Текст книги "Не сахарные (СИ)"
Автор книги: Аделина Роуз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)
Конечно, неладно. Кто вообще говорил ему стоп? Дорога сначала была мучительная. Руслан пытался разузнать что-то про фильм, потом рассказывал о новинках. Было уже не так ужасно, но все равно неловко.
– Алё, – говорю я Таське по телефону, когда мы зашли с Журавлевым в торговый центр. – Вы где?
– Мы около эскалатора на первом этаже, – отвечает она. – А ты?
– Мы уже подходим, – не раздумывая отвечаю. Точно я же так и не сказала, что иду не одна, а с нашим одноклассником. Вот она удивится!
– Мы? – не понимая переспрашивает она.
– Ага, – говорю я и оборачиваюсь посмотреть на рядом идущего Руслана. В надежде может все-таки приснилось. Но нет.
Я сбрасываю звонок, и через минуту мы подходим к назначенному месту. Таська с Матвеем стоят, рассматривая витрину чехлов для телефонов. Кажется, я не говорила Руслану о том, что с нами еще кто-то будет. А это хорошая идея! Надо этим воспользоваться!
– Привет, – произношу я, и ребята оборачиваются на нас с Русланом. Я вижу, как у Таськи расширяются глаза в два раза.
– Привет, – запинаясь, бормочет подруга, посматривая на нас.
– Это Руслан, – представляю я нашего одноклассника Матвею. – Он оооочень мечтал сходить с нами в кино. А это Матвей…, – показываю на брата Таськи.
– Привет, – кивает ему Матвей.
– … мой парень, – договариваю я, широко улыбаясь. Подхожу ближе к Матвею и приобнимаю его за спину. Такого поворота никто не ожидал! Особенно Русланчик! Замечаю разочарованное лицо Журавлева. Его нужно сфотографировать в этот момент и подписать «Разочарование года». Матвей в недоумении смотрит на меня, а у Таськи еще больше округляются глаза.
– Парень? – без улыбки на лице спрашивает Руслан.
– Да, – улыбаюсь я и смотрю в лицо Матвея, приобнимая его еще больше. – Ты не знал, что у меня есть парень? – смотрю снова на Руслана. – Разочарование, – констатирую этот ужаснейший факт. В полном молчании мы поднимаемся на эскалаторе на следующий этаж, где находится кинотеатр.
– Давно ли я стал твоим парнем? – шепотом спрашивает у меня Матвей.
– Работа всего лишь на день, – я хлопаю его по животу. – Ты справишься.
– Теперь у работника не интересуется, где ему работать? – шутит он.
– Пожалуйста, – смотрю на него, а после перевожу взгляд чуть назад и вижу Руслана идущего за нами. Я приобнимаю рукой Матвея и широко улыбаюсь Руслану. – Тебе не придется ничего делать, – тихо произношу ему.
– С тебя обед в Макдональдсе, – наклоняясь, бормочет он. Эх, мужчины, мужчины. Даже поинтереснее ничего придумать не могут.
– Хорошо, – соглашаюсь с ним, и впереди ведущая Таська заворачивает к кассе, где продаются билеты. Я отлепляюсь от Матвея и подхожу ближе к Таське.
– Здравствуйте, мы на Бруклин**, – произносит кассирше Таська. – На 17:15.
– Выбирайте места, – я смотрю на зал в мониторе. Я точно не сяду рядом с Журавлевым! Ни за что!
– Для влюбленных последний ряд? – вслух спрашивает у нас Руслан.
– Я на последнем плохо вижу, – вру я. – Да, Матвей?
– Окей. Давайте тогда предпоследний. Вот эти места, – решает за нас брат Таськи и мы, расплатившись, отходим с Таськой припудрить носик. Хотя нам совсем не до носика. У подруги тысяча вопросов, на которые мне придется отвечать. Кто бы вчера сказал, что я пойду с Журавлевым в кино и еще наврала, что встречаюсь с братом Таськи, в жизни бы не поверила!
– Что это сейчас происходит? – сразу же начинает спрашивать она, как только мы отходим от ребят.
– Руслан шпионил за мной со школы. Представляешь! И поджидал потом на улице. Это единственное, что я придумала, – начинаю объяснять я. Таська поймет!
– Серьезно?
– Да. С Матвеем я уже договорилась, так что не переживай.
– Быстро же ты все разрулила. Я бы ни за что не догадалась так выкрутиться, – улыбается Таська, и я думаю о том, что может это все зря напридумывала. – И чего он попросил?
– Фигня, – махаю рукой. – Заплатить ему обед.
– Фантазии ноль.
– И не говори. Так значит, если будем придерживаться этой легенды, он уж точно должен отстать, – произносит подруга.
– Ага!
Но я бы не была уже столь уверена, когда буду сидеть рядом с Русланом в кинотеатре. Точнее, когда Руслан попросит Таську поменяться с ними местами. И теперь мы будем, называться «РЭМТ». Руслан, я, Матвей и Таська.
К середине фильма мне уже не так напряженно сидеть в окружении Журавлева. Мы даже несколько раз смеемся. Между прочим, ни Матвей, ни Таська за весь фильм не проронили из себя ни слова. И в какие отношения поверит Руслан, если мы даже не болтаем? Лишь когда начинает погоня и стрельба, я слышу, как Матвей бормочет о том, что фильм неинтересный.
– Твой парень ничего не понимает в кино, – тихо говорит мне Журавлев. – Что он смотрит? Мелодрамы?
– Спроси лучше у него, – отмахиваюсь я.
– А ты не знаешь, что он смотрит? – удивленно спрашивает Журавлев, и я встречаюсь с его взглядом. – Вы точно пара? – слегка улыбается он.
– Тебе стоит смотреть фильм, – перевожу тему.
– Я его уже видел.
– Тогда просвети свою память, – я хочу взять бутылку воды, которая стоит между нами с Журавлевым. Случайно или специально он одновременно со мной тянется за водой. Мои пальцы задевают его холодную кожу, и я чувствую, как мое сердце начинает биться быстрее, словно меня заставляют пробежать несколько километров. Я одергиваю руку и уступаю воду Журавлеву. Через пол часа фильм заканчивается, и мы выходит из кинотеатра.
– Фильм ужасный, – бурчит Матвей, двигаясь к выходу. – Полный бред. Единственное, что было хорошее – это саундтрек.
– А мне понравился, – произношу я.
– Полностью согласен с тобой, Эль. Просто кто-то не понимает в кино, – говорит Журавлев, подходя ближе ко мне. Хоть где-то мы с Журавлевым согласны.
– Ты же его уже видел, – оборачиваюсь на Руслана. – Так что это уже две причины, по которой тебе не стоило идти с нами в кинотеатр.
– А первая какая? – спрашивает он, улыбаюсь. Хочется его задушить. Все он прекрасно понимает, просто хочет построить из себя дурочка.
– Ты знаешь, – отвечаю я.
– Не знаю, – пожимает плечами. – Расскажи, – я качаю головой и чувствую, как Журавлев приближается ко мне. – Вы же с ним не пара? Только честно, – кивает он впереди идущего Матвея. Кажется, они с Таськой даже и заметили, что мы отстали.
– Я тебе сказала правду. Хочешь не верь, – на мой ответ Руслан усмехается, и я тут же догоняю ребят.
* Симс – прим. Автора – компьютерная игра в жанре симулятора жизни, в которой ты можешь делать все, что душе угодно.
** Бруклин – прим. Автора – не существующая комедия, совмещенная с боевиком, в основе которой лежит песня Мот, LYRIQ – «Не Бруклин»
Глава 16
До трех часов ночи я смотрела сериал. Думала, еще одну серию и спать. Так я себя обманывала и не ложилась. Утром проснувшись, первое, что я сделала – это посмотрела на время. 10:43. Какой ужас! Я же уже пропустила два урока! И почему меня не разбудил Макар?!
В ужасе я вскочила и быстро не чаща зубы, начала одеваться. Первое, что попалось под руку надела, и побежала на кухню. Пыталась быстро сделать себе бутерброд быстро и по дороге его съесть. Но сначала нож выпал из рук. Радовало одно, я не порезалась. Потом шкаф громко хлопнул. И еще у нас в доме потерялся чай! Мистика!
– Эля! – слышу я крик мамы. – Можно потише! Мы с дежурства.
– Конечно! – я снова открываю шкафчики и пытаюсь найти чай, но задеваю специи, и они все вываливаются на пол. Несколько баночек открылись, и пол перемешался в разноцветные цвета: от ярко-красных, до черных.
– Что ты там делаешь? – снова прокричала мама.
– Все в порядке, – говорю ей.
Удался завтрак! Теперь главное убрать этот погром и успеть хотя бы на последние уроки. Я начала поднимать баночки, а после пытаться сгрести специи тряпочкой в одну кучу. По полу еще больше оставались следы.
– Все в порядке говоришь? – я поднимаю голову и вижу маму, стоящую в дверном проеме.
– Я немного специй просыпала, – говорю и снова начинаю собирать свой не ужавшийся завтрак. – Сейчас все уберу.
– Нет уж. Ты уже сделала.
Мама начинает мне помогать и за несколько минут мы все собираем.
– Куда ты так спешила? – спрашивает она, промывая тряпку в раковине. – Специи того стоили?
– Я их не хотела трогать. Я искала чай.
– Чего искать? – она открывает дверцу и показывает на чай. – Вот он. Я в выходной решила сделать перестановку.
– Я не знала, – беру телефон, и свой рюкзак, захвативши из спальни, а после бегу к коридору обуваться. – Мам, иди закрой! Меня Зоя Максимовна убьет! И что за шутки от Макара не разбудил меня даже!
Мама подходит ко мне и смотрит, как я обуваюсь.
– Зоя Максимовна? – переспрашивает она.
– Да, – киваю я. – Я уже третий урок пропустила.
– Не знала, что на воскресенье у вас есть расписание, – говорит она, а я беру рюкзак и уже готовая уходить.
– Его меняют как перчатки, – и тут до меня доходит смысл слов. – Как воскресенье? – переспрашиваю я, остановившись в дверях. – Точно! Сегодня же воскресенье!
– Ох, Элька, Элька. Говорила, же хватит свои сериалы до утра смотреть!
– Черт! – говорю я и кидаю свой рюкзак на пуфик.
Полный провал! И переодевшись в свою домашнюю одежду, я обратно легла спать. Но так уснуть не получилось. Немного посидела в телефоне и мой живот начал журчать. Бутерброд я же так и не съела.
– Доброе утро, – заходя на кухню, пробубнил Макар, улыбавшись в 32 зуба! – Слышал о твоем утрешнем приключении! Ну, ты даешь, – смеется брат.
– Очень смешно. Ха-ха-ха, – с сарказмом говорю я.
– Очень.
Я смотрю на стол и буду несколько бутербродов. Усаживаюсь за стол и хватаю один.
– Вообще-то это я себе делал! – бурчит Макар. – Ты себе утром делала!
– Не будь жадиной!
– Это не уважение, – говорит он. – Могла бы попросить я бы тебе сделал.
– Макарушка, сделай себе один, – мило начинаю говорить я. – Потому что взяла твой. Так нормально? – с забитым ртом произношу.
– Тебе стоит ставить напоминания. К примеру, писать: сегодня воскресение и я обещаю приготовить завтрак за него в понедельник.
– Да что ты со своим бутербродом ко мне пристал!
– Мне больше не к кому приставать, – отвечает он и что-то смотрит в своем телефоне, лежащий на столе. Я слышу подходящие шаги к кухне.
– Чего вам не спится? – бормочет папа, и включает чайник. – Сегодня же выходной.
– Ага, – бормочу я. – Который не удался.
– Да ладно тебе. Вечер точно удастся, – произносит папа, и я вспоминаю, что именно сегодня родители собирались в гости к Симоновым – маме Златы. Ходят слухи, что отец в их доме не появляется совсем. Интересно с чем это может быть связано?
– Хорошо, что я с вами не иду, – говорю я, вспоминая, как наши отношения испортились со Златой еще сильнее. – Сделаешь чай? – спрашиваю я у папы, когда тот начинает наводить себе.
– Вам со Златой нужно уже помириться, – бормочет папа. – Что это такое всю жизнь дружили, и тут раз и перестали.
– Мы не собираемся мириться.
– Она твоя лучшая подруга. И дочь наших друзей, – папа ставит передо мной кружку, и я беру второй бутерброд и кружку чая.
– Я поем лучше в комнате! – произношу я и ухожу.
– Чего я такое сказал? – слышу, как папа говорит Макару.
– Подростки. Не обращай внимание.
Да было бы все просто! Захотели, помирились! Захотели, поссорились!
***
До обеда я провалялась в кровати, совершенно без желания что-либо делать. Потом немного поучила уроки, и ближе к вечеру в моей голове воцарился гениальный план, как попасть в квартиру к Зое Максимовне. Предчувствие, что там я что-то должна найти. Хоть какие-то подсказки на тайного художника в нашем подъезде. Не может же он из пустоты взяться.
– Макар, ну, пожалуйста, – махаю я тряпкой на кухне, пытаясь убрать дым. Хотела по случаю собирания в гости, испечь шарлотку. Только отвлекаясь в интернете, она немного сгорела. Точнее вся.
– Никуда я не пойду с тобой. Твоя неудавшаяся попытка испечь шарлотку, стоило нам духовки, – злится он. – К тому же, как так просто пойти в гости? Нужен же повод.
– Я ее отмою, можешь не переживай, – оптимистично говорю, хотя очень сильно сомневаюсь, что у меня получится. Мама меня убьет.
– До прихода родителей, – указывает на меня пальцем Макар.
– Ну не так же быстро. Тогда мы не успеем сходить в гости.
– Зачем тебе вообще туда идти? – округляет Макар глаза и тянется приоткрыть окно на кухне, проветривая комнату.
– Я хочу убедиться, – ставлю противень в раковину, замочив его в воде. Главное, чтобы он отмылся. А то тогда мне теперь точно не жить. А про духовку я уже точно молчу.
– В чем?
– Тебе не понять, – уверено отвечаю ему.
– А ты попробуй, – произносит он, приподнимая одну бровь.
– Я хочу узнать, кто рисует граффити в подъезде, – признаюсь и вижу в его глазах скепсис.
– Может просто это какой-то наивный ребенок, которому по ночам скучно? – предполагает брат. Конечно, это может кто угодно! Но даже если и ребенок я должна в этом убедиться и с ним познакомиться. У меня куча к нему вопросов.
– Почему сразу ребенок. Может это Зоя Максимовна? Не находишь слишком много совпадений? – выкладываю ему свои предположения.
– По-моему их находишь только ты.
Я подхожу к окну и открываю его на всю.
– Тогда договорились? Только давай зайдем в магазин и купим к чаю что-нибудь. А то мой пирог не удался.
– А ты возьми из мусорки, – шутит Макар.
– Очень остроумно, Макар.
– Есть, у кого учиться, – намекает он на меня. Еще посмотрим, когда я окажусь, права в том, что это Зоя Максимовна рисует в нашем подъезде граффити. Я еще посмеюсь над Макаром.
***
Около входной двери моей классной руководительницы я стою с пирогом, купленный в «Пятерочке», который выглядит довольно хорошо. Мне даже кажется обалденно! Теперь может, еще будет ставить одни пятерки? Хочется в это верить. А то, как-никак мне нужно стать отличницей до конца этого года. Но что-то мне подсказывает, что это нереально. Исправить большинство оценок за чуть больше два месяца на «отлично» кажется, просто на грани фантастики. И кто меня тянул за язык спорить с Макаром?! Нужно искать запасной выход.
Макар нажимает на звонок и слышно, как по квартире разносится звук. Мы продолжаем стоять еще несколько секунд, но так никто и не открывает. Я перевожу взгляд с торта на дверь, приготовившись, что вот-вот она распахнётся.
– Долго не открывают, – бурчит Макар. – Ее может, дома нет, – договаривает следом. Но не нужно терять оптимизма! Она может просто чем-то была занята. У всех бывают дела.
– Перестань, – отмахиваюсь я. – Где ей еще быть? – проговариваю, а после тянусь к звонку и нажимаю еще раз.
– Секунду, – громко доносится до нас за стеной, и мои губы растягиваются в улыбке.
– Вот, – комментирую я, победно улыбаясь. – Она может там голая. Ей нужно одеться, а ты сразу: нет дома.
– Ну да. Обычно же дома голыми ходят, а не делами занимаются.
– Любишь ты ко всему прокопаться!
Через секунду входная дверь открывается, и Зоя Максимовна полностью одетая стоит, придерживая ручку от двери…
– Извините, что отвлекаем вас, – начинаю говорить я, переводя взгляд на Макара. Им еще свадьбу играть, а он стоит, испугавшись, как маленький ребенок! Нужно ему брать инициативу в свои руки.
– Мы просто хотели пригласить вас попить чай, – поняв мой намек, произносит Макар Анатольевич.
– Конечно я не против. Проходите.
У Зои Максимовны в квартире оказалось довольно мило. В коридорчике расстелен черно-коричневый ковер в серую полоску. Интересно кто ей мог подарить цветы? Я заметила букет, когда проходила мимо деревянного комода, на котором стояла та самая ваза с цветами. Несколько красных роз завернутые в розовую бумажную обертку. Может она, живет здесь с мужем?
Квартира по планировке была точно такая же, как наша. Зачем ей столько комнат в квартире, где живет она одна или все-таки с мужем? Да даже для двоих с мужем этой жилплощади много, как мне кажется. Что-то здесь не чисто. Я же юный Шерлок Холмс – попадающий постоянно в неприятности и готовый к приключениям, который обязан в этом разобраться.
– Сомнем неожиданно вот так помимо работы с вами встретиться. Даже неудобно вы такой вкусный тортик купили, а у меня даже никаких угощений, кроме чая. Хотя сейчас посмотрю, мне кажется, у меня оставались баранки, – произносит моя классная руководительница, когда мы сели пить чай с купленным тортом.
– Правда, не суетитесь. Мы зашли по-соседски, так скажем, – начинает улыбаться Макар, и я запихиваю в себя шоколадный кусок. Невероятно вкусно!
– Как скажите. Кстати торт очень вкусный! Он просто с шоколадом? – присаживаясь обратно за стол, спрашивает Зоя Максимовна.
Раз она моя соседка может ее можно называть тетя Зоя? А что я всех соседей тетями и дядями называю. Хотя для такого прозвища она еще совсем молода. Просто Зоя я же не буду называть. Ну, ничего вот женится на ней Макар, и я буду называть ее как захочу!
– Нет, он с коньяком, – говорю честно я. – Я выбирала! – широко улыбаюсь и вижу, как на их лицах появляется улыбка.
– Заходите еще тогда обязательно, только не завтра, у меня восемь уроков. Я тоже куплю какие-нибудь сладости.
– А ваш муж не будет против? А то Макар такой зайка, еще ревновать будет! – произношу я и слышу, как Макар поперхнулся от моих слов, немного повернувшись, я стучу его по спине. И чего он такой впечатлительный? Я же ничего такого не сказала. – Он сейчас на работе?
– Эля! – обрывает следом меня брат. – Не прилично такое спрашивать.
– Мне вроде прилично, – отламываю я снова кусочек торта и впихиваю в себя. А сама жду, когда Зоя Максимовна ответит.
– Он не будет против. Мы не живем вместе.
– Свободные отношения? Или просто по раздельности? А мне кажется это классно! – без умолку говорю я. – Зато никто не надоедает, не мешается и не раскидывает чайные пакетики. Но это совершенно не относится к Макару! Он невероятно чистоплотный. Вы бы видели! У него каждая рубашечка лежит строго на своей полке, по цветам. А какой порядок в комнате, он даже не разрешает там есть.
Зоя Максимовна тепло улыбается, а на лице Макара появляется легкий румянец.
– Это похвально, – говорит она моему брату. – Я просто скоро развожусь, поэтому мы не живем вместе.
– Как прекрасно! – произношу громко я. – В смысле, какой ужас! Для вас, наверное, это большое горе? Если что мы можем всегда вас поддержать! Особенно Макар! Он как никто умеет поддерживать. В прошлом году я пришла с катка со сломанной рукой, только он обо мне и заботился. А еще он вкусно готовит! Такие мне там блинчики пёк, вы бы видели! Если хотите, он хоть завтра может вас испечь.
– Уверена, Макар Анатольевич, очень вкусно готовите.
– Я… – начинает мямлить Макар, как я тут же его перебиваю.
– Так что если вам где-то нужно прибить, что помочь, мой брат лучше в этом деле.
– Если бы Эльвир, ты не была моей ученицей, я бы считала, что ты сватаешь мне своего брата, – улыбаясь, говорит Зоя Максимовна, смотря на меня. Я замечаю, как мой кусок торта в тарелке опустел, когда они практически даже и не притронулись. Наглостью будет, если я попрошу еще один кусочек?
– Да чтобы, какой сватовство, – отмахиваюсь я. – Я совсем не понимаю в этом. Кстати, а чего вы на «вы» с Макаром? Не волнуйтесь, я никому не расскажу.
– Зоя Максимовна, действительно, может, перейдете на «ты»? – наконец-то вмешивается мой брат. Я же чувствую, упустит своё счастье, если я не вмешаюсь!
– С удовольствием.
– Ну, вы пока воркуйте в новом статусе, а я пойду, носик припудрю. Где у вас ванная комната? – я начинаю вставать из-за стола и замечаю на себе сверлящий взгляд Макара.
Я не могу сразу много дел решать! Тем более я не смогу Макару всегда помогать! Мне еще же нужно найти хоть какие-то улики, что рисунки рисует Зоя Максимовна.
Как мне показала хозяйка этого дома, я пошла согласно инструкции прямо, а потом налево. Первая верь, была в ее комнату. Слегка оглядевшись, заметила невероятный порядок! Они точно с моим братом поладят. Где же могут быть баллончики? Точно! Под кроватью! Я для достоверности, что за мной никто не наблюдает, и их нет рядом, зашла в комнату и начала смотреть под кроватью. Но ничего! Даже слоя пыли!
Быстро вышла из спальни и хотела зайти в комнату напротив, как она оказалась закрытой. Сначала я крутила ручку осторожно, а потом сильнее, но она все равно не открывалась. Такое ощущение, что с другой стороны, ее кто-то держит и не дает даже прокрутить. Мистика! Ванной ничего не найдя, я пошла обратно на кухню.
– Спасибо вам еще раз за гостеприимство, – слышу, как ей говорит Макар. – И за Эльвиру, извини.
Что значит за Эльвиру? Я хочу как лучше, а он даже не ценит мою заботу! Вот так и делай людям добро после этого. Никакой благодарности.
– Если ты еще забыл, Макар, то я все еще здесь, – заходя на кухню, похлопываю я по его спине. – У вас такая большая квартира, Зоя Максимовна, что даже немного заблудилась.
– Элька, что сегодня с тобой? У нас точно такая же планировка, – обрывает меня Макар. Вот, как всегда, ему нужно влезть! То молчит, слово не проронив, то болтает без умолку.
– Помещение другое, даже чуть не заблудилась! Так значит вы здесь одна живете? Небольшая вам квартира?
– Почему же одна, иногда ко мне родители заходит, – усмехается она. – У нас прекрасные отношения.
– Это похвально, – улыбается Макар. – Но нам уже, правда, пора, мы пойдем.
– Обязательно заходите ко мне еще.
– Теперь уже ваша очередь. Вы у нас еще не были, – отвечает Макар, а после, убавив тон произносит. – Только без Эльвиры, а то этот человек болтает без умолку.
– Я все еще вас слышу, – бурчу я, направляюсь на выход из квартиры. Но только без единой улики, что граффити рисует она. Теперь я точно запуталась. Это была моя последняя догадка.
***
Небольшой ларек возле моей школы совсем не изменился с моего последнего визита. Но все же что-то было не так. Поначалу я даже этого не заметила. Вытащила наушники из ушей и запихала их в рюкзак.
– Здравствуйте, – как обычно, проговорила я, здороваясь с продавщицей. Тетя Катя как обычно приоткрыла окошко и выглянула. – Мне орбит со вкусом сладкой мяты.
– Конечно, – кивает она и лезет за жвачкой. Я высчитываю ей определённую сумму и отдаю ей. – Теперь, наверное, больше и не увидимся. Так что это, наверное, последние твои купленные здесь жвачки, – неожиданно произносит она.
– В смысле больше не увидимся? – ошарашенно спрашиваю. Что значит, не увидимся?!
– Ну, ты не знала? Ларек то закрывают! Вон уже холодильники вынесли, не заметила что ли? Так что сегодня мы последний день работаем. Завтра уже начнут разбирать. Может, возьмешь еще жвачки? А то если сегодня последнее не раскупят, даже не знаю, что с этим придется со всем делать.
– Все настолько серьезно? Вы же всю жизнь здесь работаете, чего его закрыть то приспичило?
– Хотят бургерную поставить на этом месте. Так что кто знает, возьмут меня туда. Считай, работы лишилась. И главное так быстро выкупили, что я даже и опомниться не смогла.
– Это, наверное, чтобы на переменах сюда ученики бегали еду покупать. А у тех-то все, похоже, схвачено! Только и думают, как заработать! И что там жвачек не будет?
– Не знаю, – пожимает плечами продавщица. – Наверное, должны быть. Кто его знает.
И как теперь жить с мыслью, что это все – конец?! А что если там не будет моих любимых жвачек? А вдруг еще и дороже будут! То, что тогда делать придётся? Я же не смогу без них. Придется заморачиваться, и ходить в магазин возле дома. Ну, ничего не может быть легко! Все как всегда! И поэтому с плохим настроением я пошла в школу, если бы на выходе из ларька я не встретила заходящую Злату.
– Привет, – первая поздоровалась я. – Слышала, что ларек закрывают? – тут же спрашиваю у нее, не дождавшись ответа. Я совершенно не думаю о том, что несколько дней назад мы поссорились. Это все совершенно неважно по сравнению с такой глобальной проблемой.
– Как закрывают? Ты сейчас шутишь? – удивленно интересуется она. Я же говорю: это коснется всех наших жизней. Без жвачек наша жизнь будет слишком скучная. Нужно что-то придумать! Мы не может оставить это просто так!
– Нет, – киваю я головой в сторону окошка, где сидит продавщицы. – Мне тетя Катя сказала сейчас. Можешь у нее сама спросить.
– И что здесь тогда будет?
– Бургерная!
– Главное чтобы жвачки там продавались, а остальное не важно, – отвечает Злата и покупает себе жвачку со вкусом манго.
Я выхожу из ларька и остаюсь ждать ее на улице. А пока тем временем разворачиваю и начинаю жевать жвачку.
– Так значит, наша традиция уже не будет традицией? – спрашивает Злата, подходя ко мне сзади.
– Не знаю, – пожимаю плечами, а сама чувствую, как мятный вкус окутывает меня. Мозги застывают от мяты, хотя кажется она довольно сладкой.
– Как бы там не было – это уже давно не наша традиция, – уверенно говорит она, и я оборачиваюсь посмотреть на нее. – Мы не общаемся, и нашего святого места уже не будет. От традиции уже ничего не останется.
– Мы должны что-нибудь придумать! Я не хочу покупать жвачки, в какой-то бургерной! – честно говорю я. – Предлагаю найти, кто выкупил его! Мы должны с ним поговорить и объяснить, что на нас держится весь магазин. В бургерную заходить никто и не будет.
– Эля, свались уже с луны на землю, ничего прежде уже не будет.
– Если я так буду думать, то моя жизнь превратиться в одно уныние.
– Зато может, начнешь смотреть на нее без розовых очков. А то твой постоянный оптимизм напрягает. К тому ты уже точно здесь ничего не сделаешь. Все решили без нас. Знаешь, это как знак свыше, чтобы мы не занимались этой ерундой со жвачками.
– Жвачки ты называешь ерундой? – довольно грубо спрашиваю я. Я много слышала отзывов об этой традиции, но чтобы от Златы, с человеком кем была она создана.
– Судьба только об этом и говорит.
– И давно ты стала верить в судьбу? – уточняю я. – Если кто и верил в нее это я. А ты все время отмахивалась, что всему есть логическое объяснение.
– Я и сейчас так думаю, – произносит Злата. – Но пора уже забыть об этом. И Антон прав – это глупо.
– А так вот оно что! А я-то думаю, кто это сказал. Знаешь, как ты с ним связалась, так все испортилось. Не боишься, что он навел на тебя порчу? Хотя скорее он просто оказывает на тебя ужасное дурное влияние.
– Ну, уж не хуже, чем твоя Таська на тебя. По крайней мере, он меня всегда поддержит, а в ее силах я не уверена. Наверное, стоит закончить этот бессмысленный разговор. К тому же уже несколько минут на нас пялится твоя подружка, – кивает она чуть дальше. – Если у нее случится нервный срыв, могу посоветовать таблетки. Можешь дать много, а то я уже вижу, как ее глаза удваиваются.
Злата отходит от меня и идет в сторону школы, проходя мимо Таськи. Я тяжело вздыхаю и тоже направляюсь в стороны своей подруги. Но она, не дождавшись меня, разворачивается и идет в школу.
– Эй, Тась, – кричу я ей, переходя на бег, чтобы догнать. – Ты куда побежала то?
– А чего мне ждать? – говорит она, как только я ее догнала и поравнялась с ней. – Ты же теперь, похоже, помирилась с ней, да еще и меня обсуждаете.
– Никто ни с кем не помирился. Хватит ерунду говорить.
– Я говорю факты, – не останавливаясь, идет она в школу.
– Тась, ну не ревнуй, мы просто разговаривали, что наш ларек закрывают, – говорю я и приоткрываю дверь в главный вход школы. Подруга заходит первей меня.
– То есть он еще и ваш? – удивляется она, и я начинаю копаться, пытаясь отыскать в своем рюкзаке карточку. Как обычно, она затерялась, и Таська не дождавшись меня, ушла в раздевалку. Вот же класс!
Пришлось подходить к охраннику и просить, чтобы он меня пропустил, потому что карточку я так и не смогла найти. Теперь еще и классному руководителю доложат. Чтобы успеть догнать Таську я прибавила шаг.
– И чего ты убежала? – в раздевалке набрасываюсь я на нее. – Я карточку потеряла. Могла бы, и пропустить меня. Теперь вместо ларька поставят бургерную, а если я не смогу покупать жвачки, то я буду невероятно злой.
– Я даже не сомневаюсь в этом, – отзывается она, вешая куртку на крючок под номером «16».
– Подожди меня, я быстро, – говорю я и достаю свою вторую обувь, начинаю переобуваться. Таська на удивление остается меня ждать.
– Значит, вы не помирились?
– А я тебе, о чем говорю! Последнее время ты меня пугаешь! Мы не помиримся с ней, выкинь уже эти мысли из головы.
– Просто вы так общались и еще посматривали в мою сторону.
– Могла бы, и подойти, – говорю я, запихивая кроссовки в пакет. – Мы ничего особо не обсуждали. К тому же это касается и тебя!
– Я не покупаю там жвачки, – произносит Таська, и я вспоминаю, что действительно она никогда не покупает жвачки. – Если ты забыла я, вообще не покупаю жвачки.
– А стоило бы. Если в этой бургерной они будут дорого стоить, мои карманные расходы этого не потянут.
– Уверена, твой брат над тобой сжалится, – усмехается Таська и, повесив куртку на крючок вместе с обувью мы начинаем идти в кабинет географии. Но я думаю лишь о том, что кажется, пронесло! А то Таська и правда же могла обидеться! И с кем мне тогда общаться? Не с Антоновым же?!
