Текст книги "Корейский Гандикап (СИ)"

Автор книги: Альберт Кирилов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

Официально всё было так, но ссориться с Кван Саном начальники двух отделов желания не имели!

Кван Сан мог полностью «обнулить» работу любого из этих отделов, по самым формальным основаниям: ошибки в тексте документов, ошибки в процедуре оформления и т.д. С возвращением документов на доработку, а это сразу влекло за собой лишение премий и бонусов! И если бы это приняло систематическую форму, то вопрос с увольнением нерадивых работников встал бы в полный рост.

Ссорится с ним дураков в агентстве не было!

Тем более, что совсем недавно, его бывший руководитель в одном из отделов Министерства культуры, спорта и туризма Республики Коре (MCST), лично рекомендовавший Кван Сана на работу в КОМСА, получил должность заместителя министра. И раз в месяц играл в гольф с руководителем КОМСА.

Бывший подчинённый заместителя министра не забывал своего руководителя: присылал ему дорогие подарки на разные праздники и отправлял благодарственные смс-сообщения. Одно наличие телефонного номера заместителя министра у Квана Сана говорило для знающих об этом о многом!

Так что небольшая просьба Кван Сана – в кратчайшие сроки оформить авторство, после получения текста песен, фото документов Джуна, а также видео на флешке с исполнением песен, была выполнена в кратчайшие сроки.

Глава 2

Сегодня утром Кван Сану принесли подготовленные документы и сертификаты на оба произведения. С небольшими процедурными нарушениями: заявление на подтверждение авторства, должен был заполнить сам автор либо юрист по его поручению. Но если просил Кван Сан, то никто даже не стал поднимать вопрос о прибытии автора лично.

При оформлении документов сотрудников смутили тексты песен на английском языке, но переводчики в агентстве имелись, так что это не стало проблемой.

Отношение к английскому в Коре было очень уважительным, но вот исполнение песен на этом языке не приветствовалось, из-за его сложности для корейцев. Выучить старались многие, но получалось далеко не у всех. Исполняемые на английском песни редко занимали высшие строчки в различных чартах.

Десятки тысяч школ по изучению английского языка, помогающих единицам научиться разговаривать на нём. И тысячи корейцев, что уезжали в Великобританию, чтобы выучить язык, общаясь с его непосредственными носителями.

Не самые лучшие ценители музыки, а всё те же скучные бюрократы в КОМСА, за очень редким исключением, прослушав песни, посчитали, что они из себя ничего не представляют.

Кван Сан имел схожее мнение, но в этом случае он лишь выполнил услугу для братьев, которая для него обошлась относительно дёшево. Собственные потраченные деньги он посчитал неизбежным злом. Однако был удивлён, когда сотрудник, принёсший ему оформленные документы, поделился кое-какой информацией.

– Подскажите, а в документах будет псевдоним и фамилия автора, да? – раздался голос Чон Хо, прервавший размышления Кван Сана.

– В самих сертификатах – да! А вот если где-то в общем пространстве: инфосети, СМИ или ещё где, фамилию можно не указывать, а только псевдоним. Это уже автор решает или лица, получившие такое право.

– Я понял вас, спасибо, аджосси.

– Ты знаешь, – сказал Кван Сан. – Музыка для меня не особо важна. Отношусь к ней сдержанно, но сегодня с удивлением узнал, что в пятницу с этими песнями выступили какие-то парни в районе Хондэ. И обрели популярность.

– Это мы были, – с удовольствием и небольшой гордостью сказал Чон Хо.

– Оу, ну тогда поздравляю, – действительно обрадовался за парней Кван Сан. – Только помни, если денег на этом заработаете, то оплатишь долг, – засмеялся чиновник, совершенно не ожидая возврата денег. – Кстати, я также направил сообщения об авторстве по вашим песням в Корейскую комиссию по авторским правам (KCC, – прим.).

В своё время Кван Сан стоял перед выбором: работать в КОМСА или КСС, но выбрал именно КОМСА, по настоятельной рекомендации своего бывшего босса. Тот расставлял своих людей везде, куда могли дотянуться его руки и влияние. В том числе, он имел своих людей в КСС, но на тот момент освободилось место начальника отдела в КОМСА и руководитель попросил Кван Сана устроиться именно туда.

– Благодарю, аджосси, – тут же сказал Чон Хо. – Конечно, если всё будет хорошо, ты я обязательно верну долг. Клянусь вам в этом.

– Хорошо! – рассмеялся Кван Сан. – Жду в четверг, – после чего положил трубку.

Чон Хо заорал от избытка чувств, переполошив Джуна, собиравшегося выходить на улицу, а также Сон Хо, который слетел со второго этажа, услышав дикие крики.

– Ты псих? – уставился на него Джун, не понимая, что происходит.

– Ты получил сертификат в КОМСА, как автор на две своих песни! – выкрикнул Чон Хо.

– Ну супер! – неодобрительно покачал головой Джун. – Только зачем так орать?

Братья были довольны тем, что Джун смог получить сертификаты на его песни. Поздравляя его, ведь они были действительно рады, что у него получилось. И его песни получили такой успех.

Джун продолжал ворчать, хотя внутренне ему было приятно, что братья так радуются за него. Показывать ему это не хотелось, тем более, что пора было деньги зарабатывать. Так что он оставил радостных парней и покинул дом.

* * *

Кван Сан был в отличном настроение, после разговора с Чон Хо, и собрался приступить к работе с документами, как в агентство явился неприятный визитёр.

Все три отдела на этаже располагались в «open-air» (офис открытого типа, – прим.), где рабочие места были разделены перегородками, высотой в полтора метра. Не считая рабочие места руководителей отделов, которым были выделены отдельные кабинеты. Отгороженные от других сотрудников перегородками до самого потолка. Полтора метра из которых были из гипсокартона, а выше – прозрачное стекло. Это давало возможность руководителям укрыться от глаз подчинённых, усевшись на кресло. И также спокойно проследить за их работой, просто встав на ноги. Имелись жалюзи на прозрачной перегородке, которые можно было закрыть, не давая возможность рассмотреть, что происходит в кабинетах руководства.

Услышав поднявшийся шум со стороны рабочих мест подчинённых, Кван Сан встал с кресла и увидел неприятную личность – представителя агентства и адвоката «YG Entertainment», прибывшего к ним с утра пораньше:

– В пятницу на разных сетевых ресурсах были выложены десятки видео с исполнением двух песен, – уверенно говорил этот господин сотруднику отдела приёма документов, усевшись перед ним на стул. – На них некие молодые люди исполняют две песни. Наш юридический отдел внимательно изучил выложенные видеофайлы. И сделал вывод, что эти произведения очень сильно похожи на произведения одного из наших наёмных сотрудников.

Холёный мужчина, тридцати семи лет, одетый в дорогой европейский чёрный костюм. Выделяющийся галстук красного цвета, с золотым зажимом. Идеальная причёска: волосок к волоску, лощёное лицо. Из-под манжеты ослепительно белой рубашки на левой руке выглядывал браслет швейцарских часов. В правой руке кожаный добротный и однозначно недешёвый портфель.

Кван Сан поморщился, увидев данного господина. Попортивший немало крови лично ему и другим сотрудникам КОМСА.

Наглый, самовлюбленный господин. Считающий людей ниже себя по социальному уровню – откровенным мусором. Соответственно, служащие КОМСА, общающиеся с ним, любви к нему не испытывали. И с удовольствием бы затруднили его работу, но просто боялись выйти за рамки предписанной процедуры по регистрации. Из-за того, что данный господин легко мог устроить скандал на равном месте.

Открыв свой кожаный портфель, представитель агентства вытащил футляр с компакт-диском, скреплённые листы А4, а также ручку «Паркер»:

– Файл называется «Плагиат», – сказал с превосходством адвокат, протягивая диск сотруднику ассоциации. Также пододвигая к нему скреплённые документы. – Это наша заявка и претензия.

Сотрудник с непроницаемым лицом взял бокс, открыл его, вытащил диск и вставил его в дисковод на своём системном блоке под столом. Нашёл указанный файл, а потом нажал воспроизведение.

Из динамиков, стоявших на столе рядом с системным монитором раздалось музыкальное произведение.

– Эта та песня, которая сейчас в самом топе? – работник ассоциации сразу опознал песню, посмотрев на представителя агентства.

– В воскресенье были репортажи с показом видео на каналах «KBS 2» и «MBC Music», – подал голос коллега за соседним столом. – «KBS 2» пару фраз сказали, а вот на «MBC Music» очень даже хвалили.

– Это ни о чём не говорит! – поджал губы и холодным тоном сказал представитель агентства. – На лицо плагиат или откровенное воровство! И я вам гарантирую, что наши юристы решат этот вопрос в нашу пользу. Кстати, как скоро ваш начальник отдела подойдёт?

– Как раз, вот и он, – поднялся из-за стола сотрудник отдела, увидев, что в офис из коридора зашёл его руководитель, вернувшийся из кабинета заместителя руководителя ассоциации.

– Я бы хотел с вами переговорить, – заявил гость, пристально смотря на начальника отдела. – Приватно!

Руководитель отдела Мин Хан Кон удивился, увидев представителя агентства «YG Entertainment» в столь раннее время, но не подал вида. Решив уважить его просьбу и любезно пригласил того к себе в кабинет.

В этот момент Кван Сан, слышавший разговор и узнавший музыку, вышел из своего кабинета и с вопросом посмотрел на сотрудника, что принял документацию от их утреннего гостя.

– Господин Кван Сан, – тот начал отвечать на незаданный вопрос, – принесли диск и документы на те самые песни, сертификаты которых вам сегодня принесли.

– Как забавно, – улыбнулся Кван Сан: «Молодец Чон Хо, вовремя обратился ко мне», – подумал он. – Значит за правами на эту песню пришли? – обратился к работнику.

– Да, так ещё претензию принесли, чтобы мы не вздумали кому-либо другому выдать сертификаты на эти два произведения, – ответил тот.

– Претензия – это не к нам, а в суд, – отмёл претензии Кван Сан. – И ты ему ничего не говори, – не дал задать вопрос удивленному работнику.

– Да, но ведь… – начал тот

– … А с твоим начальником, я сам поговорю, – на что сотрудник сразу согласно кивнул, с недоумением смотря, как Кван Сан направился в кабинет к его начальнику.

– Могу вас заверить, – вальяжно развалившись в кресле для посетителей, вещал представитель агентства. – С нашей стороны благодарность приятно удивит вас.

Такие слова приятны для души, а также для кошелька. Подарки от агентства бывали очень значительными, только… не от от этого человека.

– Добрый день, меня зовут Кван Сан, – представился последний, при этом многозначительно посмотрев на Мин Хана.

* * *

– Сонбэним, а почему вы не сказали о том, что песни уже зарегистрированы? – в обеденном зале на втором этаже здания КОМСА за одним столом сидели Кван Сан и Мин Хан Кон.

Наступило обеденное время и Кван Сан неожиданно пригласил своего коллегу пообедать с ним, заверив, что за еду заплатит сам.

– Давай без этих оборотов. Мы кушаем, у нас неофициальный разговор, – предложил Кван Сан, с удовольствием рассматривая принесённый официанткой миёккук (суп из водорослей, – прим.).

– Хорошо, так почему ты это сделал?

– Есть большое желание сделать их агентству неприятно. В особенности этому неприятному типу, что сегодня пришёл, – спокойно ответил Кван, приступив к поеданию супа. – Ты же помнишь прошлый скандал? Тогда ведь и тебе досталось!

Внезапно появившийся Кван Сан полностью взял на себя разговор с адвокатом агентства, а Мин Хан присутствовал в качестве статиста, но никак не возражал по этому поводу. Сделав однозначный вывод, что коллега ведёт какую-то свою игру.

Фактически требование о немедленной регистрации двух произведений было вежливо выслушано. Заверения о немедленной регистрации произведений в кратчайшие сроки – высказаны. Довольный адвокат покинул кабинет, а затем в сопровождении одного из рядовых сотрудников, сопровождён до выхода из здания ассоциации.

Мин Хан помрачнел, когда Кван Сан напомнил ему о неприятном инциденте. Именно этот адвокат месяц назад устроил скандал на пустом месте. Добравшись до руководителя ассоциации, он заявил, что ему были выданы документы в последний день, что его категорически не устроило. Большой начальник вызвал всех начальников отделов в свой кабинет. И узнав, что задержка произошла из-за отдела Мин Хана, отчитал его при всех. Заставил извиниться, а потом заявил, что, если ещё раз подобное повторится, то весь отдел будет лишён премии.

Самым неприятным было то, что никакой вины Мин Хана не было. Всё было сделано в установленный срок. Так что это была надуманная проблема, которую можно было решить без подобных унижений.

– Хм-м, – Мин Хан посмотрел на коллегу. – Проблемы для этого урода – это звучит приятно, – и злобно улыбнулся.

– Так и я про тоже! – ответил улыбкой Кван. – Потаскай их по бумагам. Говори, что всё вот-вот завершится. А вот потом… – кратко и ёмко рассказал о своей задумке в отношении агентства.

– Хм! Спасибо! Кван-ним, – судя по его взгляду, Мин Хан уже предвкушал, как он поучаствует в задуманной комбинации.

Будет скандал, это можно даже не обсуждать. Зная нетерпеливость и нечистоплотность хозяина агентства, от него можно ожидать необдуманных действий.

И для «YG Entertainment» это будет серьезным ударом, когда всё всплывёт в СМИ. А журналисты с удовольствием потопчутся по собственнику. Его беспринципность и наглость многих сильно раздражали.

* * *

– Люди Чон Ми Гу несут полную чушь, – докладывал Ватари своему боссу по телефону результаты его похода в больницу к покалеченным ганпхэ. – Говорят, что два раза на них напал Чосын Саджа (Жнец, – прим.).

История про Жнеца изначально ввела Ватари в удивление, но потом вывела его из себя. Он посчитал, что этими сказками его пытаются ввести в заблуждение, намеренно скрывая свои ошибки.

– Кто? – не поверил услышанному Сато Танака.

– Жнец! – повторил Ватари.

– Ладно, найди мне этого… Жнеца, – резко сказал Сато. – И притащи ко мне. Хочу посмотреть на этого представителя загробного мира. А затем туда его отправить, уже своими руками.

– Слушаю, хённим! – принял к исполнению Ватари.

Несмотря на приличное количество искалеченных бойцов из имеющихся в наличии в районе Добонг, целыми оставались ещё 15 человек. Им было приказано искать грабителя день и ночь. И найти его в кратчайшие сроки.

* * *

Район Добонг

– Аджосси! – раздался тонкий мальчишеский голос.

В выходные у Джуна было много работы. Район Добонг пользовался в Сеуле, и не только, определённой популярностью. В выходные сюда приезжало достаточное количество людей, которые с удовольствием бродили по старым улочкам, посещали местные ресторанчики, кафе и бары.

И делали тысячи фотографий старых домов, построенных в начале и середине прошлого века. После ниппонцев, разрушительных боевых действий враждебных друг другу политических группировок из Синая, подобных зданий в Коре осталось исчезающе мало. И туристы с удовольствием осматривали и фотографировали остатки зодчества старых мастеров.

Из-за подобного притока посетителей, у собственников торговых заведений и пунктов питания района было полно «черновой» работы для Джуна.

Утренние и вечерние тренировки, с учётом полученных знаний, были начаты им в очень в бодром темпе. И оказались очень выматывающими для братьев, полностью высасывая их силы и желание продолжать. Но терпели и молчали, стискивая зубы.

Их планы съездить вечером в Сеул в субботу провалились. Так же, как и в воскресенье. Сил на это у Чон Хо и Сон Хо просто не оставалось. Так что пришлось им все выходные провести дома.

Единственное, вместе с Джуном, братья добрались до небольшого торгового центра в Добонге, где было полно небольших магазинчиков, торгующих от зажигалок до бытовых приборов. Закупились несколькими комплектами спортивной одежды, чтобы использовать её в качестве домашней, а также джинсами, футболками, а также куртками для осенней погоды. С учётом того, что всё это было местного производства от малоизвестных производителей, то обошлось достаточно дёшево. На всякий случай, Джун купил ещё два матраса, а также постельное белье.

Заскочили в аптеку, где Джун пробрёл несколько брикетов бинтов, йод, пластыри различных размеров, вату и ватные палочки. Решив сформировать небольшую аптечку у них дома. Мало ли, вдруг понадобится, а у них в доме вообще ничего нет.

Выходные в основном прошли в работе на тётушку Ма. Джун не собирался отходить от личины парня, которому страсть как нужна работа.

Постоянно требовалось помочь разложить товар, перетащить несколько коробок и т.д. И в воскресенье вечером, Джун вытащил на задний двор мешки с мусором и стал складывать их в мусорный контейнер, и тут услышал мальчишеский голос.

– А, это ты, похититель витаминов, – улыбнулся он пареньку, который зашёл на задний двор и опасливо смотрел в сторону улицы.

– Я не для себя! – буркнул, насупившись парнишка.

– Все так говорят, – пожал плечами Джун, чуть улыбнувшись.

– Да я… – задохнулся от возмущения Хван, но вовремя остановился. – Местные ганпхэ ищут мужчин, что недавно появились в районе.

– А я тут при чём? – повернул к нему голову Джун.

– Я здесь давно. Всех тут в лицо знаю. Вы же, аджосси, здесь новый человек.

– Спорное утверждение, – заявил Джун.

– В общем, аджосси, я вас предупредил, – насупился паренёк. – Ганпхэ опрашивают местных жителей, обещают заплатить деньги за информацию.

– Я тебя услышал, любитель фруктов. Как тебя хотя бы зовут? Меня – Джун.

– … Хван, – не сразу назвался паренёк.

– Приятно познакомиться, – сказал Джун. – Опа! – его взгляд переместился куда-то за спину Хвана, который испуганно повернулся, но ничего такого сзади не увидел. – Показалось, – улыбнулся Джун развернувшемуся к нему парню с удивлением на лице. – Ладно, в любом случае, спасибо. Беги давай.

– Не поверил, – вздохнул Хван, когда вернулся к ожидавшей его на улице Юне.

– Мы предупредили, – вздохнула она. – Дальше – его решение.

– Да, – недовольно заявил Хван. – Холь! – его рука, машинально засунутая в правый карман штанов, появилась оттуда с двумя шоколадными батончиками.

– Хван! – возмущенно смотрела на него Юна, её ноздри яростно раздувались. – Ты опять?

– Я⁈ – в голосе парня было неприкрытое возмущения. – Я ничего не воровал, это не я! И где бы я это взял? В мусоре?

Юна подозрительно осмотрела его, внимательно смотря в его глаза. Она прекрасно знала, когда Хван ей врал. И насколько она сейчас видела, он действительно не врал.

– Это опять он, – возбужденный Хван стрельнул глазами в сторону заднего двора магазина тётушки Ма, где Джун продолжал разбираться с мусором.

– Да чего ты всё время обвиняешь невинного человека? – нехотя, но поверив Хвану, девчушка не могла подумать, что этот молодой парень, подкидывает Хвану вкусняшки.

– Больше некому и всё, – отрубил раздражённый Хван, прекрасно поняв, что этот молодой парень специально его отвлёк, а потом засунул в карман шоколадки, так что он ничего не заметил.

– Ладно, пойдём, – девушка с сомнением, но взяла протянутый её батончик, развернула и с удовольствием впилась в него зубами. Шоколад она любила, очень.

Хван ещё со вчерашнего дня заметил, что местный криминалитет активизировался, став искать недавно появившихся в районе людей. Передвигаясь группами по два-три человека, они опрашивали в основном хозяев местных торговых точек. И даже подслушал, какие именно вопросы они задают. И решил предупредить Джуна, за которым тоже подсматривал несколько дней, с того самого момента, как тот поймал его за кражей яблок.

После ужина, Хван решил сбежать из приюта, но его попытка была прервана внезапно появившейся Юной, которая категорически отказалась отпускать его одного. Вообще, им запрещалось покидать здание без сопровождения воспитателей. Но несмотря на внешнюю строгость воспитателей и жесткий распорядок дня, всегда имелась возможность незаметно покинуть здание детского дома.

Директор детского дома не особо следил за успехами своих воспитанников на учебном поприще. В отличие от остальных государственных и частных школ. Сироты, которые никому не нужны и ничего в жизни не добьются, так что государственные чиновники из Министерства образования закрывали глаза на оценки и баллы сирот. Всем было наплевать!

Но директор требовал неукоснительного соблюдения правил проживания в детском доме и отсутствие проблем со стороны воспитанников. Так что, если воспитанники приюта не попадались полиции или местным жителям за незаконные действия, то директор закрывал на это глаза.

* * *

Один из офисов компании « Samsung Group»

– Как идут поиски? – обратился господин Юонг Ги Вон к своему секретарю Кин Чину, стоявшего перед столом руководителя, держа в руках большой блокнот.

Понедельник был тяжёлым днём, когда было необходимо решить различные вопросы корпорации, накопившиеся за выходные. Так что Юонгу было не до всякой ерунды, а вот во вторник он смог обратить внимание на другие дела. И вызвал своего секретаря, озадаченного поиском неизвестного Практика, отличившегося в торговом центре, для получения отчёта о поисках.

– В настоящий момент я, с вашего позволения, сонбэним, – секретарь сделал небольшой поклон, – встретился в выходные с начальником городского полицейского управления Сеула. Тот пообещал, что сам решит все вопросы с департаментом, занимающимся мониторингом системы видеонаблюдения города. Как только искомое лицо будет обнаружено, то он немедленно сообщит об этом.

– И всё? – не удовлетворился сказанным господин Юонг.

– Нет, сонбэним, – успокоил его секретарь. – Помимо этого, начальник полиции выделил своих доверенных лиц – сотрудников полиции, которые займутся поиском парня. Они всё своё рабочее время будут тратить на это. Сами понимаете, что…

– … Расходы меня не интересуют, – прервал секретаря Юонг, – если они в разумных пределах, – на что секретарь поклонился и продолжил:

– Сотрудники полиции встретятся с работниками ТЦ, в том числе с нашими сотрудниками. Опросят всех и составят фоторобот на всякий случай.

– Что ещё?

– Выкуплены видеозаписи в торговом центре, также, устанавливаем связи с семьёй Юн и этого неизвестного. Подключены репортёры, умеющие искать информацию не хуже полиции. Также работает одно детективное агентство из бывших сотрудников полиции.

– Поосторожней, с семьей Юн. Нам не стоит ссориться с чеболями, – предупредил подчинённого Юонг.

Конечно, «Корпорация Юн» по сравнению с финансовым гигантом «Samsung Group» мелкая букашка, но конфликт с Юн может принести серьёзные финансовые и репутационные потери. Подобное Юонгу не простят истинные хозяева «Samsung Group».

– Конечно, – заверил господина Кин Чин.

– Какие-то результаты имеются?

– Нет, пока ничего, – огорчённо ответил подчинённый.

– Долго работают, – раздражённо сказал Юонг. – Я такие деньги на них трачу, а они ничего не делают.

– Это не так быстро, – продолжил Кин. – Но результат будет. Полагаю, что этот паренёк проживает в районе, где видеокамер мало. Но не будет же он постоянно сидеть там. Рано или поздно он появится в месте, где имеются камеры. Или встретится с айдолом Чанми.

– Хорошо, продолжай, – отпустил подчинённого Юонг.

* * *

Офисное здание«DS Group».Кабинет исполнительного директора

– Моё руководство недовольно, – не повышая голоса, говорил собеседник господину Су Мин Чону, – Вы полностью провалили порученный вам проект!

Ничем не примечательный человек, возраст от 30 до 40, невысокого роста и худощавый. Одет в самый обычный костюм серого цвета. Черты лица ничего из себя не представляют. Один раз увидишь и забудешь. Его звали Лиан Им. Только вот он представлял Национальное агентство разведки (National Intelligence Service, NIS), – прим.). Из-за этого, Су Мин Чон был вынужден терпеть возмутительное поведение этого человека. Который не использовал при разговоре уважительные обороты речи и даже не поклонился при встрече.

В какой-то степени такое поведение было понятным!

Агентство разведки полностью контролировала проект профессора Ямагути. И помимо этого, они же выделяли финансовые средства со специальных счетов, а также осуществляли прикрытие от других правоохранительных структур Коре.

Никто бы не позволил официально проводить на территории Коре, да и других, так называемых, «цивилизованных» странах, эксперименты профессора Ямагути: ни над обычными людьми, ни над Практиками.

Любая крупица информация о подобных изуверских экспериментах на людях, снесла бы волной народного гнева чиновников любого уровня. Так что НИС в этом случае гарантировала полную секретность и анонимность осуществляющих проект специалистов и инвесторов.

Су Мин был в курсе всего, что касалось технических, финансовых составляющих проекта профессора Ямагути. Однако понятия не имел, кто конкретно из высших государственных чиновников покровительствует проекту «Синтетик». Неизвестные частные инвесторы, вложившие деньги в проект, взаимодействовали с ним, Ямагути и его подчинёнными через хозяев «DS Group».

Несмотря на это, Су Мин знал, что проект «Синтетик» находится под пристальным вниманием и контролем «Синего Дома» (резиденция Президента Коре, – прим.).

              

Действующий президент Коре Пак Кын Хе родилась в 1952 году, пришла к власти в феврале 2013 года, а сейчас ей было 63 года.

Достаточно солидный возраст, чтобы говорить о наступающей старости. Политики, а также их окружение, приходили к верховной власти в Коре в достаточно пожилом возрасте. И обычных людей среди чиновников было большинство.

Неизвестно, что бы ответили Ямагути по поводу его проекта!

Однако, профессор сделал предложение, от которого невозможно отказаться: повышение ранга для Практиков и других полезных вещей; а основное – повышение срока жизни для обычных людей.

Понято, что старые пердуны, не являющиеся Практиками, мгновенно ухватились за такую возможность, продлить свою жизнь и политические карьеры. Так ещё они получали доступ к фантастическим доходам, использовав или продав технологию другим нуждающимся.

Все президенты, начиная с Ли Сын Мана, 1-го президента Коре, не являлись полностью самостоятельными политиками, но никогда не забывали о материальной стороне дела, а именно о своём кармане.

Ли Сын Ман напрямую сотрудничал с Великобританией, всячески противостоя Ниппону и Синаю. Получая для этого огромные суммы от королевского двора, иногда сопоставимых с размером национального бюджета Коре. Он полностью находился под влиянием англичан, проводя политику, которая полностью совпадала с устремлениями и желаниями Королевского двора Великобритании.

С мая 1961 года к власти в Коре пришел генерал-майор Пак Чон Хи, положивший конец всяческим демократическим проявлениям. Правил до 1979 года, получив доступ к должности президента, через проведённые им же – демократические выборы.

В это же время, началось становление чеболей, получивших доступ к иностранной помощи из Ниппона и Великобритании, с предоставлением кредитов экспортным предприятиям со льготными условиями получения банковских кредитов под низкий процент и налоговых льгот.

Впоследствии, помимо влияния со стороны Великобритании, на внутреннюю политику и экономическую ситуацию в Коре всё больше и больше стали влиять богатеющие чеболи. Получавшие огромные контракты от государства, дающие огромные доходы. Из-за этого всё больше вмешивающиеся во внутреннею политику страны. Во внешнюю политику чеболи не лезли, прекрасно понимая, что такое совершенно не одобрят англичане.

– К сожалению, Лиан Им-ним (уважительное обращение, – прим.), – поклонился Су Мин, – произошедшая техногенная катастрофа не в моей власти.

– Вы серьёзно считаете, что такое объяснение удовлетворит моё руководство? – поднял вопросительно бровь Лиан Им.

Формально вменить подобное в вину Су Мину – глупость! Но в обществе Коре виновным могли назначить любого, даже того, кто и рядом не находился с проектом. Только кто-то обязательно должен ответить за произошедший провал. И почему бы не Су Мин?

И он это прекрасно понимал, часто сам используя подобную тактику в отношении своих подчинённых. А теперь он сам попал в подобную ситуацию!

– Шибаль! – еле слышно раздалось со стороны сотрудника спецслужбы. – Оставим эти разбирательства на потом. Что вам удалось найти помимо сохранившейся информации?

– Ничего! – отрицательно покачал головой Су Мин.

– А что по месту проживания профессора?

– Прошу извинить меня, Лиан Им-ним, но мы столкнулись с непредвиденными трудностями.

Су Мин понимал, что тут его вина, только он никогда этого ни перед кем не признает. Он не проконтролировал, а подчинённые не соизволили выполнить свои обязанности.

Профессору Ямагути компания «DS Group» предоставляла дом или квартиру на выбор. Но тот категорически отказался, предпочтя купить собственный дом в одном из жилых посёлков под Сеулом.

Обязанные держать руку на пульсе, посчитали это не существенным, чем создали проблему, которая проявилась именно сейчас! И Су Мину придётся расплачиваться за это обоснованными обвинениями в его некомпетентности.

– У нас возникла проблема, – с внутренним напряжением начал он, – мы пытались проникнуть в дом профессора, но столкнулись с местной охранной компанией. Отказавшейся пропускать нас в дом без полиции, решений прокуратуры и суда, – закончил Су Мин.

Озлоблённый тем, что таких бы трудностей не было бы, если бы дом принадлежал «DS Group».

– Это непростительная ошибка, – тихим голосом сказал «нисовец». – Ладно, мы решим эту проблему.

– Я хотел уточнить по поводу… – замялся Су Мин. – Подопытных. Что с ними?

– Они не в активном состоянии, – поморщился сотрудник. – В настоящий момент доставлены в одно секретное место. Находятся под полным контролем.

– Вы можете обеспечить их жизнедеятельность? – не мог не спросить Су Мин. – Наверняка, потребуется наши специалисты.

– Вы же не думаете, что в нашей структуре отсутствуют необходимые профессионалы и аналогичное оборудование! – с неприкрытой неприязнью посмотрел на него Лиан Им.

Су Мин не подал виду, но внутренне похолодел. Поняв, что он совершенно не удивится, если окажется, что у НИС может быть оборудование и специалисты, которые полностью дублировали исследования профессора.

Объекты для исследований профессора поставляло агентство разведки. Так что таким же образом могли найти подопытных для ведущихся параллельно экспериментов. Если это так, то речь идёт о пропаже нескольких десятков человек.

«Шибаль!» – внутренне похолодел Су Мин, понимая, что в таких случаях свидетелем всего этого непотребства лучше не быть. Только он так погружен во все эти дела, что живым его просто не выпустят. Мысль о гигантских деньгах согревала душу, но опасностью пахнуло очень серьезно.

– Надеюсь, что вы предоставите нам материалы, если что-то найдёте в доме профессора? – не стал продолжать опасную тему Су Мин, но спросил про возможные документы и информацию, которые Ямагути мог где-то спрятать.