Текст книги "Черный Маг Императора 26 (СИ)"

Автор книги: Александр Герда

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Хлопотный выдался денек. Подготовка, суета… Я и сам не заметил, как общая нервозность, связанная с важностью предстоящего события, как-то сама по себе передалась и мне. Я делал вид, что болтаюсь по двору и присматриваю за последними приготовлениями, однако сам себя я не раз ловил на том, что все время поглядываю на небо.

Нарышкины должны были прибыть всей семьей вместе с моим подарком. По крайней мере, Лешка мне так сказал. Он еще утром прислал мне сообщение, что его родители должны были вылететь из Москвы в полдень, забрать его и потом уже к нам.

Вообще-то, учитывая, что мы с ними жили практически по соседству, княжич мог бы и сам ко мне притопать. Тоже придумал… Сначала за ним залететь, потом к нам… Ох уж мне эти особы, приближенные к Императору. Все у них не как у людей…

По моим приблизительным расчетам, прилететь Нарышкины должны были около двух. Может быть, немногим позже. Когда до их прибытия оставалось совсем немного времени, я почувствовал, как мои ладони вспотели, чего со мной давненько уже не случалось.

– Волнуешься? – спросил отец, который нашел меня в саду.

– Есть немного, – признался я.

– Еще бы, – усмехнулся он. – Вертолет во дворе дома, это не каждый день бывает. Даже на чужой смотреть страшновато, а тут свой собственный.

В этот момент до нас донесся характерный звук. Сначала едва различимый, но с каждой секундой он становился все громче. Далекий гул вертолетных двигателей, который я бы ни с чем не спутал.

Летят…

Глава 19

– Летят! – услышал я радостный крик матери, в котором явно слышались нотки волнения.

Не прошло и минуты, как все наше дружное семейство уже стояло неподалеку от вертолетной площадки. Разумеется Шубины тоже были здесь, куда же теперь без них. Они хоть и не часть нашей семьи, однако все же личные помощники деда, которые живут с ним практически в одном доме. Считай что самые доверенные лица.

Все дружно смотрели на небо. Точнее на черную точку, которая медленно приближалась и с каждой секундой становилась все больше. Вертолет был похож на важного жужжащего шмеля, который специально летел с такой скоростью, чтобы все успели его как следует рассмотреть.

Он и правда был классный, что и говорить. Это было видно даже с того расстояния, с которого мы на него смотрели. Плавные обтекаемые борта… Поблескивающий на солнце красивый черный цвет… Все так, как я и хотел.

За последние несколько дней я уже раз двадцать с интересом заглядывал в интернет чтобы, будто между прочим, лишний раз посмотреть на эту модель вертолета, и к этому моменту уже знал ее довольно неплохо. Однако одно дело любоваться его фотографиями, другое видеть, как вертолет приближается к твоему дому.

– «Заглядывают между прочим», это когда хотя бы раз в день, – усмехнулся Дориан. – А ты за последние дни уже вдоль и поперек изучил фотографии этого вертолета.

Судя по голосу, Мор пребывал просто в отличном настроении. Спорить я с ним, само собой, не стал. Тем более, что говорил он чистую правду.

Тем временем звук постепенно нарастал. Глухой стрекот превращался в громкий тяжелый гул. В этот момент я бросил взгляд на свое семейство и невольно улыбнулся. Мать смотрела на небо прижав руки к щекам, отец – с видом знатока, который по меньше мере раз в месяц приобретал нечто подобное. Что касается деда, вытянувшегося по струнке… Я могу ошибаться, но мне показалось, в его глазах я увидел что-то вроде гордости.

Вскоре вертолет уже был прямо над нашим домом. Завис в метрах тридцати над вертолетной площадкой, а громкий рокот заполнил все пространство вокруг. На мгновение у меня создалось ощущение, что Нарышкины мне вместо вертолета космический корабль решили подарить, до того мощное он производил впечатление. Оно и понятно… Это же мой вертолет…

Вертолет начал снижаться. Ветер от лопастей пригнул траву и кусты, подняв вокруг нас тучу пыли. Мать со страху вцепилась в отца, а дед принял на себя командование:

– Всем отойти от вертолетной площадки! Руки по швам! Глаза закрыть!

Я сделал все как он сказал, кроме последнего распоряжения. Глаз я не закрывал, а с улыбкой на лице смотрел, как плавно опускается вертолет. Колеса мягко касаются бетона, а вслед за этим начинает замедляться винт.

Вскоре двигатель затих. Лопасти остановились и дверь тут же сдвинулась в сторону. Нужно ли говорить, что первым из вертолета выпрыгнул княжич с радостной улыбкой на лице.

– Макс! – громко крикнул он и раскинул руки в разные стороны.

– Леха! – я сделал несколько шагов ему навстречу, и мы крепко обнялись, как будто сто лет не виделись.

Никаких слов, чтобы понять важность момента, для нас обоих не нужно было. Мы и так прекрасно понимали друг друга.

Следом за Лешкой вышли его родители. Сначала князь Николай Федорович, который помог выбраться своей супруге. Затем из вертолета выпрыгнул Иван и подал руку Наталье, сестре Алексея. Между делом я отметил, что Ваня уже окончательно распрощался с последствиями проклятья. Двигался он легко и свободно, как будто кроме того, что вылечился, еще и помолодел лет на десять.

Поздоровавшись со мной, семейство Нарышкиных почти в полном составе отошло от вертолета, чтобы обменяться приветствиями с моим дедом и родителями. Мы же с Лешкой занялись осмотром вертолета.

«Акула»… Когда стоишь рядом с этой машиной, еще сильнее понимаешь, почему эта модель была названа именно так. Точнее и не скажешь. Хищный дизайн, низкая посадка, черный цвет с легким металлическим отливом…

При этом никакой маркировки и чего-то такого. Только наш фамильный герб на борту, который был выполнен темно-серебрянным цветом. Герб не бросался в глаза, однако стоило остановить на нем свой взгляд, как он уже не хотел отпускать и будто притягивал к себе внимание.

– Круто… – сказал я и провел рукой по лакированному черному борту. – Офигеть просто…

– Я тоже так думаю, – услышал я Лешкин голос, а затем он хлопнул меня по плечу. – Давай залазь внутрь, там еще лучше. Сейчас ты просто обалдеешь, дружище.

– Да, хозяин, я полностью согласен с вашим другом, – поделился своим мнением Градовский, который к этому моменту уже несколько раз успел залететь в кабину вертолета и вылететь обратно. – Внутри и в самом деле все сделано достаточно неплохо. Даже мне понравилось.

Ну, если Петр Карлович был в восторге, то это говорило о многом. Значит я точно обалдею, как сказал княжич. Дверь в салон открылась неожиданно легко и свободно. Честно говоря, я думал, что мне потребуется больше усилий, чтобы ее открыть. Уж очень внушительно она выглядела.

Я ожидал чего-то красивого, но то, что я увидел, было даже лучше. Глядя на вертолет снаружи, я не думал, что салон окажется настолько просторным. Он был рассчитан на шесть пассажиров – три ряда сидений, по два. Причем расстояние между рядами было достаточным, чтобы пассажиры чувствовали себя комфортно. Но это ладно, все-таки размеры салона были здесь не самыми главными.

Следующее, на что я обратил внимание, были кресла. Мягкая черная кожа с белой строчкой по краям. На спинке каждого кресла снова наш герб. По бокам салона панели из какого-то черного дерева с едва заметной текстурой.

Между стыками панелей были металлические вставки из матовой стали. Я погладил одну из вставок и ощутил приятную прохладу металла. Затем посмотрел на обтянутый темной тканью потолок и тоже провел по нему рукой, почувствовав под пальцами мелкий узор. Да уж, выглядело это все очень дорого, что и говорить…

Я осторожно сел в ближайшее кресло и закрыл глаза. Затем положил руки на подлокотники и прислушался к своим ощущениям. Внешний вид и интерьер – это все очень хорошо, конечно, но меньше всего мне хотелось бы, чтобы кресла оказались неуютными. Это ведь чуть ли не самое главное.

Однако все было хорошо. Сидения были такими же шикарными, как и все остальное в этом вертолете. Несколько секунд я посидел в кресле с закрытыми глазами, чтобы прочувствовать его как следует, а затем начал изучать сенсорный пульт, который был вмонтирован в подлокотник. Наклон спинки, подогрев, вентиляция…

Чего на нем только не было. Однако, несмотря на большое количество опций, пользоваться пультом было удобно. Кто-то позаботился о том, чтобы значения всех кнопок на пульте были интуитивно понятны. Здорово!

Вот только непонятно, зачем здесь столько много гербов? Я смотрел по сторонам и у меня сложилось ощущение, что они были здесь повсюду. На панелях, на стальных планках между ними, на потолке и даже на ворсистом темном ковролине, покрывавшем пол.

– Ничего не много, – ответил мне на это Дориан. – Как по мне, так я бы их еще больше сделал. Пусть твои попутчики видят с кем имеют дело. Когда я тебя уже научу самым элементарным вещам?

Наверное, Мор был прав. С каждым месяцем я все больше начинал понимать, что статус – это очень важная штука в этом мире. Однако просто понять, для меня было гораздо легче, чем к этому привыкнуть.

Я провел рукой по соседнему сидению. Точнее по гербу, который был вытеснен на нем. Вертолет мне нравился. Он мне и сразу понравился, но теперь, когда я осмотрел его внутри, это чувство стало еще сильнее. У меня уже есть Берлога – убежище на земле. Теперь вот появилось и воздушное убежище. Причем такое, на котором довольно быстро можно оказаться в любой точке Российской Империи.

– Герб – это важная штука, – сказал в этот момент Лешка, по-своему расценив мой интерес к обшивке соседнего сидения. – В наших вертолетах их еще больше. Отец говорит, что в таком деле мелочей не бывает, и каждая деталь должна напоминать тебе кто ты такой есть и откуда родом.

– Вот! – радостно отозвался на это Дориан. – Умный отец у твоего Лешки. Слушай и учись, если моих слов тебе недостаточно.

Тут я услышал голос деда снаружи и мне захотелось выйти ко всем остальным. Стекла моего вертолета были затемнены, так что, когда я выбрался наружу, мне пришлось щуриться от яркого солнца. Мои родители в этот момент разговаривали с семьей Нарышкиных, а дед с пилотом. Я даже не заметил, как он выбрался из кабины.

На вид ему было лет пятьдесят. Крепкий, основательный, хотя и не высокий. Судя по всему, когда-то давно волосы у него были темными, а сейчас практически полностью стали седыми. Никакой суеты в движениях, взгляд внимательный и спокойный.

Заметив, что мы с Лешкой выбрались из вертолета, дед махнул мне рукой, приглашая подойти к ним поближе.

– Познакомьтесь, Артем Ильич, – сказал он. – Мой внук Максим.

Пилот внимательно осмотрел меня. Спокойно и оценивающе. Один в один как Орлов, когда увидел меня впервые в своем кабинете. Хотя нет, в глазах директора школы было побольше любопытства.

– Ершов Артем Ильич, – представился он, затем протянул мне руку и улыбнулся. – Ваш личный пилот.

– Максим, – сказал я, пожав ему руку в ответ и ощутив крепость рукопожатия. – Темников.

В этот момент к нам подошли родители. Улыбка исчезла с лица Ершова и с ними он поздоровался более сдержанно.

– Само собой, а как он должен с ними здороваться? – спросил Дориан. – Он же твой личный пилот, а не твоих родителей. Ты отцу и так машину подарил, пусть радуется. Вертолет он не заслужил.

– Артем Ильич, у нас сегодня намечается небольшой праздник, – сказал дед. – Мы очень хотели бы пригласить вас к нашему столу.

Ершов задумался на несколько секунд, бросил быстрый взгляд на меня, затем на Нарышкиных и улыбнулся:

– Благодарю за приглашение, Тимофей Игоревич, но я вынужден буду отказаться.

В этот момент пилот посмотрел на меня, дав таким образом понять, кому будет предназначено все далее сказанное.

– Я бы с вашего разрешения поехал домой, Максим Александрович. Устроюсь немного, вещи разложу, – он пожал плечами. – Несколько часов за штурвалом для меня это вообще ничего, но я люблю немного отдохнуть после полета. Знаете, как говорят – даже летчикам иногда нужно отдыхать от неба.

– Ясное дело, – кивнул я и подумал, что нужно бы, наверное, вызвать ему такси или что-то в этом роде.

– Максим, машина у него своя с личным водителем, – сказал в этот момент князь, будто прочитал мои мысли. – Входит в общий контракт. Так что о его мобильности не беспокойся.

– Хорошо, не буду, – улыбнулся я и посмотрел на Ершова. – Артем Ильич, а потом… Ну, когда вы устроитесь… Можно будет, чтобы вы мне про вертолет рассказали побольше?

– Само собой, Максим Александрович, – кивнул он. – Владелец, который не задает вопросов про собственный вертолет – это плохой владелец. Поверьте моему опыту. Так что все устроим – и знакомство с машиной, и первый полет. Вы только без меня внутри ничего не щелкайте, хорошо? Там настройки под меня. Лучше мы потом вместе с вами на кнопки понажимаем, которые вам понравятся.

– Хорошо, договорились, – пообещал я ему и в этот момент меня вдруг осенило. – А ваша жена? Вы с ней будет жить в Белозерске?

– Я вдовец, – спокойно ответил он. – Уже давно. Лет пятнадцать уже прошло. Дети взрослые, живут своим семьями, так что я весь ваш, Максим Александрович.

Почувствовав, что настал тот самый момент, когда пора оставить пилота наедине с Шубиным и вертолетом, мать громко хлопнула в ладоши:

– Все, дорогие гости! – воскликнула она. – На вертолет будем смотреть потом. Столы накрыты, блюда остывают, так что прошу всех к столу!

Как только она это сказала, небольшое волнение от всей этой ситуации мгновенно спало. Все почувствовали, что официальная часть, в которую входил первоначальный осмотр подарка и знакомство с пилотом, закончена. Теперь можно было спокойно праздновать, чем мы и занялись.

Шубины решили последовать примеру Ершова и от участия в праздничном обеде тактично отказались. Серафима Андреевна сказала, что она будет гораздо полезнее в качестве помощницы, а кусочек торта в честь праздничного события, она и потом съесть успеет.

Что касается Глеба Михайловича, то он сказал, что будет заниматься вертолетной площадкой и зеленью вокруг нее. В момент посадки вертолета некоторые кусты разлетелись в разные стороны, так что теперь там нужно было все привести в порядок.

В общем понятно, просто Шубины решили, что за общим столом с Нарышкиными для них не место. Впрочем, мы особо не настаивали. Дело ведь сугубо индивидуальное. К нам они уже привыкли, а к Нарышкиным нет. Зачем их заставлять сидеть за праздничным столом, если они будут чувствовать себя при этом некомфортно?

Стол был накрыт праздничной посудой, которую дед разрешал доставать лишь в исключительно торжественных случаях. Количество блюд было не сосчитать, и в нашем распоряжении даже оказалось два торта. Один приготовили для гостей мы с дедом, а другой Нарышкины привезли с собой.

Лешка знал, какой мой самый любимый торт, так что именно такой и доставили. Шоколадный, с вишнями и поздравительной надписью: «Теперь и небо твое!». Леха сказал, это они вместе с Иваном такое придумали. Ну а что, мне нравится. Правда немного пафосно, на мой взгляд, но с темой подарка очень хорошо вяжется.

Как всегда в компании Нарышкиных, за столом было шумно и хорошо. Как-то по-особенному тепло. Это такой приятный шум и суета, который не раздражает. Как правило, такие застолья возможны только в кругу друзей и родственников. Когда смеются, весело перебивают друг друга и говорят сразу несколько человек.

После первого стола мы мужской компанией вышли во двор. Разумеется, все снова направились к вертолетной площадке, чтобы еще раз осмотреть мою «Акулу». Кстати, я решил его так и назвать. Если эта модель так называлась и это имя вертолету шло, то зачем что-то менять?

Нарышкины уехали к себе уже когда начало темнеть. Князь сказал, что за ними должен прилететь их вертолет и они еще сегодня намерены вернуться в Москву. Вместе с ними уехали и родители, которым Лешкин отец предложил лететь вместе с ними. Ну правильно, что сидеть, если уже вечер? Мне завтра в школу, так что не было особого смысла задерживаться на ночь, чтобы утром просто со мной попрощаться.

К тому времени как мы с дедом помогли Шубиной привести дом в порядок, на часах уже была половина двенадцатого. Мы с дедом выпили на ночь еще по чашке чая и разошлись по своим комнатам. В доме вновь стало тихо и уютно. Все-таки я больше люблю тишину.

Я лежал на спине и смотрел в потолок, еще раз вспоминая сегодняшний день, который выдался на редкость суматошным. Вспомнил и о Ершове, который мне очень понравился. Теперь мне даже было как-то неудобно, что в тот момент, когда Лешка сказал мне о нанятом пилоте, у меня возникли какие-то подозрения на этот счет.

– Это все ты виноват, – сказал я Дориану, натягивая одеяло до подбородка и закрывая глаза. – Привык видеть во всех врагов.

– Если бы не моя подозрительность, ты бы уже давно был на небе, как тебе Нарышкины и написали на торте, – отозвался он. – Только оно было бы твоим в прямом смысле этого слова.

– Да ладно тебе… – сказал я и зевнул, чувствуя, как сами по себе закрываются глаза от усталости.

– Кстати, ты не забыл, что обещал попросить Голицына проверить пилота? – спросил Мор.

– С тобой забудешь, – я повернулся на бок и снова зевнул. – Ты же весь мозг мне проешь, пока я этого не сделаю. Завтра позвоню.

Мор мне еще что-то говорил, но я его уже не слышал. Перед глазами поплыл черный салон вертолета, наши семейные гербы на сидениях, а потом я провалился в сон.

Завтра новый день… Новый понедельник и новые приключения в школе… Все как всегда… За исключением лишь одного момента – там за окном сейчас стоит мой собственный вертолет. Просто стоит и ждет приключений… Мое новое небесное убежище!

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

Не забудьте добавить книгу в библиотеку и подписаться на автора, чтобы не пропустить обновления. Ну и конечно же, прошу не забывать ставить Лайк 💖 , если нравится произведение)

Благодарю вас за поддержку!

Глава 20

Понятия не имею, каким образом новость о моем новом вертолете могла так быстро разлететься, но утром следующего дня об этом уже знал весь «Китеж». Вероятно слухи, они как вирус, передаются воздушно-капельным путем.

Об этом я узнал в школьной столовой за завтраком. Когда на какое-то время вновь привлек к себе внимание всех учеников. Только ленивый не бросил взгляд в сторону нашего с Лешкой стола, и только полный идиот не смог бы понять, чем был вызван такой интерес.

Да что там гадать, если Градовский лично доложил мне, о чем в это утро шепчутся ученики за своими столами. Причем по большей части всех беспокоил не сам факт того, что у Темникова теперь появился собственный вертолет. Гораздо важнее было то, что это подарок от Нарышкиных, а значит связи между нашими родами становились прочнее.

С учетом того, что все вокруг были дворянами и у каждого рода были свои интересы, относились к этому по-разному. Хотя, что скрывать, по большей части нравилось это немногим. Ну да плевать, меня такое отношение не особо беспокоило. Было бы удивительно, окажись все ровно наоборот. Видимо, такого не случится никогда.

– Случится, мой мальчик, еще как случится, – заверил меня Дориан. – Еще будут наперегонки бежать, чтобы первому тебе руку подать. Правда поступать так они будут не от чистого сердца, но это уже другой вопрос. Я же тебе уже говорил, что страх – это очень сильное чувство.

Да, Мор говорил мне об этом не раз, признаю. Впрочем, я также много раз ему отвечал, что преданность основанная на страхе легко превращается в предательство. С чем он, кстати говоря, не спорил и считал, что и против этого имеется верное средство. Просто бояться меня должны так, чтобы ни у кого даже мысли не возникало о том, чтобы хоть как-то навредить.

Возможно, мой друг был прав, однако в данный момент этот вопрос занимал меня гораздо меньше нашего разговора с княжичем. Мы с ним уже успели обсудить вчерашний праздник и мои ощущения от того, что теперь во дворе дома деда всегда будет стоять вертолет. Поговорили и о повышенном внимании к моей персоне, на что Лешка посоветовал наплевать. Перешли к более интересным вещам.

Для начала Нарышкин поделился со мной новостью о том, что попросил Собакина свести его с Тодором Драгомировым и граф оперативно раздобыл для него телефон этого человека со странным именем и фамилией. Более того, княжич уже даже успел созвониться с ним и теперь делился со мной результатами разговора.

– Кто такой Драгомиров? – спросил я и в этот момент мне на ум почему-то пришел Херцег Данко. – Тоже из Балканских княжеств, как и Мистик?

– Наверное, – кивнул Лешка. – Честно говоря, я его происхождение не выяснял, меня больше интересовали его знания. Насколько мне известно, он один из самых лучших специалистов нашей Империи по картографии магических мест. Так что думаю, что он нам поможет.

– Хм… Любопытно, – согласился я. – Ты сказал Собакину зачем тебе понадобился Драгомиров?

– Конечно нет, – ответил Нарышкин. – Косте знать это необязательно. Да он и не задавал лишних вопросов. Что смотришь? Хочешь спросить зачем я вообще к графу обращался?

– Ты прямо мои мысли читаешь, – улыбнулся я. – Не то чтобы мне не нравился Собакин, но…

– Все просто на самом деле. Тодор не станет общаться с незнакомым человеком, которому не составили должной рекомендации, – пожал плечами княжич. – Даже если незнакомец княжеского рода и фамилия у него Нарышкин. Драгомиров торгует разной информацией, и среди сведений, поставляемых им своим клиентам, бывают такие, за которые полиция по голове не погладит.

Ага, тогда понятно. Если этот Тодор владеет такой информацией, значит и обращаются к нему самые разные люди. Спрашивать, откуда его знает Собакин, я не стал – у Кости очень много знакомых в самых разнообразных сферах. Правда мне стало любопытно, откуда мой друг узнал об этом человеке. В отличие от графа, княжич во всяких сомнительных аферах и сделках замечен мною не был.

– Ванька как-то обмолвился за столом, – ответил на этот вопрос Лешка. – Рассказывал отцу про Драгомирова и его редкую способность добывать нужную информацию. Где он ее достает, неизвестно, но если верить словам моего брата, то у Тодора не голова, а архивный фонд Российской Империи.

– Ясно, – кивнул я

Узнав об этом, я подумал, что такое знакомство, наверное, очень пригодилось бы Полине Лазаревой. Через такого человека легче искать нужные артефакты. Хотя, вполне может быть, что я и ошибался насчет этого. Все-таки знание о магических местах и информация о нахождении артефактов – это разные вещи.

– Что тебе сказал Драгомиров? – спросил я. – Не стал же он тебе все рассказывать по телефону?

– Разумеется нет, – покачал головой княжич и нанизал на вилку кусок ветчины, которую взял себе на завтрак. – Даже не спросил кто я такой. Просто узнал откуда раздобыл его телефон и назначил встречу. Никаких подробностей он не уточнял и про цену за свои услуги он не говорил. Надеюсь, мы ее потянем.

– В каком смысле? – от удивления у меня даже вилка с сосиской на половине пути ко рту остановилась. – Мне послышалось, или только что княжич Нарышкин признался мне в том, что, оказывается, может купить не все, что взбредет ему в голову?

– Между прочим не смешно, – ответил он. – Собакин меня предупредил, что деньгами Драгомиров берет редко. Обычно просит о какой-нибудь услуге в ответ. Кто знает, что он для нас придумает?

Такая себе информация на самом деле. В этом смысле мой друг был абсолютно прав, значительно проще расплачиваться деньгами. Хотя, конечно, мудрее было просить об услуге, которая иногда может стоить гораздо дороже любой суммы.

– Ты сказал «нас»? – уточнил я.

– Само собой, – ответил он, задумчиво жуя ветчину. – Ты же не думал, что я буду разговаривать с ним один? Тем более, что это ты меня втянул в это дело. Я предупредил его, что буду с другом, и поручился за тебя. Так что теперь не отвертишься, и через пару недель поедем к нему вместе. Точнее полетим. Теперь же у моего друга есть собственный вертолет, верно?

– Верно, – ответил я и не смог сдержать улыбки. – Теперь есть. Куда придется лететь?

– В Катринбург.

– Только не говори, что он работает архивариусом в «Тирличе», – хохотнул я. – Вот это была бы новость, окажись мы с тобой там перед турниром!

– Согласен, – не стал спорить Нарышкин. – Не переживай, в «Тирличе» он не работает. Хотя новость была бы ого-го, это ты верно подметил.

– Ну что же, значит полетим в Катринбург, – сказал я ему. – Будем надеяться, что мы с тобой не бежим впереди паровоза, который нас в конце концов переедет.

– Ты сейчас о чем? – нахмурился княжич и вскоре стал еще мрачнее, когда узнал, что мне насчет башни сказал Чертков.

Я решил, что не будет ничего плохого в том, что я поделюсь с ним этой информацией. Мой друг был абсолютно прав – если уж мы с ним вместе участвовали в этом деле, то иметь секреты друг от друга было бы странно. Тем более, что я был с ним согласен в части того, что именно благодаря мне он теперь замешан в этом деле.

– Странно… – Лешка отодвинул тарелку от себя и отхлебнул апельсинового сока, который иногда брал себе на завтрак вместо кофе. – Чертков старик серьезный, если он сказал тебе, что пока к башне лезть не стоит, то значит так оно и есть.

– Я тоже так думаю, – согласился я. – После его слов я бы вообще о ней забыл на время, но теперь, когда ты рассказал про этого Драгомирова… Мы же можем о ней просто спросить, правильно? Лишняя информация никогда не повредит. Заодно и по Катринбургу прогуляемся.

– Если только просто спросить, то в принципе я не против, – сразу повеселел Лешка. – Но при условии, что Тодор запросит за информацию не слишком много. Не вижу смысла рвать себе жилы, если Чертков сказал тебе, что рано или поздно ты все и так узнаешь.

– Договорились, – кивнул я и больше о башне мы с ним не говорили, а перешли к другой теме.

Перед завтраком мы обсудили с Дорианом, стоило ли посвящать Нарышкина в историю, которую рассказала мне Варвара Крылова, и после недолгого обсуждения пришли к общему выводу, что стоило. Уж слишком мутной была вся эта история. Кроме того, меня так и подмывало поделиться с ним этим необычным делом и узнать, что княжич обо всем этом думает.

Лешка меня не удивил. Выслушав меня и задав несколько уточняющих вопросов, он пришел единственному логичному выводу на его взгляд:

– Об этом всем нужно сообщить Голицыну, – сказал он. – Распутывать такие дела – это привилегия тайной канцелярии. Вот пусть и занимаются своей работой.

– Так и будет, – не стал спорить я. – Но только после того, как я добуду все необходимые доказательства. Не хочу выглядеть перед ним дурачком еще раз.

– Еще раз? – удивленно вскинул бровь Лешка. – Когда был первый?

– Неважно, – поморщился я, вспомнив о Золотове. – Было дело. Однако больше этого не повторится. Не переживай, добуду блокнот, а дальше уже пусть Дракон занимается.

– Макс… Ты пойми… – вновь помрачнел мой друг. – Ты понимаешь, насколько это опасно?

– По-твоему я похож на идиота?

– Честно говоря, бывают моменты, когда мне так кажется, – признался княжич. – Рисковать своей собственной головой там, где могут справиться другие люди… Это, знаешь ли, не очень разумно.

– Я тебе уже все сказал на этот счет, второй раз повторять не буду, – ответил я. – Все я прекрасно понимаю, и пусть с твоей стороны я выгляжу полным идиотом, доказательства добуду сам. Точнее вместе с моими призраками. Кстати говоря, они, может быть, даже уже в Москве.

– С призраками! – перекривил меня Нарышкин. – Я ему говорю, что там голову свою можно оставить, а он… Баран упертый!

– Я, конечно, понимаю, что ты у нас особа, приближенная к Императору, и все такое, но называть друга бараном, это как минимум, неприлично, – улыбнулся я. – А как максимум попахивает оскорблением.

– Извини, Макс, но другого слова я для тебя подобрать не смог, – мрачно признался Лешка. – Только не понимаю, какого черта ты мне об этом рассказал, если все равно моих советов не слушаешь?

– Чтобы ты знал, где меня искать, если что, – ответил я и посмотрел по сторонам, отметив между делом, что мы с ним в столовке остались практически одни. – Вот тогда пойдешь и расскажешь все Голицыну, как и хотел.

– Тогда уже поздно будет что-то рассказывать, – пробурчал княжич. – Знаешь, в народе говорят, что после дела за советом не ходят. Тот самый случай.

– Пока еще нет, – не согласился я. – Тем самым он станет, когда у меня не получится ничего, а шансы на это крайне малы. С такой командой как у меня, вообще ни о чем переживать не стоит.

– Спасибо за комплимент, хозяин, – польщенно сказал Петр Карлович, который принял похвалу исключительно на свой счет. – Я постараюсь и впредь оправдывать оказанное мне высокое доверие.

В этот момент Дориан что-то недовольно пробурчал, но что именно сказал мой друг, я разобрать не смог. Оно и к лучшему, я так думаю. Вряд ли это было нечто цензурное.

– Команда у него… – вновь перекривил меня Нарышкин. – А мне ты опять предлагаешь просто спокойно дожидаться, что выйдет из твоей дурацкой затеи?

– Надеюсь, ты не собираешься вместо этого сдать меня Василию Юрьевичу? – спросил я.

– Нет, хотя стоило бы, конечно, – ответил княжич. – Вместе будем думать, как действовать. Что у тебя за привычка влезать во все подряд, я понять не могу? Не успели еще наказание у Щекина отработать, а ты уже новое приключение нашел на свою голову.

– Могу помочь со сбором слизней, если хочешь, – сказал я и почувствовал себя немного увереннее от того, что в этом деле Нарышкин будет со мной заодно. – Но сразу предупреждаю, что затея может и правда дурацкая. Ты сам об этом сказал.

– Разве с тобой как-нибудь по-другому бывает? – задал риторический вопрос Лешка и посмотрел на часы. – Уже пора идти, а то на уроки опоздаем. Больше отработок я получать не хочу, хватит с меня и твоего любимого Компонента с его серыми слизнями. Вот же мерзость, какая… Терпеть их не могу!

Надо ли говорить, что из столовой мы выходили в разном настроении. Я в немного приподнятом, от того, что несмотря на опасность истории с Крыловой, со мной будет мой друг. Лешка же наоборот – был злой как черт. Ровно по той же самой причине, я так думаю.

Кстати, Голицыну я позвонил спустя всего несколько минут. Сразу же после того, как только вернулся в свою комнату за рюкзаком.

– Доброе утро, Максим, – поприветствовал меня Дракон, который как обычно практически сразу же ответил на мой звонок. – Ты теперь решил докладываться мне по понедельникам? Если так, я буду очень рад такой инициативе. По крайне мере это избавит меня от тревожных размышлений о том, как ты провел выходные.

Судя по всему, у Голицына в это утро было хорошее настроение, и я был рад тому, что мне не придется его портить.

– Здравствуйте, Василий Юрьевич, – поприветствовал я его в ответ и сразу перешел к делу. – Нет, я не докладываться. У меня к вам небольшая просьба. Мне тут вчера Нарышкины кое-какой подарок сделали…