Текст книги "Связи решают все (СИ)"

Автор книги: Алекс Русских

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

* * *

Второй день получился не менее плотным, чем первый. Посмотрел еще пару кинолент, переводя происходящее на экране для Виктора. Посетил он со мной выставку компьютерных игр, посвященных космосу, даже на очередную галерею иллюстраций и манги сходил. Вот только, когда начались мастер-классы ведущих писателей, тут решительно смылся, заявив, что для него это чересчур.

Выдал Виктору почти все из финансовых запасов, что у меня остались, записав на бумажке, что ему нужно купить и отпустил. Ну, а мне пришлось еще принять участие в общей пресс-конференции и со своей стороны прочесть лекцию, после которой больше часа подписывал томики «Марсианина» и «Сурка». Очень чинно все происходило, японцы выстроились в дисциплинированную очередь, подходя по одному. Кое-кто кассету с фильмом принес. Пришлось ставить автограф на коробке. Мои сопровождающие куда-то подевались, включая нашего дипломата, остался только Кунихико Сато, что было очень кстати. Большинство фанатов по-английски не говорили, про русский я вообще молчу, так что без помощи переводчика мне бы пришлось туго.

Хорошо, хоть насчет обеда организаторы побеспокоились. Опять я на рикше покатался, когда во время перерыва мы с аспирантом съездили в гостиницу. Обедали на этот раз в одном из ресторанов, находящихся на нижнем этаже здания. Особо не рассиживались – день очень плотный, времени совсем нет.

Церемония награждения началась в пять часов дня, но растянулась прилично. Номинаций много, на каждую минут по пятнадцать уходит – огласить перечень претендентов, объявить выигравшее произведение, вручить автору приз, после которого он еще краткую речь произносил.

Первым назвали лучшую научно-популярную работу, потом художника и комикс, затем пришел черед фильма-победителя. Наконец, после лучшего переводного рассказа, настала очередь иностранных романов.

Да, не зря я лапшу развешивал на уши местным фанатам фантастики – «Марсианин» сумел обойти «Нейроманта» Уильяма Гибсона, но совсем ненамного, буквально на двадцать голосов опередил конкурента. Интересно, что переводчик у обоих романов один – Хисаси Курома и вышли они в одном и том же издательстве «Хаякава».

Пришлось выходить на сцену, благо примерно речь еще вчера на всякий случай накидал:

– Уважаемые дамы и господа.

Прежде всего, я хочу поблагодарить Японское научно фантастическое собрание, выдвинувшее роман «Марсианин» на премию Сэйун. Победа в ней – не просто очередной литературный титул, это значит, что наши идеи о будущем, о человеке и его поведении в изменяющемся мире находят отклик у людей разных культур.

Хочу выразить искреннюю благодарность организаторам собрания любителей фантастики за их неустанный труд: от тщательного отбора работ до создания атмосферы, в которой каждый участник чувствует себя частью великой творческой семьи. Ваш профессионализм и внимание к деталям сделали это событие по-настоящему вдохновляющим.

Отдельное спасибо читателям, которые нашли время погрузиться в каждую страницу, почувствовать ритм и душу романа. Ваше признание – лучший компас для любого писателя, ищущего путь сквозь бескрайние просторы фантазии. Вы – та живая энергия, которое заставляет сердце писателя биться быстрее. Ваше доверие и интерес к научной фантастике дают смысл каждому новому сюжету, каждой задумке о звездных путешествиях и новых цивилизациях.

Также напомню о редакторах и переводчиках – людях, без которых эта книга никогда бы не увидела свет в вашей замечательной стране, сделав ее доступной широкому читателю. Спасибо за вашу терпеливость, внимание к смыслу и духу романа.

Пусть эта премия станет стартовой площадкой для новых смелых проектов, а наш диалог между культурами продолжит расти, объединяя фантастику и реальность. Спасибо за то, что вы сделали возможным этот момент. Вместе мы открываем новые горизонты!

Выслушал аплодисменты, получил прозрачную коробочку с миниатюрной копией горы Фудзиямы и спустился обратно в зал. Еще два награждения осталось – сначала за лучший рассказ японского автора, а затем и за роман.

Ну, а потом по примеру множества премий последовал банкет. Ничего особенного – стандартное такое сборище в виде фуршета. На столе всякие закуски, вино, саке. Я бокал с вином взял, потом только с ним и ходил, время от времени отхлебывая по глоточку. А саке, ну, может, кому и нравится, как по мне – та еще гадость, как и корейское соджу. Я пробовал – знаю.

Часа два пообщался, получил кучу визиток. Свои все раздал. Я еще в Магадане в типографии заказал себе пару сотен, думал, надолго хватит. Ага, как же. В Японию на всякий случай десятка три взял, сам не знаю зачем. Все разошлись по переводчикам, редакторам и коллегам по писательскому ремеслу. Даже пришлось несколько раз, извинившись, вручать листок от блокнота с адресом и номером телефона. Сомневаюсь, что хоть кто-то позвонит в Советский Союз, но раз таковы правила, что визитку нужно дать, то не буду нарушать традиции.

Вырвался на свободу часам к девяти. Дошел до гостиницы, первым делом поднявшись к Стаффу, который меня уже ждал за накрытым столом в номере.

– Знаю я эти банкеты, – ухмыльнулся, – Нормально там не поешь.

Посидели, примерно около часа потратили на разговор, обсуждая вчерашние идеи. Агент их творчески обдумал, а теперь свои соображения высказывал. Я в целом его задумки одобрил, как мне думается, отлично проработано. А потом я к себе пошел.

Витька сразу после награждения слинял, не пожелав остаться на банкете. Смотрю, он неплохо прибарахлился, судя по куче пакетов и коробок в углу прихожей. Натуральный штабель. О, и техника закупленная уже тут. Странно, не помню, чтобы привозили, с утра забегался и забыл.

– Слушай, а когда технику тот японец привез?

– Так утром. Ты уже убегал с японцами, а тут он подъехал. Все привез, – доложился напарник.

– Отлично, я даже забыл про его обещание, из головы вылетело.

Витька рукой махнул:

– Да ну, понятно же. В общем, я все закупил, что ты хотел: сладости, кухонные ножи, микроволновую печь на 220 вольт. Зачем она тебе?

– Еду разогревать очень удобно. Классная вещь.

– В сковороде можно подогреть. Зачем еще что-то? – удивился Виктор.

– Это ты просто не пробовал, вот и не можешь оценить удобство, а Алиса будет рада.

Ну, и хорошо, никуда сегодня больше не пойду, отоспаться хочу за эти суматошные дни. Завтра еще в университет ехать, а потом опять на теплоход возвращаться. Там нас, наверное, уже потеряли.

* * *

На ночь мы остались в гостинице, все равно оплачено, с утра плотно позавтракали, вещи собрали. Техники и подарков у нас целая куча, поэтому все тщательно упаковали, использовав скотч. Хорошая штука, здесь в любом магазине продается, вот в СССР пока его нет. Позвонил на ресепшн, попросил прислать пару мужчин вещи перенести. Вчетвером за две ходки спустили все в холл. Администратор вызвал грузовой микроавтобус, я с ним еще вчера договорился.

Витька с вещами поедет на лайнер, а мне предстоит визит в университет языков. Обещал уже, так что ничего не поделаешь. Я при себе только кейс с фотоаппаратом оставил, немного денег, документы. Собственно, мне больше ничего не нужно, все равно вечером меня на корабль отвезут.

Кунихико Сато вчера говорил, что в девять подъедет, поэтому отправил Виктора, сдал ключи от номера, а сам в вестибюле оккупировал удобное кресло, решив почитать периодику, благо тут на столиках не только японская, но и американская пресса имеется.

Полистал свежий National Geographic, потом нашел номер Omni – научно-популярный журнал с приличным объемом, отданным под фантастику. Зачитался так, что даже не заметил, как Кунихико Сато появился. Только услышав вежливое «Арекса-сан, вы готовы?», выпал в реальность. Поздоровался, потом с сожалением посмотрел на журнал, на самом интересном месте же.

Подумал и к администратору подошел, попросил продать номер. Тот с поклоном заявил, что платить ничего не нужно, это подарок от гостиницы. Ну, кто я такой, чтобы спорить? Свернул журнал в трубочку и направился на выход за аспирантом.

– Арекса-сан, ваша встреча назначена на три часа. Вы не против, если я покажу вам Токио?

С чего бы мне отказываться? Да еще и с персональным гидом. Первым делом мы поехали в центр города. Кунихико сказал, что мы побываем во внешних императорских садах. Это один из садов, примыкающих к императорской резиденции, куда пускают посетителей. Внутрь-то обычным смертным нельзя.

Ландшафт внешнего императорского сада

Парк, оказался из разряда «что-то особенного». Неудивительно – здесь лучшие садовники и ботаники Японии работают. Невероятно красивые ландшафты, если бы не небоскребы, виднеющиеся из-за деревьев, можно легко подумать, что на каком-то райском острове находишься. Людей по дорожкам гуляет довольно немного. Впрочем, понятно – день рабочий. Вот в воскресенье здесь столпотворение настоящее должно случаться.

А посмотреть здесь есть что – укрепления замка Эдо, мост Нидзюбаси, двумя арками перекинутый над водой. Сам сад ухоженный до невероятности, кажется не осталось не то, что уголка, а самого маленького листика и травинки, которых бы не обласкала заботливая рука гениального садовника.

Мы до парка фонтанов Вадагура дошли, полюбовались причудливыми конструкциями, испускающими водяные струи. Сегодня градусов двадцать пять, так что прохлада, идущая от фонтанов, оказалась весьма приятной.

На самом деле тут несколько публичных парков. Кроме Внешних садов, есть еще Восточный сад императорского дворца, парки Китаномару и Хибия. Мы практически все их обошли, потратив добрых два часа. Даже уходить не хотелось, я бы здесь целый день провел.

Один из фонтанов

Осмотрели районы Хибия, Гиндза, Сиба, после чего отправились в район Сайбу на музейную экскурсию. Там парк Уэно расположен, а в нем целая вереница музеев: изобразительных искусств, западного искусства, природы и науки, а плюс к этому корпус сокровищ храмов Хорю-дзи. Тут еще и монорельс есть, мне захотелось покататься, а аспирант не стал меня отговаривать.

Странно, что Самицветов не появился, но это его проблемы, я предупреждал, что с утра уеду.

– Извините, Кунихико-сан, а уважаемый доктор Тэцуко Танака сегодня к нам не присоединится? – спросил на всякий случай.

– К сожалению, нет, его срочно вызвали в университет, и он уехал в Киото.

Ну, что поделать, хотя покивал сокрушенно, мол, очень жаль. Смотрю, а аспирант тоже что-то мнется.

– Вы что-то хотели сказать, Кунихико-сан?

– Да, Арекса-сан, вы не будете возражать, если посре встречи со студентами, а вас сразу отвезу на корабрь? – от волнения японец вообще перестал «л» выговаривать.

– Нет, конечно, но в чем дело?

– Понимаете, мне в насредство достался от дяди дом и автомобиль, но у меня уже есть свой. У нас нельзя иметь два, очень большие нароги, нужно или продать или сдать на свалку. Сегодня должны приехать, чтобы забрать дядину машину.

– Это настолько сложно? – заинтересовался я.

– Да, еще и дорого.

– А что за автомобиль?

– Хонда Аккорд, дядя купил ее, но даже не порьзовался, заборер, а потом переехал к моему старшему брату, а дом в Токие отдар мне.

Хм, на ловца и зверь бежит?

– Скажите, Кунихико-сан, а вы могли бы продать этот автомобиль мне?

– Вы хотите купить его? Но зачем? Он же не совсем новый, пять рет простояр в гараже.

– Видите ли, в нашей стране тоже есть свои особенности. Мне будет неудобно привести новый автомобиль, а вот подержанный – это вполне прилично. К тому же, вы говорите, он практически не использовался?

– Да, дядя почти не ездил на нем.

– Тогда, может, мы съездим, и посмотрим?

– Я быр бы очень рад, – начал кланяться аспирант.

Пришлось самому в ответ поклоны отвешивать. Япония, блин, в любой другой стране мы бы выглядели по-дурацки, здесь ничего, здесь нормально.

Пообедали мы в небольшом ресторанчике, расположенном на территории университета языков. Как сказал аспирант, сюда обычно ходит преподавательский состав. Есть заведения, рассчитанные чисто на студентов, но там довольно шумно.

После обеда пошли на встречу. Пришлось прочитать целую лекцию. Я примерно тезисы себе в записную книжку заранее набросал, но сама речь была сплошной импровизацией. Рассказал про книги, об издательском деле в СССР, его особенностях. Также о Союзе Писателей, о государственной поддержке и ее роли разъяснил. Заодно рассказал и о том, как жил на Аляске, о встречах с ведущими писателями-фантастами США. Часть выступления была на русском языке, но основная – на английском, все же русистов здесь не много, а вот английский понимают практически все.

После моего выступления мне вопросы задавали. Я заранее договаривался с администрацией, чтобы не было провокационных вопросов, но все же кто-то из студентов не удержался.

– Скажите, Арекса-сан, а почему Советский Союз не возвращает Японии северные территории?

Ну, вот, нарвался все-таки. Ну, не могут японцы обойтись без своих обид, старательно их гвоздиком расковыривают.

– Ну, во-первых, вы обращаетесь не по адресу, это вам к правительству СССР надо, а во-вторых, я все же отвечу – никогда.

– Но почему? – от волнения спрашивающий встал с места, так что я смог разглядеть тощего прыщавого студента лет шестнадцати, наверное, – Есть же Симодский трактат?

– Однако о нем в Японии отчего-то забыли, когда напали на Россию в 1904 году. Я понимаю, что в самурайских традициях коварство считается за доблесть, но у нашей страны свои традиции. У нас такое называется подлостью, а ее без наказания мы не оставляем.

– Первые выстрелы в войне сделала ваша канонерка «Кореец», – практически завизжал студент.

– После того, как была атакована торпедами японских миноносцев. По-вашему выстрелы из торпедных аппаратов не считаются за выстрелы? – насмешливо ответил я, присутствующие в зале зашумели, так что пришлось повышать голос, – В настоящее время Япония демонстрирует постоянную враждебность к нашей стране. При такой политике ждать каких-либо уступок довольно самонадеянно. И кроме того, Япония вступила в ООН, подписав устав этой международной организации, что означает, что она согласилась с перечисленными в нем положениями. Следовательно, японская сторона подтвердила, что включение в состав СССР Курильских островов имеет юридическую силу и в данном случае неважно, подписывали ли наши страны мирный договор или нет. Это вытекает из одобрения в числе прочих статьи 107. Советую почитать устав ООН и убедится в моих словах самому.

Я бы мог и жестче ответить, да, к счастью, удержался. И администрация быстро подсуетилась, выведя провокатора из зала, а потом и закончив мероприятие. Меня проводили до выхода, покланялись, но довольно холодно. Видать, не оправдал я высокого доверия, не ждали от меня отповеди. Ну, и ладно, я и в прошлой жизни никогда смолчать не мог, и в этой не собираюсь ни под кого подстраиваться.

Когда Кунихико меня на выход повел, я ему прямо сказал:

– Кунихико-сон, я могу сам доехать в порт.

Тот удивился:

– Разве вы не хотите посмотреть автомобиль?

– Подумал, что после скандала…

– Не беспокойтесь, это наша вина, что не смогли удержать студентов. Я понимаю, что вы не можете выступать против политики своей страны.

Не стал ему говорить, что я не просто не могу выступать, а в этом вопросе наше правительство полностью поддерживаю. Курилы – наши и этим все сказано.

Доставшийся аспиранту домик оказался в районе Ясио, не так и далеко от центра, тем более, что до него можно доехать по скоростной магистрали. Да мы на метро бы дольше добирались, чем на автомобиле по скоростной дороге.

Коттедж не очень большой, но и немаленький. Два этажа, на первом гараж, прихожая, просторная гостиная, кухня и пара кладовых. На втором две спальни, гостиная и кабинет. Под домом большой подвал, в котором оказался хорошо оборудованный личный спортзал и биллиардный стол. Как по мне – шикарно, разве что бассейна, как в доме дядюшки Фомы, не хватает. Еще и небольшой садик имеется сотки в три, очень ухоженный, с посыпанными мелким гравием дорожками, парой цветущих клумб, несколькими деревьями и открытой беседкой, идеально подходящей для чаепития. Искренне порадовался за знакомого, что ему такой прекрасный дом достался.

– Да, Арекса-сан, я тоже доволен, вы бы видели мою квартирку, где я живу сейчас. Она очень маленькая, а здесь просто замечательно.

Спустились в гараж. А вот и Хонда дядюшкина. Блин, отличная машина – вот видно, что ей не пользовались. На спидометре всего пятнадцать тысяч километров пробега, что вообще ни о чем. Новенькие, совершенно не обтертые сиденья и такие же канолевые чехлы на них. Открыл багажник – запаска есть, набор инструментов, ножной насос, знак аварийной остановки и пара тапочек. Кстати, тоже новье. Внимательно осмотрел шины – на них даже заусенцы еще не стерлись.

– Если хотите, можете забрать вот эти колеса, – Кунихико показал на стеллаж.

Однако – всесезонный комплект и зимний. И тоже будто только из магазина. Ого, еще и четыре литых легкосплавных диска.

– Все на выброс, на моем автомобире другой размер, – пожал плечами аспирант.

Ну, нормально, отказываться не буду. Погрузил, что влезло в багажник, остальное распихал на заднее сидение, благо все шины в полиэтиленовых чехлах.

– А можно проверить работу?

Вот тут пришлось помучиться. Бак оказался сухой, зато в гараже нашлась небольшая канистра литров на пять. Кунихико съездил с ней на заправку.

Пока он мотался, я аккумулятор проверил. То ли он очень качественный, то ли на самом деле машина стояла не так долго, но искра была. Ладно попробую, если не заведется, то с машины аспиранта батарею переставлю.

Не понадобилось – движок завелся буквально со второго пинка, заработав словно возжаждавший ласки кот после того, как набегался по кошкам, а затем досыта нажрался из своей миски – тихо, ровно и мощно.

– Вам нравится, Арекса-сан?

– Да, хорошая машина, сколько вы хотите, Кунихико-сан?

– Сколько я хочу? – удивился японец, – Что вы, я экономрю приричную сумму, отдавая эту машину вам. Примите ее в дар, я буду очень рад.

А я не стал отказываться, хотя, конечно, ситуация анекдотическая. Долларовый мультимиллионер принимает в подарок подержанную Хонду, еще и радуется. Это притом, что я легко могу какую-нибудь Мазерати или там Феррари купить и даже не заметить расходов.

М-да, а права-то я не брал с собой, да и движение тут не чета магаданскому. Кунихико Сато, поняв мое затруднение, предложил сам сесть за руль, а домой он вернется на метро. Пришлось согласиться.

Заехали на заправку, залив бак, тут же и помыли авто, а то оно все в пыли. И рванули в порт. Аспирант довольным как слон выглядел. Он долларов так с полтыщи сэкономил, заодно и гараж освободил для своей ласточки. Документы мы с ним подписали, теперь машина моя.

Лайнер нашли довольно быстро, подъехав к пассажирскому причалу. Попросил встречного матроса позвать боцмана, сам быстренько пробежался в каюту, забрал сувениры. Спустился по трапу – Ксаныч уже около машины стоит.

– Ну, что Константин Александрович, как мне автомобиль загнать в гараж? – обратился к нему и сразу же повернулся к аспиранту, – Кунихико-сан, позвольте в знак искренней дружбы, преподнести вам подарок.

Глава 7

Последние дни путешествия

Все в лучших традициях восточных подарков – поклон и протянул пакет двумя руками, чтобы сразу было понятно, что от чистого сердца. Ну, не везти же обратно водку и банки с красной икрой? Сам не употребит, передарит кому-нибудь. Я Кунихико все спиртное отдал. Сейчас лимит при провозе через границу – полтора литра крепкого спиртного на человека, вот мы по две бутылки по 0,7 литра с Витькой и взяли. И еще икры по паре банок.

Кстати, по таможенным правилам мне еще предстоит пошлину платить за ввоз подарков. Разрешается товаров до 1000 рублей без нее ввозить, а за остальное надо платить. Но мне это не страшно, тем более берут в рублях, а я на всякий случай с собой чековую книжку взял.

Ну, а что было делать? Советскую валюту за границу вывозить запрещено. Даже не так – позволяется 40 рублей при себе иметь, но должен ввести их обратно. Зачем они вообще нужны? Да, чтобы по возвращению на родину было за что в гостиницу заселиться или в столовую сходить. А вот на рублевые чековые книжки ограничений нет, их ведь за границей не принимают.

Я специально перед вылетом во Владивосток в сберкассу сходил и на семь тысяч рублей выписал себе книжку. Ими мало кто пользуется, поэтому не знают, что услуга для любого советского гражданина доступна, лишь бы на счете деньги лежали. В магазинах чеки принимают, что удобно бывает, если нужно оплатить дорогую вещь. Заполнил страничку, вырвал – все дела. Таможня тоже обязана брать. При необходимости можно оставшиеся чеки в любой сберкассе обналичить. В общем, штука удобная, а потому вместе с паспортом у меня во внутреннем кармане пиджака лежит. Вообще-то на погашение таможенного счета месяц дают, но зачем кота за хвост тянуть?

Я уже выяснял, на границе придется заплатить 20 процентов пошлины за автомобиль. У меня нотариально заверенная справка есть, что он мне достался за 50 долларов, по документам видно, что машина подержанная, пять лет ей. Но Ксаныч сказал, что сумма зависит от таможенников. Они могут посчитать стоимость ввозимого имущества как угодно. На выбор: пятьдесят долларов, стоимость новой машины в Японии, либо она же, но за вычетом амортизации. Наконец могут тупо взять цену на машины аналогичного класса в СССР. Таможенники пользуются внутренними инструкциями, поэтому опротестовать их действия крайне сложно.

Еще такая штука – несколько лет после ввоза авто в Союз продать его нельзя без специального разрешения. В общем, сложно все, поэтому импортные машины пока ввозят редко. Вот за советские, купленные за рубежом, ничего платить не требуется, поэтому наши загранработники стараются покупать наши же ВАЗы, Нивы и Волги. За рубежом взять их можно куда дешевле, чем в Союзе, еще и качество сборки будет гарантированно лучше, чем у тех моделей, что у нас продаются. Все просто – на экспорт идут легковые машины в специальном исполнении и после тщательной проверки, а у нас и брак запросто подсунут. Опять же и в очереди не нужно стоять – есть валюта, взял, да купил. И, что важно, с запчастями нет проблем. Но я-то знаю, что как раз с ними буквально через несколько лет станет куда проще – надо, привезут из Японии за мелкий прайс.

За электронику могут потребовать заплатить 30%, за микроволновку вообще 35, а за предметы домашнего обихода опять 30. Вот с произведений печати ничего не берут, а у меня с собой порядка тридцати книг на английском в багаже – подарки от иностранных писателей, все с дарственными надписями. Еще я везу гитару Ямаха – специально для Цоя, белую, как он любит, за нее тоже 20% надо платить. За кассеты, как сказал Ксаныч, считают, как за ввоз кинофильмов, поэтому 10 процентов. Специально для Миронова взял джазовые пластинки, вряд ли у него японские исполнители есть. Экзотика, однако!

Короче, я так прикинул, что в худшем случае мне придется отдать в качестве пошлины тысяч так на пять рублей. Но, может и меньше. У меня есть справки, по которым ввозимая мной компьютерная техника нужна мне для научной и образовательной деятельности, но примут ли эти аргументы на таможне или нет гарантии никакой. К счастью, с собой я везу только ноутбук от Тошиба, а новенькую Амигу 1000 Стафф обещал доставить своими путями через Москву.

Видики и проекторы поделим пополам, как раз один мне, второй Витьке – если по одному, то сразу понятно, что для личных целей. Но есть еще видеодвойка. И с кассетами засада – сколько пропустят, неизвестно. По опыту Ксаныча чистых по пять разрешают, а с фильмами по два или три, это все. А у нас только новых в упаковке пять десятков, да еще тридцать с записями. Выход тут один – все излишки переправим на берег через моряков.

Передать автомобиль на перевозку оказалось тем еще геморроем. Пришлось заключать договор на транспортировку груза со вторым помощником, за услугу чуть меньше двадцати тысяч иен взяли.

Потом для меня открыли пандус на корме, и я загнал автомобиль в ангар, поставив его на указанное место. И началось натуральное паломничество. Пассажиров на транспортную палубу не пускают, зато из экипажа буквально все побывали – от офицеров, до матросов и стюардов. Даже оба капитана соизволили спуститься. Все внимательно осматривали Хонду, вздыхали. Явно у каждого имеется желание привести для себя ласточку, но пошлины сейчас за легковушки дерут конские, поэтому пока мало кто решается пофорсить в Союзе на иномарке. Ничего, еще годик-другой и из Японии хлынет полноводная река подержанного транспорта. А пока моя Хонда будет в Магадане единственной, пусть и ненадолго.

Приеду в Магадан и Запарик свой сразу же на Алису перепишу. Права у нее есть, я еще в прошлом году настоял, чтобы получила. Вот сам не знаю почему, но решил, что надо. Ну, а я официально стану опять гордым мотоцикловладельцем, а, значит, смогу Хонду на себя зарегистрировать. А можно и наоборот поступить – оставить все, как есть, пусть японкой жена владеет, ездить все равно я буду… наверное… если даст. Остался главный вопрос – как перегнать машину в Магадан? Своим ходом исключено, слишком много времени потребуется. Это придется ехать на Хабаровск, оттуда на Читу и Иркутск. От него подниматься на Братск и Усть-Кут. Потом или ждать пароход с баржой для легковушек или же договариваться, чтобы машину на палубу сухогруза краном погрузили. И потом от Хандыги по старой Колымской трассе гнать на Магадан.

Времени потребуется масса. Считай, неделя до порта Усть-Кут на Лене, потом дней десять на плавание до Хандыги, потом еще дня четыре на путь до Магадана. Минимум 21 сутки получается, а ведь еще нужно учесть возможное ожидание.

Лучший вариант – это морем, в контейнере или на палубе. Это дней пять выйдет, ну, пусть неделя, а там прямо в порту выгрузят. Но насчет этого варианта нужно расспросить знающих людей. Если удастся сразу договориться о перевозке, то будет просто отлично, на неделю я вполне могу задержаться из заграничного турне.

Вернемся из путешествия, отработаю практику и буду мутить кооператив, но более перспективным видится открыть молодежный центр научно-технического творчества. Возможности намного круче, и смогу подгрести перспективный народ с прицелом на будущее. Связи с городской и областной верхушкой у меня есть, так что попробую их задействовать по-полной. Им и самим выгодно, если в Магадане появится свой НТТМ. Сразу отчитаются, как они мощно и быстро перестроились. Буквально в прыжке.

А я легализую ту кучу денег, которая у меня в тайнике хранится, а то обидно будет, если пропадут, сколько я из-за них страху натерпелся. Как говорится, чудом ушел и от бандитов и от патруля, буквально краями разошелся в миллиметре от пропасти.

Что-то я сам знал, но основные нюансы мне Ксаныч подсказал, пока автомобиль загонял на судно. Он сейчас на вахте, как освободится, сказал, что найдет меня. Нужно обстоятельно переговорить, чтобы потом не оказаться в ситуации, когда часть товаров конфискуют или обложат непомерными тарифами.

Только разобрались с машиной, как время ужина подошло, что очень даже хорошо, потому как проголодался я изрядно. Обедал я в районе часа, причем довольно легко. Закрыли Хонду и отправились с Витькой в ресторан, где тут же оказались в центре внимания. Всем так интересно стало, где это мы были, и с каких доходов я на новеньком автомобиле вернулся. Вопросами буквально закидали. Э, нет, думаю, так дело не пойдет.

– Товарищи, – говорю, – Каждому рассказывать у меня языка не хватит, отвалится. Давайте после ужина соберемся в кинозале, и я всем доложу, где мы были и про машину тоже отвечу. Если, конечно, уважаемый Анатолий Иванович, позволит провести наше собрание вместо запланированного мероприятия.

Я рукой в сторону капитана-директора повел, мол, полагаюсь на его решение. Но, похоже, тому и самому интересно было, так что возражать он не стал. Даже распорядился киносеанс перенести.

Народа полный зал набилось, причем пришли не только пассажиры, из команды тоже многие любопытствовали. Первым делом рассказал про конкурс, как он проходил, а также про сам конвент – что это и с чем едят. Показал полученный приз, поставил его на стол так, чтобы всем было видно. Вид трофея слушателей разочаровал.

– Что-то он сильно скромный какой-то.

– Нация такая, – я руками развел, – У них в крови минимализм и простота. Собственно, важен не сам сувенир, а звание, а оно в Японии довольно престижное.

– А много у вас премий? – раздался голос из зала.

– Ну, как считать. Если учитывать, что мне только двадцать лет, то уже неплохая коллекция есть. Ленинского комсомола, наша уральская Аэлита, американская Хьюго, еще есть французская и испанская награды. Чуть не забыл – американская ведущая кинопремия за лучший сценарий.

– Впечатляюще. А что хоть платят за них?

Народ, как всегда, хочет знать о материальной выгоде творчества. Пришлось обломать всех:

– Ну, за премию Ленинского комсомола мне пять тысяч выплатили, а все остальные присуждают только титул победителя, а денег, увы, не дают.

– И толку тогда от таких премий?

– Тем не менее, они считаются престижными, – улыбнулся я.

Но больше всего народ, конечно, заинтересовало, где и как я умудрился автомобиль заиметь. О, тут слушали внимательнейшим образом. Объяснил, что автомобиль мне достался практически даром, мол, всего полсотни долларов заплатил, чтобы документы оформить, да бензин залить. Мужики от полученной информации в ажиотаж впали. Еще бы – в СССР, чтобы «Жигули» купить, нужно лет десять деньги откладывать. Да мало того, из-за постоянного дефицита с рук автомобиль частенько стоит дороже, чем новый. Мне это соображение сразу же высказали:

– А чего же он не продал машину дяди?

– А тут все по-другому. Здесь не принято подержанные авто покупать. Не поймут окружающие, а для японца самое страшное – потерять лицо. Да и не так дорого здесь транспорт стоит. А машина обязательно должна отвечать статусу человека. Поэтому бывает такое, что купил японец машину, а его повысили в должности. Приходится срочно новую марку приобретать, более статусную, потому что на прежней ему кататься уже невместно стало. А старую – на свалку, несмотря на то, что поездил на ней всего неделю.

– Да зачем же выбрасывать? Ну, было бы две машины в семье? – удивился кто-то в зале.

– А не получается. Нельзя здесь две машины иметь.

– Прямо как у нас, – грустно согласились слушатели.

– Неправильно я сказал, – пришлось мне поправиться, – Можно сколько угодно автомобилей покупать, но тогда налог очень большой будет. Накладно сильно, даже, если работа хорошо оплачиваемая. Вот и избавляются от старья. А чтобы новую модель в салоне взять без налога, нужно справку принести, что либо ты старую машину на свалку сдал, либо же она из страны вывезена. И, кстати, сдать тоже дорого, так что мой здешний коллега, передав мне автомобиль дяди, неплохо сэкономил. А еще подарок от меня получил. Для него – сплошной профит.