Текст книги "Корейский Гандикап (СИ)"

Автор книги: Альберт Кирилов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Глава 17

Давным-давно, когда-то он даже мечтать не мог, что станет одним из богатейших людей Коре, а его совсем небольшая компания, где он сам будет первым и единственным работником первые три года, вырастет в одну из крупнейших корпораций по производству строительных материалов.

С самых этих тяжелейших для него времён, Пак Хо очень серьёзно относился к своим словам и обещаниям. И готов был нести за них полную ответственность.

Документы, юристы – это всё да!

Но к сказанным словам серьёзные и богатые люди часто относились гораздо щепетильней, чем к заключенным договорам, платёжными документам и законам. Совершённая ошибка его девочки – это простительно, но в любом случае спросят с семьи Юн.

Рано или поздно – спросят!

Девочка ещё слишком молода и неопытна. И не до конца понимает, что такими обещаниями нельзя разбрасываться. Ничего, Пак Хо потому и вошёл в небольшой круг чеболей, чтобы решать подобные проблемы без особых последствий для семьи и корпорации.

– Соглашусь, аппа (отец, – прим.), – тяжело вздохнул Хан Пек, прекрасно осознающий беспокойство своего отца.

– Что-то удалось узнать о парне более предметно? – спросил президент у начальника СБ.

– Из договора агентства «SM Entertainment», – отвечал Ан. – удалось получить адрес парня и провести проверку по месту его жительства, но…

Все слова о коммерческой тайне, защите личных данных и т.д. – всё это касается людей из низшей и средней прослоек общества. Влиятельные и богатые люди могут себе позволить немножко больше, чем обычные люди. Стоимость подобных услуг абсолютно ничего не значит.

Найти и прикормить пару человек в агентстве Чанми заняло у Ана совсем немного времени. И те регулярно поставляли ему необходимую информацию. В том числе, смогли достать копию подписанного Джуном договора.

– … В квартире давно никто не живёт, – продолжал Ан, – соседи заявили, что мать парня и его самого видели последний раз примерно два года назад. Есть задолженность за коммунальные ресурсы. И ещё… – он замялся.

– Что? – напрягся господин Пак Хо, которому сильно не понравилась заминка от начальника СБ.

– В квартире побывали неизвестные, – сказал последний. – Совсем недавно.

– И кто? – спросил Хан Пек, не став делиться своими мыслями, видя по лицу Ана, что самая простая версия – будет неправильной.

– Подумали на местный криминал, но, это были не квартирные воришки, – подтвердил подозрения сына президента Ан. – Соседи вызвали полицию. Но те практические сразу же убрались, получив какой-то приказ от начальника местного участка. Бдительная соседка подслушала разговор на лестничной площадке, стоя за закрытой дверью своей квартиры.

– И? – не понял Хан Пек.

– Судя по всему, там побывали кто-то из спецслужб.

– Откуда такая уверенность? – спросил президент.

– Входящих или выходящих из квартиры никто не видел. Но примерно во время проникновения в помещение, несколько неизвестных ходили по дому и опрашивали жильцов по поводу собственников квартиры. Их давно, кстати, никто не видел.

– Их? – спросил сын президента.

– Да, – кивнул Ан. – Сына и его мать. Её сейчас тоже ищем.

– Видеозаписи? – продолжил спрашивать Хан Пек.

– Всего одна камера в холе дома, – ответил Ан. – Запись изъята полицией. Сильно подозреваю, что передана тем людям, которые проникли в квартиру. По специфике действий могу сказать, что это НИС.

– Как интересно, – сказал президент. – И чем же их парень заинтересовал?

– Нам только этого не хватало! – выпалил его сын.

С самого момента создания в 1961 году, как Корейская секретная разведывательная служба (КSIS), в последствии переименованная в 1999 году в Национальную разведывательную службу (NIS), получила практически неограниченные полномочия в разведывательной и контрразведывательной деятельности. Подчиняясь только Президенту Республике Коре. И всё из-за окружающих буйных соседей: Синая и Ниппона, реально считающих и не особо это скрывающих, что территория Коре временно выбыла из-под их протектората.

Спецслужба работала в очень тесном контакте с «MI 6» (официальное название – Секретная разведывательная служба, «SIS», – прим.). И как утверждали некоторые не особо лояльные государству Коре отдельные личности, являлась фактически подразделением английской спецслужбы.

Благо, что чеболи, находясь на особом положении в стране, контролировались и находились под надзором чиновников высокого ранга из «Синего Дома», с дублирующим надзором со стороны Верховной прокуратуры республики Коре.

Соответственно, от произвола и контроля со стороны НИС чеболи были ограждены! Но сталкиваться, а в особенности конфликтовать с НИС у конгломератов особого желания не было.

– Точно не прокуратура? – с надеждой спросил Хан Пек.

– Работники прокуратуры так не действуют, – ухмыльнулся Ан. – Об их прибытие и обыске узнали бы все жильцы. Вы же знаете, как они любят подобные «представления».

Сын президента поморщился, из-за того, что это были не прокурорские работники. Он имел прямой выход на прокурора г. Сеула, о чём знали единицы. Что помогало решать разные щекотливые вопросы «Корпорации Юн». И было бы странным, если бы прокурор вёл себя по-другому.

Родственники его жены: сестра и брат – оказались очень «удачиливыми» инвесторами' в недвижимость. И с момента назначения их зятя прокурором г. Сеула, они приобрели в собственность несколько десятков объектов жилой и нежилой собственности: часть реализовав, а часть – очень выгодно сдав в аренду.

Интересным было то, что недвижимость была куплена в рассрочку у нескольких компаний, зарегистрированных на Таиланде, и выкупивших собственность у «Корпорации Юн», а потом просто растворившихся в пространстве и времени. Успев получить от родственников прокурора всего половину стоимости за недвижимость.

– Тогда где сейчас этот парень обитает? – уточнил президент.

– В районе Добонг, где была назначена встреча, – ответил начальник СБ. – Только точного адреса мы не знаем, – тут же повинился он, недовольно поморщившись. – Проследить за ним не получилось.

Два сотрудника СБ, приехавшие отдельно от кортежа Чанми на неприметной машине, и которых Джун не видел в лицо, отправились за ним, как только он вышел с девушкой из кафе.

– Упёртые какие, – неодобрительно повёл головой Джун, когда вычислил этих «топтунов» на раз-два. И отправив Ёнджин в проулок, сам дождался преследователей, а потом уложил вырубленных горе-сыщиков рядом с мусорными баками.

«Показал зубы», не более того. Район не настолько велик – найти их для службы безопасности чеболя особой сложности не представляет. Так что вопрос о смене места проживания встал ещё острее…

– Счета, место работы? – спросил президент.

– Всего один счёт в банке «Han Seong Bank». Информацию по количеству денежных средств нам не выдали, но сказали, что денег там почти нет. По непроверенной информации, этот парень со своими друзьями посетили также агентство «JYP Entertainment», и компании’AfreecaTV' с «KakaoTalk».

– Этот контракт с тем же самым агентством, что у Чанмни, – это случайность или целенаправленное действие? – президент Пак Хо многозначительно посмотрел на сына.

– Я не особо силён в хитросплетениях в шоу-бизнесе, – говорил Ан, – Помимо песни для Чанми, парень продал права на ещё два произведения. Люди Ли Су Мана никогда бы не заключили контракт с откровенной посредственностью. Значит, какой-то талант у него имеется. И его приход в это агенство – случайность.

– Может и так, – высказался на это Хан Пек. – Но почему именно «SM Entertainment»? А если это такая хитрая подводка талантливого парнишки, но в грязных целях?

– Слишком сложная многоходовка, – поморщился Пак Хо. – Зная экцентричность всех этих популярных идиотов, могу утверждать, что подобная глупость вскроется в любом случае. Но! – он многозначительно посмотрел на Ана. – Проверить это всё равно стоит, – а начальник СБ поклонился, приняв приказ к действию.

– Что известно про других парней? – дополнительный вопрос от Хан Пека.

– Пока информации мало, – повинился Ан.

– Понятно, – посмотрел Пак Хо на начальника СБ с недовольным видом. – Долго, очень долго.

Ан Киму оставалось только виновато поклониться, понимая, что его объяснения здесь никому не интересны.

– Ускорьте с этим парнем. Я хочу знать о нём всё, и в ближайшее время, – приказал он начальнику СБ.

– Да, господин!

* * *

Район Добонг

– И что же вас привело к нам в район, инспекторы? – откровенно любопытный взгляд Кан Гамчхана, заместителя начальникак полиции, переходил с одного гостя на другого. – По работе или личный интерес?

Два мужика: один за двадцать пять лет, второй постарше. Среднего роста, коренастые. Далеко не красавцы, обычные типичные корейские лица. Одеты неброско и не в особо дорогую одежду – среднего ценового сегмента. Не особо выделяются в толпе, что для их работы это большой плюс. Да и государство особо большие зарплаты не платит.

Появление в его районе инспекторов из городского управления полиции Сеула не было чем-то экстроординарным. Только какие-то громкие дела вроде убийств, привлекали их в подобные районы, и то, далеко не всегда.

Звонок старого приятеля Кан Гамчхана, когда учившегося вместе с ним в полицейской академии, а теперь занимающего должность суперинтендата в Сеуле, не был чем-то неожиданным или внезапным. Встречались они редко, но постоянную связь по телефону оба поддерживали. Такие связи в Коре были очень полезными и их старались не рвать до самого конца.

Приятель попросил его встретиться с двумя инспекторами, желающими получить кое-какую информацию. И Кан Гамчхан не посчитал возможным отказать в этой малости.

Инспектора подошли к встрече очень ответственно, показав себя знающими и умными людьми: уточнив у него лучшее место в районе для желающих утолить голод и вкусно поесть, они назначили встречу в том месте, которое предожил заместитель. Заранее предупредив его, что все блюда за их счёт.

– Всё вместе, – ответил главный, наливая заместителю соджу в рюмку удерживая бутылку обеими руками, оказывая уважение.

– И что конкретно вас интересует? – взял рюмку в руки заместитель, ни на секунду не поверивший собеседнику.

Небольшой, семейный ресторанчик, где Кан Гамчхан предпочитал проводить свободное время, когда хотел отдохнуть или встретиться с нужными людьми. Кроме него, это заведение никто из полицейского отделения не посещал, так что можно было спокойно обсудить разные щекотливые вопросы с прибывшыми в район гостями.

– Интересует один молодой человек. Есть вероятность, что он проживает в вашем районе, – на стол легли несколько фотографий.

Секретарь господина Юонга Ги Вона из «Samsung Electronics» – Кин Чин снабдил полицейских фотографиями, сделанных с видеозаписей в торговом центре «Lomme» и на выходе из него. Так себе качество, да и лицо парня было плохо видно.

Несмотря на это, инспекторы нашли машину такси, забравшее парня от торгового центра. Правда заняло это немало времени, из-за того, что, как оказалось, таксист на некоторое время отдавал свою машину знакомому. Который не имел обязательного удостоверения о прохождении курсов, так что не имел права работать в такси. Таксист не сразу «сдал» своего друга. Так ещё это идиот, не сразу признался. Но в конце концов, рассказал, куда он отвёз своего клиента.

– В чём его подозревают? – несмотря на просьбу знакомого, заместитель был обязан спросить, ведь дело касалось его района. Ему тут лишние преступники не нужны, своих хватает.

– Скажем так, он задолжен алименты своей бывшей. И большую сумму, – мгногозначительно сказал собеседник.

Второй в разговоре вообще не участвовал, а переглядывался со своим напарником: кивал или смеживал веки. Отдавая всё на откуп второму.

– Не любит платить алименты, хм-м… – не поверил ни единому слову Кан Гамчхан. – И что требуется от меня?

– Всего лишь помощь в поисках. Без особого рвения, – добавил. – При обнаружении, хватать и тащить в участок – не надо…

– Хорошо, – кивнул заместитель.

Раздать фотографии подчинённым и попросить их поискать этого парня – не проблема. Тем более, что-то серьёзное от него не просят. Хотя… есть варианты. Но это не сейчас, а если парня найдут. Тогда Кан подумает, что ему делать дальше.

* * *

Район Добонг

– Добрый вечер, Минсок.

Старик аж подпрыгнул на месте и быстро повернулся на голос:

– Сонбэним, – поклонился. – Вы меня напугали.

– Извините, абоджи, – развел Джун руками. – Так получилось.

Минсок позвонил сам, напомнив Джуну о их вчерашнем разговоре, а парень согласился встретиться в 14:00 по названному стариком адресу. Оказавшемуся относительно недалеко от обрушившихся подземелий.

По возвращению домой, любопытные родственники набросились с вопросами, на что Джун посоветовал обратиться в бюро прогнозов погоды. Ёнджин увидев такую реакцию, просто отказалась говорить на эту тему, боясь огорчить Джуна. Несмотря на подходы к ней Со Ён тихой сапой.

Чон Хо не особо огорчился, а вот Со Ён… Так ещё Джун им добавил на сдачу, заявив, что в ближайшее время им из дому выход запрещён. И тут позвонил Минсок.

Оказавшись в указанном стариком месте, Джун обнаружил того замершим у витрины небольшого магазинчика, в основном торгующего алкоголем. Взгляд старика не сходил со стоящих на стойкал бутылок с соджу.

Когда старик повернулся, то у него в глазах Джун увидел нездоровый блеск:

«Это плохо!» – пронеслось у него в голове.

– Да, я алкоголик! – неожиданно подтвердил его подозрения старик. – Правда не пил уже больше года. И да, я хочу выпить, но не могу себе это позволить.

– Э-э, – не знал, что ему сказать Джун.

– Ничего, я справлюсь, – заявил старик, отходя от витрины, но было заметно, что его взгляд пытается вернуться к выставленному за витриной алкоголю.

– У вас нет денег?

– Нет, есть, – вымученно улыбнулся ему Минсок. – Не в этом дело. Напоминаю о вчерашнем разговоре. У меня есть, что вам показать, – сменил тему старик.

– Ну хорошо, – пожал плечами Джун. – И что же вы так хотите мне показать?

Старик загадочно улыбнулся, затем поманил рукой за собой парня, направившись в одном ему известном направлении.

– Значит здесь ещё один спуск! – сказал Джун, рассматривая небольшое одноэтажное здание, на одной из узких и неприметных улиц Добонга.

Попетляв по узкими улочкам, старик привёл его заброшенному и закрытому магазину. Потёртая и пыльная вывеска на котором указавало на то, что когда-то здесь продавали строительные материалы и инструменты для ремонта. Сейчас на двери была видна табличка «Закрыто» и висел небольшой замок.

– Не совсем, – сказал Минсок. – Я покажу, – он посмотрел по сторонам, а потом повёл Джуна вокруг здания, на задний двор. Там оказалось небольшой строение, тип – сарай обыкновенный.

Минсок открыл дверь, зашёл в сарай, а за ним Джун. Обнаружив, что большая часть сарая была завалена древним хламом. Обогнув который, Минсок прошёл в дальний угол. Отбросил с пола деревянный ящик, затем присел на корточки, протянул руку и ухватился за незаметную ручку.

Со скрипом поднялась крышка люка, замаскированного под кусок пола, так что сразу его не найдешь. А потом Минсок склонился внутрь люка, что-то там нажал. Раздался очередной неприятный скрипучий звук, теперь уже металлический.

– Интересная система, – сказал Джун, подойдя к Минсоку и увидев, что под полом оказалась ещё одна крышка – металлическая. И ступеньки, уходящие в темноту.

– Потребуется время, – предупредил старик, а потом вытащил из-за пазухи металлический фонарь с длинной ручкой. На что Джун просто махнул рукой.

Узкая и крутая металлическая лестница, ведущая далеко вниз, с несколькими пролётами, дающими возможность для передышки. По ощущениям Джуна, они опустились гораздо ниже того подземелья, где он схлестнулся с ниппонцами.

Наконец они оказались на вырубленной в скале площадке с уходящим в темноту провалом подземного хода. Минсок навёл туда луч света и они двинулись по длинной галерее, широкой настолько, что минимум три человека в ряд могли двигаться по ней.

Пришлось идти минут тридцать, постоянно натыкаясь на множество ответвлений, идущих в разные стороны от основного тоннеля. Хорошо, что идти с одним фонарём, им пришлось не больше десяти минут, а потом в галерее стали попадаться работающие лампы, расположенные на своде тоннеля: участки со всеми работающими лампами; участки с работающими через одну или по несколько неисправных подряд. Без фонаря Минсока это бы стало проблемой.

Несколько раз проход упирался в тупики. Минсок в совершенно разных местах нажимал на ничем не отличающиеся от других места на стенах или полу, открывая замаскированные проходы в туннели, и они двигались дальше.

Наконец очередной подземный ход вывел в большое помещение, почти полностью погруженное в темноту. Тем не менее, Джуну показалось, что здесь он уже был. И тут же получил подтверждение от Минсока.

– Над нами то самое подземелье, – включился фонарь и его луч уперся в остатки деревянных ящиков, затем поднялся на стену, подвигался вправо-влево, а потом ушёл вверх.

В том самом отверстие, куда Джун провалился вместе с ниппонцами, торчали здоровенные куски скальной породы, полностью закупоривших провал. Да, это именно здесь вчера Джун дрался с ниппонцами, не давая им добраться до Чон Хо и девчонок.

– И что тут интересного? – решил уточнить Джун у старика, посмотрев на него.

Тот загадочно улыбнулся и пошёл вперёд, забирая по дуге от ящиков и стены. Идя за ним, Джун обратил внимание, что трупов ниппонцев здесь нет.

– Я здесь уже очень много лет, – неожиданно сказал идущий впереди старик. Но даже я не знал, что здесь есть интересные помещения. Хотя неудивительно.

– Почему? – спросил Джун.

– Те люди, которые мне показывали все эти туннели, уровни и подземные этажи, говорили, что здесь всё ими пронизано на десятки метров вглубь и на сотни метров, а может и километров, в разные стороны. Полной карты даже у них не было. Никто точно полностью не знает, сколько и какие здесь подземные сооружения.

– А вы?.. – решил уточнить Джун.

– Это было будто не со мной, – грустно улыбнувшись, вещал старик, – в прошлой, а может и не моей жизни… – Я участвовал в строительстве этого и ещё нескольких объектов, – вздохнул. – Но оказалось, что знаю не всё.

– В строительстве? – заинтересовался Джун. – А вы?..

– Когда-то я получил диплом инженера по проектированию и эксплуатации объектов электроэнергетики и коммуникаций подземных пространств.

– Значит знаете, откуда в подземелье электричество. Сомневаюсь, что кто-то позволяет бездумно тратить такую прорву энергии в никуда.

– Вы правы, – кивнул Минсок. – Но дело в том, что затраты лишь частично идут от общей городской системы, а они запланированы и учитываются. Большая часть электричества идёт от геотермальных источников. Здесь с учётом имеются определённые проблемы. Часть источников выработки энергии отсутствует в официальных документах. Их просто нет на бумаге.

– Подождите, под нами вулканы, что-ли? – забеспокоился Джун.

– Не совсем, – успоклил его Минсок. – Подобные источники имеются здесь, в Аняне, Тэчжоне и на Чеджу. Несколько электростанций было построено ещё в пятидесятые годы прошлого века. Часть в восьмидесятых годах. Тогда было обострение отношений между Синаем и Тайванем. Наши ближайшие соседи по континенту устроили блокаду Тайваню. А наше правительство совместно с Великобританией нарастили воинские контингенты на нашей территории, чтобы иметь рычаг давления на Синай.

– Значит военные построили несколько энергостанций, но никак не провели их по бумагам?

– Да!

– Ну эти могу, – хмыкнул Джун. – Но как электростанции работают без обслуживающегося персонала? – удивился Джун.

– Там почти нечему ломаться! А уровень надежности заложен в трехкратном размере, – заверил его Минсок.

– Это обнадеживает. Но что именно вы хотели показать? – место боя Джуна с ниппонцами – это вряд ли то, что старик желал показать ему.

– Вот это, – старик наконец довел его до стены, уходящей вверх, а потом лучом фонарика показал на пролом в стене, встав рядом с ним.

– Ни ху… э-э, – вовремя остановился Джун. – О-хре-неть!

Именно сюда его метнул ниппонец во время боя, именно эту стену он пробил своим телом, оказавшись в каком-то помещении, но ему тогда было не до исследований.

Луч мощного фонаря обвел по кругу, затем последовательно – стены, пол и потолок явно складского помещения.

Почти всё пространство было заставлено всё теми же древними стеллажами. Только вот в отличие от когда-то стоявших наверху, полки этих были почти полностью забиты разнокалиберными деревянными ящиками.

Луч света уперся в ближайший к ним с Минсоком ящик, на котором были хорошо видны надписи на английском языке.

– Это то, что я думаю? – посмотрел Джун на Минсока.

– Да, это – оружие, – сказал старик. – Секунду, – зайдя внутрь, он пошарил лучом фонаря по стенам. – Ага, нашёл. Надеюсь, что работает.

Подошёл к стене рядом с проломом, где обнаружилась коробка с рычагом, который он опустил вниз. И тут же на складе загорелось четыре тусклые лампы на потолке.

– Английские штурмовые винтовки «Enfield ЕМ-4S», калибр 12.7 на 99 мм, производство компании «Sturm, Ruger & Co», расположенной в городе Саутпорт, графство Коннектикут. Это в Северной Америке, если что. Предназначено для поражения и уничтожения легкобронированной техники, а также Практиков до уровня Мастер, – Минсок подошёл к ящику и открыл крышку.

– Да уж, – с улыбкой сказал Джун, вытаскивая из ящика тяжеленную штурмовую винтовку.

– А это АКФ – 43 (автомат крупнокалиберный, – прим.), автомат конструктора Федорова, производства Российской империи, калибр 12.7 на 108 мм. В общем-то, назначение как у англичан: в основном – поражение и уничтожение Практиков, – старик открыл ящик на противоположном стеллаже.

– Этот мне больше нравится, – заявил Джун, бросив обратно английское изделие и вытаскивая русский крупнокалиберный автомат.

Тяжёлый, воронёный цвет, хищные и плавные изгибы, а также стойкое ощущение от запредельной надежности оружия.

– Это производства «Howa Machinery», Ниппон. Автоматическая штурмовая винтовка «Type 64», калибр 11, 9 на 105 мм., – продолжал лекцию Минсок, откидывая крышку ящика на соседней полке. – Так себе, если честно.

– Да, фигня, – согласился Джун, даже не став брать достаточно уродливое ниппонское изделие в руки. – Всё оружие – крупнокалиберное? – оценивающе смотря на многочисленные ящики на всех стеллажах.

– Нет, – помотал головой старик. – Примерно ¾ обычного, винтовочного калибра – 5.56, 7.62 и 8 мм. Российского, английского и ниппонского производства.

– Про английское и ниппонское оружие понятно, а как русское оружие здесь оказалось? – заинтересовался Джун.

– Император Михаил за большие деньги продавал Мао вооружение, накопленное и произведённое за время войны с Германией и Ниппоном. Он говорил: «Мне земли надо восстанавливать, людей кормить». Заинтересованные лица утверждали, что русский император делал это из-за того, что в противостояние синайцев влезли Великобритания и Ниппон. А там… кто знает? Может «чанкайшисты» захватили склады или просто купили у кого-нибудь из продажных коммунистов это вооружение, – пожал плечами Минсок. – Может наши «союзнички» оборудовали этот склад, не уведомив наших военных.

– Очень даже может быть, – согласился с ним Джун.

– А это, толустанатол или толустан, – открыл ещё один ящик Минсок.

– Что это такое? – заинтересовался Джун.

– Взрывчатка, – с горделивыми нотками заявил Минсок, доставая небольшой металлический шарик. – И очень интересная. Была создана сумрачным гением русских оружейников в пятидесятых годах прошлого века. В семидесятых формулу её производства воссоздали англичане, затем схему её производства переделали ниппонцам. Насколько я знаю, наши учёные сами дошли до возможности её производства. А может НИС украл у наших союзников. Кто знает?

В глубине ящика на мягкой подложке из пористого материала, лежали множество разных металлических сфер, от размеров с большую виноградину, до размеров – апельсина.

– И в чём же… – Джун не успел договорить, как старик взял самый небольшой шарик, а потом бросил его в дальний угол помещения, где был небольшой, пустой от стеллажей пятачок.

– Ложись!

Джун бросился на пол, успев ноги старика, чтобы он не получил основные осколки, разлетающиеся, как правило, от пояса и выше.

– Кха, кха, – закашлялся Минсок. – Сонбэним, спасибо. Но вы это – зря!

– Не понял! – подняв голову Джун посмотрел в сторону брошенной взрывчатки.

Никакого взрыва не было. Был небольшой хлопок и рванувшиеся потоки воздуха: сначала от места «взрыва», а потом – наоборот. Что-то типа объемно-детонирующего взрыва.

– Что за хня… – в том месте, где хлопнул разрыв до этого валялись в разваленной стопке несколько пустых деревянных ящиков.

Джун помог подняться старику, а потом пошёл к месту взрыва. И увидел, что ящиков просто нет. Вернее, от них остался какой-то тёмный порошок, и то, совсем немного. Поднял кусок доски, и с интересом увидел, что одна из сторон срезана будто бритвой. Провёл пальцами и ощутил гладкую поверхность.

– Идеальное оружие именно против Практиков, но очень специфическое. Особого распространения не нашло. Потому что никак не взаимодействует с другой взрывчаткой на подрыв, – говорил старик, держа в руках такой же шарик, который он бросил. – Использованный мною заряд, даёт область разрушение материи в радиусе около метра.

– Любой материи? – поинтересовался Джун, с интересом разглядывая шарик, взятый у Минсока.

– Органика – полностью, чем твёрже материал, тем больше сопротивление, но всё равно… Бетон хуже, но даже если не уничтожит, то нарушит структуру материала, что сильно снизит его твёрдость

– Какая интересная взрывчатка, – заключил Джун. – А чем больше шарик, тем…

– … Тем больше радиус, – завершил за него фразу старик. – Очень дорогая в изготовлении и, как говорил, слишком специфическая. Кстати, за попытку хранения любого количества, а не дай Гуаньинь, использование – смертная казнь или пожизненное заключение во множестве стран.

– Практики постарались?

– Да, но это было давно, когда они имели какую-то реальную силу и возможность давления на правительства. Сейчас… – он пожал плечами. – Законы менять не стали.

– И как здесь оказалось всё это оружие. Тем более такое, за которое могут казнить?

– Не скажу, но думаю, что это был стратегический запас одной из противоборствующих сторон: Мао и Чан Кайши. Он нём забыли, а скорее всего, люди, которые были ответственны за этот склад, – погибли. И есть кое-что, что подтверждает мою теорию на 100%, – загадочно улыбнулся Минсок.

– Понятно, – удовлетворённо кивнул Джун. – Что-то ещё?

– Да, и очень интересное, – как-то загадочно сказал старик.

Сделал несколько шагов и указал на стену помещения. А Джун удивлённо посмотрел на него, не совсем понимая, что тот хочет показать, тем более с таким подозрительным блеском в глазах.

– И? – не понимал Джун.

– Для незнающих, как здесь проходило строительство подземных сооружений, найти достаточно сложно, – заявил Минсок.

Подойдя к стене, он приподнялся на цыпочках, сделал пару ищущих движений, а потом что-то нажал на стене. Совершенно неприметный участок, который не привлекал внимание. И тут же со слышным скрипом и скрежетом прямоугольный участок стены сдвинулся назад, а потом ушёл в правую сторону. Минск зашёл внутрь, раздался щелчок и темный проём осветился.

– Да-а-а, это мы хорошо зашли, – брови парня поползли высоко наверх, будто намереваясь скрыться под волосами на голове.

Он зашёл в проём и увидел вырубленное в скальной породе прямоугольное помещение, размером где-то восемь на десять метров. Уставленное всё теми же стеллажами. И множество деревянных ящиков на полках.

– Не поверил, когда открыл, – заявил Минск, подходя к двум ближайшим ящикам с откинутыми крышками. В одном были бруски золотистого цвета, а в другом – серебряного. Занимавшие весь внутренний объём ящиков.

– Это то, о чём я думаю? – задумчиво сказал Джен, подойдя к ящикам и взяв в руки один брусок цвета золота и второй – серебра.

– Да, это слитки золота и серебра, – спокойно сказал ему Минск, стоя рядом с ним и меланхолично смотря на забитые серебром и золотом ящики.

– Слитки золота и серебра… Интересно, – задумчиво крутил в руках слитки Джен. – Все ящики им забиты?

– Большая часть с серебром, а меньшая – с золотом, – ответил ему старик.

– Похоже, что этот металл был заложен здесь одновременно с оружием, – заключил Джен.

– Скорее даже раньше, чем оружие, – сказал Минск. – Судя по датам на слитках, количеству пыли и запустению, слитки могли попасть сюда в тридцатых или сороковых годах прошлого века. Даже не знаю: неполны сделали запас или синицы. А может, даже, наши соотечественники. Оружие, – он ткнул пальцем в сторону склада с вооружением, – могли складировать гораздо позже. И не удивлюсь, что те, кто прятал оружие, понятия не имели, что здесь есть ещё один склад.

– Неяпонские и синайские слитки, – взглядывая в цифры и иероглифы, выдавленные в металле, Джен обнаружил на синайских слитках даты 1910 года, а неяпонские были с датами с 1936 по 1943 годы.

– Изготовители Китайский императорский монетный двор и Монетный двор Ниппон, – подал голос Минск.

– Понятно, – вздохнул Джен. – Что делать с этим будете?

– Я? – удивился Минск. – Во-первых, не я здесь это прятал, во-вторых, не я нашел, в-третьих, я прекрасно понимаю, что сам я ничего с этим золотом и серебром не сделаю. Признаю, что, когда только обнаружил, что были мысли всё забрать себе, – старик пристально и с вызовом посмотрел в глаза Джуно. – Хорошо подумал и понял, что это золото и серебро мне счастья не принесёт. Меня просто убьют за него. И вопрос не в том: поймают меня или нет, а когда – поймают! Не в моём возрасте бегать и прятаться, пытаясь сохранить секреты этого подземелья. – А вот вы, скобеним… – Минск с вызовом смотрел на Джуно.

– А у меня есть мысли, – сказал Джен. – Если, вы, конечно, не против.

– С чего я буду против? – удивился Минск. – Не бандиты, так государство отберёт и посадит. Слишком много тут всего: и металла, и оружия.

– Уверены?

– Да! – в глазах у старика не было ни тени сомнения.

– М-да-а, – вздохнул Джен.

Мысли есть, но такая же проблема – как всё это реализовать и не попасться…

Многие подумают, что вот же оно счастье!

Только такой «подарок судьбы» может принести гораздо больше проблем, чем если бы его вообще не было.

Однозначно появятся много разных людей, которые посчитают, что им оружие и драгоценный металл гораздо нужнее, чем какой-то кучке отбросов. И постараются сделать так, чтобы счастливчики исчезли навсегда, чтобы ни одного упоминания о них не осталось!

– Возвращаясь к нашему разговору, – тряхнул головой Джен, решив, что обо всём подумает попозже, в более спокойной обстановке. – Наконец покажете мне те помещения, про которые вы говорили?