Текст книги "Домина (СИ)"

Вторая неделя апокалипсиса.

Две недели спустя...

В редком хвойном лесу горел слабенький костер. Возле него то и дело, подбрасывая в огонь сырые ветки, пытался согреться молодой парень. Рядом с ним спокойно паслась груженая лошадка. Забурившись с головой в большую черную плащ-палатку, юноша старался хоть немного отдохнуть после долгой дороги.

Вот уже две недели, как Квинт в пути и свой восемнадцатый день рождение он застал в дороге. Совершенно не так он представлял себе в этом году свой праздник. Без денег, без друзей, без девушек и выпивки с подарками он чувствовал себя сегодня особенно паршиво.

Небоград он покинул впопыхах. В городе вспыхнуло восстание. Больше половины острова было захвачено разгневанной толпой. Они ловили, издевались и убивали знать. На "голубую кровь" была объявлена настоящая охота. По иронии судьбы столь масштабные беспорядки возникли именно в золотом квартале.

Все началось с омраченного пожаром празднества в честь дочери графа. Пожар, разразился не только доме-башне, где находился Квинт и виновница торжества, но одновременно и в трех соседних зданиях, где тоже самое торжество шикарно отмечалось более зрелой публикой.

К столь масштабной провокации была причастна тайная канцелярия. Они спланировали акцию, пригласив на этот праздник всех неугодных представителей знатных родов, решив покончить с ними одним махом, а тех, кто выживет – запугать. Кроме того, виновником трагедии был так удачно выбран По и его шайка контрабандистов. Его обвинили в государственной измене и диверсии, свалив всю вину в поджоге на его наркоторговцев, что присутствовали на празднике трех зданий. Как Вы уже догадались к их числу причислили и Квинта. В результате пожара погибло почти пятьсот человек...

Но тайная канцелярия не остановилась на достигнутом. Её сотрудники разнесли весть о том, что люди По отравили колодцы в двух из шести городских кварталах. Что он предатель, присягнувший великому князю Некротии. На устранение неугодного По канцелярия тайно перебросила со всего Домината восемь полков своей гвардии. Сразу после моральной подготовки жителей, войска внезапно атаковали с разных направлений подземное царство контрабандиста. Если бы руководители этой акции знали о тех контрмерах, что подготовил для них По, то они ни за что бы не направили своих людей в канализации бандитов.

Почти все солдаты гвардии сгинули в бесчисленных каналах и тоннелях. Последующие трое суток уставшие и раненые остатки воинства будут выбираться через коллекторы, сливы и колодцы по всему Небограду, чтобы быть пойманными и повешенными разъяренной толпой граждан.

Правительство сделало очень неблагоразумных ход, объявив через своих глашатаев по всему городу весть о том, что контрабандисты отравили воду в двух кварталах. Они искали одобрения среди населения предстоящим городским боям, а в итоге получили восстание челяди.

Господин По очень просто опроверг искусно запущенный миф испив воды из одного из "отравленных" фонтанов. На глазах у тысяч людей По развенчал слухи о своей кровожадности и предательстве. Благодаря умело разыгранному представлению, а также своему незаурядному ораторскому искусству По в одночасье приобрел множество сторонников.

Подстрекатели По направили в нужное направление негодование и гнев людей. Благодаря их деятельности в Небограде противостояние власти и контрабандистов переросло в настоящее народное восстание. Множество горожан приняли сторону контрабандистов. В тоже время в каждом обществе есть лихие люди, что пользуясь всеобщей неразберихой, стараются помародёрствовать, обокрасть, изнасиловать или свершить иное отвратно действие. Не обошлось без них и в этот раз.

Все описываемые события разворачивались одновременно. За неполный день тайная канцелярия практически полностью потеряла всех солдат, утратила контроль над большей частью города, с трудом закрепившись лишь в коричневом квартале и северной воздушной гавани.

Смешавшиеся с негодующих толпой горожан бандиты По грабили и убивали знать по всему городу, подавая яркий пример расправы над угнетателями. Возглавляемые опытными преступниками недавние холуи выгоняли на улицу своих господ и под радостные возгласы толпы чинили над ними расправу. Восемь тысяч погибших в подземелье гвардейцев вооружили восемь тысяч разгневанных граждан.

Горел не только Небоград, полыхал также и город-спутник Оз. Люди По дождались атаки на катакомбы, чтобы захватить стратегически важный город и понтоны. Если в Небограде бандиты вели себя с гражданами предельно корректно, остро нуждаясь в их поддержке и видели в них соратников, то в Оз ситуация была абсолютно иной. Небольшой городок уже к утру следующего дня представлял из себя одну сплошную братскую могилу.

Контрабандисты захватили в заложники множество женщин и детей, заставив их мужей и братьев насильно сражаться на своей стороне. Они заперли их в домах, обложив хворостом в готовности, в случае неподчинения их мужчин, поджечь здание и сжечь невинных людей заживо. После нескольких в назидание сожженных зданий с заложниками, бандиты добились полного послушания. Контрабандисты контролировали не только подступы к городу, но и прилегающие торговые маршруты, что позволило им грабить нечего не подозревающих купцов.

Людям По удалось захватить пять из шести городских кварталов, южную воздушную гавань, южные понтоны и город Оз. Таким образом, остатки сил гвардейцев и не примкнувшие к восставшим жители Небограда остались практически в полном окружении, практически не имея шанса вырваться из разыгрывающегося на их глазах ада.

Квинт же забрал все свои сбережения, спрятал наркотики и покинул Небоград, спустившись с края острова в озеро по заблаговременно припрятанному канату ещё до разрастающегося противостояния.

Доплыв до берега, он успел немного обсохнуть и перекусить в таверне, одной из множества мелких деревушек, расположенных на северном берегу озера. После он купил на постоялом дворе чахлую лошадку и вот уже две недели, как держит путь в Юрон.

Квинт сокрушался потерям, ведь дела шли действительно не плохо. За то не долгое время, что мальчику удалось прожить в Небограде, он успел бросить учебу в институте, приобрести приемлемые апартаменты в золотом квартале, обзавестись нужными знакомствами, наладить торговлю. Главным же приобретением, стал титул барона. Верительную грамоту, подтверждающую его статус, ему приобрел Олег за относительно не великую цену. За шестьсот золотых он стал владельцем в маленькой юронской деревушки с сотней душ, расположившейся на берегу океана. Именно туда сейчас и направлялся юноша.

До последней деревни Домината, расположенной возле реки на границе с Юроном, оставалось два часа пути, но Квинт решил остановиться, чтобы согреться и перекусить.

– Всю задницу отбил уже. Хреновый из меня наездник – сказал вслух парень, устало поднявшись с насиженного места – Ладно, спасибо этому дому, пойдем к другому.

С этими словами молодой человек затушил небольшой костерок, оседлал лошадь и выдвинулся в путь. Выехав из жиденького лесочка на ужасно разбитую сельскую дорогу, Квинт неспешно направил коня поближе к краю распутицы.

Эта зима удалась на славу. Черный дождь не прекращался ни на минуту. К этому времени уже должна была наступить весна, сменив период ненастья на солнечные деньки. Однако в этом году холодная пора держалась поразительно долго, уже больше года. Старожилы направо и налево судачили, что такого на их памяти еще никогда не было. Квинт был согласен с ними, ведь ещё ни разу южные земли Некротии не знали заморозков, теперь же, если так пойдёт и дальше, то жителям Домината можно не удивляться снегу, что лежит зимой как в горных городах Дау. Если зима продлиться ещё хотя бы полгода, то по всему плато некромантов начнется ужасный голод, ведь никто не делает столь больших запасов. Уже сейчас ушлые торговцы взвинтили на четверть цены на рис и зерно.

Черный дождь шел уже две недели с самого начала побега Квинта из города. Капли, падающие с неба, окрасили все округу в темный цвет, представив и так вечно пасмурную зиму в ещё более мрачных оттенках. С каждым днем тучи становились все темнее и темнее, пропуская всё меньше солнечного света, делая дни холоднее.

Дорога забирала резко вниз и влево, заставляя путника спуститься к небольшому оврагу, пройдя по самой его кромке. Высокие кусты, покрывавшие всю местность, были шикарным местом для засады. Хоть после начала войны Юрона с Некротией юронские разбойники и прекратили совершать набеги на деревни и устраивать засады на доминатских путешественников, оставались ещё лихие люди самого Домината.

Объехав овраг, Квинт заметил, что дорога вновь стала прямой и на горизонте виднелись первые деревянные строения. Вот и приближается ещё один населенный пункт на его пути.

Молодой человек тяжело переживал разлуку с единственным оставшимся другом Алексом. Как он там сейчас? Выжил ли он? Хитрово в сердце надеялся, что верный товарищ не отвернулся от него, несмотря на обвинения в поджоге. Впопыхах покидая Небоград, не успел оставить даже прощальной записки. За год после посещения белого купола и разговора с тайным кардиналом Домината, жизнь его друзей сильно изменилась. Толий погиб при нападении на лабораторию иностранца Каши. Алекс в отличии от самого Квинта смог сдюжить учебную программу института Небограда, перейдя на другой курс. Его забрали на какую-то тайную монофактуру, где за закрытыми стенами он стал вместе с другими учеными проводить какие-то опыты.

Хитрово же с легкостью удавалась только математика. Остальные предметы в его голову не смогли поместить как преподаватели института, так и домашние репетиторы. С каждым днем Квинт всё дальше и дальше отдалялся от ребят и, в конце концов, он занялся тем, что больше всего у него получалось – торговать дурманом.

Лихой люд, продажные чиновники, дешевые проститутки, наркотики и паленое поило, есть даже в таком раю, как Небоград. И, как это ни странно, городская подпольная жизнь не уступала по своей насыщенности простой обывательской.

Уже за первый месяц своего пребывания в небесной твердыне благодаря Олегу, Квинт узнал несколько элитных борделей и пару десятков притонов. Центром наземной преступной жизнь острова были рынки. Шайки попрошаек, карманники одиночки, потасканные путаны, а также бойцы разношерстных банд выбрали своим местом обитания две малые и одну большую торговую площадь города. Особняком стояли подземные жители канализации.

Доходы от дорогих наркотиков превзошли все смелые ожидания Квинта. Именно благодаря ним, он смог выбиться в люди и богато жить в таком дорогом городе, как Небоград.

Но сейчас он был очень сильно подавлен. Он до сих пор не смог всецело осознать все масштабы трагедии, разразившейся из-за действий тайной канцелярии. Морально он оправдал себя тем, что убитый молодой граф был разменной монетой и специально провоцировал Квинта на необдуманный шаг. Кроме того, погибшая знать были содомитами, свиньями, жрущими из золотых корыт последние крохи умирающих от голода крестьян. Поскольку сам он был из низов, то на своем примере убедился в разительном отличии жизни небоградцев от жизни других горожан Домината. В селе тебя считали зажиточным, если у тебя было хотя бы две сменные выходные рубахи, выполненные из дешевого лена грубой выделки.

С такими мыслями Квинт въехал в приграничную деревню, на которую он возлагал большие надежды в получении теплого крова и еды. Но деревня подвела его ожидания. Она была заброшена.

Хозяева оставили её несколько месяцев назад. Десятки пустых домов невпопад стояли на небольшой единственной улочке. Несколько из них были преданы огню, оставив после себя лишь почерневшие остовы, да пепелище.

"Нет крестьян – нет еды. Арифметика простая" – грустно подумал Квинт. Он очень надеялся пополнить свои крохотные запасы провизии, но этому не суждено было случиться.

"Можно даже не шариться по заброшенной деревне – подумал Хитрово, анализируя представший перед ним разгром – Эту деревушку разорили очередные разбойники юрона".

Продолжая медленно идти через разграбленный поселок, Квинт достиг его условного центра, по-видимому, бывшего рынка. Возле покосившихся торговых рядов, юноша нашел несколько человеческих останков.

"Маленькие плечи, широкий таз – это девушка, ну и маленькие косточки это её ребенок" – подметил, разглядывая скелеты Квинт – "Все они без одежды, значит, их перед этим насиловали".

Завидев колодец, парень слез с лошади и решил набрать воды, чтобы напоить себя и коня, а также до краев наполнить свои походные фляги.

"Где это ведро? – подумал Квинт – Нахрена оно грабителям то сдалось?"

Но ведра не было. На грубом деревянном вертеле была лишь накручена слабенькая веревка. Обойдя почти весь поселок, парень только спустя полчаса нашел пустое, деревянное ведро, но воспользоваться им он не решился.

Возле недостроенного частокола в паре метров от вырытого рва лежали вповалку не один десяток скелетов. Он наткнулся на останки жителей.

"А вот и мужское население – подумал Квинт – Зачем они только их в кучу то сложили? Это не похоже на бандитов".

Испугавшись, что обитатели села погибли не от чужого меча, а от неизвестной хвори, Квинт бросил в одночасье ставшее ненужным ведро и добежав до своей лошади, быстро оседлал её и приспустил вскачь.

"Лучше уж попить из холодной реки, чем напиться тут и навсегда остаться в деревне". – подумал Квинт.

Только вечером парень нашел другую деревню, уже будучи на другом берегу Бурной. Ему понадобилось полдня, чтобы найти и пересечь брод реки, разделявшей Юрон от Домината. Это село, безусловно, выглядело более живым, чем недавно покинутое.

Усталый путник въехал на коне в деревню и проезжая мимо криво стоящего сруба, спросил у сидящей на околице скучающей хозяйки:

– Добрый вечер милая дама, не подскажите ли Вы где в столь ужасную погоду можно найти одинокому путнику кров и теплую похлебку за достойное вознаграждение?

– Добрее видали, ты откуда сынок такой взялся? – спросила старуха – Аль не разведчик ты татей, кои направили выведать тебя про добро наше? Иль может ты из краев, что кровавая хворь поразила?

Квинт, уже порядком отвыкший от столь простых и не затейливых фраз, не сразу понял, о чем толкует бабка. Издали и из-за дождя не был различим возраст собеседницы. Определить, что женщина находится в возрасте, удалось только по звучанию её голоса.

– Я еду с севера – обманул Квинт – Там ни про какую хворь и не слыхали даже. Я дам десять серебренных некр за кровать и суп – решительно продолжил разговор Квинт – Если тебе не нужны деньги, то не задерживай меня.

– Да ладно, чего раздухарился то? – пошла на попятную старуха – За такие деньжищи можешь у меня хоть всю хату купить!

– Хату не надо, похлебку иди грей! – сторговался Хитрово.

Внутри халупа не могла похвастаться красотой и изяществом убранства. Одна большая комната внутри деревянного сруба отапливалась большой печкой, что одиноко стояла в углу. Через все пространство были натянуты веревки, на которых сушилось всякое тряпье.

– Заходь милок, не трож тока вещички. Я прачка, живу одна, места свободного много вот и сушу тут белье в такую непогоду – пояснила заходившему в низкий дверной проем постояльцу – Я сама все уберу. А ты пока за стол садись.

Квинт, продираясь сквозь редуты тряпок, пошел на жест старушки и таки пробрался к полностью заставленному утварью столу. Сев на грубый табурет, Квинт приуныл. В хижине был полный бардак.

– Сейчас я скотину твою в сарай определю и тебе разогрею поесть. Сиднем не сиди, помоги мне поленья подбросить в печь. Поленница стоит слева от печи – скомандовала старуха – И поживее, если есть хочешь!

– То сиди, то бросай – пробубнил под нос Квинт, вставая с табурета – Это не голые услужливые девки Небограда, это юронская боевая бабка.

За каких-то полчаса, комната преобразилась в лучшую сторону. Растопленная парнем печка дала сильный жар, хорошо обогревая сырое помещение. Хлам со стола был распределен бабкой по настенным полочкам, сама она зажгла ещё две дополнительные лучины, и стало не только светлее, но ещё и уютней.

– Сейчас догреется варево и я тебе на печке застелю. Устал поди с дороги то? – спросила бабушка.

– Признаться честно я удивлен столь теплому приему с Вашей стороны – ответил Квинт – Вы всех так гостей встречаете?

– Деньги мил человек. Только они меня и интересуют. Проживи свое в этих голодных края, когда единственная работа это рыбачить да грабить. Тем более женщине тут несладко приходится. Земля пустая, нечего на ней не растет путного. Большую семью прокормить невозможно. В наших селах молодые девчушки душат младенцев девочек, потому что это лишний рот, ведь с ней ни в набег не пойти, ни невод в море не вытащить, да и силенок мало камни тут копать.

– Далеко отсюда до Приморной? – спросил Квинт.

– До этого захолустья то? Да день пути! Там у меня родня живет, они там все больные на голову – ответила старушка – Еды нет, живности в лесах тоже нет. Люди там лихие, только в год лета пытаются хоть что-то по округе из еды собрать, а так уходят в набеги. Только в этом году, как и наши мужчины все на войну ушли. Жгут поди сейчас Царьград. Чего ты там забыл милок?

– Это моя деревня, я купил её недавно.

– А-ха-ха! Вот это ты дал парень! Лучше бы навозную лепешку купил и то проку больше было бы – бабка, смеясь, поставила перед Квинтом горшок из печки – Давай ешь.

Интерес к разговору как-то сам собой поутих. Доев суп, заедая черствой краюхой хлеба, Квинт разделся и забрался на печку спать, прихватив с собой увесистый мешок золотых. У него было триста золотых некр, что должно хватить на хорошую жизнь в любом из трех государств. Жаль не удалось продать хорошие апартаменты в Небограде.

Уставший с дороги, грязный, но сытый Квинт заснул он как убитый. Ничто не потревожило его сон. Несмотря на все беды, он верил, что его ещё в жизни ждет успех.

***

пос . Бурный. Империя Юрон .