Текст книги "Заклинатель (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

– Это ты что ли приехал на длинной повозке? – напористо спросил он.

Помедлив, я коротко ответил:

– Я, – и окинул быстрым взглядом парочку приятелей здоровяка, вставших поодаль.

Черт, может стоило оставить повозку в лесу? Похоже кое-кто сунул нос под наброшенные сверху тряпки, разглядев сваленные в кучу доспехи.

– Откуда у тебя столько брони?

Я мысленно чертыхнулся. Проклятье, а все жадность, надо было оставить собранное с поля боя железо в развалинах форта. Денег и без этого хватало. Но нет, надо взять с собой все.

– Нашел, – лаконично ответил я, впервые за разговор поднимая на здоровяка голову. – А что, хочешь купить?

Несмотря на физическое превосходство, бугай вздрогнул. Не знаю, что он разглядел в моем взгляде, но тон сбавил, перед этим быстро оглядев мою фигуру, закутанную в плащ. Не увидев оружия, позволявшее вести себя уверенно, нахмурился, не понимая источника наглости. И все равно что-то заставляло его вести с незнакомцем осторожно, подозревая скрытый подвох.

Умный малый, хоть внешне и выглядит тупым громилой. Опыт Га-Хора подсказывал, что такие опаснее всего.

– Мой хозяин хочет поговорить с тобой, – бугай махнул рукой назад.

За самым большим столом в зале отдыхала компания из пары десятков человек. Судя по виду, это были члены приехавшего передо мной купеческого каравана. Во главе сидел дородный мужик в роскошных по местным меркам одеяниях. Вероятно главный купец.

Торговец узнал о товаре и хочет скупить его оптом? Логично? Вроде да. Что-же, не самый худший вариант.

– Почему бы и не поговорить, – я пожал плечами и подхватив кружку с элем двинулся к указанному столу.

Глава 13

13.

Торговец был толст, как боров, и лыс, как колено. Держался самоуверенно, поглядывая на других свысока. Но, наверное, так и надо вести себя главе каравана, показывая превосходство даже в мелочах, иначе люди слушать не будут.

– Значит повозка твоя? – спросил он, стоило мне усесться за стол.

Здоровяк с топором встал за спиной, и мне это совершено не понравилось. Полученная от имперского чародея привычка контролировать окружающее пространство взвыла протестом.

– Скажи своему человеку, чтобы не стоял позади меня, – ровным тоном попросил я.

Торговец приподнял бровь, словно удивляясь проявленной наглости от непонятного субъекта, похожего на бродягу, но подумав кивнул, сделав знак громиле отойти в сторону. Впрочем недалеко, удерживая в поле зрения хозяина.

– Меня зовут Мердок Аквания, я странствующий торговец, как ты уже вероятно понял, – произнес толстяк и испытывающее уставился, словно его имя должно быть мне знакомо.

Может и так, и окрестные крестьяне слышали про него, наверняка приезжает на сельские ярмарки, но лично для меня и теневой сущности, имя оказалось пустым звуков.

Тем не менее, я наклонил голову, показывая, что услышал собеседника и одновременно отдавая уважение его роду деятельности. Не знаю как сейчас, но именно так во времена Га-Хора реагировали на представление незнакомого человека. Жест, как дань вежливости, не более.

– Га-Хор, – в ответ представился я и замолчал.

Боров пожамкал губами, недовольный, что его не узнали.

– Ты не похож на торговца, – резко сказал он.

Я оставался спокойным, пожал плечами.

– Я и не говорил, что торговец.

Повисла пауза, толстяк явно мысленно заранее выстроил будущий разговор и теперь не знал, как реагировать на нестандартное поведение собеседника. Впрочем, он быстро собрался, не даром командовал над столькими людьми. Умение соображать в любой ситуации у подобных людей в крови, иначе долго бы не задержались на своем месте.

– Откуда у тебя полная повозки доспехов? Украл?

Торговец решил не изобретать велосипед, начав классический наезд на беззащитного одиночку, за которым никого нет. В принципе не самый глупый подход применительно к ситуации. Надавить, вызвать растерянность, возможно пустить в ход немного угрозы и заставить продать интересующий товар по гораздо меньшей цене, чем он действительно стоит.

Наверняка лысый уже видел повозку своей со всем содержимым, и теперь прикидывал, как этого добиться, потратив как можно меньше монет. Его нехитрые мысли буквально читались на лоснящейся физиономии. А ведь наверняка считал себя хитрым и умным. Стало даже немного смешно.

– Предлагаю сразу перейти к делу. Хотите купить доспехи и оружие? Хорошо, я не против. Пятьдесят золотых. В таком случае сама повозка и одна из лошадей будет моим личным подарком, как оптовому покупателю, – от Тормозухи я решил избавиться, пусть другие с ней мучаются, а вот Буренку хотел оставить, как необходимое средство передвижения. Идти пешком не хотелось.

Толстяк нахмурился, все же он не был глуп и понял, что обычный бродяга скорее всего не знает таких слов, как оптовый покупатель. Но погорел я не на этом.

– Ты говоришь слишком правильно для бродяги, – теперь торговец смотрел на меня с прищуром.

Я мысленно выругался. Проклятье, знал же, что надо ограничиться короткими фразами.

– Так говорят высокородные аристократы на староимперском наречии, – произнес Мердок Аквания, теперь он выглядел задумчивым, и даже озадаченным.

Не вязалось у него, что видели глазами и слышал ушами. По виду напротив сидел обычный закутанный в плащ оборванец, каких сотни встречаются на дороге. Но при этом говорит, как выходец из старинной знати. И как вишенка на торт – непонятно откуда взявшаяся повозка, полная стальных и кожаных доспехов неплохой выделки вперемешку с оружием, которое где-нибудь в городе стоит целое состояние.

Понятно почему у купца возникли сомнения. Я решил еще больше вызвать растерянность, чтобы ушлый торгаш не вздумал давить, считая себя в выигрышном положении.

Я приподнял руку и шевельнул указательным пальцем. Металлический кубок, стоящий справа от толстяка, качнулся. В воздухе мелькнула пепельная дымка в форме когтя-кинжала. Секунда, и две части покатились по столешнице громыхая. Люди за столом вздрогнули. Здоровяк с топором шевельнулся, но остался на месте, остановленный жестом хозяина.

– Впечатляет, – признал торговец, разглядывая очень тонкий срез на одной части разваленного напополам кубка.

Теперь караванщики на меня поглядывали с опаской. Даже самый тупой понял, что стал свидетелем проявления колдовства.

– Маг значит, – словно рассуждая сам с собой протянул Мердок Аквания, и, кажется, даже повеселел.

– Заклинатель, – уточнил я, и тут же добавил: – Впрочем, думаю особой разницы для обычных людей нет.

Торговец с усмешкой кивнул. Похоже он действительно испытывал облегчение от прояснения статуса потенциального партнера по сделке. В целом его можно понять, приходит не пойми кто, предлагает купить кучу боевого железа, требуя баснословные по местным меркам деньги. Прогадаешь – выставишь себя дураком, лишишься репутации. Пойдет по народу молва, что Мердок Аквания несерьезный человек, имеющий дела с непонятными проходимцами.

К тому же статус солидного дельца не позволяя согласиться на наглые условия бродяги, не рискуя стать в дальнейшем посмешищем. А завладеть ходким товаром хотелось. Броня хорошей выделки редкая вещь, пойдет на ура, и в замках феодалов, и на базаре любого города. Как и оружие, которое всегда всем нужно.

С заклинателя иной спрос. Даже если потом придут настоящие хозяева купленного товара, можно легко отбрехаться, свалив все на колдуна, непонятно откуда явившегося и предложившего хорошую цену. Какой торговец откажется от выгодной сделки? Поэтому Мердок Аквания повеселел, но по старой привычке попробовал поторговаться.

– Пятьдесят золотых много, к тому же у меня и нет с собой столько, – он испытывающее взглянул на меня. – Дам двадцать, и прямо сейчас.

Сумму я назвал наобум, ориентируясь по записям в дневнике Сандара, но по реакции определил, что более или менее угадал. Осталось настоять на своем, не ведясь на купеческие уловки.

– Пятьдесят. И меня вполне устроит вексель от Торгового Дома Моранов.

Семья Моран владела прибыльным бизнесом в сфере ростовщичества, и являлась признанным авторитетом в деле займов кредитно-денежных средств. По сути, они были прообразом банковской системы, раскинувшейся на множество городов.

Почти как Тамплиеры, в свое время превратившие ростовщический бизнес в крупное банковское дело, охватившее всю Европу. Закончили они правда не очень, но у здешних дельцов полагаю больше шансов остаться в живых, так как в политику они особо не лезут. Обо всем этом я тоже узнал из записок погибшего заклинателя.

– У меня есть вексель на сто золотых, но не на пятьдесят, – уперся торговец.

По его знаку нас к этому моменту оставили одних, позволив говорить откровенно. Только здоровяк с топором и с парой подручных маячили неподалеку. Оставаться совсем наедине с колдуном толстый торговец опасался. Но как любой делец понимал, что незачем рядовым караванщикам греть уши, когда идет обсуждение таких сумм.

– Неужели отправляясь в сельские районы, вы взяли обязательства на сто золотых? – мягко засомневался я, намекая – кому в этой глуши могут понадобится такие деньги, огромные даже по меркам больших городов, не говоря уже о деревенской глухомани?

Толстяк засопел. Видно, что и хочется, и колется. На повозке доверху набитом боевым железом можно поднять не меньше двухсот, а может даже и трехсот процентов прибыли. Распродавая трофеи по частям, такие деньги вполне можно заработать. Товар выгодный, разойдется как горячие пирожки. Особенно в районах, где приличного кузнеца-оружейника днем с огнем не сыскать.

Я это понимал, он это понимал, но продолжал ломаться, изображая степенную задумчивость.

– Не стану скрывать, у меня есть векселя на меньшую сумму, остатки можно добить настоящими монетами, но тогда у меня совсем не останется наличных. А каравану еще идти не один день, – торговец сложил руки перед собой. Мясистый палец случайно тронул половинку разрубленного кубка. Кстати, похоже из серебра. Боров оказался чистюлей, не захотел пить из трактирных глиняных кружек, как остальные. Наверняка приказал принести себе отдельно и хорошего вина, пока подчиненные давились прокисшим элем.

– Могу разменять половину золота на медь и серебро, – предложил я. – И взять оставшуюся часть векселями.

Предложение не встретило воодушевления.

– И все равно, пятьдесят, это слишком много, – сказал купец.

Упрямый засранец, упертый, как Тормозуха. Кстати об этом.

– Не забывайте, что кроме брони и оружия, вы получаете отличную крепкую повозку и лошадь, – напомнил я. – И в своем великодушии я не стану требовать за них денег.

Физиономия борова скривилась, показывая, где он видел великодушие колдуна.

Ладно, черт с ним, пусть будет сорок пять. Я озвучил новую сумму. Глазки купца заблестели, понял, что получилось продавить. А где одна уступка, там и вторая. Глядишь и до первого предложения в двадцать золотых монет удастся добраться.

Захотелось врезать чем-нибудь тяжелым по наглой лоснящейся физиономии. Га-Хор никогда не был силен в торговле, прежний я тоже не торговался с уличными торговцами, поэтому у более опытного в таких делах главы каравана имелись все шансы снизить изначальную цену.

Против этого существовал только один прием – проявить ответную упертость и ни снижать сумму ни на золотой. Что я и сделал.

Следующие двадцать минут прошли в жарком обсуждении недостатков предоставляемого товара и бедности лысого толстяка, кому скоро есть будет нечего, если «его колдовское великолепие» не сжалиться над бедным Мердоком Аквания, доедающим последний пуд соли.

Было даже забавно, но я стоял на своем, в какой-то момент удивив, назвав прежнюю сумму в пятьдесят золотых. Толстяк опешил, вытаращился на меня, вытер выступивший на лбу пот (умаялся бедолага, расписывая тяжелую жизнь), но потом бросился в бой с утроенной силой.

И знаете, это начало срабатывать. Я действительно начала задумываться о тридцати монетах, лишь бы завершить сделку и перестать слышать нытье вперемешку с усталым шепотом о нелегкой доли купца.

Блин, он реально меня чуть не уговорил. Но в этот момент двери трактира распахнулись, впуская с улицы ораву новых посетителей. И зал вдруг резко притих. По лицу торговца растеклась бледность.

– Боюсь, уважаемый Га-Хор, наши переговоры подошли к концу, – сказал он, с обреченностью глядя на вошедших.

Я тоже посмотрел на них. Десяток крепко сложенных мужиков, неплохо вооруженных, но не похожих на солдат, скорее на среднее между наемниками и охранниками караванов. Сальные грязные волосы, морды, больше подходящие уголовникам, развязанное поведение. Главарь стоял впереди, глядя на присутствующих в зале с кривой ухмылкой абсолютно превосходства. Понадобилась секунда, чтобы сообразить кто пожаловал на постоялый двор в гости.

– Разбойники? – я вопросительно приподнял бровь, взглянув на купца, и получил в ответ мрачный кивок.

– Лесной Барон, ходили слухи, что он со своей ватагой подался к побережью. Врали похоже, – торговец с безнадегой махнул рукой.

Поведение удивило, похоже он заранее смирился с судьбой, точнее с тем, что последует дальше. Но самое поразительное, даже здоровяк с топором глядел на бандитов с явной растерянностью.

В этот момент один из разбойников сгреб пытавшуюся пройти мимо подавальщицу. Жирная волосатая рука нырнула в вырез платья и начала там увлеченно шуровать. Сам обладатель руки в этот момент порыкивал от удовольствия. Девушка пискнула, но вырваться не посмела.

Какие непосредственные ребята, с инстинктами, как у приматов. Захотел бабу, схватил ближайшую, разложил на столе, задрал подол и с увлечением принялся за дело. Это похоже вскоре и последует, а сиськи помять это в качестве разогрева. Никто из сидящих в зале не подумал вступиться за девушку. Даже хозяин трактира мрачно глядел на происходящее из-за стойки, но не вмешивался.

– Теперь мы оба можем попрощаться с нашим товаром, я со своим караваном, вы со своей повозкой, – Мердок Аквания выдавил жалкую улыбку.

Я нахмурился.

– Их всего десять. Неужели ваши люди с ними не справятся?

– Вы не понимаете, это здесь их десять, на самом деле в ватаге Лесного Барона больше сотни человек.

– Но их же здесь нет? – недоуменно протянул я. И вдруг понял, что вижу банальный страх.

В свое время ушлый главарь разбойников так внушил людям такой ужас, что ему сдавались даже без ощутимого преимущества. Такое бывало, когда человек сам себя пугал больше, чем в действительно стоило бояться. Но зачастую если взглянуть трезво, отбросив мысли, обычно все выглядит не таким безнадежным. Надо лишь взять себя в руки, беспристрастно оценив ситуацию.

– Но здесь их немного, почему бы просто всех не убить? – спокойным тоном осведомился я.

Толстяк вытащился на меня. В глазах внезапно мелькнула безумная надежда.

– Точно, вы же колдун! Уважаемый Га-Хор, убейте бандитов, и я соглашусь на вашу цену в пятьдесят золотых!

Вот же хитрая бестия, даже стоя на краю старается выторговать преимущества. За спасение каравана фактически хочет заплатить разницу от последней цены в сорок пять золотых. То есть, предлагает мне за пять монет ввязаться в бой против вооруженного десятка бойцов. Пусть разбойников, и скорее всего не очень умелых, но вполне неплохо вооруженных острым железом.

Так и хотелось буркнуть: нашел дурака. Но вместо этого я рассудительным тоном сделал встречное предложение:

– Договоримся так, я обеспечиваю внезапность удара, но в атаке участвуют ваши люди, – последовал кивок в сторону здоровяка с топором и его двух приятелей, а также еще несколько караванщиков по виду похожих на охранников. – Гарантирую, что у них будет несколько секунд, прежде чем противники придет в себя. Этого будет достаточно, чтобы вывести из строя, как минимум половину наших лесных друзей. Что даст несомненное преимущество.

– В гробу я видел таких друзей, – сплюнул торговец, но задумался.

Я не давил, понимая, что клиенту надо созреть. К тому же время подходило к концу, еще немного и ввалившиеся в трактир разбойники начнут действовать. Следовало поторапливаться. Наконец лысый изрек, пытаясь вывернуть ситуацию:

– Они захотят забрать и вашу повозку.

Скрывающаяся за короткой репликой нехитрая мысль прослеживалась на ура. Мол попробует отобрать у колдуна броню и оружие, тот всех убьет и сделает это бесплатно, защищая свое добро. Какая очаровательная наивность.

– Полагаю после небольшой демонстрации мы с ними договоримся, – успокоил я собеседника, и тот помрачнел. Если сработало с ним – разваленный надвое кубок до сих пор покоился на столе, сработает и с лесными дикарями, магии все бояться.

А вот с вольным купцом такого не будет. Если заклинателя оставят в покое, то его точно разденут до трусов.

– Чего вы хотите? – угрюмо выдохнул он.

– Вы передаете мне вексель Дома Моранов на сто золотых, взамен я помогаю вашим людям уничтожить разбойников, отдаю повозку с доспехами, плюс вам достанется все что будет найдено у Лесного Барона. Договорились?

Торговец пожамкал губами, размышляя. Сделка не выглядела особо привлекательной, но когда выбора нет, приходиться идти и на более худшие условия.

– Договорились, – скрипя сердце согласился купец, мрачно взглянул на меня и спросил: – Теперь рассказывайте, как вы предлагаете с ними разделаться?

Глава 14

14.

Чем проще, тем эффективнее. Старый принцип, срабатывающий в любой сфере. Зачем усложнять, если можно обойтись простым планом?

Мердок Аквания сказал «разделаться», но Га-Хор Куэль Ас-Аджар не признавал полумер, особенно в таких важных делах, как избавление от противников. Поэтому не разделаться – убить. Если ввязался в бой, то бей без жалости, чтобы враг не смог нанести ответный удар. Старая заповедь мастера меча, у которого в свое время заклинатель взял пару уроков, пытаясь совместить магию с искусством владения клинком.

Если действовать быстро и жестко в замкнутом пространстве численное преимущество разбойников будет сведено к нулю. К тому же здесь не лес, и главный залог внезапности удара – «Туман», получится густым и насыщенным, застав врасплох всех, за исключением тех, кто будет заранее предупрежден. В этом и есть преимущество атаки охранников каравана.

Здоровяк с топором, кстати, не сразу согласился осуществить задуманное. Паршивец только выглядел грозно, и до последнего не желал связываться с Лесным Бароном и его людьми. Купцу пришлось пригрозить и одновременно пообещать премию за участие в схватке. Кнут и пряник сработали. Плюс к месту пришлось напоминание, что на их стороне будет колдун. Это стало последним аргументом, магию обычные люди уважали и побаивались.

Впрочем, не обошлось без вопросов со стороны главного караванщика. На осторожное уточнение, почему заклинатель не перебьет всех щелчком пальцев, купец получил ответ о нежелании тратить магию на всяких отбросов, и важно закивал. Должно быть слышал, что маги неохотно используют свои силы, если этого можно избежать. Берегут для более важного, чем лесные отбросы.

Не признаваться же, что не уверен, что справлюсь даже с одним. К тому же, я не собирался делать грязную работу за других, выступая ангелом-хранителем для людей, всего несколько минут назад собиравшихся нагреть меня на деньги. Пусть поработают амбалы с топорами, за это им платят.

– Готовы? – спросил я.

Бородач мрачно кивнул, два его приятеля уже рассредоточились по залу, как и несколько других охранников каравана.

– Начали, – я щелкнул пальцами.

В ту же секунду зал трактира залила молочно-белея патока. В замкнутом пространстве туман действительно оказался невероятно густой – не было видно ничего на расстоянии вытянутой руки.

Для всех, кроме меня. Я отлично все видел в отличие от остальных – особенность применения чар, когда заклинатель не подтвержден влиянию собственного творения. И поэтому рассмотрел, как здоровяк с топором нанес первый удар. Со свистом огромное лезвие опустилось на стоящего ближе всех к главарю разбойника с легкостью перерубая плечо.

– А-а-а-а!!! – из горла бандита вырвался дикий крик. В ту же секунду со смачным хлюпаньем на деревянный пол упала отрубленная рука. Во все стороны брызнула кровь. Разбойник не выдержал и рухнул, испытав болевой шок.

Черт, это было эпично. Хотя по идее следовало первым вывести из строя Лесного Барона, без главаря остальная свора потеряла бы остатки уверенности, в первую очередь думая о побеге. А тот уже начал орать, сориентировавшись.

– Все ко мне! Ко мне! Отходим к двери! Не бежать!

Блин, прямо Кутузов со стратегией отступления. И чего разорался, все равно ничего не видно. Разбойники толкались, шумно ругаясь и пыхтя, как стадо взбесившихся кабанов. Это и стало ошибкой. Ориентируясь на крики, охранники купца подобрались достаточно близко, и принялись наносить удары мечами и топорами.

Брызги крови летели в разные стороны, но усердные подчинение бородача не останавливались, по достоинству оценив преимущество в форме тумана. Бандиты в свою очередь оказались застигнутыми врасплох и попросту не понимали, что происходит. В отличие от них случайные посетители быстро сообразили и попадали на пол, в первую очередь пытаясь забиться под столы и лавки. Умное поведение.

Я наблюдал за развернувшейся резней, не испытывая ничего кроме ощущения хорошо проделанной работы. Хотя по идее должен испытывать страх, как минимум шок. Но нет, ничего, словно наблюдаю за происходящим со стороны. Наследство имперского чародея продолжало проявлять себя в том числе и таким образом.

Прежний я уже бы забился куда-нибудь в угол вместе с остальными посетителями трактира, с ужасом глядя на развернувшееся кровопролитие. Новый я, получивший частицу сознания тени, хладнокровно наблюдал за схваткой, выжидая удачный момент для удара.

Сейчас.

Один из разбойников подставился, развернулся в мою сторону, оголив шею. Это длилось мгновение, но мне хватило с лихвой.

Жест рукой. В молочном тумане тенью мелькает пепельный коготь. Брызги крови. Хрип. Волосатая рука пытается зажать рану, но все бесполезно. Внутренняя часть меня знает, что не промазала. Перебита артерия, кровь толчками выплескивается наружу. Тело бандита слабеет, он медленно оседает на землю, разжимая открытую рану. Готов.

Совершив убийство, да еще столь хладнокровно, я должен был впасть в ступор или еще каким-либо образом среагировать. Но вместо этого я начал спокойно выцеливать следующую цель для хорошо проявившего себя боевого заклятья. Вскоре им стал сам Лесной Барон, терявший подчиненных с бешенной скоростью. Караванщики вошли в раж и рубили лесных разбойников, как сумасшедшие, ориентируясь на чужие голоса.

Все-таки неплохих людей подобрал себе Мердок Аквания. Обошлось даже без случайных жертв.

А главарь бандитов все же подставился, получив аккуратный разрез в районе шейной артерии. Замер и рухнул вниз. В эту секунду заклятье Тумана перестало действовать, открывая зал для обычных людей.

Зрелище конечно было отвратительным. Выпущенные кишки, море крови, отрубленные части тела. И вонь, невероятная вонь, которую не спутать ни с чем. Только так воняло во местах, где одновременно убили много людей.

Простые посетители выбирались из-под столов и лавок, оглядывались, бледнели и по стеночке выбирались наружу. Некоторые не выдержав блевали, и утерев рот следовали за остальными.

– Лесной Барон – слишком претенциозное прозвище для обычного бандита, вы не находите? – учтиво осведомился я у подошедшего Мердока Аквания.

Выглядел купец паршиво, но в отличие от прочих держался, хотя казалось бледность теперь поселилась на его лице навечно.

Главарь бандитов елозил ногами по полу и никак не хотел умереть. Кровь толчками выходила из раны, орошая доски красным фонтаном. Разбойник хрипел, но упрямо цеплялся за жизнь.

Все-таки я молодец, попал прямо по яремной вене, не у каждого получится, особенно когда цель беспорядочно движется, размахивает руками и дергает головой.

Мердок Аквания и подошедший главный охранник вытаращились на меня как на ненормального, хотя последний только что собственноручно убил как минимум двух бандитов. Спокойное поведение колдуна изумляло, приводило в оторопь, хотя наверняка оба повидали за жизнь многое. Но вот так хладнокровно наблюдать, как человек умирает, пусть тот и был последним подонком, им похоже раньше не приходилось.

А я спокойно смотрел и мне было плевать на подыхающего ублюдка. Он сам выбрал свою судьбу, когда однажды с ножом вышел на большую дорогу. Внутри была лишь холодная беспристрастность и не менее ледяная сосредоточенность от хорошо проделанной работы.

Какой бы у караванщиков не был опыт, его не сравнить с опытом Га-Хор Куэль Ас-Аджари боевым заклинателем на службе Старой Империи. Будучи штатным магом форта, в качестве тренировки он участвовала в охоте на таких как Лесной Барон, и всегда выходил победителем. Смерть еще одного разбойника для него была лишь статистикой.

Наконец главарь разбойников перестал дергаться и затих в растекшейся луже собственной крови.

– Дело сделано. Итак, я выполнил условия сделки? – я перевел взгляд с мертвеца на купца. Толстяк вздрогнул.

– Да-да да-да, конечно, – заикаясь произнес он. Вся недавняя спесь с главы караванщиков испарилась.

Он заикался, со лба стекал пот, в глазах застыла ошарашенность, в первую очередь от собственного участия в содеянном.

– Спорю на что угодно, что за голову этого молодца, где-нибудь назначена награда, – я небрежно пнул труп Лесного Барона.

Торговец икнул, а вот его охранник среагировал более адекватно, угрюмо кивнув. Похоже бородач быстрее хозяина пришел в себя. Что неудивительно, все-таки какой-никакой воин.

– Тридцать золотых, – сообщил здоровяк, задумчиво почесал затылок. – Но надо как-то сохранить голову для опознания. Может в горшке с медом? – он вопросительно уставился на меня, как на специалиста в таких вопросах. Похоже за последние несколько минут мой авторитет среди караванщиков взлетел на недосягаемую высоту. Даже забавно.

– Думаю мед отличная идея, – кивнул я и вновь посмотрел на торговца. – Прошу мой вексель.

С учетом награды за главаря, изначальная сделка теперь не выглядела разорительной для купца, пусть ему и придется поделиться вознаграждением с охранниками. Но смертельный удар нанес я, и по закону имел право на всю сумму. Но мы договорились, что трофеи с бандитов его, так что Мердок Аквания мог праздновать небольшую победу.

Торговец дрожащими руками полез за пазуху, случайно оступился, едва не поскользнувшись на чьих-то выпущенных кишках, вздрогнул и еще сильнее зашарил, пытаясь найти документ.

Конечно, столь дорогую вещь, как вексель стоит хранить при себе. Я в этом плане выделился, положив сумку с магическими книгами просто на пол у стены. Кстати, надо проверить не стащил ли кто, воспользовавшись неразберихой.

Нет, на месте, и книги, и запасы ингредиентов Сандара вместе с его записной книжкой и другими записями. Следует быть осторожным, эти вещи стоят намного больше обычного золота. Деньги можно добыть, а где найти книги с объяснением принципа построения колдовства?

– Вот, уважаемый Га-Хор, держите, – пухлая рука купца протянула пергамент.

Я тщательно изучил вексель. Вроде все верно. Алхимические чернила, особого типа бумага с измененным составом. Одна из разновидностей, что использовались для создания древних фолиантов, переживших несколько веков. Своеобразная защита от влаги и пыли в магическом исполнении. Пергамент жесткий, немного шероховатый. По всем правилам оформленная запись об обязательстве выплатить сто золотых предъявителю сего документа. Печать. Символ Дома Моранов. Вроде подлинная. Такие штуки редко подделывают, а если умельцы находятся, то за ними устраивают охоту.

Несмотря на зачаточное состояние банковское дело здесь неплохо поставлено. Глядишь скоро и кредиты начнут выдавать, затем дело дойдет и до ипотеки.

Представив, как бедняк приходит в средневековый банк для покупки глиняной хижины в трущобах, я мысленно усмехнулся. Может в выгодном деле даже власти поучаствуют.

«Доступно жилье от короля». «Возьмите кредит, чтобы ваши внуки не скучали, выплачивая ваши долги». «Купите хибару в районе речного порта и получите мешок овса в подарок». «Успейте сделать выгодное вложение – приобретите квартиру в районе кожевников. Здесь всегда стоит вонь, зато цены на жилье ниже рыночных».

Я едва не рассмеялся. Похоже адреналин меня все же зацепил.

Может стать риелтором? Внедрить пару экономических трюков со старушки Земли и грести деньги лопатой. Можно даже организовать фондовую биржу. С понятием долей в работающих предприятиях они наверняка уже знакомы, осталось развить идею, стану местным Рокфеллером.

Конечно, если местные не обидятся и не попытаются прибить. Нравы здесь простые, в суд подавать не будут, в случае прогорания по-простому выпустят обидчику кишки.

– Все в порядке? – спросил торговец.

С моей стороны последовал утвердительный кивок. Вексель был подлинным, насколько можно судить. И вообще подделки можно не опасаться по одной простой причине – придя в Торговым Дом Моранов и предъявив фальшивку, первым делом я услышу вежливый вопрос: откуда у меня этот пергамент. Узнав ответ, у банкиров возникнут другие вопросы уже к Мердоку Аквания, и не факт, что последний их сможет пережить.

Толстяк это прекрасно понимал лучше других, так как постоянно имел дела с семьей Моран, поэтому с его стороны подвоха можно не опасаться. Вот если бы на его месте был кто-то другой и речь шла о нелегальной сделке, тогда стоило остеречься.

– Все отлично, – еще раз подтвердил я, в свою очередь запихивая полученный вексель за пазуху. Такое на виду лучше не носить.

Торговец кивнул, уныло огляделся. Из его груди вырвался тяжелый вздох.

– Теперь мне конец.

Странный вывод вызвал с моей стороны недоумение.

– В смысле? – спросил я.

Лысый пошевелил в воздухе пальцами, пытаясь подобрать подходящие слова.

– Ну… меня теперь точно убьют. Отомстят подельники Лесного Барона.

– А им это надо? – логично осведомился я.

Вопрос ввел в ступор.

– Что? – не понял толстяк.

Я заметил:

– Вы слишком переоцениваете это отребье, если считаете, что они будут гоняться за вами в поисках мести. Подумайте сами, разве у таких подонков принято мстить за своих? По-настоящему мстить, тратя на это время и силы.

Услышанное заставило торговца задуматься, кажется с этой точки зрения он до этого на ситуацию не смотрел. Наморщив лоб, купец произнес:

– Но разве это не требует… – он не закончил.

Я даже знал, что он хотел сказать: разве этого не требует данное слово верности главарю. Смешно, похоже громкое прозвище лесного проходимца сыграло с потеющим толстяком злую шутку, он действительно воспринимал его настоящим бароном, а его подельников кем-то вроде дружины.

– Его люди разбегутся по округе, как только станет известно о смерти их предводителя, – терпеливо, как маленьким объяснил я. Бородач с топором тоже прислушивался к разговору, видимо испытывая похожие с хозяином опасения насчет мстительности разбойного сброда.