Текст книги "Заклинатель (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Впрочем, неважно. Главное меня поняли, и предоставили требуемое. Еда и вода есть, пора возвращаться обратно.

Можно было задержаться, но слишком опасно, для первого раза достаточно. Соорудив бутерброд из хлеба сыра и колбасы, я неспешно двинулся по дороге, стараясь держаться поближе к деревьям. Начало темнеть, ощутимо похолодало.

Сначала хотел переночевать у деревни, схоронившись в лесу, но подумав отказался от этой затеи. С кузнецом и неизвестной женщиной вышло пообщаться нормально, но кто мог дать гарантию, что с остальными будет так же? Донесут и сюда прискачут солдаты ближайшего феодала. А мне сейчас и толпы крестьян хватит, не то что схватиться с профессиональными вояками.

Прожевав очередной кусок, запил глотком эля. Манящие теплом и уютом деревенские дома остались позади, впереди лежал темный неприветливый лес. Предстоял долгий переход к руинам форта ночью.

Глава 7

7.

Забавно, но руины казавшиеся до этого зловещими теперь воспринимались чуть ли не родными. В предрассветных сумерках развалины выглядели почти как дом, куда можно вернуться после долгого путешествия.

– Пора оформлять ипотеку, заезжать и жить, – хмыкнул я, без особого восторга разглядывая стелящийся над травой туман.

Когда-то леса вокруг имперской крепости не было. Знание пришло внезапно, подобно вспышке. Всю растительность вокруг вырубили для лучшего обзора, а сам форт находился на пригорке, контролируя проходящий мимо торговый тракт, в те времена весьма оживленный.

Но минуло пять столетий и на месте оплота власти Старой Империи остались только развилины, вокруг которых появились деревья.

– Ничто не бывает вечным, – сказал я и начал быстро подниматься по знакомой дороге, ведущей к остаткам врат и погибшего каравана.

Пройдя через обвалившуюся арку и добравшись до спрятанной у входа книги, бросил на землю мешок с едой, постоял, а потом к собственному изумлению, улегся на землю и спокойно заснул, словно подчиняясь внутренней команде, дать организму необходимый отдых.

Снилась всякая чертовщина. Горящие в воздухе знаки, налитые лиловым огнем. Странные фигуры, парящие в воздухе и исходившие свечением. Гортанные призывы, раздававшиеся вокруг.

Потом вообще начался ад, на сознание обрушился поток непроницаемого мрака, плотного как камень и одновременно подвижного. Я захлебывался, стараясь держаться повыше, но течение захватывало, утягивая в воронку.

Разум обуяла паника, одновременно хлынули знания подобно мощной реке. Барьеры пали, открывая палитру незнакомого мира. Уже не разрозненные куски, а более связанные части чужой памяти входили в сознании, подвергая личность окончательной трансформации.

В какой-то момент я ощутил себя в центре пустоты. Тьма вокруг пульсировала как живая, текла, обволакивая искорку человеческого сознания, выглядевшей песчинкой на фоне окружающей бесконечности.

Понять себя… нет, не так. Познать себя… познать пределы собственного могущества.

Я увидел себя со стороны, свою прошлую жизнь. Насколько ничтожной и мелочной она казалась. Сколь мелкие проблемы ее населяли. Что выглядело важным, но в действительности являлось незначительным.

Без целей, без амбиций, скучное серое существование простейшей амебы. Еще одной личинки, никогда не превратившейся в бабочку. Без стремления к лучшему, отличному от привычной жизни вокруг, в том числе лучшей версии себя.

Я мог прожить такую жизнь и даже не понять, что потратил годы впустую. Примитивные желания и столь же примитивные потребности вели сквозь время со скоростью пролетающих мимо лет.

Жизнь, определенная другими, где ничего невозможно, потому что слишком глубоко погряз в пучину повседневности. Тебя затягивает в этот водоворот все глубже, и ты с ужасом понимаешь, что обратно пути нет…

Я резко проснулся, судорожно дыша, как выброшенная на берег рыба. Лоб покрывал липкий пот, кончиков пальцев подрагивали. По лицу скользнули солнечные лучи, утро оказалось в самом разгаре.

Сколько проспал? Три-четыре часа? А ощущение будто всю ночь разгружал вагоны.

– Чертов Га-Хор и его чертов мар-шааг, – простонал я и замер.

Проклятье, а ведь это действительно так. «Восхождение к собственному могуществу» – желание, амбиции и цель, переданные от духа Га-Хор Куэль Ас-Аджара, заклинателя и великого колдуна, погибшего в ходе мятежа и предательства.

Вот откуда кадры из прошлой жизни. Показать ничтожность собственного существования. Больше того, теперь я точно знал, что такое «мар-шааг». Древнее искусство пути духа и одновременно философское учение, не терпящее слабости. Если ты слаб, то уязвим. Всегда совершенствоваться, во всем, в телесных, в магических формах. Нет предела, есть только лень и нежелание возвыситься над собой прежним. Превзойти вчерашнюю версию себя, и достигнуть идеала тебя сегодняшнего.

Мар-шааг изучали не только колдуны и заклинатели, его активно применяли в жизни люди без магического дара. Среди аристократии философия была весьма популярна. Даже если сами не практиковали, благородные весьма уважительно относились к адептам мар-шааг, отдавая должное их силе воли и духа.

Но именно заклинатели в свое время использовали практику этого философского течения для изучения магических техник. Оно идеально дополнило стремление одаренных становится сильнее, превращаясь в нечто большее, чем обычный человек. Вставая выше обыденности и разрушая пределы, выстроенные окружающим обществом. Потому что для адептов мар-шааг не было авторитетов, они проповедовали собственные принципы, и никогда не оглядывались на других.

– Отрицание через познание, – тихо проронил я, перестав удивляться всплывающим в глубине сознания чужим знаниям.

Натруженные долгим переходом мышцы пульсировали ноющей болью. Я взглянул на руки и ноги, и понял их слабость, ощутил тело и осознал его неподготовленность.

Принялся отжиматься, не обращая внимания на боль. Нужно привести себя в форму. Это сейчас казалось естественным. Тело слабое, требует тренировок, необходима сила и выносливость для дальнейшего пути.

Я не особый любитель спортзала, но теперь отжимался с ожесточением. Готовность спать на голой земле, терпеть холод и боль, пить ледяную воду – философия мар-шааг пропитала мое сознание и душу.

Тренировался не потому, что так надо или кто-то сказал, а исключительно из эгоистических соображений. Впереди неизвестность и чужой мир, слабых сжирают, а значит не следует быть слабым. Все просто. И плевать на остальное.

Закончив с отжиманиями, принялся за приседания, потом выполнил еще несколько упражнений, всплывших из памяти. Потный и опустошенный опустился на землю, поджав ноги под себя. По телу катился пот, мышцы наполнились приятной усталостью от хорошо выполненной работы.

– Вернусь качком, все знакомые обзавидуются, – лицо коснулась слабая улыбка.

Взгляд зацепился за лежащую рядом книгу. Вспомнились ее товарки, оставшиеся внизу, и не изученное до конца подземелье, где справа оставался неисследованный проход.

Наскоро перекусив остатками колбасы и сыра (есть почему-то совсем не хотелось), подошел к провалу, ведущему вниз. Темный полумрак привычно рассеялся, заменившись черно-белыми сумерками. Что интересно, без всякого участия со стороны разума, способность срабатывала автоматически, именно благодаря ей, переход через ночной лес прошел с такой легкостью.

– Ну, а теперь покатушки, – помня о складывающейся лестнице я подготовился, слегка согнув ноги. Когда ступени исчезли, превращаясь в наклонную плоскость, я уже был готов и покатился вниз, словно с горки.

– Ох-ре-не-еть!!! – радость необычного спуска накрыла, как в детстве. Под сводами зала разнесся веселый смех, вперемешку с ругательствами, когда сандалии цеплялись за шероховатости каменных плит.

Я скатился вниз, в последний момент прыгнув и резко остановившись посреди главного коридора. Послышался долгий протяжный скрип, эхом отражаясь от стен с каменной кладкой – лестница возвращалась в исходное положение.

Накатило веселье, чуть ли не насвистывая без остановок двинулся по главному коридору, не обращая внимания на боковые ответвления, до самого конца. После сна внутри наступила какая-то упорядоченность, принеся душе покой. Растерянность, скрывающаяся в глубинах сознания от попадания в другой мир, исчезла, заменившись спокойствием. Появилось понимание, что делать дальше. По крайней мере в ближайшие дни.

– Все будет отлично, – вслух проронил я перестав веселиться и останавливаясь у развилки. Налево коридор, комната и каменный стол, похожий на алтарь с книгами. Направо неисследованная часть.

Сначала вытащить оставшиеся два фолианта наружу или посмотреть, что скрывается в неизведанной стороне? Помедлив, выбрал второе. За книгами всегда успею вернуться.

Правая сторона коридора ничем не отличалась от левой, та же пыль, паутина и грязь. Затхлый воздух, щекочущий ноздри и каменные стены, давящие со всех сторон. Хорошо нет клаустрофобии, иначе поход в подземелье мог закончится у входа.

Когда-то форт защищала мощная колдовская сеть, окутывающая здание в несколько слоев, как плотное покрывало. Защиту обеспечивали артефакты, вмурованные в основание фундамента. Сейчас вместо них лишь горстки праха. Магия выгорела, превращая камень в пыль. Последний всплеск был вчера, в момент моего перехода. Остатки энергии высвободились, сжигая остатки хитроумных плетений.

Жаль, при должной сноровке, энергию артефактов можно было использовать к собственной выгоде. Например, для проведения начального ритуала. Если правильно подойти к вопросу, то многие ингредиенты заменялись излишками магии. Работало это только на первых этапах построения основ заклинаний, но в моем случае служило идеальным выходом с учетом недоступности других способов.

Правая сторона подземных уровней форта оказалась зеркальным отражением левой. Тот же коридор, те же комнаты по бокам, в конце просторное помещение. Только в отличие от левой, здесь комната оказалась в форме круглого зала.

Пол выложен гранитными плитами, поверх них рисунок – треугольник, заключенный в круг со сферами на кончике каждого луча. По линиям струились канавки, сейчас забитые грязью и пылью. Когда-то они выполняли роль проводников излишков энергии.

Заклинательный зал? Нет, кое-что поважнее. Отсюда пять столетий назад, когда имперский форпост функционировал в полную силу, штатные заклинатели связывались с коллегами из других фортов посредством ментальных призывов.

Обелиск в центре треугольника помогал использовать тонкий мир, чтобы путешествовать путем построения астральных проекций разума. Это было магическое устройство, созданное гением имперских магических лабораторий. Для его работы требовалась особая субстанция – Синяя вода. Именно для ее спуска в свое время придумали складывающуюся лестницу. Вещество было нестабильным и обладало чрезвычайно разрушительным потенциалом.

– Уронишь бочку и форта как не бывало, – задумчиво проронил я, изучая края круга. Там вились замысловатые колдовские знаки, напоминающие руны. Если память тени не врет, они служили сдерживающим барьером для гуляющей в воздухе в ходе «сеансов» энергии.

Точная копия такого же зала некогда находилась на верхнем этаже башни. Но башня разрушилась, и остался только этот, тоже давно не работающий, не способный отправить сознание в тонкий мир.

Понимание этого пришло внезапно, стоило увидеть рисунок. Га-Хор Куэль Ас-Аджар не раз стоял в этом зале, общаясь с заклинателями из других имперских фортов. Это был способ магической связи. Но тень так же помнила, что при умелой сноровке, обелиск мог переносить на огромные расстояния и физические тела – заклинателей, обладающих нужным набором умений. Для этого было необходимо трансформировать собственную оболочку особым образом, внеся изменения для перехода в тонкий мир. Сам Га-Хор так не умел, но знал тех, кто путешествовал таким образом.

Впрочем, сейчас это уже не имело значения, «тонкие пути» и обелиски, способные их обеспечивать давно перестали работать, превратившись в один из многочисленных мифов о Старой империи.

Собственно все, осмотр можно считать законченным. Ничего удивительного, что ничего не осталось за пять прошедших столетий. С книгами повезло, но исключительно из-за того, что их защитили магией.

Ради любопытства я заглянул в закуток, куда в былое время устанавливались емкости с Синей водой. Жидкость обладала множеством полезных свойств, среди прочего умея многократно усиливать силу заклинателя. Но сейчас кроме сгнившей трухи истлевших бочек на каменных постаментах ничего не осталось.

– Жаль, для первого ритуала парочка бочек была бы кстати, – я пнул непонятно откуда взявшийся булыжник и развернулся на выход. В последний миг в черном-белом фоне ночного зрении что-то сверкнуло.

А это еще что? Булыжник оказался не булыжником, а огромным кристаллом размером с кулак взрослого человека. Толстый слой пыли сделал из него неприметную каменюку. Удар сбил часть грязи, позволив обнажится драгоценным внутренностям.

И такое сокровище просто так валяется под ногами? Я почесал затылок, не спеша прикасаться к подозрительной вещи. Может ловушка? С другой стороны, я его уже пнул, и ничего не случилось. Вполне могло статься так, что ценный артефакт забыли в ходе эвакуации, когда форт начал рушиться.

Такие кристаллы служили центром фокусировки для собираемой энергии. Они не были наполнителями в полном смысле этого слова, скорее служили передаточным звеном, как линза, создающая один тонкий луч из множества разрозненных. Для лучшего манипулирования поступающей извне энергии.

Вещь ценная, но совершенно бесполезная. Судя по размеру, этот кристалл использовали для работы с обелиском при ментальном переходе в тонкие миры. Подобные манипуляции для меня будут недостижимы еще долгие годы.

– Но не выбрасывать же, – пробормотал я и поднял «булыжник».

Кристалл оказался тяжел, имел множество острых граней и плохо лежал в руке. А еще от него тянуло тяжелым холодом. Несмотря на то, что он явно давно не использовался, ощущалась в нем мрачная скрытая сила.

Очищенный от грязи камень тускло засверкал в черно-белом фоне ночного зрения. Из чистого любопытства я нашел место куда вставлялся кристалл. Расположенная в основании треугольника углубление приняло многогранник, как родного. Встав в пазы, кристалл наполовину утонул в каменной плите, органично вписавшись, будто всегда находился на этом месте.

– И что дальше? – я потер подбородок.

Скорее из интереса, чем на самом деле надеясь, что древний механизм заработает, я шагнул в центр рисунка. В ту же секунду меня накрыло. Это длилось меньше мгновение, и походило на вспышку, но на какой-то миг, я ощутил себя парящим над землей, глядя вниз как сквозь призрачную дымку.

– Проклятье! – видение пропало так же быстро, как появилось. Ощутив себя стоящим на камнях, я качнулся, с трудом сохранив равновесие.

Увиденное можно было списать на галлюцинации, если бы не слишком подробное изображение разрушенного форта с окрестностями вокруг. Целую секунду я будто висел над ними, воспринимая мир сквозь искаженное прозрачное стекло.

Потом все резко кончилось. Чудом сохранившиеся в рисунке на полу остатки энергии ушли, выталкивая сознание из тонкого мира обратно.

В висках закололо, будто ледяные спицы воткнули, зз груди вырвался вдох. Голова начала раскалываться, как после долгой пьянки.

– Черт, если после секунды такой эффект, представляю, что заклинатели чувствовали после десятиминутного разговора, – я с силой потер виски, прогоняя боль.

Больше ничего не случилось, обелиск отдал последние крохи энергии, активировав первый этап начала «сеанса» связи. Но все было кончено, устройство окончательно умерло.

– Последняя вспышка жизни перед окончательной смертью, – продекларировал я, и резко замер.

Видение длилось мгновение, воспринималось, как мутная картинка через толстое стекло, но даже в этих условиях я успел заметить несколько сгустков рваных клочков тумана на самой границе видимости.

Люди. Именно так через тонкий мир выглядели ауры чужого сознания. По старому торговому тракту двигались группа людей. Но самое любопытное – впереди по ходу движения виднелось еще несколько туманных клочков. И будь я проклят, если это не лесная засада.

Глава 8

8.

Добраться заняло несколько десятков минут. Нападающие грамотно выбрали место для засады – прогалина старого тракта изгибалась, закрывая обзор, по краям росли густые кустарники, давая возможность спрятать стрелков.

Мне удалось подобраться достаточно близко, с этой стороны нападающие никого не ждали, сосредоточив внимания на дороге.

Их оказалось не меньше десятка. Все вооружены, половина с арбалетами, у остальных луки, у каждого на поясе либо короткий клинок, каким удобно орудовать среди плотно стоящих деревьев, либо топорик с укороченной рукоятью, идеально подходивший для боя в лесу. Кто-то хорошо подготовился, зная, что действовать придется не на открытом пространстве, где эффективнее был бы длинный меч и хороший, окованный железом, щит.

Почти все одеты в легкие кожаные доспехи, у одного плотная куртка с нашитыми поверх кусками проволоки. Парочка щеголял в короткой кольчуге, выбивающейся из-под наброшенной сверху накидки. Не похоже на регулярные войска. Впрочем, для обычных разбойников вооружены слишком хорошо.

В свое время Га-Хор Куэль Ас-Аджар немало погонял лесных бандитов по окрестным чащобам действуя в составе рейдовых отрядов имперских солдат. Егеря просили помощи в выслеживании грабителей с большой дороги, нападавших на купеческие караваны, заклинатель не отказывал, пользуясь случаем попрактиковаться в магии. Но сам воевал редко, считая ниже своего достоинства связываться с бандитами, зато часто видел трупы и лежбища после разгрома. Так что опыт в таких делах у тени имелся.

Нет, это явно не лесные разбойники. По крайней мере не обычного толка. А значит и те, ради кого они сюда пришли, тоже оказались здесь не случайно. Ни один торговец в здравом уме не полезет на заброшенный тракт, пользующийся дурной славой.

Я мысленно прикинул путь неизвестных, двигались они с противоположной стороны от деревни. Это заставляло задуматься. Не к заброшенному ли форту направляются нежданные гости? Больше ничего интересного в этой глуши нет.

Между тем по засевшим в засаде пробежала волна знаков приготовиться. Стало ясно, что десяток находится только с одной стороны, еще столько же оказалось напротив, и, судя по всему, вооружены они так же неплохо. Итого двадцать стрелков. Неплохо.

Прошло еще несколько минут, прежде чем показался отряд. Точнее это был обоз, состоящий из двух повозок и десятка сопровождающих всадников. Впереди ехал воин, закованный в доспехи. Похожий на рыцаря, он то и дело сканировал лес подозрительным взглядом. К несчастью для него нападающие действительно грамотно выбрали место для засады и до последнего их присутствие ничего не выдавало.

Залп.

Свистнули стрелы. Следом с щелчком в полет отправились короткие, но мощные болты арбалетов. Раздался испуганный крик, за ним ржание лошади. На землю упало несколько тел.

Хрипы раненных, ругательства и проклятия. За несколько секунд обоз лишился половины защитников, и это несмотря на то, что всадники были гораздо лучше экипированы своих оппонентов – металлические нагрудники вместо легкой кожаной брони. Ловко пущенным стрелам, попавшим в незащищенные места, и тем более мощным арбалетным болтам, пробивающим листы металла насквозь, на данный факт было наплевать

– Вот и все, – слегка разочарованно проронил я, понимая, что бой фактически закончен.

Рыцарь-предводитель лежит мертвым на земле – его буквально истыкали болтами и стрелами. Остальные застигнутые врасплох засадой навострились разворачивать коней, и нахлестывая удирать назад по дороге, бросив повозки.

Казалось, все одним залпом нападающие решили исход дела, больше оказывать сопротивление некому. Но это оказалось обманчивым впечатлением.

Сидящий рядом с возницей человек, на которого при атаке не обратили внимание, вдруг резко вскинулся, выбрасывая руку вверх. Он что-то подбросил над головой, выкрикнув гортанным голосом короткую фразу.

Яркая вспышка.

Выскочившие из кустарников фигуры высветило насквозь, как на рентгене. В следующие мгновение на землю осыпались белые кости – все что осталось от людей. Участь товарищей потрясла нападавших, снова в воздухе засвистели стрелы и болты, но все они словно вязли в мелкой паутине, сформировавшейся вокруг вставшего на козлы человека.

Маг! – понял я. Об этом же догадались стрелки, перестав стрелять.

Удивительно, но присутствие в обозе колдуна не остановило атаку, наоборот, поняв, что от луков и арбалетов нет толку, воины в кожаных доспехах упрямо полезли вперед, рискуя получить «рентгеновский удар».

– Психи, – прошептал я, с изумлением наблюдая, как все оставшиеся пятнадцать человек, выхватив клинки и топоры кинулись к повозке.

Будь я на их месте, и увидев мага, то без раздумий бросился бы назад, подальше в лес, скрываясь за деревьями, не давая колдуну хорошенько прицелиться. Но похоже у местных лесных бандитов на этот счет имелось собственное мнение, и они упрямо побежали в атаку.

Хотя, возможно, они что-то знали, что позволило им так рисковать своей шкурой.

Я спокойно стоял в стороне с академическим интересом наблюдая за происходящим. Все это воспринималось какой-то игрой, кадрами из фильма, где ты в роли стороннего наблюдателя.

Увидев, что смерть коллег не вызвала ожидаемого бегства, колдун выпрямился еще больше, хотя казалось это уже невозможно. Воздух вокруг него замерцал, сгустился Прямо перед ним медленно вырисовывался силуэт странного многогранника, переливающегося синим огнем. Он проступил, наливаясь объемом, формируя нечто похожее на завесу.

Нападающие без слов бросились к магу, не давая завершить заклинание. Но они уже опоздали, висящая в воздухе фигура напиталась силой.

Хлопок.

Многогранник взорвался. Сотни осколков, обретя материальность, с бешенной скоростью разлетелись в разные стороны, подобно картечи. Бегущих изрешетило в мгновение ока, окровавленные тела отбросило назад. Ни один не успел ничего сделать.

– Твою мать, – медленно выдохнул я, впечатленный увиденным.

Продемонстрированная боевая магия вызвала уважение. Секунда, и полтора десятка амбалов падают на землю, истыканные осколками словно дикобразы. Кожаные доспехи иссекло, в некоторых местах тела пробило насквозь. Бегущие первые попали под основной удар, превратившись в окровавленные ошметки.

Однако, как оказалось, колдун рано праздновал победу. Опустив руки, он довольно сел рядом с чудом выжившим возницей. В следующее мгновение раздался резкий свист и сразу три стрелы вылетели из зарослей, на этот раз поразив заклинателя прямо в грудь.

Маг неверяще уставился на торчащие оперения, начал медленно заваливаться назад. Возница дернулся, наконец-то решив разумно удрать, но в него тоже вонзились стрелы, убивая наповал.

Красиво. Отвлекли внимание массированной атакой, а в засаде остался резерв, который и довершил разгром. Я задумчиво потер щеку, ощущая подушечками пальцев щетину. Черт, побриться бы – некстати выскочила совершенно неуместная для ситуации мысль.

На дорогу вышли три лучника с наложенными на тетиву стрелами. Настороженно поведя глазами, они медленно приблизились к повозкам. Парочка раненных из числа защитников была безжалостно добита ножами. Нарезая круги, они осмотрели тела, проверяя своих и чужих на предмет признаков жизни. Ни один из нападающих не выжил, все погибли от рук колдуна.

И только проверив всех, они осторожно приблизились к телу мага, держа его под прицелом. Один из троицы не выдержал и спустил тетиву. Стрела вонзилась точно напротив сердца, задрожав оперением.

– Хватит, он мертв, – сказал другой и уже более уверенно наклонился над трупом.

Зря он это сделал. Да и вообще, похоже не следовало подходить близко к лежащему магу. К полной неожиданности для всех, и для меня в том числе, он вдруг захрипел и попытался подняться.

Я от удивления раскрыл рот. Истыканные стрелами, окровавленный, маг оживал на глазах, рисуя перед собой пальцами заковыристый знак. В отличие от меня троица не стала молча пялиться на происходящее, главный бешено заорал:

– Убейте его!

Поздно, знак налился силой и вспыхнул сверхновой звездой. Дохнуло нестерпимым жаром. Обугленный тела разбойников швырнуло в разные стороны. Колдун постоял, любуясь делом рук своих и медленно завалился назад, теперь уже окончательно умирая. Огненное заклинание забрало последние силы

Бой закончился, противники перебили друг друга. На старом заброшенном тракте осталось лежать три десятка тел, и наступила оглушающая тишина.

Я задумчиво пожевал травинку, оглядывая место бойни, отметив, что лучники никому не дали уйти. После первого залпа хладнокровно добили в спины пытавшихся сбежать всадников.

Похоже всех перебили. Охранников устроившие засаду, а их в свою очередь прикончил колдун. Из этого проистекал вывод – самая опасная боевая единицы лежит под колесами первой повозки. А значит туда идти точно не стоит. Вдруг живучий засранец вновь оживет.

– Чертов некромант, – ругнулся я, вспомнив как истыканное стрелами тело упрямо поднимается на ноги. Увидишь не поверишь, что такое возможно.

С другой стороны, Га-Хор Куэль Ас-Аджар наблюдал вещи и покруче, да и сам выкидывал фокусы, от которых у обычных людей глаза лезли на лоб. В этом мире есть магия, а значит возможно все.

– Но слишком близкой, пожалуй, не подойду, – пробурчал я и начал обходить место побоища, подбираясь к обозу с хвоста.

Весь бой занял не больше десяти-пятнадцати минут, даже меньше. Парочка лошадей зацепилась поводьям за ветки и теперь стояла, шумно втягивая воздух через ноздри, испугано кося глазом на мертвецов.

– Тихо, тихо, – я приподнял руку, показывая, что в ней ничего нет, медленно подходя к коню. Его бывший владелец лежал рядом, уставившись мертвыми глазами в небеса. Мужчина средних лет, крепко сложенный. Броня – стальной нагрудник, и шлем, притороченный к седлу. Короткая спутанная бородка, нос пересекал уродливый шрам.

Странно, по виду бывалый вояка, а умер, получив стрелу в спину. Почему побежал, а не начал драться? Даже попав в ловушку, опытные бойцы знают, что нельзя подставлять спину.

– Похоже колдун сэкономил на охране и нанял не таких крутых бойцов, как сам думал, – задумчиво проронил я, изучая мертвеца.

Остальные охранники обоза в целом не отличались от коллеги. Такие же плотные, хорошо сложенные, физически развитые, броня железная, не кожаная, что бросалось в глаза. На поясах тяжелые полуторные мечи и кинжалы. Почти у всех шлемы, которые никто не успел одеть.

– Засаду они явно не ожидали, – я почесал затылок, в очередной раз огляделся. И тут вдруг понял, что с телами что-то не так. Точнее не с телами, а одетыми на них нагрудниками. Память Га-Хора подсказала, что несмотря на плотные поддоспешники, броня явно ковалась не под этих людей.

– Где-то разжились приличным доспехом и решили сыграть роль опытных рубак? – рассуждая вслух, проронил я. Тогда это объясняло попытку сбежать, бросив на произвол судьбы повозки и пассажиров.

Впрочем, никаких пассажиров за исключением возниц и ехавшего на первой повозке заклинателя нет. Похоже внутри везли только груз.

Я откинул холстину на замыкающей повозке, и сразу недоуменно нахмурился. Что это? Ящики? И бочки. На товары купеческого обоза не похоже. Или нет? В ящиках оказались глиняные бутыли, широкое горлышко запечатано восковой пробкой. Вино? Сбив одну, я отшатнулся, резкий запах ударил в нос, вызывая жжение. Какого черта? Не похоже на то, что можно употреблять внутрь.

Из глубины всплыло знание, так могла пахнуть одна из разновидностей Синей воды, использовавшейся для активации Обелиска.

– Токсичная дрянь, – я сплюнул, прогоняя прогорклый привкус из рта. Один вдох и будто хлебнул этой штуки.

Выходит, предположение подтвердилось – обоз и в самом деле направлялся к разрушенному форту. Это объясняло присутствие заклинателя. Похоже он собирался активировать древний механизм в подземельях бывшей имперской твердыни.

Я обошел вторую повозку и шагнул к первой, сразу замерев на месте. Привалившийся к колесу заклинатель смотрел прямо на меня и взгляд его был осмысленный!

* * *

Сандар умирал, он знал это. Даже нанесенный на предплечье символ вечности не помог. А ведь в свое время он заплатил за него огромные деньги, долго искал редкие реагенты для магических красок. Рисунок вышел изумительный, насыщенный силой. Девицы в заведении мадам Рошаль всегда с удовольствием разглядывали необычное изображение, гладя кожу нежными пальчиками. Жаль, что больше его никто не увидит.

Он думал о последних секундах жизни, когда внезапно услышал шум. Кто-то осторожно ступал по земле, обходя мертвые тела.

Через мгновение в поле зрения Сандра попал парень в смешной одежде: коротких обрезанных штанах и такой же футболке. Взгляды умирающего и незнакомца скрестились, и заклинатель вздрогнул. Он увидел в глазах незнакомца тень старых эпох, от которых потянуло седой древностью.

По лицу Сандара скользнула слабая улыбка. Значит он опоздал, Тень нашла себе другого носителя. А значит слухи не врали, и все действительно так, как ему рассказывали. Он просто не успел.

Стало обидно, и одновременно радостно, что план, который многие считали безумным, едва не осуществился. Если бы не проклятые разбойники, напавшие почти в конце пути. А ведь путешествие было долгим. Дорога из Аз-Гарада, порта пяти морей заняла почти два месяца, он так спешил, что забыл о опасностях, подстерегающих путников на дороге.

Конечная цель ослепила, лишила осторожности, оставалось немного, и он забылся, мыслями находясь уже внутри древнего форта. Ошибка, стоящая жизни, провал, который не изменить. Смешно, он никогда не думал, что будет так умирать. Осталось сделать последнее, чтобы его труды не пропали зря.

Сандар сделал жест рукой, незнакомец насторожился. Понимая, чего он боится, заклинатель слабо усмехнулся и указал на лежащую рядом сумку из выделанной кожи. Там находились записи, его личный дневник, исследования и выписки из старых трактатов. Это была огромная работа и будет обидно, если все пропадет. Пусть уж лучше достанется этому смешно одетому парню, чем сгниет в лесу.

А воспользоваться информацией он явно сможет, Сандр почувствовал дар, слабый, едва заметный, но все равно ощутимый дар к магии.

Последней мыслью умирающего была об обманчивой судьбе. Смешно, как все-таки бывает в жизни. Затем пришла успокоительная темнота.

* * *

На этот раз он действительно умер, откинул голову назад, замерев со странной улыбкой, будто перед смертью ему рассказали смешную, но горькую шутку.