Текст книги "Паутина в песочных часах (СИ)"

Автор книги: ZANUDA999

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

– Вотан, а ты в курсе, что отец Лалы считает тебя колдуном? – хихикнул Грег, захлопывая крышку ноутбука.

– Что, прости?

– Я сказал, отец Лалы думает, будто у тебя есть рога и копыта, а твое истинное имя Сатана. А ещё ты устраиваешь шабаши, пьёшь кровь невинных младенцев и совращаешь девственниц.

– Вот ты о чем. Что же, это нетрудно объяснить, – Вотан поднялся, достал из кармана черную резинку и стянул волосы в хвост. – В его глазах я чужак. Странно выгляжу, странно разговариваю, у меня странные руки и зеленые глаза. Я живу в доме человека, которого вся округа подозревала в союзе с нечистой силой. Будь у меня в придачу рыжие волосы, то получилось бы вполне точное описание колдуна. Ну, или его ученика, если сделать поправку на возраст.

– Твое счастье, что времена Инквизиции давно прошли, не то гореть тебе на костре, – сыронизировал Грег.

– Мне всё равно. Я знаю, кто я, и знаю, кем я не являюсь, – с нарочитым равнодушием бросил Вотан. – А вот насчет твоего деда у меня нет большой уверенности. Есть одна догадка, которая требует проверки. Можешь оставаться здесь. Я буду в его спальне.

Если Вотан и хотел, чтобы Грег не вмешивался, то не приложил к этому никаких усилий. Напротив, упоминание о сомнениях относительно Янко Греку лишний раз подзадорило и без того громадный интерес его новоиспеченного приятеля.

Волею случая втянутый в странные события, Грег не собирался пропускать ни мгновения приключений, связанных с домом и его дедом. Колдовские книги, ритуалы, геоманты – как далеко это было от прежней жизни, которая вряд ли когда-нибудь вернется…

Поднявшись на второй этаж и не обнаружив Вотана в спальне, Грег в ожидании присел на край постели. Рассеянно огляделся и подумал, что впервые с момента, как он поселился в особняке, комната не кажется ему мертвой. Одежда на стуле, уже знакомый блокнот для записей на столе, легкий аромат дорогого парфюма в воздухе. Как же мало потребовалось усилий, чтобы спальня вновь ожила, перестав стращать его призраками и смертью.

Косясь на небрежно брошенный блокнот, Грег внезапно вспомнил день, когда увидел в окне таинственного соглядатая и задумался – стоит ли рассказать о нем Вотану? Наверное, не стоит. Окно было грязным. Человека он не рассмотрел. Говорить было попросту не о чем.

И именно в этот миг, прямо как тогда, зазвонил телефон. Кинув взгляд на дисплей, Грег не сдержал короткого, нервного смешка. Сегодня вселенная определенно решила подшутить над ним.

Отгоняя мысли о нездоровом ощущении дежавю, Грег принял вызов и поморщился. Громкий, неприлично радостный голос брата вынудил отодвинуть трубку от уха, пробуждая тихую зависть к такой нескромной беззаботности.

– Здорово, Грег! Ты где пропал? Я уже собирался в консульство звонить.

– Привет, Ник. Я на краю света, забыл? Двое суток без интернета, и связь только сегодня восстановилась.

– Как ты не умер без твиттера? – искренне удивился брат. – Что там с домом? Покупатель объявился?

– Нет. Все оказалось гораздо сложнее, Ник. Не могу тебе сейчас объяснить, потому что сам ничего не понимаю. Столько всего навалилось. Я…

Услышав шаги в коридоре, Грег обернулся, и окончание фразы повисло в пустоте, а после и вовсе исчезло.

В дверях спальни стоял Вотан. Он держал в руках здоровенный топор, и вид у него при этом был весьма решительный.

– Грег? Грег, ты там?! – слышался из динамика обеспокоенный голос брата. – Что случилось?

Не сводя с Вотана глаз, Грег хрипло просипел:

– Я перезвоню, – и нажал отбой.

Как ни в чем не бывало, Вотан подошел к кровати. Положил топор, бесцеремонно спихнул Грега с постели и попробовал сдвинуть ее с места. Кровать не поддалась.

– Грэй, помоги.

– Даже не подумаю, пока не объяснишь, что тут творится, – Грег демонстративно скрестил руки.

– После, а сейчас помоги мне.

Терзаясь дурными предчувствиями, что просьба Вотана добром не кончится, Грег опустился на пол рядом с ним. Вдвоем они с силой уперлись ладонями в постель, резко выдохнули и подались вперед. Издавая тонкий, донельзя противный скрип, ножки кровати двинулись, оставляя за собой на полу тонкие, кривые, белесые линии.

Будучи на голову выше, Вотан удержался, а вот Грегу повезло меньше. Ладони соскользнули, и он с размаху приземлился носом прямо в толстый, маслянистый от старости слой пыли. Откуда-то сверху донесся негромкий смех Вотана.

– Хватит ржать. Я помню, куда ты положил топор. И для чего тебе понадобилось двигать чертову кровать?

Отряхиваясь и надсадно кашляя, Грег кое-как поднялся, отгоняя тоскливые мысли о неизбежной стирке.

– Если я прав (а я уверен, что прав), ты очень скоро об этом узнаешь, – озорно сверкнув глазами, клятвенно пообещал Вотан.

Оставив Грега в стороне следить за его действиями, он снял рубашку, отбросил ее на стул и снова взялся за топор.

– Я заметил это еще в первую ночь. Слушай.

Опустившись на колени, Вотан постучал костяшками пальцев по полу. Раздался гулкий звон, словно внизу была пустота. Немного отодвинувшись, он постучал еще раз, но теперь звук оказался глухим.

– Под этими половицами точно есть полость. И я вовсе не склонен обвинять строителей в небрежности. Думаю, твой дед намеренно разобрал пол, а после того, как закончил, поставил кровать на место.

– Полагаешь, часы там? – осторожно поинтересовался Грег.

– Загадывать не берусь, но, уверен, кое-что мы определенно найдем, а пока я настоятельно рекомендую тебе отодвинуться к окну.

– Да что ты собираешься…

Вместо ответа Вотан размахнулся и обрушил топор на грязные половицы. Те жалобно хрустнули, грозно ощетинившись деревянными обломками. Последовало еще несколько мощных ударов – и в полу образовалась небольшая темная дыра, подтверждая правоту Вотана. Иначе, они бы увидели отсветы с первого этажа.

– Вотан! Какого хрена?! – заорал Грег, уворачиваясь от щепок, летевших в разные стороны. – Черт тебя дери! Что я покупателю скажу?

Не обращая ни малейшего внимания на возмущенные крики и грязь, Вотан невозмутимо продолжал орудовать топором. Потрясенному Грегу оставалось только смотреть, с какой силой и ловкостью он наносит удары по несчастным половицам. При каждом замахе крепкие мышцы Вотана напрягались, мягко перекатываясь под кожей, отчего Грегу казалось, будто шрамы на спине приятеля ожили. Коллоидные змеи двигались по лопаткам, словно норовили скользнуть на грудь и откатывались обратно – страшное, но завораживающее зрелище.

Когда разлом стал достаточно большим, Вотан отложил топор, лег на пол и опустил голову в темноту.

– Ничего не видно. Если память мне не изменяет, Грэй, в доме есть фонарик. Будь так любезен, отыщи его, – он слепо вытянул руку.

Не утруждая себя поисками, Грег включил вспышку на смартфоне, довольно резко сунул его в ладонь Вотана и ядовито заметил, что в доме всего две спальни и теперь одна из них напоминает наркоманский притон.

– Не стоит переживать обо мне. Я ночевал и в более отвратительных местах, по сравнению с которыми развороченная спальня – ничто, – голос звучал глухо и утробно, как если бы Вотан говорил с ним из могилы.

Из-под половиц донеслось шуршание, и сквозь щели просочился голубоватый свет. Четко вычерчивая контуры досок, он казался зловеще призрачным. В памяти Грега немедленно всплыла сцена старого фильма ужасов. Для полного сходства недоставало только гулкого набата и шкатулки-головоломки.

Нервничая от нетерпения, Грег окликнул Вотана и едва сдержал смех, глядя на его перемазанное черной пылью лицо.

– Как я предполагал, часов здесь нет. Впрочем, я и не надеялся их найти. Зато моя догадка полностью подтвердилась, однако меня это вовсе не радует. Не хотелось бы расстраивать тебя, Грэй, но байки местных о твоем предке – отнюдь не вымысел.

Устало вздохнув, Вотан вытер пот со лба, чем лишь сильнее размазал грязь и паутину и направил свет вспышки в дыру. Грег наклонился и разглядел сквозь обломки непонятные символы.

– Что это?

– Защитная пентаграмма. Твой дед опасался за свою жизнь и, очевидно, не зря. Если тебе это польстит, он был настоящим знатоком, поскольку заметно, что рисовал профессионал. Хотел бы я понять, кого он боялся настолько сильно, что украсил свое жилье скрытыми оберегами…

– Нет, мне не льстит. И что толку от пентаграммы, если она не помогла? – огрызнулся Грег, глядя на разгром.

– Выходит, в гостях у Янко побывал некто посерьезнее, раз она не смогла остановить его. Насколько я могу судить, пентаграмма весьма мощная и, кстати, вряд ли единственная. Если по-хорошему поискать…

– И думать забудь. Вотан, я запрещаю. Больше никаких разрушений в моем доме. Хочешь разобрать особняк? Покупай и делай, что пожелаешь.

– Мне нужно принять душ, – Вотан вскинул руки и по-кошачьи прогнулся.

Небрежно прихватив топор, он направился к выходу, однако у самых дверей остановился и проронил через плечо:

– Мне искренне жаль, Грэй, но ты не сможешь продать дом, – и ушел, оставив ошарашенного столь категоричным заявлением Грега беспомощно смотреть ему в спину.

Возмущенный словами Вотана и еще более – видом разгромленной спальни, Грег в сердцах пнул деревянный обломок. После громко выругался и, сдавшись, отправился на поиски веника.

Стараясь хоть как-то привести спальню в нормальное состояние, Грег усиленно размышлял – отчего Вотан решил, будто дом невозможно продать? Пусть даже аферист, но покупатель все-таки был.

Обеспокоенный, он набрал Тамаша. Послушал гудки, выбрасывая в окно крупный мусор и отгоняя мрачные мысли, что Вотан может оказаться прав. И как после этого смотреть в глаза отцу и брату? Они отправили его в Румынию с расчетом, что Грег справится с простым, как им казалось, заданием. И чем все обернулось?

В трубке щелкнуло. Сработал автоответчик, и вежливый женский голос посоветовал ему перезвонить в другой раз или отставить сообщение. Дождавшись сигнала, взволнованный Грег попросил Тамаша поскорее связаться с ним насчет покупателя. Затем набрал Ника и сообщил, что у него все хорошо, но придется еще немного задержаться. Желая поддержать его, брат уверил, что это не страшно и они подождут.

– Ты береги себя, Грег. Лишних денег не бывает, но у меня только один брат. Пусть и раздолбай.

Неплохое утешение. Грубоватое, зато от чистого сердца.

Звонок нотариуса застал Грега в тот момент, когда он готовил ужин. Посвежевший, с мокрыми волосами и в чистой футболке, в кухню спустился Вотан. Ожидая окончания беседы, он присел на табурет, с интересом прислушиваясь к разговору.

Распрощавшись с Тамашем, Грег бросил смартфон на стол и буркнул:

– Ерунду говоришь. Покупатель есть, и я продам ему чертов дом.

– Давай поедим, а потом я расскажу, в чем именно ты заблуждаешься, – предложил Вотан. – Обещаю, будет интересно. И спасибо, что убрал в спальне. Это было вовсе не обязательно, но мне приятно.

Они поужинали, растопили камин и уселись поближе к огню. Уставший от загадок, запутавшийся в происходящем Грег осторожно намекнул на пиво. После всех приключений ему немилосердно хотелось выпить, но он не был уверен, что его гость искусствовед разделяет страсть фрилансера к пиву в банках. Отчего-то Грегу думалось, будто приятель отдает предпочтение более благородным напиткам. Однако к его безмерному удивлению, Вотан охотно согласился.

Точно два старинных друга, они не спеша потягивали хмельной напиток, глядя, как рассыпаются золотыми и алыми искрами поленья.

– Я расскажу тебе одну историю, Грэй. Возможно, она покажется тебе странной и маловероятной, но я склонен думать, что все обстояло именно так, – Вотан говорил тихо, и Грег невольно прислушивался, из опасения пропустить хоть слово. – С твоих слов, я понял, что твой двоюродный дед ушел на фронт вместе с братом. Когда война завершилась, они должны были вернуться домой. Однако Янко совершенно неожиданно вступил в ряды коммунистов, что было немыслимым для семьи, в свое время бежавшей от большевиков. Разругавшись с родными, Янко осел в Румынии, но для чего? Что могло случиться?

Это лишь мое предположение, Грэй, но я уверен, что столь резкая смена политических взглядов была лишь прикрытием. Янко хотел остаться в Румынии и обезопасить себя от преследования властей. На самом же деле, я полагаю, что он столкнулся с предыдущим владельцем книги, и каким-то образом узнал об её содержании. Возможно, тут не обошлось без пыток. Заполучив необходимые сведения, Янко загорелся желанием во что бы то ни стало присвоить часы и геоманта.

Итак, он начал активные поиски, и в восемьдесят втором пятеро человек, включая Янко, отправились в маленькую экспедицию. Самое поразительное, они нашли, что искали. Что же произошло потом? Скорее всего, в планы Янко не входило делиться открытием, и трое из их компании навсегда остались в тех развалинах, что запечатлены на снимках.

– Вотан, притормози, – Грег смял банку в кулаке и отбросил в угол, к остальным жестянкам. – Полегче на поворотах. Ты же не собираешься всерьёз меня убеждать, что дед был садистом и убийцей?

– Допустим, я не прав, – пожав плечами, Вотан подбросил дров в огонь. – В таком случае, как ты объяснишь, что только один из четверых явился навестить Янко? Где же остальные? Я полагаю, что те трое знать не знали для чего, в действительности, предназначены часы. Вероятно, они были обычными кладоискателями, желавшими заработать денег, но мы знаем – часы в этом доме. Их не продали, и я сомневаюсь, что в ту пору Янко располагал достаточной суммой, чтобы расплатиться с ними. Так что, он спрятал концы в воду самым надежным способом – убрав конкурентов.

– Ага, конечно. Как тогда ты объяснишь: почему человек с фотографии выжил и пришел спустя тридцать лет? – вскипел Грег. – Для чего столько ждать? Не такая уж большая эта страна. И вообще, с чего ты взял, что мой дед убийца? Может тот, другой всех убил?

– Я понимаю твое негодование, Грэй. Поверь, я бы тоже возмутился, но истина такова, что каждый род имеет темные пятна. О них могут не знать, не вспоминать, но они есть и с этим ничего не поделать.

– Да неужели?! И какие скелеты в твоем шкафу?

– Я думаю, тот человек был колдуном и потому уцелел. Понимаешь, Грэй? Настоящим колдуном, тогда как твой дед всю жизнь учился. Поэтому пентаграмма Янко не сработала. Тот, с кем он схлестнулся, сильнее и умнее его, – нахально игнорируя вопрос, Вотан открыл новую банку. – Янко побоялся идти против такого соперника и сбежал, прихватив часы. Я не смогу ответить тебе, отчего тот человек столь долго ждал, но если встречу его, непременно спрошу.

– Хорошо, но каким боком эта история связана с твоим утверждением, будто я не смогу продать дом?

– А ты еще не понял? – искренне удивился Вотан. – Человек с фотографии и твой так называемый покупатель – одно лицо.

– Да, брось. Ты этого не знаешь.

– На самом деле я уверен, что прав. Кто еще мог пожелать приобрести такую развалину? Вспомни, Лала утверждала, будто видела человека с фотографии в ресторане на следующий день после смерти Янко. Но кто сказал, что он только что прибыл? – разгоряченный пивом Вотан начал волноваться и заговорил громче, обильно сдабривая речь выразительными жестами. – Подумай, Грэй, человек из прошлого отыскал Янко и приехал забрать часы, которые по праву считал своими. А после смерти твоего деда, решил купить его дом, да вот ведь незадача – у старика объявились наследники! И тогда у него появился новый план, чрезвычайно простой. Он выступил с предложением, справедливо рассудив, что ни о чем не подозревающие родственники легко расстанутся с обузой. А чтобы гарантировать сделку, взял в помощники кого-то из местных. Тот должен был немного попугать наследника, но, очевидно, решил выслужиться.

– И я позвал тебя, – хлопнув Вотана по плечу, с пониманием выдохнул Грег. – Если ты найдешь часы, дом станет просто старым хламом. Черт, Ник меня убьет!

Вотан лишь усмехнулся в ответ. Расслабившись, он оперся спиной о сидение кресла и с наслаждением вытянул ноги. Отсветы пламени мазнули золотом по начищенным, небрежно зашнурованным берцам и сверкнули яркой искрой на правом голенище.

Грег моргнул, потер глаза и заинтересованно пригляделся. Он уже порядком захмелел, в голове приятно шумело, словом, наступила та самая эйфория, когда море по колено и черт не страшен. Не отдавая отчета, зачем ему это нужно, Грег протянул руку к искорке и охнул. На запястье, причиняя боль, жестко сомкнулись пальцы Вотана.

– Не стоит играть стилетом. Ты не в том состоянии.

– Кто бы мог подумать! Ты вооружен? – освобождаясь от захвата, подивился Грег и принялся неловко оправдываться. – Я просто хотел посмотреть.

Слегка прищурившись, Вотан смерил его оценивающим взглядом. После кивнул и вытянул из скрытых в голенище ножен длинное, тонкое лезвие. По форме клинок скорее напоминал обычное трехгранное шило, если бы не изящная гравировка рукояти. Венчало эфес навершие, сотворенное мастером из маленького бриллианта коньячного цвета.

– Для чего он тебе?

– В жизни всякое случается. К тому же, это подарок, – туманно ответил Вотан, а на его губах медленно расцвела нежная и немного застенчивая улыбка. Так улыбаются, когда думают о ком-то очень близком – родителях, семье, любимой женщине.

Глядя на него, Грег задавался вопросом: кто мог сделать Вотану столь необычный подарок? Только не любовница, в этом он был уверен. Вотан уже дал понять, насколько наивен и невинен во всем, что касалось интимной близости с другим человеком. Значит, оставались родители, поскольку, по его же словам, друзей у Вотана не было. Точнее, не было времени, чтобы сойтись с кем-то достаточно близко.

– Как думаешь, мы могли бы подружиться? – заплетающимся от пива и хмельной дремы языком пробормотал Грег, не замечая, что привалился плечом к плечу Вотана.

– Для чего?

– Не знаю. С тобой интересно.

– Ты говоришь, как Лала, – тихонько рассмеялся Вотан.

– Я не в том смысле. Ты не скучный…

Последние слова беззвучно скатились с губ и растворились в мрачном сне без сновидений.

Разбудил его грохот, показавшийся оглушающим. Как если бы над ухом взорвалась граната. Ошалевший со сна Грег подпрыгнул и ударился о кресло. Не понимая, что происходит, дико завертел головой и тут же пожалел о своем опрометчивом поступке. В висках застучало, а перед глазами поплыло цветное марево. Организм мстил за вчерашнее пиво тошнотой и зверским похмельем.

Кое-как отдышавшись, Грег обнаружил, что уснул в гостиной. Должно быть, он хорошо набрался накануне, раз не сумел добраться до постели. Но если все так печально, откуда взялось одеяло? Ответ напрашивался сам собой, провоцируя прилив уютного тепла в груди.

– Засранец, – с улыбкой проворчал Грег, выпутываясь из одеяла. – Тоже мне, мистер Нет-времени-на-друзей.

В этот момент, где-то совсем рядом снова грохнуло. Чуть заметно пошатываясь, Грег добрел до дверей библиотеки, откуда, собственно, и доносился шум. Больно стукнувшись плечом о косяк, он застыл на пороге, пытаясь сфокусировать взгляд.

– Вотан, если ты опять за своё…

– Доброе утро, Грэй, – бодро поприветствовал его Вотан. – Я тебя разбудил?

– Ты своим грохотом мертвого поднимешь.

Голова продолжала кружиться. Мысли путались. В довершение всего перечисленного, Грега вновь затошнило. С тихим стоном присев на стул, он смотрел, как Вотан с шумом передвигает стол к книжному стеллажу. Выглядел он после вчерашнего на удивление свежо – ни покрасневших глаз, ни одутловатости. Поразительно! Пили они вроде одинаково, а мучился с похмелья почему-то только Грег.

– Хорошо смотришься, – не скрывая зависти в голосе, кисло заметил Грег. – Есть аспирин?

Коротко глянув на страдающего приятеля, Вотан безапелляционно объявил, что таблетки не помогут. Опасаясь крайне занудной и потому нежелательной лекции о здоровье, Грег позорно сбежал в кухню.

Там его поджидал стакан с прозрачной зеленоватой жидкостью и короткой запиской: “Выпей залпом”. Понюхав крайне подозрительное питье, Грег почувствовал сильный аромат мяты. Недоуменно пожав плечами, он одним махом осушил стакан до дна. В желудке моментально полыхнуло, а на глаза навернулись слезы, зато почти сразу стало намного легче.

Умывшись, он вернулся в библиотеку и обнаружил, что в его отсутствие, Вотан еще раз передвинул стол и теперь стоял на нем, сосредоточенно высматривая что-то на самой верхней полке.

Буркнув короткое “спасибо”, Грег поинтересовался, с какой целью Вотану понадобилось с утра пораньше ворочать мебель.

– Немного терпения, Грэй, – лукаво ответил тот, водя указательным пальцем по запыленным корешкам старых книг. – Уверен, что видел ее где-то здесь. А, вот и она.

Вытащив толстенную книгу, Вотан уселся прямо на стол, скрестив ноги, и расположил найденный том на коленях.

– Если желаешь что-то спрятать, Грэй, положи на самое видное место.

– И что? Ты собирался найти часы, а не книгу, – ехидно отозвался Грег.

– “Коммунист” держал в спальне Библию и выбросил сочинения Ленина, но бережно переплел подшивку унылых отчетов партийных съездов? Это умно. Я бы сказал, очень умно. Открой ее.

Недоверчиво ухмыляясь, Грег приподнял обложку и присвистнул, а Вотан задорно, по-мальчишески рассмеялся. Твердая, затертая переплетная крышка скрывала под собой нечто вроде шкатулки, вырезанной прямо в страницах. И там, сокрытые от посторонних глаз, лежали часы. Песочные часы в изящной подставке, внутри которой, оплетая колбу тонкими густыми нитями, вилась паутина.

– Какая красота! Можно их взять?

Грег протянул руку и погладил кончиками пальцев холодный металл подставки.

– Разумеется. Это твой дом, а значит, и часы твои.

Разглядывая тонкую работу мастера, Грег не уставал поражаться, с каким искусством был создан этот простейший измеритель времени. Паутина в подставке казалась столь хрупкой, что страшно было дотронуться. Однако, когда Грег рискнул провести пальцем по черной нити, он едва не порезался. Филигранные волокна паутины таили в себе силу и скрытую угрозу.

Бережно ухватив часы за край, Грег перевернул их, но к его величайшему изумлению ничего не произошло. Складывалось впечатление, будто песок в колбе окаменел от старости или отсырел. В нетерпении, он тряхнул часы, однако песчинки даже не шелохнулись.

– Как такое возможно, Вотан? Это же песочные часы. Они не могут просто взять и остановиться.

– Забыл, для чего они предназначены? – высокомерно спросил Вотан. – Это ритуальные часы. В положенный момент они оживут в руках Истинного геоманта. Признаться честно, я не хотел бы при этом присутствовать. И уж тем более не стал бы затевать авантюру с подобным ритуалом.

– Отчего же? Если верить твоему рассказу – он дает неограниченные возможности!

– Вот именно, Грэй, неограниченные, – неожиданно лицо Вотана потемнело, а в ясных зеленых глазах сверкнули хищные искры. – Власть, которую нельзя отнять. Абсолютная безнаказанность и право творить, что пожелаешь, не опасаясь возмездия. Ритуал запрещает отбирать жизни, но это не означает, что заполучивший время не найдет способа уничтожить всех, кто посмеет встать его пути.

Говорил он тихо, а в голосе продолжали звенеть нотки гнева, жадности и отчего-то тоски. Слушая Вотана, Грегу казалось, что воздух в библиотеке словно бы сгустился и налился тьмой. Не просто сумеречной дымкой, но жуткой мглой, скрывающей в себе самых мрачных и жестоких чудовищ, каких он только мог вообразить. Дышать стало трудно. А потом пришел он – Страх. Тошнотворный, липкий ужас, от которого волосы на загривке встали дыбом, и ему захотелось одного – сбежать. Спрятаться. Забиться в угол и тихо умереть, в надежде, что никто и никогда его не найдет.

Или завыть – громко, тонко и протяжно. Скулить, задрав голову, как волк воет на зимнюю луну, укутанную в морозный ореол.

Или просто рухнуть на колени, пряча лицо в ладонях от осознания тщетности своих попыток укрыться от всепоглощающего страха.

– Слишком большое искушение – почувствовать себя Богом, – продолжал шептать Вотан. – Лучше умереть геомантом, сжимая в руках часы, нежели жить с этой безграничной властью, которая не принесет ни счастья, ни удовлетворения.

Пошатываясь, словно пьяный, Грег распахнул окно и обнаружил, что его трясет. Вдыхая сухое морозное дыхание зимы, он понимал, что еще никогда не испытывал такого страха. Самые жуткие фильмы ужасов казались детской сказкой в сравнении с той паникой, какая владела им сейчас. И самое дикое – он не видел причин, которые объяснили бы, отчего вспотели ладони, а сердце разогналось, как новехонький спорткар.

– Что случилось, Грэй? – на плечо опустились длинные пальцы.

Едва сдержав крик, Грег шарахнулся от Вотана, как от чумного.

– Не знаю почему, но я боюсь тебя. Прошу, Вотан, скажи, что я не прав, и это только воображение.

На лице приятеля отразилось недоумение, но подходить ближе, чтобы успокоить Грега, он не спешил.

– Мне просто померещилось, верно? – примирительно заговорил Грег, заставляя себя сделать шаг навстречу Вотану. – Это все твои истории о колдунах и магах. Хоть пентаграмму рисуй! Правда, я не умею, но ты ведь поможешь?

Бледный, не до конца отошедший от резкого заявления, Вотан неловко кивнул в знак согласия. Страх постепенно отползал куда-то глубоко в подсознание, а рядом с Грегом стоял грустный молодой человек, не понимающий, как и чем он мог кого-то напугать.

– Не бери в голову, – Грег крепко сжал его предплечье и притянул ближе, глядя в зелёные глаза Вотана. – Что бы это ни было, я верю тебе. И я верю, что ты никогда не причинил бы мне вред. Даже если бы захотел.

– Рад, что сумел заслужить доверие с твоей стороны и с удовольствием им воспользуюсь, – Вотан ответил на рукопожатие, мягко обхватив пальцами локоть приятеля. – Ты ведь не будешь против, если часы на время останутся у меня?

Улыбнувшись, Грег кивнул в знак согласия и спросил, как Вотан намерен действовать.

– Пока что мы опережаем наших противников, но это скоро изменится, – склонившись к нему, жарко заговорил Вотан. – За часами придут, и нам не останется иного пути, кроме как встретить гостей. Я не собираюсь сидеть и ждать, Грэй. Думаю, мне без труда удастся спровоцировать твоего ночного гостя, и ты мне в этом поможешь.

Паутина в песочных часах

Предложив заняться поисками часов, первое, что сделал Вотан – сел в кресло и задумался. Минуты сменяли друг друга, а он все сидел, глядя в одну точку и не шевелясь.

Не желая мешать ему, Грег включил ноутбук и несказанно обрадовался устойчивому сигналу. Памятуя о том, как ненадежна связь в этих краях, он не стал тратить время попусту и полез в интернет. Тем более что Вотан не подавал каких-либо намеков о разгадке, где дед мог спрятать злосчастные часы.

Почта оказалась безнадежно забита спамом и непрочитанными письмами. Виджет социальных сетей отчаянно сигналил о сообщениях и пропущенных обновлениях в лентах друзей. Думая о том, сколько времени уйдет на разгребание этих залежей, Грег только вздохнул.

На скорую руку пролистав самые важные письма, он удалил спам, когда вспомнил о так поразившем его жесте повара. Естественно, он знал, что пальцы частенько скрещивают, чтобы призвать везение, и сам не раз так поступал. Вот только вряд ли раздраженный отец Лалы хотел пожелать Вотану удачи. Получается, у этого жеста есть другая трактовка? В таком случае, грех не воспользоваться удачно подвернувшимся случаем исправить досадный пробел.

Сгорая от любопытства, Грег набрал в поисковике: “скрещенные за спиной пальцы”. Ответы в высыпавших ссылках весьма озадачивали. Кроме невинного детского поверья в положительный исход дела, этот жест также означал стремление защититься от злого духа. Но причем здесь Вотан?

Грег осторожно покосился в сторону приятеля, чья застывшая поза скорее напоминала статую, усмехнулся и закрыл вкладку. Более глупое суеверие и представить сложно. Вотан, конечно, много чего знал о всякой мистической ерунде, но винить его в связях с прародителем Зла – это перебор.

– Вотан, а ты в курсе, что отец Лалы считает тебя колдуном? – хихикнул Грег, захлопывая крышку ноутбука.

– Что, прости?

– Я сказал, отец Лалы думает, будто у тебя есть рога и копыта, а твое истинное имя Сатана. А ещё ты устраиваешь шабаши, пьёшь кровь невинных младенцев и совращаешь девственниц.

– Вот ты о чем. Что же, это нетрудно объяснить, – Вотан поднялся, достал из кармана черную резинку и стянул волосы в хвост. – В его глазах я чужак. Странно выгляжу, странно разговариваю, у меня странные руки и зеленые глаза. Я живу в доме человека, которого вся округа подозревала в союзе с нечистой силой. Будь у меня в придачу рыжие волосы, то получилось бы вполне точное описание колдуна. Ну, или его ученика, если сделать поправку на возраст.

– Твое счастье, что времена Инквизиции давно прошли, не то гореть тебе на костре, – сыронизировал Грег.

– Мне всё равно. Я знаю, кто я, и знаю, кем я не являюсь, – с нарочитым равнодушием бросил Вотан. – А вот насчет твоего деда у меня нет большой уверенности. Есть одна догадка, которая требует проверки. Можешь оставаться здесь. Я буду в его спальне.

Если Вотан и хотел, чтобы Грег не вмешивался, то не приложил к этому никаких усилий. Напротив, упоминание о сомнениях относительно Янко Греку лишний раз подзадорило и без того громадный интерес его новоиспеченного приятеля.

Волею случая втянутый в странные события, Грег не собирался пропускать ни мгновения приключений, связанных с домом и его дедом. Колдовские книги, ритуалы, геоманты – как далеко это было от прежней жизни, которая вряд ли когда-нибудь вернется…

Поднявшись на второй этаж и не обнаружив Вотана в спальне, Грег в ожидании присел на край постели. Рассеянно огляделся и подумал, что впервые с момента, как он поселился в особняке, комната не кажется ему мертвой. Одежда на стуле, уже знакомый блокнот для записей на столе, легкий аромат дорогого парфюма в воздухе. Как же мало потребовалось усилий, чтобы спальня вновь ожила, перестав стращать его призраками и смертью.

Косясь на небрежно брошенный блокнот, Грег внезапно вспомнил день, когда увидел в окне таинственного соглядатая и задумался – стоит ли рассказать о нем Вотану? Наверное, не стоит. Окно было грязным. Человека он не рассмотрел. Говорить было попросту не о чем.

И именно в этот миг, прямо как тогда, зазвонил телефон. Кинув взгляд на дисплей, Грег не сдержал короткого, нервного смешка. Сегодня вселенная определенно решила подшутить над ним.

Отгоняя мысли о нездоровом ощущении дежавю, Грег принял вызов и поморщился. Громкий, неприлично радостный голос брата вынудил отодвинуть трубку от уха, пробуждая тихую зависть к такой нескромной беззаботности.

– Здорово, Грег! Ты где пропал? Я уже собирался в консульство звонить.

– Привет, Ник. Я на краю света, забыл? Двое суток без интернета, и связь только сегодня восстановилась.