Ясное дело, что она зарабатывала на этом по полной. Причем все сделано хитро. Никакого насилия, а просто яд, который даже имперские целители не могут почувствовать. Ребенок умер или не раскрылся. Бывает. И никто в этом не виноват, получается. Надеюсь, ты понимаешь, почему мы не могли ввязаться в это дело и пытаться помочь ей без твоего ведома, мой господин?

– Понимаю, – кивнул я. – Теперь было бы неплохо понять масштаб. Да и вообще… Сколько лет занимаются этим в приюте «Светлое детство»? Это началось с Ереминой или гораздо раньше? Явно что-то было и до Варвары, но как долго все это длится? Целая куча вопросов…

– Я тут вот что подумал… Может быть, эти алхимики работают не только с одним приютом? – спросил Педро со своим характерным акцентом. – Что, если это не конкретные заказы, которые они выполняли для Ереминой, а нечто гораздо большее?

После этого вопроса у меня во рту появился какой-то неприятный кислый привкус. Мне даже думать не хотелось о том, что все это может распространяться не только на приют, где хозяйничает Еремина, но и еще на какие-то. Что если Каштан прав и в этом деле замешан не один приют, а два или три?

Если так, то масштабы проблемы могут быть гораздо больше, чем я предполагал. Мне это казалось маловероятным, но исключать эту возможность было нельзя, Кастанеда был прав. Во всяком случае, нечто подобное вполне могло быть, так что нужно иметь в виду и такой вариант.

На некоторые время в комнате повисла тишина. Судя по всему, призраки прокручивали в голове те же мысли, что и я.

– В своей жизни я убил очень много всяких мерзких тварей, – нарушил тишину Ибрагим. – Могу сказать одно – чем опаснее зверюга, тем дольше и успешнее она прячется. Самых опасных и найти сложнее всего. Это я вам к тому говорю, мой господин, что если этот синдикат работает годами и ни одна проверка их не смогла зацепить, значит…

– Значит, что-либо они слишком умны, либо у них есть защита сверху, – закончила за него Серебро. – Вторая мысль мне нравится больше.

– Либо и то, и другое вместе, – вставил Градовский, который все это время молча слушал наш разговор.

– Вот об этом я тебе и говорил, Макс, – пробурчал Дориан. – Дело пахнет полным дерьмом.

– Если кого-то интересует мое мнение, то вот что я скажу, – вновь вступил в разговор Болотников. – Если помните мою историю, то когда-то давно я сознательно ушел в «Черный Плющ», чтобы стать Убийцей Чудовищ. Не хотел участвовать в политических играх и в родовых войнах. Однако же, это меня не спасло…

В этот момент он мрачно усмехнулся и провел ладонью по своей шее.

– Мой род вырезали до последнего человека… Всех до единого, включая меня…

– Ты это к чему? – спросил у него Ткач. – Или просто напомнил нам о том, что тебе как-то по случаю глотку перерезали?

Пиявка бросил на Виктора недовольный взгляд, осудительно покачал головой и продолжил:

– Одаренные сироты – это хорошее наследство, за которое многие не самые успешные рода могут дорого отдать. Сами подумайте – усыновить сильного Одаренного – значит получить его Дар и полную лояльность от него в будущем, – сказал он. – Не станут же приемные детишки выступать против своих новых родственников, правильно? А если хорошенько продумать их будущее и женить на ком нужно, то лет через двадцать-тридцать род получит наследника с нужными способностями. Просто идеально.

– Красиво сформулировал, – усмехнулась Екатерина. – Надо же, а ты, оказывается, умеешь не только гадости мне говорить, но и головой иногда соображаешь.

– Угу, бывает, – кивнул Болотников. – Во всяком случае в этом вопросе я хорошо разбираюсь. Было время подумать на досуге…

– Зря старался, – фыркнула Екатерина, которая с самого первого дня недолюбливала болотного мага. – По-твоему, здесь дебилы сидят и сами до этого додуматься не могут?

– А я вообще не так думаю, – перебил их своим громким басом Федор. – С чего вы все вообще взяли, что у этих алхимиков есть какие-то хозяева сверху? Понапридумывали историй! Вас послушать, так можно подумать, что над ними стоит какой-то гений с планами на сто лет вперед. Прямо сидит вот так и расставляет сирот с дворянскими кровями, как будто в шашки играет. Одного сюда, другого туда… С вашей логикой можно и до государственного переворота додуматься.

– Почему бы и нет? – приподнял бровь Пиявка. – Вполне себе нормальный план. Это ты дальше своего носа не видишь и думаешь только о том, в кого бы Огненным Шаром посильнее шарахнуть. Не все такие как ты, знаешь ли…

– Слушай, Болотников, я ведь могу и по твоей блестящей лысине настучать, – начал заводиться Федор. – Ну так, между делом. Чтобы особенно не умничал.

– Силенок-то хватит? – насмешливо спросил у него в ответ Иван. – Знаешь же, как говорят – чем больше шкаф, тем громче падает…

– Ладно, хватит вам, – прервал я их перепалку, слушать которую у меня совершенно не было времени. – Давайте договорим, я уеду, и ругайтесь хоть до завтрашнего утра. Что ты хотел сказать, Громобой?

– Я хотел сказать, что во всех этих разговорах может и не быть никакого смысла, – ответил он. – Лезем в какие-то дебри, а сами пока еще не знаем ничего конкретного. Ясное дело, что история, которая происходит в этом приюте, очень мутная, и разбираться с ней нужно. Просто выдумывать мозголомные расклады раньше времени – это значит говорить попусту. Вот что я хотел сказать, Максим.

– Это лишь для тебя мозголомные расклады, – пробурчал Болотников. – Для всех остальных это вполне себе обычные разговоры. Просто у кого-то слишком мало мозгов для такой большой головы.

В ответ на это Федор злобно засопел, однако нашел в себе силы сдержаться. Видимо этому способствовал мой пристальный взгляд на него. Со словами Громобоя насчет того, что эта история может оказаться гораздо проще, чем мы думаем, я был абсолютно несогласен.

Да, на самом деле мне бы очень хотелось, чтобы оно именно так и было, но что-то подсказывало мне, что это не так. Причем чем больше я об этом всем думал, тем все меньше мне нравилась эта история. По правде говоря, у меня уже не раз проскочила мысль о том, что было бы лучше мне вовсе не знать об этом всем. Однако теперь ничего не поделать.

Я знаю, и эту информацию никуда не деть. Собственно говоря, как и Варвару Крылову, которая сейчас скорее всего дожидается окончания нашего разговора в соседней комнате.

Эх… Похоже я снова нашел какое-то приключение…

Глава 18

С призраками мы разговаривали еще долго. Прошло около часа, прежде чем я смог покинуть базу «Теней» и наконец-то отправился к деду. Разумеется, ни о каком ужине уже речи быть не могло. Пока я доберусь, будет почти полночь, а в такое позднее время даже я не ужинаю с моим неуемным аппетитом.

Однако от чашки чая с чем-нибудь вкусненьким я, конечно же, все равно не откажусь. Тем более, что, судя по звукам в моем животе, там происходит настоящая революция. Организм выражает свой явный протест против такого долгого отсутствия витаминов и намекает на то, что он на такое не подписывался.

Домой меня вез Ибрагим и во время поездки мы с ним подводили итоги сегодняшнего разговора, а также строили планы на дальнейшие действия. Мы всегда так делали с Турком, когда готовились к какому-нибудь совместному приключению. Правда обычно этому уделялось гораздо меньше времени, чем сегодня. В общем оно и неудивительно. Случай-то особый…

Обсудить было что. Особенно после того, как Болотников начал и дальше развивать свою теорию всемирного заговора. Ладно бы это были просто какие-то идеи, не связанные с реальностью, но все было ровно наоборот. То, о чем говорил Пиявка, действительно могло происходить на самом деле.

Призраки разделились на две половины. Одна из которых была настроена крайне негативно, а вот другая, которая состояла из Громобоя и Каштана, считала, что все не так плохо. Серебро на этот счет сказала, что Федор слишком тупой, чтобы понимать истинное положение вещей, а Кастанеда просто излишне жизнерадостный по своей натуре и все время настроен на позитив.

Что касается Дориана, то мой друг больше склонялся к версии первой группы и считал, что в ближайшее время нас будут ждать весьма увлекательные события. Вот только он явно был этому не рад. Скорее наоборот.

Кстати, Болотников развил свою теорию гораздо дальше. Как и предполагал Громобой, он таки додумался до государственного переворота. По крайней мере в теории предположил, что такое возможно. Если копнуть еще глубже и не зацикливаться на том, что все это были отдельные заказы, которые шли через алхимиков, то можно было бы предположить и нечто большее.

Например, какой-нибудь очень влиятельный род мог быть заказчиком целого ряда подобных дел на будущее устройство сирот, где каждый заказ был звеном одной цепочки. Почему бы и нет? Выглядело очень даже любопытно.

Если предположить, что кто-то задумал долгоиграющий план, то могло так случиться, что лет через тридцать-сорок нужные люди окажутся на правильных местах, да еще к тому же будут обязаны лояльным семьям. Целители, советники и всякие прочие… Все они могут запросто оказаться при Императорском дворе, если оказать им нужную поддержку.

– Вот именно, мой мальчик, – поддерживал эту идею Мор. – При этом всем будет очень сложно провести прямую линию от сиротского приюта «Светлое детство» к должности в Императорском совете. Ты понимаешь возможный масштаб?

Масштаб я понимал, вот только не думал, что все может зайти так далеко. Лично я считал, что государственный переворот, на который все время намекал Болотников, это явно перебор. Хотя не спорю, возможно какая-нибудь влиятельная фамилия и делала из подбора сирот некую систему с долгосрочным планом. Однако я был уверен, что речь шла скорее о собственном возвышении, а не о свержении Романова.

Кроме того, я был уверен, что среди этого всего, в основном все случаи подавления Дара у детей либо их смерть были вызваны обычными родовыми разборками. Вот взять к примеру этот случай с Варварой Крыловой. Девчонка как раз и стала жертвой такой разборки. Думаю, большинство ситуаций и фамилий в дневнике Ереминой связаны с подобными ситуациями.

В этом смысле Дориан меня поддерживал. Хотя он и опасался возможных последствий, но считал, что если все сделать чисто и аккуратно, то это не станет бомбой, заложенной под множество влиятельных фамилий, взрыв которой приведет к новой родовой войне. Надеюсь, что так оно и будет…

Кстати, насчет подпольных алхимиков… Вот их толстая тетрадь меня очень заинтересовала. Думаю и Голицына с Романовым не меньше. Точнее сказать не столько сама тетрадь, сколько рецепты эликсиров и ядов, которые они умеют готовить. Это явно талантливые ребята.

Я был абсолютно согласен с нашим некрохирургом Кайсаровым, который всю встречу молчал и лишь однажды вступил в разговор, когда речь шла как раз об этих самых подпольных алхимиках. Данил Михайлович считал, что ребята это серьезные. По крайней мере тот, кто их возглавляет. Некрохирург был уверен, что это известная фамилия среди алхимиков.

– Я занимался хирургией магических материй много лет, – сказал Кайсаров. – Думаю, никто не будет спорить, что я в этом кое-что смыслю. В магической физиологии и алхимии я как рыба в воде, поэтому хочу сказать, что вы кое-что не учли.

Для нас стало сюрпризом, что Кайсаров вообще принял участие в разговоре, так что помню, как в тот момент все в ожидании уставились на него, не совсем понимая к чему он ведет.

– Подавить Дар у ребенка – это ведь не просто лишить его способностей, – продолжил он. – Для этого требуется особенное умение в алхимии. Дар – это же не какой-нибудь орган, который можно просто заставить перестать работать. Это часть физиологии человека, а человеческое тело очень сложная штука. Особенно это касается Одаренных. Телу сложно что-то заблокировать, и оно всегда будет пытаться искать другие пути. Даже я не могу приготовить такой эликсир со стопроцентной гарантией.

В тот момент мы еще не понимали к чему он ведет, однако в итоге он сделал вывод, что над всей этой схемой могут стоять именно алхимики. Правда он тоже не считал, что их целью обязательно является государственный переворот или нечто в этом роде. Кайсаров был склонен думать, что здесь скорее была цель заработать побольше денег. Хотя и не исключал, что в некоторых случаях возможны и более продуманные схемы.

В общем, мыслей и идей было столько, что у меня от них голова шла кругом. Пока было ясно одно – для начала нужно завладеть записями, а там уже будет видно, что из этого всего выйдет. Самое главное, как говорил Дориан, все сделать аккуратно и нигде не провалиться.

Для этого у меня была отличная команда и начальный план, который мы наметили всей нашей дружной компанией. Пока он был совсем коротким и включал всего несколько пунктов.

Первым делом мне нужно было связаться с Жемчужниковым и сказать ему о том, что вся команда «Теней» поступает в мое личное распоряжение до конца этой недели. По словам Ибрагима, в эти дни у отряда нет каких-то крайне важных заданий, с которыми не справился бы кто-то еще.

Благо профессиональных наемников в «Тенях» хватало, и если верить словам Турка, то в отряде уже числились почти триста человек, которые выполняли разные задания по всей Российской Империи.

Честно говоря, услышанная цифра меня сильно впечатлила. Если так подумать, то я владел небольшой собственной армией, которую можно было использовать в своих целях при острой необходимости. Причем величина моей армии все время увеличивалась.

Правда, нужно учитывать, что основная часть армии все-таки это наемники, которые работают за деньги и запросто могут переметнуться к тому, кто заплатит им больше… Однако пока беспокоиться об этом я не собирался. Думаю, что помощь такого количества бойцов мне не потребуется. Во всяком случае, надеюсь на это.

После разговора с дядей Игнатом приходил черед второго пункта нашего плана, который тоже пока был не сложным в реализации и заключался в обычной разведке. В ближайшее время призраки должны были в компании Варвары попасть в Великое Московское княжество и тщательно все изучить.

В первую очередь лабораторию и офис алхимиков, а также приют. Меня особенно интересовала информация, которую я бы мог потом предоставить Голицыну – блокнот и тетрадь алхимиков. Со всем остальным пусть он разгребается сам.

Лично я хотел получить в свое распоряжение побольше особых рецептов. Они существенно пополнили бы мою коллекцию фамильных рецептов Темниковых, которые следует хранить в строгом секрете. Эту задачу я возложил на Ибрагима.

Ну и еще было бы неплохо, если в конечном результате мне удастся избежать хоть какой-нибудь огласки о моем участии во всей этой истории. Какая бы версия из обсуждаемых не оказалась бы верной, в любом случае резонанс будет тот еще. Мне и без того врагов хватает и наживать еще нескольких не очень хочется. Не то чтобы меня это сильно пугало, просто к чему лишние хлопоты в будущем? У меня и так приключений в жизни хоть отбавляй.

Вот такой у меня выдался интересный вечерок. Заехал, называется, к призракам в гости на часок. Впрочем, мне не привыкать. С учетом моей редкой способности во что-нибудь вляпаться, было бы удивительно, если бы мне удалось спокойно заниматься подготовкой к предстоящему турниру и больше ни о чем не думать.

Как я и предполагал, дед не ложился спать и дожидался моего приезда, чтобы выпить со мной чашку чая на ночь и поделиться последними новостями. Разговор по большей части касался завтрашнего праздника, который мы собирались устроить в честь прибытия вертолета в наше небольшое имение.

Денек и правда обещал быть хлопотным. Оказывается, что завтра утром должны приехать мои родители, и мне нужно будет их встретить. На деда же ложится обязанность финальной подготовки вертолетной площадки и этим он завтра собирался заняться вместе с Шубиным.

Кстати говоря, несмотря на поздний час, мы с дедом все-таки наведались на площадку перед тем, как отправиться в свои комнаты. Еще бы! Я уже несколько дней горел желанием ее увидеть и посмотреть, как все изменилось с того момента, когда я осматривал ее в последний раз. Даже не ее, а скорее просто место, где она должна была быть в будущем.

Вот только пришлось все равно отложить осмотр на завтра. Едва мы с дедом вышли на улицу, как вдруг хлынул ливень. Причем у меня сложилось такое впечатление, что он специально поджидал, пока мы с дедом отойдем подальше от входной двери, чтобы в момент возвращения обратно в дом, намочить нас посильнее.

Так оно и вышло. Всего какая-то минута, а моя одежда промокла насквозь, как будто я прямо в ней только что нырял в бассейн. Пришлось перед тем, как ложиться спать, заглянуть в ванную, чтобы согреться под теплым душем.

Простояв под горячими струями несколько минут, я забрался под одеяло и тут же заснул. О Крыловой и разговоре с призраками я перед сном не думал. Моя голова была занята предвкушением завтрашнего дня и размышлениями о том, как оно все будет. Собственно говоря, я и заснул как раз в тот момент, когда представлял себе, как на нашу пока еще пустую площадку уже завтра приземлится вертолет. Мой вертолет. С моим собственным пилотом.

Проснулся я от голоса деда, который тряс меня за плечо.

– Максим, вставай, – сказал он. – Сегодня у нас с тобой знаменательный день. Площадка сама себя не осмотрит и родителей не встретит. Так что давай быстренько завтракать и за дело.

Да меня и упрашивать было не нужно. Мне хватило получаса, чтобы умыться, позавтракать и оказаться на улице. После вчерашнего проливного дождя с грозой, утро выдалось на удивление теплым и солнечным. Глядя на ясное голубое небо, я даже зажмурился от яркого солнечного света. Для начала неплохо. Во всяком случае, начинался день хорошо, посмотрим, что будет дальше.

Глеб Михайлович Шубин тоже давно не спал и осматривал вертолетную площадку вместе с нами. На этот раз нам ничего не мешало, так что вскоре я уже мерял шагами ровную бетонную площадку, окруженную невысоким забором.

Большой желтый круг, белая буква «Н» по центру – в общем, площадка была оформлена по всем правилам. Все деревья и кусты вокруг нее были убраны, так что как на мой взгляд, было сделано все необходимое для безопасной посадки. Строители, которых дед привлек к этому делу, справились со своей задачей на пять баллов.

Я провел ботинком по желтому кругу и в этот момент услышал голос деда:

– Не переживай, внучек, краска специальная, не сотрется, – успокоил он меня. – Как мне сказали, устойчива ко всем видам осадков, к топливу и механическому воздействию. Должна как минимум лет пять продержатся.

Дальше в дело вступил Шубин. Пока я ходил по площадке и смотрел на покрытие, он мне рассказывал о каких-то нюансах, в которых я ровным счетом ничего не понимал. Какой-то компенсационный зазор и что-то такое еще…

Все это было слишком скучно. Зато мне понравился зеленый свет, которым должно было подсвечиваться место посадки в темное время суток, и оранжевый ветроуказатель, который был укреплен на высоком шесте рядом с площадкой. Дул не сильный утренний ветерок, от которого конус медленно колыхался.

– Работает! – сказал я деду, глядя на него. – У нас с тобой настоящий вертодром получился!

– Ага, еще как работает, – улыбнулся дед и положил руку мне на плечо. – Вот так оно и бывает, Максим. Когда человек делает добро – оно возвращается. Не всегда, правда, и иногда не так, как ждешь, но возвращается. Ты помогал не ради вертолета, но теперь он у тебя есть. Точнее скоро будет. Я буду рад, если ты всегда будешь следовать этому жизненному принципу.

– Постараюсь, – пообещал я деду, а на ум мне в этот момент пришли слова Черткова о том, что мы – некроманты, и время от времени совершаем плохие поступки.

– Ну что, считаю площадка готова, – сказал дед и потрепал мне волосы. – Будем принимать гостей!

Собственно говоря, именно этим мы и занялись. Родители приехали около одиннадцати. За мной заехал Ибрагим и мы их встретили на вертолетной площадке, которая располагалась неподалеку от Белозерска. Вообще-то уже можно было и на нашем вертодроме приземляться, но они решили, что это почетное право моего вертолета. Именно он должен быть на новой вертолетной площадке первым.

Едва мы их с дедом познакомили с Шубиными, как они тут же взялись за дело. Отец сложил руки за спиной и с важным видом ходил туда-сюда по вертолетной площадке. Свою прогулку он снабжал комментариями насчет того, как хорошо строители справились со своей работой.

По правде говоря, я не думаю, что он хоть что-то смыслил в вопросах строительства и обустройства вертолетных площадок, но сам процесс ему явно очень нравился.

Что касается матери, то она взяла на себя обязанности по подготовке праздничного стола. Вместе с Серафимой Андреевной они хлопотали в доме и занимались сервировкой. К дому то и дело подъезжали машины доставки из лучшего Белозерского ресторана «Самовар» со всякой снедью, о которой, по мнению моей мамы, мы с дедом забыли.