355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Бурцев » Народный быт Великого Севера. Том II » Текст книги (страница 6)
Народный быт Великого Севера. Том II
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 03:43

Текст книги "Народный быт Великого Севера. Том II"


Автор книги: Александр Бурцев


Жанры:

   

Культурология

,

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Лисица и дурак

В некотором государстве жил мужик, и у него было три сына: два-то умные, а третий дурак. И как было тогда летнее время, то и было у старика несколько стогов сена, и как он был очень скуп, то боялся того, чтоб не покрали у него сена; вздумал послать сыновей стеречь оное, то и говорил большому сыну:

– Любезный мой сын, ты знаешь, что у нас теперь в поле много в стогах сена, но ежели кто-нибудь все это сено в поле украдет, то что тогда будет! И для того прошу тебя, чтоб ты пошел в поле и покараулил бы сено, чтоб его ночью никто не украл.

Сын его отговаривался, и хотя ему очень не хотелось идти, но принужден был слушать своего отца и пошел в поле. И как пришел к стогам, то во всю ночь караулил, чтоб никто не украл сена. Потом на другой день пошел домой, и как пришел, то сказал своему отцу, что все цело; и как день тот прошел, то на другую ночь посылал старик другого, средняго своего сына, и говорит ему:

– Поди, сынок, в поле и покарауль сено; ведь ты знаешь, что там все наши пожитки.

Сыну хотя весьма не хотелось, но принужден был идти и, дождавшись вечера, пошел к стогам и сидел всю ночь; но как у всякаго мужика в то время свои были покосы, то никто и не думал, чтоб воровать его сено. Итак поутру на другой день пришел сын его домой и пересказал отцу, что он в поле был и что сено все цело. Отец его похвалил. Потом, как пришла третья ночь, то старик стал посылать опять большого сына; но сын ему говорил:

– Что же, батюшка, мы и работаем все, а дурак ничего не делает; пускай хоть он караулит в поле сено. Дурак говорил, сидя на печи:

– Да и ведомо; когда я ничего не делаю, так хотя пойду за братьев-то караулить в поле сено.

Старик закричал на него:

– Где тебе, дураку, караулить, иной и тебя украдет.

А дурак говорил:

– Нет, батюшка, я еще лучше умнаго укараулю.

Старик, сколько ни спорил, однако принужден был послать дурака, потому что он сам просился. И дурак пошел в поле, а пришедши, сел подле стогов и смотрел, не приедет ли кто. И надобно думать, что неподалеку от тех стогов был лес, ибо увидел дурак, что из лесу бежала лисица и прямо к его стогам. Дурак, притаясь, молчал, а лисица, ухватя клочок сена, побежала обратно в лес. И как она ушла, то дурак сам себе говорил: «Я правду батюшке говорил, что я лучше еще умнаго укараулю; видишь ли, братья-то мои ничего не видали, а я уже и увидел; но я дома-то не скажу до тех пор, пока поймаю». Потом дурак просидел всю ночь и не видал после лисицы никого. А поутру пошел домой, и как пришел, то отец его спрашивал: «Что, дурак, все ли сено цело, и был ли кто?». Дурак ответил: «Нет, батюшка, не было никого, и сено все цело». Старик, не веря ему, пошел сам и осмотрел все стоги, и видя, что сено цело, дурака похвалил. А как на четвертую ночь надобно было идти к сену опять большому брату, но как дураку хотелось поймать лисицу, то он и говорит отцу своему: «Батюшка, пускай братья мои отдыхают, а я пойду караулить сено, ибо я ничего не работаю». После того пошел он в поле и сел у стогов, увидал опять лисицу, которая ухватила клочок и побежала в лес; а после никого уже во всю ночь не видал. И поутру пошел домой и сказал отцу, что все цело.

Как день прошел, а ночь настала, то дурак сделал силки и пошел к стогам и поставил те силки в том месте, куда лисица прибегала; потом, как уже смерклось, то дурак увидел опять, что бежит лисица; а он притаился и как она прибежала к стогам, то и попала в те силки, которые дурак поставил. И дурак увидел, что лисица попала в силки, то пошел он, вынул ее и привязал подле себя. Лисица стала проситься пустить ее. Дурак говорил: «Нет, я тебя завтра отведу домой и отдам тебя батюшке; что он захочет, то с тобой и сделает». Лисица говорила дураку: «Что тебе будет прибыли, что ты отведешь к себе домой; ежели продадите меня, то немного денег возьмете». Но дурак был неупросим; лисица, видя, что никак упросить его не может, говорила ему: «Послушай, дурак, отпусти ты меня, я тебя за то сделаю королем и женю на царской дочери». Дурак, слыша сие, говорил: «Нет, лисица, ты меня обманешь». Но лисица уверяла его, что она в своем обещании твердо будет стоять. Дурак, поверяя ея словам, отпустил, а она говорила дураку, что на другой день к вечеру прибежит. Дурак после того просидел всю ночь, а поутру пошел домой, но он ничего не сказывал. И как день прошел, то дурак к вечеру пошел опять к стогам, а пришедши, сел и дожидался лисицы, которая и прибежала к нему вскоре; поговоря с ним, сказала, что это верно, она свое обещание не переменит. Потом говорила ему, чтоб он не называл себя Иванушкой-дурачком, а называл бы Иванушкой-королевичем. После того побежала опять в лес, а дурак остался у стогов и, просидя всю ночь, поутру пошел домой. А лисица как у него была, то на другой день бежала по лесу без памяти, а на встречу ей попался медведь, который спрашивал: «Куда ты, лисица, так бежишь?» Лисица говорила ему: «Вот как я для вас стараюсь и ищу вас, потому что князь здешняго владения делает нынешний день великий пир и на оном пиру хочет вас, медведей, посмотреть». Медведь побежал по лесу и тотчас собрал множество медведей и привел к лисице, а она повела их к тому князю. И как пришли в город, народ, увидя их, весьма испугался, а медведи шли за лисицею весьма смирно и, наконец, пришли ко дворцу. Лисица их остановила, а сама пошла в покой и, взошед к князю, говорила: «Милостивый государь! Красота вашей дочери принудила ехать Ивана-королевича из дальних государств, и он, приехав в ваш город, посылает вам зверей в подарок и просит, чтоб отдали дочь свою за него в замужество». Князь говорил, что он с великою радостию отдает свою дочь за Ивана-королевича; притом сказал, что он с великою нетерпеливостию желает его видеть. После того князь приказал медведей загнать в зверинец, а лисица побежала к дураку. И как прибежала к тем стогам, то спросила его: «Тут ли ты, дурак?» Он отвечал ей, что тут. Тогда лисица говорила: «Слушай, дурак: дело твое идет на лад, только что-то будет мне от тебя?» Дурак говорил: «Все, что потребуешь». Потом лисица, поговоря с ним, пообедала в лес, а на другой день опять бежала по лесу, и на встречу ей попался волк и спрашивал: «Куда ты, лисица, бежишь?» На это лисица отвечала: «Я вас, волков, ищу, но не могу найти; видите, как я об вас стараюсь. Князь здешняго владения делает нынешний день великий пир, и при таковом весели хочет вас, волков, видеть». Волк, слыша это, побежал по лесу и в минуту привел к ней пребольшое стадо волков; а лисица повела их к тому князю, и как привела их в город, народ, увидя, весьма испугался, но волки шли за лисицей смирно и никого не трогали. Когда лисица привела их перед окошками дворца, то велела им тут дожидаться, а сама пошла в покои и, взощед к князю, говорила: «Милостивый государь! Иван-королевич прислал вам еще зверей в подарок». Князь взглянул в окошко и увидел премножество волков, то, обратясь говорил лисице, что он чрезмерно доволен Иваном-королевичем, только сожалеет о том, что сам к нему не придет. Лисица отвечала: «Милостивый государь, вы принимайте прежде от него подарки, а потом увидите и самого Ивана-Королевича». Князь приказал всех волков загнать в зверинец. После того лисица была у князя во дворце, а на вечер побежала к дураку; и как прибежала к стогам, то спрашивала: «Тут ли ты, дурак?» На сие дурак ответствовал, что тут. Тогда лисица сказала ему: «Дурак, князь отдает дочь за тебя с охотою». Дурак стал ее благодарить за ея старание. Потом лисица побежала опять в лес, а дурак, просидя у стогов всю ночь, пошел домой. Лисица же на другой день бежала без памяти по лесу, и навстречу ей попалась такая же лисица, как и она, и спрашивала: «Куда ты так, сестрица, шибко бежишь?» На сие отвечала дуракова сваха: «Видите, как я для вас стараюсь: князь здешняго владения делает нынешний день великий пир, и при таком весели желает нетерпеливо видеть вас, лисиц; а как я больше бываю в городе, нежели здесь в лесу, то мне и препоручена сия комиссия, и для того поди и собирай всех лисиц, которыя находятся в этом лесу». Лесная лисица тотчас побежала по лесу и чрез минуту привела премножество лисиц перед дуракову сваху; а она повела их в город и, приведши их ко дворцу, велела им себя дожидаться, а сама пошла во дворец. И как вошла в те покои, где был князь, то говорила: «Милостивый государь! Иван-королевич прислал вам еще подарок; извольте встать и посмотреть». Как увидел князь премножество лисиц, то говорит: «Любезная лисица, я уже слишком доволен Иваном-королевичем; только сожалею о том, что он сам не приедет во дворец». Тогда лисица отвечала: «Милостивый государь! Я скажу вам правду, для чего он не приедет к вам; ибо когда за него многие короли сватали своих дочерей, то он всем отказывал; но как происшедшая о красоте вашей дочери слава дошла, наконец, в то государство, где был Иван-королевич, то он вздумал удостовериться, точно ли ваша дочь такая красавица, как о ней говорят и притом хотел сделать так, чтобы вы о нем не знали: и для того, взяв с собою одного только слугу и довольное число денег, поехал из своего государства и продолжал свой путь благополучно; а как уже был близ вашего владения, то в один весьма жаркий день вздумал отдохнуть, и увидел неподалеку от той дороги, по которой они ехали, лес. Иван-королевич поехал к тому лесу и, приехав, слез со своего коня и лег под деревом от жары отдохнуть. Во время же его сна напали на них разбойники, слугу его убили, потому что он не спал, а Ивана-королевича всего ограбили. И как он проснулся, то увидел, что слуга его убит; а он, будучи ограблен, не знал что делать; потом решился идти в ваше государство, а пришедши в ваш город, живет теперь в весьма бедном состоянии, и в таком виде стыдится перед вами явиться». Потом говорила лисица: «Вот вам вся история Ивана-королевича, для чего он к вам не едет». Князь, выслушав от лисицы все, весьма сожалел, что в его владении разбойники ограбили Ивана-королевича, а потом говорил: «Ну, любезная лисица, покажи ты теперь нам, где живет он, а я пошлю с тобой мою придворную карету, также платья и людей, и ты непременно привези его с собою». Лисица на все согласилась с охотою. И как карета и все было готово, то лисица побежала вперед, а придворная карета ехала за нею, и как неподалеку был город от той деревни, где жил дурак, то и приехали скоро к тем стогам, где он караулил сено. Лисица прибежала к нему, и карета остановилась. Потом говорила она дураку: «Милостивый государь Иван-королевич! Князь здешняго владения прислал к вам сию карету, которую вы видите, и просит вас к себе». После того начали ему волосы чесать, а потом и одевать; а как совсем его одели, то лисица села с ним вместе в придворную карету и поехала в город. Лисица, сидя с ним в карете, научала его, как подойти к князю, княгине и к нареченной своей невесте и как ему говорить. Потом приехали во дворец, и князь вышел сам к нему на встречу. Дурак тотчас подошел к князю и говорил: «Милостивый государь! Я стыжусь перед вами явиться в таком состоянии». Но князь прервал его речь и говорил: «Не напоминайте о своем несчастии; я уже от лисицы все слышал». Потом повел его князь в покои, и стали разговаривать. После того, князь велел позвать дочь свою, которая вскоре и вошла в те покои, где был князь с дураком. Но мы уже будем впредь называть его Иваном-королевичем. Иван-королевич встал со стула и поклонился весьма учтиво дочери князя, потом говорил князь своей дочери: «Любезная дочь, я призвал тебя за тем, чтобы объявить тебе счастие: Иван-королевич делает нам великую честь и хочет взять тебя в замужество; согласна ли ты?» А как он был собой недурен, то дочь его без всякаго отвращения согласилась. Князь на другой же день праздновал их свадьбу с великим торжеством, а после того отвел им в своем дворце покои, где они и жили благополучно, провожая дни свои в великом весели. И как уже прошло тому несколько месяцев, как Иван-королевич жил со своею супругою у князя, то в один день говорила ему лисица: «А что же, ты не думаешь ехать в свое государство?» Он отвечал ей: «Любезная лисица, где мое государство? Ты знаешь сама, что у меня не только целаго государства, но даже двора нет, и куда я поеду?» Но лисица говорила: «Так как я обещала сделать тебя королем, то я хочу свое обещание исполнить в завтрашний день. Скажи князю и княгине, что ты намерен ехать в свое государство, а притом проси и их, чтобы поехали с тобой и посмотрели твое государство». Иван-королевич на другой день, войдя к князю и княгине в покой, говорил: «Милостивый государь! Я у вас живу несколько уже месяцев в городе, а теперь имею намерение ехать в свое государство, то прошу вас, пожалуйста, поехать со мною вместе и посмотреть мое государство». Князь и княгиня с охотою на сие согласились и велели приготовлять все нужное к сему путешествию. Потом, как все приготовили, и сказали князю, княгине и Ивану-королевичу. При отъезде своем, князь сделал у себя великий пир, на котором множество было министров, и он, выбрав из них одного, препоручил ему правление своего владения; а после того отправились благополучно. Лисица же побежала вперед и велела всем за собою ехать. И так ехали они долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли, скоро сказка сказывается, а не скоро дело делается. Потом, как лисица бежала впереди, то и увидала, что пасут пастухи стадо рогатого скота. Увидев сие лисица подбежала к ним и спрашивала: «Какого вы государства?» Пастухи ответствовали, что они Расимскаго государства. Потом лисица спрашивала, кто у них король, на что пастухи отвечали, что король у них Риген. Тогда лисица говорила им: «Слушайте вы, пастухи: ежели вы скажете еще кому-нибудь, что король у вас Риген, то за мною едет Иван-королевич, сильный богатырь, который вас всех до смерти убьет». Пастухи, слыша от нея такия речи, весьма испугались и просили ее, чтоб она сказала, как им сказываться. Лисица же говорила: «Когда вы увидите едущих мимо вас премножество карет, и ежели станут вас спрашивать, коего вы государства, то вы скажите, что вы Расимскаго государства, славнаго богатыря Ивана-королевича; да помните же, а ежели вы скажите, что король у вас Риген, то тут же всех и изрубят». Потом побежала от них в свой путь. Вскоре после нея увидели пастухи едущих премножество карет, и как скоро подъехали к пастухам, то князь, увидя столько рогатаго скота и желая занть, коего они государства, приказал остановиться карете и велел кликнуть пастухов, а как пастухи подошли к карете, то князь спросил их: «Котораго вы государства?» Пастухи ответствовали: «Милостивый государь! Мы Расимскаго государства, славнаго богатыря Ивана-королевича». А он, слыша, что его называют, говорил: «Так, это точно мое государство». Потом поехали далее за лисицей, и князь удивился таким прекрасным лугам. А лисица увидела еще пастухов, которые пасли безчисленное множество лошадей; лисица подбежала к ним и спрашивала: «Котораго вы государства?» Пастухи отвечали, что Расимскаго государства, славнаго короля Ригена. Тогда лисица говорила: «Слушайте, пастухи: позади меня едет сильный, могучий богатырь Иван-королевич, и ежели вас спросит, коего вы государства, то вы скажите, что Расимскаго, славнаго короля ванна-королевича, а своего короля отнюдь не упоминайте, а коль скоро помянете, то он вас всех велит перерубить». Пастухи, убоявшись ея речей, обещались так сказать, как она им велела. Лисица побежала от них, а вскоре после нея приехал Иван-королевич с князем и со всеми министрами. Князь, увидя столько лошадей, захотел знать, котораго государства и, призвав пастухов, спрашивал их: «Какого вы государства!» Но как они были научены лисицею, как им говорить, то отвечали: «Милостивый государь! Мы государства Расимскаго, славнаго богатыря Ивана-королевича». Князь, обратясь, говорил: «Ну, любезный зять, надобно признаться, что мое владение ничто против твоего государства». Потом поехали за лисицею в путь, а лисица, увидя город, побежала прямо во дворец; и как вбежала в те покои, где был король Риген, ибо это точно его владение, и как увидел Риген лисицу, то спрашивал ее, зачем она пришла? А лисица, притворяясь, будто испугалась, говорила королю: «Ах, милостивый государь! Спрячьтесь вы в потайное место, чтоб вас не могли найти, ибо едет в ваше государство сильный, могучий богатырь Иван-королевич и хочет вас изрубить». Король, испугавшись, не знал, что делать, потом говорил: «Любезная лисица, я лучше его встречу со всеми моими министрами». Но лисица говорила: «Ах! Лучше и не кажитесь и поскорее спрячьтесь, ибо он уж недалеко от вашего города, а министрам прикажите, чтоб его встретили как возможно лучше и называли бы его своим королем, также и по всему городу публикуйте, чтоб называли его королем, а о вас, чтоб и не поминали; и хоть он приедет, но как все будет в угоду его сделано, и вас он не найдет, то и выедет из вашего города благополучно». Король Риген приказал публиковать всему народу, чтоб называли Ивана-богатыря королем, а его не поминали; министрам же своим приказал, чтоб как возможно лучше встретить Ивана-королевича. Потом говорил король: «А я, любезная лисица, спрячусь вот в этот дуб». Ибо переел окнами его дворца поставлен был дуб, но верхушка была с него срублена и в нем было пусто, и потому называлось оно дуплом. Лисица ему сказала, что очень хорошо. И король спрятался в то дупло. А лисица послала Ивану-королевичу навстречу многих министров. И как скоро въехал он в город, то встретили его все министры, потом препроводили его во дворец; и как взошел Иван-королевич в покои с князем, то князь удивился убранству покоев. Потом весь день препроводили в весели. И как на другой день сделали великий пир, то лисица отвела Ивана-королевича в особливыя комнаты и говорила ему: «Слушай: прежде прикажи это дупло прострелить, которое стоит пред окнами дворца, а потом уж веселись». Иван-королевич, по научению лисицы, вышел к министрам и говорил: «Мне кажется, что это дупло стоит не у места; однако, я хочу видеть, пролетит ли сквозь него из ружья выпаленная пуля». Министры, хотя знали, что там находился их король, но застращены были от лисицы, что он имел великую силу, то и не смели ему ничего говорить, и по приказанию его прострелили то дупло несколько раз, а в нем убили и расимскаго короля Ригена. После того день тот веселились; как ночь наступила, то лисица велела то дупло срубить и тайно похоронить короля. По смерти его Иван-королевич сделался настоящим королем и для того сделал великий пир и многих министров награждал деньгами, а кого чинами. Потом веселились несколько месяцев, и после того веселья князь поехал в свое владение, а Иван-королевич остался в своем Расимском государстве, жил благополучно с супругою своею, проводили дни свои в весели; а лисица жила уж остальное время в покое за свои услуги.

Еруслан Лазаревич

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был князь Картаус. Много было роскоши при дворе его, много находилось также сильных и могучих богатырей, но славнее их всех был храбрый и могучий витязь Лазарь Лазаревич. В молодости своей удивлял он всех своею молодецкою удалью, а в ратном деле не находил себе ни соперников ни поборников. Жил он влюбви и согласии с супругою своею Епистимиею. Всего у них было вдоволь: и почестей и богатства разнаго; не доставало одного только наследника-сына, котрому они могли бы передать все свои сокровища. Сильно горевал об этом Лазарь Лазаревич, но счастье и тут не отказалось послужить ему. Епистимия, наконец, родила сына, котораго назвали Ерусланом. Само собою разумеется, что отец и мать были необыкновенно обрадованы этим событием и, вполне довольные судьбою, задали такой пир, которому подобнаго и старики не запомнят.

Уродился Еруслан Лазаревич и пригож и красив собою, точь в точь как был юношею отец его Лазарь Лазаревич; необыкновенна была также сила его. Так, будучи пятнадцати лет, пойдет он, бывало, на княжеский луг заповедный, встретить там детей боярских, да станет с ними разныя штуки шутить: кого ухватит за ногу – у того нога прочь, а кого ухватит за голову – так тот без головы стоит. Плачет сын боярский, бежит к отцу своему жалуется на Еруслана.

Не понутру пришлась боярам потеха эта, пошли они к Картаусу и, представ пред его светлыя очи, проговорили:

– Батюшка наш, князь Картаус! Не вели казнить, а позволь нам слово вымолвить, – сильно обижает нас сынок Лазаря Лазаревича: он как ухватит кого из детей наших за руку – у того руки нет, а кого ухватит за ногу – у того нога прочь; а коли схватит кого за голову, тот домой без головы бежит.

Князь Картаус, выслушав жалобу бояр, тотчас же послал за Лазарем Лазаревичем. Явился Лазарь Лазаревич, и Картаус стал говорить ему:

– Послушай, Лазарь Лазаревич, вот бояре пришли ко мне жаловаться на твоего сына Еруслана и просят, чтобы я выслал его из города за то, что он нехорошие строит шутки над их детьми боярскими, почти всех их изуродовал: кого без ноги, а то так некоторых и без головы пустил по свету. Не любы эти шутки боярам моим, да и мне не больно нравятся. А чтобы Еруслан твой не забавлялся так, вывези его куда знаешь из столицы моей, чтоб его тут и духу не было.

Лазарь Лазаревич, услыша такия слова, низко поклонился князю и пошел на свой широкий двор. Как раз на встречу ему Еруслан Лазаревич.

– Что так пригорюнился, любезный батюшка? – спрашивает он отца своего. – Иль услыхал от князя что недоброе?

– Ах, ты, любимое мое дитятко, – говорит Лазарь Лазаревич, – как же мне не кручиниться: князь Картаус приказал мне вывезти тебя из города, чтобы ты не шутил больше с детьми боярскими.

Усмехнулся Еруслан, услыша такия слова от отца своего, да и отвечает ему:

– Государь ты мой батюшка, Лазарь Лазаревич! Да об этом не только кручиниться, даже и думать-то нечего! Отпусти меня по белому свету постранствовать; недаром же природа дала мне силу богатырскую, недаром же кипит в груди моей удаль молодецкая.

Грустно было разставаться с ним отцу и матери, но делать нечего: они покорились необходимости и, скрепя сердце, стали снаряжать сына своего Еруслана в путь-дороженьку.

Выехал Еруслан Лазаревич на другой день рано из города, взял с собою только клячу коростовую да захватил еще седельце черкасское, уздечку тесмяную, войлочек косящатый да плетку ременную. Ехал он месяц, другой и третий и вдруг видит: дорога сделалась так узка, что коню нельзя было пройти по ней.

– Как тут быть? – разсуждал он. – Неужели придется назад воротиться?

В недоумении находился Еруслан Лазаревич и задумался так крепко, что не слыхал, как подскакал к нему стар-человек на сивом коне.

– Здравствуйте, государь мой, Еруслан Лазаревич, – сказал он, – какими судьбами занесло тебя в такую дикую глушь?

Встрепенулся тут Еруслан Лазаревич и обрадованный, что встретил живое существо, спросил стар-человека:

– Скажи мне, старинушка, кто ты такой и почему ты знаешь меня?

– Я – Ивашка, искусный стрелок и могучий богатырь, – отвечал ему стар-человек, – я знаю тебя потому, что старый слуга отца твоего, стерегу табуны коней на западных лугах его и вот уже тридцать пять лет как исправляю эту должность. Так как же мне не знать тебя!

Выслушав стар-человека, Еруслан Лазаревич разсказал и ему также, что не по охоте странствует, а поневоле, и жалел только об одном: что нет коня у него богатырскаго.

– Не тужи, Еруслан Лазаревич, – сказал ему тогда стар-человек, – я могу помочь твоему горю: в табуне у меня есть такой конь, какого еще свет не привидывал; не знаю только – под силу ли придется тебе, а если усидишь на нем, то, пожалуй, бери его.

Еруслан Лазаревич благодарил стар-человека за предложение и стал убедительно просить его о коне богатырском. Привел Иванушка коня. Сел на него Еруслан Лазаревич и души в себе не слыхал от радости; а ретивый конь играет под ним, как бы чуя на себе седока могучаго.

Разстался тут Еруслан Лазаревич с стар-человеком и поехал далее в путь-дороженьку.

Ехал он месяц, другой и третий, и наехал, наконец, на рать-силу великую, всю побитую.

Обширное поле устлано было человеческими и конскими трупами; шлемы, копья и мечи валялись между побитыми воинами.

Ужаснулся Еруслан Лазаревич при виде такого множества обезображенных трупов и воскликнул:

– Есть ли кто живой?

Мертвое молчание было ответом на его зов. Он опять повторил тот же вопрос.

Тогда один воин встал с ратнаго поля и сказал:

– Государь Еруслан Лазаревич! Кого ты спрашиваешь и что тебе надобно!

– Я хочу знать, – отвечал Еруслан Лазаревич, – кто побил эту рать силу великую?

– Иван, русский богатырь, – сказал воин.

Еруслан Лазаревич пришпорил тут коня своего и пустился следом за Иваном, русским богатырем.

Ехал он месяц, другой, третий и наехал на поле, на бел шатер; у шатра у того стоял добрый конь, ел пшеницу белоярую.

Еруслан слез с коня своего и поставил его рядом с чужим конем, а сам вошел в бел шатер и видит: спит крепким сном добрый молодец.

Жаль ему стало будить его; прилег он на другом конце шатра, да и сам заснул крепчайшим сном.

Вскоре проснулся Иван-богатырь, смотрит: в шатре у него спит незваный и непрошенный витязь. Разсердился тут он не на шутку на невежество посетителя, пришел в гневе и от того, что чужой конь ел пшеницу его белоярую.

Проснулся наконец и Еруслан Лазаревич; подошел к нему Иван-богатырь да и говорит:

– Не честь тебе, доброму молодцу, не спросясь входить в чужой шатер; не честь тебе также кормить коня своего чужой пшеницей белоярой! Знай, не прощу тебе за невежество; а наперед скажи, кто ты такой и откуда, то есть из какого царства едешь.

– Я из царства Картаусова, отца зовут Лазарь Лазаревич, а мать мою Епистимиею, самого же меня называют Еруслан Лазаревичем. Напрасно, Иван-богатырь, ты обращаешься ко мне с угрозою; ссориться с тобою я не намерен, а от брани не прочь, – выйдем хоть сейчас на ратное поле.

И вот оба богатыря разъехались друг против друга, обернув копья тупым концом, и нанесли удар один другому в ретивое сердце с такой силой, что у обоих искры из глаз посыпались. К великому удивлению Ивана-богатыря, Еруслан Лазаревич даже не покачнулся на седле от нанесенного ему удара, между тем как он сам не мог удержаться – и упал, а конь Еруслана Лазаревича притиснул его копытом к сырой земле.

– Ну, Иван-богатырь, – сказал Еруслан, – чего ты теперь желаешь: живота или смерти?

– Взмилуйся, Еруслан Лазаревич! – заговорил вдруг смиренным голосом Иван-богатырь, – не предавай смерти. И если уж ты превзошел меня могуществом, то будь моим старшим братом.

Еруслан Лазаревич вспомнил тут пословицу: «Лежачаго не бьют», слез с добраго коня своего, поднял Ивана-богатыря, дружески обнял его и назвал своим милым братом. Потом отправились они к белому шатру, поставили коней своих к одному корму, а сами вошли в шатер, начали пить, есть и прохлаждаться.

Попировав на порядках у Ивана-богатыря, Еруслан, наконец, простился с своим названным братом и оба они разъехались в разныя стороны.

Взгрустнулось что-то дорогою Еруслану Лазаревичу по своей родине, и вот он поворотил коня своего и поскакал прямо к отцу и матери, чтобы проведать о них – живы ли они, здоровы ли.

Сидит Лазарь Лазаревич у окна своего терема. Великая грусть выражается на лице его; поник он головой и крепкую думу думает. Но вдруг слышит кто-то скачет по широкому двору его; смотрит – и едва верит глазам своим: скачет дорогой сын его Еруслан Лазаревич… От радости старик чуть не прыгает, кличет жену свою Епистимию, и оба спешат навстречу нежданному гостю. Входит Еруслан Лазаревич в светлицу и обнимает своих родителей.

– Здравствуй, – говорит, – государь мой батюшка, Лазарь Лазаревич! Как тебя, государя моего, Бог милует? Да что ты как будто прикручинился?

– Ах, ты, мое дитятко дорогое! – воскликнул Лазарь Лазаревич, – как красное солнышко обогрел ты меня на старости лет. А кручинюсь я потому, что подошел под царство наше князь Данила Белый, и войска с ним несметное количество. Он похваляется все наше царство покорить, а князя нашего Картауса, меня и богатырей наших в полон взять и в свою землю отвести.

– Не кручинься же так, государь мой батюшка, Лазарь Лазаревич, – говорит Еруслан отцу своему, – дай мне крепкий щит да копье булатное, так я один угоню и князя Данилу Белаго и все его войско несметное.

Лазарь Лазаревич стал тут уговаривать Еруслана, чтобы не пускался на такое опасное дело, но как увидел, что он и не думает отказаться от своего намерения, передал ему меч свой и копье булатное и отпустил его против врага сильнаго.

Подобно как орел устремляется на свою добычу, так и Еруслан Лазаревич стремглав налетел, поражая силу великую князя Данилы Белаго: он не столько копьем бил, сколько конем топтал, и в короткое время всю перебил силу вражью, а самого князя Данилу Белаго в полон взял. Но Данила Белый начал упрашивать Еруслана, чтобы он возвратил ему свободу, и дал ему клятву никогда больше не ходить войною на царство Картауса.

Взмиловался над пленником Еруслан, поверил его клятве и отпустил Данилу Белаго, а сам поехал в свой город, где в самых городских воротах встретил его сам владетельный князь Картаус со всеми своими богатырями. Князь похвалил Еруслана за совершенный им подвиг и в благодарность предлагал ему около себя место, но Еруслан Лазаревич высказал Картаусу, что привык уже гулять по чистому полю и что опять желает странствовать по белому свету. Отец и мать стали уговаривать его остаться с ними, но не тут-то было! Еруслан Лазаревич настоял на своем и снова стал готовиться в путь-дороженьку. И вот едет он путем дорогою месяц и другой и третий, и наехал в чистом поле на бел шатер; а сидели в нем три девицы, три предивныя красавицы. Отличались оне все необыкновенной скромностью и были рукодельницы.

Еруслан Лазаревич слез с коня своего богатырскаго, вошел в полотняный бел шатер. Красота девиц поразила его, разыгралась в нем кровь молодецкая. Подошел тогда он к старшей красавице, взял ее за руку белую, лилейную, смотрит ей в очи, что блестят, как будто две звездочки, да и промолвил своим голосом ласковым:

– Милая и прекрасная Придора Григоровна! Есть ли на свете кто тебя краше, а меня храбрее?

– Государь мой Еруслан Лазаревич! – отвечала ему Придора Григоровна с приятной удыбкой, – что я за пригожая? Вот в городе Дебри, у князя Вахрамея есть дочь Анастасия Вахрамеевна, так та истинно что чудо, какого еще свет не видывал; да еще есть под Индейским царством, у князя Далмата, богатырь по прозванью Ивашка Белая епанча, Сорочинская шапка. Он стережет Индейское царство тридцать три года и так могуч и силен, что мимо его никакой еще человек не прохаживал, ни зверь не прорыскивал и птица не пролетывала. Вот так богатырь! А ты что еще за храбр? О твоей храбрости и слышно не было!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю