Текст книги "Улей. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Алекс Джиллиан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Меня напрягают эти стихийные мысли, мне несвойственно неконтролируемое влечение, я не трахаю своих пчелок. Никогда. Вообще. Даже в порядке исключения, даже в процессе стрима, даже в мыслях. Блядь, я на них даже не дрочу.

Кая – другая. В ней есть искра, надрыв, неукротимая жажда жизни, стойкость, которой может позавидовать любой мужчина. Наглая, отчаянная, опасная. Она без стука пробралась в мою постель, влезла в мои мысли, устроила Армагеддон моей выдержке, заставила перекроить все мои планы, и Кая не дрогнет, когда ей понадобится моя жизнь. Я осознаю это особенно ясно, когда ставлю пчелку в коленно-локтевую позу и врезаюсь сзади. Смяв ладонями ее упругую задницу, я замечаю на взмокшем теле свежую татуировку, выбитую чуть выше копчика. Такую же, как у меня, только меньше. Убрали шрамы, но оставили печать принадлежности, а, по сути, клеймо, пусть и наивысшей пробы. Я знал, что рано или поздно Кая обзаведется своей гексаграммой, запертой внутри шестиугольника, но сейчас… Сейчас мне хочется вырезать его с ее кожи. С кровью, болью и криками.

– Какого хрена ты позволила себя поймать? – из горла вырывается глухое рычание, глаза застилает гнев. Я сбиваюсь с ритма, и Кая выгибает красивую спину, недовольно шипит, насаживается сама. Она не понимает, не догадывается… Кронос. Он знал, что я увижу и приду в ярость, а значит знает и об остальном.

Обхватив ладонями ее грудь, я заставляю Каю выпрямиться и прижимаю к себе. Не прекращая жестких толчков, сдавливаю налитые полушария, пощипывая чувствительные соски. Она откидывает голову мне на плечо, находит губами мои и порывисто целует. Сначала грязно, пошло и глубоко, затем нежно и лениво, наслаждаясь каждым скольжением наших языков и агрессивным соединением разгоряченных тел.

В момент оргазма, Кая распахивает глаза, и разорвав поцелуй, жадно хватает распухшими губами воздух. Выгибается, кричит и бьется в моих руках, сокращаясь так мощно, что я за считаные секунды приближаюсь к собственной разрядке.

Опрокинув девушку на спину, накрываю ее собой, делаю несколько резких толчков, и с финальным стоном кончаю внутри нее. Закрываю глаза, отдаваясь оглушительным ощущениям, лавиной смывающим окружающую реальность. Остаются только пронизывающие спазмы удовольствия, ее неотрывный взгляд и невесомые прикосновения тонких пальцев на моем лице. Кая делает так каждый раз, когда я отправляюсь в нирвану. Осознанный это порыв или нет, но мне нравятся ее несмелые ласки. В них есть что-то пробирающее до костей, вызывающее прилив несвойственной мне нежности и желания продлить это мимолетное мгновенье.

Глава 9.3

– Я больше не мерзкий ублюдок? – открыв глаза я ловлю ее задумчивый взгляд, расшифровав в нем припрятанные оттенки горечи и сожаления.

– Я не знаю кто ты, – пожав плечами, Кая медленно обводит контур моих губ. – Иногда мне кажется, что ты и сам этого не знаешь. Или забыл… Но ты что-то чувствуешь ко мне. Я это вижу, Дэрил.

Ну надо же, какая наблюдательная пчелка. И хитрая, как лиса. Вот только я тоже многое вижу. Надо отдать ей должное, она быстро учится, но манипуляциями и лаской меня не взломать.

Ничего не ответив, я скатываюсь с нее и натягиваю болтающиеся в районе коленей брюки. Рубашка неприятно липнет к вспотевшему телу. Я ее так и не снял и у этого есть веская причина. Не только Кае пришла в голову «гениальная» мысль выцарапать послание на моей коже. Женщины остро чувствуют конкуренцию, как, впрочем, и мужчины, но последние используют несколько иные методы для устранения соперников с помеченной территории.

– Опять сбегаешь? – скептически прищурившись, бросает Кая. Сев, она скрещивает ноги, прикрывая грудь длинными волосами.

– У тебя татуировка на заднице. Ты видела? – небрежно интересуюсь я, наклоняясь за валяющимся на полу пиджаком.

– Мне плевать. Ее свести недолго, – с деланным равнодушием отвечает пчелка.

– Тебе не плевать, и ты никогда ее не сведешь.

– Никто не знает, что нас ждёт завтра, – вскинув голову, запальчиво заявляет Кая.

Бросив пиджак на диван, я подхожу к ней вплотную и подхватив на руки несу в спальню. Она не противится и выглядит почти довольной. Губы растягивает блуждающая улыбка, серебристые глаза искрятся весельем. Странная девчонка. Радоваться абсолютно нечему.

– Никто не таскал меня на руках так часто, как ты, – заметив недоумение на моем лице, поясняет Кая.

– Насчет неизвестного завтра…, – проигнорировав ее фразу, я укладываю пчелку в постель и накрываю одеялом. Она сонно зевает, выжидающе поглядывая на меня. – Завтра нас ждёт сезонный стрим.

– Но… – приподнявшись, Кая ошарашено хлопает ресницами.

Отключив во всех отсеках соты свет, я снимаю ненавистную одежду и тоже забираюсь в кровать.

– Бут, скажи, что ты пошутил, – дрогнувшим голосом умоляет она.

– Кронос тебя не предупредил? – Вытянувшись рядом, я притягиваю ее к себе, укладывая белокурую голову на плечо.

– Нет, – ткнувшись носом в ямку на моем горле, Кая судорожно вздыхает.

– С тобой ничего не случится, – мягко говорю я, поглаживая ее голую спину. Она, разумеется, считает иначе.

– Что еще ты рассказала ему, Кая? – прижавшись щекой к ее макушке, тихо спрашиваю я. Она закидывает на меня ногу и обнимает рукой торс, трется и ластится, как нашкодившая кошка, которую поймали с поличным.

– Только то, что знала, – выдыхает она. – У меня не было выбора. От него зависит, будет моя мама жить или нет.

– Я понимаю, – киваю в ее волосы. – Про нас с тобой он тоже в курсе?

– Нет. Наш секс не имеет никакого отношения к убийству Мина.

– Хорошо, – удовлетворенно отзываюсь я.

– Хорошо? – она приподнимает голову, силясь рассмотреть в темноте мое лицо. – Это все, что ты скажешь? Не хочешь объяснить, какого черта сдал меня Медее?

– Нет, – качнув головой, опускаю ладонь на ее задницу и легонько сжимаю.

– Исчерпывающий ответ, – ухмыльнувшись, Кая возвращает свой любопытный нос обратно и щекочет мой подбородок пушистыми ресницами. – Ты останешься до утра?

– Да, – запустив пальцы в шелковистые волосы, я мягко массирую ее затылок. Прижавшись ближе, она расслабляется, мурлыкая от удовольствия. – Тебе нравится? – ухмыльнувшись, опускаю ладонь ниже, осторожно разминая напряженные мышцы у основания шеи.

– Пообещай, что не убьешь его, Дэрил, – неожиданно серьезным тоном просит Кая, и ее напряжение передается мне.

О, чем она, черт возьми? Вряд ли речь о Кроносе и внезапно пробудившихся дочерних чувствах.

– Кого? – глухо уточняю я. Она медленно проводит губами вдоль линии моего подбородка.

– Эйнара.

– У меня нет причин его убивать, – я откровенно лгу, потому что в этот момент думаю именно об этом.

– Вот именно, – приподнявшись, она склоняется надо мной и приближает свои губы к моим, опаляя горячим дыханием. – У тебя нет причин его убивать.

Глава 10.1

Глава 10

Кая

Утром она просыпается одна. Бут ушел, и его половина кровати уже успела остыть. Ни горечи, ни обиды не сожаления. Все к лучшему. Прощальный секс был бесподобен, и понимание того, что утром они с Бутом снова окажутся по разные стороны баррикад, придало ему особую горько-сладкую остроту.

Туманное серое утро стерло остатки эротического дурмана, оставив главное – сегодня ей придется сражаться за самое дорогое, что у нее есть. Бут назвал это слабостью, но Кая считает иначе. Любовь к самому родному и близкому человеку – источник неиссякаемой силы. Поставить на кон свою жизнь ради того, кто тебе ее подарил – это правильно. Борьба за выживание имеет смысл только тогда, когда ты четко осознаешь, за что сражаешься и побеждаешь. Или проигрываешь… Нет ничего хуже бессмысленной смерти, и Кая не намерена умирать ради потехи зажравшихся извращенцев.

Бессонная ночь, как ни странно, не сказалась на ее состоянии. Напротив, она как никогда полна энергии и уверенности в своих силах. Впервые Каю не пугает неизвестность. Страх ушел, испарился, осталась только злость, ярость и всепоглощающая жажда возмездия. Она не имеет права сломаться. Теперь нет.

Приняв душ и надев белый шелковый халат, Кая выходит из спального отсека, чтобы взглянуть на свое расписание. Заметив в гостиной зоне развалившегося на диване Эйнара, пчелка в замешательстве замирает.

– Что ты здесь делаешь? – вопрос звучит излишне резко и громко.

Парень моментально подскакивает, принимая сидячее положение. Приглаживает пальцами всклоченные волосы и одергивает мятую футболку. На заспанном лице хмурое удивление, словно не он, а она явилась к нему с утра пораньше и будит его своими воплями. Как вообще у этого вруна хватает наглости вести себя в ее соте, как дома, после всего, что он сделал.

– Бут вызвал, – окинув Каю напряженным взглядом, отвечает Эй. – Приказал остаться с тобой до вечера и сопроводить на стрим.

– Давно он тебя вызвал? – плотнее запахнув халат, уточняет Кая.

Нет никакого смысла предъявлять трутню претензии и тратить время на обвинения и выяснения отношений. Свою роль он уже отыграл, и сотрясание воздуха не вернет время вспять.

– Не знаю, часа три назад, а что? – настороженно спрашивает парень, удивленный ее подозрительным спокойствием.

– Ничего, – качнув головой, девушка поворачивается к Эйнару спиной и направляется к цифровой панели.

Стрим назначен на шесть вечера. Впереди восемь часов косметических процедур. В списке пунктов нет ни тренировки, ни массажа, ни того, что обычно бывает после. Так какого хрена Эйнар торчит на ее диване? Разве ему не нужно тоже готовиться к шоу? Или он не участвует?

– Ты уже знаешь, какая тебе достанется роль? – вернувшись в гостиную, Кая присаживается в кресло, в котором вчера откровенничал Бут. То, что он ей рассказал, до сих пор с трудом укладывается в ее голове. Открывшиеся факты ужасают, их невозможно принять и осознать в полной мере. Ясно одно – невообразимая жестокость и королевские амбиции Кроноса не имеют границ. Этот монстр не остановится ни перед чем, пока не добьется желаемого.

Глава 10.2

– Никто не знает, – отзывается Эйнар, пожирая Каю голодным взглядом. – По ролям нас распределят уже на месте.

– А, если что-то пойдет не по сценарию?

– Сценарий предусматривает все возможные варианты отклонений, – качнув головой, заверяет Эй.

– Что было на прошлом сезонном стриме?

– Эта информация тебе не поможет. Организаторы не повторяются.

– Мне просто любопытно, – настаивает Кая.

– Мы играли в Царя Скорпионов, – сдается Эйнар. – Семь участников должны были пройти ряд испытаний, чтобы добраться до колдуньи, которую охраняли три шершня, прикованные цепью к полу. Но даже в таком положении одолеть их довольно проблематично. Ты видела женскую особь, так что сама понимаешь всю сложность поставленной задачи. На каждое препятствие отводилось шестьдесят секунд, причем гости Улья могли сократить или увеличить время или переставить участников по своему усмотрению. Те, кто прошли вперед, могли снова оказаться на старте, и второй раз им продвинуться не удавалось, так как механизм смертельных ловушек менялся. До шершней добрались двое участников. Трутень и пчелка. Девушку буквально разорвал на части один из шершней. Парень выжил и успел освободить колдунью за пару секунд до того, как саркофаг, в котором она находилась, опустился в бассейн со скорпионами, – закончив, Эйнар мрачно ухмыльнулся. – В фантазии им не откажешь, правда?

– Оба победителя выжили? – проигнорировав реплику парня, задумчиво уточняет Кая.

Странно, но услышанное не повергло ее ни в шок, ни в ужас. Описанный сценарий ненамного страшней и сложней, чем ее последний стрим. Разве что жертв больше.

– Трутень – да. А колдунью гости все-таки решили окунуть в бассейн, посчитав, что ей досталась слишком легкая роль. Выбраться оттуда у нее не было шансов, – Эйнар отводит в сторону потемневший взгляд, нервно потирая ладонями бедра.

– Этим трутнем был ты? – осеняет Каю.

Парень молча кивает, так и не взглянув Кае в глаза.

– Почему никто из участников не оказывает сопротивления? – в который раз задается вопросом Кая.

– Каждый надеется дойти до финала и победить, – бесцветным тоном отвечает Эйнар.

– Нас гораздо больше, и я ни разу не видела ни спецназа, ни внушительного количества охраны, – поднявшись, Кая начинает взволнованно расхаживать взад-вперед. – Мы можем объединиться и массово отказаться играть в их бессмысленные игры. Черт, мы даже можем убить всех, кто отдает приказы.

– Система безопасности учитывает все риски. Уровни разделены. Как ты представляешь восстание в таких условиях? – скептически рассуждает Эй.

Кая несогласно поджимает губы. По ее мнению, это мышление типичного раба, смирившегося со своим положением.

– Но ты же здесь? Айса и другие рабочие пчелки имеют доступ на другие уровни.

– Малейшее подозрение в сговоре карается смертью. Никто не станет рисковать.

– Мы все равно все умрем! – развернувшись к парню, воинственно восклицает пчелка.

– Кая, это бессмысленный разговор. Не смей даже думать об этом, – предостерегающим тоном отрезает Эйнар, выразительно скосив взгляд на камеру.

Да плевать! Пусть слушают! Не может быть, чтобы никто из обитателей Улья хотя бы раз не размышлял вслух о сопротивлении действующему режиму.

– Возможно, ты не заметила, но у тех, кто перемещается между уровнями на ногу надет браслет с отслеживающим устройством и помещенной внутрь капсулой с парализующим ядом, – в качестве наглядного примера трутень задирает джинсовую штанину, демонстрируя Кае тонкий металлический ободок на лодыжке.

Она видела его и раньше. Приговоренные к домашнему аресту носят подобные браслеты, и конечно же Кая допускала мысль об отслеживающем устройстве, но как способ убийства… Это казалось маловероятным и фантастическим.

– Одно неверное движение, и яд попадет в кровь при помощи выдвигающейся иглы, – мрачно продолжает Эй. – Ты не умрешь сразу, для них это слишком скучная смерть. Наказание за непослушание будет мучительным и жестоким.

Кая непроизвольно бросает взгляд на свои ноги.

– Мне ни разу не надевали никаких браслетов, – растерянно говорить она. – И у Бута такого нет. И у Науми тоже. Мы вместе находились в шалле без всяких датчиков и капсул с ядом.

– Я не знаю, почему у вас их нет, – разводит руками Эйнар. – Может быть, вам установили импланты. Спроси у батлера, он наверняка знает, – в голосе парня проскальзывает плохо скрытая злость. – Могла бы и раньше озадачиться этим вопросом. Или в его присутствии ты неспособна рационально мыслить?

– Наверное – да, раз повелась на ваш дерьмовый план, – яростно парирует Кая. – Ты не забыл, что по вашей милости я загремела на минус второй этаж? Скажи еще, что не знал, что меня отправят туда сразу, как появится Бут.

– Это был приказ, – не отводя взгляд, угрюмо отвечает Эй.

– Ты мог меня предупредить!

– Чтобы изменилось? – возражает парень, вставая на ноги.

– Я бы знала, что тебе не плевать, – Кая подходит к нему вплотную. В глазах горит гнев и обида. – Я бы знала, что ты на моей стороне.

– Кая, мы оба на твоей стороне, – обхватив ее лицо ладонями, горячо шепчет Эй. – Ты одна этого не видишь и не понимаешь. Или отказываешься понимать.

– Батлер сдал меня Медее! – оттолкнув парня, Кая делает шаг назад.

– Именно поэтому я здесь, – тихо произносит Эйнар. – Чтобы защищать тебя.

Открыв рот, Кая пытается подыскать весомые аргументы, чтобы опровергнуть нелепое заявление, но внезапно понимает, что ей абсолютно нечего ответить. Если подумать, то слова трутня не так уж абсурдны. Бут провел с ней всю ночь, потом прислал на смену Эйнара. Да и какой смысл батлеру признаваться Кае в том, что выдал тайну ее происхождения Медее?

Она не успевает довести мысль до логического завершения, потому что в соту размашистой походкой заходит Айса, толкая перед собой тележку с завтраком на две персоны. Ну надо же о желудке трутня тоже не забыли! Какая щедрость! Уму непостижимо!

Пока Кая иронизирует про себя, Эйнар преграждает Айсе дорогу и дотошно обыскав ее, переключается на доставленный завтрак. Он пробует всю еду и напитки, после чего жестом отправляет невозмутимую Айсу на выход.

– Ты серьезно? – закатив глаза, скептически ухмыляется Кая. – Старшая жена султана хочет отравить неугодную наложницу? Думаешь, Медея настолько примитивна?

– Думаю, осторожность нам не помешает, – сухо отвечает Эй. – А ты стала наложницей? – прищурив глаза, он окидывает ее придирчивым взглядом.

– А ты ревнуешь? Или это праздное любопытство? – Она с вызовов вздёргивает подбородок. – Если я скажу, что выполняла приказ, тебя это успокоит?

– Ты с ума сошла? – в синих потемневших глазах появляется ошеломленное выражение. – Медея тебя в порошок сотрет.

Промолчав, Кая садится на диван и пододвигает тележку к себе, с аппетитом оглядывая ассортимент блюд. Желудок одобряюще урчит, во рту собирается слюна. Она и не думала, что так голодна, пока не увидела завтрак.

– Подожди пять минут, – резко бросает Эйнар, забирая у девушки тарелку с вожделенным омлетом.

– Слушай, если у меня действительно есть имплант, то Медея не будет заморачиваться с ядами, а просто нажмет нужную кнопку, – недовольно бубнит Кая.

Оставив ее реплику без ответа, Эйнар садится рядом и двигает тележку подальше от голодной пчелки. Выждав ровно пять минут, он наконец позволяет Кае поесть, и, о чудо, никто из них не падает на пол с пеной изо рта.

В обед процедура повторяется. Пчелок, направленных в ее соту для наведения лоска перед стримом, Эйнар тоже досконально обыскивает и с грозным видом следит за каждым их движением. С Каей он демонстративно отказывается разговаривать, игнорируя любые вопросы и обращения. Ну и хрен с ним. Отелло недоделанный. Обижаться и губы дуть любой дурак может, а морду сопернику набить кишка тонка.

Оценив в отражении результат кропотливых трудов пчелок-гримеров, Кая слегка падает духом. Ее снова превратили в анимэшную фосфорно-белую куклу. Стальные тени на веках, накладные ресницы такого же цвета, на коже и волосах серебристое мерцающее напыление и ко всему этому резонирующие пурпурно-алые губы. Ничего принципиально нового. По всей видимости, от избранного в самом начале образа организаторы решили не отступать.

Доставленный ближе к вечеру костюм для шоу так же подвергается тщательному осмотру и только после этого попадает в руки к Каталее. От одного взгляда на то, что ей предстоит одеть девушке становится дурно.

Глава 10.3

Дело не в самом платье. Оно прекрасно. Никакой пошлости и обнаженки, не считая двух высоких разрезов по бокам. Длинное, белоснежное, красиво струящееся по телу, на удобных широких бретелях, благодаря которым платье сидит на фигуре надежно и не ограничивает в движениях. В нем можно спокойно перемещаться, не боясь наступить на подол, и даже бегать, если придется. Длинные перчатки выше локтей, идущие комплектом к платью, изящные белые лодочки на устойчивом каблуке и платиновая тиара, инкрустированная россыпью бриллиантов – у любой женщины вызвали бы бурный восторг и восхищение. Каю же вся эта красота, блеск и роскошь оставили равнодушной по вполне объяснимым причинам. Она едва взглянула на со вкусом подобранные, изысканные аксессуары. Ее остекленевший взгляд намертво впечатлялся в пару крепящихся к талии каркасных белых крыльев, покрытых натуральным оперением. Горло словно сжало колючей проволокой, легкие опустели, распахнутые глаза заволокло слезами.

Отпрянув назад, Кая прижимает руку к бешено колотящемуся сердцу и переводит затравленный взгляд на обескураженного ее реакцией Эйнара.

– Что с тобой? – снисходит он до вопроса, от растерянности забыв о своих ревнивых притязаниях и обидах.

– Я это не одену, – показав на крылья, хрипит Кая.

Парень с удивлением поднимает каркасную конструкцию и на всякий случай еще раз осматривает со всех сторон.

– Не вижу ничего подозрительного, – пожав плечами, Эйнар кладет крылья обратно. – Что с ними не так?

– Бут знает, что с ними не так, – шипит пчелка, нервно натягивая перчатки. – Он специально выбрал этот образ, чтобы напомнить мне кое о чем из моего детства.

– Батлер всегда так делает, – приблизившись, парень осторожно убирает распущенные гладкие волосы ей за спину и мягко сжимает дрожащие плечи. – Психологические манипуляции с целью дезориентации – главный метод Кроноса. Бут выискивает для него слабые места участников шоу, и тот наносит по ним контрудар.

– Ты сказал, что вы оба на моей стороне, – ожесточенно напоминает пчелка.

– Да, и это правда. – уверенно кивает Эй. – Ты должна справиться со страхом, Кая. Если позволишь слабости раздавить тебя, проиграешь. Кронос намеренно путает тебя, чтобы напугать.

– Ты не понимаешь! – закричав, Кая резко поворачивается к парню спиной.

В течении нескольких минут она пытается успокоиться и выровнять дыхание, но ее усилия тщетны. В голове на замедленной перемотке раз за разом проигрываются душераздирающие обрывки снов-воспоминаний. Зеленый сад, танцующие ангелы, скованная и беззащитная мама… Если Кронос запланировал в конце шоу такой же финал, как для ее матери много лет назад, она не просто проиграет… это означает смерть. Самую грязную омерзительную и бессмысленную из всех возможных. Кае не на кого рассчитывать. Неоткуда ждать помощи. Кронос озвучил задачу – она должна убить Бута и Медею, и вне зависимости от того, какие условия озвучат на старте, он так или иначе подведет ее к исполнению его замысла. Но он ни слова не сказал о том, что будет потом… каким будет для нее конец игры. А значит он может быть любым.

Никаких правил нет.

– Кая, нам пора выходить, – напоминает о себе Эйнар. Словно она сама не знает, что до начала стрима остаются жалкие пятнадцать минут! Набрав полные легкие воздуха, пчелка распрямляет плечи и позволяет разъедающей ненависти и жажде отмщения заполнить каждую клетку тела.

Тебе страшно, знаю, но как бы не было тяжело и страшно – не сдавайся. Пока сердце бьется, ты жива. А если жива – выход всегда найдется. Используй свой ум, хитрость и интуицию. Отключи эмоции…

– Спасибо, папа, – одними губами шепчет Кая. – Эйнар, помоги мне с крыльями, – оглянувшись через плечо, требует она и снова отворачивается, не в силах смотреть на проклятый аксессуар.

Зажмурившись и затаив дыхание, она неподвижно ждет, пока трутень закрепит крылья. Обхватив Каю за талию, парень соединяет края фиксирующего обруча на ее животе и защелкивает замок, но руки убирать не торопится.

– Они тебе очень идут, Кая, – шепчет он, прижавшись щекой к ее волосам. Тепло сильного мужского тела за спиной согревает и пусть немного, но успокаивает пчелку.

– Жаль, что эти крылья не помогут мне улететь отсюда, – с горечью отвечает она.